Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЗАЙН-АД-ДИН МАХМУД ВАСИФИ

УДИВИТЕЛЬНЫЕ СОБЫТИЯ

БАДАЙИ' АЛ-ВАКАЙИ'

“Удивительные события”. Название переводят так же, как “Диковинки происшествий”, или “Чудеса происшествий”. Имеет сочинение и второе название — “Склад происшествий” (*** “Вади'ат ал-хакайик”). Автор Зайн ад-Дин Махмуд бен Абд ал-Джалил Васифи (***). Наряду с лакабом Зайн ад-Дин он имел еще два — Асир ад-Дин Камал (***) и Камал ад-Дин (***); имел он, кроме Васифи, также и вторую нисбу— Ансари (***) 1.

Родился Васифи около 1485 г. в Герате и умер в промежутке между 1551 и 1566 гг. в Ташкенте, где и похоронен. Отец Васифи, Абд ал-Джалил, был, вероятно, чиновником-секретарем или писцом. Он имел в Герате собственный дом и был человеком средней обеспеченности. Васифи пришлось немало скитаться и путешествовать. Герат, Мешхед, [173] Джам, Нишапур, Самарканд, Бухара, Сауран, Йассы (г. Туркестан), Ташкент, Шахрухийа, Шахрисабз — вот отдельные вехи на его пути. В его сочинении мелькают названия таких известных в Средней Азии мест, как Фаркат, летовки Йар-Йайлак, Лягляган, Шараб-хане, река Чирчик, гора Казгурд (Казыкурт), селение Тульки-Баш и другие. В 1537 г., во время похода на казахов, он вместе с узбекскими войсками Убайдаллах-хана дошел до Иссык-Куля. Много занятий переменил Васифи за свою жизнь: был домашним учителем, воспитателем малолетних отпрысков при тимуридских и шайбанидских дворах, имамом мечети, придворным литератором в должности “учителя, имама и кази-аскара”. В 1518 г. он принудительным путем был доставлен в Шахрухийу к Кельди-Мухаммад-хану, сыну Суйунч-ходжа-хана, а после смерти Суйунч-ходжа-хана (23.VII 1525 г.) вместе с Кельди-Мухаммад-ханом переехал в Ташкент, в котором и оставался до смерти, выезжал из города вместе с ханом лишь по случаю военных походов или на летовки. После смерти Кельди-Мухаммада (1532/1533 г.) Васифи был назначен воспитателем его сына Абу-л-Музаффар Хасан-султана и находился при втором сыне Суйунч-ходжа-хана Науруз-Ахмад (Барак)-хане (умер 23.IX 1556 г.), воспитателем которого он был в более раннее время. Обстоятельства смерти Зайн ад-Дина Васифи не известны. В 1551 г. Васифи составил запись о смерти Фаридун-Мухаммад-Талиба, своего сына, как предполагает А. Н. Болдырев 2.

Какое образование получил Васифи, точно не известно. В Герате он учился в медресе. Однако гораздо большее значение для усвоения и развития литературных знаний Васифи имела литературная среда Герата. Он вращался в среде образованных и просвещенных людей и с детских лет усваивал комплекс знаний, необходимых не только длч успешного применения шаблонно-традиционных средств арабо-персидской литературной техники, но и для творческого развития самой литературы. Наблюдательность, масса ярких впечатлений, жизненный опыт и завидная память в совокупности с теоретическими познаниями позволили ему занять особое место в истории литератур народов Средней Азии.

В молодости он хорошо изучил искусство составления муамма — литературной шарады, благодаря чему получил возможность встретиться с Алишером Навои незадолго до смерти поэта. В своих мемуарах Васифи приводит несколько рассказов о Навои. В этих рассказах Алишер Навои предстает как обыкновенный человек в кругу друзей-единомышленников в повседневной жизни со всеми достоинствами и недостатками. В этом особая ценность рассказов Васифи о Навои, так как другие современники или биографы позднейшего времени обычно [174] образ великого поэта передают в виде какой-то абстрактной схемы, “стилизованной иконы”.

Со многими крупными и мелкими литераторами встречался Васифи после этого. Он общался с музыкантами, художниками и другими деятелями искусства: с одними дружил, с другими вступал в полемику, чаще, по его словам, одерживал верх, но терпел и неудачи.

Написал Васифи свои мемуары на среднеазиатском фарси. В позднейшее время они были переведены на староузбекский язык 3. “.. Васифи заложил основы нового литературного стиля, отвергавшего традиционную риторику, черпавшего свои языковые средства из народно-разговорной речи таджиков” 4. Эта правильная оценка роли Васифи в формировании нового направления в персидско-таджикской литературе потребует, очевидно, лишь незначительных коррективов. Простота языка, прозрачность литературной речи присущи и некоторым литературным произведениям до Васифи. Таков, например, “Гулистан” Са'ди и некоторые жития-тазкира суфийских пиров. Агиографические сочинения, которым сейчас историками, лингвистами, литературоведами уделяется так мало внимания ввиду их чуждой нам с точки зрения сегодняшнего дня религиозно-идеологической заостренности, не выделялись и не вычленялись так уж строго, а обывателем тех веков — и подавно, из общего потока литературной продукции. Такие сочинения были популярнейшим чтивом не только среди ближайшего окружения суфийских пиров, но также и среди широких кругов простого люда, среди ремесленников, торговцев, крестьян, низшего духовенства и т. д. Назначение такой литературы определяло простоту языка, на котором она создавалась. Произведения этого жанра могут найти аналогию в “Житии протопопа Аввакума”. Таким образом, стиль, опорной базой которого являлась разговорная речь персов и таджиков, не прекращал своего существования до, во время и после Васифи. Однако Васифи своими мемуарами дал мощный толчок развитию его, поднял его на новую ступень. В этом особая заслуга Васифи.

Как уже было сказано, “Бадаи' ал-вакаи'” — это мемуары. В них автор на фоне исторической эпохи в занимательной форме рассказывает отдельные эпизоды из своей жизни. Они неисчерпаемый источник для изучения истории, в особенности для бытовой и литературной истории Средней Азии и Хорасана конца XV — первой половины XVI столетия. Особую ценность они представляют в связи с тем, что в них запечатлены идеология, мировоззрение, мировосприятие и миропонимание не представителя феодальных кругов, а выходца из средних городских слоев. В мемуарах мы найдем немало обличительных [175] страниц, рассказов, разоблачающих порочность и жестокость правителей и их окружения. Не следует, однако, думать, что таково основное содержание мемуаров. Васифи был сыном своей эпохи и возвыситься над общим уровнем не смог. Его сочинению присуща система взглядов, свойственная литературному деятелю феодальной эпохи. Не чужд он был и саморекламы. Многие эпизоды из его мемуаров имеют целью самовосхваление. Не избежал он и панегирического восхваления царственных особ. Но, несмотря на все это, отдельные страницы его сочинения потрясают своей разоблачительной силой. Однако этих страниц не так много, да и написаны они могли быть только в тех ограниченных случаях, когда написанное никак не задевало интересы класса феодалов в целом, а воспринималось как осуждение отдельного, “недостойного” лица или политического противника.

Мемуары писались в течение длительного времени, несколько раз переделывались и по первоначальному замыслу предназначались в дар разным лицам, которым они и посвящались. В конце концов “Бадаи' ал-вакаи'” было посвящено и в 1538/1539 г. н. э. поднесено шестилетнему Хасан-султану, сыну Кельди-Мухаммад-хана. Хасан-султан вскоре умер, и Васифи опять спрятал свою рукопись, чтобы дальше работать над ней. В 1566 г., когда было составлено тазкира Хасана Нисари “Музаккир ал-ахбаб”, “в среднеазиатских городах еще не было в обращении списков “Удивительных событий” 5. Со временем, однако, положение изменилось: до Октябрьской революции “Бадаи' ал-вакаи'” было широко распространено в Средней Азии и являлось одним из самых популярных литературных произведений.

Кроме мемуаров, перу Васифи принадлежит много стихов, официальных документов, легендарная биография Авиценны и ряд других произведений, дошедших до наших дней в составе “Удивительных событий”.

Как уже было сказано, мемуары Васифи являются ценным источником для изучения истории Ирана, Афганистана и советской Средней Азии, они содержат много интересного материала, относящегося к тимуридам и шайбанидам, немало сведений о взаимоотношениях шайбанидов с сефевидами.

О казахах известия содержатся в двух местах “Бадаи' ал-вакаи'” — это сообщение о том, что шайбаиидский хан (по-видимому Убайдаллах-хан) совместно с Кучум (Кучкунчи) -ханом и султанами собрались в Йассы для организации похода на казахов, и “Реляция о победе над казахами” (***). Поход на казахов, по-видимому, состоялся зимой 1516/1517 г. О его результатах Васифи [176] ничего не сообщает, говорит лишь о возвращении шайбанидов из него. Не в пример этому лаконичному сообщению интересна реляция, представлявшая собой манифест, который оглашали в населенных пунктах, принадлежавших победителю владений.

Реляция была заимствована в состав мемуаров из сборника текстов типа инша различного происхождения под названием “Бадаи' ал-каванин”, который, возможно, не принадлежал Васифи 6. В ней сообщается о походе узбеков на казахов, который имел место в 1537 г. и в котором Зайн ад-Дин Васифи, видимо, принимал участие. Хотя в тексте документа и нет указания на год, однако целый ряд косвенных и прямых данных позволяет утверждать, что здесь описан именно поход 1537 г. Этот поход получил отражение в таких сочинениях, как “Та'рих” Шах Махмуд бен Мирза Фазил чораса, “Бахр ал-асрар” Махмуда бен Вали, “Та'рих-и Кашгар”, “Тазкира-йи Ходжа Мухаммад Шариф” и других. Реляция содержит любопытнейшие известия, которых нет ни в одном из названных сочинений. Документ сообщает о том, что действия между Убайдаллах-ханом и Абд ар-Рашид-ханом были согласованы. В нем намечается маршрут, по которому узбеки преследовали казахов, с указанием, какие пункты проходили, в какие числа месяца и дни недели, говорится о строительстве казахским ханом Тахиром крепости для обороны от калмаков; сообщается, что страна, на территорию которой вступили узбеки, имела название Казахстан. Все эти известия имеют важное значение. Для изучения истории казахского народа материалы “Бадаи' ал-вакаи'” не привлекались. Исследователь биографии и сочинения Васифи А. Н. Болдырев первый обратил внимание на значение этого документа и дал в своей книге о Васифи в примечаниях пересказ реляции с отдельными заметками и несколько отрывков текста в переводе. Исследовали творчество Васифи и пользовались его мемуарами Б. Дорн, П. И. Лерх, В. В. Бартольд, А. М. Беленицкий, В. Л. Вяткин, С. Айни, А. А. Семенов, А. Мирзоев, Е. А. Давидович, А. К. Аренде, Б. Г. Гафуров, С. A. Storey, Yan Rypka и многие другие.

В книгохранилищах Советского Союза имеется немало списков “Бадаи' ал-вакаи'”. А. Н. Болдырев насчитывает их тридцать один, из них три — переводы этого сочинения на староузбекский язык. За рубежом пока не обнаружено ни одного списка 7. В последнее время изучение творчества Зайн ад-Дина Васифи значительно продвинулось вперед благодаря, прежде всего, исследовательской деятельности [177] А. Н. Болдырева, опубликовавшего ряд статей 8, биографию, исследование творчества Васифи и критический текст его сочинения. Более подробные известия о самом авторе, его произведении, рукописях его сочинения и библиографию читатель найдет в работах А. Н. Болдырева, на основе которых была составлена настоящая заметка.


Комментарии

1 А. Н. Болдырев. Зайнаддин Васифи, стр. 18, 315.

2 Там же, стр. 242—243.

3 СВР, I, стр. 172, номер описания 398.

4 А. Н. Болдырев. Указ. соч., стр. 12.

5 Там же, стр. 244.

6 3айн ад-Дин Васифи. Бадаи' ал-вакаи'. Критический текст, введение и указатели А. Н. Болдырева. АН СССР, ИНА, “Памятники литературы народов востока. Тексты, большая серия, V”. М., ИВЛ, 1961, стр. 34—35.

7 Там же, стр. 14.

8 А. Н. Болдырев. Мемуары Зайнад-Дина Восифи как источник для изучения культурной жизни Средней Азии и Хорасана на рубеже XV—XVI веков. ТОВЭ, т. II. Л., 1940, стр. 203—274; Персидские переводы “Маджалис-ан-нафаис” Навои. УЗ ЛГУ, № 128, серия востоковедческих наук, вып. 3, 1950; “Тезкирэ” Хасана Нисари как новый источник для изучения культурной жизни Средней Азии XVI в. ТОВЭ, т. III. Л., 1940; Алишер Навои в рассказах современников. “Алишер Навои”, сборник статей. АН СССР, ИВ. М.—Л., 1946, стр. 121—152; Очерки из жизни Гератского общества на рубеже XV—XVI вв. ТОВЭ, т. IV, Л., 1947, стр. 313—422.

Текст воспроизведен по изданию: Очерки жизни гератского общества на рубеже XV-XVI вв. // Государственный Эрмитаж. Труды отдела Востока. Т IV. Л. 1947

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.