Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ТОЧНОЕ ИЗВЕСТИЕ О...

КРЕПОСТИ И ГОРОДЕ САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, О КРЕПОСТЦЕ КРОНШЛОТ И ИХ ОКРЕСТНОСТЯХ...

EXACTE RELATION VON DER VON SR. CZAARSCHEN MAJESTAET PETRO ALEXIOWITZ, AN DEM GROSSEN NEWA STROHM UND DER OST-SEE NEU ERBAUETEN VESTUNG UND STADT ST. PETERSBURG, WIE AUCH VON DEM CASTEL CRON SCHLOSS UND DERSELBEN UMLIEGENDEN GEGEND, FERNER RELATION VON DEN UHRALTEN RUSSISCHEN GEBRAUCH DER WASSER WEYH UND HEILIGUNG, NEBST EINIGEN BESONDERN ANMERKUNGEN AUFFGEZEICHNET VON H. G.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Высокочтимый и досточтимый читатель!

Любознательным читателям предлагается здесь маленький трактат: “Точное известие о новопостроенном его царским величеством на большой Неве, или Ние-реке, городе и крепости С.-Петербург, а также о крепостце, называемой Кроншлот, наряду с некоторыми частными замечаниями”. Он содержит то достопримечательное новое, о чем, особенно в наших местах, не так скоро будет известно. Сочинение не нуждается ни в большом, пространном предисловии, ни в строгом разборе, ни в одобрении какого-либо авторитетного лица или критика, ибо его содержание уже само по себе заслуживает достаточного доверия. И каждый, кто сам недавно побывал в С.-Петербурге и познакомится с этим сочинением, не найдет в нем, будем надеяться, ничего заслуживающего порицания — все описано легко, кратко и правдивым пером. А точность и правдивость автора заслуживают тем большей похвалы, что он все описал беспристрастно, с подобающей умеренностью и скромностью.

Для лучшего понимания известия и чтобы знать, в какой местности мира, собственно, находится этот новый С.-Петербург, досточтимый читатель может прибегнуть к помощи лучших наиновейших географических карт, ибо на старых картах С.-Петербурга не отыскать. Но я должен при этом заметить, что этот важный город до сих пор верно, в соответствии с действительным его местоположением, не отмечен ни одним из новейших географов и картографов. Поэтому публика имеет основания благодарить автора за сообщаемые им сведения.

Кроме того, автор по зрелом размышлении не употребляет слова “московит”, а пользуется словом “русский”. Ведь в этой стране более принято говорить “русский” от России, равно как говорят: “испанец” от Испании, а не “мадридец”; “англичанин” от Англии, а не “лондонец”; “немец” от Германии, а не “венец”, “гамбуржец” и т. д.

Сказанного достаточно для предисловия, в остальном же каждый на деле убедится, что экземпляр [этой книжки] стоило приобрести и с удовольствием прочесть. [48]

Содержание этого известия

1. Предуведомление о крепости и городе С.-Петербург и его окрестностях.

2. Описание самой крепости.

3. Описание города на Финской стороне.

4. Описание города на Ингерманландской стороне.

5. Описание острова Ретусари.

6. О крепостце Кроншлот.

7. О флоте.

8. О состоянии почвы и воздуха; о религии, языке и образе жизни населения; о плодах, дичи и т. д.

Эта глава содержит много любопытного.

9. Несколько замечаний о высокой особе его царского величества.

10. Дальнейшие замечания о некоторых министрах.

11. Подлинное описание бракосочетания покойного [ныне] герцога Курляндского с ее высочеством русской принцессой.

12. Достопамятная свадьба карликов.

13. Известие о древнем русском обряде водосвятия.

ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ О КРЕПОСТИ И ГОРОДЕ С.-ПЕТЕРБУРГ И ЕГО ОКРЕСТНОСТЯХ

Поскольку о С.-Петербурге на протяжении нескольких лет говорят и пишут часто, многие люди обращаются и ко мне с просьбой сообщить, не то же ли самое С.-Петербург, что называли Шанцер Ние, или Ниеншанц, так как на более старых географических картах С.-Петербург не обозначен. [В ответ] на это пусть послужит к сведению любознательных читателей, что его царское величество, в 1702 году 12 октября овладев расположенной на Ладожском озере крепостью Нотебург, ныне называемой Шлиссельбург, 1 в следующем, 1703, году со своей армией двинулся далее вниз по большой реке, называемой Нева, или Ние, и после незначительного сопротивления завоевал шведскую крепость под названием Ниеншанц. 2 Затем он продвинулся еще далее вниз по упомянутой реке и в местности, где ныне расположен С.-Петербург, разбил свой большой лагерь — пехота [встала] на Финской, а кавалерия на Ингерманландской 3 стороне. А поскольку его царское величество имел сильную страсть к мореплаванию и весьма желал закрепиться на Восточном море, 4 то он повелел тогда на месте, где ныне расположен С.-Петербург, возвести поначалу маленький шанец; затем он большую реку Неву, или Ние, разведывал на шлюпках как собственной высокой персоной, так и другим приказывал проводить точную разведку до открытого Восточного моря. Поскольку же там было замечено несколько крейсеровавших кораблей, то его царское величество откомандировал приблизительно тысячу солдат на самый дальний остров под названием Ретусари, 5 чтобы там засесть. Узнав об этом, господа шведы вознамерились уничтожить и изгнать отряд, с каковой целью сильно стреляли из пушек с одного корабля. Тогда господа русские совершенно тихо стянулись и так укрылись за [49] лежащими на морском берегу камнями, что шведам были поначалу не видны. Решив, что все русские уже убиты, шведы приблизились к острову с намерением высадить свой десант и посмотреть на лежащих мертвыми русских. Тут прятавшиеся за камнями русские открыли огонь и отбросили всех шведов, нанеся им большие потери; остальные отступили на своих кораблях и ушли в море. 6

После такой удачи его величество постарался утвердиться на острове, что действительно и было сделано. И поскольку его величеству очень полюбилась эта местность, то он при этой благоприятной возможности решил заложить на большой реке Неве крепость. Правда, поначалу его величество весьма удивлялся, почему шведы укрепленный Шанцер Ние не поставили ближе к Восточному морю, и первоначально свою задуманную новую крепость хотел заложить в самом устье реки. Однако же возникли серьезные соображения, согласно которым и это было бы не слишком хорошо. Поэтому он наконец избрал среднее, и в силу различных причин определив для этого место, где ныне расположен С.-Петербург, заложил там крепость. И вот сразу же из его обширного государства и земель было направлено огромное множество людей — русских, татар, казаков, калмыков и т. д., а также финских и ингерманландских крестьян; часть людей пришла за несколько сотен миль; они 3 мая 1703 года 7 приступили к строительству крепости. И действительно, она была возведена невероятно скоро. При этом достойно удивления, что несмотря на столь великое множество людей, землю для крепости (как мне достоверно сообщили) подносили лишь в полах одежды, или же на плечах в маленьких рогожных мешках. Такое я еще и сам видел и наблюдал в бытность мою там. Но поскольку люди не были привычны к такой работе, жили в скверных условиях и на худом содержании, то многие, — говорят, даже свыше ста тысяч человек — при этом погибли и умерли. 8

Таким образом, за какие-нибудь четыре летние месяца 1703 года эта крепость была возведена; впоследствии постепенно год за годом над нею продолжали работать, пока она не достигла такого состояния, что ей удивляются. 9 Кронверк на Финской стороне, относящийся к ней, как я слышал, был начат постройкой спустя два года и тоже в короткое время закончен. 10

САМА КРЕПОСТЬ

Если описывать самое крепость, то она построена на упомянутой большой реке Неве, несколько ближе к Финской стороне, на острове под названием Хазенхольм, или по-фински Еннессари. 11 Ее положение и форма продолговатые. Сама крепость имеет 6 бастионов, на Финской стороне — кронверк с его наружными укреплениями, а у входа выше по реке — маленькое наружное укрепление, или равелин.

Внутри крепости стоят 4 ряда невысоких деревянных домов, о которых нужно заметить, что большинство их крыто пластами земли, или дерном; сначала [настлана] финская кровельная дрань или же, что еще лучше, береста (березы в этих местах очень большие), а затем куски дерна, плотно [уложенные] друг к другу. [50]

Посреди крепости проходит выведенный из реки канал, с тем чтобы люди в крепости никогда не ощущали недостатка в воде. Посреди крепости у самого канала стоит маленькая, но красивая русская церковь из дерева, с красивой остроконечной башней в голландском стиле. 12 Наверху в башне висит несколько колоколов, приводимых в движение вручную одним человеком; каждый час они на голландский манер благозвучно звонят, возвещая начало очередного часа. Затем этот человек, за неимением часового механизма, ударами в определенный колокол оповещает, который час. Неподалеку оттуда в ряду домов, стоящих у канала, находятся лютеранская церковь, 13 а также простой деревянный дом коменданта и другие дома гарнизонных офицеров.

В валах вокруг [крепости] устроены казематы и другие проходы. Магазин и аптека возведены из камня, со сводами. На средней большой площади близ ворот (в крепости только одни ворота, но кроме них есть также коммуникационный вход напротив кронверка) сложено много бомб, ядер и гранат. В 1710 году начали также вновь срывать насыпанные прежде земляные бастионы и вместо них возводить весьма крепкие массивные стены из красного кирпича, 14 они изнутри порядочно высоки, со сводчатыми казематами и крытыми батареями. С них можно обстреливать не только окружающую местность и большую реку, но также кронверк, и в указанном году были завершены два бастиона со стороны, обращенной к Васильевскому острову; в этих работах пришлось участвовать шведскому выборгскому гарнизону в качестве военнопленных.

Наверху на валах и крепостных верках стоит порядочное число бронзовых и чугунных пушек, выдвигаемых на валу без выемок или амбразур; обычно пушек, как говорят, стоит там около 300. 15

Через реку из крепости на Финскую сторону ведет длинный красивый деревянный мост приблизительно в 300 шагов. Он в двух местах разводится. 16 Крепостные ворота украшены изящной деревянной резьбой, которая выполнена одним немецким мастером.

Наверху на воротах с наружной стороны находится хорошо выполненная из дерева скульптура св. Петра в человеческий рост, с двумя большими ключами в руке. Внизу дата — 1703 год, и справа от ворот на портале на жестяном листе можно прочесть надпись по-русски об основании этой крепости.

Внутри крепости над воротами находится большой черный русский орел, искусно вырезанный из дерева; на его головах короны, в когтях правой лапы он держит скипетр, левой — державу. 17

Несколько ниже нарисован св. Николай, которому русские воздают почести, многократно кланяясь и крестясь по своему обычаю, особенно утром. Если стоять внутри крепости лицом к воротам, то по правую руку, к югу, наверху на одном бастионе находится, на голландский манер, большой разноцветный крепостной флаг на высоком длинном шесте в высокой крестовине. Этот флаг по праздникам (Prasnick) спускают, вместо него поднимая большой желтый флаг с русским орлом, в когтях и на крыльях которого — изображения четырех больших морей, а именно: 1) Белого, 2) Черного, 3) Каспийского и 4) Восточного. 18 [51]

Без сомнения, тем самым указывается, что его царское величество желает владеть этими четырьмя морями на востоке и западе, юге и севере.

Еще следует отметить, что обыкновенно с этого бастиона ежедневно и зимой, и летом трижды стреляют из пушки: утром на рассвете, днем в 11 часов и еще на закате, и, как принято, бьют при этом утреннюю и вечернюю зорю. То же самое соблюдается на флоте на адмиральском корабле.

Между крепостью и кронверком протекает рукав большой реки, куда зимой как в безопасную гавань вводят в должном порядке флот. 19

Поскольку же его царское величество оказался весьма доволен этой новопостроенной крепостью, то он также основал при ней по обе стороны большой реки порядочно обширный город.

ОПИСАНИЕ ГОРОДА НА ФИНСКОЙ СТОРОНЕ

На Финской стороне вверх по реке [от крепости] стоит несколько значительных домов (выстроенных в русском стиле), там живет вдовствующая супруга царя Ивана со своими принцессами; 20 также один из домов князя Меншикова 21 — деревянный, похожий на кирху, в котором жил покойный герцог Курляндский. 22 Далее несколько домов с просторными дворами, где в мое время жили знатнейшие министры, в частности великий канцлер, 23 подканцлер, 24 а также некоторые русские бояре, генералы и разные другие офицеры и немцы. 25

На этой стороне, где вниз от Ладоги от реки отходит правый рукав, 26 стоит еще много русских домов, среди которых [дом] князя Черкасского, 27 а несколько выше — два длинных лазарета для больных солдат, 28 евангелическое кладбище 29 и так далее.

По другую сторону этого рукава находится большое русское кладбище, 30 а несколько ниже — русский монастырь 31 и т. д.

У берега большой реки видишь порой сотни, даже тысячи барок или русских судов, приходящих из Ладоги, Новгорода и других мест России с купеческими товарами и продовольствием.

Близ крепости прежде стоял большой русский рынок в несколько сотен лавок, построенных на русский лад исключительно из бревен, но в июле 1710 года он вдруг ночью сгорел дотла едва ли не за час; 32 при этом многое было разграблено, и купцы, по их состоянию, конечно, понесли большие убытки. Вскоре на этом месте по углам бывшей торговой площади были крестообразно поставлены 4 виселицы, на них при приезде покойного [ныне] герцога Курляндского по жребию повесили четверых из 12 русских за воровство и грабеж во время пожара; часть их была из гарнизона, и когда вешали одного, другие должны были бить в барабан. Позднее несколько далее в сторону Финляндии был вновь основан другой рынок. 33 Вдоль кронверка идет несколько улочек с маленькими скверными хижинами, или лавками, в которых пирожники и маркитанты выкладывают для продажи свои пироги и всевозможное старое жалкое тряпье, одежду и иные худые вещи и предлагают свои товары. [52]

Немного ниже по течению реки находится слобода русского простонародья, или предместье, где живет преимущественно чернь. 34 За кронверком у самой реки стоит несколько длинных строений, в которых на зиму поселяют галерных арестантов. 35 Затем следует Татарская слобода, где живут сплошь татары, калмыки, казаки, турки и другие подобные народы в соответствии со своими обычаями. Там можно увидеть весьма изысканное домашнее хозяйство.

ОПИСАНИЕ ГОРОДА НА ИНГЕРМАНЛАНДСКОЙ СТОРОНЕ

По другую от крепости сторону реки, южнее, находится Немецкая слобода, называемая иначе Адмиралтейским островом, где в мое время жили по большей части только немцы и голландцы, занимающиеся флотом, а также иностранные послы и многие русские.

На этом берегу, если смотреть вниз от Ладоги, стоит большой длинный ряд домов, выстроенных, за малым исключением, на русский лад, на протяжении приблизительно половины немецкой мили. 36 Выше по реке стоят несколько печей для обжига кирпича и русские дома, а за ними в летнее время, особенно когда там находится его царское величество, обычно располагаются лагерем войска; далее в реку впадает маленькая речка или рукав. У самой реки его царское величество имеет теперь резиденцию.

Она представляет собой маленький дом в саду на самом берегу реки, выстроенный в голландском стиле и пестро раскрашенный, с позолоченным оконным переплетом и свинцом [на стеклах]. 37

Рядом расположен маленький птичник, в котором щебечут всевозможные пташки. Далее в саду изящная беседка, устроенная из невысокого штакетника; около нее стоит большой дом для придворных служителей и корабельная кухня его величества. Сзади в саду стоит большой дом, в котором находится водоподъемная машина для фонтанов, приводящая в движение большое колесо. Рядом маленький зверинец с цаплями, аистами, розовыми пеликанами и тому подобными птицами. За водоподъемной машиной есть, далее, дом для некоторых служителей и караульня, личный состав которой, однако, весьма немногочислен. Наконец, имеется круглая оранжерея с относящимися к ней несколькими маленькими домами.

Сам сад довольно велик и хорошо разбит, однако я не увидел в нем чего-либо особенно достопримечательного, помимо нескольких статуй и бюстов из белого мрамора, особенно изображающих короля Польши Иоанна Собеского и его супругу; 38 также хорошо выполнены бюсты шведской королевы Кристины 39 и еще некоторых других.

В середине сада находится большой водоем, выложенный тесаным камнем, а посреди него — искусственный грот, из которого бьет фонтан. А в оранжерее растет несколько апельсиновых, лимонных, лавровых деревьев, гвоздичных кустов и т. д. Говорят, они доставлены из Польши.

Садовником большого сада был немец, а оранжереи — голландец. [53]

За этим садом находится большой дом и двор, это зверинец [с домашней живностью] и магазин, или кладовая со всевозможными съестными припасами для кухни его величества.

Рядом большой огород; огородником был швед по происхождению. Он благодаря усердному труду хорошо устроил этот огород и привел его в доброе состояние.

Вокруг еще видны укрепления, возведенные в 1708 году при приближении шведского генерала Любеккера, и мне неоднократно рассказывали за надежное и достоверное, что если бы этот генерал тогда действовал своевременно и должным образом, то не только весь город мог бы быть обращен в пепел, но и крепость была бы завоевана, а то и совершенно разрушена. 40

Затем следуешь к настоящей слободе у воды, находящейся в нескольких сотнях шагов от резиденции в саду его величества, и все это пространство занимает совершенно ровный луг. 41

Прежде всего напротив крепости стоит так называемый большой питейный дом — деревянный, двухэтажный и окруженный двумя галереями, так что издалека он смотрится красиво. 42 Однако во время моего пребывания в С.-Петербурге вина там меньше всего можно было найти. Правда, его царское величество порой устраивал в этом доме ассамблеи или угощения. Так, летом 1710 года он праздновал там свои именины и устроил большое торжественное празднество по случаю [годовщины] Полтавской баталии.

На верхней галерее дома иногда в полдень оркестр из 12 музыкантов играет на рожках и тромбонах, как это принято в немецких имперских и иных городах.

Несколько ниже этого дома стоят исключительно деревянные дома на русский лад; в этом ряду есть еще и маленький дом в голландском стиле, в котором его величество живет зимой. 43

Немного ниже по течению в том же ряду живет его превосходительство господин вице-адмирал Корнелиус Крюйс, 44 голландец или же во всяком случае выросший среди голландцев. У него просторный двор и здание; во дворе поставлена лютеранская реформистская церковь, которую посещают преимущественно занятые при флоте и некоторые другие живущие там и временно пребывающие немцы. 45

За неимением колокола перед началом богослужения на самом крайнем углу двора со стороны воды, или берега, поднимают обычный флаг господина вице-адмирала с голубым крестом в белом поле, с тем чтобы живущие вокруг немцы и голландцы направлялись туда.

Первым пастором в этой церкви был немец из Геттингена, уроженец курфюршества Ганновер, он скончался осенью 1710 года к величайшему прискорбию всей довольно многочисленной общины. Его звали Вильгельм Толле, 46 он был благочестивым и ученым мужем, знавшим 14 языков и обычно читавшим проповеди на немецком, голландском или финском — для живущих там финнов.

Вместо него следующей зимой были назначены двое других, они прибыли из немецкого города Галле морем через Гамбург и Архангельск. Один должен был отправиться с господином вице-адмиралом и иными флотскими в Азов, а другой остаться в С.-Петербурге. 47 [54]

Рядом с вице-адмиралом живет греческий или итальянский купец и богач, у него красивый, однако деревянный дом, выстроенный в итальянском стиле. 48

Рядом с ним живет великий адмирал его превосходительство граф Апраксин 49 — русский. У него добрый и большой хорошо построенный дом и двор, хотя целиком деревянный, в немецком стиле. По соседству живет адмиралтейств-советник по фамилии фон Кикин 50 — русский. У него также просторный двор. Затем подходишь к морскому арсеналу, называемому Адмиралтейским двором. 51 Это обширный четырехугольник с валом и рвом, с установленными наверху на валу тяжелыми орудиями; имеется четверо ворот, расположенных крестообразно. Именно здесь теперь строят и оснащают большие корабли. Кроме того, на Адмиралтейском дворе имеется большой запас необходимого для строительства и оснащения флота.

Близ Адмиралтейского двора стоит маленькая русская церковь, или часовня, 52 и совсем рядом с нею — кабак (кабаки — это царские трактиры). Рядом — большая канатная мастерская длиной в несколько сот шагов, где под надежной крышей можно изготавливать большие якорные и мачтовые канаты и прочую корабельную оснастку. Еще дальше вниз есть только деревянные русские дома, где живут корабельные и шлюпочные матросы. На оконечности этого острова находится разрушенный маленький шанец.

Позади вышеупомянутых прибрежных домов есть еще многочисленные дома и очень обширное пространство (защищенные и отделенные маленькой речкой), но вся застройка на русский лад.

Немцы и голландцы живут по правую руку, а русские, имеющие там еще один рынок, 53 по левую. Кроме того, при каждом доме по ту и по другую сторону большой реки есть двор, сад и многочисленные маленькие пристройки, поскольку места здесь предостаточно.

Напротив этого острова позади крепости вниз по течению реки расположен остров, называемый Васильевским, где устроил свой двор князь Меншиков.

Это приятный дом в итальянском стиле в два этажа с крыльями, построенный с немалыми расходами, однако жаль, что он не каменный, а целиком бревенчатый. 54 У дома до сада прорыт канал, выведенный из большой реки, чтобы его светлость мог прямо из дверей входить на судно. Впереди у реки недавно начато строительство каменного

дома, 55 и рядом еще несколько домов, а также кухня для придворного штата его светлости.

За вышеупомянутыми палатами расположен очень большой и хорошо разбитый увеселительный сад с огородом, однако он еще далеко не в должном состоянии. 56 Садовником был один немец.

На стрелке этого острова напротив крепости стоят несколько маленьких домов и три красивые новопостроенные голландские ветряные мельницы, на которых пилят преимущественно бревна и доски.

В остальном же весь остров — весьма широкий и не менее двух миль в длину — сплошь порос кустарником, главным образом ольхой, где пасутся коровы, лошади и прочий домашний скот; там бегает также несколько северных оленей. [55]

Рядом с этим островом расположен Петровский остров, на нем нет ничего, помимо кустарника, скота и нескольких северных оленей, которых разводит несколько самоедов из Лапландии.

Говорят, его царское величество там прежде иногда развлекался, поэтому остров и был назван его именем.

За этим островом лежит еще один, называемый Рессель, 57 на нем живет несколько финских крестьян; остров повсюду пустынен, в кустарниках и болотах.

Миновав вниз по течению в направлении моря этот и несколько других островов, определенно не маленьких и все еще расположенных на большой реке Неве, наконец приближаешься к острову Ретусари, иначе называемому по-немецки Крысьим.

ОПИСАНИЕ ОСТРОВА РЕТУСАРИ

Он довольно большой, продолговатый и расположен уже в самом Восточном море, или, как его еще называют, Финском заливе. Это тот самый остров, о котором выше уже сообщалось, что там русские поначалу поставили отряд. На южной стороне и на берегу есть различные дома, в том числе царя, кладовая съестных припасов для него и кабак; [дома] адмирала, вице-адмирала и еще нескольких флотских офицеров. Далее на этой стороне на берегу стоят две батареи — из 10 и 12 пушек. На северо-западной оконечности имеется шанец, названный по имени князя Меншикова Александровским; шанец защищает остров от нападения с северной стороны.

Еще на морском побережье привлекают внимание два старых больших дуба, вообще-то очень редкие в этих краях. Его царское величество с самого начала очень дорожит ими и приказал обнести их забором, а между ними построить маленькую открытую редкую беседку, где он может отдыхать в летнее время, когда оттуда открывается превосходный вид на море. С этой целью его величество также приказал вырубить в одном дубе поставец, обить его клеенкой и снабдить дверцей, чтобы туда можно было ставить, например, стаканы либо что-то иное; со временем это, если не будет уничтожено, могло бы стать достопримечательной редкостью. 58

О КРЕПОСТЦЕ КРОНШЛОТ

В этом месте, как выше упоминалось, уже само Восточное море, или Финский залив. Поэтому его царское величество решил устроить там укрепление, или крепостцу на воде, что и было сделано, если не ошибаюсь, в 1704 году, и ей было дано название Кроншлот. Кроншлот стоит в море между Ингерманландской стороной и упомянутым островом Ретусари на неглубоком месте или песчаной отмели, для более надежного прикрытия и обстрела входа в большую реку Неву. Он имеет вид круглой башни в три яруса, снизу доверху хорошо обеспеченной пушками; в нем и зимой, и летом находится также постоянный гарнизон. Как мне рассказывали, Кроншлот был [56] сооружен одним русским. Зимой его заполнили ящиками с камнями, и, погрузившись в воду, они образовали фундамент. 59 Все сооружение из дерева и земли, наверху на шпице этой башни развевается большой флаг. Крепостца задумана неплохо, однако умные головы заметили, что если неприятельский корабль вознамерится под всеми парусами пройти вверх по реке, сама крепостца вряд ли окажется в состоянии особенно этому воспрепятствовать, так как с круглой башни можно [одновременно] стрелять едва из 2—3 пушек. А будь она построена в виде треугольника, имела бы то преимущество, что можно было бы давать залпы одновременно из 10—20 и более пушек по проходящим кораблям, и если не совершенно их уничтожать, то во всяком случае вернее задерживать. 60

Таким образом его царское величество прочно встал и на большой реке Неве (ширина которой только у крепости С.-Петербург по меньшей мере тысячу шагов, не говоря уж о местах ниже), и при впадении ее в само море; тогда он приказал срыть до основания завоеванный в 1703 году шведский Шанцер Ние, или Ниешанц, с тем чтобы тамошние прежние жители шведского края не могли оказывать какого-либо сопротивления. И он, желая наблюдать это, самолично находился там на расстоянии примерно версты. 61 Когда же все было взорвано, разрушено и сровнено с землей, он приказал в память об этом поставить четыре самых высоких из найденных в этих местах мачтовых дерева, стоящие там по сей день. Затем он приступил к строительству корабельного флота, двигая это дело с почти невероятным усердием и быстротой. 62

О ФЛОТЕ

Этот флот летом обыкновенно стоит у Кроншлота, и его царское величество, адмирал и вице-адмирал, когда там находятся, большую часть времени присутствуют на нем лично. Я и сам в сентябре 1710 года однажды видел, как, желая доставить удовольствие покойному [ныне] герцогу Курляндскому, весь флот провел настоящую морскую баталию, только стреляли холостыми зарядами. Его величество пустил несколько бомб с бомбардирских кораблей, а в заключение два брандера были принесены в жертву Вулкану. На кораблях флота находились, помимо блаженной памяти герцога Курляндского, весь двор, дамы, голландские министры и все посланники. Эта морская баталия продолжалась несколько часов. 63

Еще я должен сообщить о слышанных мною часто разговорах о том, что поскольку С.-Петербург расположен столь удобно для судоходства и коммерции, то его царское величество имеет особенное намерение привлечь к нему всю торговлю через Восточное море, прежде же всего персидскую торговлю шелком. Его царское величество, как говорят, также намерен и в Кроншлоте, и в С.-Петербурге (они находятся на расстоянии 8 миль друг от друга) построить много каменных подвальных складов и специальных домов и пакгаузов для купеческих товаров и, поскольку эта местность состоит из большого числа островов, создать из нее со временем вторую Венецию. Говорят, он также намерен повсюду по улицам С.-Петербурга [57] проложить каналы, как в Амстердаме. 64 Кроме того, он будто бы уже добивается от иностранных держав, чтобы [торговые] суда впредь плавали не обходным путем к Архангельску, а через Восточное море к С.-Петербургу, поскольку он гораздо ближе, и чтобы в будущем там поселились первейшие и богатейшие купцы из Архангельска, Москвы и иных городов с целью учреждения с.-петербургской торговли. 65

Осенью 1710 года туда отважился зайти с товарами один-единственный корабль — английский из Лондона; он тотчас же разгрузился и отправился обратно в Англию. 66

О СОСТОЯНИИ ПОЧВЫ И ВОЗДУХА, О РЕЛИГИИ, ЯЗЫКЕ И ОБРАЗЕ ЖИЗНИ НАСЕЛЕНИЯ; О ПЛОДАХ, ДИЧИ И Т. Д.

Что же касается почвы этого места и окрестностей, то земля в этом краю везде холодная из-за обилия воды, болот, пустошей, а также и потому, что лежит на очень высокой северной широте. Однако на Ингерманландской стороне я нашел лучшие угодья, нежели на Финской.

Говорят, что до основания С.-Петербурга в этой местности жил некий шведский дворянин, а также всего несколько финских крестьян и рыбаков, которые, как видно, своим способом порядочно возделывали землю, поскольку повсюду, где теперь стоит город, и в его окрестностях еще и сейчас явственно заметны борозды от сохи.

Помимо этого, в крае нет почти ничего, разве немного репы, белокочанной капусты и травы для скота.

Домашний скот — крупный рогатый, овец, свиней и т. д. — прежде можно было приобрести задешево, но теперь из-за множества народа в С.-Петербурге все съедено, и очень бедным людям стало даже нечем жить, и можно заметить, что они ныне кормятся одними кореньями, капустой, репой и т. д., а хлеба уже почти вовсе не видят. Поэтому легко себе представить, насколько убогое и жалкое существование влачат эти бедные люди, и если бы туда не доставляли продовольствие из Москвы, Ладоги, Новгорода, Пскова и других мест, то все живущие там в короткое время поумирали бы с голоду. А поскольку продовольствие туда доставляется почти исключительно из названных мест, то порой все стоит весьма дорого, ибо по большей части и съестные припасы, и иное привозят лишь в зимнее время на многих тысячах саней миль за 200—300.

В тамошних садах, несмотря на прилагаемое доброе усердие, особенно голландцами, также из-за холодной почвы вырастает немногое, тем более что зима продолжительнее лета. Поэтому то, что способна произвести природа, должно поспеть в продолжение едва ли не двух месяцев — июня, июля да еще, пожалуй, августа, а на не созревшее и не выросшее за этот срок рассчитывать уже не приходится.

Фрукты там не растут вовсе, а осенью приходят вниз по реке суда с полным грузом яблок, тоже, однако, не очень хороших. По [58] справедливости могу сказать, что при всех приложенных усилиях ни груши, ни сливы, ни вишни или тому подобного там не встретишь.

Дичи, особенно перистой, множество; зайцев мало ввиду нераспространенности земледелия, а встречающиеся зайцы — совершенно белые. Диких свиней, косуль, оленей нет вовсе, но много медведей, волков, лис, рысей и тому подобного.

Перистая дичь - это преимущественно глухари, тетерева, тетерки, нежные рябчики, бекасы, дикие утки и т. п., [водящиеся] в большом изобилии. Их крестьяне умеют ловить силками и часто продают за бесценок.

Есть разновидности тетеревов и рябчиков размером с курицу. У большинства их, однако, оперенье совершенно белое, и на вкус их мясо очень нежное. Они разыскивают себе корм на земле и в снегу, и поэтому природа обула их в своего рода шершавые сапоги, тем самым хорошо защитив от холода. Мне никогда в жизни ни в одной местности Германии, Голландии, Брабанта и других стран не доводилось наблюдать подобные разновидности.

Хотя воды изобилуют всевозможной рыбой, однако, поскольку у русских нет подходящих снастей для рыбной ловли и они из-за многочисленных постов с большой жадностью раскупают всю [ее] нарасхват, то рыба тоже довольно дорога. Но в большом избытке есть дурно пахнущая соленая рыба, ее русские полными бочками и целыми судами привозят из Ладоги и других мест, и хотя от нее уже издалека распространяется столь сильный запах, что приходится зажимать нос, русские, особенно простолюдины, едят ее с почти невероятной жадностью и так же охотно, как свежую.

Дрова еще как-то можно раздобывать, тонкие и мелкие со временем доставляют хотя бы издалека водой. Тем более что его царское величество под страхом смертной казни запретил срубать в С.-Петербурге и особенно на острове Ретусари хотя бы ветку, не говоря уж о дереве.

На островах и особенно в лесах растет также превосходная зелень всяких разновидностей — я сам однажды читал каталог, в котором их было перечислено свыше 300, найденных и собранных в этой местности покойным [ныне] господином Вильгельмом Толле, евангелическим пастором на флоте. Наиболее распространенными породами деревьев являются ель, пихта, сосна, ольха, береза, орешник, и крестьяне приносят на продажу лесные орехи огромными количествами в полных мешках.

Дуб и бук я в тех местах встречал мало, а вернее сказать, не встречал вовсе, кроме двух дубов на побережье на острове Ретусари, как выше уже было упомянуто. Потому также и все корабли строятся русскими там из пихты или ели, и они способны находиться в воде всего лишь считанные годы.

Климат в этой местности и зимой, и летом очень суров, холоден, с ветрами, туманами, дождем или снегом и вследствие многочисленных болот весьма нездоров. Обыкновенно свыше полугода длится постоянная морозная зима (обычную для Германии зиму в сравнении с нею можно было бы счесть настоящим летом), а в остальное [59] время, помимо июня и июля, по большей части стоит сплошь апрельская и осенняя погода. Поэтому жителям приходится одеваться в теплые одежды или шубы и сапоги. Ведь если один только день идет дождь, то пешком уже нигде не пройдешь, повсюду застреваешь в грязи. Летом прошедшего 1710 года его царское величество начал под руководством немецких мостовщиков мостить камнем город на Финской стороне, но если это делать повсюду, из-за обширности города потребуется много лет и огромное количество камня, которого в округе вовсе не много.

Самым любопытным из виденного мною был путь и обращение солнца. Ибо я наряду со многими другими иностранцами и приезжими наблюдал, как солнце в июне и июле не заходило, разве только в продолжение получаса бывали сумерки, так что я и ночью, и днем совершенно свободно и ясно мог читать и писать все, что угодно. И часто совершенно доподлинно видел, как солнце удивительным образом в полуночное время между 11, 12, 1 часом лишь ненадолго заходило на востоке у горизонта, или края земного шара, так что мне казалось, будто для человеческого глаза от момента его захода ненадолго и до момента нового полного восхода оно проходило только шагов 200. Именно потому русские при осаде Выборга потеряли очень много людей, ведь они были видны [неприятелю], когда в ночное время, как обычно, шли на приступ. 67

Напротив, в другую пору [года], особенно в самые короткие дни, солнечного света мало или почти совсем не заметишь, и едва 2 часа или чуть долее длится день, а в остальное время одни лишь ночь и сумерки.

Еще нужно отметить, что из-за низменности территории С.-Петербурга люди подвержены большим лишениям и опасности наводнения, особенно когда с Восточного моря поднимается буря.

В мое время подобное случилось дважды, и покойный [ныне] герцог Курляндский, живший у самой реки, едва спасся со своими людьми, так как все острова были настолько затоплены водой, что приходилось всерьез ретироваться, и в такое время порой приходится спасаться в шлюпках. Опасность довольно-таки велика, когда буря приходит ночью, как это однажды произошло, и люди не успевают очнуться ото сна; можно себе представить, каково им, если их уносит вместе с домом, скотом, домочадцами, и каков будет ущерб. 68

Что касается местного населения, то это здоровый и от природы крепкий народ, говорящий на своеобразном языке, называемом финским; это очень трудный язык, не состоящий в близком родстве ни с каким другим. Они очень быстро говорят на нем между собой, так что чужому его не понять. Одеваются они по большей части подобно лифляндцам, носят лыковую обувь, а на голове плоскую шапочку; сзади за поясом — маленький топор. Живущие же в городах одеваются в немецкое платье.

Те, кто живет в Финляндии, почти все евангелическо-лютеранского вероисповедания, в богослужении, церковном пении и молитвах следуют шведским обрядам. Правда, мне все же частенько не казалось невероятным, что они еще повсеместно весьма привержены древним [60] суеверным языческим обрядам и запрещенному колдовству. Из жителей Ингерманландии часть исповедует еще евангелическую веру, а часть уже русскую.

Хозяйство у них очень скудное и скверное и не идет ни в какое сравнение с хозяйством самого бедного крестьянина в Германии. Дома в деревнях построены исключительно на русский лад, из одних бревен, уложенных крест-накрест друг на друга; обыкновенно в них только одна комната, в которой стоит большая печь, в ней они все варят и жарят. Вместо окна у них не что иное, как маленькое четырехугольное отверстие, снабженное маленькой дощечкой, которую на него надвигают и сдвигают. У тех, кто живет получше, есть маленькое оконце размером в две ладони из русской так называемой слюды (она, бывает, служит [вместо стекла] также в окнах [домов] бояр и других господ) либо же с лоскутом бумаги или прокопченного холста.

Постелей в деревнях не знают вовсе, жители укрываются тряпьем и одеждой, но обычно, предварительно очень тепло натопив комнату, укладываются, как и простые русские, совершенно нагими на большой печи, похожей на хлебопекарную, или на других положенных под потолком или подвешенных досках и брусьях. И нимало не смущаются тем, что муж и жена, работник и девка, дети, собаки, кошки, свиньи, куры и так далее лежат вповалку в одной комнате, которая может быть названа не чем иным, как курной избой. Легко себе представить, какое отвращение и омерзение должен вызывать этот смрад у непривычного путешественника, особенно если учесть, что комнаты обычно настолько заполнены дымом, что когда человек стоит выпрямившись, невозможно разглядеть верхнюю половину его тела. Ночью путешественникам доставляют страдания также многочисленные насекомые, особенно, с позволения сказать, клопы, в неописуемых количествах сидящие в бревнах и деревянных стенах, и под причиняемой ими пыткой почти невозможно сомкнуть глаза. В этих местах также необыкновенно много комаров, и я, переправляясь через большую реку, бывало, зачерпывал полную шляпу их мертвых, плывших по течению из Ладожского озера.

Вместо свечей они используют тонко наколотые еловые лучины, вставляя их одну за другой в железное приспособление, а под него в некоторых местностях ставят посудину с водой; либо же вставляют эту лучину прямо в бревенчатую стену, не смущаясь тем, что дом может загореться.

Их детские люльки тоже очень занятны. К шесту, закрепленному, как у токарей, под потолком, куском тесьмы или веревки привязывают продолговатый короб и кладут ребенка в тряпье, перья или солому;

затем этот короб качают ногой или рукой вверх-вниз, а когда мать хочет дать ребенку грудь, она склоняется над коробом и так кормит лежащего в ней ребенка.

Для строительства домов им не требуется никакой иной плотницкий инструмент, кроме маленького топора да еще, пожалуй, угольника, а вместо скобеля — кривой крюк, каким в Германии мясники обыкновенно чистят и скребут колоды, на которых рубят мясо или делают колбасы. Этими инструментами тамошние жители, [61] как и русские, обычно выполняют все и очень быстро завершают постройку дома. Двери в их домах тоже обычно настолько низкие, что входящему приходится очень сильно наклоняться, а когда открываешь дверь, то навстречу валит такой дым и чад, что немудрено тут же упасть в обморок или задохнуться, но они не обращают на это ни малейшего внимания; вообще повсюду отвратительно грязно.

Поэтому легко себе представить бедствия этих жалких бедняг, когда Господь карает их голодом, войной, а особенно чумой.

Проезжая эти места по пути в С.-Петербург, я еще то и дело встречал в деревнях и домах живых людей, но на обратном пути на протяжении 30 — 40 — 60 и более миль уже не видал почти ни одного человека — все перемерли. 69 И если бы его царское величество, завладев всей Лифляндией, не приказал от Нарвы через Дерпт (теперь представляющий собой груду камней) до Риги, то есть на протяжении около ста немецких миль, построить для собственного удобства через каждые 3—6 миль несколько домов (поставив у них охрану), которыми иногда могут воспользоваться порядочные путешественники, то в пути, особенно в суровое зимнее время и ужасные морозы, запросто можно было бы и погибнуть. Ибо война, голод, а прежде всего чума совершенно ужасно разорили плодородные добрые Лифляндию и Курляндию. Можно подумать, что в деревнях не осталось почти никого, хлеб остался стоять в поле, домашний скот разбежался и, вероятно, стал добычей волков, все деревни и дома пусты и необитаемы. Дворянские имения и большие округа, насчитывавшие по 2—3—4 и более тысяч крестьян и крепостных, настолько опустели, что в них осталось едва по 3—4 или б человек.

Во всем городе Рига, всегда очень многолюдном, голод и чума свирепствовали так, что, например, из бывших там добрых нескольких сотен сапожников и портных я на обратном пути зимой 1711 года нашел не больше трех, и за пару простых башмаков брали 3 рейхсталера серебром. В церквах во время богослужения я видел одних женщин, и все они были в трауре, а мужчин встречал крайне редко. Некоторые люди даже определенно утверждали, что в одной только Риге за время осады, сопровождавшейся голодом и чумой, погибло свыше 60 тыс. человек. 70 Можно прикинуть, как погостила чума в Польше, Пруссии, Литве, Курляндии и Лифляндии, если наверняка известно, что в одной только Пруссии она унесла более 300 тыс. жизней. Об этой эпидемии чумы в Данциге знаменитый господин доктор Вихманн, тамошний евангелический пастор, написал любопытное сочинение, [изданное] в восьмую долю листа под названием “Богословско-исторический трактат о чуме”. Эту книгу стоит прочесть, она, в частности, показывает, что в Данциге только на этот раз умерло от чумы свыше 36 тыс. человек.

Припоминаю еще, что, поскольку в Курляндии и Лифляндии, как известно, волков столь много, что они ходят целыми стаями и порой совершенно свободно забегают в дома селян, однажды пара волков зашла во двор [дома], жители которого лежали больные чумой. Волки хотя и приблизились к скоту, бродившему по двору, но, обнюхав, не тронули, а тотчас же повернулись и убежали оттуда. [62] Этот факт, безусловно, любопытен в отношении падежа домашнего скота.

Упомяну еще, что хотя чума была уже в Нарве и, как говорили, также в Копорье, 71 однако в С.-Петербурге ее не было, но там очень много простых людей умерло от недостатка продовольствия. Поэтому могли предположить, не проникла ли она и туда, и были приняты всевозможные меры предосторожности.

Со смертью бедных простолюдинов не соблюдают особых церемоний. Завернув тело в рогожу, привязывают двумя веревками к жерди, и затем два человека его уносят или увозят в санях, как я видел собственными глазами, совершенно нагим, и хоронят без песнопений, колокольного звона и провожающих.

В заключение этой главы я должен сообщить любознательным читателям еще нечто интересное. Будучи при осаде Риги в лагере под нею, я сидел за обеденным столом в палатке у одного генерала под пальбу и бомбардировку. Нам подали, в частности, жаркое из лосины, и возник вопрос, водятся ли лоси еще где-нибудь, кроме Пруссии? Говорили, что будто бы янтарь и лоси есть только там. На это генерал сообщил, что упомянутое животное водится как в Литве и Курляндии, так и в Лифляндии, а лося, из которого приготовлено это жаркое, его охотники убили неподалеку от Риги. В дальнейшей беседе о лосе, в частности о падучей болезни, которой, говорят, он подвержен, упомянутый генерал подробно рассказал, что некоторое время тому назад незадолго до весны был убит лось, и после его разделки в голове нашли несколько больших мух или оводов, а мозг внутри был почти изъеден. Вообще многократно замечено, что насекомые, прежде всего крупные оводы, сильно досаждают этому бедному животному в больших лесах и пустошах, особенно перед наступлением зимы, и стремятся, проникнув через уши, занять в голове зимние квартиры. И отсюда легко заключить, что когда насекомые так жужжали и гудели в голове, да еще для своего пропитания принимались за мозг и старались там укрываться всю зиму, как в теплых краях, едва ли возможен был иной исход, как наконец свалиться от изнеможения и слабости и терпеть такую муку и пытку, лежа будто в падучей или в тяжкой немощи. Предоставляю это как достойное размышлений дальнейшему обсуждению глубокомысленных естествоиспытателей для поисков истины.

Еще я должен здесь сказать о выше упоминавшемся евангелическом пасторе, покойном Вильгельме Толле, что, будучи человеком любознательным, он однажды с несколькими приданными ему в помощь людьми потрудился [в окрестных местностях] до Шлиссельбурга и Старой Ладоги 72 и за ними в поисках древних редкостей, с этой целью раскопав несколько языческих могил, курганов, где нашел различные древние редкие сосуды, монеты и всякого рода языческие предметы и составил перечень части найденных в этом путешествии редкостей и прочих достопримечательностей. Но сделал это, как я видел, только карандашом, и прочесть написанное нелегко. После кончины пастора упомянутые и другие имевшиеся у него прежде редкие монеты и иные предметы купил господин магистр [63] Паули 73 из Пруссии, бывший генерал-штабс-пастор русской армии при господине генерал-фельдмаршал-лейтенанте бароне Гольце, 74 мой очень добрый друг, также находившийся в С.-Петербурге в мое время. Паули приобрел все это, чтобы привести в порядок и вкупе с разъяснениями всеподданнейше преподнести одной высокой особе.

Прилагаю на удовольствие господ антиквариев и любознательных лиц следующий перечень некоторых редкостей, собранных в Москве, Польше и Ингерманландии.

ПЕРЕЧЕНЬ МОСКОВИТСКИХ МОНЕТ

1. Полный рубль, стоящий в той стране 100 копеек, или штиверов, то есть 40 добрых грошей. На одной стороне изображение его царского величества с легендой: Zar Petr. Alexievvicz у vvsca rosiy Povvielitel, то есть: Царь Петр Алексеевич, повелитель всей России. На другой стороне — русский двуглавый орел с легендой: Maneta dobraia Zena Rubl. ПАТД, что означает: добрая монета достоинством 1 рубль. 1704.

Этот рубль выбит на английском рейхсталере, как показывают слова на гуртике: Decus et Tutamen anno regni vice simo quinto.

2. Испанский рейхсталер 1624 года, на котором для хождения в этой стране выбиты русский герб со св. Георгием и дата: 1655.

3. Полурубль достоинством 50 копеек (штиверов), или 20 добрых грошей. На одной стороне, как и № 1, имеет царское изображение и надпись; на другой — двуглавый орел с легендой: Maneta dobria Zena Poltina ПАТВ, то есть: добрая монета достоинством в полрубля, 1702.

4. Два полурубля, выбитых на испанских крестовых полуталерах 1702 и 1704 годов. На первом явственно видны крест и испанский герб; на втором у изображения читается: REXH., а у орла: R. CO. TYRO.

5. Четверть рубля достоинством в 25 копеек (штиверов), или 10 грошей. На одной стороне — то же, что на № 1, а на другой — русский орел со следующей легендой: Pulupol ПАТВ tinnick, то есть: половина полурубля, 1702.

6. Русская восьмая часть рубля достоинством в 12 копеек, таких идет 5 за один находящийся в обращении талер. Имеет изображение царя и легенду: Zar. Y.W.K. PETER. Alexievvicz, то есть: царь и великий князь Петр Алексеевич. На другой стороне — обычный орел с девизом: Wsca rosiy Povvielitel—повелитель всей России, 1708.

7. Два гривенника, или русских гульдена, каждый достоинством в 10 копеек, или 4 гроша. На одной стороне верхнего читается: Gryvveniack 1704. М., то есть: гульден и т. д.; на другой — русский двуглавый орел. Нижний имеет на одной стороне обычного орла и буквы Z.Y.K.P.A.W.R.S., то есть: царь и князь Петр Алексеевич, самодержец всей России. На другой стороне: ПАТЕ. Gryvna. В К.

8. Два русских полугульдена, каждый достоинством по 5 копеек, или 2 гроша. На обоих стоит русский орел и Deset Deneg. ПАТД — 10 полукопеек, 1704.

9. Два алтына, или 3 штивера, достоинством по 3 коп., или 1 грош и около 3 пфеннингов. На обоих орел и ПАТД. Altin В К. 1704 altin. [64]

10. Старая и редкая копейка. На одной стороне изображение, напоминающее идола; на другой: Реу Welikogo Kniasa, то есть должно быть: копейка великого князя.

11. Старая копейка с простым орлом; другая сторона поделена начетверо, а из букв в 1-й и 3-й четвертях еще опознаются только а. и or.

12. Четыре копеечных монеты Ивана I Васильевича, 75 на которых вместо нынешнего св. Георгия изображен всадник с обнаженной саблей. На другой стороне только: Knias Wieliky Iwan, то есть: великий князь Иван.

13. Монета Василия II, 76 сына последнего.

14. Три монеты Ивана II Васильевича Тирана, 77 сына последнего.

На одной копеечной монете уже герб со св. Георгием, а также титул: Zar у. Knias.

15. Монета Федора, 78 или Теодора, сына последнего. Имеет титул: царь и князь, но также изображение первого скачущего всадника с обнаженной саблей.

16. Монета Дмитрия Ивановича, выдававшего себя за второго сына Ивана II Васильевича. Вероятно, принадлежит Лжедмитрию I; 79 что-нибудь около 1613 года. На ней конный св. Георгий с копьем, ниже читается слово Gyrgi. На другой стороне написано: Zar. у. Wieliki Knias Dmitriy iwanowicz.

17. Монета Владислава, польского принца, избранного после Смуты Лжедмитриев. 80

18. Четыре монеты Михаила Федоровича, 81 избранного русскими вместо последнего, и дедушки нынешнего царя.

19. Три монеты Алексея Михайловича, 82 отца ныне правящего великоцарского величества.

20. Три монеты Федора Алексеевича, 83 покойного старшего брата нынешнего царя.

21. Три монеты Ивана Алексеевича, 84 покойного второго брата нынешнего царя.

22. Три монеты Петра Алексеевича, ныне правящего велико-царского величества.

23. Медная копейка 1705 года. Petri Alexievvicz.

24. Три медных деньги, или полукопейки, 1700, 1704 и 1705 годов.

25. Три медных полушки, или четверти копейки, 1700, 1704 и 1706 годов.

РИМСКИЕ, ПАРФЯНСКИЕ, АРАБСКИЕ И ДРУГИЕ МОНЕТЫ

26. Монета императора Траяна. 85

27. Две монеты императора Кокцея Нерва III и IV.

28. Монета Криспины Аугусты, супруги императора Коммода. 86 Эти три вышеуказанные монеты — № 26, 27 и 28 — серебряные.

29. Старая парфянская мелкая монета, на которой еще кое-как читается имя Оман или Омар; это либо дядя знаменитого Тамерлана начала XV века, 87 либо же Омар Х или XI века. Монета выкопана [65] вместе с разбитым сосудом в Ингерманландии близ Старой Ладоги евангелическим пастором по имени Вильгельм Толле.

30 и 31. Две шведские монеты Густава 88 с легендой: Omnis Potestas a DEO, найденные в котле при раскрытии траншей под Выборгом в Финляндии.

32. Старая медная монета, вероятно, из Испании.

33. Четырехугольная силезская монета с силезским орлом, [датой] 1621 и легендой: Moneta argentea Silesiae III. Talero; в верхнем углу проставлено: In, внизу: pro.

34. Четырехугольная памятная монета, на которой проставлено: 15.74 ten Libert. rest. S.P.Q. Zei. Soli Deo Honor. В верхнем углу зеландский лев.

35. Памятная монета на заключение мира после Тридцатилетней войны. 89 На одной стороне рука, протянутая из облаков, держит над землей венок из оливковых ветвей, с девизом: Magnas ferte Deo grates prepare relata. На другой — нюрнбергский герб с девизом: Imp. Ferdinand. III. P. F. Augu&to Pacis execulio decreta. Noribergae M. D. L. 16 Junii.

36. 37. Две языческие монеты с отверстиями, найденные вместе с № 29 близ Ладоги.

38, 39, 40, 41. Четыре монеты с отверстиями, из них на № 38 еще видно несколько букв. Вероятно, это лифляндские местные монеты, они вместе с только что упомянутыми найдены близ Ладоги в сосудах.

42. Арабская мелкая монета, найденная близ Киева в Казацкой земле.

43. Погребальная монета Антона Генриха, графа Шварцбургского и Гогенштейнского.

44. Маленькая медная английская монета. На одной стороне видны буквы С. II. R. с короной и легендой: Car. D. G. SCOT. A N. F. R. et Hibern. R. На другой — чертополох с девизом: Nemo me impune lacesset.

45. Монета, отчеканенная по случаю коронации, когда его императорское величество Леопольд, в то время король Венгрии, был коронован как король Богемии 14 сентября 1656 года. Есть девиз: Consilio et Jndustria.

46. Монета, отчеканенная по случаю коронации Яна Казимира, короля Польши. На одной стороне рука, протянутая из облаков, держит увенчанный короной сноп хлеба, как герб шведских королей дома Васа; девиз гласит: Dominus assumsit me. На другой стороне — протянутая из облаков рука держит кувшин, на котором написано имя: Ян Казимир, а под рукой слова: Coronatus Anno 1649. den 17. Jan., и рядом читается девиз: Compactum est desuper.

47. 48, 49. Три шведские монеты Иоанна III, 90 также найденные при осаде Выборга.

50. Богемская монета короля Фридриха, курфюрста Пфальцского.

51. Финское обручальное кольцо.

52. 53, 54, 55. Четыре финские застежки от верхнего платья и рубашек.

Здесь еще кое-что сказано о так называемом асбесте и тому подобной несгораемой бумаге. [66]

Также различные сосуды и несколько чашек, выкопанных близ Старой Ладоги вместе с перечисленными под № 29, 36—41 монетами, как сообщалось.

Наиболее достопримечательным из всего этою является:

1. Несколько полных рублей и полурублей — чеканка его царского величества поставлена на серебряных рейхсталерах других монархов, причем так, что видна прежняя, — под №1,2, 4.

2. Несколько маленьких старых русских монет под № 10, 14 и др.

3. № 29, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 47, 48.

4. Финское кольцо и застежки от рубашек, несгораемый асбест.

5. Древние готские языческие сосуды, жертвенные и погребальные орудия, раскопанные близ Ладоги. 91

НЕСКОЛЬКО СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗАМЕЧАНИИ О ВЫСОКОЙ ОСОБЕ ЕГО ЦАРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА

Родословную его царского величества уже можно найти в других книгах, поэтому я не считал необходимым повторять ее здесь. Нынешний его царское величество Петр Алексеевич — высок ростом и хорошо сложен, с правильными и живыми чертами смугловатого лица, выдающего бодрую величественность и неустрашимость. Он [не любит парика], у него кудрявые волосы и маленькие усы, очень ему идущие. Обыкновенно его величество видят в такой простой одежде, что тот, кто его не знает, ни за что бы не признал в нем столь великого монарха.

Он не любит ни пышности, ни чрезмерного числа прислуги, и я часто видал его идущим в сопровождении не более одного-двух слуг, а то и вовсе без них. Помимо русского языка, он также порядочно знает немецкий, но еще лучше голландский. При этом он большой любитель всех занятных умозрительных наук, особенно математических и механических; также часто проводит время за токарной работой по слоновой кости. Однако более всего времени и трудов посвящает он мореплаванию и кораблестроению, в котором замечательно искусен и в котором превосходно разбирается. Я и сам часто видел, как он распоряжался и собственноручно работал на кораблях. Следует, кроме того, признать, что его величество благочестив и от природы добр и милостив. Говорят также, будто его величество весьма желал бы по-доброму реформировать и улучшить русское вероисповедание, как он уже для людей, переходящих в русскую веру, отменил в обряде крещения погружение в воду, прежде требуемое. Кроме того, он разрешил не соблюдать в своей армии принятые у русских долгие и строгие посты, во время которых им совсем нельзя есть мясо. Говорят также, что его величество весьма желал бы по примеру иных более умеренных христианских народов, чтобы повсеместно читались проповеди на русском языке, поскольку русское богослужение состоит в основном в чтении и пении мессы; а так как библия у них имеется только на славянском языке, к тому же [67] в не слишком хорошем переводе, то перевести ее на обычный общепринятый русский язык, чтобы ее легко могли понимать самые простые и ограниченные люди. Еще говорят, что его величество имеет доброе намерение более чем прежде приобщить русских архимандритов, священников, то есть попов, к учению, и впредь бы не мог легко быть посвящен в духовный сан тот, кто лишь немного умеет читать. Однако поскольку теперь его величество занят большой войной и русский народ, как известно, из-за тех или иных введенных обычаев (хотя многие из них хороши и заслуживают похвалы) и без того легко может взбунтоваться, то его величество до сего времени не мог пока вполне осуществить свои намерения. О его величестве нельзя также сказать, что он высокомерен или надменен, ибо он весьма милостив и дружелюбен с самым последним матросом и охотно с ним беседует. Мне довелось слышать рассказ, как его величество король Швеции 92 однажды объявил, что намерен свергнуть с престола его царское величество; узнав об этом, его царское величество разумно ответил: “Кичливость предшествует падению”. И эти слова, как нельзя лучше, подтвердились спустя недолгое время при Полтаве. 93 Известно, что он любит и глубоко уважает достойных людей, генералов, офицеров и специалистов (во всяком случае так было прежде) и подтвердил это, в частности, после кончины генерала Лефорта, 94 генерал-майора Шлунда 95 и генерал-майора фон Кирхена. 96 Надо также признать, что его царское величество наделен от природы добрым острым умом, и если он во всех своих предприятиях и делах скор и неутомим, то, однако же, определенно и то, что при исполнении замыслов, особенно крупных, весьма осторожен и осмотрителен и наперед сам все продумывает. В случае важных государственных дел он неожиданно идет к своим министрам и генералам или же предпочитает, чтобы министры и генералы собрались у него, либо определяет для совещания третье место. Он живет не в праздности, но в прилежных трудах. По утрам обычно встает очень рано — мне неоднократно случалось встречаться с ним на берегу в самую раннюю пору направлявшимся к князю Меншикову, либо к адмиралам, либо же на Адмиралтейский двор и в канатную мастерскую. Около полудня он обедает, и ему безразлично, у кого и где есть, однако наибольшее удовольствие доставляет ему есть у министров, генералов и посланников. Среди других ассамблей и собраний в С.-Петербурге охотно собирались также в третьем месте — у одного шведа, мундкоха его царского величества, 97 где каждую пятницу при желании сходились знатнейшие господа и офицеры, русские и немцы. Там они угощались, платя за это упомянутому повару по дукату, и порой в день набиралось 30, 40 и более дукатов. После обеда царь, поспав с час по русскому обыкновению, вновь принимается за дела и ночью обычно отдыхает по-настоящему.

Он не любит [карточной] игры, охоты и тому подобного, а развлечения ищет только на воде. Это его единственная страсть, и в этом его некоторое преимущество и отличие от всех монархов.

Вода кажется его истинной стихией, и его часто видят целый день плавающим на яхте, буере или шлюпке и упражняющимся в плавании под парусами. В этом деле его едва ли превзойдет кто-либо, [68] кроме господина вице-адмирала Корнелиуса Крюйса. Эта страсть настолько сильна, что его величество видят на воде и в дождь, и в снег, и в любую погоду, какой бы она ни была. Когда большая река Нева уже настолько замерзла, что лишь в одном месте, перед резиденцией его величества, оставалась еще сотня шагов чистой воды, он тем не менее плавал по ней под парусом на маленьком суденышке взад и вперед с обычным успехом. 98 А однажды взял на себя труд собственной высокой персоной арестовать все шлюпки (их было немало), нарушившие объявленный запрет плавать без парусов, 99 а также находившихся на них людей и доставил их к господину адмиралу Апраксину в его дом как подчиненный ему офицер и шаутбенахт; каждому [нарушителю] пришлось заплатить по 20—30 рублей штрафа. 100 Я видел также площадку, подготовленную по приказу его величества вдоль берега на реке, когда она уже полностью и крепко замерзла; площадка была несколько сот шагов, или рут, 101 длиной и примерно 30 шагов шириной; ее постоянно подметали, содержа чистой от снега и гладкой. Там он катался взад и вперед под парусом на совсем маленьких изящных шлюпках, или буерах, со специальными полозьями и соответствующим образом окованных снизу железом или сталью. И так он упражнялся в катании под парусом на гладком льду. 102

В военных делах и упражнениях как на суше, так и на воде (их добрым устройством он, без сомнения, обязан иностранцам, особенно немцам и голландцам) царь весьма сведущ, ибо, подавая хороший пример своему народу, взял на себя труд пройти все ступени, начиная от самой низкой, именно мушкетера и барабанщика, а также от матроса, и в мое время уже носил звание генерал-лейтенанта в армии и шаутбенахта во флоте; 103 за это он получает на себя из казны обычное жалованье. Я заметил также, что моряки, имеющие до него какое-либо дело, должны были обращаться к нему не “ваше царское величество”, а “господин шаутбенахт”, после чего он, выслушав жалобы и просьбы, направлял их адмиралам.

Как во внутренних и внешних делах он сам занимается всем, сам предпринимает много важных дел и руководит [осуществлением]; как стремится улучшить государство и цивилизовать свой народ; как почти при всех дворах, во всех уголках и концах света держит теперь своих посланников и людей, как знатные русские теперь отправляются в путешествия и чему они должны учиться, чтобы стать искусными на воде и на суше, — рассказ об этом оказался бы слишком пространным.

Хочу упомянуть лишь о том, что однажды слышал: его величество по собственному побуждению вознамерился проложить новую дорогу из города Москвы до С.-Петербурга протяженностью свыше 200 миль;

она не только должна быть очень широкой, но пройти по прямой линии обширными девственными местами через заросли, горы и долины, болота и воду и быть насколько возможно ровной. Кроме того, на ней предполагается поставить от одной почтовой станции до другой трактиры и деревни, с тем чтобы путешественники могли находить гораздо большие удобства и следовать дальше. Если это будет осуществлено, то, конечно, явится великим делом. 104 [69]

Еще я должен сказать, что означают так называемые версты. Одна верста равняется приблизительно четверти мили или несколько меньше, и все [расстояния] в этой стране измеряются верстами. 5 верст составляют немецкую милю, 105 и когда я еду из одного места в другое, из одного города в друг ой, то на каждой версте вижу установленные столбы, на которых написано или вырезано, на сколько верст один [город] отстоит от другого, поэтому тотчас можно видеть, сколько уже проехал; цифры проставлены с двух сторон, например: от С.-Петербурга до Нарвы ровно 164 версты, или 164 столба. Стало быть, следуя из Нарвы, на определенном расстоянии от нее вижу на одной стороне [столба], скажем, цифру 23, а на другой — 141, и в сумме будет 164. Подобные обозначения есть на каждом столбе.

Итак, я сразу могу узнать, сколько уже проехал и оставил за спиной и далеко ли еще до места, куда направляюсь. Для большей ясности я поместил на предыдущей, 77-й, странице изображение верстового, или дорожного столба, а здесь, на странице 78-й, для примера схематично представил дорогу из Нарвы в С.-Петербург.

ДАЛЬНЕЙШИЕ ЗАМЕЧАНИЯ О НЕКОТОРЫХ МИНИСТРАХ

Ограничиваясь кратким сообщением об этом, прежде всего скажу о князе Меншикове. Он первейший министр царя и доныне ближайший фаворит. Он высок ростом и статен и может похвалиться необыкновенным редким счастьем, ибо будучи самого низкого происхождения достиг княжеского достоинства. Он содержит порядочный придворный штат на немецкий манер, большинство его слуг — тоже немцы. Он пишется с большим титулом, он — фельдмаршал-аншеф царской армии, также губернатор Псковский, Ингерманландский, 106 Лифляндский, а теперь еще и Курляндский. Кроме того, его украшают различные ордена; в Мариенвердере он удостоен королевского прусского ордена, 107 а в 1710 году его величество король Дании прислал ему голубую орденскую ленту, 108 которую князь носит через плечо, [названный же] первым [орден] — в петлице. Сверх того, фортуна одарила его большими средствами и крупным состоянием, и он может похвалиться тем, что владеет сердцем царя и является вторым после него человеком во всей России; хотя у князя, говорят, и очень много завистников, но все они должны его опасаться. Он содержит самый большой из всех [вельмож] штат и, как я заметил, в случае торжеств князь Меншиков должен их устраивать. Так, например, все устраивалось им при бракосочетании покойного [ныне] герцога Курляндского или по поводу некоторых завоеваний важных местностей и подобные торжественные пиры. Сказать нельзя, сколько [таких празднеств] состоялось за время моего там пребывания, и на них в воздух было расстреляно невероятно много пороха, ибо когда пили за чье-либо здоровье, то, как правило, всякий раз палили из 11 пушек, и это часто продолжалось беспрерывно с полудня до позднего вечера, а то и до полуночи. Все проходит через [70] руки князя, он — доверенное лицо царя, и тем, у кого есть важное дело, приходится делать это через него. Действительно, ныне нам неизвестен другой подобный пример, чтобы кого-то фортуна вознесла с самой низкой ступени, из праха, на столь высокую вершину почестей; однако не знаю, сохранит ли ему фортуна до конца его дней эти высокие почести и благополучие. Я было намеревался кратко описать его жизнь и счастливое возвышение, но случайно прочел напечатанный два года тому назад в Париже маленький труд, в котором под названием “Le Prince Kouchimen” (читай наоборот: Мен-ши-ку, или -ов) и под другими скрытыми именами его жизнь описана уже довольно ясно. Книга эта потом была также вполне сносно переведена на немецкий язык. 109

Государственный, или великий, канцлер его превосходительство граф Головкин — из старого знатного русского рода. Это высокий и видный господин, удостоенный русского ордена Св. Андрея. Он занимается непосредственно государственными и политическими делами, и хотя не знает немецкого языка, однако имеющий к нему какое-либо дело может изложить его через переводчиков, каковых при великом канцлере несколько. Говорят, он искусный политик, и действительно, я должен отозваться о нем одобрительно, назвав его господином разумным и скромным, и за это его хвалят как соотечественники, так и иностранцы. При этом он очень набожен, будто бы настолько, что порой ночью встает с постели, когда его слуги уже спят в передней, и тем не менее истово молится перед своими богами. Кроме того, о нем говорят также, что он справедлив и одновременно великодушен. У него порядочное хозяйство, хотя далеко не такое большое, как у Меншикова, и он пользуется большим доверием и царя, и подданных.

Государственный подканцлер, ныне барон, Шафиров — видный, коренастый и полный господин. Он является, так сказать, помощником великого канцлера и обыкновенно занимается иностранной и немецкой перепиской, поскольку хорошо знает немецкий и польский языки. Поэтому же и немцы, как правило, обращаются сначала к нему. Он — тот самый господин, который одно время находился с сыном фельдмаршала Шереметева в Константинополе. 110

Великий адмирал его превосходительство граф Апраксин — из древнего знатного русского рода — коренастый господин, удостоенный ордена Св. Андрея. Он производит впечатление хорошего и честного человека. Ему принадлежит главное управление флотом и морскими делами. Он содержит порядочный штат в соответствии со своим положением и пользуется добрым отношением всех.

Вице-адмирал его превосходительство господин Корнелиус Крюйс — высокий видный человек, под глазом у него багровое родимое пятно. Он чрезвычайно опытный моряк и участвует в управлении морским ведомством, где, пожалуй, основное бремя лежит на нем. Он в высшей степени правдивый и честный человек, великодушный, справедливый и обязательный в делах. При этом он очень вежлив, отзывчив и радушен по отношению ко всякому. Он превосходно владеет своей профессией, за что и находится в особой милости у царя. Помимо того, он еще главный старшина евангелических [71] и реформистских церквей и школ всей России и по справедливости покровитель и патрон всех немцев и голландцев.

Господин адмиралтейств-советник по фамилии Кикин родом русский, он добрый и видный человек. Он любит специалистов и образованных иностранцев, особенно немцев. Он заведует всем необходимым для вооружения кораблей.

Комендант крепости С.-Петербург — по происхождению из старых московских немцев, его фамилия Брюс, 111 он брат генерал-фельдцейхмейстера господина Брюса. 112 Комендант евангелического вероисповедания, разумный и честный человек, имеет чин генерал-лейтенанта.

Кроме того, во время моего пребывания в С.-Петербурге там находились из других знатных господ, министров и посланников:

его княжеская светлость покойный [ныне] герцог Курляндский, безвременная смерть которого вызвала общее сожаление.

Далее [перечисляю] без соблюдения рангов.

Его величества Римского императора чрезвычайный посланник его превосходительство господин граф фон Вильчек 113 и т. д., и т. п.

Его величества короля Польши и его светлости курфюрста Саксонии чрезвычайный посланник его превосходительство господин граф фон Фицтум. 114

Его величества короля Дании чрезвычайный посланник его превосходительство господин вице-адмирал фон Юль 115 и т. д.

Его величества короля Пруссии чрезвычайный посланник его превосходительство господин маршал фон Биберштейн 116 и т. д.

А также господин посланник тайный советник фон Кайзерлинг, ныне уже покойный. 117

Господин советник палаты Лау 18 из Кенигсберга, поверенный из Курляндии и другие. От князя Ракоци 119 тоже кто-то был, но я забыл его имя. Из генералов там были, в частности, генерал Ренн, 120 Энцберг, 121 Биркгольц, 122 также многие офицеры более низких званий.

Кроме того, господин фельдмаршал-лейтенант барон фон Дер Гольц, находившийся в немилости, и над ним состоялся формальней генеральный военный суд по немецкому образцу. 123

Далее, шведские генералы в качестве военнопленных, среди них господин граф Пипер, 124 господин фельдмаршал Реншельд, 125 генерал граф Левенгаупт. 126 [Еще] господин граф Стрёмберг, 127 как бывшей рижский генерал-губернатор, но его обменяли на находившегося в шведскому плену русского генерала Вейде 128 и он отплыл морем в Стокгольм. Также и статс-секретарь Седеръельм. 129

Эти господа перед началом войны с Турцией 130 вновь были отправлены из Петербурга в глубь России. Правда, находился там еще некий кавалер Мальтийского ордена, родом француз, намеревавшийся наняться командиром корабля, но, не достигнув этой цели, должен был ни с чем уехать обратно.

В этой связи я вполне мог бы добавить еще много замечаний о важных вещах, однако имею свои причины ограничиться здесь уже изложенным. Но в заключение хочу еще привести описания трех любопытных празднеств, и первое — [72]

ПОДЛИННОЕ ОПИСАНИЕ БРАКОСОЧЕТАНИЯ ГЕРЦОГА КУРЛЯНДСКОГО С ЕЕ ВЫСОЧЕСТВОМ РОССИЙСКОЙ ПРИНЦЕССОЙ

После того как на 11 ноября (31 октября) 1710 года было окончательно назначено совершение в С.-Петербурге бракосочетания герцога Курляндского, за два дня до этой даты 4 камергера ездили в карете, запряженной шестеркой лошадей, — два по эту и два по ту сторону реки Невы — приглашая на празднество иностранных и отечественных министров, а также иных знатных особ. 131 В назначенный день около 9 часов утра его царское величество как обер-маршал отправился в сопровождении 24 подмаршалов и нескольких знатных господ и кавалеров в шлюпках через Неву от своего дома к вдовствующей царице, 132 поскольку ее величество жила по другую сторону реки. Впереди плыл немецкий оркестр из 12 музыкантов с рожками и тромбонами; за ним следовали его царское величество с несколькими шлюпками, и царская барка находилась в середине. На гребцах была матросская одежда из красного бархата с золотыми галунами, и на груди [у каждого] — большой серебряный щит с царским гербом. Его царское величество был в алом платье с собольими отворотами, опоясан серебряной бахромчатой портупеей с серебряной шпагой, при ордене Св. Андрея на голубой ленте, в белом парике на голове, однако без шляпы, а в руке он держал большой маршальский жезл с длинной кистью из богатых золотых и серебряных переплетенных лент.

Когда его царское величество прибыл к вдовствующей царице, там уже собрались августейшая невеста с ее высочествами своими сестрами и царской сестрой и знатнейшими русскими дамами в соответствующих случаю немецких одеждах. Ею величество приветствовали несколько русских господ и кавалеров и провели к вдовствующей царице. Примерно через полчаса все сошлись к судам. 133 Его величество шел с маршальским жезлом впереди, за ним следовала августейшая невеста с двумя ее высочествами сестрами-принцессами и вдовствующей царицей. Они сели в вышеупомянутую барку, а другие дамы, русские господа и кавалеры, севшие в шлюпки, последовали за ней. Его царское величество отправился затем к резиденции герцога Курляндского, где уже собрались иностранные министры, многие другие знатные господа и офицеры. Вышеупомянутые музыканты с рожками и тромбонами шли впереди, а за ними царь с маршальским жезлом в руке и многие знатные господа. Его светлость герцог с присутствующими господами пошли навстречу его величеству и провели его в большой зал. Августейшая невеста с другими дамами тем временем оставались на воде в барке и шлюпках. Его величество, откушав поданных сластей и холодных блюд, вернулся со всеми к барке и шлюпкам, которых было более 50, и все поплыли вниз по реке к дворцу князя Меншикова в следующем порядке:

1) вышеупомянутые музыканты с рожками и тромбонами;

2) его величество как обер-маршал с подмаршалами и несколькими знатными господами, министрами и кавалерами; [73]

3) августейшая невеста, вдовствующая царица, другие их высочества принцессы и большая свита дам;

4) иностранные и отечественные министры, присутствующие генералы, офицеры и многие русские князья, бояре, а также иные господа.

Прибыв к дворцу князя Меншикова и высадившись, господа и министры пошли вперед. За ними шли по бокам от герцога Курляндского его царское величество, заменявший также отца, и князь Меншиков. Затем августейшая невеста в сопровождении великого адмирала графа Апраксина и великого канцлера графа Головкина. Далее вдовствующая царица с их высочествами принцессами. Наконец прочие русские и другие дамы. Шествие замыкало несколько кавалеров и офицеров, а также множество других лиц и придворных, русских и немцев. Все они были облачены в весьма богатые немецкие одежды. Невеста была в белом бархатном платье с золотыми городками и длинной княжеской мантии красного бархата, подбитой горностаем, которую она, однако, [потом] сняла, садясь за стол; на голове ее была прекрасная, усыпанная алмазами королевская корона. Герцог же был облачен в белое платье с золотым шитьем.

Когда входили во двор, послышались звуки литавр и труб — рота Преображенской гвардии взяла на караул, и ее музыканты заиграли. Затем в том же порядке процессия сразу двинулась в определенную небольшую комнату, где одним русским архимандритом 134 был совершен обряд венчания. Посреди комнаты, ближе к одной ее стороне, находился алый бархатный балдахин, на полу лежал турецкий ковер, рядом в углу за шелковой занавесью была устроена маленькая часовня. Спереди у входа [в нее] на этой шелковой занавеси были красиво нарисованы, по русскому обычаю, изображения нескольких святых и [написаны] русские надписи. Внутри стоял маленький столик, или алтарь, на котором были серебряная шкатулка с русским Богом, как они его называют, а также большая книга в серебряном окладе, зажженная свеча и два красных княжеских венца. Обряд венчания архимандрит совершил на русском языке, но потом ему пришлось повторить на латинском. Во время церемонии бракосочетания только что упомянутые княжеские венцы держали: один — над принцессой — князь Меншиков, а другой — над герцогом — морской капитан. Однако при этой церемонии не палили из пушек, что впоследствии было сочтено упущением. Сразу после венчания пошли к столу в оборудованные для пира две большие комнаты. В первой, как главнейшей, у дальней стены находился алый бархатный балдахин, под которым стоял большой овальный стол; к нему как к свадебному его величество повел жениха герцога и августейшую невесту — ее по правую, а герцога по левую руку. Напротив сидели их высочества принцессы — сестры невесты, затем вдовствующая царица, сестра царя и прочие дамы. Над августейшей невестой и их высочествами принцессами висели лавровые венцы, а над герцогом — венок, сплетенный на древнеримский манер. Кроме этого стола, перпендикулярно к нему стояли два больших овальных стола, за одним из них сидели русские княгини, боярыни и иные знатные придворные дамы. За другим — некоторые русские и немецкие [74] кавалеры и офицеры. У стены близ входа в комнату, напротив свадебного, был еще один большой овальный стол, за которым сидели князь Меншиков, знатнейшие отечественные и иностранные министры и несколько генералов. 135

В другой же комнате были два длинных узких стола со скамьями, за ними сидели некоторые бояре и другие русские и немецкие господа, офицеры и придворные.

Гостей на этой свадьбе угощали самолично его царское величество как обер-маршал с маршальским жезлом и 24 подмаршала, или шафера, как их называют; все они и сам его величество ходили вокруг столов, имея в знак своего звания на правой руке розу или кокарду из брабантского кружева и красивой дорогой разноцветной ленты. Его величество сам стоя провозглашал тосты за здоровье и находился в добром расположении духа. А подмаршалы (часть их была из морских капитанов), по русскому обычаю, подносили гостям стаканы с вином. За свадебным столом кушанья подавал первый камергер его величества. Всякий раз, когда пили за здоровье, раздавались залпы из 11 пушек либо из 14 пушек с корабля, или яхты, его величества как шаутбенахта, называемой “Лизета”. 136 Для стрельбы перед домом Меншикова были установлены 15 шестифунтовых бронзовых и 15 чугунных пушек, а на реке напротив стояла упомянутая яхта, сверху донизу увешанная развевающимися разноцветными флагами и вымпелами.

Встав из-за стола, до 2 часов ночи танцевали польские и французские танцы. Но около двух светлейшая чета была сопровождена его царским величеством и знатнейшими [гостями] в спальню, где стоял стол со сластями. Невеста и жених с несколькими кавалерами и дамами, сев за него, выпили [по] нескольку стаканов вина. Однако через четверть часа поднялись, и жених с невестой удалились для раздевания в имевшиеся там две комнаты. Остальное же общество разъехалось по домам. Когда невеста и жених разоблачились, сначала невеста была препровождена вдовствующей царицей и принцессами к ложу, а затем жених — его царским величеством. Назавтра князь Меншиков вновь угощал в своем дворце; перед тем как сесть за стол, его царское величество сорвал венок, висевший накануне над герцогом, и когда герцог с герцогиней намеревались сесть, пригласил его светлость самому сорвать, по русскому обычаю, венец, также накануне висевший над невестой. Герцог и вознамерился сделать это тотчас же, но поскольку венец был привязан довольно крепко, он, проворно воспользовавшись ножом, отрезал его. Два же других венца, под которыми сидели еще незамужние принцессы, остались висеть.

Среди прочих угощений на обоих главных столах были поставлены два больших бутафорских пирога, каждый длиной примерно в пять четвертей локтя. Когда прочие блюда убрали, его величество раскрыл эти стоявшие уже некоторое время пироги, и из каждого выскочило по хорошо одетой карлице. Его величество перенес одну со стола князя Меншикова к свадебному столу, где обе карлицы станцевали маленький менуэт. В продолжение обеда провозглашали много тостов за здоровье; и под звуки труб и литавр часто — гораздо чаще, нежели накануне — [75]

ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ РАСПОЛОЖЕНИЕ СТОЛОВ И ОТВЕДЕННЫХ КОМНАТ, ГДЕ КУШАЛИ НА СВАДЬБЕ ЕГО СВЕТЛОСТИ ГЕРЦОГА КУРЛЯНДСКОГО И EЕ ВЫСОЧЕСТВА РОССИЙСКОЙ ПРИНЦЕССЫ

Виночерпии Виночерпии

Русские дамы

 

 

 

Передняя, где были музыканты с трубами, литаврами, рожками, тромбонами и другими инструментами

 

 

 

Столы бояр и других господ и придворных

Свадебный

Балдахин

стол

Стол князя Меншикова, за ним иностранные министры

 

Кавалеры

Виночерпии Виночерпии

по обыкновению, всякий раз делалось 11 выстрелов. После продолжавшихся примерно 2 часа танцев был представлен фейерверк, длившийся полтора часа, однако плохо удавшийся, так как с его величеством, когда он фейерверк зажигал, едва не произошло несчастье. На реке на специально построенных плотах были поставлены три главные части. Среди прочего были видны вензели обоих новобрачных, а над ними их гербы, которые паривший в воздухе купидон держал соединенными цепью. Сверху была надпись, заключающая в себе дату:

p r I n C I p e s a M o r I s f o e D e r e I V n C t I. 137

Был также купидон, сковывавший на наковальне два сердца, с надписью на русском языке: “Два воедино соединяю”. Когда фейерверк сгорел и еще с час потанцевали, его светлость герцог с ее светлостью молодой супругой, сопровождаемые несколькими министрами и придворными, отправились в свой дом, где стол уже был накрыт сластями и холодными кушаниями. Намерение же прочих присутствовавших иностранных министров и других, также желавших проводить домой светлейшую чету, его светлость отклонил ввиду весьма позднего времени. На третий день, 13(2) ноября, придворный пастор герцога Курляндского благословил брак проповедью и были прочтены из 12-го псалма стихи 5 и 6.

В следующее воскресенье герцог угощал его царское величество со всем царским семейством, а также знатнейших дам, иностранных министров и других кавалеров. Здесь царь со своими бывшими на свадьбе 24 подмаршалами занял отдельный стол. Дамы также сидели за отдельным столом, а за третьим князь Меншиков, герцог Курляндский, иностранные и другие министры и т. д.

Это — наилучшее и точнейшее описание, удостоенное чести быть разосланным к королевским, курфюршеским и княжеским дворам.   138 [76]

 

 

ДОСТОПАМЯТНАЯ СВАДЬБА КАРЛИКОВ

После того как его величество милостивейше соизволил устроить свадьбу карликов, она была окончательно назначена на 24(13) ноября 1710 года, то есть вскоре после бракосочетания герцога. Накануне два хорошо сложенных, хорошо одетых карлика ездили по городу в маленьком трехколесном экипаже, запряженном доброй лошадью, убранной разноцветными лентами, приглашая на свадьбу высоких гостей. Перед экипажем, по русскому обычаю, ехали верхами двое хорошо одетых слуг. Утром назначенного для свадьбы дня невеста и жених были русским обычаем обвенчаны в русской крепостной церкви. Впереди шел хорошо одетый маленький карлик-маршал с маршальским жезлом, на котором висела длинная, соразмерно жезлу, кисть, сплетенная из разноцветных лент. За карликом-маршалом следовали тоже красиво наряженные невеста с женихом, затем его царское величество в сопровождении нескольких своих министров, князей, бояр, офицеров и прочих; за ними карлики мужского и женского пола, всего числом 72; 139 одни жили здесь у его величества царя, у вдовствующей царицы, у князя и княгини Меншиковых и других господ; большинство же было специально срочно доставлено сюда из России, и некоторых привезли для этого более чем за 200 миль. 140 Шествие замыкала толпа зрителей. В церкви эти карликовые особы заняли середину, и когда священник спросил карлика-жениха, желает ли он сочетаться браком со своей невестой, тот звонким голосом ответил по-русски: “С тобой и никакой другой”. Невеста же на вопрос, желает ли она иметь мужем своего жениха и не помолвлена ли она с кем другим, ответила: “Вот было бы забавно”, однако ее “да” прозвучало едва слышно, над чем присутствующие от всего сердца посмеялись. Его величество в знак своей высокой милости сам по русскому обычаю держал над нею венец. По совершении обряда венчания все отправились водой вниз по течению во дворец князя Меншикова и сели за стол. Для этого был отведен тот же большой зал, в котором его величество угощал гостей на свадьбе герцога Курляндского. Невеста с женихом и всей компанией карликов, одетых красиво и богато в немецкое платье, расположились посреди комнаты за различными маленькими столами.

Над столами жениха и невесты (они сидели за разными столами) находились два маленьких шелковых балдахина, а там, где сидела невеста, висели и три маленьких лавровых венца — один над нею, другие над ее подружками. Над женихом был сплетенный лавровый венок. Угощали гостей, как и на свадьбе герцога Курляндского, маршал и 8 подмаршалов — все карлики, также в знак своего звания имевшие на правом рукаве кокарды из кружев и разноцветных лент. Они хлопотливо ходили по залу, хорошо потчуя гостей, и проделывали это столь забавно и важно, словно никого, кроме них, в комнате не было. Маленький форшнейдер, сидевший между обеими подружками невесты, также был удостоен ими кокарды и в изъявление признательности и благодарности каждую поцеловал. Вдоль четырех стен тянулся как бы только один-единственный узкий [77]

ОБОЗНАЧЕНИЕ СТОЛОВ, КАК ОНИ СТОЯЛИ Н. ПАМЯТНОЙ СВАДЬБЕ КАРЛИКОВ [78]

стол, за ним сидели его величество с герцогом Курляндским, иностранные и российские высокие министры, генералы, герцогиня Курляндская, ее сестры-принцессы и знатнейшие русские дамы, а также, наконец, прочие князья, бояре и другие русские и немецкие офицеры; все расположились вокруг спиной к стене, как показано на чертеже, таким образом, чтобы лучше наблюдать за суетой и действиями карликов. Провозглашать тосты за здоровье начал маленький маршал, подошедший со своим жезлом в сопровождении восьми подмаршалов к столу его величества. Они поклонились до земли и затем осушили свои стаканы до дна, словно самые большие люди, чем всех удивили. При этом находившиеся перед комнатой музыканты заиграли в рожки и тромбоны.

За домом стояло несколько маленьких пушек, однако они не выпалили, так как юный сын князя Меншикова был смертельно болен и скончался еще того же дня. 141 Когда поднялись из-за стола, танцевать стали одни только карлики, но русские танцы. Это продолжалось примерно до 11 часов, и они по-своему очень веселились. Легко вообразить, какие тут были удивительные прыжки, ужимки и фигуры как во время танцев, так и у столов, и карлики сильно веселили, заставляя смеяться всех высоких и знатных свадебных гостей, особенно его величество. Ведь среди этих 72 карликов было столько самых разных и дивных фигур, что на них невозможно было глядеть без смеха. У некоторых был высокий горб и коротенькие ножки, у других большой живот, у третьих коротенькие кривые ножки, как у таксы; в свою очередь у них большая толстая голова, или кривой рот и большие уши, или маленькие глазки и толстые щеки и много другого забавного. Вечером жениха и невесту отвезли в царский дом, где в спальне царя им было приготовлено ложе, и они провели ночь в любовных утехах. Остальных же карликов отправили по своим местностям. Так завершилась эта свадьба в миниатюре, ставшая редкостным событием и собравшая вместе более 70 карликов, славно позабавивших свадебных гостей и прочих многочисленных зрителей. 142

ИЗВЕСТИЕ О ДРЕВНЕМ РУССКОМ ОБРЯДЕ ВОДОСВЯТИЯ

Это водосвятие — древний обычай, восходящий еще к первым греческим христианам, а может быть, и к более раннему времени, поскольку прежде полагали, что проточная вода особенно хорошо смывает грехи. Потому и первые христиане стремились креститься в проточных реках, тем более что обычай первых христиан требовал и детей, и взрослых, обращенных из язычества в христианскую веру, трижды погружать в воду. Он сохраняется и по сей день у русских, чрезвычайно любящих купаться и мыться в реках. А для того чтобы эти реки, по их мнению, воздействовали еще сильнее, русские в один определенный день 143 освящают такую воду; это, если не ошибаюсь, день трех волхвов. В прошедшем 1711 году в названный день я наблюдал церемонии, сопровождавшие это освящение. Рано утром, в соответствии с русским обычаем, в церквах и часовнях зазвонило [79] много колоколов, и богослужение отправлялось с особенной торжественностью. Тем временем на большой реке Неве, покрытой очень толстым льдом, выстроился в большое каре пехотный полк, как бы закрыв крест. В середине [этого каре] во льду была проделана большая четырехугольная прорубь, подобно колодцу, площадью примерно 3—4 квадратных фута, и обнесена перилами, покрытыми грубым красным сукном. За нею возвышалась деревянная арка — крестообразная и заостряющаяся кверху; внизу на ленте качался деревянный голубь, без сомнения, представлявший Бога — Святого Духа. У этой проруби был также поставлен стол, или алтарь, у которого попы и священники совершали свои церемонии. Примерно в 10 часов, по завершении в крепостной церкви службы, архимандриты и попы в полном облачении направились процессией из крепости к упомянутому месту на реке. За ними следовали его царское величество, министры и несколько тысяч господ и простолюдинов. По прибытии туда пропели молитвы и затем первенствующий архимандрит совершил обряд водосвятия, после чего обрызгал стоявших вокруг знатных господ и прочих кропилом; также им подали в сосудах для испития воду. При этом выпалили пушки с крепости, и войско в строю также салютовало.

После этого его величество со многими из знатнейших господ отправились по домам. Едва высокопоставленные особы удалились, остальные русские обоего пола огромной толпой очень поспешно подбежали к проруби и принялись черпать из нее воду, насколько это удавалось в сильной давке. Одни уносили воду домой, чтобы поделиться со своими [домочадцами], а иные, главным образом мужчины, раздевшись донага, с большим нетерпением и пылом бросались в прорубь и некоторое время омывались. Между тем остальные как ни в чем не бывало наполняли водой свои кувшины и [другие] сосуды, невзирая на то, что люди [рядом] весьма усердно смывали с себя грязь. Наконец ушел войсковой караул, и люди постепенно расходились. Но купание и зачерпывание воды продолжалось еще весь день; дома ее отчасти пили, отчасти же женщины мылись в ней. 144 Ибо русские верят, что эта вода на протяжении целого года будет сильным лечебным средством, и не только в этот день, а пока у них остается хоть капля, употребляют ее для смывания грехов и избавления от них. В [описываемый] день стояла сильная стужа, но купавшихся в проруби это ничуть не смущало. Впрочем, я частенько видал, как и мужчины, и женщины, чрезвычайно разгоряченные, выбегали вдруг нагими из очень жаркой бани и с ходу прыгали в холодную воду или какое-то время катались в снегу, остывая, сколь бы ни был силен мороз. После этого они считают себя совершенно здоровыми и бодрыми. Поэтому русские моются очень часто; пожалуй, нет ни одного домишки или хижины, даже самой бедной, при которой бы не стояла баня. Иного лечения они не знают.

Вышесказанным легко можно объяснить, почему русские предпочитают селиться у больших и малых рек. Ведь купание для них — почти незаменимая и необходимая вещь, будь то зимой или летом. [80] Вообще зимой они моются едва ли не охотнее, нежели летом, так как получают тогда большее удовольствие и радость от большего остывания и взбадривания. Однако другим народам, особенно живущим в умеренном и жарком климате и непривычным к такому охлаждению, пришлось бы худо, последуй они в этом господам русским. И на этом известию конец.

Комментарии

1. Нотебург (древняя русская крепость Орешек) на острове в истоке Невы из Ладожского озера был взят штурмом 11 октября 1702 г. и переименован Петром I в Шлиссельбург (“Ключ-город” — царь справедливо считал эту крепость ключом к Балтийскому морю). Ныне вновь носит первоначальное название — Орешек.

2. Ниеншанц (русское название Канцы) — крупный центр международной торговли у впадения р. Охты в Неву; взят войсками Петра I 1 мая 1703 г. Царь переименовал Ниеншанц в Шлотбург, но вскоре приказал его срыть.

3. Ингерманландия — немецкое и шведское название Ижорской земли (Ижоры), территории по южному побережью Финского залива, левому берегу Невы и юго-западному Приладожью. Встречается также латинское ее название Ингрия.

4. Восточное море (Ost-See) — Балтийское. Мы здесь и далее переводим как “Восточное”, ибо в публикуемых описаниях наряду с Ost-See встречается и Baltische See.

5. Ретусари, Ретусаари — финское название о. Котлин; именовался также островом Ричарда.

6. Речь, скорее всего, идет о нападении шведского корпуса (8 тыс. человек) с моря на Котлин 15 июля 1704 г. Подойдя к острову приблизительно на 40 кораблях и судах, противник пытался высадить тысячный десант на 50 лодках, однако встреченный дружным огнем, отступил, понеся большие потери (Походный журнал 1704 года. СПб., 1854. Дополнение. Поденная записка, или журнал воинскаго и инаго поведения, 1704-го года генваря с 1-го числа. С. 62—63; Крепость Кронштадт при Петре Великом. Кронштадт, 1904. С. 8). Очень похожий эпизод имел место ровно через год — 14 июля 1705 г. (Походный журнал 1705 года. СПб., 1854. С. 23—24; Крепость Кронштадт... С. 10—11). О нападении 1705 г. сообщил в своем дневнике датский посланник (Юль Ю. Записки. С. 179).

7. Неточность. Санкт-Петербургская крепость была заложена 16/27 мая 1703 г.: эта дата считается днем основания города.

8. Цифра легендарная и проверке не поддается. В иностранных источниках первой четверти XVIII в. нередки подобные сведения о десятках, а то и сотнях тысяч работных людей, погибших при строительстве Петербурга, Кроншлота и Кронштадта, Таганрогской гавани и крепости, каналов и т. д. Л. Ю. Эренмальм, например, писал, что на строительстве одной только Петербургской крепости за 1703—1704 п. “было погублено свыше 50—60 тысяч человек” (Ehrenmalm L. J. Rysslands tillstand under Peter I//Uppsala universitetsbibliotek. H-195. S. 11). Согласно сведениям Ф.-Х. Вебера, на петербургских и кроншлотских работах погибло более 300 тыс. человек (см.: Вебер Ф.-Х. Записки. Стб. 1119). Сошлемся в этой связи на письмо А. М. Черкасского, в 1717 г. доносившего царю: “По примеру прошлых лет беглых и умерших в год 1000 человек, иногда и больше” (цит. по: Пекарский П. П. Петербургская старина. Т. 81. С. 338). Однако неясно, какова в этой цифре доля последних.

9. Земляная крепость действительно была в основном возведена за вторую половину мая—август 1703 г.

10. Земляной кронверк был построен в 1705—1708 гг.; состоял из бастиона и двух полубастионов, соединенных куртинами (Бастарева Л. И., Сидорова В. И. Петропавловская крепость. Л., 1983. С. 10).

11. Крепость целиком занимает небольшой остров, образованный Невой и Кронверкской протокой; остров имеет около 750 м в длину и около 360 м в ширину. Более известен под названием Заячьего (швед. Хазенхольм, Газенхольм; фин. Енисаари); назывался также Веселым (швед. Люстэланд).

12. Первоначальная церковь во имя св. Петра и Павла, заложенная 29 июня 1703 г.; в 1712 г. вокруг нее стали возводить каменный собор.

13. Лютеранская церковь во имя св. Анны была построена в 1704 г.

14. Неточность. Каменные стены крепости вместо земляных начали поэтапно возводить с 30 мая 1706 г.; строительство было в основном завершено к 1740 г.

15. 300 пушек стояло на валах крепости уже осенью 1703 г. (Канн П. Я. Петропавловская крепость. Л., 1957. С. 28).

16. Первый мост (плашкоутный) с Заячьего острова на Петербургский был построен в 1703 г. одновременно с земляной крепостью. Вскоре он был перестроен, стал многопролетным мостом балочной системы на свайном основании и просуществовал до 1738 г. (Бунин М. С. Мосты Ленинграда. М., 1986. С. 34).

17. Первоначальные деревянные ворота построил в 1708 г. Д. Трезини. После перестройки в камне (1717—1718 гг.) ворота получили название Петровских (Канн П. Я. Петропавловская крепость. С. 63).

18. То же в описании датского дипломата под 30 апреля 1710 г.: “...царь (завел) себе большой желтый русский штандарт, который при всяком торжестве развевается над Петербургскою крепостью. На (штандарте) изображены царский черного (цвета) герб и четыре моря, по одному в каждом углу, в знак того, что (царь) владыка четырех морей” (Юль Ю. Записки. С. 188).

19. Кронверкская протока, где российский Балтийский флот зимовал в первые годы своего существования.

20. Прасковья Федоровна (1664—1723), вдова царя Ивана V Алексеевича (сводного брата Петра I), умершего в 1696 г.; ее дочерей звали Екатерина, Анна и Прасковья.

21. Меншиков Александр Данилович (1673—1729), фаворит Петра 1, виднейший политический и военный деятель эпохи. Имперский князь (1705), российский князь (1707), губернатор Петербурга и Петербургской (до 3 июня 1710 г. — Ингерманландской) губернии, президент Военной коллегии (1718—1724 и 1726—1728), генералиссимус (1727). Речь идет о мазанковом доме А. Д. Меншикова на Петербургском острове, лучшем в ту пору в городе доме. В нем Петр I давал аудиенции иностранным дипломатам. Дом стоял несколько выше Домика Петра I, “сажен 20 вправо” (Пекарский П. П. Петербургская старина. Т. 82. С. 145).

22. Герцог Курляндский Фридрих Вильгельм (1693—1711), племянник прусского короля Фридриха, в 1710 г. женился на Анне Ивановне, дочери Ивана V Алексеевича и будущей российской императрице. Брачный договор был заключен в Петербурге 10/21 июня 1710 г. и подписан герцогом 2/13 июля (ПСЗ. Т. 4. № 2272. С. 494—497; П и Б. Т. 10. Примечание к № 3959. С. 709). Фридрих Вильгельм умер 9 января 1711 г. в Дудергофе близ Петербурга (Походный журнал 1711 года. СПб., 1854. С. 1. 2. 101, 109).

23. Головкин Гаврила Иванович (1660—1734), русский государственный деятель. Постельничий, начальник посольской канцелярии (с 1706), затем Посольского приказа, канцлер (с 1709), граф (с 1710), президент Коллегии иностранных дел (с 1718), сенатор, член Верховного Тайного совета (1726—1730). Его каменный дом, первый в Петербурге, был построен в 1710 г. (Пекарский П. П. Петербургская старина. Т. 82. С. 146).

24. Шафиров Петр Павлович (1669—1739), русский государственный деятель. Тайный секретарь при канцелярии Ф. А. Головина (с 1703), вице-канцлер и управляющий почтами (с 1709), барон (с 1710), посланник в Турции (1711—1714), вице-президент Коллегии иностранных дел (с 1718). В 1723 г. сослан в Нижний Новгород, в 1725 г. возвращен Екатериной I и назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1730—1732 гг. — посол в Персии, в 1733—1739 гг. — снова президент Коммерц-коллегии.

25. Перечислены дома, стоявшие на стрелке Невы и Большой Невки.

26. Большая Невка.

27. Черкасский Алексей Михайлович (1680—1742), русский государственный деятель, князь. Помощник тобольского воеводы (с 1702), член Комиссии городских строений в Петербурге (с 1714), обер-комиссар Петербурга (1715—1719), сибирский губернатор (1719—1724), сенатор и тайный советник (с 1726).

28. Согласно изученной П. Н. Петровым (теперь утраченной) “Подворной описи Городского острова”, которая была составлена в Петербургской губернской канцелярии в декабре 1713 г., госпиталь располагался в 11 “отдельных казарменных строениях” (Петров П. Н. История Санкт-Петербурга. С. 98).

29. Лютеранское, или немецкое, кладбище находилось в северо-восточной части Аптекарского острова.

30. На правом берегу Большой Невки, напротив лютеранского кладбища.

31. Имеется в виду монастырь св. Александра Невского, основанный в 1710 г. (с 1797 г. — Александро-Невская лавра) на месте, где, как тогда полагали, состоялась знаменитая битва новгородского войска под предводительством князя Александра Ярославича со шведами (1240 г.).

32. Первый гостиный двор на Петербургской стороне (построен в 1705 г.) сгорел 28 июля 1710 г. (Походный журнал 1710 года. СПб., 1854. С. 18). О пожаре сообщил Ю. Юль, находившийся тогда в Петербурге (Юль Ю. Записки. С. 229); датчанин подробно описал и казнь грабителей (там же, с. 229—230).

33. Новый мазанковый гостиный двор был, по А. И. Богданову, построен взамен сгоревшего только в 1713 г. (Богданов А. И. Описание Санткпетербурга. С. 109). Ту же дату приводит новейший исследователь (Овсянников Ю. М. Доминико Трезини. Л., 1988. С. 55). Автор описания, напомним, покинул город в начале 1711 г.

34. По С. П. Луппову, это “район нынешнего проспекта Добролюбова и прилегающих улиц” (Луппов С. П. История строительства Петербурга. С. 21).

35. Подробно застройка Петербургского (Городского) острова по состоянию на конец 1713 г. освещена П. Н. Петровым по уже упомянутой подворной описи (Петров П. Н. История Санкт-Петербурга. С. 93—102).

36. Немецкая географическая миля составляет 7420.44 м.

37. У истока р. Фонтанки из Невы стоял первоначальный Летний дворец Петра I, построенный в 1703 г.

38. Собеский Ян (Иоанн), Ян III (1629—1696), король Речи Посполитой с 1674 г., в 1686 г. заключивший с Россией “вечный мир”.

39. Кристина Августа (1626—1689), шведская королева (с 1632), в 1654 г. уступила престол своему брату Карлу Х Густаву.

40. Речь идет о походе финляндской армии под командованием генерала Георга Любеккера (Либекера) на Петербург в 1708 г., закончившемся катастрофически для нападавшей стороны. О ключевом моменте операции см. наш комментарий в кн.: Россия в начале XVIII века: Сочинение Ч. Уитворта. М.; Л., 1988. С. 152—153. — См. также специальные работы: Тимченко-Рубан Г. И. Военные действия в Ингерманландии в 1706—1708 гг. // Военный сборник. 1900. № 10. С. 217—227: Uddgren Н. Е. Den Lybeckerska armens uppgift i 1708 ars anfall mot Ryssland // Historisk tidskrift (Stockholm). 1906. N 26. S. 107—113.

41. Большой, или Царицын, луг (ныне Марсово поле).

42. Геркенс во втором описании Петербурга, изданном в 1718 г., говорит о Почтовом доме, “который раньше был питейным заведением” и затем перестроен (“Описание... столичного города С.-Петербурга...” // Белые ночи. Л., 1975. С. 212). Этот мазанковый Почтовый дом, по А. И Богданову, существовал уже в 1714 г., и в нем Петр I “многократно отправлял некоторым праздникам и викториям торжества” (Богданов А. И. Описание Санктпетербурга. С. 148—149).

43. По-видимому, самый первый Зимний дом, срубленный в 1703 г.; в 1710—1711 гг. Д. Трезини построил для царя другой.

44. Крюйс Корнелий Иванович (1657—1727), российский военно-морской деятель. На русской службе с 1698 г. со званием вице-адмирала. Адмирал с 1721 г. Организатор обороны Петербурга в первые годы его существования. До 1713 г. командовал Балтийским флотом. Вице-президент Адмиралтейств-коллегий (с 1718). О происхождении К. И. Крюйса в литературе имеются разногласия. Одни авторы считают его голландцем, другие — норвежцем. В действительности он родился в норвежском городе Ставангере, но родители его были голландцами. До приезда в Россию К. И. Крюйс долго служил в голландском флоте (см. о нем: Buesching A.-F. Geschichte der evangelisch-lutherischen Gemeinen im Russischen Reich. Altona, 1766. Th. 1. S. 115-126; Die St. Petri-Gemeinde : Zwei Jahrhunderte evangelischen Gemeinlebens in St. Petersburg. 1710—1910. SPb., 1910. S. 234—236; Lemmerich C. Geschichte der evangelisch-lutherischen Gemeinde St. Petri in St. Petersburg. SPb., 1862. Bd 1. S. 43—44.

45. Датский посланник под декабрем 1709 г. продиктовал своему секретарю Р. Эребо: “Вице-адмирал Крейц построил в Петербурге лютеранскую церковь в виде креста, из одних бревен, как строятся дома в Норвегии и почти во всей России” (Юль Ю. Записки. С. 98). Об этой церкви в доме К. И. Крюйса, существовавшей в 1710—1728 гг., см. в кн.: Die St. Petri-Gemeinde... S. 2—19.

46. Толле Вильгельм (1674—1710), магистр философии, ректор монастырской школы в Илефельде. В Петербурге жил, вероятно, с 1703 г. и умер здесь 26 сентября 1710 г. (Grosses vollstaendiges Lexikon aller Wissenschaften und Kunste. Leipzig; Halle, 1745. Bd 44. S. 1136—1137; Buesching A.-F. Geschichte... Th. 1. S. 11, 52—53, 169-173; Die St. Petri-Gemeinde... S. 279). Очень добрые отзывы слышал о нем от общих знакомых Ф. В. Богемелль (Bogemell F. W. Umstaendliche Nachncht von der deutschen evange lischen Gemenie in Cronstadt, wie auch von der Erbauung und der den 12. Dec. 1753 geschehenen feierlichen Einweihung ihrer neuen St. Elisabethenkirche... Halle, 1758 S. 18-20).

47. В. Толле еще в марте 1710 г. писал в Галле о присылке двух кандидатов богословия в Петербург. 28 декабря того же года на берега Невы приехали Г. Г. Нацциус из Вислебена и И. Г. Зоргер. Первый стал проповедником в Петербурге, а второй отправился с К. И. Крюйсом в Азов (Jungblut Th. Die Gruendung der evangelisch-lutherischen Kirchen in Russland nebst einer Geschichte der Kirchen dieser Confessionen in St. Petersburg. SPb., 1855. S. 29). Как писал Г. И. Головкин русскому послу в Дании В. Л. Долгорукому 14 января 1711 г., “его царское величество для отвращения так сильного неприятеля (Турции. — Ю. Б.) послал в Азов генерала-адмирала графа Опраксина и виц-адмирала Крейца и болшую часть командиров и офицеров морских и тамо флот свой вооружать и в море итти повелел” (П. и Б. Т. 11. Вып. 1. Примечание к № 4202. С. 349).

48. Рагузинский-Владиславич Савва Лукич (ок. 1670—1738), российский государственный деятель, дипломат, богатый финансовый агент и купец. По происхождению серб. С 1708 г. жил в Москве, затем в Петербурге. В 1710 г. произведен Петром I в надворные советники. В 1711—1722 г. представлял интересы России в Черногории, Венеции и Риме. В 1725—1728 гг. возглавлял русское посольство в Китае.

49. Апраксин Федор Матвеевич (1661—1728), русский государственный и военно-морской деятель. Генерал-адмирал (с 1708), первый президент Адмиралтейств-коллегий (с 1718), член Верховного Тайного совета (с 1726).

50. Кикин Александр Васильевич (ум. в 1718), русский государственный деятель. Денщик Петра I, участник Великого посольства 1697— 1698 гг., учился в Голландии судостроению. Работал в звании мачт-макера (мачтового мастера) на Воронежских и Олонецкой верфях (1703—1704), управлял петербургским Адмиралтейством (с 1707). Адмиралтейств-советник (с 1712). В 1715 г. был арестован за злоупотребления по службе, но прощен царем. 17 марта 1718 г. арестован по делу царевича Алексея Петровича и колесован. В Петербурге имел 5 домов. Один из них — знаменитые “Кикины палаты”, сохранившиеся до наших дней.

51. Адмиралтейство, основанное 5 ноября 1704 г.

52. Первоначальная деревянная церковь Исаакия Далматского, построенная в 1710 г. на лугу напротив адмиралтейских ворот, на том месте, где теперь фонтан в сквере (Ставровский А. С.-Петербургский Адмиралтейский собор во имя святителя Спиридона... История и описание собора. СПб., 1906. С. 19).

53. Вероятно, имеется в виду Шневенский рынок ниже по течению Невы от Адмиралтейства (Богданов А. И. Описание Санктпетербурга. С. 122).

54. Речь идет о двухэтажном деревянном доме А. Д. Меншикова, построенном в 1/04—1710 гг. и часто называвшемся “Посольским дворцом” или “Посольскими хоромами”, в ту пору он был, по словам Н. В. Калязиной, “самым представительным дворцом молодого Петербурга” (Калязина Н. В. Меншиковский дворец-музей. Л. 1982. С. 14-15).

55. Автор говорит теперь о каменном дворце светлейшего князя, строившемся с 1710 г. по проекту Д. М. Фонтана (там же, с. 16).

56. Сад с огородом был заложен в 1704 г. (там же, с. 13).

57. Речь идет о Крестовском острове (финское название — Ристисаари).

58. Как отметил А. Ф. Бычков, скорее всего, к середине XVIII в. эти дубы уже не существовали, поскольку первый историограф города А. И. Богданов о них ничего не говорит (Описание Санктпетербурга и Кроншлота в 1710-м и 1711-м годах / Рус. старина. 1882. Т. 36. Октябрь. С. 49, примеч. 2).

59. Крепость Кроншлот действительно была построена в 1704 г. на основании из ящиков-ряжей, заполненных камнями и опущенных на глубину более 3 м (Розадеев Б. А., Сомина Р. А., Kлещева Л. С. Кронштадт: Архитектурный очерк. Л., 1977. С. 7).

60. Автор не вполне точно представлял себе форму крепости: она была не круглая. а восьмиугольная, что хорошо видно на планах начала XVIII в. Этой ошибки, как увидим ниже, избежал Л. Ю. Эренмальм.

61. Под 5/16 декабря 1709 г. датский посланник рассказал о поездке Петра I в этот день к Ниеншанцу, “от которого еще уцелела часть вала”; его взорвали большими ящиками с порохом (Юль Ю. Записки. С. 104).

62. Эта фраза смотрится здесь случайной. Скорее всего, автор увязал (по рассказам очевидцев) два события: закладку 4 декабря 1709 г. первого линейного корабля в петербургском Адмиралтействе, 54-нущечной “Полтавы”, и состоявшуюся на следующий день поездку Петра I для взрыва оставшейся части укреплений Ниеншанца. Сообщения об этих событиях соседствуют и в дневнике Ю. Юля (с. 100—101, 1041. Между тем строительство Балтийского флота было начато еще в 1702—1703 п. на приладожских верфях — сначала Сясьской, затем Олонецкой (называвшейся также Свирской и Лодейнопольской) и Новоладожской. К 1710 г. там было построено, в частности, несколько фрегатов и завершалась постройка четырех 50-пушечных линейных кораблей (“Рига”, “Выборг”, “Пернов” и еще один, оставшийся без названия, так как погиб при переходе из Ладоги в Петербург).

63. Эта показательная морская баталия состоялась 26 сентября (7 октября) 1710 г. Любопытные подробности о ней сообщили: очевидец Ю. Юль (Записки. С. 247—248), находившийся в Москве английский дипломат Л. Вейсброд — по письмам из Петербурга, см.: Сб. РИО. 1887. Т. 50. С. 379, и Л. Ю. Эренмальм, опиравшийся на свидетельства очевидцев (Ehrenmalm L. J. Rysslands tillstand... S. 228).

64. Около 1709 г. у Петра I возникла идея построить главную часть города на о. Котлин. Проект планировки, обнаруженный С. П. Лупповым, см. в его книге “История строительства Петербурга...” на вклейке между с. 24 и 25.

65. Именной указ о переносе русской международной торговли с Белого моря на Балтийское, в Петербург, состоялся 31 октября 1713 г. (см.: Д и П. Т. 3. Кн. 2. № 961. С. 1005—1006; см. также № 1051. С. 1105—1108).

66. Это, однако, был не первый иноземный купеческий корабль, пришедший в Петербург. В литературе широко известен факт прибытия еще в ноябре 1703 г. голландского корабля под командой шкипера Выбеса с грузом вина и соли. Петр I щедро наградил капитана и всю команду (см.. напр.: Мавродин В. В. Основание Петербурга. Л„ 1978. С. 72). По сведениям же голландского историка Я. Схельтема, в 1703 г. Петербург посетили три торговых корабля — два голландских и один английский (Scheltema J. Peter de Groote, Keizer van Rusland, in Holland en te Zaandam in 1697 en 1717. Amsterdam, 1814. D. 1. P. 275—277).

67. Русские войска осаждали Выборг с 22 марта 1710 г.; крепость сдалась 13 июня, и 14-го Петр I вошел в нее. Как видим, это самое светлое время года — разгар белых ночей.

68. В 1710 г. наводнения случались действительно дважды. Под 5/16 сентября Ю. Юль отметил: “В Ритусарской гавани и в самом (Петербурге) вода прибыла настолько, что на значительную высоту затопила дома; большие суда (свободно) проходили между зданиями и (уплывали) далеко в поле” (Юль Ю. Записки. С. 244). О втором наводнении есть в “юрналах”: “Против 10 дня декабря в ночи на реке Неве прибыла великая вода и той же ночи сошла вся; а на другой день, против 11 числа в ночь, также прибывала, против прежней в полы. И в тот день был зело великой ветр с моря” (Походный журнал 1710 года. СПб., 1854. С. 24). Л. Вейсброд в январе 1711 г. получил из Петербурга следующее известие; “9-го числа минувшего месяца в полночь в Петербурге с моря, с юго-запада, дул такой сильный ветер, что Нева затопила город и все окрестные острова; наводнение захватило бы многих врасплох, многие бы погибли, если бы жителей не разбудили набатом и они не успели перебраться на крыши домов. Благодаря набату жизнью поплатились немногие, но большинство лошадей и скота погибло” (Сб. РИО. Т. 50. С. 401). Это наводнение тоже отмечено Ю. Юлем (Записки. С. 269). Автор “Точного известия...” говорит здесь, несомненно, о декабрьском выходе Невы из берегов. Мы остановились на данном вопросе подробнее потому, что о ранних наводнениях сведения чрезвычайно скудны; в специальном исследовании Р. А. Нежиховского под 1710 г. наводнения не отмечены вовсе (Нежиховский Р. А. Река Нева. Л., 1973. Приложение: Максимальные годовые уровни воды р. Невы у Горного института (1691, 1703—1971 гг.) при подъемах более 150 см над ординаром. С. 188).

69. Речь идет о страшной эпидемии чумы, охватившей в 1709—1710 гг. прибалтийский регион.

70. По сведениям Ю. Юля, “за время осады Риги от чумы и голода погибло более 70 тыс. горожан, солдат и тех крестьян, что сбежались (в город) с женами и детьми” (Юль Ю. Записки. С. 227). Рижский губернатор Н. Стремберг, как и автор “Точного известия...”, говорил о 60 тыс., а И. А. Гельмс, переживший в Риге всю осаду, называл гораздо меньшую цифру — 22 тыс. (Гельмс И. А. Достоверное описание замечательных событий при осаде города Риги и того, что случилось со дня ея блокады... до сдачи ея в 1710... // Сборник материалов и статей по истории Прибалтийскою края. Рига, 1879. Т. 2. С. 438).

71. Копорье — в начале XVIII в. еще город, ныне село в Ломоносовском районе (Ленинградская обл.). Первое упоминание о нем относится к 1240 г.

72. Старая Ладога — село в Волховском районе (Ленинградская обл.), в прошлом — город Ладога, история которого восходит по крайней мере к VIII в. Старой Ладогой именуется после того как в 1704 г. город, получивший название Новая Ладога, был перенесен к устью р. Волхов, впадающей в Ладожское озеро.

73. Паули Иоганн Арнольд (ум. в 1741), теолог. С кончиной В. Толле, последовавшей осенью 1710 г. в Петербурге, заменил его на время, а позднее был отозван из Петербурга в Мемель, где стал доктором богословия и викарием (Grot J. Bemerkungen ueber die Religionsfreiheiten der Auslaender im Russischen Reiche... SPb.; Leipzig, 1797. Bd I. S. 55).

74. Гольц Генрих (1648—1725), барон, генерал-фельдмаршал русской службы, в России с 1707 г. В Петербурге тогда находился (с 24 июня 1710 г.) не по своей воле: был привлечен к суду по ложному, как основательно полагали современники, обвинению (Юль Ю. Записки. С. 214—216; Сб. РИО. Т. 50. С. 369; Ehrenmalm L. J. Rysslands tillstand... S. 204). Будучи оправдан судом, состоявшимся в середине сентября 1710 г., в следующем году Г. Гольц покинул Россию (П и Б. Т. 10. Примеч. к № 3971. С. 714—715).

75. В западноевропейской традиции Иван I Васильевич — это великий князь московский (с 1462) Иван III (1440—1505).

76. Т. е. Василий III (1479—1533), великий князь московский с 1505 г., сын Ивана III.

77. Т. е. Иван IV Грозный (1530—1584), великий князь “всея Руси” с 1533 г. и первый русский царь (с 1547).

78. Федор Иванович (1557—1598), русский царь с 1584 г., сын Ивана IV Грозного.

79. Лжедмитрий I, правивший в Москве с июня 1605 г., умер в мае 1606 г., а Лжедмитрий II — в 1610 г.

80. Польский королевич Владислав, сын Сигизмунда III, в 1610 г. избранный на московский престол усилиями боярской группировки. В последующем — Владислав IV, король Речи Посполитой. Отказался от претензий на русский престол по условиям договора, завершившего русско-польскую Смоленскую войну 1632—1634 гг.

81. Михаил Федорович (1596—1645), русский царь с 1613 г., основавший династию Романовых.

82. Алексей Михайлович (1629—1676), русский царь с 1645 г., сын Михаила Федоровича и отец Петра I.

83. Федор Алексеевич (1661—1682), русский царь с 1676 г., сводный брат Петра I.

84. Иван V Алексеевич (1666—1696), русский царь с 1682 г. (венчан на царство вместе со сводным братом Петром I).

85. Траян(53—117), римский император с 98 г.

86. Коммод (161—192), римский император с 180 г.

87. Тимур (Тамерлан) (1336—1405), среднеазиатский полководец, создавший государство со столицей в Самарканде (эмир с 1370 г.) и разгромивший Золотую Орду.

88. До XVIII в. было два шведских монарха с этим именем: Густав I Васа (Ваза, 1496—1560), король с 1523 г., и Густав II Адольф (1594—1632), король с 1611 г., захвативший русские Корельский уезд и Ижорскую землю.

89. Тридцатилетняя война (1618—1648), завершившаяся Вестфальским мирным договором, велась между габсбургским католическим блоком и антигабсбургской протестантской коалицией; явилась первой общеевропейской войной.

90. Юхан (Иоанн) III (1537—1592), шведский король с 1569 г.

91. Коллекция В. Толле — вероятно, первая в истории Петербурга и почти наверняка одна из первых в России. Основную ее часть составляют монеты. Специалисты не знают столь ранних частных нумизматических собраний в России (см.: Спасский И. Г. Очерки по истории русской нумизматики // Нумизматический сборник. М., 1955. Ч. 1. С. 36—37 и сл.). “Самыми ранними из дошедших до нас русских нумизматических “росписей” пока остаются две, поднесенные Петру I в 1720 и 1724 гг. вместе с монетами московским собирателем попом Федором” (Спасский И. Г. На заре русской нумизматики // Культура и искусство петровского времени: Публикации и исследования. Л., 1977. С. 56). Кроме того, как следует из текста “Точного известия...”, В. Толле стал, бесспорно, и первым петербургским археологом, предпринявшим энергичные раскопки “Роспись” В. Толле свидетельствует о его глубоких и весьма разносторонних исторических познаниях. Мы не нашли в специальной литературе упоминаний о дальнейшей судьбе этой коллекции, перешедшей после кончины В. Толле к магистру И. А. Паули.

92. Карл XII (1682—1718), шведский король с 1697 г.

93. Полтавское сражение 27 июня <8 июля) 1709 г., завершившееся полным разгромом армии Карла XII и, в сущности, определившее исход Северной войны.

94. Лефорт Франц Яковлевич (1655 или 1656—1699), российский генерал и адмирал (1695), любимец Петра I. Швейцарец, живший в московской Немецкой слободе.

95. Генерал-майор артиллерии Шлунд (Шлюнт, Шлюнд) в отличие от других названных здесь деятелей не был на русской службе. В 1710 г. он, будучи приглашен Петром I в Россию, скоропостижно скончался на пути в Петербург в Нарве. 1 июня царь приказал нарвскому обер-коменданту К. А. Нарышкину похоронить генерала соответственно его высокому чину (П. и Б. Т. 10. № 3771. С. 159—160), что и было исполнено, как видно из письма К. А. Нарышкина Петру I от 9 июня (там же, примеч. к № 3771, с. 605). О причине смерти Шлунда сведения находим только в рукописи Л. Ю. Эренмальма; согласно шведу, генерал скончался оттого, что, находясь в Нарве проездом в Россию, “из шести проведенных в городе часов четыре пропьянствовал” (Ehrenmalm L. J. Rysslands tillstand... S. 188).

96. Генерал-майор русской службы М. Б. фон Кирхен утонул в сентябре 1710 г. при неясных обстоятельствах (Юль Ю. Записки. С. 245—246; Ehrenmalm L. J. Rysslands tillstand... S. 206—207).

97. Фельтен Иван Иванович (1670-е годы—1736), оберкухенмейстер Петра I с 1704 г., датчанин. Вероятное происхождение ошибки, допущенной автором, таково. По свидетельству Ю. Юля, царь любил дразнить повара: “Ты швед, потому что родился в Бремене, Вердене” (Юль Ю. Записки. С. 142). Провинции Бремен и Верден до 1648 г. принадлежали Дании, по Вестфальскому миру были уступлены Швеции. Посланник описывает также случай, когда царь заставлял повара, “великого ненавистника шведов”, изображать шведа (там же, с. 250).

98. Ю. Юль под 13/24 апреля 1710 г. рассказывает о том, как Петр I во время ледохода плавал по Неве на буере (там же, с. 186). В русском источнике под 20 апреля 1714 г. читаем: “...река Нева прошла; и того ж часу господин контра-адмирал (т. е. царь. — Ю. Б.) ездил по реке в шлюпке” (Походный журнал 1714 года. СПб., 1854. С. 8; см. также с. 18, 101).

99. Имеются в виду два царских указа — от 18 июня (см.: МИРФ. Ч. 4. Отд. XII. № 3. С. 728) и 4 июля 1710 г. (П. и Б. Т. 10. № 3850. С. 218—219) почти аналогичного содержания. Второй адресован И. С. Потемкину: “...быть тебе фискалом, чтоб всяких чинов люди, которые обретаются в Санкт-Питербурхе, во время ветра ездили Невою рекою на судах парусами. А буде кто сему великого государя указу явитца преслушен, и за то будет взят на них штраф...” — с последующим перечислением размеров штрафа в зависимости от чинов нарушителей, по возрастающей за первое, второе и третье “преслушания”; четвертая часть взысканных денег обещалась самому фискалу (там же). Тем самым Петр I намеревался приучить петербургских жителей к плаванию под парусами, а не на веслах. Мостов через Неву при Петре I не было.

100. Этот случай, происшедший 8/19 ноября 1710 г., описал также Ю. Юль. Всего было около 30 шлюпок, на них находились великий канцлер Г. И. Головкин, вице-канцлер П. П. Шафиров и еще квартирмейстер датского посланника, отправленный им по делу на другой берег Невы. По словам дипломата, за плавание без помощи парусов полагался штраф 5 руб. с каждого весла. П. П. Шафиров шел на 6-весельной, Г. И. Головкин со свитой — на двух 10-весельных шлюпках; квартирмейстер посланника — на такой же (Юль Ю. Записки. С. 260—261).

101. Рута — сажень, а также старинная немецкая мера длины, приблизительно от 3 до 5 м.

102. См. в “юрнале”: “В 1-й день (ноября 1713 г. — Ю. Б.) река Нева стала, и господин контра-адмирал катался по льду на буере” (Походный журнал 1713 года. СПб., 1854. С. 50). И за год до кончины Петр 1 не расставался с любимым развлечением: “В 4-м часу пополудня (21 января 1724 г. — Ю. Б.) изволил по реке Неве по льду на боту парусом кататься” (Походный журнал 1724 года. СПб., 1855. С. 36).

103. Чины генерал-лейтенанта армии и контр-адмирала (шаутбенахта) флота царь получил за Полтаву в июле 1709 г.

104. Расстояние между Москвой и Петербургом, если речь идет о немецких милях, показано очень большим. Устройство дороги было поручено в 1705 (. шотландским инженерам и математикам А. Д. Фарварсону (Фергарсону) и С. Гвину (Гвыну), с 1698 г, находившимся на русской службе. В 1708 г. последний был в сопровождении 10 учеников послан из Москвы “для положения через инструмент прямыя дороги” до Петербург (ОМС. С. 94—95, 392—393). Еще один современник-британец, капитан Дж. Перри, проживший в России с 1698 по 1712 г., вскоре после возвращения на родину писал: “Преимущественно же с целию сделать Петербург более приятным он (Петр. — Ю. Б.) около семи лет тому назад приказал мистеру Фергарсону и мистеру Гвину обстоятельно осмотреть дорогу между Петербургом и Москвою, отыскать отношение одного места к другому, чтобы на всем протяжении провести дорогу прямой чертой через леса, озера, болота и реки, что и сокращает дорогу на одну пятую против теперешнего протяжения. С тех пор уже начертана была линия этой дороги и в 1710 г. окончательно намечена в прямом направлении через леса, и как только кончится война и царю возможно будет уделить людей и денег на этот предмет, он предполагает провести эту дорогу” (Перри Дж. Состояние России при нынешнем царе. М., 1871. С. 180). Ганноверский резидент спустя несколько лет отметил: “...в 1718 году все работы по проложению нового пути, стоившие громадных издержек, окончены, и путешественники выиграли расстояния более 30-ти миль” (Вебер Ф.-Х. Записки. Стб. 1348). На дороге дипломат насчитал 24 почтовые станции, расстояния между ними—4—5 миль (там же, стб. 1347). Таким образом, по его прикидке, общее расстояние должно было составить приблизительно 96—120 миль, а он считал по 5 верст в миле.

105. Выше мы показали размер немецкой мили, однако, как отметил А. Ф. Бычков, версты в разных районах России долгое время были неодинаковой величины (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... // Рус. старина. 1882. Т. 36. Ноябрь. С. 297, примеч. 1).

106. Указом Петра I от 3 июня 1710 г. Ингерманландская губерния была переименована в С.-Петербургскую (П. и Б. Т. 10. Примеч. к № 3994. С. 719). Однако сам царь и позднее называл ее Ингерманландской — см., например, его письмо к А. Д. Меншикову от 14 сентября того же года (там же, № 3994, с. 338—339).

107. В 1709 г. А. Д. Меншиков был удостоен прусского ордена Черного Орла.

108. В 1710 г. он получил от датского короля орден Белого Слона. Автор описания не упомянул еще, что в том же году светлейший князь стал кавалером польского ордена Белого Орла.

109. Речь идет о книге: Le Prince Kouchimen, histoire tartare, et Dom Alvar del Sol, histoire napolitaine. Paris, 1710. В том же году вышли еще два издания на французском языке — в Париже и Амстердаме. Было также издание под названием: Histoire de l'origine du prince Menzikov, et de Dom Alvar del Sol. Amsterdam, 1728. Упомянутого автором немецкого перевода мы не знаем. А. Ф. Бычков определил, что отдельного немецкого издания не было, сокращенный перевод напечатан в одном сборнике 1711 г. (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... С. 299, примеч. 1).

110. П. П. Шафиров и генерал-майор М. Б. Шереметев (сын генерал-фельдмаршала Б. П. Шереметева) по требованию турецкой стороны должны были находиться послами (а фактически заложниками) в Константинополе, пока Россия не исполнит условий Прутского мирного договора, заключенного в июле 1711 г. Вице-канцлер вернулся в 1714 г. на родину, а М. Б. Шереметев в том же году умер в татарской дер. Дженакай на пути между Измаилом и Бендерами.

111. Брюс Роман (Роберт) Вилимович (1668—1720), российский военный деятель. Участник Азовских походов 1695—1696 гг. и Северной войны 1700—1721 гг. Обер-комендант Петербурга с 19 мая 1704 г. Член Военной коллегии (с 1710).

112. Брюс Яков Вилимович (1670—1735), российский государственный деятель, дипломат, ученый. Глава Пушкарского приказа (с 1704), генерал-фельдцейхмейстер (с 1711), президент Берг- и Мануфактур-коллегии (с 1718), граф (с 1721), сенатор. Вместе с А. И. Остерманом руководил русской делегацией на Аландском (1718—1719) и Ништадтском (1721) мирных конгрессах, 30 августа 1721 г. подписал мирный договор со Швецией, завершивший Северную войну. В 1726 г. вышел в отставку с чином генерал-фельдмаршала. Брюсы были не немцами, а шотландцами.

113. Чрезвычайный посланник австрийского императора граф Генрих Вильгельм фон Вильчек приехал в Россию не в марте 1711 г., как в комментарии А. Ф. Бычкова (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... С. 301, примеч. 1), а гораздо раньше он уже присутствовал на свадьбе герцога Курляндского с царевной Анной Ивановной (Походный журнал 1710 года. С. 22). Вероятно, А. Ф. Бычков опирался на те же источники, что и С. А. Белокуров, указавший только, что Г. В. фон Вильчек в марте 1711 г. прибыл в Москву, а около 16 марта оттуда уехал; см.: Белокуров С. А. Списки дипломатических лиц русских за границей и иностранных при русском дворе (С начала сношений по 1800 г.). М., 1892. Вып. 1. С. 29.

114. Польский король Август II Сильный одновременно был курфюрстом саксонским Его посланник при русском дворе Фридрих фон Экштедт Фицтум (Фицедом, Вицедом) прибыл в Петербург 24 марта (4 апреля) 1709 г. (Юль Ю. Записки. С. 181).

115. Юст Юль (1664—1715) как чрезвычайный и полномочный посланник короля Дании Фредрика IV находился в России с 1709 по 1711 г., сменив на этом посту Г. Грунда. В Петербурге был (с перерывами) с 23 ноября (4 декабря) 1709 г по 20 сентября (1 октября) 1711 г. (Юль Ю. Записки. С. 96, 279). Однако в бытность свою в нашей стране он имел чин командора; король произвел его в вице-адмиралы уже по возвращении в Копенгаген, в марте 1712 г. (там же, с 412). Автор описания узнал об этом, уже находясь в Германии. Возможно, он, познакомившись с дипломатом на невских берегах, состоял затем с ним в переписке.

116. Прусский посланник маршал Иоганн-Август фон Биберштейн прибыл в Петербург вместе с герцогом Курляндским Фридрихом-Вильгельмом 13/24 августа 1710 г. (Юль Ю. Записки. С. 233—234).

117. Георг Иоганн фон Кейзерлинг умер 11 декабря 1711 г. на пути из России в Берлин.

118. Теодор-Людвиг фон Лау (Лоу), тайный советник и чрезвычайный посол герцога Курляндского, прибыл в Петербург 1/12 июня 1710 г. вместе с К.-Э Ренне и Ратловым для заключения брачного договора Фридриха-Вильгельма с царевной Анной Ивановной (Юль Ю. Записки. С. 208—209).

119. От Ференца Ракоци (1676—1735), князя Трансильвании (с 1704) и Венгрии (с 1705), в 1709 -1711 гг. в России было несколько дипломатов, из них с марта 1708 по 1710 г. — резидент М. Талаба, с июля 1709 и по крайней мере до февраля 1711 г. — чрезвычайный посланник А. Недецкий (Белокуров С. А. Списки... С. 75, 76)

120. Ренне, Ренн, Рен Карл-Эвальд Магнусович (1663—1716), курляндский барон, генерал русской службы, был первым комендантом С.-Петербурга (с лета 1703 г.)

121. Энцберг, Энсберг Николаи, в 1710 г. принят на русскую службу со званием полного генерала; в августе 1711 г. покинул Россию.

122. Биркгольц, Берхгольц Вильгельм, генерал-майор русской службы.

123. Фельдмаршал-лейтенант Г. фон Гольц не был приговорен к смертной казни и затем помилован царем, как полагал А. Ф. Бычков (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... С. 301. примеч. 4): суд вынес оправдательный приговор.

124. Пипер Карл (1647—1716), шведский государственный деятель и дипломат, граф. Государственный секретарь (с 1689), королевский и государственный советник (с 1697). В 1700—1709 гг. руководил полевой канцелярией Карла XII. Взят в плен при Полтаве; умер в плену.

125. Реншельд, Реншильд Карл Густав (1651—1722), шведский военачальник и государственный деятель, граф. Фельдмаршал (с 1706). Прославился в нескольких операциях Северной войны. Командовал шведской армией в Полтавском сражении, там был взят в плен, а в 1718 г. обменен и вернулся в Швецию.

126. Левенгаупт Адам Людвиг (1659—1719), шведский военачальник, граф. Генерал (с 1706). Командовал войсками в нескольких важных операциях Северной войны. В Полтавском сражении командовал пехотой. Подписал капитуляцию шведской армии под Переволочной 30 июня 1709 г. Умер в русском плену.

127. Стремберг, Штремберг Нильс (1646—1723), рижский генерал-губернатор (с 1705), граф (с 1706). Пленен при капитуляции Риги 5 июля 1710 г. Обменен на генерала А. А. Вейде; уехал из России в октябре того же года.

128. Вейде Адам Адамович фон дер (ум. в 1720), российский генерал. Попал в шведский плен в сражении под Нарвой 19 ноября 1700 г.; вернулся из Швеции в 1711 г.

129. Седеръельм, Цедергельм Йосиас (1673—1729), шведский государственный деятель, дипломат. Тайный секретарь Карла XII, был взят в плен при Полтаве и вернулся в Швецию в 1722 г., после заключения Ништадтского мира. В 1725—1726 гг. был послом в Петербурге. Перечисленные шведские пленные находились в Петербурге, согласно И. И. Голикову, с 4 октября 1710 г. по 3 января 1711 г. (Голиков И. И. Дополнения к деяниям Петра Великою. М., 1792. Т. 8 С. 443—444). По Ю. Юлю, они прибыли в Петербург 2/13 октября 1710 г. (Юль Ю. Записки С. 248). О переговорах Петра 1 со шведской стороной подробно сообщает датский посланник (там же, с. 242—244). Интересно, что в “Журнале” Г. Гюиссена перечислены именно те самые люди, в той же последовательности и почти теми же словами. Нет только упоминания о кончине И.-Г. Кейзерлинга и не названы. Т.-Л. Лау и дипломат от Ференца Ракоци. См., например, текстуальные совпадения. “...фельдмаршал лейтенант барон Гольц, которой в государевой немилости был, и для того генеральной и воинской суд на него по иноземскому обычаю держать велено...” и далее (Журнал государя Петра I с 1709 по 1710. Сочиненный бароном Гизеном. Половина вторая//Туманский Ф. О. Собрание разных записок и сочинений, служащих к доставлению полного сведения о жизни и деяниях государя императора Петра Великого. СПб., 1788. Ч. 8. С. 330—331).

130. Осенью 1710 г. Турция объявила России войну. Прутский поход армии Петра I (весна—лето 1711 г.) завершился подписанием 12 июля Прутского мирного договора на весьма выгодных для Турции условиях.

131. У Ю. Юля под 29 октября (9 ноября), т. е. именно за два дня до торжества, записано: “Вечером один морской капитан и один капитан Преображенского (полка) приезжали ко мне в открытом экипаже, запряженном 6-ю лошадьми, с приглашением на бракосочетание герцога Курляндского с племянницею царя царевною Анной, назначенное на вторник” (Юль Ю. Записки. С. 253).

132. Вдовствующая царица Прасковья Федоровна.

133. С начала и до этого места описание почти слово в слово соответствует рассказу Г. Гюиссена (Журнал государя Петра I с 1709 по 1710. Сочиненный бароном Гизеном. Половина вторая // Туманский Ф. О. Собрание разных записок и сочинений... С. 334—336). На этом Г. Гюйссен оборвал свое повествование о свадьбе, перейдя к иной теме.

134. Архимандрит Хутынского монастыря Феодосии Яновский (см.: Походный журнал 1710 года. С. 22—23).

135. Расположение гостей за столами указано там же (с. 22).

136. 16-пушечная шнява “Лизет”, построенная в 1708 г. в Петербурге самим Петром I и Ф. М. Скляевым. В 1710 г. она действительно несла 14 шестифунтовых пушек (МИРФ. Ч. 1. Отд. 1. № 288. С. 200).

137. “Государи, соединенные узами любви” (лат.) Как отметил А. Ф. Бычков, “год 1710 римскими цифрами выходит из сложения букв, напечатанных здесь прописью” (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... С. 307, примеч. 1).

138. Криптоним J. G. указывает, по всей видимости, на автора описания свадьбы. Сочинитель “Точного известия...” почему-то оставил его в своем тексте. Иностранным дипломатам были доставлены переводы описания: Л. Вейсброд 23 ноября (4 декабря) 1710 г. писал из Москвы в Лондон: “Я получил церемониял бракосочетания герцога Курляндского, состоявшегося 31 октября ст[арого] ст[иля]” (Сб. РИО. Т. 50. С. 384). А. Ф. Бычков в примечаниях к своему переводу “Точного известия...” указал на немецкую брошюру под названием “Радостное и торжественное совершение высококняжеского Курляндского бракосочетания”, в заглавии которой, как отметил исследователь, означено, что она “переведена с русского” (Описание Санктпетербурга и Кроншлота... С. 305, сн. 2). Вероятно, эта брошюра и была разослана иностранным министрам при русском дворе и в западноевропейские столицы. Ею же, скорее всего, пользовался Г. Гюйссен, отсюда и текстуальные совпадения. Однако датский посланник дал самостоятельное описание торжества по собственным впечатлениям (ср.: Юль Ю. Записки. С. 256—260; см. об этом также выше, во Введении).

139. Свадьба карликов состоялась, согласно “Походному журналу 1710 года” (с. 23), 14/25 ноября. По сведениям, полученным в Москве Л. Вейсбродом, карликов было 70 (Сб. РИО. Т. 50. С. 392), а “юрнал” сообщает, что их “числом было всех близко ста” (Походный журнал 1710 года. С. 23).

140. 7 августа 1710 г. Петр I писал в Москву Ф. Ю. Ромодановскому из Петербурга: “...дабы вы указали против вложенной при сем росписи карл на Москве собрать и выслать оных сюда сентября к двадесятому числу; также, ежели возможно, и сверх росписи где сыскать, то изволь оных приказать поискать и выслать с ними вместе для свадьбы Екима Волкова” (П. и Б. Т. 10. № 3916 С. 271). Далее следует “Роспись карлам, которые на Москве” (с. 271—272), всего в ней учтено 39 карликов Л. Вейсброд 31 августа (11 сентября) сообщал в Лондон, что из Москвы отправляю! в Петербург на свадьбу 70 карликов (Сб. РИО. Т. 50. С 360) См об этом также П.и Б. Т. 10. Примем к № 3916. С. 691.

141. Датский посланник тоже отметил, что в этот вечер “умер единственный сын князя Меншикова” (Юль Ю. Записки. С. 263). Это был Лука-Петр, родившийся в феврале 1709 г. (Павленко Н. И. Александр Данилович Меншиков. М, 1984 С. 49).

142. Свадьба карликов описана также Ю. Юлем (с. 261—264).

143. 6 января по юлианскому календарю, принятому тогда в России.

144. Церемония водосвятия описана в XVIII в. многими иностранными наблюдателями; см. об этом: Беспятых Ю. Н., Сухачев Н. Л. Петербургский быт в Россике XVIII в. // Петербург и губерния: Историко-этнографические исследования. Л., 1989 С. 62—65.

Текст воспроизведен по изданию: Петербург Петра I в иностранных описаниях. Л. Наука. 1991

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.