Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ВАХУШТИ БАГРАТИОНИ

ИСТОРИЯ ЦАРСТВА ГРУЗИНСКОГО

ЖИЗНЬ И ДЕЯНИЯ ЦАРЕЙ КАРТЛИ ПОСЛЕ РАСПАДА ЦАРСТВА НА ТРИ ЦАРСТВА И ПЯТЬ КНЯЖЕСТВ

ВОЗНИКНОВЕНИЕ И ЖИЗНЬ КАХЕТИ И ЭРЕТИ

Салим-хан

И захватил Ростом Картли. Прислали Салим-хана и посадили в Кахети. Но не доверились ему кахи кроме некоторых, и пребывал он в Мосабруни.

Затем убил царь Ростом Датуну эристава, послал Заал, брат Датуны, господарю Теймуразу клятву верности и обещание крепкое и приглашал [Теймураза] прийти и посадит [Заал] его царем. Поверил Теймураз и перешел через Двалета, так как через Картли [153] из-за Ростома не мог пробиться и прибыл в Душети лета Христова 1636, грузинского 324.

Прибытие господаря Теймураза в Душети, царствовал 12 лет

Тогда начали враждовать с Ростомом и не смогли ему нанести вреда. Затем подослали изменников и так же ничего не добились, ибо располагал он большой силой от шаха и подчинялись ему кизылбаши. Поэтому оставили Ростома в покое и обратились к Салим-хану, правителю Кахети, строящему в то время дворец в Мосабруни. Салим-хан почуял опасность и сбежал, но войско его было перебито, а имущество захвачено.

[Теймураз] пришел и занял Кахети, затем вернулся и вновь обосновался в Душети и в продолжение трех лет оставался в Душети, стараясь вредить Ростому. Но потом задумал убить Заала и захватить Арагви и Базалети и советовался с кахами — как это сделать. Уведомили об этом Заала и тайно дали ему подслушать намерение Теймураза. По этой причине Заал стал избегать его. Господарь Теймураз понял недоверие Заала и ушел и прибыл в Кахети лета Христова 1639, грузинского 327.

А кахи все больше застраивались и заселялись, ибо беженцы спускались [с гор] и возвращались к себе. В эту пору послал господарь Теймураз шаху дары большие и проем л прощения. И принял шах подарки и пожаловал Теймуразу Кахети и халат и известил о прощении прежнего [проступка] и выразил надежду о верности в будущем. И посылал [Теймураз] дары и многажды и шах Сефи даровал и жаловал [его] и помирился с ним.

А [Теймураз] убедившись, что располагает некоторым спокойствием, решил идти в поход на Дидоети, чтобы обратить их от идолопоклонства и проложить дорогу в Россию и привлечь их на свою сторону. И с собранными кахами напал и разрушил несколько укреплений и ожег деревни. Однако дидойцы призвали на помощь лезгин и пустили стрелы и шалили сверху камни, убили [епископа] Руствела и там же коня под Теймуразом и перебили многих кахов. Отступили [ани] и вернулся Теймураз в Кахети с плачем: «Горе мне, потерявшему епископа и вельмож», лета Христова 1640, грузинского 328.

После того призвали Теймураза каталикоз Эвдемоз, Заал эристави, Амилахвари и Нодар Цицишвили. И прибыл Теймураз в Мухрани, однако Ростом победил Нодара, поэтому возвратился опять в [154] Кахети. Затем снова известил каталикоз Эвдемоз о бегстве Нодара: «Почему вернулся? Возвращайся и делай, как хочешь!» Поверил опять Теймураз и отправился в Мухрани, там же соединился с ними Заал эристави. Однако узнали они, что Ростом укрепился в Горийской крепости, а они не могли идти на приступ, ибо [Ростом] располагал большим вспомогательным войском шаха. Поэтому ушел Теймураз, но [в дороге напал на него] Вахтанг Мухранбатони (и) нанес большой урон. И вернулся [Теймураз] в Кахети.

После того напал царь Ростом с большим войском на господаря Теймураза, находившегося в Магаро с небольшим войском кисикцев, и атаковали их войска [Ростома] лета Христова 1643, грузинского 331. Тогда вышли из крепости кахи и обратили войско Ростома в бегство и ушел Ростом в Тбилиси. Но и это [поражение] не очень навредило Ростому.

А Ростом отослал Заала к шаху и после возвращения Заала из Испагана и спустя немногое время собрал Ростом вновь сильное войско и выступил против господаря Теймураза. Тогда Теймураз стоял в Тианети. Он тоже собрал свое войско. А сахлтухуцеси Реваз [Чолакашвили] и стольник Бидзина Чолакашвили враждовали [друг с другом], и не пожелал Бидзина подчиниться Ревазу, так как Реваз командовал войском [и] если Реваз победит, он будет причиной победы. Поэтому Бидзина настаивал, чтоб господарь Теймураз послал его в Эрцо, ибо «если захватят они Эрцо, мы не сможем устоять в Тианети». Не соглашался на это Теймураз, однако был вынужден разрешить, боясь смуты во время боя среди своих. И ушел Бидзина в Эрцо и этим разделилось войско Теймураза.

Пришли тогда Вахтанг Мухранбатони и с ним Заал эристави в Углиси, встретил их Реваз и начался бой сильной ружейной пальбой и почти заставили их отступить, но Вахтанг с маленьким отрядом стал у одного дуба, оттуда попала Ревазу пуля и вышла в спину. Он не дал это почувствовать воинам и подбодрил их, направился к Теймуразу и приложился к руке Теймураза, затем вернулся и там же умер. Увидели это воины и дрогнули, а те атаковали и побежали кахи. И прибыл господарь Теймураз во внутренний Кахети и Бидзина также отступил без боя. Стал Ростом против Теймураза. [155]

А в тот же день в Магаро атаковали кизылбаши отряды Давида, сына Теймураза. Даяяд был побежден и убили его и воинов его лета Христова 1648, грузинского 336, татарского 1058 и окружили Теймураза с двух сторон. Увидев это и не видя выхода, послал Теймураз царицу Хзарашан к Ростом у с просьбой (ибо была она дочерью двоюродного брата Ростома). Пришедшую [царицу Ростом] принял ласково и с честью и дал [Теймуразу] подарки и обоз и в сопровождении каталикоза отпустил в Имерети. Встретил [там Теймураза] зять его Александр и поселил его с честью. Тогда сообщили Теймуразу о гибели сына его Давида, и скорбел и горевал премного.

Царь Ростом, царствовал 9 лет

И захватил Ростом Кахети и пожаловал Заалу эриставу Эрцо-Тианети и Херки. А кахи преимущественно оставались у себя и у Заала.

А Теймураза, после скорби, пригласил Леван Дадиани (ибо Леван был сыном дочери деда Теймураза). Теймураз ие хотел идти, но его уговаривал царь Александр, чтобы [Теймураз] помирил бы их. Теймураз счел это выгодным и для себя, ибо соединив их, получил бы он помощь от них. Поэтому согласился ехать. И встретил Леван прибывшего [Теймураза], принял с честью, устраивал пиры, но когда показал ему свои драгоценности, [Теймуразу] подарил только сафьян.

Потом Теймураз предложил Левану помириться с Александром и освободить Мамуку под своим поручительством. Леван согласился-было на это, однако негодяй [Цулукидзе] помешал этому. Увидев это, Теймураз собрался в путь и возвратился в Имерети.

Тогда царь Александр попросил Теймураза разрешить [ему] усыновить внука его Гиорги. Согласился тот и воспитывал [Александр] и готовил в наследники. Однако спустя немногое время скончался тот юноша и оплакивали цари общего [наследника].

И пребывал Теймураз в Имерети семь лет, а Ростом более усилился. Поэтому послал [Теймураз] в Россию внука своего Николаоза. Напали на него в Черкезети грабители, убили людей его и захватили служанок, а юного Николаоза спасли его слуги и привели на Терек, а потом привезли в Москву.

После того увидел Теймураз, что иного выхода нет и сам также уехал в Россию для получения помощи от государя русских лета Христова 1656, [156] грузинского 344. И оставил царицу с домочадцами в Имерети, сам прошел Рача, Дигори, Черкезети и прибыл на Терек, потом в Астрахань, оттуда в Москву.

Прибывшего [Теймураза] государь Алексей чествовал по-царски и просьбу его выслушал милостиво. Затем указал на причины, по которым нельзя было помочь. Услышав это, Теймураз распрощался, пожаловал он [царь Алексей] ему дары большие и выехал. По приезде в Астрахань сообщили [Теймуразу] о смерти внука своего Луарсаба, ловкого, прекрасного и любимого [юноши]. После печальной скорби оставил [Теймураз] Николаоза у государя Алексея в Москве, сам выехал и прибыл в Имерети лета Христова 1659, грузинского 357, А здесь узнал о кончине царицы Хварашан. И оставался [Теймураз] в Имерети, ибо не стало и царя Александра.

Салим-хан

А в Кахети, из-за старости Ростома, посадили Салим-хана лета Христова 1657, грузинского 345. А Заал владел вышеназванными землями и Салим-хан правил Кахети с его ведома.

Сей Салим-хан привел кизылбашские племена и расселил их во внутреннем и внешнем Кахети. И захватили они Бахтриони, Алаверди и святые церкви обесчестили, ибо превратили их в хлевы для стада своего. И было в Кахети бедствие великое от них и от воров-лезгин. А Салим-хан сидел в Карагаджи, не заботясь о кахах, и пребывал в беспечной безопасности.

А в один день некий священник шел во внутренний Кахети. Схватили его татары и развратили его грехом содома и отпустили. Охваченный печалью священник явился к Заалу со словами: «Тебе подчиняется Кахети; вот татары обесчестили меня, и за это ты ответишь перед Христом в день великого суда». Услышав об этом, Заал эристави клятвой соединил вотчинников своих и пшав-хевсур-тушов и Бидзину сахлтухуцеса и Ксанских эриставов Шалву с братом Элизбарюм (ибо Шалва был зятем Заала), собрал их всех, отправил сына своего с ними и напали [они] сперва на Бахтряоии, перебили и истребили татар, затем на Алаверди, а после во всем Кахети истребили татар так, что в люльках не оставили младенцев и освободили Кахети. А в Карагаджи не пришли, так как Салим-хана там уже не было и сидел Муртузали-хан. И возвратились с победой лета Христова 1659, грузинского 357. [157]

Муртузали-хан

A после смерти Заала эристава убоялись Бидзина, Шалва с братом Злизбаром и не явились к царю Вахтангу, а пошли в Карагаджи к Муртузали-хану. Тот велел схватить их и послал к шаху, а шах передал их кровным родственникам [татар], истребленных в Кахети. И замучили их за Христа, как записано в их метафрасе.

А хотя Кахети владел Муртузали-хан [кахи] больше подчинялись царю Вахтангу и находились при нем.

А после [кончины] Александра, царя имеров, господарь Теймураз остался в крепости Оканда весьма стесненный. И к приходу царя Вахтанга в Имерети Теймураз известил его, что он явится к царю в том случае, если пошлет он его [Теймураза] к шаху. Тот обещал это с радостью и явившегося Теймураза щринял с великой честью и в сопровождении Гиви Амилахора отправил в Тбилиси лета Христова 1661, грузинского 349. А когда Вахтанг возвратился из Имерети, в сопровождении того же Гиви Амилахора послал Теймураза в Испаган.

Прибывшего Теймураза шах Абаз принял с честью и пировал и охотился с ним и одаривал его премного. В одинь день шах Абаз предложил Теймуразу, чтобы оставил он Христа, но Теймураз даже не пожелал выслушать. После того на одном пиру предложил [шах Теймуразу] мясное, ибо был пост. Теймураз и от этого отказался. Разгневался тогда шах абаз и выплеснул своей рукой в лицо Теймуразу винную чашу. Оскорбился Теймураз, но успокоил его шах Абаз, говоря: «Дерзнет иногда сын отцу, но не должен гневаться отец». На следующий день шах Абаз отправился в Ашраф, а Теймураза заточил в Астрабад.

А лета Христова 1662, грузинского 350 прибыл в Тушети внук Теймураза Николай Давидович, которого звали Эрекле, ибо его как сына воспитывал Алексей, государь русских. И некоторые говорят, что [прибыл он] по призыву Заала эристава, чтобы возвести его на царский трон, а иные говорят, что по призыву тети своей Дареджан, чтобы занял он престол Имерети. Кахи поддержали его.

Узнал об этом Шахнаваз, прислал с войском Паату, сына Мухранбатона, и Отара эристава. Пришли они в Уриатубани, сразился с ними Эрекле с кахами и тушами. В бою Эрекле был побежден и отступил в [158] крепость Торга, а картлийцы вернулись и доложили Шахяавазу. Тот собрал войско и вступил в Кахети и приступил к осаде крепости Торга. Тогда тяжело пришлось крепостной страже, так как там находился Эрекле с матерью. Поэтому взмолилась Шахнавазу мать Эрекле, чтобы дал он дорогу и отпустил. Согласился тот и отпустил тайно и вернулся [Эрекле] вновь в Тушети. А Шахнаваз подчинил Кахети и возвратился в Тбилиси лета Христова 1663, грузинского 351. А Эрекле оставался в Тушети в положении странника, не в силах ни отправитсья в Россию, ни оставаться там.

А прибывший в Астрабад Теймураз, приняв монашество и схиму, преставился в ту же зиму, лета Христова 1663, грузинского 351. После попросили у шаха бывшие там кахи, чтобы разрешил он взять тело Теймураза в Кахети. А так как и царь Вахтанг просил о том же, шах разрешил. Взяли [кахи тело царя] и привезли в Алаверди. Тогда по указу царя Вахтанга собрались каталикоз и епископы Картли-Кахети и предали земле в Алаверди лета Христова 1664, грузинского 352, татарского 1072.

9-й царь Арчил, царствовал 11 лет

И в том же году шах Абаз пожаловал Кахети Арчилу, сыну царя Вахтанга, и пришел с большими торжествами, и встретили его вельможи всего Кахети и сел царем и подчинил все границы Кахети. Сей Арчил был мужественным, славился красотой и смелостью и всяческими воинскими и рыцарскими доблестями, стрела его достигала длину в 12 горстей, был отважным, сильным, дерзким и гордым, отличным охотником и рыцарем, возвышающимся [знанием] закона божьего. Он выселил непокорных татар и правил добром.

Однако на следующий год, по наущению кахов, начал Эрекле нападать на Кахети. Узнав [об этом] Шахнаваз прибыл к своему сыну с большим (войском и стал в Ацквери. И не в силах противостать, Эрекле вынужден был вновь уйти в Тушети и перестал нападать. Увидел это Шахнаваз и отпустил войско. Кахи уведомили об этом Эрекле и призвали напасть на Шахнаваза. Собрал тогда Эрекле тушов, по дороге присоединились к нему пригласившие его кахи, и темной ночью напали и случилось то, о чем мы уже писали. И Эрекле забрали с собой туши и вновь вернулись в Тушети. Тогда Шахнаваз заставил всех кахов поклясться в верности сыну своему Арчилу и [159] возвратился в Картли. А Эрекле стало тяжело странствовать в Тушети и снова выехал в Россию.

И Арчил, находясь в Кахети, охотился и пировал. И восстанавливался Кахети, ибо было спокойствие и не было вражды. И шах одаривал и жаловал Арчила и даже лезгины не осмеливались нападать.

И отдохнувшие [от битв] кахи переживали нахождение Кетеван, дочери Давида, сына Теймураза, в заложницах в Самцхе. И видя Арчила холостым, с помощью царицы Дареджан говорили ему о красоте и достоинствах Кетеван и советовали жениться на ней. Услышав это, Арчил влюбился и попросил отца привезти ее в жены ему, «ибо более твердо завладею Кахети». После многих отказав царь Шахнаваз послал тбилисского купца и выкупил Кетеван за 2000 туманов, привез в Тбилиси и справил свадьбу славную лета Христова 1667, грузинского 355, затем отвез в Кахети.

Сей Арчил в Телави построил дворец и обновил церкви во всем Кахети и посадил епископов, прибавил веру и застраивал земли и веселился и охотился и пировал, иногда с отцом своим в Картли, но преимущественно в Кахети.

Потом начали лезгины-чурмуты нападать на Заречье и Элисени. Собрал Арчил войско, призвал картлийцев, послал и напали на Чурмут, опустошили и вернулись с победой. Поэтому Кахети постоянно умножался и строился и были [кахи] едины с картлийцами во всем.

А потом [Арчил] справил свадьбу в Лило брату своему Луарсабу с дочерью Реваза эристава. И привезли там чарцы лед на лошадях. Схватил [их Арчил] и велел бить и заставил снова принести лед на своих спинах.

А лета Христова 1674, грузинского 362 снова прибыл в Тушети Эрекле, призванный из России шахом и собравшийся к шаху (ибо как умер шах Абаз, Шихали-хан из-за вражды к царю Вахтамгу и Арчилу посоветовал шаху Сулеиману призвать их соперника Эрекле, чтобы унизить усилившегося Вахтанга). Арчил пригласил его из Тушети и привял с большой любовью, пировали и охотились много дней, затем одарил его и в сопровождении кахов отправил в Испаган.

И пребывали кахи в эту пору в веселье, праздности, отдыхе и мире. [Но] снова припомнили коварство [160] [и] стали уговаривать Арчила захватить Имерети, как и в первый раз: «Ибо великая слава для тебя, чтоб оставался христианином и отдал свояку своему [Эрекле] его наследственную землю, ибо как только узнает шах о том, что ты оставил Кахети, в тот же час пожалует Эрекле и отпустит в Кахети». И Арчил, ненавидевший мусульман и мусульманство, принял этот совет и пришел в Тианети лета Христова 1675, грузинского 363, без ведома отца своего, затем оттуда направился в Ахалцихе. Отец умолял его не делать это, однако не послушал.

А после ухода Арчила кахи подчинялись царю Шахмавазу. И шах предложил Эрекле отказаться от Христа и обещал отпустить в Кахети, однако тот не оставил Христа. Потом Реваз Чолакашвили ушел к шаху и принял мусульманство. К нему причисляли Кахети и отпустили. Но так как Арчил стал захватывать Картли и все же находился в Картли, предупредили шаха, чтобы кахи опять не примкнули к Арчилу.

Бежан-хан, был 6 лет

Поэтому прислали Бежан-хана. Пришел он и сел в Карагаджи лета Аристова 1677, грузинского 635. Явились к нему все кахи. В Карагаджи он построил дворец на персидский лад и велел кахам также селиться там.

А в это время Кахети был зажиточным и правили мтавары и по своей воле служили хану. Увидел такую гордость кахов и начал хан их отравлять, а некоторых открыто убивать. Тогда и кахи стали остерегаться и беречься. А царь Гиорги, не желая мириться с таким [положением], подослал человека к хану, [который] выстрелом из ружья сломал [хану] плечо, но спасся он от смерти. Потом царь Гиорги прислал лекаря. Тогда хан сказал: «Не надо было гаи убийства, ни лечения». За все это озлобленный хан дал лезгинам право и силу и начали [они] нападать на Кахети и забирать пленных, но не войском, а воровством. Особенно возвысил хан чарцев и племя Фадара, посаженных ханом же. Ибо если убьют кахи лезгин или татар, гневался хан, или приговаривал к смерти или к отдаче крови, говоря, что не подобает гяуру убивать мусульманина. А если татары убьют каха, не накажет, ибо «так и следует».

И наступило бедствие большое, однако кахи стояли крепко и истребляли где кого застанут. С этих пор верховодили в Кахети Реваз Чолакашвили, кисикский [161] моурави Абел, элисенский моурави Мераб и другие и правили они в Кахети. Ежели умрет епископ, по их и епископов выбору назначал хан епископа и пошлют к картлийскому каталикозу в Мцхета и он благословит и отпустит.

Хан, был 5 лет

А потом по просьбе кахов и с согласия хана прислал шах другого хана, а его отозвали. Пришел он и сел в Карагаджи лета Христова 1683, грузинского 371. Однако и он пошел по пути прежних ханов.

Потом царь Гиорги предложил этим трем вельможам лета Христова 1688, грузинского 376 создать одно с ним правительство, убить хана и захватить его имущество. И кахи поклялись поддержать, считая, что как только совершат сие, шах сразу же пришлет Эрекле. Но когда от царя Гиорги отложился Тамаз спаспети, они были вынуждены замолкнуть. Узнав об этом, хан стал еще больше враждовать с кахами.

Абазкули-хан, был 6 лет

Однако услышал шах о том, что не уживаются кахи с ханом. Поэтому Кахети пожаловал ганджинскому бегларбегу Абазкули-хану. И пришел тот тоже в Карагаджи лета Христова 1688, грузинского 376.

А сей Абазкули-хан был очень богат, ибо владел он также Ганджой, и одаривал кахов и дружили царь Гиорги и Абазкули-хан. А Эрцо-Тианети по-прежнему владел Арагвский эристави.

А после пришел Эрекле [и сел] царем Картли и встретили его с разрешения хана некоторые кахи в Казахи, так как шах поручил тушам и кисикцам сопровождать Эрекле.

И владел Абазкули-хан всем Кахети. И слушал Абазкули-хан от царя Эрекле то возвышение, то унижение кахов, и некоторые находились с ним и умножалось [население] Кахети [за счет прибывающих] из Картли.

А лезгины продолжали нападать ежедневно и убивали их кахи, где только встречали.

Потом предложил царь Гиорги из Коджори кахам посадить Арчила опять царем. Кахи дали твердое согласие и пришли картлийцы в Ниноцминда для захвата Кахети, но моурави Душиа отогнал их. За это возвысил его Абазкули-хан и поставил его во главе кахов. По этой причине сахлтухуцеси Реваз Чолакашвили со двоими домочадцами и некоторыми сторонниками ушел к царю Гиорги. [162]

После этого, по указу шаха, царь Эрекле обратился к Абазкули-хану и сам Эрекле прибыл в Карага-джи и решили [у эристава] отнять Эрцо-Тианети и с таким решением возвратился царь Зрекле в Тбилиси. А Абазкули-хан послал кахов и захватили Эрцо-Тианети и случилось то, о чем уже было написано. Затем Абазкули-хан с кахами и ганджинским войском прибыл в Джвари на помощь Эрекле против царя Гиорги.

А тем временем умер шах Сулейман и сел шах Султан Гусейн лета Христова 1692, грузинского 380. Донес ему царь Эрекле на Абазкули-хана, что «дружит он с царем Гиорги и подкрепляет его и не желает с ним биться». Разгневался шах и приказал царю Эрекле схватить Абазкули-хана, лишить его имущества и прислать к нему.

И Эрекле выполнил приказ. А Кахети остался без правителя и некоторые находились с царем Эрекле, некоторые с царем Гиорги, а некоторые сами для себя. Однако больше подчинялись царю Эрекле.

В ту пору ушли к царю Эрекле туши и некоторые кахи и перебили их в Чапала воины царя Гиорги. Обо всем царь Эрекле вновь известил шаха.

Калбали-хан, был 8 лет

А он прислал Калбали-хана сардаром и дал ему бегларбегство Ганджи и Кахети. И прибыл он в Кахети лета Христова 1695, грузинского 383. Встретили его кахи все с собранным войском. Он принял их с честью и взял их всех на царя Гиорги и случалось то, о чем было написано.

А после ухода из Клдекари царя Гиорги прибыли в Тбилиси царь Эрекле с Калбали-ханом. Тогда просили [Калбали-хана] кахи, чтобы разрешил им идти на чарцев и перебить их, ибо они больше всех творили насилие в Заречье и Элисени и дагестанцам служили проводниками и [устраивали] пристанища, и было от них пленение, разорение и убийства путем предательства, воровства и грабежа после царя Арчила по сего времени. Однако Калбали-хан не разрешил им это. Царь Эрекле также говорил: «Дайте установить мир с царем Гиорги и приду я также и будем действовать по вашему». Однако кахи не пожелали [ждать], говоря: «Не нужна нам помощь на них, нам это разрешите, ибо разорен от них Кахети». Вынуждены были разрешить и собрались кахи все и пришли в Элисени. Умоляли их чарцы [пощадить] и обещали покорность и дань, если не станут убивать. [163]

Не захотели это кахи и атаковали. Чарцы не смогли противостать и [кахи] перебили их, опустошили и разрушили их укрепления и, захватив добычу, стали в Чари, чтобы а продолжение трех дней уходить оттуда на грабеж, но крестьяне, увидев огромную добычу, нагрузились и ушли к себе. Предводители [кахов] обеспокоились этим сильно, однако не послушались они. Увидев это, чарцы открыли ружейную пальбу, убили Душиа и других вельмож. И отступили кахи и убивали их лезгины, затем захватили опять часть своего имущества более кахов и вернулись кахи к себе лета Христова 1695, грузинского 383.

Услышал об этом Калбали-хан, обрадовался, так как желал унижения кахов. Но царь Эрекле огорчился сильно.

После того лезгины стали чаще нападать, разорять и пленить Кахети. А по отъезде Калбали-хана в Ганджу знатные кахи, которые всегда находились с ним, умоляли его помочь [кахам] на лезгин, однако он ничего не предпринимал, ибо [лезгины] подчинялись ему и платили дань, а с кахами говорил сладко и одаривал многих. А кахи всегда мужественно встречали лезгин и одолевали нападавших и истребляли, так как в это время Кахети заселялся пришедшими из Картли людьми и застраивались многие необитаемые села и поселки. Однако при ханах больше, чем прежде, насаждались кизылбашские нравы и обычаи и оставляли грузинские [обычаи]. Стали щеголять, жить в роскоши, трапезничать по-ихнему, продавали пленных, развратничали вплоть до содома. Ибо из-за почестей и подарков принимали мусульманство и получали от шаха жалованье. Хотя постоянно находились в битвах и походах, и для отдыха находили время из-за такого поведения ханов.

После этого лета Христова 1703, грузинского 391 пожаловал шах царю Эрекле Кахети и [должность] куларагаса. И выступил из Тбилиси в Марткопи, привел царицу свою Анну, ибо сия Анна была с Эрекле в Испагане. Потребовал [Эрекле] из Кахети женщину и никто из знатных не пожелал послать, ибо думали, что [хотел он] наложницу. Но от упомянутого Алавердела был Чолакашвили и тот послал свою дочь Анну. И у Эрекле родились от нее сын Давид и дочь Элене. А после того, как задержался он в Испагане и потерял надежду на возвращение, поженился [164] он там с ней. И когда Эрекле отправился в Картли, оставил он там Анну с сыном и дочерью, уже принявших мусульманство. И Давида нарекли Имам-кули и Элене [нарекли] Банджанум. А Имамкули и Махмадкули находились среди шахских евнухов и там воспитывались.

Затем Анну и Элене призвали в Картли и в Тбилиси Анна родила Теймураза. [Эрекле] оставил их в Кахети и снова вернулся в Тбилиси, а затем отправился в Испаган. Прибывшего [царя] шах принял с почетом. Потом попросил царь Эрекле шаха, чтоб пожаловал он Кахети сыну его Давиду и отпустил, ибо догадался, что его уже обратно не отпустят. Согласился шах и пожаловал Давиду Имамкули-хану Кахети и отправил его с большими дарами лета Христова 1703, грузинского 391, татарского 1115.

10-й царь Давид, царствовал 19 лет

Пришел Давид Имамкули-хан 25-ти лет и сел в Карагаджи царем и занял весь Кахети. И был сей Давид лицом прекрасен, ростом мал, силою слаб и всецело обращенный в веру и нравы Магомета, несведущ обычаев и военных [порядков] Грузии, и ни во что христианское не веровал. Но читал и говорил на обоих языках отменно.

Он успокоил чарцев и обещали они платить дань. В то же время стал [Давид] учиться грузинским обычаям и обвел забором площадь, чтобы не видели его люди и внутри занимался. И пировал вместе с кахами, хотя сам не пил из-за мусульманской веры, ибо являлся вроде главы их веры. В то же время страдал недугом и вино вредило ему. И жена его принадлежала к фамилии шамхалов и дед и отец ее воспитывались в Испагане и тоже была мусульманкой.

И предложили [Давиду] кахи объехать границы Кахети и возвратить себе отнятые [земли]. Согласился он и прошел Эрцо-Тианети и прибыл в Джвари, оттуда выступил и [пришел и] осмотрел Мцхета. Туда же прибыл Вахтанг, правитель Картли и гостили друг у друга и установили мир на [взаимной] любви. Затем ушел из Джвари и прибыл в Марткопи, оттуда в Карагаджи.

В это время от шаха прибыл пристав, который велел перешедших в Кахети картлийцев вновь выселить в Картли. Встревожились кахи и просили шаха (отказаться от этого замысла], однако не послушал их [шах] и прислали более аильного [пристава]. И [165] выселил он всех перешедших картлийских азнауров и крестьян, кроме тех, которые выкупили себя или кахи [их выкупили] и вернули картлийцам же.

А так как лезгины и, особенно, чарцы беспрестанно враждовали, предложили кахи Имамкули-хану разорить Чари и избавить Кахети от этого бедствия. Послушался он и собрал войска всего Кахети с тушами, пшавами и хевсурами, выступил и стал в Вардиани лета Христова 1706, грузинского 394, чтобы оттуда нападать постоянно. Явились там чарцы и умоляли не убивать [их] и обещали выплатить Дань с остатками [прошлых лет] и покориться так, как пожелает [царь].

Имамкули-хан согласился на это, ибо они были мусульмане, однако не разрешили кахи, так как имели злобу большую на них. Затем напали на Чардахи, опустошили и прилегающие к нему села сожгли и разорили [все вплоть] до Кавказских гор и никто не смог им противостать.

А около 60-ти чарцев увидели царя с небольшим отрядом, которого развлекали музыкой, подкрались и начали палить из ружей, наблюдая, что предпримут [кахи]. Но никто не предполагал, что побегут [кахи]. А по своей неопытности Имамкули-хан держал при себе не избранных воинов, а негодных. И не зная, что предпринять, забеспокоились они, а чарцы усилили пальбу и эти побежали. Разгневался Давид и пытался вступить в бой. А туши, увидев бегущих, забрали Давида и доставили в Карагаджи.

Узнав об этом, бежали кахи. Тогда напали на них лезгины и убивали беспощадно, убили многих вельмож, а больше крестьян, а остальных захватили в плен, забрали богатство Имамкули-хана и добычу кахоз многую. И усилились после этого чарцы и построили укрепления, потом выступили и заняли окрестности [Чари] и стали еще больше нападать, разорять, захватывать пленных, опустошать и убивать в Заречье и Кахети беспрерывно.

А Имамкули-хан, вместе со всеми кахами скорбящий об этом, известил шаха, и тот в утешенье прислал дары.

Но хотя и усилились лезгины, кахи также убивали и истребляли их, где только встречали, ибо в долине лезгины не могли одолевать кахов.

После того в Карагаджи прибыл каталикоз Доменти, так как шах даровал ему кахетские земли, принесенные [166] в дар Мцхета. Имамкули-хан принял его с честью и дал ему волю в делах своих и отпустил.

А лезгины то мирились, то начинали враждовать. Потом захватили Элисени и начали свои походы и опустошили многие села так, что Имамкули-хан оставил Карагаджи и дворец свой устроил в Телави и Манави и зимой пребывал там, а летом в Магаро.

И жаловал его шах и он также посылал [шаху] пленных дочерей и сыновей кахетских вельмож и просил помощи (но не он положил начало посылке пленных, а Гиорги и Леван, и после них число их все росло).

И похвалили Имамкули-хану тбилисские бани. Ни о чем не уведомив, подошел [Имамкули-хан] к Тбилиси без ведома Вахтанга. Узнал это Вахтанг и спустился с Коджори. Сообщили это Имамкули-хану и собрался сразу и удалился. И когда явились посланцы Вахтанга, он также послал людей с извинениями. А если бы догнали [Имамкули-хана картлийцы], осрамился бы сильно.

После этого умер царь Эрекле лета Христова 1710, грузинского 398 в Испагане. И после скорби предпочел Имамкули-хан идти к шаху, чтобы получить помощь или остаться там. По этой причине попросил шаха, чтобы призвал [ело в Иран]. Согласился шах и призвал через пристава. И по пути пригласил его Вахтанг в Тбилиси лета Христова 1711, грузинского 399, устраивал в его честь пиры и охоту, затем породнились [цари] и Вахтанг выдал дочь свою Тамар в жены Теймуразу, брату Давида. (А Теймураза, с разрешения церковных властей, заставили разойтись с дочерью Баимдура эристава и свершили так). Затем в знак любви и единства преподнес Вахтанг подарок и отбыл Имамкули-хан в Испаган, а Теймураза оставил правителем Кахети. И свершила все это Анна, их мать.

В ту пору из-за насилия лезгин стали крестьяне убегать и прибывали к лезгинам, ибо пострадав от своих владельцев и прибыв туда, указывали [лезгинам] дорогу и нападали [лезгины] на села [и] стада, людей убивали и скот угоняли. А кахи гнались за ними, то те одолевали, то эти. И так было без конца. Иногда мирились, но затем начинали пуще нападать.

В это время, лета Христова 1712, грузинского 400 отправился Теймураз в Тбилиси торжественно, ибо Вахтанг собирался в Испаган, справил свадьбу и с [167] большим приданым и почетом привел Тамар в Манави и вновь справил свадьбу достойную.

После начали кахи — как это в обычае у них — враждовать друг с другом и обособляться друг от друга и не видели в этом гнева [божьего], и сами поступали так, что усилились лезгины путем воровства [и] разбоя и стали они теперь выступать по призыву кахов, как поступил Реваз, моурави Кисики, когда послал против Мераба, моурава Элисени, лезгинское войско, и сбежал Мераб через кровлю дома и лезгины захватили его имущество.

Однако и Мераб поступил также с Ревазом. Этим осмелели лезгины и разоряли страну. И даже когда /мирились, не прекращались их набеги. А [когда] кахи упрекали в неверности, говорили, что совершили это молодые, совершили это юные, и если кахи одолевали, приводили их, отбирали добычу и возвращали [кахам]. Этим слабели кахи и усиливались лезгины.

И был некий Тура Рамазашвили, который разбойничал и [нападал] на лезгин и причинял им вред. Привел он [как-то] пленных, а Паата мандатуртухуцеси, рассердившись, приказал отобрать у него все. А тот взмолился повременить немного, так как жена была роженицей и могла умереть, однако не согласился Паата из-за вражды [к нему]. Озлобленный этим Тура перешел в Чари и стал предводительствовать у лезгин и нападать с войском на Кахети, ибо знал места и укрепления и подходы и выходы. И благодаря ему чарцы побеждали многажды.

Затем вновь напал Тура и встретил его Паата во главе кахов. Увидел его Тура, отступил и завлек их в лесные укрепления. И когда Паата подошел поближе, атаковал [его] Тура ружейной пальбой. Кахи убежали и упавшего [с лошади] Паату убил Тура, пиная его ногой, а остальных перебил и ушел с добычей.

А царица и Теймураз пребывали в Телави, Манави и Магаро в печали, а верховодил [епископ] Николоз Алавердели, которого считали подходящим [правителем], ибо был весьма хитрым.

А Имамкули-хан находился у шаха Султан-Гусейна в Испагане в продолжение пяти лет, ничего не в силах предпринять, только воздействовали на Вахтанга, чтобы принял мусульманство. Затем лета Христова 1715, грузинского 403 прислали [Имамкули-хана] [168] опять в Кахети. И прибывшего в Казахи, пригласил его Иесе в Тбилиси и устраивал ему пиры, охоту и развлечения. [Потом] породнились и отдал Имамкули-хан сестру свою Елену в жены Иесе по указу шаха, затем вручил подарки и, выступив [из Тбилиси], пришел в Телави. И дал моуравство Кисики и начальство над войсками Кахети везиру Киаса, тот на некоторое время усмирил лезгин.

После того к пребывающему в Манави Имамкули-хану прислал Иесе сватав — магадатуртухуцеса Зураба, Авалишвили Зазу и Капланишвили Реваза. Тогда пришли чарцы для разбоя. Узнали об этом кахи, выступили и с ними же пошли сваты. Прибыв [на место, кахи] обратили лезгин в бегство и погнались за ними, убивая. Но в одном месте лезгины одолели кахов и побили многих. Увидев это, побежали и остальные кахи. Лезгины погнались за ними, убили элисенского моурава Мераба, Зазу и Раваза и 24 знатных кахов и крестьян многих, захватили добычу и ушли.

Тогда притесненные кахи стали совещаться о том, что предпринять. И так как никто им не помог, по совету Алавердела задумали хитрость и решили, чтобы дать лезгинам проводник а и направить их на Картли, Казахи, Шамшадилу и Карабаг и Ширван, ибо избавится этим земля наша от разорения и пусть эти земли во гневе своем начнут враждовать с чарцами.

В там же году пришел Иесе в Марткопи и справил свадьбу христианско-мусульманскую, забрал Елену торжественно и возвратился в Тбилиси.

После опустошения чарцами Хунани попросил Имамкули-хан у Иесе помощи и прислал тот спаспета Луарсаба с войском Бараташвили. Пришли [они] и стали в Магаро вместе с войском кахав, собираясь напасть на Чари. Тогда выступили чарцы для разбоя. Узнав [об этом], картлийцы и кахи вооружились и пошли на них. Но чарцы разведали их и не захотели сражаться. Однако некоторые юные картлийцы и кахи атаковали, и так как не смогли их остановить, остальные также последовали за ними, чтобы подкрепить тыл.

Увидев это, леэгины атаковали передовых и обратили их в бегство, те накинулись на большое войско, не устояли и побежали все. Преследовали они до Кишки и убивали безжалостно и забрали большую [169] добычу. А опечаленные картлийцы прибыли в Тбилиси.

Затем Иесе вновь послал Автандила Амилахора с войском Верхнего Картли. Пришли они и стали в Сагареджо [и оставались там] несколько месяцев праздно и возвратились к себе. А Кахети был в постоянных походах и боях.

А лета Христова 1716, грузинского 404, весной преставилась царица Анна. Оплакивать ее в Патар-дзеули пришли Иесе и Елене и похоронили Анну в Алаверди.

В том же году в Телави прибыл Иесе, искавший убежище. [Имамкули-хан] принял его с честью и послал человека к шаху и просил его отозвать Иесе к себе и заставил уйти шахских воинов, присланных Бакаром [за Иесе]. И пришел мордар шаха и забрал Иесе и не смог Имамкули-хан перечить, и ушла с ним и жена его Елене и послал [Имамкули-хан] Теймураза проводить его с почетом до Лило.

В это время подошли лезгины к Шилда [и] Кварели, о простолюдины укрепились и перебили многих лезгин. Но после [лезгины] разбили и захватили укрепления и сожгли многих в башнях и ушли, а преследовавшие их кахи не подоспели. Тогда приняли предложение Алавердела, о чем говорилось выше, дали кахи чарцам проводников, ушли [они] и разорили Болниси, а сами [кахи] установили с ними мир. Затем постоянно разоряли Шак, Ширван, потом отправились и опустошили Ардебиль и вернулись с большой добычей.

После того схватил Имамкули-хан везира Киаса, отнял имущество и заключил в Панкиси. Однако Киаса сбежал и прибыл в Тбилиси. Бакар принял его, пожаловал ему дворец его и не передал [везира] Имамкули-хану. За это возникла между ними вражда и доносили шаху друг на друга.

А во время мира между лезгинами и кахами пошли туши, перебили лезгин и угнали большие стада. Догнали их чарцы, но побили их туши и обратили в бегство и вернулись благополучно. Тогда прислали чарцы [послов] к Имамкули-хану [со словами]: «мир между нами и почему туши сделали это». Разгневался Имамкули-хан и приказал возвратить захваченное, но туши отказались. Вновь послал моурава и его также не послушались. Тогда собрался сам Имамкули-хан и пришел и приказал открыть по ним стрельбу. [170]

Однако они не пожелали видеться с Имамкули-ханом, повернулись спиной и стали безоружные и на стрелков также не потрудились взглянуть. Тогда царь простил им, никого не убил, только отнял добычу и вернул лезгинам вместе со скотом.

После того пришел царь Вахтанг в Сапурцле лета Христова 1719, грузинского 407, в декабре, ибо поручил ему шах уладить лезгинские дела. Имамкули-хан тоже подошел к Сапурцле и стал на берегу Арагви. Встретились [цари], обновили любовь и заключили договор и дал Вахтанг войско и возвратились каждый к себе. Весной прислал [Вахтанг] Эрасти Капланишвили с войском Бараташвили, пришел [тот] и стал в Карданахи и оставались там [картлийцы] четыре месяца. Лезгины также выступили, но кахи «е дали вступить с ними в бой. А потом праздно стоявшие [картлийцы] ушли к себе.

И той же зимой шах прислал ширванского бегларбега для разорения Чари. Тот известил Имамкули-хана, как и подобает, о своем приходе и ждал ответа. Однако, по настоянию кахов, Имамкули-хан и не ответил и проводников не дал, [боясь], что «при его неудаче шах обвинит нас».

И тот [бегларбег] с ширванским войском прибыл в Шаки. В один день напали чарцы, убили беглар-бега и перебили войско его и забрали добычу несметную, так что чарцы верблюда продавали за четыре рубля.

Узнав об этом, шах написал Вахтангу, чтобы тот выступил и разорил Чари. Слышавшие это епископы и вельможи кахов отправились [к нему] и просили царя Вахтанга выполнить приказ шаха. Тот обещал и выступил с большим войском лета Христова 1721, грузинского 409, в январе. В ту же ночь пришли лезгины в Хашми [и] до Уджарма. [А кахи] поступили неподобающе, ибо не известили об этом Вахтанга, предполагая, что если [царь] их истребит, Чари останется невредимым, и считали, что чарцы собираются отступить. Затем привели его [и находился он] в Магаро сорок пять дней, чтобы [дать возможность населению] заселиться и земля застроилась, и потом идти на Чари. А Вахтанг из Магаро пришел повидать Имамкули-хана, так как недомогал Давид и договорились обо всем. И чарцы также обещали Вахтангу покориться.

Однако по указу шаха отбыл [Вахтанг в Картли]. [171]

И была печаль большая у кахов, и уходили [из своих домов] и строили крепости и укрывались в них в Телави, Алаверди, Лалискури, Шилда-Кварели, Гавази, Веджини, Сагареджо, Хашми и других местах. И разорялась страна разбоем и нападениями.

И в такой обстановке и умер царь Давид лета Христова 1722, грузинского 410. Отнесли и похоронили в Кумы.

И тогда разделились кахи, некоторые пожелали Теймураза и некоторые Махмадкули-хана. А Теймураз правил Кахети добром, с помощью жены Имамкули-хана.

А Имамкули-хан оставил двух сыновей — Махмад-мирзу и Али-мирзу и одну дочь.

В эту пору пришли лезгины и разорили Тианети. С ними сразился Теймураз с кахами, а лезгины засели в одном укреплении и убивали многих и убили [епископа] Харчашнела, Филипе Чолакашвили. Затем атаковали кахи, взяли укрепление, перебили и истребили лезгин так, что немногие спаслись. И забрали кахи добычу их и вернулись с победой. Однако и после этого лезгины постоянно нападали на Кахети.

11-й царь Константин,  царствовал 6 лет

Лета Христова 1723, грузинского 411 прислал шах Махмадкули-хана, сына Эрекле от служанки, которого нарекли царем кахав Константином. Пришел тот и стал в Казахи, так как шах пожаловал ему Ереван, Шамшадило и Казахи. И явились кахи к нему.

А сей Махмадкули-хан был твердый мусульманин, дерзкий и гордый, богатый и кровожадный, ибо за малый проступок казнил людей.

После того шах пожаловал Вахтангу [титул] сардара Адрибежана. Прислал он [Вахтанг] в Казахи хана и не принял его Махмадкули-хан и навестил Вахтанга, что «Казахи пожалован мне». Тот согласился с этим и попросил, чтобы дал [Махмадкули-хан Вахтангу] войско. Договорились на том твердо, что встретятся для мира и союза. А когда Вахтанг прибыл с войском в Хунани, туда же отправился Махмадкули-хан. В дороге ему поднесли письмо от Иесе и некоторых картлийцев, чтобы не пришел он к Вахтангу, «ибо собирается убить тебя». Поэтому отступил, перешел [реку] Мтквари, [прошел] Караиа ночью и прибыл в Сагареджо. Оттуда послал Теймураза опять с предложением мира, сам связался с [172] чарцами, помирился с ними и призвал некоторых и оставались [они] у него.

Затем вернулся Теймураз [и сказал], что Вахтанг жалел о нарушении договора и вновь предлагал объединиться. Но потом [люди из] племени Гогджалу убили картлийцев-обозников, а Махмадкули-хан не послал Вахтангу войско. Поэтому Вахтанг направил в Казахи войско. Узнал об этом Махмадкули-хан и он тоже послал кахов и сразились [кахи с картлийцами] в Казахи. Призвал [Махмадкули-хан] снова лезгин, дал им в проводники кахов и опустошили полностью Лило. После того Вахтанг перебил [племя] Гогджалу и захватили в Ереване имущество Махмадкули-хана. Оскорбился Махмадкулот-хан и дал чарцам жалованье и проводников-кахов, прошли они ночью Куркута, а утром напали на Цинцкаро, разорили, пленили и угнали царские стада, забрали большую добычу, перешли [реку] Мтквари у Хунани и возвратились.

После того Бакар и Иесе пришли в Мцхета и опустошали Сагурамо, а Махмадкули-хан послал Теймураза и сражались.

Спустя немногое время с согласия Махмадкули-хана помирились и Теймураза и кахских епископов и вельмож пригласили в Тбилиси, там закрепили мир и поклялись Вахтангу отказаться от неверности и быть крепкими в любви и единстве. Затем устроил [Вахтанг] пир и охоту и одарил и отпустил и вернулись к Махмадкули-хану. Тот тоже обрадовался миру и единству.

Однако во время этих смут Вахтанг и Махмадкули-хан доносили друг на друга шаху, так как Испаган был взят и шахом был Тамаз. Он по совету своих [приближенных] предпочел Махмадкули-хана и пожаловал ему Картли. Поэтому Махмадкули-хан собрал кахов, чтобы посоветоваться, как поступить, ибо говорил: «Связаны мы клятвой и считаю, что этим начнется смута большая. Теперь решил я послать приказ [шаха] и известить Вахтанга (как поступил он сам). Этим укрепятся наши отношения, а после сообщим шаху о нашей общей твердости». Однако слушавшие его кахи и, особенно, Алавердели отвергли это, ибо надеялись захватить Картля и потом разбить лезгин и освободиться. Послушался их Махмадкули-хан и пришел и стал в Авлабари и случилось [173] то, что уже описали мы. А лезгины постоянно нападали и разоряли Кахети.

А после захвата в плен Махмадкули-хана османами в Тбилиси сбежал [он] из крепости, перешел мцхетский мост и пришел в Марткопи, забрал семью и домочадцев своих и прибыл в Телави и предложил мир лезгинам и османам. Но османы напали на Марткопи лета Христова 1723, грузинского 411, разорили, пленили, иконы и кресты разбили, сожгли, опустошили и возвратились в Тбилиси.

А весной состоялся большой поход лезгин и подвергся Кахети нападениям, истреблению, пленению, разорению и сильному опустошению. После этого не смог Махмадкули-хан оставаться в Телави и с царицей и домочадцами и вельможами ушел в Тианети. Лезгины преследовали его. И так как не было иного выхода, обещал Махмадкули-хан чарцам дружбу и добро [соседство]. Согласились они, пришли и забрали его в Кисики, а Теймураз и большинство кахов с домочадцами и епископами прибыли в Ананури. (А лошадь, нагруженная святынями, споткнулась в Арагви и унесла река те святые мощи, были утеряны и святые мощи царицы Кетеван).

А лезгины пришли и осадили Ананури. Тогда кахи укрепились в Ананури и не смогли лезгины причинить вреда и отступили. Теймураз с супругой и домочадцами своими остался в Ананаури, а кахи ушли к Вахтангу.

Спустя немногое время собрались чарцы выступить на Кисики. Махмадкули-хан принял это не к добру, сбежал и пришел в Кисики. Тогда чарцы напали на царицу и [разграбили] ее имущество и, не найдя Махмадкули-хана, ушли с добычей к себе. Затем Махмадкули-хан забрал царицу тоже, стал в Телави и оттуда обратился к чарцам: «Доверился я гостем вам, не подобало это от вас». А они ответили, что «без нашего ведома совершили то юноши и наказали мы их». И добычу возвратили и сказали: «Мы вновь твердо [остаемся] твоими друзьями». Однако Кахети постоянно подвергался походам лезгин и разорению.

А лета Христова 1724, грузинского 412, в январе Махмадкули-хан послал Теймураза к Бакару, так как советовались друг с другом, а затем сам также прибыл в Мцхета. Даши [друг другу] слово об единстве [и] любви и вновь возвратился в Телави. Послал [174] Махмадкули-хан мсахуртухуцеса Сазверели к шаху и сообщил об этом единстве и просил денежную помощь, чтобы выступили бы оба против османов.

После того [Махмадкули-хан] с кахским и лезгинским войсками пошел в Казахи. Узнав об этом, османы пришли и напали на стоящего в Хилхила (Махмадкули-хана]. Сбежал Махмадкули-хан и захватили османы [имущество его] полностью с наложницами, а Махмадкули-хан ушел в Ганджу и ганджийцы не впустили его в город (ибо сидел Махмадриза, племянник Махмадкули-хана, и когда шах отнял Ереван, взамен пожаловал Ганджу), ибо боялись ганджийцы османов, хотя и преподнесли [Махмадкули-хану] многое вне города. Затем отправился [Махмадкули-хан] в Кахети, но боялся лезгин и шел по берегу Мтквари с помощью Тура и пришел в Сагареджо. Лезгины сразу же пришли туда и, не видя другого пути, [Махмадкули-хан] сбежал ночью и прибыл в Телави и укрепил его.

А лезгины захватили Кахети, омусульманили и поставили своих мулл в селах [и] крепостях. Но поеле ухода царя Вахтанга в Россию предложили картлийцы Махмадкули-хану прийти с кахским войском [в Картли], изгнать османов и стать их царем. Поверил в это Махмадкули-хан, собрал кахов, тутов, пшавов, хевсуров (а Теймураз был в Ананури) и выступил и прибыл в Мухрани. Там встретили его эриставы Мухрани и Ксани. Затем пошел в Тедоцминда и там присоединились к нему [войска] всего Верхнего Картли [и] Сацициано и случилось то, о чем было написано.

После того бежавший оттуда [Махмадкули-хан] пришел в Ахалгори и свою царицу тоже привел туда, так как не мог идти в Кахети из-за лезгин, которые захватили [Кахети].

И прибыл Сазверели и преподнес [жалованье] от шаха 13 тысяч четыреста драхканов. И растратил Махмадкули-хан там многое, ибо жители Ксанского ущелья подняли цены на корм. А потом ушел [Махмадкули-хан оттуда], так как не вытерпел бесчестье от Шанше и прибыл в Пшави и взял с собой брата твоего Теймураза с домочадцами и находились там один год в большой тесноте.

А лезгины хотя и захватили Кахети, но опасались и остерегались их [кахав] Поэтому собрались чарцы и прихватили также дагестанцев и подступили [175] к Телави с большим войском и бились целую неделю. Телавцы начали бедствовать и пожертвовали собой и вышли [из города] по наущению некоего монаха, который предсказал им победу над лезгинами.

Атаковали телавцы и разбили стан лезгин, обратили в бегство и завладели их добычей. Узнав об этом, кахи [взялись за оружие и] перебили всех лезгин у себя и освободились и вновь твердо закрепились в крепостях. Потом призвали Махмадкули-хана, прибыл [он] и подчинились все пребывающему в Телави [Махмадкули-хану]. Тогда помирился Махмадкули-хан с лезгинами, ибо увидели они силу кахов. А так как Картли был богатым и без правителя, потребовали от Махмадкули-хана проводников и нападали на Картли постоямно, хотя и Кахети не оставался в покое от них. Поэтому кисикцы построили крепость в Магаро и вошли туда. А пятую часть добычи из Картли лезгины отдавали Махмадкули-хану, за проводников, и называл [Махмадкули-хан] себя другом их, братом и свойственником.

После того османы предложили выступить в поход против эриставов Картли. И так как Махмадкули-хан был врагом Шанше из-за вышеописанных оскорблений, поэтому собрал войско кахов и в подмогу взял многих лезгин и прибыл в Тианети. И когда османы подошли к Душем, не смог Реваз эристави устоять и ушел в Мтиулети. А Махмадкули-хан вступил в Ананури, забрал пушки и отослал в Телави. И посадили османы там эриставом Папуа, затем пришли в Ванати, потом в Мугути на [реке] Лиахви и случилось то, о чем было написано.

А уйдя оттуда, османы решили захватить Махмадкули-хана и призвали его в Гори. Узнав об этом, Махмадкули-хан ушел ночью и пришел в Телави и пребывал там в мире с османами и лезгинами.

После этого отправился Усуп-паша для встречи с Сулхавом, ибо он также собирался идти в Карагаджи. И призвал Усуп-паша Махмадкули-хана к себе, чтобы именем султана утвердить ему Кахети и пришел бы он к нему и помог на лезгин. Не пожелал Константин идти к нему из-за вышеописанной измены и собрался бежать опять в Пшави. Однако Алавердели и тархан Луарсаб отговаривали его [от этого] с клятвами, ибо они были посредниками и [говорили], что если Махмадкули-хан не явится, «придут оттуда Сулхав и отсюда османы и истребят Кахети [176] и потом схватят и тебя». Поэтому собрал [Махмадкулк-хан] войско и прибыл к Усуп-паше в Бежанбаг. Тот принял его с честью и отпустил, чтобы подготовил войско и вновь вернулся [к паше]. Но когда [Махмадкули-хан] собирался сесть на лошадь, сразил его Махмад-бег, казначей Исак-паши и убили Махмадкули-хана лета Христова 1729, грузинского 417. Затем османы напалм па кахов, перебили и пленили многих, потам схватили также [епископа] Алавердела и Реваза эристава, нашедшего убежище у Махмадкули-хана, и обезглавили их, а также Махмадкули-хана и многих других и [головы их] послали Исак-паше и тот переслал султану.

Затем сей Усуп-паша пришел к Сулхаву, увиделся с ним и пожаловал его, потом послал его во внутренний Кахети, сам возвратился и пришел в Тбилиси. А Сулхав пришел и осадил Телави, вывел [из города] семью Махмадкули-хана по их желанию, потом разорил Шилда [и] Кварели и Гавази, перебил, пленил и взял с собою много людей и вернулся к себе.

Видя это, Теймураз ушел в Пшави и оставался там. После этого поишли османы в Карагаджи, построили коепость, укрепили пушками и поставили стражу и воинов и остальные ушли. Это встревожило чарцев и нападали [они на османов] многажды, однако безуспешно. Поэтому собрались чарцы, отправились и разорили Болниси. Погнался за ними Исак-паша и догнал на подступах Караиа. Передовые [воины османов] повернули назад. Лезгины поверили в их малочисленность. Тогда передовые побежали, а лезгины погнались за ними и привели [они их] в гущу османов. Исак-паша атаковал подошедших [лезши] и перебили бесчисленное количество лезгин, обратили в бегство и гнались за ними, убивая, день и ночь до Алааани так, что лишь немногие спаслись Победивший [их] Исак-паша возвратился опять в Тбилиси. А чарцы после того не осмеливались нападать и разбойничать. И захватили стоящие в Карагаджи османы племя Фадара, заставили платить дань и участвовать в походах.

А Теймураз пребывал в Пшави весьма стесненный и собрался уехать в Россию. Однако кахи не отпустили. Затем вновь привели его в Телави лета Христова 1731, грузинского 419. [177]

12-й Теймураз, [царствовал] 13 лет

Тогда Теймураз обратился к Исак-паше за обещанием невредимости, ибо Кахети султаном был пожалован сыну его, Усуп-паше, но лишь на словах, а не на деле. И Исак-паша обещал невредимость и призвал в Тбилиси. И по совету и принуждению кахов [Теймураз] прибыл в Тбилиси, принял он милостиво и отпустил обратно в Кахети, [с условием] чтоб оставался верен [османам] и пребывал в Телави.

А Кахети оставался в беде и лишь время от времени укреплялись благодаря замкам.

После того пришел Тамаз-хан и взял Ширван, затем напал на Кулмух и победив, подошел оттуда к Гандже лета Христова 1734, грузинского 412. Узнав об этом, Исак-паша направил османское войско и пришли они в Кисики. Тогда сговорились кахи с Абелем моуравом и ночью напали на османов, перебили многих, захватили добычу огромную и ночью же ушли. А утром османы собрались спешно и ушли в Тбилиси.

В это время Тамаз-хан прислал из Гянджи человека и потребовал дочь Имамкули-хана, так как брат его Махмад-мирза тоже погиб в бою с Топал-пашой. И эти сочли, что могут выслужиться и послали ту женщину.

После этого собрал Теймураз кахов — епископов и вельмож и отправился к Тамаз-хану. А Тамаз-хан Теймураза и кахов встретил неподобающе, лишь незначительно их одарив,

А перед пасхой пришел к Теймуразу посол русского государя Сергей Голицын послушать обедню, ибо не было там другой церкви, кроме как в его шатре. Гостил он у Теймураза и преподнес Теймуразу подарки тамошние.

Потом Тамаз-хан дал [Теймуразу] большое войско и отправил его для разорения Чари. Узнав об этом, османы оставили крепость Карагаджи и ушли в Тбилиси. Увидели это кахи, пошли и разрушили крепость Карагаджи, забрали пушки, а часть разбили и оставили. Затем собрались и встретили Теймураза, пошли впереди кизылбашского войска и напали [на Чари], однако чарцы укрепились и вступили в бой, но одолели их кизылбаши и кахи и перебили многих, разрушили их башни и крепости, разорили, захватили добычу и ушли.

А когда после этого Тамаз-хан одолел Кофрула, призвал Теймураза в Ереван. Отправился Теймураз [178] и когда прибыл, спустя немногое время арестовал [Тамаз-хан Теймураза] и отправил в Тбилиси, чтобы туда же призвал жену свою Тамар. Но когда пришли в Куркута, Теймураз сбежал и пришел в Телави. А Тамаз-хан тоже пришел в Тбилиси. Затем узнал он о появлении крымских татар в Дербенде и выступил на Кахети. Поэтому Теймураз со всеми домочадцами ушел в Пшави. А Тамаз-хан пришел в Кахети и умиротворил Кахети. Затем прислал воинов и забрали многих жителей и других перебили, а пленных отослал в Хорасан и сам тоже ушел в Дербент. А войска Тамаз-хана нанесли чарцам большой вред. А взятые в плен кахи вместе с некоторыми картлийцами нашли удобное время, перебили стражу, освободились и вернулись вновь в Кахети и картлийцы в Картли. Но остальных все же увели в Хорасани.

А когда Тамаз-хан воцарился в Мугане [и] ушел шах Надир в Испаган, Теймураз вступил в Кахети и занял Кахети. Тогда тбилисский хан призвал Теймураза к себе, поклявшись заключить мир и именем шаха пожаловать ему Кахети и отпуотить невредимым с дарами. Поверили в это кахи, отправился Теймураз и прибыл в Гори. А хан принял его сперва с честью, затем арестовал изменой и вместе с пленными картлийцами выслал к шаху Надиру в Испаган лета Христова 1737, грузинского 425. А шах Надир не причинил ему никакого вреда, так как явился он по своей воле и хан охватил его изменой, но пожаловал ему дары немногие и взял с собой в Кандагар. И находясь в Кандагаре, шах Надир попросил у Теймураза сына и дочь, чтобы призвал он их к нему, а Теймураза отпустит вновь в Кахети. Опечалился Теймураз сильно, однако, не было другого выхода, кроме [их] вызова. Прислал человека и взял Эрекле, сына своего и дочь свою Кетеван. А шах Надир взял Эрекле в Индию, а Кетеван выдал племяннику своему Аликули-хану в жены и отпустил Теймураза в Кахети.

А сына Имамкули-хана Алимирзу оставил шах Надир в Тбилиси наподобие вали. И учинилась крупная ссора между ним и ханом. Не устоял Алимирза в Тбилиси, ушел и прибыл в Кахети.

Сей Алимирза по предложению Абела моурава замыслил отложиться от шаха и самому захватить Кахети и с этой целью обратился к Тамар, чтобы [179] свершить это. Однако Тамар не пожелала, ибо муж ее Теймураз и сын Эрекле находились в Кандагаре у шаха Надира. Тамар предупредила об этом кисикцев и тушов, чтобы не случилось такое. Тогда они по наущению Гиви Чолакашвили твердо стали на сторону Тамар и с этой целью Тамар тоже прибыла в Кисики.

И как увидели [сторонники Аличмирзы] такое положение, ничего не посмели предпринять, ибо была бы смута большая и кровопролитие между кахами, рассеялись и ушли каждый к себе. И не мог уже Алимирза оставаться в Кахети, отправился в Кандагар к шаху Надиру и сопровождал его в Индию и там умер.

После этого и пришел Теймураз из Кандагара в Кахети лета Христова 1738, грузинского 426. Пожаловал ему шах Надир Кахети, однако должен был он подчиняться пребывающему в Тбилиси хану.

А потом лета Христова 1739, грузинского 428 для покорения Чари выступил спасалар Ирана и брат шаха Надира, которому [шах] поручил Адрибежан во владенье. Призвал он Теймураза с войском кахов и картлийцев. И Теймураз пошел быстро с радостью к спасалару с войском кахов, напали они на Чари, перебили, истребили, разорили и сожгли, затем вступили в Малый Чари и с ним поступили также и до [самых] Кавказских гор разрушили укрепленные башни. А спасалар намеревался остаться там три дня и разорять и истреблять их, однако, увидев опустошение их и не видя никого из врагов, не пожелал остаться и приказал войску удалиться. Бегларбеги отговаривали его от этого, но не послушался их и отправил войско, а сам с немногими людьми остался. И следуя [за войском], на одной красивой тростниковой поляне спасалар сошел с коня, чтобы выкурить трубку и выпить кофе. Увидели [его] лезгины-разведчики и узнали спасалара, подирались и выстрелом из ружья убили спасалара там же. И бывшие с ними убежали сразу, а чарцы сели на их коней, догнали и главное войско и убивали безжалостно. Затем бежавшие навалились на другие отряды кизылбашей и побежали все. Лезгины гнались за ними и истребляли безжалостно до Алазани, потом захватили богатство спасалара и имущество войска и добычу огромную.

А кахи и картлийцы ушли невредимыми и даже с захваченной кизылбашами добычей. [180] А после этого чарцы укрепилась и усилились. А в Кахети опять было разорение и пленение и убийства от дагестанских лезгин. И кахи тоже промышляли над ними из [своих] крепостей.

А после того, как шах Надир возвратился из Индии, отослал Эрекле с дарами в Кахети. Пришел [он] к родителям своим, обрадовались большой радостью. И привели [ему] в жены дочь Вахггавга Капланишвили, однако по каким то причинам отпустил ее и из Имерети привел дочь Заала Мхеидзе и справил с нею свадьбу.

Затем пришел шах Надир в Ардавел лета Христова 1741, грузинского 429. Призвал туда Теймураза. Как Теймураз прибыл, дал [ему] войско и отправил на Чари. Напали они вновь на Чари, разорили, перебили почти всех, забрали многих пленных, из которых чарских женщин шах Надир превратил в проституток для своих воинов. А Теймураз вернулся в Кахети и пребывал в Телави.

Потом шах Надир отпустил из Дербенда картлийцев и пожаловал Гиви Амилахвару [звание] векила. Сам Гиви предложил Теймуразу отложиться от шаха Надира, но Теймураз не согласился. За это Гини донес тбилисскому хану на Теймураза, так как хан собирался в Дагестан на лезгин и призвал Теймураза предводительствовать. Однако Теймураз не пошел туда, а сообщил, что «когда придешь в Кахети, тогда приду». Разгневался хан и послал [воинов]. Пришли они и разорили и пленили Сагареджо. Потом хан и шаху Надиру донес на измену Теймураза. И Теймураз из-за этих распрей отправился к шаху Надиру.

А когда шах Надир узнал об отложении Теймураза, призвал [его] к себе в Дербенд и Теймураз прибыл туда. И когда шах Надир убедился, что Теймураз направился к нему по первому его зову, за это пожаловал и одарил, но предложил привести жену свою Тамар. Теймураз опечалился сильно, однако не было выхода [и] ее тоже привел в Дербенд. А шах Надир пожаловал и одарил и вновь отпустил в Кахети. [Теймураз] выступил [из Дербенда]. прошел через Дагестан невредимо и прибыл в Телави.

После этого велел шах Надир Теймуразу быть готовым с войском, чтоб идти на Дагестан через Кавказские горы и отпустил.

В ту пору Кахети обложили данью так же, как и Картли, и поставили пятьсот нокаров из числа [181] кахов и жалованье им давали от собранной в Кахети дани. Но эти нокары подчинялись Теймуразу. А после того, как шах Надир возвратился в Персию, Теймураз оставался в Кахети. Тогда свершился гнев и содрогнулась земля лета Христова 1742, грузинского 430 и разломилась и разрушилась Алавердская церковь, также замок Ходашени, однако при таком землетрясении больше ничего не разрушилось.

А затем, во время войны шаха Надира с османами в окрестностях Багдада, у Мосула, отложились от шаха Астрабад, Шираз и Шемаха. А шемахинцы с помощью лезгин призвали некоего нареченного сыном шаха Султана Гусеина (которому сын шаха Надира задолго до того отрезал нос и уши) и посадили шахом. Узнал об этом шах Надир и прислал сына своего с войском. Его встретили лезгины за [рекой] Мтквари, атаковали персы и перебили всех лезгин, так что не спасся даже вестник. И взял сын шаха Надира Шемаху и тот, нареченный сыном шаха, бежал в Дагестан.

А после того убили Бежана Аратского эристава свои же холопы, вслед за тем те эриставства примкнули к Теймуразу. Теймураз известил об этом шаха Надира. Тогда [шах] пожаловал Теймуразу это эриставство и Теймураз вступил туда.

Видя это, Гиви Амилахори бежал и Теймураз подошел к его крепостям в [ущелье] Ксани. А Реваз, дядя Гиви, отдал крепости Теймуразу и сам Реваз с людьми своими перешел в Кахети. И так как Картли был более стеснен от кизылбашей и лезгин, поэтому в Кахети прибывали многие князья, азнауры и крестьяне и застраивались села.

После того бежавший в Дагестан сын шаха не устоял там и пришел в Кахети, чтобы идти к османам. Его подвел проводник, привел его со свитой около шестидесяти человек к Теймуразу, находящемуся в Тини. Захватил он его вместе со свитой и поручил сыну своему Эрекле и отправил к шаху Надиру. Видя это, шах Надир остался весьма благодарен, нарек [Теймураза] довлатшарик и пожаловал дары большие.

И после прихода ахалцихского паши У супа в Картли, истребления [царевичем] Эрекле османов у Гори и Арапви и происшествий в Картли, о которых [182] мы уже рассказывали, пожаловал шах Надир Теймуразу Картли и сыну его Эрекле Кахети. Пришел тогда Теймураз и сел в Тбилиси лета Христова 1744, грузинского 432, а сын Теймураза, Эрекле, сел в Кахети.

Текст воспроизведен по изданию: Вахушти Багратиони. История царства грузинской. Мецниереба. 1976

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.