Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ВАРДАН ВЕЛИКИЙ

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

На шестом году Констанция Магнснций, усилившись, завладел Италией, Африкою и воцарился в Сирмии 158. Ободренные этим, некоторые злые люди убили Констанция и его племянника (по брату). Средний брат, узнав это, идет на Магненция, убивает его, становится самодержавным, Галла назначает кесарем в Антаке, а Юлиана отправляет в Афины на учение. Вскоре Галл задумал отложиться, вследствие чего и погиб. Просьбами царицы спасен Юлиан, которого император назначает кесарем на запад, дав ему в супружество сестру свою, Алине; сам же отправляется в Антиохию. Юлиан побеждает варваров 159 и, возложив на себя корону, возвращается в Константинополь. Против него идет Констант, принявший крещение от Зоия (?), и умирает между Киликией и Исавриeй. Говорят, что он перед смертью принес раскаяние и в православной вере скончался о Господе Христе. [57]

После него Юлиан царствовал два года и девять месяцев. — За ним Иовиан один год: о нем с похвалой отзывается Сократ. Некоторые говорят, что он был apиaнин, преследовал православных, за что, говорят, задушили его. — После него Валенс царствовал четырнадцать лет; он также был apиaнин. Сорок дней спустя, брат его, Валентиниан, присоединился к нему и царствовал двенадцать лет: он умер вследствие сильного разговора, с угрозой обращенного к варварам. Валенс, заточивший нашего Нерсеса 160, пораженный громом, погибает в Адрианополе, имея перед собою в перспективе ад.

Наш Хосров, (вступивший на престол) на втором году нарсийского царя, Ормизда, и на восьмом году Констанция, царствовал в отечестве своем девять лет. Он построил Дунн, что означает холм 161, куда переселил жителей Арташата по добровольному их согласию и там построил себе дворец, вынужденный к тому знойным воздухом Аштишата. Во дни его тридцать тысяч народа 162, соединившись в сырых местностях, произвели нападение на Айрарат, где Вахан Аматуни оказал чудеса храбрости и убил их предводителя, покрытого густым войлоком: его побежденное войско обратилось в бегство. На этом сражении пал военачалник Ваче: святый Верт'анес приказал поминать его во время обедни. Хосров кончил дни свои и был похоронен подле отца своего в Камахе 163.

Самодержец Константин на семнадцатом году своего царствования, возложив корону на Тирана, [58] сына Хосрова, отправил его в Армению: он не пошел по стези добродетельных своих отцев. На третьем году его царствования переселился из сего Mиpa св. патриарх Верт'анес и положен в Т'ордане. Престол его паследует сын его, св. Юсик, шесть лет. Он жестоко порицал царя за мерзкие дела его. Когда изображение Юлиана было принесено к царю, и он в области Тцопк' хотел поставить его в церкви, Юсик разбил и попрал его ногами на паперти. Тогда разгневанный царь приказал бить его кнутом, до тех пор, пока он не испустит духа. Тело его перенесли и положили подле его отца. Тогда явился старец, хорепископ святый Даниил, бывший ученик св. Григopия, и предал Тирана проклятию. Разгневанный царь велел задушить его 164: он похоронен в своем монастыре, называемом Хациац-драхт 165. Патриарший престол наследует добрый муж, П'арнерсех, из Аштишата — четыре года. В это время пришел парсийский военачальник с большим полчищем, обманом пригласил к себе Тирана и ослепил его в округе Апахуник' 166 в деревне, которая по этому случаю и получила название Артцив 167, и тем дал право Тирану сказать: “Я погасил два светила, вот почему и оба мои глаза покрылись тьмою”.

Говорят, что св. Юсик раз только познал жену свою, которая родила ему двух сыновей-близнецов, названных Папом и Афанагинесом, которые были посвящены в диаконы. В последствии они вдались в мерзости и в один и тот же день были поражены громом 168. У Афанагинеса остался один [59] сын, по имени Нерсес, бывший в Kecapии в учении. Когда воцарился Аршак, сын Тирана, Нерсес пришел к нему и служил ему с покорностью, нося неред ним его булатный меч 169. Большими просьбами и мольбами успели наконец согласить Нерсеса, отправили его в Kecapию на принятие престола святых Фаддея и Григория. Там-то сошел на него Дух святый, в виде голубя, на удивление всех зрителей 170. По возвращении своем в Армению Нерсес занялся благоустройством страны нашей: он построил монастыри, гостинницы, приюты, больницы для недужных и прокаженных; старался искоренять распри, жестокосердие, тризны совсршаемые над умершими и брак между сродниками. Тогда наша страна уподобилась горнему Иерусалиму своим благолепием 171. Когда царь, нахарары, мудрые начальники церкви увидали это, назвали Нерсеса патриархом, “на том основании, говорили они, что у нас (также) находятся непоколебимые столпы — Варфоломей, Фаддей и св. Просветитель, названный в Риме папою наравне с тем, который восседает на престоле Петра”. Первоначально было только четыре престола: в Антиохии Матфея, в Риме Луки, в Эфесе Иоанна и Марка в Алсксандрии. Во время сыновей Константина Великого жители Константинополя и Иерусалима начали называть патриархами начальников своих церквей; назначили престолы: в Константинополе потому, что туда был перенесен престол Иоанна, и в Иерусалиме потому, что там совершилось воплощение. И мы основываться будем на том, сказали Армяне, что составляет великую нашу [60] гордость”. — Епископов же, находившихся в Севасте, в Мелитине и в Мартирополе, назвали митрополитами и устроили в Армении иepapxию девяти небесных чинов, т. е. чин пaтpиapxa, митрополита, епископа, священника, диакона, иподиакона и чтеца — далее следует монашество, освященный народ 172.

В эти дни отложился Аршак от императора Валентиниана, который в порыве гнева убил Тердата, брата Аршака, бывшего у него заложником. — Нерсес Великий отправляется к императору, который принимает его с почестями, поздравляет с патpиapшим саном и, поручив ему сына убитого, отпускает его в Армению с большими дарами. По кончине Валентиниана нечестивый Валенций, парушив мир с Apмениeю, через посредство военачальника своего, Феодосия, потребовал к себе Аршака. Снятый патриарх в сопровождении Пана, сына Аршака, отправился к Феодосию и с ним вместе представился ко двору. Увидев царя, Нерсес начинает проповедывать ему православие, которое было отвергнуто царем, вследствие чего и умирает сын последнего. Разгневанный царь отправил Персеса в девятимесячное заточение на необитаемый остров и с ним 70 человек. Здесь не покидала их благодать божия: они питались по субботам и воскресениям рыбою, выбрасываемою волнами моря вместе с огнем и топливою. Говорят, что мученик Гeopгий убил Валента, тело которого пожрал огонь 173.

Феодосий Великий наследует его корону. Он возвращает с острова св. мужа и вместе с ним сзывает против духоборца собор ста пятидесяти [61] епископов, на котором предали анафеме Македония и всех заразившихся его учением. Патриарх Нерсес, утвержденный свидетельством ста пятидесяти епископов, возвращается в Армению. Аршак по наущениям Тирит'а убил двоюродного своего брата, Гнела, и взял жену его П'арандцем, за что св. Нерсес, предав его проклятию, ушел в Грецию, оставив своим наместником Хада, епископа Багревандского, житницы которого не оскудевали, как при Ильи у вдовицы 174. В это время царь пapcийcкий, Шапух, прибыл в Атерпатакан и, вьзвав к себе Аршака и заключив его в оковы, отправляет в крепость, названную Ануш 175, где он и умер, наложив на себя руку. Св. Нерсес, узнав об этом, просит императора воцарить Папа, сына Аршака, что тот и исполнил, отправив его вместе с патриархом Нерсесом, в сопровождении многочисленного войска. По прибытии своем они нашли Мехружана Артцруни, отступника от Христа, единодержавно властвующим в Армении при помощи пapcийcкогo войска. Они дали ему сражение, на котором при содействии молитвы святого мужа истребили Парсов. Сембат Багратуни (на этом сражении) взял Мехружана и венцом из раскаленного железа увенчал его, вследствие чего он и погиб, покрытый позором 176. Страна наша в продолжение семи лет находилась под управлением Папа. В это время греческий военачальник, Анатолий, построил в честь императора (город) Феодосополь 177. Пап по причине частых упреков, делаемых ему Нерсесом за постыдные дела, дал ему тайно смертоносный напиток в деревне Хахе в [62] округе Екехеац: его похоронили в Т'иле; он управлял престолом тридцать четыре года 178. На его место Пап, по примеру патриархов, без (участия) кеcapийcкогo митрополита назначил какого-то Шахака, уроженца Апахуник'ского округа, но не надолго: он управлял престолом (только) четыре года 179.

Военачальник Анатолий, обманом вызвав к себе Папа, заключил его в оковы и отправил к Феодосию, который, не удостоив его даже своего лицезрения, приказал бросить в море 180. Он назначил армянским царем какого-то Вараздата Аршакуни, управлявшего четыре года. На втором году его почил владыка Шахак, которому наследует брат его, Завен, — муж добрый как и он, (и правит престолом) четыре года 181. — Вараздат задумал убить храброго Мушех'а, в следствие чего весь род Мамиконский начал его преследовать, Феодоcий сослал его на остров Т'улис 182, а в Армении поставил царями обоих сыновей Папа — Аршака и Вахаршака. На третьем году Аршака почил Завен, которого престол занял Аспуракес, брат их, такой же добродетельный как и они, и управлял семь лет 183.

Царь парсийский, Шапух, и Аркадий, сын Феодоcия, заключив между собою союз, разделили Армению: Аргнак взял греческую половину по причини единоверчества, между тем как Вахаршак владел восточною частью — уделом парсийским. Но (последний) скоро умер, и Шапух назначил на его место какого-то Хосрова Аршакуни, которого через три года удалили от власти по доносам [63] коммисаров страны. Этот Хосров возвел на патриарший престол святого Саака, сына Нерсеса Великого, который управлял святым престолом 50 лет. Но парcийский царь поставил на место Хосрова брата его, Врамшапуха, (царствовавшего) 15 лет 184.

На седьмом году его царствования и на первом году Арташира, сына Шапуха, св. Месроп устроил армянскую азбуку. Двадцать две буквы, (бывшие) у Даниила сирянина и изобретенные в древния времена, но оказавшиеся недостаточными для выражения всего разнообразия языка нашего, были брошены древними, которые после того стали довольствоваться греческими, cиpийcкими и пapcийcкими буквами 185. При такой азбуке Месроп не мог приступить к переводу богодухновенных книг на армяиский язык; и потому, предавшись молитвам, при содействии св. Сака, получает от Бога четырнадцать букв, начертанных Его десницею перед Месропом, как великому Моисею на Синайской горе, так и ему на горе Балу, где до сих пор видны на скале Богом начертанные изображения письмен 186. Местные жители: Татчики и христиане, равно чествуют то место фимиамом и свечами. — Существование армянских письмен, (оставшихся) от древности, было доказано во время царя Лсвона, когда в Киликии нашли монету, на которой армянскими буквами было изображено имя языческого царя Хайкида 187. Недостаток именно этой азбуки восполнил возобновитсль и устроитель нового Израиля — новый наш Ездра, осененный божественной благодатью. Через посредство этого дара, Богом данного, Месроп принял луч Св. Троицы и [64] (вместе) с пророками, апостолами, евангелистами, небесными чинами и сонмом всех праведных вступил в Землю армянскую 188 и в сокровищницу церквей наших внес эту непостижимую лепоту на украшение душ и тел и на вечную славу, чего не всякий народ удостоивается от Господа всего. Ибо не художники и не ходатаи умудрили и вели нас к Нему; но десницею, создавшею мир и распростертою с небес были начертаны письмена учения. Память о Боге и Господе нашем жива в наших книгах, и сообщаст мощь и благодать приступающим к ним с верою и разумностью. Поэтому слава, честь и благодарение тому, кто принес их нам от Господа, и да останется светлою память о Месропе в книге жизни, (в книги) зеленеющей, т. е. в вечно-радостном месте отца нашего, память о котором да будет с святейшими. Нам же — его ученикам и духовным сынам, молитвами его да будет милость и милосердие от Бога.

Св. патриарх Саак, обрадованный с неба посланным даром, выбирает украшенных добродетелью юношей и отправляет их к народам, дабы они у всех народов могли учиться книжному искусству 189, а именно — Иосифа, Леонтия, Иoaннa, Авраама, Ардцана, Муше, Езиака, Корьюна и других; а потом немного спустя, Моисея, Давида, Ехише и Мамбре - брата Моисея; за ними Ардцана Артцруни, Хосрова и Лазаря историка 190. Через их посредство переведены все книги по точным спискам св. Леонтия 191.

Св. Саак возобновил храм святых (дев-сопутниц) Рип'симе, разрушенный Шапухом, мощи [65] которых оставались под спудом, пока наконец, по просьбе Саака, Бог не открыл их ему. Он видел прекращение царства (в династии Аршакуни) и священства из рода Пахлавуни и вторичное их возобновление в последствии времени 192. У него была единственная дочь, которую он выдал замуж за Хамазаспа мамиконского и от которой родился св. Вардан.

После того муж божий, дивный Месроп, отправился в Иверию и создал для ее жителей письмена при содействии какого-то Джахела 193, бывшего своего ученика. Оттуда пошел он в Ах'ованк', создал и для них письмена, сообразуясь с их языком, при помощи Вениамина, также бывшего своего ученика.

Врамшапух прекрасно кончил жизнь свою. Св. Саак, отправившись к Язкерту, стал ходатаем за Хосрова, бывшего в темнице, и вторично возвел его на престол, которым впрочем он правил не более года и скончался 194.

По смерти Язкерта вступил на престол Верам II, который много замышлял зла против нашей веры. Св. Саак, узнав это, отправился в греческий удел (Армении), а святого Месропа с внуком своим, Варданом, послал к Феодосию, сыну Аркадия, который, приняв их с радостью, назначил Вардана стрателатом, а Месропа — учителем учителей 195. Феодосий и патриарх Аттик приказали учредить школы и назначили содержание от казны. По возвращении своем к святому Сааку они исполнили (полученное ими) приказание. Вскоре после того Саак послал Вардана к Вераму просить о мире и возведении на престол Арташира, сына Врамшапуха, что царь и [66] исполнил. Моисей же говорит, что Язкерт после Хосрова воцарил сына своего, Шапуха, (который правил) три года и по получении известия о кончине своего отца ушел и был убит (парсийскими) войсками 196. Говорят, что страну нашу в продолжение одиннадцати лет терзали безначалие и смуты, и что после воцарился Арташир, которого возненавидели нахарары за предосудительную его слабость к женщинам: они просили Саака Великого низвергнуть Арташира с престола. И когда тот не согласился, они сами пошли ко двору Верама, заставили вызвать Арташира и сослать в Хужастан 197. Они свели с престола и святого Саака и на его место назначили Сурмака, соучастника своего в деле доноса; но этот последний через год уже был изгнан. Они поставили потом сирянина Бергишо, и то на один год; за тем Шмуела, также сирянина, беспутного и безнравственного. Наконец армянские нахарары почувствовали к нему омерзение, прогнали его и обратились с просьбою к св. Сааку, дабы тот принял престол, на что он не соглашался. (Несмотря на это), он не переставал день и ночь напоять духовных своих агнцев от небесного источника. — Некоторые говорят, что после Бергишо и Шмуела (патриаршим) престолом управлял Сурмак в течении семи лет. Св. Саак после кратковременного пребывания в Багревандском округе в деревне Белуре, почил о Христе и был похоронен в Аштишате 198. После погибели Верама и господства сына его, Язкерта, шесть месяцев спустя, скончался св. Месроп в Вахаршапате в деревне Ошакане 199: крестообразный свет [67] осенял его гроб до тех пор, пока его не опустили в могилу. — Патриаршим престолом управлял, как наместник, Иосиф, ученик Месропа из Вайоц-дзора из деревни Хохоцима 200. Говорят, что Сурмак до кончины своей совершал рукоположение в течении семи лет. Тогда собрались нахарары и поставили наместником царства святого Вардана 201.

Около этого времени возвратились отправленные для перевода св. книг — Х'евонд, Корьюн и Ардцан. Они встретились на Ефесском coбopе, созванном Феодосием на одиннадцатом году своего царствования против злочестивого Нестория, и принесли оттуда правила (этого собора) в шести главах.

Войско армянское то покорялось Парсам, то войною восставало против них, когда начинали они притеснять его, относительно веры. Шавасп Артцруни и Вендо — старшие нахарары, изменив вере, построили в Девине храм Ормизда 202 и дом огня, и главным жрецом поставили Шеро, сына Вендо. Вардан, узнав об этом, пошел с своим полком на Шаваспа, которого убиль; марзпана 203 Мешкана обратил в бегство; мерзкого Вендо, бросив в атрушан 204, сжег; Шерб на багине 205 повесил на шесте, и на этом месте построил церковь во имя святого Григория 205. В кафоликосы рукоположили святого Иосифа, созвавшего собор в Шахапиване, где были постановлены правила о наказаниях 207. Два года спустя, пришло войско из Парсии, которое, еще издалека замышлявшее о взятии Иосифа вместе с Сааком, Хевондом и с другими, захватило их и посадило, как советников Вардана, в темницу. Но [68] они с радостью приняли оковы ради Христа и не соглашались на снятие их до тех пор, пока настанет время. Поэтому случаю армянские князья собрались, поставили Гьюта патриархом и по приказанию самого Иосифа перенесли патриарший престол в Девин. Тогда все армянские нахарары признали над собою власть св. Вардана, который при их содействии в продолжении девятнадцати лет не переставал воевать с Парсами: он одержал сорок две победы до минуты мученической своей кончины, сопутствуемый благословением св. Саака, который в час кончины своей — 30-го числа месяца навасарда 208, в самый день своего рождения, благословил его и братьев его — Хемаяка и Хамазастана. Тоже самое сделал и св. Месроп во время своей смерти, т. е. 13-го числа месяца мехекана 209: их-то молитвами и благословением укрепились они и увенчались.

В это время получил назначение главнокомандующего царя Язкерта злобный Нерсех, к которому отправился Вараз Baxиaн, зять сюник'ского князя, Васака, из того же рода, ненавидимый и преследуемый своим тестем. Раздраженный последним, он отрекся от Христа и причинил Армении много бедствий. Впрочем и тесть его, Васак, бросился в бездну (прорытую) диаволом: и оба они стали виновниками бедствий, претерпенных Арменией, что можно видеть в подробных историях 210.

Тридцатого числа месяца хротиц 211, на шестнадцатом году Язкерта, Вардан с своими союзниками в числе 1,230 человек принял мученичество. Два года спустя, 7-го числа месяца хротиц, (мученическою [69] смертью были увенчаны) св. иepeй Самуил и диакон Авраам. Наконец 10-го числа того же месяца св. епископ басенский — Т'ат'ик, еще прежде отведенный в Хужастан, (кончил дни свои) в жестоких муках. Св. кафоликос Иосиф, св. Саак, Девонд, иepeй Муше, св. иepeй Арсен, св. диакон Кадчадч — вcе шестеро умерли 25-го месяца хротица в стране Апаре во славу Божию, а блаженный же Могпет 212 10-го числа месяца маргац 213. — Асох'ик говорит: “Проверяя годы царей, мы узнали за достоверное, что это случилось на 16 году царствования Язкерта и на 4 году Маркиана 214”. В эти дни св. Моисей, Мамбре и Давид, возвратившись с учения, управляли патриаршим дворцом. Кажется, что во время Халкедонского собора патриарха Гьюта уже не было в живых, а Иоанн Мандакуни еще не был возведен на престол; (и потому) граматы, в которых излагалось исповедаиее Халкедонского собора, принесенные к ним, были ими отвергнуты потому, что (исповедание это) не согласовалось с преданием всех отцев святых. Тогда Моисей и Давид отправидись, — буде возможно — помочь православно. У нас существует сочинение, (в котором говорится), что Давид долго беседовал с Ювеналом, с придворным иереем Пульхерии, и с Мамврием, apxиeпископом коринфским. Когда последние, покрытые стыдом, принуждены были замолчать передь ним. тогда встает Мелетий, митрополит македонский и говорит Моисею: “Я знаю тебя и твоих учеников: вы с детства воспитаны и посвящены во все изгибы аргументации велеречивых и надменных [70] философов — и, конечно, кто может состязаться с вами? К тому же вы распалены завистью за то, что мы вас не пригласили (на собор); но вы сами знаете, что тогда у вас патриapший престол стоял незанятым 215”. Моисей говорит: “Ты слишком хорошо нас знаешь; (знаешь и то), что мы были (в то время) старшими в (нашей) церкви и судьями в патриаршем дворце 216; почему же вы не пригласили нас? а теперь ты ставишь нам в упрек наши обширные познания. Впрочем причина вашего собора ни для кого не есть тайна; по мы все-таки не откажемся от истины: — не перестанем признавать единое естество в Воплотившемся 217”. Мелетий заметил: “Как ты разумеешь единое естество в Божестве, это значит — ты отличаешь его от (естества) Отца и (представляешь) его смешанным во плоти”. Моисей сказал: “Нет, оно не отличается от (естества) Отца; оно у Отца и (в тоже время) соединенно во плоти”... и проч. и проч. 218.

Что же касается до времени патриархов, то вот наше о том мнение: Гьют занимает престол шесть лет, после чего умирает. Его престол наследует Иoaнн Мандакуии Философ, муж, исполненный духа божия, который прекрасно устроил чин рукоположения и литургию и (оставил нам) слова назидания. Он неревел второе послание к Коринфянам, (послания) Иоанна и много других полезных творений в продолжении своей жизни. Одни говорят, что одновременно были кафоликосами: Гьют в греческом уделе, Иоанн Мандакуни — в парсийском. В их время жил отшелыьник Антоний, он же [71] Т'ат'ул 219, который, оставив все свое имущество ради Христа, вместе с родным своим братом, Варосом, пошел и посвятил себя монашеству на том месте, которое ныне называется “Святым Т'ат'улом 220”.

После кончины святых наших мучеников, злой Васак жену и троих сыновей Хемаяка отвел ко двору (парсийскому), как сыновей преступника. Но бдешх иверийский, Ашуша, выпроси л их у Язкерта, который совершенно неожиданно уступил их ему: из них старший, по имени Вахан, стал после спарапетом армянским 221. После смерти Язкерта, сын его, Пероз 222, убив своего брата, воцарился: он заключил мир с Арменией и Вахана назначил собирателем казенных податей. Теснимый клеветниками, Вахан изменил своей вере; нo после терзаемый совестью, раскаялся и, отложившись от царя, неоднократно поражал парсийские войска 223.

Вараз-вах'иан, который завладел Сюник'ской страною, по причине своего отступничества долгое время, мучимый злым духом, умирает наконец без раскаяния. В это же время был убит отступник Вазген, и многие другие отступники получили еще на этом свете задаток на геену 224.

После этого Михран, военачальник пapcийcкий, с многочисленным войском идет на царя иверийского, Вахтанга, и обращается к Вахану с просьбою о помощи, которую этот охотно ему предлагает. При самом начале сражения трусливое войско иверийскос обратилось в бегство вместе с своим царем и с другими трусами из Армян 225. Умер мучеником св. [72] Васак, брат Вахана, лице которого, как лицо Моисеево, перед началом боя сияло таким невыносимым для присутствующих блеском, что все они предузнали конец, его ожидавший в тот день 226. Св. князь Сюник'ский, Язд, увенчался мученическим вецем в 16-й день месяца хори в Багуане 227: он был взят Михраном, который мучил и принуждал его отречься от веры и жить в величии; но князь, отказавшись (от его предложения), принял смерть ради Христа, увенчанный венцом небесным. Равным образом и храбрый военачальник, Саак, скончался во время сражения за святую веру.

После этого Ефталиты убили Пероза и семерых сыновей его 228; поставили царем брата его, Вахарша, который, вызвав к себе Вахана, назначил его военачальником армянским, а в последствии и марзпаном. — За Вахаршом следует сын его, Кават; за ним Хосров, (царствовавший) 48 лет.

Вахан возобновил в Арташате церкви, раззоренные Парсами. В это время блаженный Тант'а из Аршаруник' вместе со многими другими, принял мученический венец из рук Зарнавухта, военачальника пapcийcкогo 229.

Владыка Иоанн занимал (пaтpиapший) престол 6 лет; после него владыка Бабкен 7 лет; за ним владыка Муше 8 лет; Саак 7 лет; владыка Христофор философ 7 лет.

Но Вахан после прекрасной жизни скончался, и брат его, Вард, заступившей его место, управлял в продожение четырех лет. По мнению одних, [73] Вахан управлял Армениею 20 лет, а по другим — 31 год.

Владыке Христофору наследует владыка Хевонд — 2 года; владыка Нерсес 9 лет. В его время царь пapcийcкий, Хосров, совершил набег на Армению с целью взять Варда: на поле Хазамахском произошло великое сражение 230, на котором было истреблено парсийское войско при содействии молитвы св. пaтpиapxa Нерсеса. В это же время св. Издбузит, что означает “Богом спасеный 231”, умер мученическою смертью в Девине от руки марзпана Вахана; ибо после Варда марзпаны назначались из Парсов. Св. пaтpиapx Нерсес предал земле тело св. мученика, близ патриаршего дворца, построив над ним церковь 232 из тесанного камня.

В это время при содействии Езраса Ангехаци число риторов увеличилось 233.

После владыки Нерсеса владыка Иоанн (занимал его престол) 15 лет; потом владыка Моисей из Ехиварда 30 лет 234. На десятом году своего патриаршествования, на тридцать первом году Хосрова, сына Каната, и на четырнадцатом году Юстиниана, который выстроил святую Софию, Моисей установил армянское летосчисление, когда совершился период пятисот тридцати двух лет. Правителем Армении был Межеж Генуни, который управлял 31 год. — При установлении летосчисления (нашего) были: епископ Петр сюник'ский, грамматик 235, Нершапух из Тарона, Абдишо из Сасуна 236, посвященный Моисеем в епископы 237. Он же рукоположил его (в епископа, а в последствии и) в кафоликоса [74] иверийского Кюриона, — иверийца, по происхождению, из округа Джавахк', из деревни Скутри 238, — человека знающего армянскую и грузинскую письменность, который после принял халкедонское учение; ибо еще в детстве он был отправлен в Грецию — в область Колонию 239, где жил он в деревне Никополе 240 на берегу реки Гайль 241, и получил воспитаниe греческое. Пятнадцать лет спустя, Моисей пpиехал в Девин и иазначил Кюриона пресвитером соборной церкви и хорепископом айраратской провинции в продолжении семи лет. Когда ивepийcкий кафоликос умер, князья той страны послали (депутатов) к владыке Моисею по существовавшему у них обычаю — просить себе (духовного) начальника 242. Моисей дал им Кюриона, как близкого к себе человека, который, прибыв на место, (вскоре) завладел всею страною. В последетвии явился к нему какой-то несторианец, уроженец хужастанский 243, по имени Кис 244, что означает “жестокость”, чем он и стал в самом деле: — он пришел из Колонии, из деревни Зутарима 245 недалеко от Никополя. Он был товарищем по учению и имел одинаковые религиозные убеждения с Кюрионом, который поэтому посвятил его в епископа и погиб вместе с ним и со всею страною. Епископ Моисей в Цуртаве 246, ныне называемом Гандценк', известил о том пaтpиapxa Моисея, который написал к Кюриону обличительную грамату, (исполненную) угроз. Кюрион из страха отрекся от нового своего учения. Посли этого спустя немного времени, умер патриарх на 30 году своего патриаршества, и [75] Кюрион уже без опасения принял собор Халкедонский 247.

Пapcийcкий царь, Хосров, перед кончиной уверовал во Христа 248: он пригласил к себе блаженного кафоликоса, рукоположенного владыкою Гьютом, вместе с прочими епископами, во время поездки его к царю Перозу. Епископ доказал царю заблуждние Парсов, и тот в ожидании смерти принял крещение от Ерана 249, приобщился святых тайн и вскоре скончался: христиане положили его в царских гробницах. — Корону его взял Ормизд, сын его, который изменою был убит в собственном дворце. Наследовал его корону сын его, Хосров, на которого восстал главноначальствующий Вахрам и заставил его убежать. Хосров отправился к императору Маврикию и, получив от него помощь, возвратился и снова завладел своим наследием. В знак своей признательности к Маврикию царь уступил ему Месопотамию, а в Apмeнии — страну, называемую Танутеракан Гунд за исключением столицы Девина и двух провинций — О'тен-Масиаца и Арагатца 250 — (и все пространство) от горы, называемой Ентцаки-Сар'ом 251, до селения Ареста и до Хациюнк' 252. Император дерзнул переменить имена, данные царем 253: название Армении — Первая Армения — им данное, переменил он на Вторую Армению, где столицею Ceвaстия 254; Каппадокию, где столицею Kecapия 255, назвал Третьей Apмeниeй и обратил в eпapxию; Мелитину 256 с областью того же названия назвал Первою Арменией; Понт, где столицею Трапизон 257, назвал Великою частью [76] Армении; Четвертую Армению, где столицею Муфарх'ин записал он в царском архиве Юстинианополем 258 страну Каринскую, где столицею Феодосиополь 259, на

звал Великою частью Армении; землю же, лежащую в Великой Армении греческого удела, начиная от Басена 260 до пределов Ассирии, назвал Великою Арменией; страны Тайк' 261 со всеми их границами называет Внутренней Арменией: все эти названия (он приказал) записать в архиве 262.

В эти дни Сембат Багратуни мужественно низложил к ногам Хосрова всех врагов его, который, желая выразить ему свою благодарность, назначил его правителем Верканской страны 263. По прибытии своем Сембат нашел там Армян, отведснных в плен и поселенных в Туркестане в великой пустыни, называемой Сагастаном 264, Армян, забывших и язык и грамату свою. При виде Сембата они обрадовались и принялись за изучение языка и письменности. По его просьбе великий патриарх, Моисей, посвятил для них в епископы иерея Авеля и утвердил их жребием св. Григория. Сембат с разрешения царя приехал взглянуть на свою землю, и по прибытии своем в Девин начал перестройку деревянной церкви во имя св. Григория, воздвигнутой св. Варданом. И так как гарнизон крепости неоднократно припосил царю жалобу на то, что (деревянная постройка) грозит опасностью крепости; то и вышло повеление срыть крепость и выстроить (новую) в отдаленности. Сембат, обрадованный этим, во славу Христа перестроил церковь из тесанного камня 265. Он приказал посвятить в [77] патpиapxa владыку Авраама, епископа Рештуник', который своими грамотами через посредство Петра, не взирая на все свои старания, не мог обратить Кюpиoнa в православие. Наконец был созван собор в Девине, на котором предали проклятию Kюpиoнa, как еретика 266.

Маврикий назначил в греческом уделе кафоликосом Иoaннa, имевшего свое местoпpeбываниe в дepeвне Аване 267, где он и выстроил церковь: он был муж святой жизни и всегда оставался верен учению своей церкви. В то время греческие вельможи убили Маврикия и поставили царем Фоку, который пришел в Басен с целью покорить Армению; но на встречу ему вышел Ашот по приказанию Хосрова и нанес ему жестокое поражение, взял город Карин, жителей переселил в Ахмадан 268, увсл с собою кафоликоса Иоанна, там скрывавшегося. Впрочем он скончался в Ахмадане, откуда тело его перевезли и положили в деревне Аване: он патриаршествовал двадцать шесть лет. Три года спустя, преставился также св. патриарх Авраам; наследует ему владыка Комитас из деревни Ахцк' 269.

В ряду князей (т. е. марзпанов) после Межежа являются Парсы: сначала Деншапух, усиливший скверное заблуждение (т. с. поклонение огню); за ним Вараздат; потом Сурен, родственник Хосрова, не перестававший блудить с нахарарскими женами, за что вознегодовал на него Вардан, сын Васака мамиконского, и, убив его, с семейством своим ушел в Константинополь.

Ираклий, убив Фоку, возводит на престол сына [78] своего и сам отправляется походом на восток. По приказание Хосрова Хорем опустошает Грецию в отмщение за убиение Маврикия, предает разграблению Иерусалим и отводит в плен патриарха Иерусалимского, Захарио, вместе с спасительным древом 270. В то время патриарх Комитас, при расширеннии и увеличении церкви св. дев — сопутнице Рип'симе, находит их святые мощи, что стало причиною не малой радости для христиан. И так как они были запечатаны перстнем святых Григория и Саака, то Комитас не дерзнул снять с них печать, но приложил также и свою. Святая дева Рип'симе была росту в десять пяденей и 4 пальца 271. Говорят, что св. Григорий был девяти, а Тердат одиннадцати пяденей росту.

Император Ираклий отправил послов с дарами к Хосрову просить мира, но тот не дал ему ответа. Разгневанный Ираклий берет брата своего, Феодосия, при Антиохии два раза поражает пapcийские войска и через Армению идет на Хосрова; к нему присоединяется Кават, сын Хосрова I-го, и убивает Хосрова, потом заключает мир с Ираклием, уступая ему Месопотамию. Ираклий возвращается в город Карин 272.

В это время престол Комитаса наслтедовал уже владыка Христофор, которого свергнув — ибо он сеял раздоры между князьями 273 — поставили на его место Езра из Нига 274, вызванного императором в город Карин. Он по неведению своему принял халкедонское учение, и за продажу своей веры получил соляные копи и третью часть Кохба 275. Когда [79] Езр возвратился, Иоаyн, архимандрит патриаршего дворца, встретил его с упреками, говоря: “По истине ты назван Езр 276, ибо ты переступил границу православия”; за тем ушел он в землю Ах'ованов к пределам Гардманского округа 277 и посвятил себя строгой отшельнической жизни 278. Он написал три сочинения, на которых однако не выставил своего имени: первое называется Нравственное наставление, второе — Корень веры, а третье — Нойсмак (***) (Не есть ли слово: нойсмак,*** греческое носмата?). У него был ученик, по имени Серий, заразившийся учением Савеллия 279, которого Иоанн прогнал от себя. — Невежды Иoaнну приписывают направление Сергия 280.

В эти дни умирает царь Кават и наследует ему юный сын его, Арташир. Ираклий, узнав об этом, убеждает Хорема взять корону, убив юношу, что тот и сделал, уступив Ираклию святый крест. Но войско убило Хорема и возложило корону на Борь — сестру Хосрова. За нею следуес сестра ее, Замрик, потом Ормизд, внук Хосрова, которого задушили и возвели на престол Язкерта, внука Хосрова 281.

Ираклий перенес крест в Иерусалим и поставил его на прежнем месте. Он назначил армянским военачальником Межежа, которого убил Давид Сахаруни и по приказанию Ираклия сам княжил три года. Давид построил церковь в Мрене 282; в последствии он навлек на себя неуважениe князей и был изгнан: возникли величайшие смуты в Армении и каждый делал что хотел. [80]

Кафеоликос Езр расширил церковь святой Гaиане. Владыка Христофор выстроил монастырь в области Отен-Масиац, и подвизался в немолчных молитвах.

Около этого времени двенадцать тысяч Евреев, собравшись в Эдессе, отложились от Ираклия, который пришел, осадил Урху, взял ее и отпустил Евреев безнаказанно идти куда хотят, не внимая брату своему, Феодору, желавшему истребить их. Оттуда они пошли через пустыню в Тачкастан 283 к сынам Израиля, как к сродникам, и пригласили их себе на помощь. Из последних одни согласились, другие — нет, потому что между ними существовали различные расколы, как некогда между Египтянами различные верования.

Тогда явился муж из среды сынов Исмаиля, по имени Махомед — купец по ремеслу 284. Он родился в городе Maдиaнe на расстоянии двух дней пути от Мекки, из рода, называемого Корешом, от Абдаллы, который умер, оставив его сиротою. Он поступил к одному купцу и вскоре сделался в его доме первым. После смерти купца он завладел домом своего хозяина, женившись на его жене. И шел он с своими верблюдами в Египет, когда встретился ему какой-то отшельник, по имени Сергий, последователь Apиa и Керинфия 285. Через Ветxий Завет он дал Махомеду понятие о Боге, и познакомил его (также) с книгою о Детстве нашего Господа. По возвращении на родину Махомед стал проповедывать то, что слышал; но народ прогнал его и он отправился в пустыню Фарани. Когда [81] пришли двенадцать тысяч Евреев, он воспользовался случаем и стал проповедывать сынам Израильским Бога Авраамова; обещал им, что если они поклонятся ему, то наследуют землю, данную Богом Аврааму. И вняли они его голосу, и стали стекаться, начиная от Евилы до Сура 286, что насупротив Египта. Двенадцать тысяч Евреев по числу колен Израиля они разделили между двенадцатью родоначальниками, по тысячи на каждого; таким образом они сделались уделом двенадцати родоначальников, именами которых и стали называться: Наваюф, Кидар, Навдеил, Мавсан, Масма, Идума, Maссии, Ходдад, Феман, Иетур, Нафес, Кедма. И отправились они отдельными станами из пустыни Фарани в Роовоф Моавитский и перешли по ту сторону Иордана в жребий Рувина. Тогда греческие войска находились в Аравии; они нанесли им поражение и Феодор, брат императора, едва спасся бегством. Князья же возвратились в Аравию и расселились по коленам. К ним стеклись все остатки сынов Израилевых и составилось огромное войско. Послали сказать императору, чтобы он очистил землю, данную Богом Аврааму. Император отверг их предложение и, собрав семдесять тысяч войска, под начальством верного евнуха отправил в Apaвию на Исмаиля: войско было истреблено и стан Махомеда наполнился богатой добычей. — Это случилось в 65 году нашего летосчисления 287. Так как совет, данный Махомедом, удался, то народ стал просить у него закона. Место, где стояли храмы змиев, которым народ поклонялся, [82] Махомед назвал Аль-Кауба 288, что означает “Дверь Божия”; город, в котором он жил, назвал “Домом Авраама”. Когда стало усиливаться хрисианство, то бывший в Дамаске кумир — Реман, который ничто иное как хромой Гефест — перенесли и бросили в пустыни. Татчики нашли его и перенесли в храмы змиев 289. Жрецы этих змиев не захотели ставить его там; вынесли оттуда и поставили на камни, на котором выдолбили место для одной ноги. Eфиoпcкиe купцы украли этот кумир, который был отлит из золота Исмаильтянами. Возгоралась жестокая война между двумя народами. Когда память о этом событии исчезла, Махомед стал уверять, что это — след ноги Авраама, (сохранившиеся с того времени), когда он приходил на свидание с сыном своим, Исмаилом 290. (Говорят), в то время Исмаил был на охоте. Авраам спрашивает жену его: “где твой муж?” — Та отвечает: “ступай прочь, дряхлый старик”. Авраам говорит: “когда твой муж придет домой, скажи ему: “перемени дверь дома твоего”. — Когда же пришел Исмаил и почуял запах отца своего, спросил жену, и та рассказала ему все слышанное. Исмаил понял (в чем дело), отпустил жену и взял другую до седьмой жены, которая попросила Авраама сойдти с осла, дабы она могла умастить ноги его. Тогда Авраам спустил одну ногу и положил ее на камень, и камень расступился под его ногой. Другую же ногу он не спускал с вьючной скотины потому, что поклялся Сарре не спешиться — Сарра опасалась встречи его с Агарью 291. Это — вымысл самого Махомеда; он приказал со [83] всех сторон стекаться туда на поклонение и на одной ноге ходить около того камня, повторяя: “лбайк, лбайк,” на что, будто бы, кто-то отвечал: “ай, ай, авас авас 292”. Оттуда они проходят в долину, где бьют скотину; потом садятся на лошадь и скачут до холма Мекки. Во время этого скакания они спускают с себя одежду и не должны оглядываться. Проходя между двух скал, называемых ими Сабою и Мервою 293, семь раз в бeспoкoйстве идут от одной скалы к другой и бросают камни, говоря, что так делал и учил (делать) сам Махомед 294.

Бегание на одной ноге есть следствие “следа ноги” (Авраама); бить и резать скотину в долине, говорят (доказывает то), что Махомед принес жертву всем духам, дабы они показали ему видение; и когда показались духи, он пустился бежать.

Хождение между двумя скалами и бросание каменьев (намекает на то), что прежде поклонения кумирам, они поклонялись камням 295, и что когда Махомед совершал по обыкновению молитву — напала на него бешеная собака, в которую он стал бросать каменья. — Он приказал своим делать тоже.

Они не убивают ни гад, ни змиев, потому что прежде они были предметами их поклонения.

Избиение собак, говорят, означает то, что когда Махомед умер — так как не хотели хоронить его, в той надежде, что он после трех дней воскреснет, подобно Господу нашему — собаки обгрызли все лице у него. Когда узнали об этом, стали бить собак. Приказано делать это каждый год в один и тот же месяц. [84]

Он учил: “Бог — един, и нет другого равного Ему, а Махомед — раб Его”.

То, что говорят на основании слов какого-то Еврея, будто пророки вещали как для Христа, так и для Махомеда — относится к тому, что Иcaия видел двоих сидящих на осле и на верблюде.

Как-то раз посредством колдовства Махомед вдруг скрылся. Немного спустя, он явился и сказал: “мир, милость и благодать Божия да будут с вами!”

Спрашивают его в изумлении: “откуда идешь и что означает это новое приветствие, и благодать какого Бога приносишь ты нам?”

Махомед отвечает: “Бог брал меня в Мекку — в дом моего и вашего отца, Авраама; там он поведал мне волю свою и завтра пришлет нам закон”. — Он взял молодую корову, отелившуюся там, где было стечение народа; отвел ее от теленка; написал (на бумаге), что ему было угодно и, привязав ее к рогам корове, с преданными себе людьми, отправил в пустыню, с приказанием на другой день отпустить ее. Сам же, окруженный толпою, дожидался. Вдруг корова прибежала с ревом, врезалась в толпу и стала искать теленка. Махомед приказал схватить ее и, взяв бумагу, поцеловал се и сказал: “она — от Бога”. Поэтому самому до сих пор в начали Корана написано: “Сурат аль бакара” — т. е. закон коровы 296.

Махомед приказал семь раз совершать молитву с омовением. — Вместо труб, бывших в употреблении у Израильтян, он приказал призывать к [85] молитве с высоты, основываясь на словах: “восходи на гору Сионскую, ты — благовеститель”. — Призывающего называют мудин, т. е. законоположитель. Приложение пальца к уху (выражает то), что волей или неволей все должны слышать ухом.

Махомед назвал Христа Словом Божиим и Духом.

Говорят, что он совершал чудеса: сводил с неба луну, рассекал ее на четыре части, снова соединял и отпускал на небо.

У Исмаильтян прежде был князем Кахерт 297; когда они встретили Махомеда, уверовали в него во всем.

Когда (Исмаилетяне) усилились, жители Иерусалима, опасаясь их, Крест Господний и всю церковную утварь на корабли отнесли в Константинополь; сами же покорились Исмаилю, ибо император не мог собрать против них войска. Исмаильтяне разделились на три части, (из которых одна отправилась) в Египет, другая в Грецию, третья в Армению: они везде являлись победителями. Часть, которая шла на Армению, прошла через Accиpию и, дошедши до Девина, взяла его и истребила бесчисленное множество народу. Они отвели в плен тридцать семь тысяч человек, во время управления Феодора Рештуни, заступившего место Давида 298 ... Они нанесли поражение греческому полководцу, Прокопию, который с 60,000 войска расположился было на границе Армении.

В это время умер Езр и наследовад престол патриарший Нерсес, епископ Тайкский 299, десять лет спустя после Езра. Видя жестокие кровопролития и грабительства, он вздумал убежать под тем предлогом, что не считает себя достойным такого [86] высокого сана. Но когда стали его упрашивать, он уступил общей просьбе, и приказал собирать множество трупов и предать земле. На том самом месте, где стояла сгоравшая церковь св. Сергия, он выстроил новую; построил также святый храм над Хор-вирап'ом и положил основание (другому) большому храму во имя святого Григория на каменистом месте: под четырьмя его колоннами (он поместил) все мощи св. Григория кроме головы, которую, положив в ковчег, хранил на случай исцеления недужных. Тут были помещены также мощи Издбузида и мученика Давида 300. Говорят, что мощи св. Григория принесены в Армению Григорием Мамиконским, ездившим с посольством в Константинополь. Ему вручила их одна знатная женщина, имевшая их при себе. Князь вывез это сокровище непреходящего величия на корабле неведомо от города. Челюсть (св. Григория) он уступил Земле Ахованской по просьбе Джуаншира и сестры его, бывшей женою Григория (Мамиконского).

В то время император Константин (Ираклий) убит вельможами своей матери Мартины, которая ставит сына своего, Гераклеона, и возводит Константина, сына (Ираклия) Константина 301. — И так как отложился тогда Варазтироц, то ходатаем за него стал Нерсес и он был назначен куропалатом армянским 302; он не успел еще вступить в отправление должности, как умер. — Его похоронили в Даронк'е 303 подле отца его, храброго Сембата...

Махомед после сороколетнего правления умирает и наследуют власть его Омар, Амр и Абубакр. [87]

Язкерт, внук Хосрова, был умерщвлен. Таким образом прекратилось царство парсийское, продолжавшееся 481 год 304. И захватил власть в свои руки Мавий.

Константин, внук Ираклия, лишив власти Феодора, приказал киликийскому военачальнику идти на Мавия. Тогда Вард — сын Феодора, задумал ковы против греческого войска: во время бегства Греков, он отрезал (веревки понтонного) моста на Евфрате 305.

Мавий назначил правителем Армении Григория Мамиконского и наложил на Армению дань в пятьсот дахеканов 306.

Некоторые говорят, что все тело Григория Просветителя было принесено из Тордана, и что некто Израиль по приказанию Вараз-Гордата, князя Ахованов, пришед, выпросил челюсть Просветителя, перенес и положил в месте, называемом Гелхованк 307.

Армяне вынуждены были покориться Агарянам. Император, разгневанный за это, пошел на Армению; но кафоликос Нерсес успел убедить его остановиться в Девине в патриаршем дворце. Император и кафоликос вместе приобщились св. тайн и по обычаю Греков восемь дней провели они в размышлениях. Потом стали проповедывать учение Халкедонского собора. Один из епископов, вышед из алтаря, скрылся в народе; и когда после император спросил у епископа: “отчего ты вместе с своим патриархом не приобщился св. тайн?” — тот ответил: “тому причиною он сам; ибо два года тому назад он созвал собор и на нем [88] предал проклятию всех еретиков и в особенности собор Халкедонский”. — Царь сильно обвинял патpиapxa за это его коварство. Потом приобщился также епископ, благословил царя и царь благословил его 308. Когда император уехал, Нерсес, опасаясь владетеля Рештуник', ушел в Тайк'; и возвратился оттуда, спустя только шесть лет, когда узнал о смерти Феодора. Он построил кельи близ большой церкви и по примеру Греков поселил в них по два человека. Провел воду из реки К'асаха и посадил рощу и виноградники. Он созвал большой собор из десяти отцев 309. Случилось ему присутствовать во время праздника Преображения при отправлении службы в Багаване (в Багревандском Округе Айраратской провинции), где он заметил, что песни в честь трех отроков, воспетой на одном клиросе, певчие не могли продолжать на другом. (Вследствие чего) по его приказанию были рассмотрены церковные песни, из которых выбрали лучшие, которые с тех пор и поются в армянской церкви 310. Редакция их была возложена на св. Барсеха, по прозванию Тчон, бывшего настоятеля монастыря, называемого Деправанк', что в области Ани 311. Говорят, что он семь раз с дивной смелостью удостоился видеть Христа. По нем и Ширакан, который до ныне употребляется в церквах армянских, называется Тчопентир.

Пока Нерсес находился в Тайк', Феодор Рештуни обстроил остров Ахт'амар 312. Из монастыря Деправанк' унесли крест, с именем (?) св. Богородицы, прежде называвшийся “Крестом Тчонов”, а [89] ныне Вардцийским. Сергий, из рода Тчонов, унес его тайком от иноплеменников туда, где он через посредство архимандрита Тимофея совершил чудеса: — жену Димитрия, царя иверийского, совершенно исцелил от проказы. Вот почему Иверийцы взяли (этот крест) у Армян! Он освящен (или) св. Месропом, или св. Баресхом Тчоном — на правом его крыле находится надпись на армянском языке Великого патриарха, Нерсеса, покончине его, похоронили в собственном его имении. Престол его занял Анастасий из Акори 313, заведывавший домом Нерсеса, тот самый, который по приказанию его строил церковь во имя св. Григория, когда он еще находился в Тайк'. — Во время Анастасия Григорий Maмиконский выстроил собор в Аруче и монастырь Ехивардский 314; Aнacтacий же построил церковь в Акори, (дав ей назначение) братства и больницы. К князю Григорию пришел парс Сурхан, происходивший от царского рода и желавший обратиться ко Христу. Григорий попросил Анастасия крестить Сурхана, сам был у него крестным отцем и подарил ему Дцаг в Котайке 315. — В это время жил Анания Ширакуни 316, который, получив приказание от Aнacтacия, составил неподвижный календарь. Между тем как патриарх собирался утвердить его на соборе, постигла его смерть. — Ему наследует Израиль после шестилетнего служения Анастасия. В его время Нерсех, князь иверийский, преследуя, заставил удалиться из Армении какого-то Барабу, военачальника Татчиков. Израиль занимал патриарший престол десять лет и умер. Патpиapший вуаль [90] принял св. Саак из деревни (с царским дворцем) Дцороп'орского округа 317.

На седьмом году Саака было нашествие Хазиров на Армению, которые убили князя Гpигopия и отвели в плен 318... Сын Сембата, Ашот Багратуни, заступил его место в управлении. Мавий, князь Измаильтян, вознамерился положить конец греческому царству по примеру парсийского. (Для этой цели) он снарядил три ста больших кораблей и (посадил) на каждый из них тысячу человек — и тысячу малых кораблей и (посадил) на каждый из них сто человек; он отправил их морем, а сам сухим путем пошел в Халкедон. Но все его корабли погибли; сам мог спастись только бегством и умер в Cиpии 319. Сын его, Мерван, заступив место своего отца, отправил в Армению остиканом 320 Махмеда, который опустошил остров Севан и отвел в плен всех находившихся на нем. Он разграбил церковь во имя св. Григория обманом: приказал убить одного из служителей своих и бросить в глубокую яму; потом начали искать убитого и когда нашли — то он в отмщение за (мнимое) убийство приказал отрезать у отшельников руки и ноги, а сорок человек повесил. — Махмед уехал из Армении; на его место остиканом прислан Абдаллах, который задумал истребить все армянское дворянство; кафоликоса Саака, заключив в оковы, отправил в Дамаск; князей армянских — Сембата и св. Давида 321 повесил; и когда другие армянские князья — Сембат, Ашот и Вард 322, хотели бежать в Грецию, Измаильтяне  в [91] числе 8 тысяч пошли за ними и настигли их в Варданакерте 323. Тут у них произошла схватка; при Божией помощи Аравитяне вcе были преданы мечy — У падших на этом сражении Сембат приказал отрезать носы и — отправить к императору, за что он и получил достоинство куропалата после Ашота 324; он построил в Даронк'е церковь во имя иконы Спасителя, которую сын его принес с мощами с запада 325... Его сменил Сембат Багратуни, который, отправившись в Тайк', укрепился в Т'ухарке 326. Узнав о том, Абдулмелик приказал полководцу своему, Махмеду, идти на Армению. Патриарх Саак, бывший еще тогда в оковах, написал к Махмеду письмо, прося позволения явиться к нему. (Получив разрешение, Саак) пошел в Харан; но здесь он заболел и письменно обратился к Махмеду, умоляя его — простить Армянам их вину; тот исполнил его просьбу и не вступил в Армению со злобою (в сердце). Некоторые полагают, что Эмир, к которому отправился Саак, был Окбай, который примирился с Армянами и вместе с телом патриарха послал в Apмeнию милостивую грамату. Саак патриаршествовал двадцать семь лет; престол его наследовал Илия (Exиa).

Абдулмелик умирает и место его заступает сын его, Велит (Валид), который приказал Махмеду истребить все армянское дворянство через некоторого Камса 327, правителя Нахчавана. Этот последний обманом собрал — одних в церковь (находившуюся) в Храме 328, других — в церковь, бывшую [92] в Нахчаване, и сжег их всех в 150 году 329. Главные нахарары взведены на виселицу в истязаниях 330; жены и дети их отведены в плен, в числе которых был также сын Гохтенского владетеля, Вахан, принявший мученичество.

Велита сменил брат его, Сулейман, место которого заступил Омар, предавший смерти святого Вахана. После сожжения князей куропалат Сембат и с ним вместе нахарары отправились в Егерк' 331, отняли у императора город П'уйт, где и поселились. После они разграбили город, расхитили всю утварь церковную и возвратились в Армению. Греки за это вознегодовали на них, положили предать их проклятию, что они и делают в праздник Пасхи.

Но великий Илья, отправившись в землю Ахованов, при содействии Омара с позором изгнал Нерсеса Бакура, последователя Халкедонского собора, равно как и владетельницу страны, разделявшую мнение последнего 332; рукоположил на его место другого и сам, возвратившись в Армению, скончался после четырнадцатилетнего управления престолом. — Ему наследовал Иоанн Философ; он постоянно носил власяницу; не смотря на это, он всегда облекался в пышную великолепную одежду, и в седую свою бороду вдувал мелкий золотой порошек. Слух об нем дошел до Омара, который, вызвав его к себе и пожаловав ему семь царских халатов, отпустил его обратно в Армению. По возвращении своем Иоанн проводил жизнь свою в посте, молитве и в светлых учениях, (предлагаемым им народу) 333. Он созвал собор в Маназекерте из [93] Армян и Сирийцев и очистил веру нашу от ереси (признающих Христа) человеком, ибо это кое-где у нас проповедывалось в следствие уклонения Езра 334.

В это время Омар письменно предложил императору Льву много вопросов, между прочим и следующее: “правда ли, как мы слышали, что xpиcтиане разделяются на семдесять два раскола?” — 335 Император отвечал: “правда, христиане разделяются, но на двенадцать только народов, которые суть: Греки, Римляне, Вавилоняне, Египтяне, Ефиопляне, Индийцы, Сирийцы, Армяне, Сарацины, Парсы, Ахованы (и Иверийцы) 336. Но (скажите), почему вы называете себя различными наименованиями, каковы: Кузи, Сабри, Т'урапи, Кнари, Мурджи, Басли (безбожный), Джерде 337, которые отрицают существование Бога, вocкpeceниe, твоего мнимого пророка и Харири, и которые разделяются на две (секты), из коих одна ненавидит вас, другая же любит мир? Ваши книги (писали) Омар, Абутураб и Сулиман-парс: Хаджадж — правитель Пapcии, не мало старался о их искажении 338; между тем как наши (книги) остались (неприкосновенными), потому что они от св. Духа. Во время пленения не все книги потеряны, они сохранились у рассеявшихся; ибо все, писанное Ездрою, согласно с древними. (Число священных книг) по числу алфавита, хотя (число) семь и не без великого значения повторяется” 339.

Св. патриарх Иоанн по приказанию Омара вывел распространенное по всей Армении употребление греческого языка. Говорят, что император Лев отправил послом какого-то князя, по имени Васид, [94] к Иоанну (с вопросом): “За чем ты так поступаешь?” (По прибытии своем в Армению), князь этот заболел; привели многих врачей, которые не могли оказать ему никакой помощи — а он был близок к смерти. Святый Иоанн положил на него руку, и он тотчас исцелился. Видя это чудо, Васид перешел в армянскую церковь, не возвратился более в Грецию, постригся в монахи и в продолжении пятнадцати лет вел отшельническую жизнь в пещере, названной по нем Хором-айр 340. Говорят, когда князь приехал в Армению из Греции, имел при себе крест. Мы это так слышали; если тебе угодно, прими (это известие, как мы его передаем).

После одиннадцатилетнего управления скончался Иоанн, престол которого наследовал Давид из деревни Арморик' 341 которая со времени царя Тердата составляла собственность патриаршего дворца. Здесь он построил церковь и провел остальные тринадцать лет своей жизни, теснимый развратными Татчиками, бывшими в Девине 342. — Место его заступил Тердат из деревни От'миса 343, муж добрый и добродетельный; в следствие его молитв в продолжении двадцати двух лет мир сохранялся ненарушимым.

Омара сменил Иезид, человек злобный, одержимый бесом; он не переставал преследовать кресты и иконы и истреблять свиней, пока наконец не был задушен злым духом 344. После него явился Хешм, который под предводительством брата своего, Меслима, послал в Вифинию 70,000 войска. [95]

Во время второго похода у Меслима силою Креста погибло в мopе 50,000 войска 345. Император отпустил Меслима, дабы он мог повидать про славу Божию. Хешм отправил в Армению Мервана, сына Махмеда, который по прибыли своем назначил Ашота Багратуни куропалатом или патрицием 346. Сембат, Мамиконский (вместе с сыновьями своими), Давидом и Григорием, сильно завидовали Ашоту (за его назначение 347). — Мерван пошел походом на Варачан — город Гуннов 348, и возвратился оттуда победителем. — После Хешма вступил на престол Велид 349, провождавший дни свои в разврате, который впрочем по приказание куррайев 350 был (вскоре) убит 351. Возвели на его место Сулеймана, которого убил Мерван и начал властвовать сам. Армянское войско получало ежегодно сто тысяч серебреных денариев. — Мерван взял Дамаск и покрыл (его жителей) позором и поношением: он привязывал к четырем кольям, (вбитым в землю), людей и приказывал тесать у них лица за три и за четыре нечестия, т. е. за убийство, любостяжание и сластолюбие, и за четвертое (нечестие), а именно, что не ожидали наказания от Бога 352. Около этого времени армянские князья задумали свергнуть с себя иго Аравитян, на что не дал своего согласия патриций Ашот; вследствие чего Григорий и Давид Мамиконские, схватив, ослепили его 353: он-то и есть родоначальник армянских и иверийских царей (Багратидов) 354. Потом выступили два сына Хешма — оба по имени Абдаллах, и в продолжение двух лет вели с Мерваном самую [96] кровопролитную войну; на одном из этих сражений пало 30,000 человек и сам Мерван убит. Власть перешла в руки (двух) Абдаллахов, налагавших дань даже на мертвых 355; они послали в Армению Иезида, жестокого тирана, которого сменил Бакр, а за ним бешеный Хасан. Мушех Мамиконский, выведенный из терпения его жестокостями, отложился от Измаильтян: при первой схватки он убил из них двести, а потом шесть сот человек Наконец Армяне, обманутые одним монахом, который на основании каких-то видений и обманчивых снов, им объясняемых, говорил, “что приспело время Измаильтян” — собрались в числи пяти тысяч под главным начальством Мушеха и Сембата 356. После Тердата наследует пaтpиapший престол другой Тердат — три года; потом Сион, епископ ахдцник'ский, муж святой жизни и чудотворец, который ударом жезла снова заставил течь иссякший, но некогда обильный, источник у подошвы горы, называемой Симом 357; он скончался посли осьмилетнего патриаршествования 358. На престол вступил Исаия из Ехапатруша 359, о котором говорят, что мать его вскормила в нищете, под открытым небом — в жестокую зиму и в знойное лето, прося милостыни. Как-то раз отгоняли ее от ворот патpиapшегo дворца; тогда она сказала: “разве вы не знаете, что я младенца своего вскармливаю здесь на патриаршество?” что и исполнилось; ибо он был епископом, а потом и патрархом при содействий Божией благодати; — он скончался по прошествии тринадцати лет 360. Его престол занимал Стефан два [97] года; потом Иов 361 — шесть месяцев: при нем в деревни Багреванде остикан 362, желая расхитить украшения церкви, ложно обвиняя, убил сорок человек и захватил богатую казну 363. — После Иова наследует престол Соломон из Гарни 364, настоятель монастыря Мак'еноц 365: он отправился в Зреск 366, в Ширакском округе, и в уединенной кельи жил строгой отшельнической жизнью. Отсюда-то вели его на патриарший престол; и когда встретившие его, изнуренного от тяжких трудов, спросили: “куда же ты идешь?” он отвегил: — “иду, чтобы дать возможность написать черной краской портрет свой рядом с портретами прочих патриархов”, что и исполнилось; ибо через год он умер и был изображен с прочими (патриархами) 367. Ему наследует Георгий из Арагатц-отена.

После Абдаллаха сын его, Махомед 368, послал к императору Льву два четверика горчичного зерна и вслед за тем войско, которое впрочем не причинило никакого вреда 369.

После великого сражения, (данного Армянами Аравитянам под предводительством Мушеха и Сембата) 370 уцелели только следующие: оба сына Сембата, сына Ашота — Ашот и Шапух; брат Самуила — Шапух; четыре дочери Мушеха и два сына, из которых старший назывался Шапухом, которые ушли в Васпураканскую землю, где оба были убиты Мехружаном Артцруни за то, что будто бы их отец был причиною великого бедствия, (постигшего Армению). Одна из сестер их вышла замуж за какого-то Измаильтянина, по имени Джахасп, в [98] надежде найти в нем защитника. Сыновья же Сембата — Ашот и Шапух, поровну разделили между собою все отцовские владения. И так как Джахасп захватил часть Аршаруник' 371 и намеревался завладеть через жену свою всею страною, то Ашот и Шапух отняли ее у него; мало того — они перешли в Ширакский округ, нанесли поражение войску Измаильтянина, там находившемуся, и завладели Шираком, Ашоцк'ом и Тайк'ской провинцией 372. Так-то посчастливилось храброму Ашоту; он построил Камах 373 и оставил там свое семейство. Он во всем следовал примеру предка своего, Сембата, сына Бюрата — владетеля Сембатавана — крепости в Сперском округе 374. Как-то раз неприятели окружили его, когда он молился. При виде этого он не прекратил своей беседы с Богом, но продолжал ее до конца. Потом вышел им на встречу, рассек на две части их начальника, по имени Липавон Абдаллах, и положил на месте пять сот человек. — Род Генуни обратился к нему (с просьбою) — избавить его от Измаильтян: Ашот во главе тысячи человек отправился в Ахиовитский округ 375, собрал около себя весь род Генуни 376 с его домочадцами, отвел и поселил в Тайк'скую провинцию. — В это время возникли смуты между Израильтянами: Армения немного отдохнула и армянские князья начали усиливаться в своих владениях. Властитель Измаильтян отдал Ашоту, сыну Атр-Нерсеха, сына Васака, сына армянского князя Ашота, землю Иверийскую, которую он, по прибытии своем туда, подчинил себе — Джахасп же, отложившись от своего повелителя, [99] силою овладел Девином и поселился там вместе с сыном своим, Абдаллахом. Видя это, куропалат Ашот отправил ко Льву (IV) просить помощи Армянам; император не был досужен в то время, ибо какой-то Михаил покушался на жизнь его - что впрочем не удалось. — Известившись об этом, Лев хотел предать его смерти, но царица упросила императора казнить его после пасхи, а пока заключить в темницу. Тюремный смотритель был друг Михаила; он подкупил придворных — царских камергеров и приближенных, которые с мечами в руках неожиданно напали на императора в церкви во время обедни: он подбежал к алтарю и схватился за него; но они безжалостно, как звери, убили его на месте 377. И воцарился Михаил 378; он потребовал к себе великого военачальника, Мануила Мамиконского, который в сопровождении 150 человек спешил перебраться в Камах; отсюда он перешел к Мамуну — властителю Измаильтян, который по y6иeнии брата Махмеда господствовал над Татчиками 379. Мамун принял его с большими почестями, назначил жалованье ему в день 1,306 серебреных монет, и к тому же беспрестанно делал ему необыкновенные подарки.

Куропалат Ашот господствовал (над странами, лежащими) от Кхарджа до Теп'хиса со включением горной страны 380.

Род Джахаспа, (поддерживаемый) пятью тысячами человек, усилившись в Девине, вздумал идти на Тарон — на владение Ашота, сына Сембата. Но благоразумный, храбрый и испытанный в вере Ашот в [100] сопровождении 200 всадников и 300 пеших выступил ему на встречу, и, не дожидаясь прибытия (остального) войска, предал мечу из них 3,000 человек; потом вступил в лагерь неприятеля, взял в добычу все его богатство и возвратился радостно, прославляя Христа. Между тем брат его, Шапух, предпринявший набег на окрестности Девина, возвращался также с богатой добычей. При виде его из города высыпало за ним войско; но горожане напали на Абделмелика и, убив его, притащили к городским воротам. Таким образом (Армяне) снова усилились; а (Измаильтяне), узнав все случившееся, разбрелись и рассеялись.

В эти дни явился к Ашоту какой-то епископ, по имени Апикура, с целью обратить его в Халкедонское учение. Бюрат, архимандрит месопотамийский, узнав об этом, отправил диакона Нанну, который, вступив с спископом в состязание, победил его силою св. Духа. Тогда князь (Ашот) прогнал Апикуру и еще болеe утвердился в вере св. Гpигopия. После этого Ашот скончался на одре своем. Сын его, Сембат, принял власть на один год. Он удостоился мученического венца от Христа на сражении, которое он с 500 человек дал четырем тысячам Измаильтян. Братья его: Давид, Саак, Мушех и Багарат, взяв мать свою, отправились в Муфархин 381 к эмиру Халафу, который сделал им ласковый прием.

Севада, из дома Джахаспа, во главе четырех тысяч войска боролся с Ашотом и с братом его, Шапухом, который погиб на этом сражении. Два [101] года спустя, умер также Ашот в своем доме власть его перешла в руки сына его, Сембата, который взял на свое попечение осиротевших сыновей Шапуха и поселил их в Ани 382 в безопасном месте. Он заключил мир с Севадою, отняв у него наследственное право главноначальствующего; потом женился на сестре Давида, которая родила ему двух сыновей — Ашота и Шапуха: их сестра была замужем за Багаратом, сыном куропалата Ашота. — Давид, брат Сембата, построил Оц-берд 383.

В эти дни явился из Багдада какой-то человек родом Парс, по имени Баб 384, который наносил жестокие поражения Измаильтянам, многих отводил в плен, а себя величал бессмертным; на одном сражении он истребил тридцать тысяч Измаильтян. Он проник до Гехаркуни, предавая мечу и больших и малых. В это время Мамун находился в Греции, где он после семилетней осады взял неприступную крепость Лолуу 385 и возвратился в Месопотамию.

Мануил (Мамиконский) снова отправился в Грецию.

Мамун умер и место его заступил брат его, Абу-Саак, который послал Ап'шина с огромною силою на Бабана. Ап'шин отправился в Армению и нанес поражение войску Бабана. Сахль, сын Сембата, взял в плен Бабана, за что потребовал от Ап'шина выкупа миллион серебреных монет; отсекли у Бабана руки и ноги и повесили. — После чего Ап'шин пошел на Грецию, победил императора, взял город Амурру 386 и, ограбив его, возвратился (по заключении) мира. [102]

В это время Абль-Херт, из рода Джахаспа, во главе четырех тысяч человек напал на Сюникскую землю; ему на встречу вышел Бабген с двумя стами и совершенно уничтожил его.

В порядке патриархов место Георгия заступил Иосиф (и управлял) одиннадцать лет; за ним следует Давид - тринадцать лет. В его время приехал в Армению остиканом Хол, против которого восстали Сембат и владетель Сюник'ский, Саак, которые и погибли. — Иосифу наследует Иоанн, муж святой и кроткой жизни; на восьмом году своего управления он был оклеветан перед Багаратом, владетелем Таврской горы, желавшим свергнуть его с престола; но Господь наказал клеветников. Тогда прибыл (в Армению) остикан по имени Абу-сет, (Абу-Саад), который, заключив Багарата в оковы, отправил его к Эмиру. Жители Тавра, раздраженные этим, убили Абу-Саада. Когда весть об этом дошла до Эмира, он собрал многочисленное войско и под начальством слуги своего, Бухи, отправил его с приказанием привести к себе в оковах армянских нахараров. Буха по прибытии исполнил приказание (своего государя): вступив в Тарон, он схватил сыновей пленного Багарата — Давида, Ашота и прекрасного Атома и с ними полтораста мужей, коих принуждал отречься от божественности Христа. Но они не согласились на это и в жестоких мучениях — мечем, огнем и крестом, приняли от Христа венок в 25 день месяца мехекана, в который день св. патриарх Иоанн назначил праздновать их память 387. Сам же Иоанн скончался после [103] двадцатидвухлетнего патриаршествования. Престол его занял Зaxapия, из деревни Дцага 388. — Между тем Буха схватил князей Сюник'ских — Васака с братом его, Ашотом, и великого князя Атр-Нерсеха в Хаченском округе, Гардманского князя Кетритча, а в провинции Ути 389 — Стефана Кона, род которого получил название, Севко-ордик' от своего родоначальника — и князя Ахованского Иcaию — и всех их отвел к Эмиру, обманом пригласив также главнокомандующего Сембата — приехать вслед за собою. Когда Сембат с прочими прибыл на место, и его заключили в оковы и требовали от него отступничества; но храбрый исповедник не принял этого на себя, и там же в темнице скончался и положен в могилу святого пророка Даниила. Его власть перешла к сыну его, Ашоту. Также и Стефан, прозванный Коном, в том же месте в страшных пытках кончил дни свои. Григорий Мамиконский, мужественно сохраняя веру (отцев своих), вышел из темницы, вступил в Багревандский округ и намеревался укрепиться в Габехенском округе в Газанатцаке 390, когда, семь дней спустя, постигла его смерть. Остикан Махмед, бывший тогда в Армении, послал приказание к Ашоту, сыну Сембата, взять Сембата, где бы он не находился и представить к себе. Ашот отсек голову у мертвого и отправил ее к Махмеду с словами: “Сембат хотел перебраться в Грецию; я послал за ним людей, которые его убили — и вот его голова!” Махмед обрадовался, известил о том Джафара, который приказал наградить Ашота пожалованием ему [104] округа Багреванда и 70,000 сребреников. В это время прекратился в Армении род Мамиконский.

Скажем здесь несколько слов о начале царей армянских и иверийских, происшедших от Багратуни. Как было сказано выше, после храброго Вардана армянские князья получили свое назначение случайным образом до Сембата Багратуни, за которым следовал Ашот, сыи Васака, ослепленный князьями Мамиконскими 391. У него было два сына: Сембат, родоначальник армянских, и Васак, родоначальник иверийских царей. У этого последнего был сын Атр-Нерсех: от него Ашот, от него Багарат, за ним брат его Горам, потом Давид — сын Багарата, убитый дядей своим (с отцевской стороны), Горамом; потом сын Давида, Атр-Нерсех, сын его Давид, племянник (по брату) последнего Гурген, потом сын последнего Багарат, который женился на дочери Сеннехерима, царя Васпураканского; — таков порядок (царей иверийских!).

У родоначальника же армянских царей, Сембата, был сын Ашот Мясоед; у него сын — Сембат Исповедник; у него сын — Ашот Благочестивый, тот самый, которого по приказанию Эмира Джафара Али, сын Вахея, провозгласил князем князей. К Ашоту прислал Фотий, константинопольский патриарх, в 318 — 869 году, Иоанна, митрополита никейского, с письмом к Захарии, заключавшим в себе ответ на вопрос: “С какою целью был созван четвертый собор?” — Созвали собор в Ширакване 392, на котором между прочими присутствовал также [105] сиpийcкий диакон, Нанна — тот самый, которого Джафар за веру хотел убить, но отпустил, устрашенный видением.

Писано, что Никейский собор из 518 отцев был после воскресения Христова в 325 году. На нем присутствовали патриархи: Сильвестр римский, Александр константинопольский, Ефстафий антиохийский, Аристакес армянский. — Пятьдесят шесть лет спустя, был второй собор на третьем году царствования Феодосия. На нем присутствовали патриархи: Дамаскин римский, Heктapий константинопольский, Тимофей александрийский, Иоанн антиохийский, Нерсес армянский. — Спустя пятьдесят лет, при Феодосии Младшем был третий собор. На нем патриархи: Целестин римский, Кирилл александрииский, Иоанн антиoxийcкий и Ювенал Иерусалимский; от Саака армянского (было послано) письмо в этот собор.

После того явился Евтихий, архимандрит константинопольский, который учил, что во Христе единое естество смешанное, и был изгнан патриархом Флавианом. Евтихий обратился к начальнику евнухов, Оскевану 393, прося его написать к Диоскору, дабы этот последний приказал принять его, что и сделал Оскеван, хотя после и раскаялся. Спустя двадцать два года после Кирилла, был созван вторый собор в Эфесе, на котором отвергли письмо Льва и отрешили Домнаса антиохийского: обо всем этом Фeoдocий получил подробное письмо, исполненное обвинений. Вышло приказание созвать новый собор и снова пересмотреть дело. Между тем умер Феодосий, и Маркиан в 452 году по воскресении [106] Христовом созвал собор на двенадцатом году кончины св. Саака — (в это время мученическою смертью умер Вардан с своими сподвижниками) — в патpиapшecтвовaниe Иоанна Мандакуни, который не мог ехать на собор, где было постановлено: изгнать из собора Диоскора, Петра антиохийского, Анатолия, брата Диоскора, (и сослать их) сначала в Кизик, потом в Гераклею и наконец в Пафлагонию 394. После шестилетнего царствования умирает Маркиан, наследует его корону Лев, царствовавший девятнадцать лет: он сослал Тимофея в Херсон 395. Лев Младший царствовал пять лет; Зенон шестнадцать лет: он прекратил смуты, возникшие в следствие Халкедонского собора, учение которого Рим принял и удержал. — Анастасий семнадцать лет: он остался при прежнем благочестии и возвратил Тимофея в Александрию. — Юстин девять лет: он снова восстановил учение собора (Халкедонского). — Юстиниан тридцать три года. — Юстиниан девять лет: он хотел восстановить православие, за что предательски был задушен. — Tиверий семь лет: при нем был собор Константинопольский, которого не приняли Армяне. — Маврикий двадцать три тода. — Фока восемь лет. — Ираклий тридцать семь лет. Константин три года. — Константин, внук Ираклия, двадцать девять лет: в его время (папа) Мартин созвал собор в Риме, на котором постановлено (признать) во Христе две воли и два действия. — Константин тринадцать лет: при нем Агафон созвал собор, на котором было утверждено (постановление собора, созванного) Мартином. — Юстиниан два года. — [107] Лев три года. — Оптимарий семь лет. — Юстиниан семь лет. — Филипп Вард (Барда или Бардас) два года. — Антемий два года. — Феодосий два года. — Лев семь лет. — Константин пятнадцать лет. — Лев пять лет. — Никифор шесть лет; Сторак один год. — Михаил два года. Василий, при котором жил Фотий, написавший (в Армению) письмо и сказавший, что нет разногласия (между двумя церквами) до Нерсеса Последнего, при котором постановлено армянское летосчисление в 104 году и который в последствии созвал собор в Девине через посредство сирянина Бардишо, приехавшего из Сасуна. При нем же были переведены книги Филаркcия, епископа города Набуна, и Тимофея Куза 396.

В шестнадцатом году мстительный Вардан убил Сурена, парсийского марзпана, и сам со всем своим семейством перешел к Юстиниану на тридцатом году его царствования. В праздник Воздвижения Креста он не приобщился с Греками, говоря, что это воспрещается нашими учителями. По этой причине царь созвал собор из ста пятидесяти епископов, называемый пятым собором. — Когда же Мушех во главе армянских и греческих войск покорил Хосрова и возвратился с дарами — тогда возник вопрос о вере. Маврикий созвал собор ста шестидесяти епископов, в том числе двадцать пять епископов из Армении. — Седьмой собор был созван Ираклием, отвергнутый Иоанном Майрованк'ским, за что Феодор Рештуни и Нерсес сослали его на Кавказ 397. В последствии он возвратился в Армению и сделал что ему было угодно. Армяне [108] отделились от Греков навсегда и (это разделение усилилось еще более с тех пор), как начали переводить через Сергия 398 сочинения Юлиана Галикарнасского. — На Манацкертском соборе было принято очень немногими письмо Фотия, на которое отвечал Саак, по прозванию Мерутен, бывший епископ Тайк'ский в Ашунк'е, который, преследуемый там за веру, пришел в Армению к Ашоту 399.

От того же императора Василия в 325 году пришел с большими дарами евнух Никита просить у Ашота корону на том основании, что епископ таронский, Вахан, уверял Василия в том, что он Bacилий происходит из рода Аршакуни, ибо мать его была армянка. Казалось, совершается видение св. Саака, т. е. “что (снова) взойдет на престол царь из рода Аршакуни” 400. Василий желал, чтобы Багратуни возложил на него корону, что Ашот и исполнил 401. Вместе с тем Ашот послад, говорят, десять тысяч сребреников в дар в новопостроенную церковь. Говорят также, что род Мамиконский купил у Юстиниана в память Армянам западную дверь св. Софии за пять четвериков серебра. Никита рассказывал, что Греки открыли часть мощей св. Григория Просветителя в субботу на пятой недели великого поста, и что у них положено праздновать этот день.

В это время владыка Захария отправился на свидание с Исейем, сыном Шейха, который, приняв его с большими почестями, сделал ему болышие подарки и разрешил ему являться к себе, [109] предшествуемый хоругвью и крестом. Зaxapии наследует Георгий из патриаршего дворца.

Около этого времени Ашот Великий внес свой меч в Ивepию и в землю Ахованскую и покорил племена кавказские 402. Ашоту не доставало только короны, о чем сильно думали армянские князья. Они через Исея довели (об этом своем желании) до сведения великого Эмира, который с сердечной радостью послад ему корону, (царскую) одежду и коней. Император Василий также прислал ему корону. — Владыка Георгий в 336 году на двенадцатом году своего патриаршествования и в 887 году по Рождестве Христове благословил корону Ашота, который в продолжении семи лет 403 привел в совершенное устройство свое государство.

Во время пaтpиapxa Георгия жил Хамам, напиcaвший толкование на притчи Соломоновы, объяснение на грамматику, на 38 главу Иова, на песни степеней Давида одну книгу, и на 118-й псалом одну книгу 404.

Царь Ашот, назначив правителем Иверии племянника своего (по сестре), скончался во Христе семидесяти одного года. Его корону наследовал сын его, Пап, в 344 — 895 году и царствовал двадцать четыре года 405 с соизволения Льва, сына Василия, царствовавшего после отца своего 24 года. Лев был муж щедрый в даяниях и ни мало не походил на Грека, который, как говорят, никогда не бывает щедр, да и на языке (греческом) слово: щедрый не существует Он был сын армянина и очень любил Армян. [110]

После того как Сембат принял почести (царские), выстроил в Еразгавбре 406, он же Ширакван, церковь во имя Святого Спаса, где он и был помазан на царство. Еразгавор был первоначальной столицей царей Багратидов, пока город Ани, (наименование, означающее попечение 407) еще не был ни обстроен, ни расширен, хотя его вышгород известен был под именем Ани и построен в древния времена. (Здесь-то после смерти Хосрованахарар Ота, укрепившись, хранил сестру Тердата, равно как и кумиры и казну царей Аршакуни; и отсюда Ота и тесть его, Татчат — владетель Ашоцк'а, вышли на встречу Тердату, возвратившемуся из Греции, и получили большую благодарность. Татчат этот тот самый, который объявил царю, что Григорий — сын Анака 408). — Крепость, известная ныне под именем Камаха, также называется Ани 409. Крепостью же Ани называется акрополис, где, по рассказам, какой-то расслабленный князь, укрепившись, сидел и не соглашался принять крещения во время обращения Армении в христианскую веру. Говорят также, что св. Григорий прибег при этом случае к следующему средству: переодевшись, он отправился к крепости, спустился оттуда, вращаясь, по крутизне, и очутился в воде; в одно мгновение он стал там на ноги и начал громогласно прославлять Бога, как-бы за то, что cyxие его ноги получили силу от воды. Когда князь увидел и услышал это, призвал к себе Григория, стал расспрашивать его и, по принятии крещения, исцелился в знамение духовного исцеления. [111]

Юсуф, остикан Татчиков, приказал задушить царя Сембата в Девине за христианскую веру и повесить; по его же приказание и сын Сембата, Мушех, быв отравлен, умер мученической смертью: его похоронили в Багаране с его отцами 410. Последовало семь лет безначалия, в продолжение которого меч и плен истощили нашу землю. — Ашот, сын Сембата, прозванный Железом за мужественные подвиги, переходит к греческому императору, Льву Константину. — В это время славные и великие князья — Давид и Гурген из дома Генуни, кончили дни свои, приняв в городе Девине от неверного Юсуфа мученический венец, день смерти которых празднуется 20-го числа месяца марери. (Святой епископ Саак и с ним двести человек светских и семь духовных лиц также скончались в Бюракане 411, в 10-й день месяца ахки 412; а в 15-й день того же месяца оба Киракоса, в память которых торжественный праздник назначил св. патриарх Иоанн 413, собственными глазами видевший это мрачное время, оставивший описание тогдашних событий для грядущих веков и установивший праздник в память св. царя Сембата.

Комментарии

158. Сирмий, Sirmium, — один из замечательных городов Римской империи, столица Паннонии.

159. Под словом: варвары, Вардан разумеет здесь Германцев, для отражения нападений которых Константин послал Юлиана на границы Рейна: здесь-то этот последний возложил на себя корону и на возвратном пути своем в Константинополь узнал о смерти императора в Азии и, как говорит Вардан, между Киликией и Иcaвpиeй.

160. См. у М. Хор., кн. III, гл. XXX.

161. По уверению Фауста Византийского (см. кн. III, гл. 8 и М. Хоренс., кн. III, гл. VIII), и последующих за ними армянских историков девин, или дувин, или довин есть слово пapcийcкoe и означает холм. — Девин — один из главных городов араратской провинции, часто называемый армянскими историками Остан'ом, ***, т. е. “столичным городом”.

162. См. у М. Хор., кн. III, гл. VIII. — О дальнейших подробностях царствования Хосрова, встречаемых, у Вардана, см. у Фауста Визант., кп. III, гл. VII. Описывая это нашествие варваров на Армению, Фауст очень определительно говорит, что это было нападение Маскутов, т. е. Масагетов, под предводительством царя Санесана — Аршакида по происхождению (см. о раздел. Аршакидов на разные ветви 133 примеч. к моему перев. Ист. М. Хорен.), который во главе Гуннов, Гугаров, Аланов и многих других диких народов, перешедши реку Кур, распространился по всей Армении и дошел до Гандцака (Гандже) до самых пределов Атерпатакана (Адербиджана) и наконец сосредоточил все свои силы в Араратской провинции. Тогда армянский полководец, Ваче, сын Артавазда Мамиконского, только что возвратившийся из Греции, напал на Санесана, вытеснил его из Вахаршапата и близ крепости Ошакана дал ему сражение, на котором пал царь Маскутов. Победу эту одержали вместе с Ваче и другие полководцы армянские, а именно: Баграт Багратуни, Мехундак и Гарегин Рештуни, Вахан Аматупи и Вараз Наминакан (см. кн. III, гл. 7; — М. Хор., кн. III, гл. IX). — О смерти Ваче выше приведенные историки ничего не упоминают.

163. Камах — крепость, иначе называемая Ани, в Великой Армении в провинции Верхней Армении.

164. О мученической копчине Юсика и Даниила см. у Фауста Визант. кн. III, гл. 12, 14; — у М. Хор. кн. III, гл. XIV.

165. Хациац-дерахт, ***, — роща, находившаяся в Таронском округе, Туруберанской провинции, не далеко от храма Вахагна в Аштишате. — Имя это образовалось из слов: Хаци,*** — “ясень” и дерахт,***, “сад” (от пapcийcкогo дерахт — дерево); де'рахт означает вообще “сад, насажденный деревьями”; на этом основании и Рай называется по армянски дерахт.

166, 167. Артцив, ***. Taк, стоит в нашем подлиннике; но вероятно слово это искажено переписчиками, ибо артцив значит по армянски орел, что конечно к этому листу нашего автора никакого не может иметь применения. Фауст Визант. (кн. III, гл. 20) , описывая несчастие, постигшее царя армянского, Тирана, ослепленного парсийским правителем Атерпатакана, Вараз-Шапухом, говорит, что это произошло в деревне апахуникского округа — Даларисе. Когда парсийский полководец вступил в нее, приказал принести уголья, чтобы раскалить железо, которым он собирался выжечь глаза у Тирана. Уголь по армянски атцух,***. После того, как совершено было над царем это злодейство, последний, говорит Фауст Византийский, назвал деревню Даларис Атцух'ом и произнес те замечательные слова, которыми Вардан заключает свой рассказ, а именно: “Я погасил два светила (т. е. Юсика и Даниила), вот почему и оба мои глаза покрылись тьмою!” (См. у Фауста, там же.) — Поэтому следует считать наше чтение неправильным и восстановить его так, как мы читаем это слово у Фауста, которое и может иметь применение к несчастию, постигшему армянского царя. — М. Хоренский (кн. III, гл. XVII) говорит, что Тирань был ослеплен парсийским царем, Шапухом: под этими словами вероятно разуметь должно: “по приказанию паpcийcкогo царя, Шапуха”.

Артцив или Даларис — деревня в апахуникском округе Туруберанской области Великой Армении.

168. Пап и Афанагинес — братья-близнецы, сыновья патpиapxa Юсика. Оба они были женаты на двух сестрах царя Тирана. Супруга Папа называлась Вараздухт — у них не было детей; а имя супруги Афанагинеса было Бамбиш — они имели единственного сына, Нерсеса, который в последствии занял престол св. Григория. Фауст Византийский (см. кн. III, гл. 13, 19) представляет обоих этих сыновей Юсика недостойными их отца. Не смотря на то, что против собственной их воли Пап и Афанагинес были посвящены во драконы, они вскоре вступили в военную службу и начали вести нетрезвую жизнь. Раз, когда они в Таронском округе близ Аштишата в архиерейском дворце, окруженные девами веселья, певцами и шутами, предавались буйному разгулу и пьянству, упал гром и сразил обоих братьев на месте. “Это за то, прибавляет Фауст, что они глумились над святыней и над храмом Господним”.

169. “Нося nepeд ним его булатный меч”. Во время царских выходов, по обычаю того времени, один из военных сановников стоял за царским престодом в великолепной одежде, держа в руке булатный меч царя в золотых ножнах вместе с поясом, усыпанным драгоценными каменьями и жемчугами. При царе Аршаке, сыне Тирана, эта честь выпала на долю Нерсесу, который был одним из любимцев царя (см. у Фауста Визант. кн. IV, гл. 3).

В подлиннике меч этот назван поховатик, ***, от поховат,***, — тожественное с парсийским пулат, откуда происходит и русское булат.

170. О избрании Нерсеса в патриархи и о рукоположении его в Kecapии см. у Ф. Визант. кн. IV, гл. 4.

171. О всех нововведениях и благих мерах, предпринятых Нерсесом по вступлении его на патриарший престол см. у Фауста Визант., кн. IV, гл. 4; — у М. Хор., кн. III, гл. XX. — Тризны, совершаемые над умершими в древней Армении, описаны в V кн. Фауста в главе 31, где между прочим встречаем следующие любопытные подробности, указывающие на глубоко-коренившиеся языческие обычаи: “Когда оплакивали умерших, мужчины и женщины составляли хороводы при звуках труб, китар и арф; с растерзанными руками и лицами, при омерзительных, чудовищных плясках, совершаемых друг против друга, они били в ладоши и таким образом провожали покойников”.

172. См. обо всем этом в моем издании Истории Иоанна Кафоликоса, Москва 1853, стр. 28, 29. — Нерсес Ламбронский (XII века), в одном из своих рассуждений, служащих вступлением к его “Толкование на литургию”, коснувшись начала и происхождения патриаршеских престолов, говорит: “Патpиapxи в мире занимают четыре престола в четырех столицах, где Евангелисты писали свои евангелия. Так как Матфей первый написал евангелие и то в Антиохии, поэтому и патриарх антиохийский пользуется почетом и первенством перед прочими патриархами; за ним следует Марк в Александрии, преемник которого считается вторым патриархом; Лука писал в Риме и потому римский патриарх занимает третье место, хотя по значению он первый; наконец Иоанн писал в Эфесе, поэтому и патриарх эфесский последний по престолу. — Этим порядком вселенская церковь управлялась до времени Юстиниана, т, е. по четырем евангелистам разделялся весь (христианский) мир на четыре патриаршества. Юстиниан же, вступив на престол, задумал перенести престол Иоанна из Эфеса в Константинополь, что он и совершил с согласия собора епископов. Тот же государь перенес престол Марка из Александрии в Иерусалим. Одни Константинопольский и Иерусалимский престолы оставались самостоятельными, т. е. они не подчинялись другим престолам и не имели в своей зависимости других престолов: Константинопольский на том основании, что он находился в царственном граде, а Иерусалимский потому, что он — град царя небесного. — Это вы найдете в постановлениях Никейского собора”. (См. упомянут, сочин., Венеция, 1847, стр. 81, 82.) Порядок же устаповления церковной иepapxии у Нерсеса Ламбронского мы находим более удовлетворительным, чем у нашего автора, у которого вероятно он искажен переписчиками. Вот этот порядок по Нерсесу: 1, патриарх; 2, архиепископ; 3, митрополит; 4, епископ; 5, священник; 6, диакон; 7, ипподиакон; 8, чтец и 9, псалмист, т. е. певец (см. там же, стр. 82 — 85).

173. Источником этого рассказа с подробностями о Нерсесе; Великом, о Валенцие, о кончине его сына, о убиении императора Сергием, служила нашему автору История Фауста (см. кн. IV, гл. 5, 10). — По этому рассказу Валенций умирает от руки заговорщика, между тем как мы знаем по истории, что он погиб во время похода своего против возмутившихся Вандалов, одержавших над ним верх близ Адрианополя, в 378 году.

174. См. IV кн. 15 гл. Ист. Фауста. — М. Хорен. кн. III, га. XXII — XXVI; XXXI.

175. Крепость Ануш, т. е. “Крепость забвения”, была в Парcии. Государственные преступники, раз попавшие в нее, царем пapcийcкмм, предавались забвению и уже более не видали божьего света. По где именно она находилась, трудно определить. Прокопий знает ее под этим самым именем (Нерсид. Достопримеч. кн. I, гл. 5). — М. Хоренский (кн. III, гл. XXXV) полагает ее в Хужастане; (Хузистан) вместе с Фаустом Византийским (кн. V, гл. 4, 7). Не лишним считаем сказать здесь несколько слов о трагической кончине армянского царя, Аршака, заключенного в эту крепость. Когда парсийский царь, Шапух, обманом вызвал к себе Аршака, этот последний поехал к нему в сопровождении многочисленной свиты и с отрядом телохранителей. В числе их был и любимец Аршака, начальник евнухов — Драстамат, человек, пользовавшийся полным его доверием и заведывавший встеми его сокровищами и богатствами. Дарстамат был в то же время воин испытанной храбрости. В бытность свою в Парсии он оказал большие услуги Шапуху во время войны последнего с Кушанами, войны несчастной, на которой он спас царя от неминуемой гибели. По возвращении с этого неудачного похода, Шапух, желая наградить Драстамата, позволил ему просить у себя всего, чето пожеласт. Тот сказал: “мне ничего не нужно; разреши мне только видеть государя моего, Аршака; позволь мне быть с ним только один день; позволь снять с него оковы, омыть ему голову, умастить ее, одеть его в царскую одежду, уготовить ему седалище, предложить ему вина, веселить его песнями — и только на один день”. — При этом царь призадумался; наконец сказал — “Тяжело исполнить твою просьбу; со дня существования парсийского царства никто еще не дерзнул произнести имя человека, когда-нибудь заключенного в той крепости; по законам арийского государства ты идешь на верную смерть, напоминая мне о Крепости забвения. Почему не просить тебе целой страны, целой области, сокровищ? Но правда, заслуги твои велики; для тебя я нарушаю законы apийского государства — пусть будет по-твоему: разрешаю тебе видеть твоего государя”.

Царь дал Драстамату одного из верных своих телохранителей, грамату с приложением печати царского перстня, которой разрешалась Драстамату его просьба и свободный вход в Крепость забвения. Он вступил туда с той граматой в сопровождении царского телохранителя и удостоился видеть своего государя. Драстамат снял железные цепи с рук, с ног, с шеи своего государя; омыл ему голову, надеть на него царскую одежду, приготовить ему седалище, посадил, подал ему обед как за царским столом, поставил перед ним вина как за царским столом; развеселил его, говорил ему много утешительного, услаждал его слух песнями певцев.

Но когда наступило время десерта, поставили перед царем фрукты, яблоки, дыню, с ними вместе и нож. Между тем Драстамат стоял перед ним и утешал его; а царь, разгоряченный вином, вспомнил былое: — “Горе мне Аршаку, он воскликнул, “вот до чего я дожил!” С этими словами он ударил себя ножем в сердце и тут же за столом испустил дух. Драстамат бросился к нему, вырвал нож, вонзил его себе в бок и упал на том же месте.

176. О Мехружане и его кончине см. у М. Хор. кн. III, гл. 36 — 37.

177. Феодосополь или Феодосиополь — город, построенный в Великой Армении в округе Верхней Армении в начале V-гo века по приказанию Феодосия Младшего полководцем его, Анатолием, и названный так в честь императора, как говорит наш автор, основываясь конечно на свидетельстве М. Хоренского (кп. Ш, гл. LIX). Армянское его название — Город Ка рин,***; ныне Эрзерум.

178. Фауст Византийский (кп. V, гл. 22, 23 и 24) оставил нам любопытные подробности о Папе и Нерсесе. Он, говорит, что мать царя армянского, Папа, с самого рождения своего сына посвятила его нечистым духам, с которыми он в последствии находился в беспрестанных сношениях и которых вызывал чарами колдовства. Он был человек беспорядочной и беспутной жизни, за что не редко навлекал на себя упреки пaтpиapxa Нерсеса. Но слова святого мужа не имели на него никакого действия. Не смотря на это, Пап теготился частыми его упреками и искал случая избавиться от него: искал между своими приближенными, а в последствии и в народе, человека, который бы убил Нерсеса. Святостью сего пастыря, добродетелями и неусыпными попечениями о благе народа все до одного были обезоружены и к чести тогдашних Армян нужно сказать, что между ними не нашлось ни одного человека, который бы принял на себя роль убийцы. Тогда царь сам выступил на сцену: пригласил Нерсеса во дворец на обед, за которым он сам лично поднес ему чашу вина с ядом, в следствие чего Нерсес и кончил жизнь свою. Это происходило в селении Хахе в округе Екехеац в провинции Верхней Армении.

179. Здесь наш текст представляет некоторую запутанность, происходящую конечно от переписчиков. Приведем это ме-сто словами подлинника и потом постараемся восстановить правильное его чтение: ***, т. е. — “На его (Нерсеса) место Пап назначил какого-то Шахака, но не надолго; после (него) Саака из округа Апахуник' без кесарийского митрополита, по примеру патриархов: он управлял престолом четыре года”. — Запутанность явная; в этом отрывки Шахак и Саак, без сомнения, одно и тоже лице; переписчик затемнил смысль этого отрывка вставкою ненужных слов, которые если мы отбросим, то получим следующее чтение, которое не противоречить истории, а именно: "На его (Нерсеса) место Пап, без кесарийского митрополита, назначил, по примеру патриархов, какого-то Шахака из округа Апахуник'; он управлял престолом четыре года”. По Моисею Хоренскому, этот Шахак был из рода Албиана, *** (кн. III, гл. XXXIX), за которым следовал Завен из потомков того же Албиана (там же гл. XL) . — Фауст византийский, неизвестно почему, говорит, что место Нерсеса заступил епископ Юсик из рода Албиана же, епископа Маназкертского, которого Юсика Пап назначает, армянским патриахом без участия кесарийского престола (кн. V, гл. 29) . — Кроме того мы знаем, что за Нерсесом в 384 году следовал Шахак, за ним Завен, потом Аспуракес, а в 390 году — Саак I парт'ев.

180. Моисей Хоренский повествует, что греческий полководец, Tepeнтий, взял Папа военнопленным, представил в оковах к императору Феодосию Великому, который приказал отсечь ему голову топором (кн. III, гл. XXXIX). Фауст же передает нам совершенно другое: по его рассказу, Терентий пригласил армянского царя на обед, где за столом Пап был изменнически убит воинами, заранее для того приготовленными (кн. V, гл. 32). — Наш же автор говорит, что Пап, отправленный к императору, по приказанию последнего был брошен в море. — Трудно согласовать эти противоречия.

181. Вардан решительно называет Завена братом Шахака, и вероятно на том основании, что Фауст (кн. VI, гл. 2) называет его чадом епископа Албиана Маназкертского, между тем как Моисей Хоренский, как мы заметили выше (примеч. 179), говорит, что Завен был из рода Албиана — ***

182. Остров Тулис — Туле, Thule древних. Географическое его положение с точностью до сих пор еще не определено. Смотря по тому, что Плиний говорит о нем, можно только заключить, что Туле был один из отдаленнейших островов Cеверного океана; на основании слов Питеаса марсельского он полагает его за Британиею на расстоянии шести-дневного от нее пути к северу (Quod fieri in insula Thule, Pytheas Massiliensis scripsit, sex dierum navigationt in septemtrionem a Britannia distante; кн. II, LXXVII). Далее Плиний уверяет, что на этом острове шесть месяцев бывает день и столько же месяцев ночь — обстоятельство, которое может быть применяемо или к Исландии или к Шпицбергену. — Тацит же в Жизни Агриколы, § 10, уверяет, что когда Римляне на своих кораблях впервые обходили Британию, они открыли Оркадские острова и в тоже время заметили Туле, который был объят зимою и покрыт снегом. Слова эти могут навести нас на предположение, что под островом Туле можно разуметь Шетланд. — Моисей Хоренский в своей Географии, описывая пoлoжeниe этого острова, дает нам возможность придти к тому же заключению, к которому приводит нас Тацит. Он упоминает о Тулисе, Thule, в двух местах довольно подробно, хотя и в общих чертах; но из неопределенного его описания тоже трудно вывести какое-нибудь ясное заключение о положении упомянутого острова. “Океан, говорит он, протекая на север, поворачивает на восток и образует два величайших острова (вероятно, Англию и Ирландию), называемых землею Британцев, и большой остров Тулис, за которым начинается неведомый мир”. Таким образом он представляете Тулис отдельным, самостоятельным как бы принадлежащим к группе британских островов, под которым можно разуметь Шетланд. “Во всем этом, как я имел уже случай заметить в другом месте (см. примеч. 459 к моему переводу Истории М. Хорен.), ясно одно только, а именно, что Тулис иди Туле находился на Атлантическом океaне и на севере от Англии и Шотландии...” Затем остается неразрешенным вопрос: владели-ли когда-нибудь византийские императоры островом Туле или Тулисом, чтобы отправлять туда государственных преступников на заточение? — На этот вопрос история не даст никакого ответа.островом, не принадлежащим ни к какой группе островов, лежащих на севере от Великобритании. В другом месте своей Географии тот же автор говорит, что между государствами Европы находится и “Земля Британцев, которую образуют два острова на Северном океане выше Испании. Из них западный остров называется Иберниею и имеет вид овса: заключает в себе шестнадцать больших рек.... Восточный же остров именуется Алуйоном (Албион), который больше (первого), имеет вид пиявицы и многоветвист; рек в нем двадцать одна; имеет леca, (состоящие) из огромных дерев. Кругом этого острова сорок два небольших острова и большой остров Тулис.” — В этом отрывке Тулис представляется

183. В порядке наследования патриаршего престола в Армении в этом периоде времени, т. е. во второй половине IV столетия, Фауст византийский расходится с Моисеем Хоренским и с Иоанном Кафоликосом (см. мое изд. его Истории, стр. 31), ибо у него после Завена следует Шахак из Кортчек'а, занимавший патриарший престол два года, а за ним уже Аспурак или Аспуракес; между тем как прочие армянские историки не упоминают об этом втором Шахаке.

184. О разделе Армении и о прочих политических событиях, бегло упоминаемых в этом отделе нашего автора, см. у М. Хор. кн. III, гл. XLII — LII.

185. М. Xopeнcкий в кн. I, гл. III, Корьюн в Биографии св. Месропа и Лазарь П'apиcкий в своей Истории, (Венеция, 1793, стр. 25), как ученики Месропа и свидетели изобретения им армянского алфавита, говорят, что Армяне прежде употребляли греческие, сирийские и парсийские, т. е. зендские, письмена для изображения армянских слов и что-этими письменами писались как государственные акты, так и целые книги.

186. На горе Балу, где до сих пор видны на скале Богом начертанные изображения писъмен. — Корьюн (V-го века), оставивший нам подробную историю изобретения армянских письмен, говорит, что св. Месроп совершил великий свой подвиг в Самосате в Месопотамии (у М. Хор. ошибкою стоит в Самocе — кн.III, гл.LIII, равно как и у Лазаря П'арпского стр. 28) мнение, которое конечно должно иметь предпочтение перед другими, как указание свидетеля события, им описываемого. — Гора же Балу, на которую указывает Вардан как на место, где явилась Месропу десница Божия, начертившая письмена, упоминается только нашим автором. Эта гора находится в округе Балаиовите в Четвертой Армении, в нынешнем Диарбекирском пашалыкстве, где и теперь существуете город этого же имени с крепостью. Здесь до сих пор указывают на пещеру, в которой никогда уединялся св. Месроп, предавшись молитвам, и где до нынн показывают священный камень, служащий предметом поклонения как для христианского, так и магометанского населения города и его окружностей (см. Географию Новой Армении отд. Инджиджиана, Венеция, 1806, стр. 224 — 225).

В рассказе Вардана о изобретении армянского алфавита, как и предшественников его, Моисея Хоренского, Корьюна и Лазаря П'арпского, учеников Месропа, живших в V веке, должно различить две стороны: одну историческую, а другую легендарную. Значение исторической части этого рассказа, если не ошибаемся, мы достаточно доказали в нашей монографии “О армянском алфавите,” приложенной к нашему переводу Ист. М. Хор. (стр.361 — 383). Легендарную же сторону рассказа учеников св. Месропа о изобретении письмен составляют в этом деле участие молитвы, явление Божией десницы, начертывающей изображение письмен на скале, а у Вардана сверх того и самая скала с изображением букв, существующая до сих пор на горе Балу, ставшая предметом поклонения жителей окрестностей упомянутой горы. Отбросив эту часть рассказа, мы найдем как у учеников Месропа, так и у Вардана, то, что составляет сущность дела, а именно — великое и благотворное изобретение знаменитого мужа. Указание Вардана именно на 14 букв, изобретенных Месропом, бросает большой свет на довольно неясный рассказ М. Хоренского, Корьюна и Лазаря П'арпского, и вполне освещает запутанный вопрос о происхождении армянского алфавита. Этим указанием мы воспользовались в упомянутой нашей монографии, куда и отсылаем читателя.

187. Имя языческого царя Хайкида. — Говоря о монете, найденной в Киликии во время царя Левона (наш автор не определяет, которого именно Левона), Вардан очень ясно напирает на то обстоятельство, что в Армении были древния письмена; и в доказательство приводит даже, что в его время или, может быть, до него, найдена была монета с армянскими буквами, изображавшими имя языческого царя. Хайкида. — Михаил Чамчиан в своей пространной Истории Армении, рассуждая, как большей частью он это делает, без понимания, такта и осторожно-осмотрительной критики, о армянском алфавите, совершенно искажает это место Вардана, где ученый наш автор с такою точностью и обстоятельно рассказывает о найденной в Киликие монете. Не смотря на то, что Вардан говорит о монете с именем языческого царя Хайкида, Чамчиан, не обращая на эти точные выражения никакого внимания, начинает толковать о монетах периода Аршакидов, уверяя, что на этих последних надпись была не армянская, думая такими аргументами опровергнуть мнение Вардана (см.Чамч. Ист. часть I, стр.760).

188. Наш автор разумеет под этими выражениями перевод Священных книг, т. е. Пророчеств, Евангелия, Деяний апостолов и проч.

189. Дабы они у всех народов могли учиться книжному искусству. Моисей Хоренский (кн. III, гл. LX) и Корьюн (Биография св. Месропа, Венеция, 1833, стр. 20, 21) говорят, что после изобретения алфавита Месроп и патриарх Саак, прежде нежели приступить к переводу св. писания с греческого, отправили на учение лучших из своих учеников для усовершенствования в упомяпутом языке в известные в V веке школы, а именно — в Эдессу, Александрию, Афины и Византию. — Вот что означают слова нашего автора: “учиться у всех народов”.

190. Здесь исчислены имена учеников Месропа и Саака, отправленных ими на учение в упомянутые в предыдущем примеч. школы. Все они обессмертили себя верным, точным и изящнейшим переводом св. книг с греческого на язык армянский; переводом, язык которого с тех пор остается образцем, к которому иногда приближался, но которого никогда не превосходил ни один из последующих армянских писателей. Все они имеют неотъемлемое право на вечную признательность своего народа. Кроме того некоторые из них занимают в армянской литературе самое почетное место; таковы: Езник или Езнак, Корьюн, Моисей Хоренский, Философ Давид, Ехише, Мамбре — младший брат Моис. Хоренского, и Лазарь П'арпский. Не будем останавливаться на них во-первых потому, что занимающимся армянской литературой более или менее знакомы эти имена; и во-вторых потому, что здесь неуместно распространяться о трудах и о месте, занимаемом каждым из них в истории армянской письменности.

191. См. у М. Хор. кн. III, гл. LXI, где говорится о первом с греческого неудавшемся переводе Библии на армянский язык и о том, как сам М. Хорен. был отправлен с другими своими товарищами в Александрию для основательного изучения “изящного, как он называет, языка греческого” (см. там же, той же кн. гл. LXII).

192. Он видел прекращение царства.... Современники-ученики св. Саака говорят: один мимоходом, другой со всевозможной подробностью о видении, предсказавшем св. Сааку падение династий армянских Аршакидов и прекращение пaтpиapшества в роде Григория Просветителя-Пахлавуни.

Моисей Хоренский (кн. III, гл. LXVI) рассказывает, что после смерти Шмуела, соправителя Саака по патриаршеству, когда нахарары, собравшись у св. мужа, умоляли его снова вступить на престол, он решительно отказался от их предложения, “рассказав им видение, которое, много прежде того, представилось ему во сне”.

Этот простой факт Лазарь п'арпский в своей Истории обстановляет совершенно иначе. После приведения подробностей, предшествовавших отказу Саака нахарарам, он говорит, что видение, о котором здесь речь, представилось первосвященнику во время вечерней службы, когда он сидел перед алтарем в кафедральной церкви города Вахаршапата. Потом он приводит самое видение, заключающееся появлением ангела, который приступает к толкованию этого видения Сааку, и объясняет его по пунктам систематически с условием, чтобы Саак со вниманием выслушал и потом передал бы его толкование бумаге для назидания верующих (см. Ист. Лазаря Парп. стр. 48 — 62).

Простой, естественный и почти обыденный Факт, переданный Моисеем Хоренским, а именно — знаменательное видение, представившееся Сааку во сне, у Лазаря п'арпского, совершенно отрешившись от исторической почвы, принимает мистическо-символическую форму и характер чисто-легендарный. В этой форме и с этим характером Лазарь вносит его в свою Историю. Спрашивается: действительно ли существовал рассказ об этом видении, написанный самим Сааком? и если он существовал, то почему не упоминает о нем М. Хоренский, который, в другом месте своей Истории, рассказывая жизнь св. Григория, с такою заботливостью указывает даже на простое Письмо Артитеса (кн. II, гл. LXXX), служившее ему для того источником? — Почему тот же М. Хоренский и в этом случай не указывает на существование “Видения Саака”, как на исторический источник, важный для него тем более еще, что оно был произведением пера его учителя? — И если он ограничивается в этом случай только немногими, но точными, словами, а именно: “Саак рассказал нахарарам видение, которое ему представилось во сне” — то не следует ли заключить, что об этом факте было только на словах сообщено армянским вельможам, но что Саак не нередавал его бумаге? Если при этих соображениях вспомним еще и то обстоятельство, что по М. Хоренскому видение представилось во сне, а по Лазарю п'арпскому — в соборной церкви на яву, то придем к следующему естественному заключению: невозможно, чтобы два ученика-современника Саака такт, резко противоречили друг другу в рассказе своем о факте в самых существенных его частях.

Из двух одно: или “Видение” у Лазаря п'арпского есть его собственное произведение, облеченное в мистическую форму, для которого зерном служило сонное видение Саака, или же оно — подлог последующих веков, внесенный в рукописную Истоpию Лазаря в последствии. Первое предположение не может быть допущено потому, что Лазарь п'ариский был человек высокой честности и потому неспособный на подобного рода обман; еще потому, что язык Видения резко отличается от языка Лазаря. — Остается второе предположение, а именно, что видение — подлог, в последствии внесенный в Историю Лазаря.

Это наше мнение подтверждается еще свидетельством и высоким авторитетом знаменитого, ученейшего и проницательного Нерсеса Ламбронского, который в своем ответном Послании к отшельнику Юсику, жившему в его время в Антиоxии, говорит между прочим и о “Видении св. Саака”. Нерсес смотрит на Видение, как на сомнительное произведение, как на подлог и указывает на авторитет Моисея Хоренского, "который, говорит он, в своей Исторм не упоминает о нем, между тем как он подробно рассказывает о св. Сааке” — ***. - (см.это Послание, впервые изданное М. Мсерьянцем в его “Литературном Сборники”, Москва, 1859, стр. 37 — 38).

Следовательно, и Нерсес Ламбронский не принимает Видения, как исторического памятника, и отвергает его как произведение, не происходящее от пера св. Саака. Замечательно, что он ни слова не говорит о Лазаре п'ариском, у которого Видение это встречается во всей своей целости. Не значить ли это, что в списки Истории Лазаря, бывшие в руках у Нерсеса Ламбронского, в XII и в предшествовавших веках еще не было вставлено Видение? Иначе Нерсес не прошел бы молчанием о важном авторитет Лазаря в то время, когда он указывает на современника последнего — на Моисея Хоренского. Таково наше мнение о Вядении св. Саака!

193. Этот бывший ученик Месропа, которого Вардан называет Джахел'ом,***, у Корьюна и Моисея Хоренского является под именем Джаха,***.

194. См. у М. Хор. кн. III, гл. LV.

195. Учителем учителей — ***. — О происхождении слова вардапет — “учитель" и о настоящем значении его см. 489 примеч. к моему переводу Истории М. Хоренского.

196. Конечно, Вардан разумеет здесь Моисея Хоренского, который действительно говорит, что после Хосрова III вступает на армянский престол Шапух, сын пapcийcкогo царя Язкерта, за которым уже следует Арташир VI в 422 году.

197. Хужастан — армянская форма Хузистан'а.

198. Св. Саак Великий скончался в 440 году, в деревне Белуре — в багревандском округе араратской провинции. — Аштиmam же — седение в туруберанской провинции Великой Армении.

199. Ошакан — селение в округе Арагац-отен, ***араратской провинции Великой Армении, недалеко от Вахаршапата. В Ошакане до сих пор существует могила Месропа, изобретателя армянского алфавита.

200. Иосиф стал управлять патриаршим престолом с 441 года. Он был одним из многочисленных учеников Саака и Месропа, и уроженцем деревни Хохоцима Вайоц-дцорского округа сюпик'ской провинции великой Армении.

201. Подробности о периоде времени между смертию Врамша-пуха и наместничеством Иосифа см. у М. Хоренского кн. III, гл. LV — LXVIII. Касательно же Сурмака Иоанн Кафоликос говорит, что по приказанию Язкерта ему было предоставлено право рукоположения, которым Сурмак, епископ Безнуник скый, пользовался до своей смерти в продолжении 6-ти, а не 7-ми лет, так пишет Вардан. (См. мое изд. Иoaн. Kaф. стр. 34).

202. Храм Ормизда. Парсийский храм по армянски называется ***, мехиан, сокращенное от михрьян, т.е. дом Мих-ра, т. е. Митры. — Ормизд, *** — сокращенная Форма древне-парсийского аура-мазда, состоящего из трех слов: аура (санскр. асура) от асу' — “жизнь”; маз (арм. метц. ***, на зендском означает великий; и дас (арм. там, ***) от да — “дать”, означаст податель. Поэтому аура-маз-да должно значить — “Великий податель жизни”. — Армянская Форма Ормизда — Арамазд,***

203. Mapз-пан, *** — от марз — “граница” и пан — “хранитель”. Следовательно, марзпан значить хранитель границ; так назывался начальник пограничной провинции.

204. Amp-ушан, *** — древне-пapcийcкoe слово, состоящее из атра или адар — “огонь”, и ушан, которое вероятно означает дом, ибо армянские писатели “атр-ушань” переводят через “дом огня”, ***, что действительно и значить это слово в своем составе.

205. Багин,***, древне-парсийское слово, означающее жертвенник. О происхождении и составе этого слова см. выше при мечание 100.

206. Об этих действиях Вардана см. у Иоанна Кафол. мое изд. стр. 35, а в особенности Иcтоpию Товмы Артцруни (Константинополь, 1852, кн. II, стр. 84 — 88), где этот историк говорит, что Вендо был Парс по происхождению и мог-пет, т. е. великий жрец.

207. Тут речь идет о первом Шахапиванском соборе в араратской провинции, созванном патриархом Иосифом в 447 году, где постановлено было 20 правил о наказаниях.

208. Навасард,*** — первый месяць армянского года, соответствующий августу.

209. Мехекан,*** — седьмой месяц армянского года, со ответствующий февралю.

210. Иcтopию мужественной борьбы Армян против пapcий ского царя, Язкерта II, задумавшего в половине V-ro века ввести в Армению магизм, — читатель пайдет у Ехише и у Лазаря П'арпского, на творения которых и намекает Вардан.

211. Хротиц,*** — двенадцатый месяц армянского года, соответствующей июлю.

212. Moг-nem,***, древне-пapcийскoe слово, сосгоящее из, мог, мув — “маг, жрец парсийский”, и нет или бет — “глава, начальник”; поэтому мoг-нem тоже, что пapcийcкoe мов-бет и значит начальник жрецов, главный жрец.

213. Маргац, *** — одиннадцатый месяц армянского года, соответствующий июню.

214. В нашем текст слова Асохика переданы в искаженном вид, и это искажение конечно от переписчиков. Вот оно: ***, что решительно не имеет никакого смысла; между тем как у Асох'ика оно представляется в следующем виде: *** (см. изд. K. Шaxнaзapиaнцa, Париж, 1859, стр. 80). В нашем переводе этого места мы держались чтения этого издания, хотя и с намерением мы удержали : “16-тый год царств. Язкерта и 4-й год Маркиана”.

215. Намекает, вероятно, на пaтpиapxa Иосифа, скончавшегося в 456 году.

216. После кончины патриарха Иосифа заведывали делами патриаршеского престола Moиceй Xopeнcкий, младший брат его, Мамбре и Давид Филосов.

217.“Не перестанем признавать единое естество в Воплотившемся”. Речь идет об одном из капитальных вопросов в учении армянской церкви, а именно, о естестве во Христе. Известно, что Армяне до сих пор употребляют выражение единое естество, говоря о воплотившемся Слове Божием, и употребляют его в смысле Афанасия Великого и Кирилла александрийского, и наконец как оно разумелось снятыми отцами первых трех вселенских соборов: Никейского, Константинонольского первого и Эфесского. На первом из этих соборов, в 325 году, присутствовал младший сын Григория Просветителя, Аристакес, который и принес в Армению постановления и Символ Никейского собора. Нa первом Константинопольском соборе, в 381 году, заседал сам Нерсес 1-й Великий; следовательно, в его цели армянская церковь подписала все постановления этого coбoрa. В 431 году был созван Эфесский собор против Неcтopия; на нем хотя и не присутствовали представители армянской церкви в следствие войны Армении с Парсиею, — но константинопольский патриарх, Максимиан, с епископами: Проклом кизикским и Aкакиeм мелитинским, чрез посредство Леонтия, Иосифа и Корьюна препроводил к Сааку, бывшему тогда главою армянской церкви, постановления Эфесского собора и отлучение от церкви Нестория. Саак в следующем 432 году созвал в Аштишат в Таронской области, собор, на котором между прочим постановлено было признать собор эфесский и предать анафеме Нecтopия, Феодора мопсуестского и Диодора тарсийского. Эти постановление Саак отправил к греческому пaтpиapxy, Проклу, заступившему в то время место Максимиана, с подробным изложением учения армянской церкви, которое Прокл признал вполне православным. Между тем наступил 451 год и созван собор Халкедонский, который отверг, как известно, учение Евтихия о едином естестве во Ииcycе Христе, и постановил признать в Нем два естества. На этом соборе также не могли участвовать Армяне по причине политического разлада в их отечестве, возникшего в следствие прекращения династии Аршакидов, разделения Армении между Грецией и Парcией, замысла Язкерта ввести в нее магизм силою оружия и наконец жестокой религиозной воины, которую она должна была выдержать против Парсов. — В это время доходили до Армян превратные толки о Халкедонском соборе: приверженцы Евтихия и патриарха александрийского, Диоскора, проклятые этим собором, начали подкапываться под учение последнего, уверяя, что собор этот наравне с Несторием признает в Ииcycе Христе два лица совершенно различных. В армянском духовенстве эти толки приняли уже характер достоверности, когда оно убедилось, что собор не подвергал исследованию сочинения учеников Нестория — Феодора мопсуестского, Ибаса эдесского и Феодорита кирского, отвергнутых незадолго перед сим в Аштишате Армянами. В следствие всего этого последние сильнее, нежели когда-нибудь, стали держаться однажды навсегда уже принятого ими учения, а именно, что во Христе единое лице и два естества — божественное и человеческое, нераздельные и несмешанные. — Ко всем причинам, служившим разъединением между греческой и армянской церквами, должно присоединить и взгляд самих Греков на собор Халкедонский, которые далеко неодинаково смотрели на учение последнего; а к довершение всего греческие императоры того времени, в том числе и Зенон в своем Геноктиконе, не только не порицали Халкедонский собор, но даже запрещали говорит о нем, дабы тем положить конец смутам, возникшим на востоке.

Наконец патриарх, Бабкен, ***, чтобы однажды навсегда покончить с этим вопросом о лице и еcmесmвe во Христ, в 491 году созвал в Вахаршапате собор с одной стороны против последователей Нестория — Барсумы и Акакия, с другой против Евтихия и его единомышленников и с тем вместе отверг собор Халкедонский, не входя в дальнейшее рассмотpениe его постановлений. С этой минуты обе восточные церкви — греческая и армянская, разделились одна от другой и в этом разделении пребывают до настоящего времени.

218. Весь этот отрывок, заключающий в себе разговор Моисея Хоренского с Милетием, митрополитом македонским, основывает Вардан на весьма любопытном, древнем памятнике, относящемся к истории армянской церкви, и сохранившемся до нашего времени. Между моими рукописями есть список упомянутого памятника с следующим заглавием: ***, т. е. “Вопрос Ювенала и ответ Моисея, армянского грамматика, и Философа Давида”. — Диалог этот происходит в Константинополе в половине V-го века вскоре после Халкедонского собора. Действующими лицами в нем являются с одной стороны Моисей Хоренский и Филосов Давид, а с другой — Ювенал, Мамврий, apxиeпиcкoп коринфский, Мелетий, митрополит македонский, и придворный священник, духовник императрицы Пульхерии, супруги Mapкиaнa, дочери Феодосия II-го. Этот священник в нашем Диалоге не назван по имени, но характеризуется следующим образом: “нечестивый иepeй беззаконной царицы Пyльxepии, один из учеников мерзкого Hecтopия”.

Вот собеседники, между которыми завязывается в высшей степени любопытное прение, в роде тех, которые, вероятно, нередко возникали в IV и V веках и вне соборов и на самых вселенских соборах между представителями новонасажденной церкви, изощренными во всех диалектических тонкостях, в которых они в ущерб философии с таким тщанием упражнялись в афинских и александрийских школах. Трудно себе представить все уловки, употребленные этими борцами слова для того, чтобы одержать верх над своими противниками! Борцы не ограничиваются одними цитатами из св. Писания; для доказательства какого-нибудь утонченно-отвлеченного богословского вопроса они, не обинуясь, призывают себе на помощь философов языческой Греции, каковы напр. Аристотель, Платон, Демокрит, Пифагор, Эпикур, Фалес и другиe. Грустно становится, когда подумаешь сколько усилий, сколько ума или, вернее, остроумия потрачено на эти бесплодные прения, сколько крови пролито из-за этих пpeний; между тем как истина, вызвавшая их, была так проста и ясна на устах Божественного Учителя.

Собеседники в Диалоге, о котором идет у нас речь, открывают свои прения определением существа, в котором различают естество вообще, потом применяют его к естеству во Христе. Затем предлагаются безконечные вопросы со стороны Греков, имеющие предметом два естества и два лица во Христе, и ответы Армян, в которых последние доказывают “неслиянное и нераздельное соединение двух естеств в одном лице”. — В продолжение прения сначала Ювенал, побежденный Моисеем Хоренским, принужден замолчать; потом выступает безъименный священник-несторианец, которого вызов принимает философ Давид; на помощь иepeю вскоре является сначала какой-то Философ, потом Мамврий, архиепископ коринфский — и оба они низложены Давидом. Наконец выступает митрополит, македонский, Мелетий, и на окончательном столкновении своем с Моисеем побеждается и он.

Язык этого памятника обличает в его авторе писателя не позднейшего времени, так что мы готовы отнести его к V-му веку и приписать, если не философу Давиду или Моисею Хоренскому, то покрайней мере кому-нибудь из их товарищей. Со временем мы издадим его с надлежащими пояснениями.

219. Aнтoний, он же Т'атул, ***, был из числа учеников Саака и Месропа, жил во время пaтpиapxa Гьюта, во второй половине V-го века. О нем упоминает Асох'ик (см. кн. II, гл. 2, стр. 80).

220. Монастырь св. Т'атула находился в Габехианском округе араратской области на месте, известном под именем Газанатцак или Вишападцор (т. е. змеиная долина).

221. Спарапет — значить “начальник конницы”, достоинство, которое у древних Армян соответствовало достоинству “главнокомандующего”. Полная и настоящая форма этого слова — аспахапет,***: оно состоит из двух древне-пapcийских слов, а именно, из асп,*** — “конь” и пет,***, — “начальника; следовательно, аспахапет — “начальник конницы”,как мы объяснили выше.

Другая, еще более сокращенная форма аспахапет есть аснет, ***. Достоинство аспета было наследственным в роде Багратуни, которому пожаловал его Аршакид Вахаршах за 150 лет до Р. X.

222. Пероз,*** — армянская Форма парсийского Фируз, означающее “победитель”.

223. См. об этом Историю Лазаря П'ариского стр. 202 и далее.

224. Подробности о отступничестве Вараз-Baxиaнa см. у Степ'аноса сюникского в его Ист. Сюник'ской Провинции, гл. 16.

225. Об этой вероломной измене читатель найдет подробности у Лазаря П'арпского на стр. 235.

226. Лазарь П'арпский говорит, что перед самым сражением все товарищи по оружию видели лице Васака Мамиконского просветленным необыкновенным сиянием, что послужило для многих предзнаменованием близкой его кончины. Лазарь, как современник этих лиц, подвиги которых он описывает, слышал рассказ об этом от одного из действовавших лиц на этом сражении, а именно оть владетеля Ширакского, Нерсеха Камсаракана (см. стр. 235).

227. Багуан, или вернее Багаван, как пишет Лазарь п'арпский, иначе называется “Багнац — аван”, *** селение в багревандском округе Айраратской провинции Великой Армении. О составе и значении этого слова см. примеч. 100.

228. См. у Лазаря п'арп. о поражении, понесенном Перозом от Евталитов стр. 268 — 272.

229. У Лазаря п'арпского этот Зарнавухт называется Хазаравухтом, что должно быть правильнее.

230. Положение Хазамахского, или Хахамахского, как называет Иоанн Кафоликос (см. мое изд. стр. 37), поля, не определено и трудно определить, не имея для того никаких данных кроме того, что говорят о нем эти два писателя.

231. Издбузит или Иездбузит,***, был Парс по происхождению, принадлежал к сословию магов, и до перехода своего в христианскую веру назывался Махож'ом (Иоанн Кафол. стр. 37 — 38).

232. Построив над ним церковь.... В подлиннике стоит векайаран,***; слово это состоит из века,*** — “свидетель”, т. е. человек, кровью засвидетельствующий веру свою — мученик, и из частицы ран — выражающей место; и потому векайаран в буквальном смысле значить “жилище, обиталище мученика”. Так обыкновенно называется у Армян церковь, построенная над могилой мученика. Церковь же собственно по армянски называется екех'еци,*** (греческое эклезиа}; — матурен,***, значить часовня; татчар,*** — собственно (хоромы) храм; к'аваран,***, не значить, и надо заметить никогда не значило, чистилище в том смысле, в каком оно принимается в католической церкви. Как церковь называется храмом Божиим, точно также и называется она к'аварап'ом, т. е. местом, где преимущественно человек имеет возможность очищаться от грехов. И потому делают грубейшую ошибку те из ученых, которые придают этому слову значение чистилища католического, чем они конечно доказывают только свое полнейшее незнание и в учении церкви армянской и в филологии.

233. Езрас Ашех'аци,***, — ученик Моисея Хоренского, живший, следовательно, в конце V и в начале VI века во время Варда, получившего марзианство в Армении в 511 году. Езрас был ритор и имел школу, откуда выходило много риторов, говоря тогдашним языком.

234. Ех'ивард,*** — деревня в округе Арагатц-отен айраратской провинции Великой Apмении.

235. Грамматик, так, перевели мы слово: к'epm'ox, ***, стоящее в подлиннике. Не лишним считаем, сказать здесь несколько слов о происхождении и значении этого слова, под которым обыкновенно ученые Армяне разумеют поэта. К'ерт'ох, *** — причастие от глагола: к'ерт'ем,***, которое в свою очередь происходит от к'ерем,*** — скоблить, но отнюдь не от кертем,*** — строить, созидать, как, думают ученые Мхитаристы (см. большой их Словарь).

Мы сказали, что корня к'ерт'ем должно искать в к'ерем; а корень последнего находится в слове гup или кир,***, “буква”. Если вспомним первоначальный способ писания, сначала на камнях, а потом, на древесных листъях, на коже, и т. д. через посредство резца и стиля, тогда сделается понятным для нас смысл армянских слов: кир — “буква” (которое, конечно, первоначально значило “скобление”, а потомт? стало выражать понятие буквы) и к'ерем — скоблю, что одно и тоже с грем или крем,***пишу. Таким образом становится ясным переход понятия скоблить в понятие писать. В последствии времени в словах к'ерем и грем или крем, *** и ***, произошла метоморфоза: они меняются ролями в языке армянском — из общего понятия скоблить, к'ерем переходит в частное понятие к'ерт'ем,*** -***творить, как поэт; и на оборот, грем или крем,***, из частного понятия скоблить или чертить букву переходит в понятие общее и становится выражением писать вообще.

Далее, у армянских писателей, преимущественно V-го века, слова: к'ерт'ем и к'ерт'ох, ***, прежде всего означали тоже, что у древних Греков грамматик. Известно, что у древних слово: грамматик, обнимало собою и комментатора и поэта и историка и филолога в теперешнем значении этого слова, в наконец искусного знатока правил произношения; так по крайней мере употреблялось оно в Александpии. Оно соответствует теперешним нашим понятиям: филолог, литератор, критик. — Точно такое значение давали и армянские писатели слову: к'ерт'ох,***; на этом-то основании мы и перевели его через грамматик. В этом смысле придаются эпитеты: керт'ох,керш'окахаир,***, Моисею Хоренскому, что и следует переводит черезь: грамматик, и отец грамматиков.

В дальнейшем употреблении эти слова стали выражать понятие творчества, поэзии; и потому к'ерт'ох' означает также поэта, напр.***“поэт Омир”.

236. Cacyн, или правильнее Стасун — округ провинции Ахдцник' в Великой Армении, в нынешнем Ванском пашалыкстве. Жители Сасуна состоят из Курдов и Армян, непризнающих надь coбoй никакой власти и живущих независимо в неприступных, местах Тавра. Инджиджиан уверяет что Армяне-Сасунцы говорят языком, близко подходящим к древнему армянскому языку, сохранившемуся в книгах (см. его Геогр. Новой Арм. стр. 200;. — Товма Артцрун'и писатель Х-го века, оставил нам любопытные подробности о образе жизни Сасунцев и их происхождении. Не лишним считаем привести здесь это место из его сочинения, которое, надеемся, прочтется нашими читателями не без интереса. Вот что говорит о них Товма:

“Хочу в немногих, словах описать качества жителей горы Xуйma (отрасль Тавра), характер, нравы, происхождение их и то, с каким тяжким трудом они удовлетворяют, самонужнейшим своим потребностям.

“Они живут в глубоких долинах, ущельях гор, в частых лесах и на горных вершинах; живут отдельными домами по племенам, и на таком далеком расстоянии друг от друга, что клик мощного человека с высоких мест едва долетает до этих жилищ и то, как неясный отголосок.

“По причине отдаленности своего местожительства многие из них забыли отечественный свой язык; они встречаются друг с другом, как чужие, говорят на языке бедном, на котором они с трудом выражают свои мысли; часто дело доходит до того, что они прибегают к переводчику, как люди различного происхождения.

“Они питаются семенами и преимущественно просом, которое в голодное время некоторые из них называют хлебом (?) ; сеют же его между лесами на полянах предварительно взрываемых лапатами с двумя зубцами, и тщательно орошаемых.

“У них шерстяная одежда для прикрытия наготы; обувь свою они прилаживают из козлиной кожи; лето и зиму носят одинакую одежду и питаются одною пищею. Их оружие состоит из копья, которое они всегда с собою носят для защиты oт зверей, живущих в горах. Когда же неприятель деласт нападение на их страну, тогда все эти горцы дружно являются на помощь своим князьям, которым они очень преданы.

“Когда из облаков выпадает сильный снег, они бичевками привязывают к могам своим деревяшки в роде колец, при помощи которых ходят но снегу, как но сухой земле.

“Нрав у них зверский: они кровожадны и им ничего не стоит убить родного брата и даже наложить на себя руку.

“Все они владеют одинаковым оружием и стремительны в своих нападениях; живут на горе, находящейся между Ахдцник' и Тароном и, по причине искаженного и непонятного своего языка, называются Хут'ами, ***; отсюда и название горы Хуйт,***. Они знают на память Псалтирь по древнему переводу армянских вардапетов и всегда читают его наизусть.

“Это — люди, составлявшие некогда свиту Адрамелеха и Санасара: сыновей Сенехерима, царя ассирийского и ниневийского, которые по имени (вождя своего) называются Санасианами. — Они вообще гостеириимны, охотно принимают странников и оказывают им всевозможное уважение”. (См. у Товмы Артцруни, стр. 133.)

Из этих слов армянского историка можем заключить, что жители Сасуна — переселенцы из Ассирии, выведенные оттуда за шесть слишком веков до Р. X. сыновьями Сеннахирима — Адрамелом, или Адрамелеком, и Санасаром', во времена Тиграна I, царя армянского из династии Хайка. Об этих переселенцах упоминается у М. Хоренск. кн. I, гл. XXIII; у Флавия Иосифа в его Древ. Ист. Иудеев, кн. X, гл. 1 — 2; в IV книге царств. гл. XIX, 37 и у пророка Иcaии, гл. XXXVI, 38: все они говорят, что Адрамелек и Санасар, по yбиeнии отца своего, Сеннахирима, убежали в Армению.

237. Об армянском летосчислении читатель найдет весьма удовлетворительные сведения в новом ученом труде Эдуарда Дюлорье: Recherches sur la Chronologit armenienne technique et historiqut, T. I. Chronologit technique, Paris, MDCCCLIX.

238. “ Из округа Джавахк', из, деревни Скутри”. Джавахк' был округ в провинции Гугарк', что в Великой Армении, а Скутри — деревня в этом округе.

239. Колонии — город в Каппадокии на границе Малой Армении.

240. Жил в деревне Никополе.... Никополь,или Teфpuc, один из городов Каппадокии, но не дерев/и/, как ошибкою поставлено здесь у нашего автора.

241. На берегу реки Гайл. “Гайль”, *** — Lycus: по армянски значит — “волк”, название реки в округе Екехеаце, что в провинции Верхней Армении, ***.

242. Просить себе (духовного) начальника. Начальник есть буквальный перевод армянского арадчнорд,***: так называется “епархиальный начальник” у Армян. Замечательно, что Кюрион называется здесь у нашего автора, не кафоликосом, но “начальником eпapxии”.

243. Уроженец хужастанский. — В подлиннике “хужик ми несторакан”, ***. Слово: хужик мы перевели через хужастанский (хузистанский) на том основании, что в этом смысле употребляется оно у Лазаря П'арпского (см. стр. 163, где ясно определяется значение его: *** — “когда услыхал об этом один купец — родом Хужнк” и т. д.) и у историка Ехише. Оно не значит варвар, как думают некоторые из европейских арменистов; ибо для выражения понятия: варвар, Армяне употребляют слова: хуж или дуж,***,. Хужик образовалось также, как и Хап'шик,*** — “эфиоплянин” и Хендик,*** — “индеец”.

244. По имени Кис, что означает жестокость. — По уверению академика Броссе, Кис,*** — слово еврейское и действительно имеет то значение, которое ему дает Вардан (см. его Additions et eclaircissements a l'Histoire de la Georgie, St. P-bourg, 1851, Addition Y, p. 109, примеч. 1).

245. Из деревни Зутарима; у г-на Броссе Х'утарима (см. там же, на той же странице); мудрено определить, которое чтениe вернее.

246. В Цуртаве, ныне Гаидценк'. — Последнее имя в списке Иcтоpии Ухт'анеса г-н Броссе читает Гадченк' (там же); что же касается Цуртава, то положение его с точностью определить трудно.

247. Весь этот отдел, относящийся к истории отпадения ивеpийcкой или грузинской церкви от армянской, заключает в себе сжато в беглом очерке важные события, составляющие предмет сочинения Ухт'анеса, писателя конца X-го века. Пока представится возможность издать этот замечательный памятник, читатели могут составить себе ясное понятие о его содержании из прекрасно составленной отчетливой статьи академика Броссе, в его Additions et eclaircissements a l'Histoire de la Georgie (Addit. V, pp. 107 — 123). Мы же с своей стороны не лишним считаем представить здесь некоторые свои соображения об этом факте церковной истории.

Из некоторых замечаний ученого академика мы усматриваем, что он с недоверчивостью смотрит на достоверность этого события, и между прочим удивляется, почему при кафоликосе Аврааме ни слова не упоминается о Гуараме, куропалате иверийском, ко времени управления которого относится отпадение иверийской церкви от армянской. Нам кажется, обстоятельство, чисто случайное, каково на пример неупоминание имени Гуарама, не может поколебать основания события, начавшегося в 551 году со вступлением на патриарший армянский престол Моисея II, и кончившегося на втором году пaтpиapшествования Авраама I-го в 596 году, т. е. в течении почти полувека. К этому общему замечанию присоединим еще и то важное обстоятельство, что об отпадении иверииской церкви говорит не один Ухт'анес, но целый ряд лучших армянских историков, между которыми первое место занимает, по хронологическому порядку, Моисей Ках'акаптуаци. Мы его ставим на первом плане по поводу этого вопроса на том основании, что свою Иcтopию Аховании он заканчивает 363 годом армянского летосчисления (914); значить он ее писал, вероятно, в конце IX и в начале X-го века. — За ним, по нашему разумению, следует Иоанн VI, по прозванию Историк, который патриаршествовал до 925 года. Наконец сам Ухт'анес, живший в патриаршествование Хачика I-го, т. е. в исходе Х-го века (972 — 992); не говорим уже о Асох'ике, Степ'аносе, епископе сюникском, о Киракосе, Вардане, Мхитаре айриванк'ском и Самуиле анийском. — Моисей Кахакантуацй, Иоанн Кафоликос и Ухт'апес, за ними и другие, согласны в том, что отпадение иверийской церкви совершилось во время патриархов — Моисея II и Авраама I-го; что иверийский престол в то время занимал Кюрион, и что наконец этот последний на 2 году Авраама отложился окончательно. Кахакантуаци рассказ свой об этом событии подкрепляет между прочим отрывком из переписки между двумя враждовавшими партиями (кн. II, гл. 47, моего изд.), которая в последствии вся целиком вошла в Истоpию Ухт'анеса. — Иоанн — историк правдивый, человек занимавший патриарший престол и, следовательно, имевший в полном своем распоряжении архив патриаршего дворца, оставивший нам важный труд, известный под названием: “Ряд армянских патриархов”, ***, для составления которого он необходимо должен был не раз вопрошать патриapший архив, не говоря уже о том, что он к этому же источнику, вероятно, неоднократно обращался, когда писал свою Иcтopию — этот Иоанн категорически выражается о факте, нас теперь занимающем (см. мое изд. стр. 38, 41 и 42). Ухт'анес же в своей так называемой “Истории отпадения Иверийской церкви” взял на себя труд свести в один свод всю переписку двух армянских патриархов с Кюрионом и некоторыми другими лицами; и все эти граматы и послания он приводит целиком от буквы до буквы, так что вся роль его, как историка, заключается в верном списывании этих документов, которым он старается придать некоторую связь немногими от себя словами. В подобного рода труде мудрено подозревать недостоверность; еще если бы речь шла о каком-нибудь славном подвиге, приятно льстившем народное самолюбие.

По нашему мнению, все это говорит в пользу совершенной достоверности события, которое нас занимает. Прибавим к выше сказанному и следующее немаловажное обстоятельство: до тех, пор пока переписывался с Кюрионом кафоликос Моисей, не смотря на то, что эта переписка продолжалась во все время его управления престолом — Кюрион при всем своем желании стать на ноги и стряхнуть с себя ярмо зависимости, не решался на этот последний шаг именно потому, что имел дело с человеком умным, в высшей степени осторожным и осмотрительным: таким является перед нами кафоликос Моисей в своих граматах к Кюриону. Но когда вступил на патриарший престол Авраам, через год произошел окончательный разрыв между двумя церквами, потому что новый кафоликос, далеко не политик, всею силою своей власти хотель налечь на Kюpиoнa: и брань и угрозы — все пустил в дело Авраам. Кюрион того и хотел; он чувствовал уже себя свободным от всякого обязательства, написал преумное письмо к армянскому кафоликосу, приправленное тонкой аттической солью и перешел, как тогда выражались в Армении, к халкедонитам. Мы того мнения, что все дело было испорчено Аврамом; если бы Моисей остался жив, статься может, ему удалось бы так или иначе уладить это неприятное дело. Но жребий был брошен и роковой силе событий никто уже не мог, противустоять. И роль судьбы играет здесь армянский кафоликос. Историк не исказил этой роли, выставил ее во всей ее суровости, бросающей не совсем приятную тень на лице Авраама. Нам кажется, не так поступают сочинители недостоверных Иcтopий.

Если с одной стороны причиною распадения двух церквей была неполитичпость Авраама, то с другой стороны не малую роль играло и честолюбие Kюpиoнa: ему во что бы то ни стало хотелось быть независимыми; религиозные убйждения, конечно, стояли далеко на втором плане. На честолюбие Kюpиoнa указывает проницательный Иоанн кафоликос (***, стр, 38,***, стp. 42); тоже самое видит в Kюpиoне и Ках'акантуаци, когда говорит: “Начальник иверийской церкви, видя, что в ахованскую церковь назначают архиепископа, а в иверийскую — митрополита, заупрямился и начал сильно спорить против этого” (***. Кн. II, гл. 48, стр. 217 — 218). — Академик Броссе в вышеупомянутой нами статьи своей “о Истории Ухтанеса” также верно схватил эту черту в характере Kюpиoнa.

Но, быть может, нам скажут, куда же девать хронологию, которая в приложении к этому событию на каждом шагу встречает неточности? Мы и сами не раз останавливались на этих неточностях, и нам казалось, что в них виноваты не столько армянские писатели, сколько в высшей степени безграмотные и невежественные переписчики, которые до невероятия, баснословно, искажали свои тексты. Когда памятники армянской письменности издадутся и издадутся по различным по возможности верным спискам; когда они пройдут через редакцию людей ученых; тогда, мы полагаем, вместе с многими другими хронологическими неверностями можно будет исправить и те, которые относятся к истории отпадения ивepийcкoй церкви.

248. Речь идет о знаменитом парсийском царе, Хосрове, вступившем на престол в 531 году и прославившемся своею любовью к наукам. Перед своей кончиной он принял христанскую веру, как говорит наш автор, о чем подробно упоминает Себеос, писатель VII века, в своей “Истории похода императора Ираклия в Армению” (стр. 52) и Асох'ик во II кн. своей Истории, гл. III, стр. 114. Достоверность этого факта не должна подлежать сомнению, когда вспомним, что подобные явления нередко встречаются в первые века христианства. На них указывают не одни христанские писатели, но также и парcийcкиe. Так например, Мирхонд в своей Истории Сасанидов рассказывает, что в царствование Ездеджирда Алатима один из его вельмож, по имени Номан, бывший правителем Аравии, приняв христианскую веру, отказался от всего земного и скрылся неведомо куда. (См. Silvestre de Sacy, Memoires sur diverses antiquites de la Perse, Paris, MDCCXCIII, pp. 326 — 327.) Армянские историки: Ехише, Иоанн кафоликос и Лазарь п'ариский представляют не один пример по-добного обращения. Ниже мы увидим, что в средние века между Монголами учение Христово имело также много последователей. Пропогандистами между всеми этими языческими народами являлись преимущественно Несторианцы.

249. Приняла крещение от Ерана. В подлинике стоит ***. Эта личность нам не знакома, — если только это личность, а не название места

250. Отен-Масиац и Арагац-отен — округи в араратской провинции Великой Армении.

251. Ентцаки-сар, иначе Капуткох' — гора в округе Рештуник', что в васпураканской провинции Великой Армении.

252. Селение Арест и Хацъюнк' — в нахчаванском округе васпураканской провинции Великой Армении.

253. Имена, данные царем, т. е. царем армянским, Арамом (М. Хор. кн. I, гл. XIV).

254. Севаст, Севастия, нынешний Сивас — город в Каппадокии при Талисе.

255. Кесария, армянский Мажак, нынешний Kaйcepиe — столица Каппадокии.

256. Мелитина, нынешний Малатие — город в Каппадокии.

257. Трапизон, Трапизус, нынешний Требизонд.

258. Муфарх'ин — Мартиросац-кахак', Мартирополь, Юстинианополь — город в округе Цоп'к' (Софене древних) провинции, называвшейся Четвертою Армениею, в Великой Армении.

259. Феодосиополь, Карно-кахак' — в Каринском округе в провинции, называвшейся Верхнею Арменией; нынешний Эрзерум.

260. Начиная от Басена. Басен — округ айраратской провинции Великой Армении.

261. Страны Тайк'. “Тайк'” — провинция Великой Армении.

262. Об этом втором разделении Армении между пapcийским царем Хосровом, внуком Хосрова, принявшего христианскую веру, и императором Маврикием см. подробности у Себеоса, стр. 57 — 58, 76 и у Иoaннa Кафол. моего изд., стр. 39 — 40.

263. Верканская страна или Веркан — армянская форма Hyrcania. См. об этом 489 примеч. к нашему переводу Истории Арм. Моис. Хоренского.

264. Caгacman, нынешний Седжестан — страна на вocтоке от Бактрии и Согдианы. — Об этой армянской колонии, отведенной в плен неизвестно когда, предлагает нам любопытные подробности Себеос, который служить нашему Вардану источником, из которого он почерпает свои сведения как об этом, так и о последующих событиях до времен императора Ираклия включительно, т. е. до 640 года.

265. См. у Себеоса, стр. 102 — 103, а у Иоанна кафолик. стр. 40 — 41.

266. См. выше примеч. 247.

267. У Иоанна кафоликоса Аван этот называется гюхака-хак', *** т. е. городком (см. стр. 42), а не деревней, как у нашего автора; но где находился этот Аван, определить не можем. — У Себеоса Аван этот называется также деревней; о кафоликосе же Иoaнне и переселении жителей Феодосиополя в Хамадан см. подробности у Себеоса стр. 123.

268. Жителей переселили в Ахмадан, — Ахмадан — искаженная форма Хамадана с перестановкою придыхания х. Обыкновенная форма, под которой является этот город у древних — Экбатана. Была Экбатана в Сирии, где умер Камбиз (см. у Геродота кн. III, 64), и Экбатана в Мидии. Геродот рассказывает, что Мидяне построили этот город для Дейока, и обвели его семью высокими и крепкими стенами, возвышающимися кругом одна над другой. У наружной стены башни были разноцветные; из них первая была белая, вторая черная, третья красная, четвертая синяя, пятая оранжевая, шестая и седьмая покрыты были серебром и золотом (см. кн. I, 98).

Мы сказали, что у древних обыкновенная форма названия этого города — Экбатана; но Геродот, как древнейший из греческих историков, в выше приведенной главе, своей Иcтоpии пишет это имя Aгбamaнa. И бихистунских надписях оно является под формою Hagmatan. Henry Rawlinson думает, что это имя — apийскогo происхождения и значить “Место сбора”, и производит его от ham “со, с” (арм. ***, ham, имеет тоже значение) и дата “идти” (арм. ***придти).

Полковник Rawlinson полагает, что Агбатана, о которой говорит Геродот и на cевepе от которой лежит страна, простирающаяся к Понту эвксинскому, находилась в Тахти-Солеймане в Мидии Атропатенской. Это та самая Экбатана, о которой упоминает М. Хоренский, называя ее “вторым семистенным Экбатаном” (см. его Ист. кн. II, гл. LXXXVII). — Южная же Экбатана находилась на скате Оронтской горы, ныне называемой Эльвендом (см. The History of Herodotus, by George Rawlinson, in four Volumes, Vol. I, London, 1858 — 1860, pp. 240 — 241). У Себеоса город этот называется Ахмадан шахастан, *** (см. его Ист. стр. 87, 123).

269. Деревня Ахцк' — в округе Арагац-отен айраратской провинции Великой Армении.

270. О военачальнике Хосрова — Хорем, о патриархе иepyсалимском, Захарии, и о животворящем Kpecте см. у Себеоса стр. 121 — 131.

271. См. у Себеоса стр. 139 — 140.

272. См. у Себеоса стр. 128, 150 — 151.

273. См. у Себеоса стр. 133 — 154.

274. Ниг — округ в айраратской провинции Великой Армении.

275. Получил соляные копи и третью часть Кохба. Подробный рассказ об этой сделке армянского кафоликоса, Езра, с императором Ираклием читатель найдет у Себеоса на стр. 157 — 159. Кохб — нынешний Кульп

276. Но истине ты назван Езр,***. — Здесь подлинник представляет игру слов; ибо Езр поармянски собственное имя и с тем вместе, как нарицательное слово, означает граница, предел. Читателю теперь понятно будет выражение: “по истине ты назван Езр (т. е. пределом, границею), ибо ты переступил границу православия”.

277. Гардманский округ — в Утийской провинции Великой Армении.

278. См. подробности о этих упреках, обращенных Иоанном майриванк'ским к кафоликосу Езру, у Иоанна кафоликоса стр. 44 — 46.

279. Савеллий — ересиарх, живший в 230 году. Он отвергал троичность и различие между тремя лицами божества, утверждая что Отец, Сын и Дух Святый ничто иное, как одно и то же лице под различными именами, или различные проявления единого Бога. Учение его долго существовало на Востоке.

280. Иоанн кафоликос, как и наш автор, совершенно отвергает мнение о том, что Иoaнн, майриванкский был распространителем Савеллиева учения. “Быть может, говорит он, ученик его, Cepгий, и разделял это учение; но что касается самого Иоанна, я полагаю, что это — ложная молва, распространенная его врагами”. (См. стр. 46.)

281. Себеос с большей подробностью описывает нам эти события. Он говорит: в то самое время, когда парсийский царь, Кават (Кобад), думал о благоустройстве своего государства и о водворении мира повсюду, его постигает смерть после шестимесячного царствования. Тогда возводят на престол малолетнего его сына, Арташира. Император Ираклий, узнав об этом, пишет к парсийскому военачальнику, Хорему, бывшему в то время в Александрии, и предлагает ему парсийскую корону с условием возвратить ему, императору, животворящий Крест, взятый и вывезенный им из Иерусалима. Хорем дает письменное обещание с приложением своей печати и, по парсийскому обычаю, соль, запечатанную в пакете. Получив от императора небольшой отряд войска, он идет прямо на Тизбон (Ктезифон), дает приказание убить царя Арташира и сам вступает на престол. Хорем истребил большую часть приближенных юного царя, а некоторых в оковах отправил к Ираклию и по взаимному соглашению возвратил последнему Крест господний.

Однако Хорему не суждено было долго занимать парсийский престол; ибо его убили во время смотра, который он делал войску, и возложили царскую корону на жену его — Беборь (у Вардана Борь) — дочь Хосрова, которая умирает после двухлетнего царствования.

За нею следует Хосров из рода Сасанидов; потом Азар-мидухт, дочь Хосрова (у Вардана — Замрик, сестра Хосрова); за нею Ормизд, внук Хосрова, которого задушило войско Хорема.

Наконец воцарился Язкерт, сын Кавата, внук Хосрова, “которому не легко было управлять государством, говорит Себеос, потому что возникли распри в войске парсийском, распавшемся на три части: на восточную, состоявшую из Парсов; на accиpийcкyю, которую составляли полки Хорема, и на атерпатаканскую. Местопребывание же свое он (Язкерт) имел в Тизбоне — (см. стр. 154 — 137).

282. У Иoaнна кафоликоса Мрен этот называется городком (см. стр. 46), которого положение впрочем не известно.

283. Пошли они... в Тачткастан. — Татчкастан, земля Татчиков: — так называется у армянских писателей Аравия, жители же ее Татчик'ами. — Вообще под наименованием Татчик, ***, они разумеют все мусульманские народы.

284. Купец. В подлиннике стоит т'ангар,***, что следует читать тевангар — слово парсийского происхождения, означающее: сильный, бочатый; марди тевангар — “купец”, как мы и перевели.

285. По имени Ceprий, последователь Apия u Kepuнфия. — Kepuнфий гностик по учению, Еврей по происхождению, жил в I веке. Он был основателем ереси, отвергавшей божественность Иисуса Христа. Говорят, что св. Иоанн написал свое Евангелие в опровержение учения Керинфия.

Махомеду было 12 или 13 лет, когда он с дядей своим, Абуталибом, был в Бocpе, пограничном городе Cupии. Здесь они остановились близ одного монастыря, принадлежавшего этому городу. Один из монахов пригласил их к cебе отобедать, после чего он обратился к Абуталибу с словами: “Береги своего племянника, ибо в будущем готовится много славного сыну твоего брата”. По Масуди, монах этот был Аравитянин из племени Бену-Абделькаиса, которого Арабы называли Бахирою. Косен-де-Персеваль на основании этого места историка Масуди думает, что Бахира есть то самое лице, которое у христианских писателей называется Джирджис, т. е. Георгий. Из этого он заключает, что его соотечественники — Gargnier и Prideaux, при чтении упомянутого места Масуди вместо того, чтобы читать Джирджис, прочли Серджис, et c'est d'apres cette lecon, peut-еtre fautive, que Gargnier et Prideaux ont identifie Bahira avec le Sergius, dont parle Vincent de Beauvais dans son Miroir historique (см. его Essai sur l'Histoire des Arabes avant l'islamisme, pendant l'epoque de Mahomet, Caussin de Perceval, Paris, 1847, T. I, Livre III, p. 320, примеч. 2). — Нам кажется, Косен-де-Персеваль ошибается, полагая, что имя Бахира, надобно читать у Масуди Джирджис; ошибается потому, что другое чтение имеет за собою больше права на правильность. Кроме Gargnier, все средневековые армянские историки, в том числе и Вардан, писавшие о эпохе появления Махомеда, называют этого монаха, игравшего некоторую роль в истории ислама, Саргисом, Cepгиeм, а не Георгием. И потому скорее чтение Косен-де-Персеваля можно считать неправильным, нежели чтение прочих двух его соотечественников.

Монастырь, где Махомед встретился с Сергием, обыкновенно считается нестарианским; следовательно, и монахи в нем были нecmopиaнцы; — между тем наш Вардан называет Сергия “последователем Ария и Керинфия”. Армянские историки оставили нам об этом замечательном человеке любопытные подробности, который мы не лишним сочли собрать в одно и в русском переводе в конци этой книге представить нашему читателю (см. Приложение № I).

286. До Сура. — Сур или Цур — Тир.

287. Это случилось в 63 году нашею летосчисления, т. е. в 616 году по Р. X. — Епископ Себеос, писатель VII века, сообщает нам очень интерссные сведения об этой войне Измаильтян в союзе с Евреями против императорских войск. Отсылаем читателя к Приложению № II, которое он найдет в конце этой книги.

288. Аль Кауба, правильнее Аль Каба. — Мусульманские богословы говорят, что Каба была построена на небе еще до сотворения Адама; что уже на небе она была предметом поклонения ангелов, которые по повелению Божию должны были совершать вокруг этого небесного здания обряд “священных обходов”, называемых Tаваф; что Адам, первый истинный верующий, воздвиг Кабу на земле там, где она и ныне находится и под тем самым местом, которое она занимала на небе; что он каждый год отправлялся с горы, до сих пор называющейся Ногою Адама и находящейся на острове Серендибе (Цейлане), для совершения торжественного обхода вокруг этого храма.

289. Перенесли в храм змиев. — Наш автор первый указывает на поклонение у Аравитян змиям и на то, что у них в честь этих змиев воздвигнуты были храмы. Но так как в Аравии каждое племя имело своего кумира, в следствие чего их было большое множество, то, статься может, на ряду с изображениями богини, дерева, камня, неба, льва, коня, орла, мужчины и женщины, были также изображения змиев, на которые указывает Вардан. Из его же рассказа мы узнаем, что из Дамаска был перенесен в Аравию кумир Реман, которого он называет хромым Гефестом. К числу этих идолов присовокупим и те, которых изображения стояли в Фарани — нынешней Мекке, а именно Самама и Кабара, которые по словам Товмы Артцруни были аммонитского происхождения (см. его Ист., стр. 109).

290. Существует другой вариант легенды, по которому след, оставленный Авраамом на камне, приписывается следующему случаю: когда Авраам и Исмаил строили храм Кабу (сын подавал камни, а отец клал их) и когда стена доведена была уже до некоторой высоты; то, чтобы достать до верхней части стены, Авраам должен был подложить себе под ноги большой кусок камня, который до сих пор показывают и называют “Макам Ибрахим”, т. е. Подножие Авраама. На лицевой стороне его находится углубление, которое, по уверению Мусульман, ни что иное как след ноги патриарха.

291. Для лучшего уразумения этого краткого рассказа нашего Вардана о свидании Авраама с своею невесткою, приведем здесь поэтическую легенду о Аврааме, с давних времен ходившую и до сих пор существующую между сынами Исмаила. Она дышет простотою патриархальной жизни и с тем вместе отражает в себе жизнь аравийских пустынь.

По легенде, Авраам называется у Арабов “другом Божиим”. Отец его Тарех (Фара) был одним из главных военачальников, Неврода, царя вавилонского. В то время люди были язычниками и поклонялись светилам. Волхвы объявили Невроду о скором рождении младенца, могущество которого затмит его силу. Он запретил всякое сообщение мужчин с женщинами. Тарех отвел глаза стражи: жена его зачала и родила Авраама, которого она скрыла в одной пещере за городом.

Здесь Авраам, вскормленный чудным образом, рос необыкновенно быстро. В первый раз, это было ночью, когда Авраам впервые вышел из своей пещеры, вид неба расположил его к религиозмым размышлениям. Одна звезда cияла ярче прочих; Авраам сказал ce6е: “Вот мой Бог”; но звезда скрылась за горизонтом; тогда Авраам сказал: “Нет, это не тот Господь, которому я поклонюсь”. Потом взошла луна: “Вот мой Бог, подумал Авраам. Но он увидал свою ошибку, когда луна закатилась. Наконец на востоке показалось солнце; Авраам воскликнул: “Вот это мой Бог, ибо оно больше других”. Но когда солнце обтекло все небо, Авраам сказал самому себе: “Нет, и это не бог мой”.

Мать привела Авраама в Вавилон; его представили Невроду как сына Тареха, рожденного до предсказаний астрологов и ныне возвращающегося из дальнего путешествия. Неврод считался божеством. Великолепие его двора, число служителей, поклонявшихся ему, вся обстановка величия и могущества, его окружавшая, сначала ослепили Авраама. По при виде страшного безобразия этого государя, он понял, что не таков должен быть бог. Рассудок шептал ему, что чудеса вселенной, поразившие его взоры, должны иметь творца, по природе своей стоящего выше всех существ, а по могуществу — выше всего рода человеческого. Этому-то невидимому творцу всех сущих принес он свое поклонение!

С этой минуты он стал призывать людей на поклонение Творцу и разрушать кумиры в храмах. Жрецы ложных богов представили его Невроду, требуя его казни.

— Что такое твой бог? спросил его Неврод.

— Мой бог — тот, кто дает жизнь и смерть, отвечал Авраам.

Неврод возразил: “Я даю жизнь и смерть”. При этих словах он приказал вывести из темницы двух осужденных на казнь, из коих одному даровал жизнь, а другого убил собственной рукой.

Авраам присовокупил: “Мой бог возводит солнце на востоке; прикажи, чтобы оно взошло на западе”.

Неврод смешался и ответом его было приказание заключить Авраама в темницу. Некоторое время спустя, царь приказал бросить его на пылающий костер; но огонь потерял свою силу и стал холодным (Коран XX, 69). Авраам вышел из среды пламени цел и невредим. Тогда Неврод, видя что он ничего не в силах делать против него, оставил его в покое.

Авраам, оставив Вавилон, с семейством своим и с принявшими его религию, отправился в Cиpию и Палестину, откуда пошел в Египет. Жена его, Сарра, удивила своей красотой всех Египтян. Фараон захотел ее видеть: ее представили; очарованный ее красотой, он протянул к ней руку, но тут же высохла у него рука. Фараон прибегает к молитвам Сарры; она просит Бога, который тотчас же посылает царю исцеление. Этот последний два раза возобновляет свою попытку и два раза повторяется тоже чудо. Тогда Фараон отказывается от преступного своего намерения, отпускает Сарру с почестью, подарив ей молодую рабу, по имени Агарь.

По возвращении своем в Палестину богатый и могущественный Авраам стал сильно жалеть о том, что у него нет детей. Когда он женился на Сарре, дал ей клятву в верности; но Сарра, потеряв надежду быть матерью, сама предложила Аврааму свою рабыню египтянку. Агарь вскоре зачала и родила Исмаила. Необыкновенная радость Авраама при рождении сына и гордость, которую почувствовала с той минуты Агарь, сильно возбудили в Cappе ревность. Чтобы положить конец гневу своей жены, Авраам нашелся вынужденным удалить от нее предметы ее ненависти. Тогда он отвел Агарь и Исмаила в Аравию в то самое место, на которое свыше было ему указано и где он должен был поселить их: на этом месте в последствии была построена Мекка.

Это место в то время было безводною и безтравною пустыней. Когда Авраам пришел туда, ужас взял его при виде бесплодной пустыни, где приходилось ему оставить Исмаила с матерью. Впрочем, возлагая свою надежду на Господа, он сказал Агари: “Здесь я вас оставляю, поручая вас Божиему попечению”.

— Как, воскликнула Агарь, схватившись за него, неужели ты покинешь в пустыне немощную женщину и младенца?

Авраам сказал: “Я повинуюсь повелению божию”. По расставания с Авраамом, у Агари скоро истощился маленький запас провизии, бывший с нею. В отчаянии она большими шагами ходила по пространству между двумя холмами, называемыми теперь Сафою и Мервою, ища воды для утоления жажды и своей и дитяти. Между тем Исмаил, видя себя далеко от матери, начал плакать и бить ногою о землю: мгновенно показался родник. На крик ребенка прибежала мать и увидала воду, бьющуюся из родника. Она обрадовалась и, боясь, чтобы вода не пропала, принесла земли, обложила ею источник и таким образом образовала род бассейна. Мусульмане говорят, что знаменитый колодезь Замзам и теперь еще получает свою воду из этого источника.

В этой стране жило племя Аравитян, называемое Амаликою, разбившее свои шатры не далеко от горы Арафата. Двое из этих Амалики, томимые жаждой, ходили по разным направлениям, ища заблудших своих верблюдов. Они увидали птиц, порхавших и спускавшихся у подошвы какого-то холма, и заключили, что в этом месте должна быть вода. Руководимые этой приметой, они дошли до источника и сказали Агари: “Кто ты? что это за ребенок и откуда взялась эта вода? Здесь мы никогда не замечали воды, хотя не мало времени живем в этой пустыни.” — Когда Агарь ответила на все их вопросы и рассказала им чудо, совершившееся ради Исмаила, Аравитяне проникнулись большим уважением к ее сыну и к ней самой. Они начали просить у нее позволения поселиться с ними вместе у одного и того же источника. Получив coглacиe Агари, племя перенесло свои шатры на это место.

Исмаил рос между Амаликою. Ему было семь лет, когда пришел Авраам, чтобы принести его в жертву по повелению, полученному им от Бога. Диавол вздумал отвести Авраама от повиновения. В то самое время, когда отец, послушный высшему внушению, вел сына на место заклания, Сатана в образе человека трижды представился перед Авраамом, желая отклонить его от намерения. Авраам три раза отверг искусителя, бросая в него каменьями. Наконец он поднял нож на Исмаила, но ангел Гавриил остановил его руку и именем Господа разрешил ему искупить кровь сына своего закланием козла.

Исмаил был уже взрослым человеком, когда скончалась Агарь. Тогда Аравитяне Амалики сказали между собою: “Источник этот принадлежит молодому человеку, для которого Бог открыл его. Нет сомнения, что с удалением его, он иссякнет”. В этих мыслях, дабы заставить Исмаила жить навсегда с собою, они уговорили его жениться на Амаре, молодой девушке из племени Амалики, дочери Саида.

Между тем Авраам по временам навещал Исмаила; он посетил своего сына на другой год его женидьбы. Сарра взяла слово с своего мужа не спешиться. Он, подъехав к жилищу Исмаила, постучался. Когда жена Исмаила вышла к воротам. Авраам спросил: “Кто ты?” — Она ответила: “я жена Исмаила”. — Авраам спросил: “Где Исмаил?” — “Он на охоте”, ответила она. Авраам присовокупил: “Я не могу спешиться; не дашь ли мне чего-нибудь поесть?” — Она сказала: “У меня нет ничего: страна наша — пустыня”.

Авраам спросил поесть единственно для того, чтобы испытать жену Исмаила. “Я уезжаю, сказал он ей. Когда твой муж возвратится, ты ему опиши меня и скажи, что я ему советую переменить порог своих дверей”.

Когда Исмаил возвратился домой, жена, описав ему незнакомца, передала с тем вмесге и слова его. Исмаил узнал странника; он понял таинственный смысл совета, ему переданного, и потому немедленно отпустил жену свою.

Между тем явились два новых племени из поколений Джархома и Катуры, которые разбили свои палатки близ палаток племени Амалики. Это последнее, навлекшее на себя гнев божий неправдой и насилием, принуждено было покинуть свое жилище; а Джархомы и Катура явились полными владетелями той страны. Исмаил остался посреди их и женился на Рале, дочери царя Джархомита — Модхада.

Вскоре Авраам возвратился к Исмаилу. И на этот раз Сарра также взяла с него слово не спешиться. Он постучался в дверь жилища своего сына, и видит, что идет к нему на встречу женщина высокого роста с кротким выражением на лице.

"Кто ты? спросил он ее.

- Я жена Исмаила, возразила она.

- “Где Исмаил?

- На охоте.

Тогда Авраам, желая испытать и эту женщину, сказал: “Не можешь ли дать мне чего-нибудь поесть?

— Почему же нет, отвечала она. С этим она пошла, и через минуту возвратившись с молоком, вареным мясом и финиками, сказала Аврааму: “Извини, у нас нет хлеба”.

Авраам вкусил от всего того, что она ему предложила и, благословив пищу, сказал: “Да умножить Бог в вашей стране эти три рода пищи!”

После того жена Исмаила сказала Аврааму: “Сойди, я хочу омыть твою голову и бороду”.

Авраам отвечал ей: “Я не могу спешиться”. Он спустил только одну ногу на камень, и таким образом дал возможность молодой женщине омыть пыль, покрывавшую лице его и бороду.

Когда он собрался отъехать, сказал жене своего сына: “Когда Исмаил придет домой, опиши ему меня; и скажи от меня, что порог его двери не только хорош, но и красив”. Возвратился Исмаил; жена рассказала все случившееся. Исмаил сказал: “Это ты моего отца видела. Порог моей двери, это — ты сама. Он приказывает удержать тебя”.

Говорят, от этой дочери царя Модхада произошли все дети, которым Исмаил обязан продолжением своего рода (см. Essai sur l'Histoire des Arabes, Caussin de Perceval, Paris, 1847, T. I, Livre III, p. 161 — 170).

292. Легенда говорит, что когда построение храма Кабы доведено было до конца, Авраам и Исмаил посвятили его Богу. Ангел Гавриил пришел учить их различным молитвам и обрядам относительно пилигримства. Он учил, что, готовясь к этому путешествию, они должны умерщвлять плоть свою, останавливаться в Арафате и Музделифе, должны бросать камешки и совершать жертвоприношения в долине Мины. — Затем Авраам по повелению Божию взошел на гору Абу-Кубаис и громогласно произнес призыв, обращенный ко всем людям живущим и грядущим: “Народы, спишите в дом вашего Бога”. Голос патриарха был услышан всеми творениями; и миллионы душ, предназначенных к благодати совершать путешествие, ответили: “Леббейк аллахумма”, т. е. “Мы готовы, Господи”!

Наконец Авраам позвал Исмаила я сказал ему: “Я кончил свое дело! я отправляюсь, и поручаю тебе всю эту страну и этот храм, которого хранителем тебя назначает Бог”.

Тогда Авраам пустился в путь и возвратился в Cиpию к Cappе (см. Caussin de Perceval, Т. I, Livre III, p. 172).

293. Между двyx скал, называемых Сабою и Ермою. Под Сабою и Ермою разуметь должно Caфy и Мерву — названия двух холмов, упоминаемых в легенде о Махомеде. Между этимито холмами лежал Махомед, когда явился ему ночью Гавриил и, разбудив его, подвел ему крылатого Эльборака, на котором он вместе с ангелом совершил свое воздушное путешествие.

294. Ниже читатель найдет толкование этих древних аравийских обрядов и обыкновений, предлагаемое нашим Варданом; здесь мы укажем на историческое их осеование. — Абиcинcкий царь, Абраха, приступил к Мекке с намерением взять ее и разрушить Кабу, но город и храм были спасены чудесным образом; ибо Бог наслал на 60-тысячную армию Абрахи болезни, в следствие которых погибла она вместе с вождем своим. И так как в этой войне Кореишиты восторжествовали, то народ с этой минуты стал смотреть на них, как на избранников Божиих. Поэтому они учредили некоторые обыкновения, долженствовавшие служить как бы доказательством превосходства Кореишитов над всеми Аравитянами: они освободили себя от двух религиозных обрядов, соблюдавшихся во время пилигримства, а именно — останавливаться на гopе Арафате и уже массой отправляться от Арафата к Музделифе. В тоже самое время они стали называть себя Эль-хумс, т. е. “героями”. Они предписывали Аравитянам, жившим не на священной земли Мекки, но приходившим туда для хадджа, питаться единственно тою пищею, которую они найдут в Мекке.

Эти же самые Аравитяне обязаны были совершать благочестивый обход (таваф) вокруг храма не иначе, как одетые в костюм Хумс, т. е. “героев-Кореишитов”. Если они не были в состоянии достать себе этого костюма, то совершали таваф в наготе; если же приходилось им совершать его в обыкновенном костюме, то после они обязаны были бросить его, и никто не мог носить его более. С этой поры бедуины совершали maвaф в совершенной наготе, жены их также разоблачались, оставаясь в одной сорочке, которую после они бросали. Все эти обыкновения существовали до появления Махомеда, который уничтожил их. (См. Caussin de Perceval, Т. I, Livre III, р. 277 — 281.)

295. Они поклонялись камням, — Между камнями, которым поклонялись Аравитяне до Махомеда, известен был камень Манax, бывший предметом почитания племен Ходхаиль и Косаах, живших между Меккою и Мединою.

296. Закон коровы. Действительно, вторая глава Корана носит заглавие: Корова. Переводчики объясняют это тем, что в 63 стихе этой главы Моисей предлагает Израильтянам закалать корову. Это объяснение нам кажется натяжкой, ибо мудрено, чтобы целая глава Корана, состоящая из 286 стихов различного содержания, получила свое заглавие по одному какому-нибудь стиху. Не вернее-ли принять в объяснение этого названия предание, приводимое нашим автором?

297. Прежде был князем Кахерт'. Об этом Кахерт'е упоминает анонимный автор “Истории Иверийцев". В этом любопытном историческом памятнике Кахерт' представляется начальником небольшего измаильтянского племени, которому он дал возможность прославиться во время своего предводительства. Встретившись с Махомедом в Месопотамии, это племя пригласило его к себе в военачальники и “с этой минуты, говорит аноним, оно начало вести войну против вселенной”. (См. у Броссе: Additions et eclaircissements a 1'Histoire de la Georgie, Chronique armenienne, p. 49.) — Киракос гандцакский (XIII века) этого Кахерт'а также называет предводителем, ***. (См. его Историю, Москва, 1858, стр. 33.)

298. Х'евонд, или Леонтий вардапет, историк VIII века, говорит, что первое нaшecтвиe Аравитян было в 22 году Хеджры, т. е. в 644 — 645, второе — в 647 году. По Асох'ику, жившему в конце X и в начале XI века, первое их нaшecтвиe на Армению было в 86 году армянского летосчисления, т. е. в 637, а второе в 95, т. е. в 646 году (см. его Всеобщ.. Историю, гл. II, стр. 100).

299. Нерсес, епископ Тайк'ский. — Он вступил на пaтpиapший престол в 640 — 661 г. Это — Нерсес III, по прозванию Строитель, ***. По словам историка Себеоса, Нерсес с юных лет был воспитан в Греции, отлично знал язык и литературу греческую и потому держался учения халкедонского собора. Сначала он служил в военной службе, потом посвятил себя монашеству, достиг епископского сана, наконец и престола патриаршего; был человек строгой жизни и высокой добродетели. Он навлек на себя общее неудовольствие своих соотечественников принятием постановлений Халкедонского собора по настоянию императора Ираклия Константина, в следствие чего был принужден оставить престол и удалится в Тайк' — провинцию Великой Армении, в 649 году. Нерсес известен в Истории армянской церкви своими постройками, почему и прозван Строителем. Он воздвиг себе дворец в Вахаршапате недалеко от соборной церкви на том самом месте, говорит Себеос, где царь Тердат вышел на встречу святому Григорию. Им же в этом городе построена великолепная церковь во имя святых ангелов, явившихся Просветителю Армении. Он провел воду из реки Касаха для орошения песчаных и каменистых полей, насадил виноградники, сады и обвел как патриарший дворец, так и обители монашествующей братьи, высокими, красивыми стенами (см. кн. III, гл. 33, стр. 186 и гл. 35 стр. 220 — 225). Историк Асох'ик дает нам дальнейшие подробности о строительной деятельности этого архипастыря, который кроме выше упомянутого воздвиг в Аштишате над Хор-вирan' ом — местом заключения просветителя Армении в Таронском округе Туруберанской провинции, церковь во имя св. Григория, и соборную церков в селении Арутче в арагац-'стен'ском округе айраратской провинции (см. кн. II, гл. 2, стр. 89 — 90 и 100). На эти именно постройки и намекает наш автор в этом своем отделе.

300. Мученик Давид был Парс по происхождению, из рода царского, и назывался Сурханом. Восприемником его из купели был великий князь Григорий Мамиконский, который пожаловал ему во владение деревню Дзаг в Котайк'ском округе айраратскои провинции. Давид принял мученическую смерть в Девине от Абдаллы (см. у Иoaннa кафоликоса стр. 52, 54).

301. По воле Ираклия, выраженной в его завещании, престолом его должны были управлять Константин III, старший сын от первой его жены Евдокии, и Ираклий от второй жены, Мартины, что действительно и исполнилось, хотя и против желания последней, старавшейся удержать престол за Ираклеоном. Впрочем Константин, человек больной и слабый, вскоре умер. В его смерти стали подозревать Мартину, которая, если верить молве, отравила его. На это самое обстоятельство и делает указание наш Вардан.

302. Сан куропалата в Визаптии соответствовал должности министра двора. Во время царских выходов он являлся с золотым жезлом и непосредственно предшествовал императору. Куропалат был, вместе с тем и начальником императорской гвардии.

303. Его похоронили в Даронк'е. — Даронк', Даруйнк, Дарьюн — так называется сильно укрепленная крепость в Коговитском округе айраратской провинции, место погребения многих владетельных, князей армянских, преимущественно из рода Багратуни.

304. “Прекратилось царство парсийское, продолжавшееся 481 год”. Речь идет, разумеется, о династии Сасанидов, о продолжении которой Товма Артцруни и Себеос предлагают нам цифру, которая многим рознится от цифры нашего Вардана. Товма рассказывает о последних днях Язкерта следующее: “После Абу-Бакра стал во главе Татчиков (Аравитян) Амр, сын Хадаба, управлявший 20 лет и 6 месяцев. Он прогнал Греков и, собрав многочисленное войско, пошел в землю Партев'ов на покинутого царя парсийского, Язкерта, который, хотя и обратился в бегство, но не мог спасти себя. Ибо Амр, догнав его в пределах Кушанов, истребил все его войско. Тогда Язкерт предался войску Т'еталов (Хайателитов, Евталитов), пришедших к нему на помощь, которые убили его по приказанию Измаильтянина после 20-летнего его царствования. Таким образом прекратилось царство парсийское в роде Сасанидов, продолжавшееся 542 года” (см. его Ист. стр. 116). Это же самое число представляет нам Себеос в своей Иcтopии, где говорит, что "На 20-ом году царя парсийского, Язкерта, на 11-м году императора Констанция, названного по имени отца своего Константином, на 19-м году владычества Измаильтян — войско Измаильтян, бывшее в Парсии и Хужастане (Хузистан), отправилось на восток в страны, названные землею Палхавов, (т. е. в землю Парт'евов) на царя парсийского, Язкерта. Язкерт обратился в бегство, но не мог спастись; ибо он был настигнут близ пределов Кушанов, где все его войско было истреблено. Тогда он убежал к Т'еталам, пришедшим ему на помощь, которые, схватив его, убили после 20-летнего его царствования. Так прекратилось (в 652 г.) владычество Парсов и рода Сасана, царствовавшего 542 года” (см. его Ист. кн. III, гл. XXXV, стр. 214 — 215).

305. X'евонд, или Леонтий вардапет, живший во второй половине VIII-го века, в своей “Истории нашествия Аравитян на Армению” (с которой мы знакомы по Французскому переводу архимандрита Шахназарианца, ибо никогда не имели в руках подлинника), дает нам об этом сражении Аравитян с Греками подробности, которые сообщают ясность сжатому рассказу Вардана. Дело в том, что когда император Константин узнал о готовящемся нашествии Измаильтян на Армению, предписал правителю Киликии выйдти им на встречу. В то же время он удалил от должности князя Феодора Рештуни, назначив на его место Сембата Багратуни, дав последнему приказание присоединиться к главнокомандующему греческими войсками; Феодору же все-таки предписано было императором вести свои полки на подкрепление греческой армии. Невольно уступив угрозам царя, князь Феодор отпустил сына своего, Варда, но с приказанием перейдти на сторону неприятеля при первой возможности. Вместе с греческой армией Вард перешел Евфрат и вступил в Cиpию. По его просьбе, ему была поручена главнокомандующим защита понтонного моста на реке. Когда оба неприятеля встретились лицом к лицу и когда Вард заметил, что сторона Аравитян берет верх, он перешел Евфрат, отрезал веревки моста и тем дал неприятелю возможность окружить Греков, которые все погибли в реке. (См. его Histoire des guerres et des conquetes des Arabes en Armenie par Ghevond, trad, par G. Chahnazarian. Paris, 1856, pp. 11 — 12.)

306. Дахекан,***, парсийское дехгани — название армянской монеты, ценность которой определить с точностью не имеем возможности, хотя Арутьюн Авгериян в своем “Объяснении мер и весов у древних и уверяет, что дахекан равнялся 24-м кератам (кератион). См. стр. 29. — Дахеканы были серебреные и золотые.

307. Гелхо-ванк', ***,название монастыря, бывшего, без сомнения, где-нибудь в Аховании, местоположение которого впрочем определить не можем.

308. О пaтpиapxe Нepceсе см. выше примеч. 299. О сношениях его с императором Ираклием относительно вопросов релегиозных читатель найдет любопытные сведения у епископа Себеоса (см. его Ист. кн. III, гл. 35, стр. 221 — 225).

309. Он созвал большой собор из десяти отцев. Речь идет о пятом Девинском соборе, созванном Нерсесом в 645 году для прекращения, между прочим, разных беспорядков, возникших в армянской церкви. На зтом соборе, кроме патpиapxa, присутствовало 17 епископов, а не 10, как говорит Вардан (см. Истор. Арм. М. Чамчиана, ч. II, стр. 345).

310. В нашем подлиннике это место до того искажено, что оно не имеет никакого смысла; мы его восстановили при помощи Киракоса гандцакского (см. стр. 34 — 35). Для знающих язык армянский не лишним считаем привести здесь этот отрывок нашего Вардана: ... (см. наше изд. текста Вардана, стр. 96).

Песни, о которых здесь идет речь, и которые до сих пор поются в армянской церкви, собранные в один свод, известны под общим названием Шаракан'а, ***. Это — ничто иное, как coбpaниe духовных гимнов многих отцев армянской церкви; все они, без изъятия, высокого поэтичесского достоинства и суть произведения пера Моисея Хоренского, Персеса Благодатного и других вдохновенных духовных творцов. Слово: шаракан различно и превратно объяснялось и обясняется как армянскими учеными, так и арменистами из европейцев. По нашему мнению, корень его — шар или шер, ничто иное, как симитическое: шир или шейр, означающее песн; и потому шаракан значит “Собрание песен”. Слово: шер,*** в значении песни употреблено у Иоанна, епископа Мамиконского в его Иcтоpии Таронской области (Венеция, 1832, стр. 42), где он, приводя отрывок из одной сатирической песни, называет эту последнюю шер, ***. Вот этот отрывок: ***.

311. Деправанк' или Депреванк' — известный монастырь в Ширакском округе айраратской провинции , где в половине VII века был настоятелем Барсех (Василий), по прозванию Тчон,***; ему-то поручил кафоликос Нерсес сделать выбор из множества гимнов, воспеваемых в его время в армянских церквах без всякого разбора. Сборник Барсеха и назван в честь его Тчонентйр,***, т. е. “Гимны, избранные Тчоном”. — От этого Барсеха осталось Толкование на Евангелие св. Марка, которое впрочем еще не издано.

312. Ах'тамар, *** — остров на юго-востоке Ванского озера в округе Рештупик' васпураканской провинции.

313. Из Акори. Акори или Акури: деревня в округе Масиац-отен айраратской провинции. Она была засыпана во время последнего землетрясения, 20 июля 1840 года.

314. Выстроили собор в Арутче и мопастырь Ехивардский. — Арутч — селение или городок в округе Арагатц-отен айраратской провинции; Ехивард — деревня в том же округе.

315. О парсе Сурхане см. выше примеч. 300.

316. Аняния Ширакуни,т.е. Ширакскии, по прозванию Хамарох', ***, т. е. “математик”, уроженец города Ани, жил во второй половине VII века. По окончании курса богословия в Армении он отправился в Грецию для усовершенствования себя в светских науках. Возвратившись на родину, он посвятил себя ученым запятиям и написал много сочинений преимущественно математических. Труды Анании Ширакского до сих пор остаются неизданными, за исключением его трактата “О мерах и весах у древних”, который с комментариями вышел в Венеции в 1821 г.

317. Из деревни Дцоропорского округа. В подлиннике стоит: “***”, что не очень ясно. Это место объясняется словами Иоанна кафоликоса, который даст нам следующие подробности о происхождении патриарха Саака: “Отец его был уроженец из деревни Аркунашена (округа) Дцоропора, а мать его была из деревни Бердкац округа Мазаза (айраратской провинции:) — *** (см. мое изд. его Ист. стр. 53). Из слов Вардана можно заключить, что в деревне Аркунашене был царский дворец.

318. В подлиннике следует за выражешем: “отвели в плен” слово ***, которого значение хотя и известно, но здесь как-то оно не вяжется: тут чувствуется искажение переписчика.

319. Об этом походе Мавия, или Моавия, на Грецию подробно рассказывает епископ Себеос в своей Истории (см. кн. III, гл. 36, стр. 225 — 229). Мавиас (в 551 г.) отправиль к императору Константину (II) письмо с предложением: во-первых, отказаться от Исуса и обратиться ке великому Богу Авраама, которому он сам поклоняется; во-вторых, распустить свои войска; в-третьих, довольсвтоваться тем, что он, Мавиас, назначит его правителем Греции; и в-четвертых, предлагает отправить в Грецию своих коммиссаров для приведения в известность государственной казны с тем, чтобы из нее три четверти взять себе, а одну четверть предоставить императору; “затем, говорит Мавиас, я буду довольствоваться данью, которую ты захочешь платить мне”.

С этим вместе Мавиас начал стягивать все свои войска, расположенные в Пapcии и Хужастане, в Индии и в Аруастане и в стране Египетской, и сосредоточивать их в Дамаске, в своем местопребывании Он приказал приготовить военные корабли в Александрии и во всех приморских городах, снабдить их оружием и машинами: больших кораблей 300, а легких 5000. На каждый из последних он посадил по 100 человек, и отпустил свой Флот по морю; а сам с своей дружиной отправился в Халкедон.

На тринадцатом году царствования Константина Мавиас явился под стенами Халкедона; тогда же император получил вышеупомянутое письмо, сообщавшее ему известие о приближении неприятеля и погрузившее его в глубокую печаль. С письмом в руке он отправился в церковь, пал ниц перед Богом сил с словами: “Взгляни, Господи! взгляни, какой позор готовят Teбе Агаряне! Покрой их стыдом и пусть познают они имя Твое!” Он снял с главы своей венец, сложил с себя багряницу, оделся во вретище и предписал пост всему Константинополю, как то некогда было в Ниневии.

Между тем неприятельский флот пришел и стал перед Халкедоном; он состоял из больших и малых кораблей и был снабжен всем, что необходимо для сражения: стрельцами, пращниками, огнеметательными и камнеметательными машинами. Он получил уже от Мавиаса приказание сняться с якоря и идти на Константинополь; но еще не успел отплыть от берега на расстояние двух стадий, как поднялась, по божию мановению, ужасная буря, потопившая все корабли и весь экипаж со всеми военными снарядами. Измаильтяне увидели в этом перст Божий и с сокрушенным сердцем вышли ночью из Халкедона и пошли в свою землю.

320. Остикан'ами называются в армянской истории “правители из Аравитян”, которые назначались в Армении Халифом.

321. Речь идет о Давиде, принявшем христианскую веру, о котором см. примеч. 300.

322. Сембат, Ашот и Вард. Ашот — брат Сембата багратуни; Сембат — сын Ашота; Вард — сын Феодора Рештуни.

323. Положение этого Варданакерт'а определить нет возможности, ибо Х'евонд, Киракос и другие армянские историки, называя его селением, не говорят — в каком округе или провинции он находился. Из рассказа Х'евонда мы видим только, что Варданакерт был на берегу Аракса.

324. См. подробности об этом деле в Французском переводе Истории Х'евонда (стр. 22 — 25) .

325. Это место нашего подлинника опять представляет затруднение, происходящее, разумеется, от искажения переписчиков. Вот оно: ***. (см. мое изд. Вардана стр. 99). Относительно чудотворного образа, упоминаемого здесь, см. Франц. пер. Ист. Х'евонда стр. 16.

326. Тухарк' — в Тайкской провинции Великой Армении; но что оно такое и в каком округе — определить не можем по недостатку данных для того.

327. Черезь некоторого Камса. Это лице у историка Х'евонда называется Кашм (см. стр. 32).

328. В Хераме. — Хераме этот у Х'евонда называется городком, (см. стр. 32); Товма Артцруни дает ему название селения и говорит, что он стоит ниже монастыря Астапатского на берегу Ерасха (Араска) (см. его Ист. кн. II, стр. 116). — Не смотря на эти указания, все-таки трудно определить с точностью географическое положение Храм'а.

329. В 150 году, разумеется, армянского летосчисления, т. е. в 701.

330. Х'евонд по именам называет нахараров, которые были повешаны правителем Нахчавана — Кашмом, или Камсом. Это были: Сембат Баргатуни, сын Ашота; Григорий и Корьюн, князья из дома Артцруни; Вараз-Шапух и брат его, из рода Аматуни, и многие другие. Вообще об этой страшной резне см. у Х'евонда стр. 31 — 33; о мученической же кончине Вахана, гох'тенского владетеля, см. у Иоанна кафоликоса стр. 56.

331. В Егерк',*** — нынешняя Имеретия; Пуйт', *** — без coмнения, теперешний Поти. Об этих переселеяцах, вышедших из Армении после страшного всесожжения нахараров в Нахчаванской церкви измаильтянином Камсом и в начале VIII века под предводительством куропалата Сембата поселившихся в Пуйте, историк Х'евонд говорит: “Куропалат Сембат и бывшие с ним нахарары удалились язь нашей земли и обратились к греческому императору с просьбою отвести им город для их жительства и пастбища для их стад; император дал им город, называемый Пуйт'ом в странах земли Егерской, где они пробыли шесть лет” (см. его Ист. стр. 33 — 34).

332. Об этом Нерсесе Моисей Кахакантуаци, живший в конце IX и в начале X века, в своей Истории земли Ахованов предлагает следующие сведения (см. мое изд. кн. III, гл. 3 — 8, стр. 233 — 239). После ахованского кафоликоса, Елиазара, какой-то Бакур, он же Нерсес, последователь Халкедонского собора, бывший прежде епископом гардманским (округ в провинции Ути в Великой Армении), условился с супругою Вараз-Тердата, владетельницею ахованскою, по имени Спарам, которая также исповедывала халкедонское учение, что если она поможет ему вступить на патриарший престол ахованский, то он в свою очередь всех Ахованов склонить к принятию учения халкедонского собора. Спарам успела склонить епископов и вельмож, которые, ничего не подозревая, изъявили на то согласие. Один только епископ Мециранкский, Иовел, потребовал от Бакура письменного отречения от халкедонского учения с приложением собственной его печати. Бакур дал его и был возведен на патриарший престол.

По прошествии четырнадцати лет, когда умер епископ Иовел, Бакур, отправившись в его епархию, настоятеля тамошнего монастыря, Захарию, убедил уступить ему данное им письменное отречение с обещанием назначить его епископом Мециранкским. Получив эту бумагу, Бакур тут же сжег ее, а Захарии дал Мециранкскую епархию. Тогда при содействии Спарами он начал всюду вводит халкедонское учение. Те, которые оставались несогласными с ним обратились к армянскому кафоликосу, Илии, с просьбою помочь делу. Илия донес об этом эмиру Абдалле, который приказал нарушителей спокойствия: Бакура и соучастницу его, Спарам, представить к себе в оковах. Илия явился в Партав, столицу Аховании, созвал в 709 году собор, потребовал Бакура-Нерсеса, который, не быв в состоянии сказать что-нибудь в свое оправдание, был заключен в оковы вместе с Спарамью. С этой минуты Нерсес отказался от всякой пищи и умер голодною смертью через восемь дней. Он управлял ахованским престолом 17 лет и 6 месяцев. На его место собором был избран некто Симеон.

333. О патриархе Иoaнне IV, по прозванию Философ, см. у Иoaнна кафоликоса стр. 57 — 59. Он — уроженец деревни Одцун Таширского округа провинции Гугарк' в Великой Армении, почему и называется обыкновенно Одцнецй; родился около 668 года и вступил на престол в 718 г.; один из ученейших людей своего времени, ученик, известного Феодора Керт'енавора. Ио-анн филосов оставил нам много сочинений и все oне богословского или полемического содержания. Таковые напр. его трактаты: а) О воплощении; b) Против армянских Павликианов; с) его компиляция толкований на литургию и на различные церковные обряды; d) Синодальное слово, имеющее преметом богослужение армянской церкви; е) Свод постановлений преимущественно первых вселенских соборов с историей последних; f). Слова о покаянии.

334. О маназкертском соборе см. у Асох'ика кн. II, гл. 2, стр. 104 — 105; и у Киракоса стр. 38. Собор этот, — которого Чамчиан не допускает во время Иoaннa IV Филисофа (см. его Истор. ч. II, гл. 54 , стр. 352 и 598) по основаниям , невыдерживающим строгой критики, ибо этому ученому мхитаристу во что бы то ни стало хочется представить кафоликоса Иоанна признающим постаповления Халкедонского собора — был созван в Маназкерте (город в харкском округе Туруберанской провинции) в 726 году, по предварительному соглашению с сирийским патриархом, Афанасием. На этом соборе, — на котором кроме самого кафоликоса и Григориса, епископа аршаруник'ского, по прозванию Философа, присутствовали шесть армянских и шесть сирийских епископов — не признаны халкедонские постановления и преданы анафеме Юлиан галикарнасский с его последователями и Сирийцы: Бар-Шапух и Гавриил, как сеятели раздора между Сирийцами и Армянами.

335. Омар был заклятый мусульманин; большую часть дня он проводил в молитвах в комнате, куда никто не имел доступа. После его смерти нашли в ней висевшую на потолке веревку, за которую он держался, когда приходит в изнеможение от молитвы. Уверяют, что когда он лежал на смертном одре, и когда убеждали его принять какое-нибудь лекарство, он сказал: “Если бы стоило потереть только ухо, чтобы выздороветь, то и тогда я бы не коснулся его”. Он был человек строгой жизни, за что единоверцы его считают одним из великих мусульманских святых. В ревности своей к исламу, желая распространить его всюду, он в 718 году написал к греческому императору Льву III письмо, в котором, изложив учение Махомеда, убеждал его отречься от христианской веры и принять махомеданскую (см. Lebeau, Histoire du Bas-Empire,T.XII, pp. 124 — 125; — Товма Артцруни, кн. II, стр. 110). На это именно письмо и указывает Вардан, который, заимствуя его содержание у Х'евонда (см. его Histoire des guerres et des conquetes des Arabes en Armenie, стр. 40 — 42), передает нам в кратких выражениях. У этого последнего мы находим также пространнный ответ Льва Омару, которому император в свою очередь старается доказать ложность учения Махомеда и божественность учения Спасителя (см. там же стр. 43 — 98). Вардан и в дальнейшем своем рассказе об этой переписке руководствуется Х'евондом. К сожалению, в рукописных списках обоих армянских историков имена сектаторов и названия сект, возникших в махомеданском мире и любопытных в высшей степени, до того искажены, что нет почти возможности ни определить их, ни сказать об них что-нибудь удовлетворительно достоверное.

336. В тексте нашего автора не доставало названия: Иверийцы, которое мы, заимствуя у Х'евонда, выставляем в тексте в скобках.

337. Не лишним считаем выписать здесь названия этих мусульманских сектаторов, как вариант; но так как мы не имеем у себя армянского подлинника Истории Х'евонда, то приведем их по французскому ее переводу, придерживаясь правописания переводчика. Вот эти имена: la secte de Qouaz, celle des Djobbaiens ou de Sabar, de Thourab, des Kadariens, des Morgiens, de Vasel, des Djahediens, qui nient egalement l'existence do Dieu et la resurrection avec ton pretendu Prophete, et des Harures (см. стр. 57 — 58).

Надобно вспомнить, что все эти имена, или названия, прошли через греческий язык, который не может похвалиться верностью передачи собственных имен чужеземных, тем более восточных и в особенности арабских. Уже в греческом они претерпели значительное изменение; переходя в армянский язык и переписываясь невежественными переписчиками дошли они до такой искаженности форм, что под ними решительно ничего различить невозможно. И потому мы не решаемся пускаться в неопределенную область предположений и предлагать наобум толкования, неимеющие под собою никакой почвы, как это делает почтенный переводчик Иcтopии Х'евонда (см. его примечания на стр. 57 — 58).

Быть может, в Мурджи, равно как и в Басли нашего автора кто-нибудь и решится видеть Морджийцев и Васель-Ибн-Ата, о которых упоминает Sale в своих историч. и критических замечаниях о махомеданетве (см. Les Livres sacre's de l'Orient par Pauthier, Paris, MDCCCXL, pp. 527 я 533); что же касается до нас, то мы решительно отказываемся от этого неблагодарного труда.

338. Хаджадж этот, по словам историка Х'евонда, был аравийским правителем Парсии, по приказанию которого собраны были все древния религиозного содержания арабские книги, уничтожены и заменены собственными его сочинениями. Ему легко было распространить свои произведения между Аравитянами потому в особенности, что эти последние составляют один народ и говорят одним языком. От этого общего истребления уцелели только немногие творения Абу-Тураба (см. стр. 61).

339. Мы перевели это место нашего автора верно, но смысл его, как может видеть сам читатель, не очень ясен. Вообще должно заметить, что весь этот отрывок сильно искажен переписчиками.

340. Хором-айр (“Пещера грека или греческая”) ***, иначе называется Кобар или Koбaйp,***, — в таширском округе провинции Гугарк'.

341. Деревня Араморик' у Иоанна кафоликоса пишется Арамонк' (см. стр. 39); у Асохика (стр. 107) и у Киракоса (стр. 39) Арамуник': она находилась в округе Котайк' айраратской провинции.

342. В этом месте подлинник представляет некоторую неясность (см. наше изд. стр. 102), которую мы объяснили себе при помощи Иoaннa кафоликоса (см. стр. 59).

343. Эта деревня находилась в Ванандском округе айраратской провинции.

344. Иезид с особенною злобою преследовал все христианское; он истреблял, где только мог, иконы Спасителя, изображения его учеников и кресты. Он воздвиг, можно сказать, гонение на свиней, ибо дал приказание уничтожать их как в городах, так и в лесах (см. у Товмы Артцрунй Кн. II. стр. 116; — у Х'евонда, гл. VIII, стр. 98 — 99).

345. Хешм и Меслим. — “Хешам и Мослема”, сыновья Абдамелика, делавшие нападение на Грецию в 720 году в царствование Льва III. Подробности о походах Меслима на импеpию см. у Х'евонда гл. VIII, стр. 101 — 110.

346. Патрицием назывался в Византийской империи первый сановник после Кесаря. Патриции разделялись на несколько разрядов: на патриция, попечителя государства; на патриция, покровителя церквей, и на патриция конницы. Это достоинство было пожизненное. В Армению назначались военные патриции, которые назывались патрик'ами,***.

347. Мерван — правитель Армении, узнав о кознях Григория и Давида против Ашота, приказал схватить их и отправить к Халифу, который сослал их в Емень в Аравии (см. у Х'евонда гл. VIII, стр. 110).

348. Варачан — столица Гуннов; см. Географию Моисея Хоренского.

349. Велид — армянская форма арабского Валид, который по словам Х'евонда царствовал год и шесть месяцев.

350. Курра — арабское слово, означающее "чтецы”, т. е. читающие Коран. Это был класс людей, у которых сохранилось предание о том, как следует читать каждое место Корана. Известно, что до Абу-Бекра ходили по рукам только отрывки этой книги, написанные на пергаменте, или пальмовых листах. Первая полная копия Корана была составлена, как мы сказали, при Абу-Бекре, благодаря его заботливости.

351. Вардан не говорит, где именно был убит Валид. Этого Велита, или Валида (II), армянский историк, Хевонд, представляет человеком необычайно сильным, отличным единоборцем, развратным и невоздержным. Окружавшие его вельможи , оскорбленные его невоздержностью , обратились к кур-раям — чтецам Корана, и с их разрешения убили Валида во время сна. (см. у Х'евонда, гл. VIII, стр. 112 — 113).

352. Намекает на слова пророка Амоса, гл. I, 3 — 4: “И рече Господь: за три нечестия Дамаска, и за четыре не отвращуся его, понеже растроша пилами железными... и сокрушу вереи Дамасковы...”

353. После смерти Валида Григорий и Давид Мамиконские, освободившись из заточения, явились в Армению и возобновили свою вражду против Ашота Багратуни. Воспользовавшись отсутствием последнего, находившегося в то время в Дамаске у халифа Мервана, Григорий Мамиконский получил назначение главнокомандующего армянскими войсками от Исаака, тогдашнего арабского правителя Армении. В следствие жалоб Ашота на братьев: Давида и Гpигopия, по приказанию Мервана Давид был казнен, а Григорий невольно должен быд отказаться от главноначальства над войсками и уступить его возвратившемуся из Cиpии патрицию Ашоту. Тогда Григорий склонил на свою сторону всех армянских нахараров с целью отложиться от Халифа; с этим предложением он явился также к Ашоту, который хотя долго не соглашался, но наконец принужден был уступить настоянию всех нахараров. Сборным местом назначена была провинция Тайк', куда со всех сторон стекались союзники. В это самое время Ашот с некоторыми своими приверженцами отделяется от союзных нахараров и отправляется в Хазер, деревню Багревандского округа, с целью соединиться с Аравитянами. Григорий Мамиконский, извещенный об этом, настигает Ашота, берет его, передает служителям брата своего, Давида, которые тут же ослепляют его (в 758 году). После этого несчастия Ашот жил еще 13 лет и умер в глубокой старости (см. у Х'евонда гл. VIII, стр. 115 — 120).

354. Этот Ашот Багратуни был сын Васака. У него было два сына, из которых каждый сделался основателем особой династии; 1, от Сембата ведет свое начало династия армянских Багратидов; 2, от Васака — династия иверийских, или грузинских, Багратидов.

355. См. об этом также у Х'евонда стр. 124.

356. См. об этом монахе у Х'евонда стр. 136 — 137.

357. Сим, так называется та часть Тавра, где находилась крепость Сасун в Ванском пашалыкстве.

358. Иоанн кафоликос подробно говорит о пaтpиapxe Cиoне и о чуде, им совершенном (см. его Ист. стр. 60 моего изд.)

359. Ех'апатруш — деревня в нигском округе Айраратской провинции; пишется также Ех'ипатруш или Ах'апатруш.

360. Подробности об Исаий читатель найдет у Иоанна кафоликоса стр. 61.

361. У Иоанна кафол. (стр. 61) и у Асох'ика (кн. II, гл. 2, стр. 107) за патриархом Стефаном следует Иoaв, а не Иoв, как у нашего автора, что без сомнения нужно считать опиской со стороны переписчика.

362. Багреванд — округ айраратской провинции. Остикан — см. примеч. 320.

363. Эти жестокости Иезида подробно описывает Иоанн кафол. на 61 — 62 стр. своей Иcтopии.

364. Гарни, иначе называется Гехами — один из древнейших городов Армении; находился в округе Гех'аркунй Сюникскои провинции. Царь Тердат построил здесь себе дворец, развалины которого до сих пор существуют.

365. Макеноц или Макенис — монастырь в округе Гех'аркупи Сюник'ской провинции.

366. Зреск — название монастыря.

367. Из слов Иoaннa кафол., который первый намекает на этот обычай (стр. 62 — 63), мы заключаем, что в древней Армении было обыкновение писать на внутренних стенах кафедральной, разумеется, церкви столицы, где имел местопребывание кафоликос — портреты патриархов. Вардан заимствует рассказ об этом факте у Иоанна кафоликоса.

368. Это — Махомед, прозванный Махади, сын Альмансора Абасида, вступивший на престол Халифа в 778 году. Абасбал, полководец его, им отправленный в Грецию, настоящего имени которого не знает Сен-Мартен (см. Lebeau, Т. XII, р. 310, rem. 4), у армянского историка Х'евонда называется Aбacoм и братом Махомеда-Махади (см. его Ист. стр. 150).

369. Х'евонд подробно рассказывает об этом странном посольстве, носящем на себе чисто-восточный характер. Он говорит, что в следующем году (779) халиф Мохомед-Махади отправил к императору Льву IV, сыну Константина Копронима, посольство с большими угрозами. Вместе с письмом, адресованным на имя императора, Халиф отправил к нему 2 четверика горчичного зерна с приказанием сказать, что для покорения Греции он пошлет такое же число войска, и что если тот чувствует себя в силах бороться с ним, то пусть выступает на бой. Император принял вызов Халифа, которого армия, впрочем под предводительством брата его, Абаса, после бесполезной трехмесячной осады города Амуpиyмa, принуждена была возвратиться в свою землю (см. его Ист. стр. 151 и 152).

370. См. у Х'евонда стр. 134 и следующие .

371. Аршаруник', иначе Ерасхадцор (“Долина Ерасха”, т. е. Аракса) — округ айраратской провинции Великой Армении.

372. Ширак а Ашоцк' — округи айраратской провинции. — Таик' — провинция Великой Армении.

373. Камах — так называют армянские писатели XII и XIII веков древнюю крепость Ани близ Евфрата в округе Даранах'и, провинции, называвшейся Бардцер-Хайк' (Верхняя Армения). Город же Ани, столица армянских Багратидов, развалины которого до сих пор существуют, находился в Ширакском округе айраратской провинции близ Арпа-чая.

374. Сперский округ — в Бардцер-Хайк', провинции Великой Армении. В этом округе находился Сембатаван, называемый нашим автором Крепостью, между тем как М. Хоренский называет его Селением.

375. Ах'иовит — округ Васпураканской провинции.

376. По М. Хоренскому (см. Кн. II, гл. VII, стр. 83 моего перевода) род Генуни — ассирийского происхождения из поколения Сенпахерима, который был возведен в нахарарское достоинство за 150 лет до Р. X. Вах'аршаком, родоначальником армянских Аршакидов.

377. Мы не можем объяснить себе — на чем основывает наш автор свой рассказ о заговоре, в котором главным деятелем является какой-то Михаил. Во время царствования Льва IV, а именно, в 776 году, действительно после того, как император еще при жизни своей короновал на царство сына своего, Константина — мы видим, что кесарь Никифор составил заговор, который впрочем был открыт (см. Lebeau. Т. XII, стр. 309); но в этом деле мы не встречаем никакого Михаила. Касательно же Льва, мы знаем, что он умер своею смертью.

378. После Льва IV вступает на престол сын его, Константин Порфироген, в 780 году, а не Михаил. — Киракос гандцакский с необыкновенной точностью передает нам историю этого времени (см. стр. 42).

379. Этот Мамун есть Халиф Аль-Мамун, к которому перешел в 836 году Мануил Мамиконский.

380. Кх'ардж, или Кех'арджк' — округ Гугарк'ской провинции. — Теп'хись — армянская форма Тифлис'а.

381. См. примеч. 258.

382. См. примеч. 373.

383. Оц-берд (“Змея-крепость” или “Змеиная крепость”) — город и крепость в то же время; находился в Таронском округе Туруберанской провинции.

384. По имени Баб. Баб этот есть парс Бабек византийских историков, который в 831 году восстал против Халифа и в течении пяти лет вел упорную войну с Аравитянами, желая освободить свое отечество от ига последних. Побежденный, он убежал из Пapcии в Византийскую импеpию и с семью тысячами преданных ему воинов вступил к императору Теофилу на службу (см. Lebeau, Т. XIII, р. 96).

385. Где он... взял неприступную крепость Лолуу. — У нашего автора крепость эта называется Лулуа,***; — у Кедрина она является под формою Лулу, у Арабов и Сирийцев — Лулуел: одна из важнейших крепостей империи, находившаяся близ Тарса. Аль-Мамун, сын Харун-аль-Рашида, держал ее в осаде три месяца и наконец взял в 831 году.

386. Взял городя Амурру. В подлинники этот город является под формою Амурра, ***, под которою нам кажется можно узнать Атоrиит Византийцев. Географическое его положение с точностью определить нельзя, хотя мы знаем, что он находился в Великой Фригии.

387. См. Историю Иoaннa каф. моего издания стр. 65 — 70. Мехекан — седьмой месяц армянского года, соответствующий февралю. Упомянутые у нашего историка князья приняли мученическую смерть, по Иоанну кафоликосу, в 302 году армянского летосчисления, т. е. в 853.

388. Деревня Дцаг была в Котайк'ском округе айраратской провинции.

389. Хачен в древности назывался Арцахом — провинция в Великой Армении. — Ути тоже одна из провинций Великой Армении, округом которой был Гардман.

390. Газанатцак, иначе Вишападцор, местечко в Габехианк'ском округе айраратской провинции.

391. См. в тексте стр. 95.

392. Собор в Ширакване, или правильнее в Ширакаване (ширакском округе айраратской провинции), был созван по приказанию Ашота Великого Багратуни кафоликосом Захарием в 862 году, в следствие письма пaтpиapxa Фотия по вопросу о Халкедонском соборе, но не имел никаких последствий. Диакон Нана, о котором упоминает Вардан, Сирянин по происхождению, был человек огромной учености, хорошо знакомый с языком армянским. По просьбе Багарата Багратуни он написал толкование на Евангелие св. Иоанна, которое после было переведено на армянский язык.

393. Нам кажется, что Оскеван ничто иное как перевод имени начальника евнухов, Хризаф (Chrysaphius): крестник Eвтиxия, которому он сильно покровительствовал. Влияние этого лица было чрезвычайно сильно на императора Феодосия II. Слово: Оскеван состоит из армянского оски, *** — золото.

394. Кизик, Cyzicus — город в Малой Мизии. — Гераклея — город в Вифинии. Диоскор был сослан в Гангру.

395. Тимофей — один из ересиархов этого времени, живший в половине V века, монофизит и сильный сторонник Евтихия.

396. Тимофей Куз есть то самое лице, о котором мы упомянули в предыдущем нашем 395 примеч.; что же касается Сирянина Бардишо и Филаксия и города Пабуна, мы ничего не можем сказать; ибо эти имена нам кажутся искаженными. Собор, о котором здесь упоминается, что он был созван в Девине, был в патриаршествование Нерсеса III Строителя. При его жизни их было созвано два: один в 645 году, на котором под личным его председательством рассматривали: постановления Халкедонского собора, сочинения Иоанна Майриванкского (Майрагомского), его ученика Сергия, Юлиана Галикарнасского и некоторые частные вопросы, относящиеся до церковного благоустройства (см. выше примеч. 299, 308 и 309); второй собор при жизни Нерсеса созван в 651 году в Маназкерте вардапетом Иоанном, наместником Нерсеса. навлекшего на себя в то время гнев Феодора Рештуни и жившего вдали от патриаршего престола. На двух этих соборах были равно отвергнуты постановления Халкедонского собора.

397. Иoaнн. кафол. (стр. 46) и Асохик (стр. 89) говорят, что Иоанн Майриванкский, преследуемый кафоликосом Езром, был принужден удалиться из последнего своего местожительства в гардманский округ Утийской провинции, т. е. в одну из северных провинций Великой Армении, где он вел самую строгую жизнь. Вардан же уверяет, что Иoaнн, был сослан на Кавказ по приказанию Нерсеса III и Федора Рештуни.

398. Этот Сергии — ученик Иoaннa Майриванкского; о нем см. выше примеч. 396. Ему приписывают перевод сочинений Юлиана галикарнасского, о которых упоминает наш автор. В обоих наших списках, по которым издан нами текст Вардана, вместо *** или *** стоит ***.

399. Ашунк' — место в Тайкской провинции, положение которого мы по не имению данных определить с точностью не можем. Саак Mepym, о котором здесь идет речь у нашего автора, жиль во второй половине IX века при Ашоте Великом Багратуни, по поручению которого он отвечал на письмо патриарха Фотия, отвергая от лица всего армянского духовенства собор Халкедонский. — О Маназкертском coбopе см. прим. 334.

400. О видении св. Саака см. примеч. 192. Слова же, приведенные здесь у нашего автора, заимствованы из толкования упомянутого видения (см. у Лазаря п'ариского стр. 59, § 19).

401. У армянских Аршакидов было обыкновение, что при вступлении их на престол князь из рода Багратуни возлагал на них корону. Это было наследственное право в славном роде Багратуни, право, данное ему первым армянским Аршакидом, Вахаршаком, за 150 лет до Р. X. (см. у М. Хор. кн. II, гл. VII, и наше примечан. 142 к нашему перев. его Истории). Обычай этот существовал и у парсийских Аршакидов, ибо у них также мы находим венценалагателей. Таким является у Плутарха (см. М. Красс) полководец, парфянского царя, Сурен, о котором Плутарх говорит: “Он владел наследственным правом ему первому возлагать диадиму на парфянских царей при восшествии их на престол”.

402. Как эти, так и последующие подробности об Ашоте Великом и его преемниках наш Вардан заимствует, вероятно, у историка Шапуха Багратуни, современника Иоанна кафоликоса, жившего следовательно в конце IX и в начале X века. Творение Шапуха, на которое не раз ссылается знаменитый Иоанн кафоликос (см. мое изд. стр. 74, 79 и т. д.), к сожалению, потеряно или покрайней мере до сих пор считается потерянным.

403. Но Асохику, Ашот царствовал 5 лет (см. стр. 145).

404. См. о Хамам'е у Асохика кн. III, гл. 2, стр. 145. Он известен под прозванием Аревельци, *** “восточный”, т. е. уроженец восточной Армении; жил в IX веке.

405. “Его корону наследовал сын его, Пап, в 344 году и царствовал 24 года”. — Тут следует заметить: а) что Ашоту I-му наследовал сын его, Сембат, а не Пап; и b) что Сембат вступил на престол отца своего не в 344 году армянского летосчисления, т. е. не в 895, а в 890 (по Асох'ику, в 340 — 891, см. стр. 145).

406. Еразгавор, или Еразгаворк', иначе назывался Ширакавaн или Ширакван, как пишет наш автор — городок в ширакском округе айраратской провинции, владение Сембата I. В Еразгаворке находился дворец и он был местопребыванием Багратидов до Сембата II-го, который обстроил и расширил Ани, как говорит сам Вардан.

407. “Наименование — означающее попечение”. Попечение по-армянски: хенамк',*** - Это объяснение дает нам не только наш Вардан, но также Самуил анийский и Мхитар айриванкский. Следовательно, Хенамк' — не есть искажение Камаха, как полагает ученый Инджиджиан в своем “Описании древней Армении”, стр. 418. Вероятно, это — древне-армянское слово, значение которого очень хорошо было знакомо Вардану и ученым его современникам, но которое для нас теперь утрачено. Встречаем же мы у Григория Магистроса сотни слов, ему и его современникам понятных, но теперь недоступных даже для нас, посвященных в знание классического языка армянского. Таково и слово Ани в своем значении. О Камахе же см. выше примеч. 373.

408. См. у М. Хорен, кн. II, гл. LXXVII, LXXXII моего перевода.

409. Описание города Ани в уцелевших до нас развалилинах читатель найдет в прекрасном труде академика Броссе, изданном под заглавием: Les Ruines d'Ani, capitale de l'Аrmenie sous les rois Bagratides, aux X-е ct XI-е s. Histoire et Description, St-Petersbourg, 1860 — 1861.

410. См. у Иoaнна кафоликоса описание мученической кончины Сембата стр. 129 — 131 моего издания.

411. Бюракан, — название крепости, положение которой неизвестно.

412. Месяцы: Ахки и Марери, соответствуют апрелю и маю.

413. Патриарх Иоанн, VI по порядку, по прозванию Патмабан,***, т. е. Историк, жил в половине IX и в начале X века; вступил на престол после учителя своего, Маштоца, в 898 году и патриаршествовал до 925 года. Он был человек большего образования и замечателен, как политический деятель, по участию, которое он принимал в положении бедствовавшего своего отечества во время остиканства Юсуфа. От него осталась нам его “История Армении” от древнейших до его времени. Она имела два издания: одно в Иерусалиме в 1843 году; а другое — мое, в Москве в 1853 г. Французский перевод этого замечательного творения, сделанный Сен-Мартеном, издан после смерти последнего под следующим заглавием: Histoire d'Armenie de Jean VI, traduite par Saint-Martin, Paris, MDCCCXLI.

Текст приводится по изданию: Всеобщая история Вардана Великого. М. 1861

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.