Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

КЕЛЬНСКАЯ КОРОЛЕВСКАЯ ХРОНИКА

Третье продолжение

От монаха из св. Панталеона. 1

Год 1200

3. В год Господа 1200 житель Майнца после восстановления мира между двумя братьями вернулся в австрийскую землю и по своей вине поплатился жизнью в районе Пассау 2. А Вольфер, епископ этого города, принял мертвого, устроил ему торжественные похороны и с почетным сопровождением привез тело в Майнц. Похоронив его там, он отправился в одну местность между Андернахом и Кобленцом, чтобы содействовать установлению мира между королем Отто и Филиппом. На эти переговоры явился архиепископ Кельна, епископ Мюнстера Гериманн, епископ Трира 3 и многие другие, однако их планы не увенчались успехом. Тем временем в Майнце произошли сильные волнения. Одни по воле и с одобрения Филиппа избрали епископом Луопольда из Вормса, другие объединили свои голоса за старшего пастора Зифрида, двинулись из города в Бинген и утвердили там затеянное ими избрание старшего пастора Зифрида. При известии об этом по приказу и одобрению Филиппа сюда прибыл Луопольд с сильным отрядом и прогнал Зифрида и его выборщиков из Бингена. Когда Зифрид со своими сторонниками увидел, что им ничего не добиться, он отправился с ними к королю Отто, который его радушно принял и вручил ему регалии. Затем, положившись на авторитет и силу короля, он снова двинулся к Бингену, победил и изгнал Луопольда, взяв в плен многих его людей, так что тот едва смог уйти.

Когда в том же году Вальдефер в присутствии приоров сложил с себя свой пастырский посох и церковь святого Панталеона осталась без аббата, между братьями этой церкви разгорелся сильный раздор, продолжавшийся почти восемь месяцев. Обе стороны пытались настоять на своем до самых мелочей. Наконец, после многих трудностей, когда братья уже никак не могли прийти к согласию друг с другом, по совету архиепископа и приоров они объединили свои голоса в пользу Генриха, старшего пастора церкви святого Лютгера в Вердене, честного и порядочного человека.

Год 1201

4. В год Господа 1201 король Отто, выставив сильный отряд, чтобы расширить свою власть, продвинулся в Верхнюю Германию и дошел до Вицинбурга, 4 где ему оказали помощь епископ Кельна, пфальцграф 5 и Зифрид со своими сторонниками, однако Филипп нигде не появлялся. Кроме того, на праздник апостолов Петра и Павла (29 июня) в Кельн прибыл в качестве посланника апостольского престола кардинал Гвидо, епископ Пренесте, чтобы предать анафеме Филиппа и всех его приверженцев и в определенный день уведомить всех епископов Германской империи о переговорах, при этом, тем, кто явился, он велел во имя Папы повиноваться королю Отто, а тех, кто не желает повиноваться — предал анафеме (30 сентября). Прибывший к нему Зифрид был произведен им в священники и епископы, а затем отправился в Рим с рекомендательным письмом от кардинала и короля Отто, где получил от Папы Иннокентия паллию.

В том же году Алексей, отца 6 которого свергли с престола и заключили в тюрьму, 7 бежал из Греции, прибыл в Аллеманию к своему зятю, королю Филиппу, и некоторое время оставался здесь, где ему был оказан почетный прием.

В том же году граф Балдуин Фландрский с сильным вооружением предпринял поход на Иерусалим.

На своем пути через Францию он получил огромную сумму денег, которую для этого крестового похода собрал некий Фолько, считавшийся чудотворцем. Когда он встречался с маркграфом Бонифацием Монтферратским, то последний призвал его облачить себя крестом и выступить с ним. Вняв его просьбе, тот нашил во имя Иисуса крест и обещал принять участие в походе. Итак, посоветовавшись друг с другом, они послали одного знатного человека вперед с деньгами, чтобы построить корабли. Когда они последовали за ним, то обнаружили, что он истратил на постройку судов более семнадцати тысяч марок. Так как они провели там много времени вследствии мира, заключенного за морем между христианами и язычниками, и в длительном ожидании остальных, а после истощения всех взятых ими с собой запасов, стали испытывать нужду, то герцог Венеции 8, очень умный человек, обратился к ним, преподнеся многие дары, и обещал устранить все их трудности, если они отважаться выступить вместе с ним, чтобы захватить город венгерского короля, называемый Язарис 9. В этом городе герцог когда-то был взят в плен и ослеплен. Те, учитывая свой недостаток в деньгах, и то, что без больших расходов у них не получится ни двигаться дальше, ни вернуться на родину с честью, после совместного совещания отправляются с ним, осаждают и захватытвают город, разрушив его и перебив жителей мечами. После устроенного ими чудовищного разбоя, они расстались с герцогом и затем отправились дальше, сильно обогатившись очень крупными трофеями. За это, по просьбе венгерского короля 10 они были преданы Папой анафеме, однако позднее, в результате заступничества Алексея, сына греческого императора Тирсаха, проклятие с них было снято и они выступили вместе с ним, чтобы захватить Константинополь 11.

Год 1202

5. В год Господа 1202 король Отто и архиепископ Кельна Адольф организовали переговоры с многими другими князьями в Мастрихте по вопросам о положении государства и по разным другим вопросам, которые в то время необходимо было срочно обсудить. Однако, одна из главных тем этих переговоров касалась вражды, разгоревшейся между герцогом Брабанта 12 и графом Гельре 13. Каждый из них выставил большие силы и их спор нельзя было уладить без ущерба для армии или для жителей городов. Сразу после того, как между ними был наконец восстановлен мир и король с епископом вернулись в Кельн, между этими двумя в присутствии кардинала, приоров, горожан произошла очень сильная ссора, которую едва смогли уладить за три дня. Поводом для этой ссоры послужила пошлина, монета, неправильный сбор налогов и нарушение мира по отношению к купцам. После того как были выслушаны доводы обоих противников, короля и епископов, при посредничестве легатов, перед судом которых проходили эти переговоры, было достигнуто мирное разрешение их ссоры, при условии, что всякое насильное обложение налогом считается недействительным, и для купцов был установлен прочный долговременный мир.

В то же время герцог Брабанта вступил с войском в Голландию и захватил в плен графа этой земли, Теодериха, с многими дворянами, так как этот граф, как говорили, по наущению графа Гельре, опустошил территорию огнем, отчего последний, придя в ужас, сразу же отправился к герцогу, чтобы просить прощения, однако тот, помятуя о его измене и хитрости, взял его в плен и оставил в заключении. К тому времени в Вестфалии произошла война между Симоном из Тикенбурга 14 и Гериманом из Равенсберга. Симон пал в бою, а Гериман со своим сыном был взят в плен сыном Симона и посажен под стражу.

Епископ Вирцебурга, Кунрад, был убит несколькими злодеями на праздник святого Николая. (6 декабря)

Год 1203

6. В год Господа 1203 герцог Швабии Филипп собрал сильное войско и двинулся в Тюрингию, чтобы смирить ландграфа Геримана, так как он его покинул, против его воли получил покровительство Зифрида, став ему преданным, а также предоставил его врагу доходы и права, которые в Тюрингии принадлежали майцскому престолу. Поскольку через разведчика он узнал, что к нему на помощь пришел пфальцграф с 500 рыцарями и 300 оруженосцами и король Богемии с 60 000 человек, то опустошил огнем всю землю в ближайших окрестностях и со своими людьми быстро отправился в Эрпфорт. При известии об этом ландграф с богемцем, пфальцграфом и всем собранном ими войском, осадил город, собираясь взять герцога в плен. Однако в полночь Филипп бежал с небольшим числом людей и отправился к восточносаксонскому маркграфу, чтобы тот предоставил ему военную помощь и любым способом освободил окруженных рыцарей. Узнав о его уходе, князья сняли осаду, длившуюся девять дней, единодушно решив не давать своим противникам собирать войско, погнались за ними и вторгнувшись в земли маркграфов, предали здесь все разбою, пожару и разным бедам. После того, как это случилось, подошел король Отто с войском. Он одобрил то, что они совершили, будучи всеми радостно встречен, и принял с князьями решение заручиться верностью богемца, который должен был получить от него корону. Это произошло на день святого Варфоломея (24 августа) в Марсбурге 15, где господин Гвидо, легат римской церкви, посвятил того в короли. Также ландграф снова произнес свою клятву верности королю Отто, данную им еще раньше, теперь же она была произнесена в присутствии всех собравшихся там князей.

В том же году скончался епископ Мюнстера, Гериман. Из-за выбора произошел раскол, так как приоры и министериалы избрали Отто, старшего пастора бременского собора, а графы и вольные жители со своими сторонниками — аббата Клаольта 16.

Поскольку этот спор невозможно было уладить, то обратились в Кельн к суду кардиналов, для того, чтобы решить это дело согласно постановлению суда. На собрании в церкви святого Панталеона, куда явились кардинал, архиепископ Кельна и множество князей, среди которых были герцог Лёвена 17, граф Шаумбурга Адольф 18, епископ Оснабурга 19 и многие другие князья, выслушали доводы обеих сторон. Когда их вопрос так и не смогли решить, они обратились к высшим церковным князьям при условии, что тем временем ни одна из сторон не посягнет на владения и имущество епископства. Кроме того, на этом собрании кардинал предал анафеме епископов Магдебурга 20 и Бремена 21 потому, что они вопреки распоряжению Папы, были враждебно настроены к королю Отто.

В том же году 22 Константинополь, построенный Константином Великим и до сих пор бывший непобедимым городом, был осажден и захвачен. Когда-то именно император Константин, крещеный святым Сильвестром, передал Рим и всю Италию святому Петру и его преемникам, построил в Греции город, прежде именовавшийся Византием, назвав его своим именем, Константинополь, и определил его в качестве местопребывания римской власти и столицы всей Западной Европы. Последующие императоры также украсили его замечательными сооружениями, наполнили богатствами и разместили там мощи святых апостолов и другие святыни, привезенные ими из многих частей света. И вот, теперь, когда этот город был захвачен, в нем обнаружили несметные, ни с чем не сравнимые, богатства, драгоценные камни, а также часть креста Господня, привезенную из Иерусалима святой Еленой, отделанную золотом и драгоценными камнями, весьма почитаемую там во все времена. Теперь присутствующие епископы разрезали его и вместе с другие драгоценными реликвиями разделили среди благороднейших людей, которые после своего возвращения на родину раздали его по церквям и монастырям.

Каким образом город был сначала завоеван, а затем вновь передан Алексею и его отцу, свергнутому с престола и заключенному в тюрьму его собственным братом, можно узнать из следующего письма, которое граф из Св. Павла отправил герцогу Брабантскому.

Письмо.

"Своему близкому другу Генриху, герцогу Лёвена, благородному мужу, Хуго, граф из Св. Павла, передает привет. Мне хотелось бы сообщить Вашему Высочеству о состоянии беднейшего воинства Иисуса Христа. Так знайте же, Ваша Светлость, что Алексей, сын Тирсака, бывшего императора Константинополя, ослепленного своим братом 23 из-за стремления захватить власть, пришел к нам в Корфу 24 и, пав на колени, слезно умолял всех нас, дабы мы отправились с ним в Константинополь и оказали ему помощь, чтобы он при нашем содействии смог свергнуть с трона своего дядю, совершившего такое злостное преступление против его отца, из властолюбия захватившего и незаконно присвоившего себе трон. По этому поводу у нас возникли большие разногласия и ужасный шум, так как все кричали, что они хотят отправиться в Аккарон, а тех, кто одобрил поход на Константинополь, было чуть больше двадцати. Среди них был некий маркграф 25, бывший граф Фландрии 26, граф Людевих 27 и другие, имена которых здесь упоминать не будем. Они ясно представили всему войску, что поход на Иерусалим был бы для всех бесполезен и губителен, поскольку сами они неимущи и не запаслись продовольствием, а также никто из них не смог бы заплатить жалования рыцарям и денежного содержания вассалам, подтащить метательные орудия и подвезти другие военные приспособления. В конце концов они с трудом нас успокоили, лишь при условии, что они пробудут в Константинополе никак не более одного месяца, разве, что останутся по своей собственной инициативе. Однако им возразили, что если намерение остаться на короткое время станет известно, то это будет нам невыгодно, так как греки станут меньше нас бояться, если заранее узнают о коротком сроке нашего пребывания. Все же они добились от нас, чтобы им была дана прочная гарантия того, что наша задержка продлится только один месяц. Так и случилось. Затем молодой император обещал нам, что он выдаст всему нашему войску на целый год продовольствия и обеспечит десяти тысячам рыцарей содержание на один год в Святой Земле. Еще он пообещал в течение всей своей жизни за свой счет держать 500 рыцарей в Святой Земле и выплатить венецианскому герцогу сто тысяч марок серебром и столько же нашему войску. Договорившись об этом, найдя общую выгоду, мы поднялись на корабли и, пройдя на них восемь дней, встали на якорь в заливе Буккеавие 28, откуда по расчетам до Константинополя было 100 часов пути 29, а путь туда проходит через узкий пролив с быстрым течением, называемый Рукав святого Георгия. Мы проплыли его и взяли курс к земле против Икония 30, прямо к заливу 31, отдаленному от Константинополя одним часом пути. Там мы изумились, очень удивляясь тому, что у находящегося с нами молодого императора, не было ни друзей, ни родственников и что к нему не прибыл ни один посланник, чтобы прояснить ему положение дел в Константинополе. Однако император, находящийся в настоящее время у власти, быстро отправил своих посланников к венецианскому герцогу, маркграфу, графу Фландрии, графу Лудевиху и к нам. Поэтому мы организовали друг с другом общий совет и заявили, что вообще не будем говорить с посланниками императора, прежде чем он не оставит императорский трон, в противном случае мы не будем слушать ни его самого, ни его посланников. Нам не хотелось, чтобы греки подкупили нас подарками или переубедили. Тем временем, армия императора на противоположном берегу 32 была готова помешать нам переправиться и явно выказала желание с нами сражаться. Как только мы об этом узнали, то поспешили покаяться во всех своих грехах, полагаясь только на божественное милосердие. Затем мы построились в боевые порядки и вооруженные все, как один, сели на баржи 33 и галеры; а всего средств, пригодных для переправы, было 200, не считая лодок и барок. Когда мы, ведомые Богом, достигли того берега, все греки, собравшиеся чтобы помешать нашей переправе, по Божьей милости побежали от нас так быстро, что мы даже едва смогли настигнуть одного из них, раненого стрелой. Затем мы дошли до одной сильно укрепленной башни, называемой Галата 34, к которой была прикреплена очень толстая железная цепь, перекинутая через поперечную балку и тянущаяся через море, доходя до самых городских стен. Эта цепь ограждала залив, и к тому же суда и городские галеры с барками были связаны друг с другом, чтобы не дать нам войти. Кроме того, на упомянутой башне для ее обороны были размещены английские, пизанские, генуэзские 35 и датские наемники, которые когда им вздумается вылезали наружу и снова скрывались, обстреливая наших стрелами. По поводу этой башни мы совещались с венецианским герцогом, очень умным и опытным человеком, и сказали ему, что ее нельзя взять никаким иным способом, а только с помощью подкопа и метательных орудий. Тот ответил нам, что подведет к вышеупомянутой цепи свои корабли и установит на них метательные орудия вместе с различными осадными машинами, а нам надо будет с суши возвести леса, и тогда с Божьей и нашей помощью осажденную со всех сторон башню легко можно будет взять. Во время этого обсуждения спрятавшиеся наемники совершили стремительное нападение на наше воинство, обстреляв его стрелами. Однако они не смогли нанести нам никакого вреда, и, будучи быстро отбитыми, понесли гораздо больше потерь среди своих. На третий день, после того, как мы поставили там свои палатки, неприятели, внезапно появившись из-за них и предприняли новую атаку на многих наших рыцарей и их пеших оруженосцев, зайдя на нас с тыла 36. Однако подошел Петер Браилькульский со многими вооруженными рыцарями и дружинниками и обрушился на них таким стремительным броском, что они не смогли не только устоять перед ним, но даже отступить под защиту башни. Некоторым из них перед натиском наших пришлось броситься в море, где они и утонули, другие были убиты, остальные попали в плен. Сразу же башня при чудесном божьем содействии без всяких осадных приспособлений была захвачена и цепь разорвана. Вскоре корабли отошли к городу, залив стал свободен для наших судов и его заполонило множество галер, барж и барок. Построившись в боевой порядок, мы сами и наши корабли продвинулись вдоль берега 37 до самого каменного моста, находящегося в часе пути от той башни. Этот мост был длинее малого парижского моста, но при этом настолько узок, что три рыцаря бок о бок едва могли пройти по нему, а вода была глубока и мы не могли бы переправиться в другом месте, не пройдя большой крюк 38. При этом, находясь далеко от своих кораблей, мы бы подверглись большой опасности и понесли бы потери. Когда мы подошли к мосту, то по милосердию божьему переправились без всяких препятствий и, продвинувшись дальше, расположились лагерем между дворцом императора 39 и дворцом Боэмунда 40, причем так сильно приблизились ко дворцу, называемому Плахерна 41, что наши стрелы долетали до дворца и попадали в его окна, а стрелы греков пролетали над нашим лагерем. Затем мы вбили вокруг нашего лагеря толстые колья, окружив его оградой, и после этого соорудили осадные машины и метательные орудия перед стенами. Венецианский герцог, кроме того, на каждом корабле из парусных жердей сделал очень высокий мост, высотой около 100 футов; по этому мосту могли пройти шеренгой четыре рыцаря. Еще на каждой барже был установлен магнель 42. Во время этих приготовлений греки пешими и конными много раз стремительно нападали на нас, но ничего этим не достигли. Однажды большое число рыцарей, толпами вывалившееся из ворот, которые открылись правее и выше дворца, выступило вперед и вынудило нас на битву, однако наши сильным и стремительным ударом смело отбросили их так, что многие из них, втаптывая друг друга в грязь, попадали на землю. Среди них вместе с многими другими был убит сын герцога Дурато 43, считавшийся у жителей Константинополя особенно храбрым. Также на следующий день отряд рыцарей из города вырвался из ворот Влахерны на ту сторону, где мы собирались возводить осадные приспособления, однако с божьей помощью они были с позором решительно отброшены назад. При этом к нам в плен попал один знатный человек, советник императора, влиятельный и искусный в военном деле, как все жители Константинополя. В среду был составлен план битвы и в соответствии с ним на следующий день было решено начать штурм города, а именно: герцог Венеции должен штурмовать с моря, а граф Фландрии, граф Людевих и с ними маркграф — с суши. Я же с М. 44 Монморанси, маршалом Шампани и О. Сен-Шерон 45, должны были во время штурма охранять лагерь снаружи между валами и полем, что мы и выполнили. После того, как построились отряды и определен план, герцог и его венецианцы с некоторыми из наших, которые будут вести битву со стороны моря, подвели корабли вплотную к стенам, поставили к стенам лестницы, решительным натиском вторглись в город, захватили тридцать башен, причем сами поразились 46 такому количеству, и сожгли значительную часть города. Наши также начали штурм с суши и подобным образом приставили к стенам лестницы и водрузили знамена и флаги. Подкопщики, подрыв стену, повалили башню. Тогда император из-за пожара города и нашего натиска со всех сторон у каждых ворот, которые выводили на поле, выставил очень многочисленные отряды рыцарей, чтобы отовсюду напасть на нас, окружить и уничтожить. С другой стороны мы тоже построили наши боевые порядки, граф Фландрии со своими людьми и я — со своими, оба наших отряда выстроились клином. Мы были настороже, ехали верхом в строгом порядке, примыкая вплотную друг к другу, в сторону противостоящей нам боевой шеренги, так близко приблизившись к неприятелю, что их лучники и метальщики попадали в нас, равно как и наши в них. Когда они увидели, что мы были отважны и непоколебимы, продвигаясь вперед стройными и сплоченными рядами, и не так-то легко нас можно было победить или остановить, они отступили сильно поразившись и испугавшись нас, так и не отважившись, слава Богу, сражаться с нами. Знайте же, что наших во всех отрядах было не больше пятисот пеших и столько же конных рыцарей, а пеших дружинников у нас было не больше двух тысяч, большая часть которых находилась у наших осадных орудий, охраняя их. Увидев их бегущими, мы не стали их преследовать, опасаясь, как бы они путем коварства и засады не нанесли вреда нашему лагерю, нашим осадным орудиям и башням, уже захваченным венецианцами. Император поклялся, что когда он ночью вернется в свой дворец, то на следующий день начнет с нами сражаться. Среди той ночи он тайно бежал оттуда. В четверг как раз мы и должны были сражаться, как обещал император. Между тем, на следующее утро при божьей помощи город сдался нам. Это случилось, когда прошло восемь дней с начала осады. Тогда император Тирсак и императрица, его супруга, сестра венгерского короля 47, которые долго содержались в ужасной тюрьме и были заключены, выразили свою огромную благодарность с заявлением, что они благодаря божьей милости и нашей помощи были освобождены из тюрьмы, возвратили себе почет власти, а мы теперь с их долго отсутствующим сыном на следующей день должны будем вступить в их дворец так, как будто бы он был наш. Мы так и сделали и с большим почетом пировали у них в дружеском расположении. Однако, я желал бы донести до Вашего сведения, что в деле Спасителя мы добились того, что Восточная церковь, центр которой раньше находился в Константинополе, теперь опять, как это было с давних пор, вместе с императором и всей его империей, связана с ее главой, римским Папой, и снова признается в качестве дочери римской церкви и впредь, как обычно, склонив голову, станет повиноваться ему в полном смирении. Также сам патриарх этой церкви, благоприятствовал и поддерживал это дело, впредь обратится к римскому престолу, дабы принять от высших церковных князей паллий своего звания и уже клятвенно поручился в этом вместе с императором. Соблазненные такими огромными и многочисленными преимуществами и связанные святой надежды на будущие блага, мы решили перезимовать в этом городе и уже велели сообщить об этом нашим братьям, ожидающим на той стороне моря нашего прибытия, дабы они, услышав радостное известие о наших успехах, участниками которых мы страстно желали бы видеть и их, будучи поддержанные святой надеждой ждали нас из Константинополя. Знайте же, что мы обязуемся довести до конца рыцарскую битву перед Александрией против султана Вавилонии. Если кто-то желает служить Богу, служить которому, значит властвовать, и снискать себе среди рыцарства славу выдающегося и знаменитого, он принимает крест, следует за Господом и приходит на его турнир, к которому его призывает сам Господь. Прощайте."

Как после смерти Тирсаха Алексей изменил свое отношение к крестоносцам и за добро отплатил злом, и как они после захвата города произвели в императоры графа Балдуина Фландрского, можно узнать из следующего письма, отправленного этим графом архиепископу Кельна.

Письмо 48

"Своему достопочтенному отцу, дорогому господину и брату Адольфу, милостию божьей архиепископу Кельна, Балдуин по той же милости вернейший во Христе, Богом коронованный император, повелитель римлян 49 и вечный покровитель империи, граф Фландрии и Хеннегау 50, его брат и преданный друг, желает всяческих благ в этой и в будущей жизни. Поскольку Ваше Священство по своему усердию в деле христианской религии, а также из-за особой любви к нашей особе возжелал узнать о том, что у нас произошло, мы решили поведать Вашей Светлости, при каких новых чудесных обстоятельствах направляла нас божественная милость и какой великой славой удостоила она, к восхищению всех времен, конечно же, не нас, а свое собственное имя. За ее чудесами, кои она уже явила нам, всегда следуют еще более поразительные явления, так что даже неверующие больше не в силах сомневаться в том, что все это твориться рукою Господней. И все же ничто из того, на что мы надеялись и к чему готовились, не сбывается, однако же новую помощь Господь оказывает нам только тогда, когда уже человеческих усилий становится явно недостаточно. Если нам не изменяет память, в отправленном Вашему Священству послании 51, мы довели рассказ о наших успехах и о нашем положении до того момента, как после насильственного овладения многолюдным городом, осуществленного небольшими силами, после изгнания тирана и коронации Алексея, сына Тирсаха, нам была обещана и подготовлена остановка на зиму для того, чтобы силой подавить того, кто еще мог бы противостоять Алексею. И вот, мы незамедлительно начинаем рассказ о том, что с нами случилось впоследствии, считая необходимым вначале отметить следующее: а именно то, что мы совершили против греков, было делом рук не человека, а бога, так же и то, что Греция при новом императоре, бывшим, естественно, из греков, в качестве благодарности проявила к нам привычное для себя вопиющее вероломство, было делом рук дьявола. Мы, конечно, покинули город, чтобы наши обычаи не стали причиной враждебного настроения иноземцев 52 и не дали разгореться распрям между нами и греками. По просьбе императора мы расположились лагерем против города на другой стороне залива: и вот, неожиданно, то ли из-за прирожденного коварства, то ли, поддавшись вероломству греков, император, которому мы совершили такое большое благодеяние, отвратил от нас свой взор. Если бы он нам поклялся во всем, что он нам вероломно и лживо обещал вместе со своим отцом, патриархом и множеством дворян, то он стал бы виновен в злостном клятвопреступлении. Поэтому, в конце концов, мы перестали оказывать ему помощь, а он сразу же задумал безуспешно сразиться с нами и попытался сжечь флот, на котором он сам же и прибыл и с помощью которого был возведен на трон. Однако Бог уберег нас, помешав его жестокому плану. Окружение императора было чрезвычайно слабо и вследствие этого его людей убивали, а также устраивали пожары и грабежи. В то время, как за стенами города предстояло сражение, дома его терзал страх, что греки захотят возвести на трон другого императора, пользуясь случаем, что он больше не сможет опереться на нашу помощь. Так как он все еще надеялся на нас, то послал к нашему войску одного своего преданного последователя именем Мурцуфль 53, единокровного с ним родственника, на которого из-за его благодетельных качеств он полагался больше, чем на всех остальных. Посланный при всех пообещал нам от лица императора под его собственной клятвой, отдав в залог Влахернский дворец, исполнить все данные обещания. Для получения в залог дворца к Алексею отправился знатный маркграф. Тот вел дело с маркграфом, и несмотря на то, что уже передал нам заложников, не преминул совершить свое обычное коварство. Следующей ночью, Мурцуфль, вероломно, как по отношению к своему господину, так и к нам, разгласил грекам тайные переговоры о передаче нам дворца, и объяснил, что из-за этого они навсегда лишатся свободы, и обязательно разорятся, если Алексей не будет низложен. В благодарность за это предательство его сделали третьим императором. Он безбожно схватил своего спящего, ничего не подозревающего господина и запер его в ужасную темницу. Третий, некий Николай 54, который незадолго до того в церкви святой Софии принял императорскую повязку, в результате предательства был выдан ему теми же греками, которые его избрали. Мурцуфль его тоже бросил в тюрьму. Когда вскоре после этого умер Тирсах, который, по слухам, перед всеми отвратил от нас помыслы своего сына, а духовенство и греческий народ стали открыто призывать немедленно сжить нас со света, стало ясно, что греки жаждали только нашей крови, и вот этот названный 55 предатель снова затевает битву с нами. Греки собирают в городе военные машины и строят оборонительные сооружения в таком количестве, которого никогда прежде не видели. Невероятной ширины стена, сооруженная около старой из небольших камней и известкового раствора, обладала высокой прочности и была возведена на порядочную высоту. Она имела довольно значительные башни, удаленные друг от друга приблизительно на пятьдесят футов или около того. Между теми двумя башнями, которые направлены прямо в сторону моря 56, откуда ожидали нашего нападения, на стене соорудили еще и деревянную башню в три или четыре этажа, где заняли позицию огромное количество воинов, и кроме того, везде между двумя башнями установили большие или малые метательные орудия. На сами башни еще надстроили более высокие деревянные возвышения в шесть этажей и с последнего этажа в нашу сторону выставили лестницы. По обеим сторонам их были опоры так, что концы лестниц опускались чуть ниже того расстояния, с которого их можно было достать с земли полетом стрелы. И, наконец, вокруг стены возникла еще одна более низкая стена и двойной ров, чтобы нельзя было вплотную поставить осадные сооружения, под которыми могли бы спрятаться подкопщики. Тем временем коварный император атаковал нас на земле и на воде, однако же Господь всегда оберегает нас и их попытки были сорваны. Когда вопреки нашему распоряжению, около тысячи наших вооруженных людей оторвались от своих, чтобы захватить провиант, их встретил император с сильным численным перевесом. Однако при первом столкновении он был полностью разбит, при этом с его стороны было очень много убитых и взятых в плен без потерь среди наших, а он сам, позорным бегством спасая свою жизнь, выбросил щит, побросал оружие и оставил нашим воинам императорское знамя и почитаемый образ Божьей Матери, который он велел нести впереди. Наши, как победители, сразу же подарили этот образ ордену Цистерцианцев. Затем он снова попытался навредить нашему флоту огнем: глубокой ночью при сильном южном ветре он направил в сторону наших кораблей шестнадцать горящих судов с высоко поставленными парусами, привязанными к носовой части, но с божьей помощью и при большом напряжении мы были избавлены от потерь. Наши вбили в горящие суда петли с приделанными к ним цепями и на веслах вывели суда в море. И теперь, мы были избавлены Господом от угрожающей нам смертельной опасности. Мы вызвали противника на сухопутную битву и, перейдя мост через реку, отделяющую наш лагерь от греков, построились стройными шеренгами перед воротами королевского города и императорского дворца, называемого Влахернским, готовые, во имя Господа израильского воинства с исцеляющим крестом во главе, предложить грекам сразиться, и если они с этим согласны — приблизиться. Но как только один дворянин вышел для рыцарского поединка, его убили наши пехотинцы. Возвращаясь в лагерь, на земле и на воде мы еще не раз вызывали их на битву, но по милости Господней мы всегда оставались с триумфом победителя. Вероломный захватчик трона отправляет к нам для видимости посланников с предложением о мире, просит и добивается переговоров с венецианским дожем. Однако благородный дож возразил ему, что с тем, кто невзирая на святость присяги и преданности заключил в цепи своего господина и отнял у него власть, нельзя заключить надежный мир. Затем с благими намерениями дож посоветовал ему снова посадить своего господина на трон и смиренно просить прощения, только в этом случае он пообещал ему наше заступничество, а к его господину, как только он того пожелает, мы проявили бы сострадание и, если он опять образумится, спишем на его молодость и заблуждения то, что он так много совершил дурного в отношении нас. Тогда тот произнес только пустые слова, так как по существу он вообще ничего не мог на это ответить. От повиновения римскому Папе и поддержки святой Земли, клятвенно обещанных Алексеем и подтвержденных императорской грамотой, он наотрез отказался, сказав, что он готов скорее расстаться с жизнью и увидеть Грецию разрушенной, чем восточная церковь подчинится латинским священникам. Следующей ночью он тайно задушил в тюрьме своего господина, с которым еще днем делил трапезу. Затем с неслыханной жестокостью он разбил бывшей у него железной палицей бока и ребра убитого и распространил слух, будто бы тот случайно сам лишился жизни, удавившись веревкой. Он устроил умершему императорские похороны, скрыв посредством почетного погребения все это явное преступление. Так прошла вся зима до того дня, как мы соорудили лестницы на наших кораблях и установили военные орудия. И, вот, мы все двинулись на кораблях и, 9 апреля в пятницу перед днем Страстей Господних 57 единодушно за честь святой римской церкви и в помощь святой Земле, по морю 58 начали наступление на город. В этот день при большом кровопролитии нам пришлось столько вытерпеть, что мы, приложив, по-видимому, напрасные усилия, к стыду перед нашими противниками, повсюду взявшими над нами верх, были вынуждены под напором греков даже оставить наши установленные на землю осадные машины и, не достигнув успеха, отступить на противоположный берег. Пребывая вначале в полном замешательстве и объятые ужасом, но в конце концов укрепившись в Господе, на четвертый день, 12 апреля, в понедельник после Страстей Господних, мы снова подготовились к сражению с еще большей решительностью. При северном ветре мы второй раз причаливаем перед стенами и с большим трудом связываем корабельные лестницы с лестницами башен при ожесточенном сопротивлении греков. Однако как только они в непосредтвенной близости ощутили на себе мечи наших воинов, исход битвы уже не вызывал сомнения. Связанные друг с другом корабли, называемые "Рай" и "Паломница", на которых находились наши епископы, Суассонский 59 и Труасский 60, первыми достигли своими лестницами лестниц на башнях, дав возможность епископам в качестве счастливого предзнаменования ринуться на врага во имя рая для сражающегося паломника. Епископские знамена были первыми взвившимися на стенах, и слуги Всевышнего волею небес раньше всех удостоились победы. Как только наши ворвались, несчетное множество по воле Господа отступило перед немногими, греки бросили свою оборону и наши смело открыли ворота рыцарям. Когда император, стоя в полном вооружении в своем шатре недалеко от стен, увидел их вторжение, он тотчас же покинул лагерь и бежал. Наши умываются в крови, многолюдный город разграблен, во дворце прячутся те, кого миновали наши мечи. Наконец наши снова собираются уже после того, как они устроили грекам страшную резню. Как только наступил вечер, они, изнуренные, складывают оружие, чтобы на следующий день обсудить организацию штурма дворца. Император также собирает своих людей и вдохновляет их на утреннее сражение, уверяя, что теперь-то они одолеют наших, поскольку те со всех сторон окружены стенами, однако ночью он тайно бежит, как полностью побежденный. Пораженный этим известием греческий народ обсуждает избрание нового императора и когда после наступления утра они приступают к посвящению некоего Константина 61, наши пехотинцы уже бросились к оружию, не дожидаясь назначения предводителя. Греки устремляются в бегство, оставляя сильнейший укрепленный дворец, и весь город в один момент оказывается взятым. Захвачено несметное множество лошадей, а золота и серебра, шелков, дорогих одежд и драгоценных камней, короче, всех вещей, считающихся у людей богатством, оказалось такое беспредельное изобилие, что кажется во всем латинском мире не было ему равных. Те, кто прежде отказались от малого, теперь по божьей воле передают нам все, и мы в самом деле можем утверждать, что ни одна история не сообщает о великих чудесах во время военного похода так, как эта, и что для нас точно исполнилось пророчество гласящее: "Ваш один изгонит сотню" 62, ведь если разделить победу на всех, то на каждого из наших приходилась бы сотня побежденных или пленных. Однако не нам гордиться этой победой, на самом деле победил Господь, и его могучая длань явилась нам. 63 Только благодаря Господу случилось сие, только он явил пред нашими очами чудо из всех чудес. Теперь, когда у нас наведен порядок, необходимо наладить отношения, и мы все, как один, торжественно приступили к выбору императора. Отбросив всякое честолюбие, во имя нашего Господа, мы назначили выборщиками императора наряду с шестью венецианскими баронами наших уважаемых епископов Суассонского, Гальберштадтского 64, Труасского и Вифлеемского 65, присланного к нам с папскими полномочиями из заморских стран, а также избранного епископа Акконы 66 и аббата Люцедиума 67. Как подобает, после предварительной проповеди во второе воскресенье после Пасхи (9 мая), они в торжественной обстановке единогласно избрали нашего человека, который, однако, не имел к тому особых заслуг, но духовенство и народ взывали к Богу, дабы он признал их выбор. Так как Петр велел 68 почитать короля и ему, как главе, повиноваться, и так как предначертано в Евангелии 69, никому не отнять у нас нашу радость, то в следующее воскресение, когда поют Iubilate Deo, (16 мая) нас короновали перед Богом и людьми вышеназванные почтенные епископы с высочайшей честью и радостью победителей, причем греки также, по своему обычаю, рукоплескали и, при одобрении и благочестивых слезах всех присутствующих, приветствовали нас на вершине власти, выражая почитание Бога и святой римской церкви, а также поддержку святой земли. Там были и жители святой земли, лица духовного и рыцарского звания, которые с неописуемой радостью поздравляли нас более всех других. Они утверждали, что если бы Богу стало угодно сделать так, чтобы сам святой град снова перешел бы к христианскому богослужению, то Царьград перед святой римской церковью и святой землей Иерусалима должен взять на себя обязательство довершить окончательное поражение врагов Креста, которые так долго были их противниками и оказывали сильное сопротивление. [Ведь 70 это те, кто по отвратительным обычаям язычников для заключения смертоносной дружбы с неверными, часто прибегали к взаимному распитию крови в знак братских уз, которую эти враги долго сосали из вспухшей груди, и склоняли к скорому избавлению, доставая им оружие, корабли и провизию. О том же что они делали для паломников, всему народу латинян следует не просто упомянуть, а рассказать более подробно. Это те, кто из ненависти к высшим церковным князьям едва ли могли услышать имя первого апостола, те, которые не соглашались на единую церковь у греков, власть которой над всеми церквами дана от самого Господа, а также и те, которые видели событие, еще не стертое из памяти, как одного апостольского посланника приговорили к такой позорной смерти, что из почтения к апостольскому престолу мы даже не сможем запятнать этот лежащий перед нами лист памятью о том убийстве, поскольку способ умерщвления, примененный к этому мученику, нигде никогда не встречали, хотя и придумали уже разные изощренные наказания неимоверной жестокости. Это те, кто научился почитать христианство только через картины при безбожных религиозных обычаях, которые они исполняли надлежащим образом, презирая при этом авторитет святого писания, даже часто осмеливаясь из-за неоднократного применения проливать воду исцеляющего крещения. Это те, кого все латиняне поминали не человеческим, а собачьим именем, проливать кровь которых латинские монахи ставили чуть ли не в заслугу и никакого наказания за это не налагали, поскольку вся власть связывать и разрешать, вместе с отстранением священников,— в их руках. За эти и другие безрассудные деяния, о которых недопустимо излагать в ограниченном объеме письма, и так уже достаточно их чудовищных злодеяний, кои возбуждают отвращение у самого Господа,] люди, ненавидящие Бога и любившие самих себя, привлеченные нашими руками к божественному правосудию, понесли заслуженное наказание и были изгнаны. Нам же была отдана их страна, в избытке наделенная всеми благами, хлебом, вином и маслом, обильная плодами, украшенная лесами, водами и пастбищами, удобная для жителей и лежащая в умеренном климате. Нигде в мире нет подобной страны. Однако при этом мы не отступим от своих намерений, и не допустим, чтобы королевское знамя опустилось с наших плеч на землю, пока мы не сохраним за собой эту страну путем заселения ее нашими людьми и не посетим затем заморские области, после чего, по божьей воле, цель нашего паломничества будет достигнута. Так как мы надеемся на Господа Иисуса, что Он, во славу своего имени, начал с нами благое дело, чтобы осуществлялось и поддерживалось непрерывное подавление врагов Креста, и в конце концов полностью завершилось. А посему, мы настоятельнейше просим в Господе Ваше высочество разделить с нами эту славу, эту победу и эту страстную надежду, путь к которой у нас теперь полностью открыт. Это удасться Вам без всяких сомнений, если Ваши знатные и незнатные подданные от каждого сословия или рода, воодушевятся таким же желанием и будут призваны не только выданным разрешением, но и благотворным призывом, завоевать предлагаемые в несметном количестве истинные богатства, как земные, так и вечные. Поскольку с божьей помощью у нас всего стало достаточно и мы так горячо радеем за христианскую религию, то желаем и имеем возможность всех в зависимости от их условий и происхождения осыпать богатствами и увековечить в славе."

В том же году скончался граф Тидерих Голландский и его земля вместе с его дочерью 71 была передана графу Ло 72. Возмутившись этим, Вильгельм, брат покойного, собрал рать, изгнал того графа из Голландии и вывез от него дочь своего брата.

Год 1204

7. В год Господа 1204 в начале апреля три ночи подряд казалось, что по всему небу распространялся огонь, и вся земля при этом озарялась.

В то же время король Филипп, герцог Швабский, с войском вступил в Саксонию, чтобы разрушить построенный королем Отто город, называемый Гарлингенберг 73, и освободить жителей Гослара от гнета самого Отто и его братьев. Как только он узнал, что те двинулись ему навстречу с сильным отрядом, после совета со своими людьми, решил, что в соответствии с обстановкой теперь лучше уйти, чем заведомо неудачно сражаться с врагом.

В то же самое время епископ Тидерих с войском и многими дворянами вступил в Голландию, передал власть в этой стране графу Ло, изгнав оттуда Вильгельма, так как последний раздражал его многими несправедливостями и часто разорял его епископство пожарами и разбоем. Поскольку Вильгельм нигде не появился, то он трижды за один день сходился в схватке с его братом Флорентиусом и многими дворянами, стоявшими на его стороне, причем многих из них убили, а остальные с самим Флорентиусом 74 попали в плен и были закованы в цепи. Когда после этого епископ вернулся назад, а граф со своими сторонниками остался в городе, называемом Лейден, Вильгельм собрал из Зеландии сильное войско на суше и на воде, захватил очень много врагов в плен, а остальных утопил в болоте, так что только небольшое число вместе с самим графом с большим трудом ушли. Жаркое и сухое лето.

В том же году в месяце июле король Филипп с очень большим войском двинулся в Тюрингию, осадил город ландграфа, называемый Вицинзе 75, и обратил в бегство короля Богемии 76, когда тот с очень многочисленным отрядом пришел на помощь к ландграфу, а также спалил и разорил все населенные пункты в окрестностях. Ландграф, видя, что обстоятельства складываются не в его пользу, и что он не сможет противостоять королю, обратился к нему, смиренно прося милости при посредничестве нескольких князей, и передал себя и все свое имущество под власть короля. Затем король Филипп снова вступил в Саксонию, дабы оказать помощь жителям Гослара и разрушить несколько крепостей, возведенных против этого города, однако когда приблизился король Отто с сильным отрядом, то он со всех сторон оказался окруженный неприятелями и только при помощи пфальцграфа Генриха с трудом освободился, прорвавшись из окружения ночью со своими людьми. А тот пфальцграф вероломно покинул своего брата и переметнулся к Филиппу, привлеченный деньгами и надеждой на получение себе герцогства Саксонии. Потом король Филипп в Андернахе с помощью архиепископа Трирского 77 и епископов Шпейерского 78 и Констанцского 79 привлекает на свою сторону архиепископа Кельнского, а чтобы склонить на свою сторону герцога Брабантского и остальную знать Лотарингии, посылает ему девять тысяч марок и возвращает Залефельт 80, а также некоторое другое отнятое у епископства имущество.

Епископ Кельна, не считавший за высокую честь то, что он недавно уже присягал Отто, не стыдясь клятвопреступления, а также не убоявшись папской анафемы, прибыл с герцогом Ловании и другими знатными людьми на праздник святого Мартина (11 ноября) в Кобленц к Филиппу и там вместе с герцогом поклялся ему в верности. Затем король Филипп по совету своих и других присутствующих князей назначил на Епифания торжественный имперский сейм в Аахене, а жители Кельна обещали там посвятить его в короли, совершив обряд помазания.

Очень долгая и жестокая зима.

Итак, король Филипп согласно своему замыслу с почти всеми имперскими князьями прибыл в Аахен, где жители Кельна встретили его с очень большой пышностью и угодливостью. Здесь король собрался со своим советом (6 января 1205), а поскольку князья, в соответствии со старинным обычаем не могли потерять своего свободного права выбора, он сложил с себя королевское имя и корону (6 января) и попросил, чтобы все его единодушно избрали. Это произошло там же в церкви святой Марии, где он был всеми повторно избран королем, а затем помазан и посвящен архиепископом Кельнским со своей супругой Марией 81. В тот же день в Кельне появились архиепископ Майнца Зифрид и епископ Камбраи 82 с папским посланием, угрожая Филиппу за это неправомерное посвящение анафемой. Король Отто, также задержавшийся там из-за болезни, был лишен чьей-либо помощи и утешения.

Год 1205

8. Архиепископ Майнца Зифрид и епископ Камбраи в качестве судей, назначенных апостольским престолом, снова прибыли в Кельн, в соборной церкви святого апостола Петра перед духовенством и собравшимся народом объявили папскую анафему епископу Адольфу и настоятельно потребовали в соответствии с высшими апостольскими полномочиями, чтобы во всех монастырских церквях и городских приходах эту анафему повторяли по воскресениям и праздничным дням. У них было также поручение, что если отлученный по прошествии одного месяца после доставленного сообщения не отправится в Рим на покаяние, они вынуждены будут лишить его сана, всей власти и других достоинств, положенных на этой должности.

Город Гостадин 83, будучи осажденным королем Отто и жителями Кельна, после выдачи заложников остался невредимым.

В то же время на Троицу (29 мая) король Филипп собрал торжественный имперский сейм в Шпейере, где епископ Адольф подал жалобу на жителей Кельна за то, что они против его воли и повеления поддержали короля Отто, позволили Зифриду и епископу Камбраи провозгласить несправедливо объявленную против него самого папскую анафему и к тому же способствовали и покровительствовали им в этом. Здесь по решению князей, главным образом тех, кого пригласил и подбивал на свою сторону Адольф и его приверженцы, король Филипп, объявил всем присутствующим князьям о военном походе на Кельн. Поскольку Адольф настаивал в своем упрямстве, не обращая внимание ни на анафему, ни на папский приказ, то вышеназванные судьи созвали все духовенство и народ, в день святых мучеников Гервасия и Протасия (19 июня) в соборе в присутствии короля Отто и другого знатного люда публично лишили его должности и священнического сана, а также велели на основании апостольского полномочия избрать нового епископа. Затем, после того, как тот был смещен, духовенство и народ вместе с другими знатными людьми собрались по приказу высшего епископа в церкви святого Петра и единодушно избрали старшего пастора Бруно из Бонна 84, причем никто не возражал, кроме старшего соборного пастора Энгильберта и его приспешников, нескольких каноников святого Петра, которые из-за несогласия с этим покинули город. Вследствии этого во всем епископстве между обоими епископами и их сторонниками вскоре разгораются многочисленные серьезные распри: повсюду случаются пожары, во всех местах орудуют разбойники, грабят имущество церкви, поджигают ее подворья и деревни, учиняют вымогательство против бедных жителей деревень и сел, а против вдов и сирот — грабеж. Город также со всех сторон был окружен врагами, и никто не мог свободно войти или выйти. Ему угрожала сопротивлением крепость Дойц 85, занятая лучниками и рыцарями графа Адольфа из Берга. Выше и ниже города был прегражден Рейн, поэтому на судах нельзя было подвезти ни продовольствия, ни товаров. Поскольку жители Кельна были обложены со всех сторон, особенно с той, где им противостоит крепость — ведь отряд, который разместил в ней граф Адольф, совершает сильные обстрелы их своими стрелами, а также поносит бранью и оскорблениями — жители Кельна выставляют посреди Рейна крупные суда с защитными укрытиями и размещают там очень большое число метальщиков и дружинников, чтобы с близкого расстояния оказать отряду, засевшему в крепости, упорное сопротивление. Затем они снаряжают и другие суда, на которых неоднократно переправляются на ту сторону, побеждают графа и его приспешников и опустошают разбоем и пожаром принадлежащие ему деревни на другом берегу Рейна. И так они бьются и обороняются на протяжении полутора лет с переменным успехом. После праздника святой Марии (8 сентября) король Филипп с очень большим войском переправился через Мозель, на праздник архангела Михаила (29 сентября) подошел к стенам Кельна и принялся штурмовать город. Днем позже он разбил свой лагерь выше города, а затем осаждал и штурмовал город в течение всего этого дня. Поскольку жители храбро оборонялись, оказывая своим врагам решительное сопротивление, и так как Бог уберег город за заслуги святых, тела которых в нем покоились, король, несмотря на пятидневное сражение, не смог ничем похвастаться, и понес в результате пленения и гибели знатного люда крупные потери, а также лишился многих лошадей, большое число которых пало. Из-за этого он отступил, и, после снятия осады, отправился дальше со всем своим войском захватывать Нойс 86. Так как он сильно штурмовал этот город, то жители, не полагаясь на свою силу, покорились ему. По его приказу они передали город епископу Адольфу и обещали служить ему, выдав заложников. После этих событий он подверг всю землю на своем пути побоям и предал огню и, как говориться у пророка Иоиля 87: "Оставшееся от саранчи, ели черви и т.д.", сожрал со своими приспешниками все, что до сих пор не тронули епископы и их сторонники. Он заставил крепости всей округи покориться и выдать заложников, и дошел в результате такого отхода до Бонна. В эти дни несколько аббатов "серого" ордена 88, посланные капитулом цистерцианцев, прибыли в Кельн вести переговоры об установлении мира в империи между обоими королями. После того, как все благожелатели их приняли, выслушали и отпустили, они отправились в Бонн к королю Филиппу. Тот также оказал им дружеский прием и, узнав причину их прибытия, послал герцога Австрийского, а с ним и других знатных людей, к королю Отто, которому дал очень много обещаний, если тот откажется от власти. Однако это мероприятие не привело к успеху.

В эти дни в Кельн доставили послание господина Папы, в котором был изложен приказ предать анафеме тех, кто грабил церковь, а на всей их земле установить интердикт. Впавшие от этого в еще большее безумие, эти разбойники всю свою ярость обрушивают на духовенство, захватывают себе их дворы и имущество, на протяжении двух лет грабят все их доходы, и в результате этого церкви оказываются в такой нужде, что все украшения из золота, серебра и драгоценных камней, хранившиеся в них с давних пор, теперь разбазариваются и идут на продажу.

Год 1206

9. В год Господа 1206 король Филипп с войском снова двинулся в Нижнюю Германию, при этом к нему присоединился епископ Адольф с графами и остальные дворяне страны, прошел через епископство, злонамеренно все себе подчинив. Король Отто и Бруно — он был уже в том же месяце 89 в присутствии двух британских епископов, посланных королем Англии, посвящен епископом Майнца Зифридом в архиепископы — выступил из Кельна с четырьмястами рыцарями и двумя тысячами пехотинцев, решив сражаться с Филиппом. Поскольку во время преследования их за измену герцога Лимбургского до самой крепости Вассенберг 90, противники заманили их в болотистую местность и окружили, то они обратились в бегство. Враги быстро потеснили их, разграбили все, что у них было, а также многих рыцарей взяли в плен. Король, который ворвался с епископом в крепость и сразу же со всех сторон был окружен врагами, тайно бросился бежать с тремя спутниками, а епископ попал в плен и был приведен к королю Филиппу, который велел вести его за собой с кандалами на руках. Многие, разочаровавшись в своей жизни, разыскивали болота и многоводные местности для того, чтобы скрыться там, остальные с позором возвратились домой, лишенные оружия и одежд. Затем оба короля при посредничестве Генриха из Калинтина провели секретные переговоры около Кельна, и то, о чем они говорили, и что обсуждали, в то время было известно не всем. После своего возвращения король Филипп занял гору, называемую Гиммих, что около Ремагена 91, и для угрозы разорения всей земли, соорудил там крепость 92. Жители Кельна осознали, что против них ополчилась вся империя, что их усилия были напрасны, а потому они по совету и при содействии герцога Брабантского и остальных знатных людей страны предстали перед королем Филиппом в Боппарде, помирились с ним и добились его милости. Затем Филипп послал епископа Шпейера 93 в Кельн, чтобы тот смог принять от них клятву верности.

В то же время король Отто покинул Кельн и прибыл в Брунешвиг. Приведя в порядок свои дела, он отправился на корабле в Англию. Там его с большой честью встретили король Англии, его дядя, и все бароны, и долгое время принимали у себя. После этого на прощание он получил от него большую сумму денег и вернулся обратно.

28 февраля в десятом часу произошло солнечное затмение. Очень многие свидетельствовали, что при этом на солнце была видна человеческая голова.

Год 1207

10. В год Господа 1207 в Зинцехе король Филипп провел переговоры со многими князьями и знатными людьми тамошней земли. Затем, по приглашению жителей Кельна, он прибыл на Пасху (21 апреля) в Кельн и был принят там с большим почетом и уважением как духовенством 94, так и всем народом. Он пребывал здесь девять дней и велел под присягой отказаться от любых несправедливых сборов налогов и от любой неправомочной чеканки монет, установить прочный мир и поклясться. В том же году в Германию в качестве посланников римской курии прибыли два кардинала, епископ Гуго из Остии, и Лео, пресвитер святого Креста, чтобы восстановить между королем Филиппом и королем Отто мир и согласие, прекратить беспорядок в империи и вступиться за архиепископа Кельнского Бруно, который уже целый год содержался в плену, чтобы Филипп его освободил.

Когда король Филипп в Аугсбурге в Швабии около праздника святого апостола Андрея (30 ноября) собрал торжественный имперский сейм, то на нем присутствовали и вышеназванные кардиналы, которые с князьями провели здесь многочисленные переговоры о мире и о примирении между Папой и королем. Затем также и Адольф, бывший архиепископ Кельна, обратился здесь к этим кардиналам и при посредничестве короля анафема была снята. При этом ему было объявлено, что он должен отправиться в Рим на покаяние. С другой стороны, вняв совету и просьбам кардиналов, король освободил из заключения Бруно и, когда те вернулись обратно, послал его, в угоду высшим церковным князьям, в Рим.

Год 1208

11. В год Господа 1208 король Филипп послал патриарха Аквилеи 95 с другими почтенными людьми к апостольскому престолу для подтверждения союза и примирения, начатого благодаря кардиналам, посвящения в императоры и восстановления в правах епископа Адольфа. Папа встретил Адольфа дружеским поцелуем, когда тот приблизился к нему с посланниками короля, смиренно молясь, а поскольку Папа хотел оставить в силе то, что сделал в отношении Бруно, то он подтвердил его в епископском звании, после того как оба в течение двух дней усиленно защищали перед ним свои дела. Затем он отправил в Кельн послание духовенству, народу и всем дворянам этой земли, призывая их всех оказывать Бруно поддержку и повиноваться ему. Одобрив со своими приближенными условия мира и примирения, ради которых прибыли посланники, он снова отправил тех кардиналов и велел им довести дело до полного завершения. Когда они уже пересекли Альпы и, достигнув Германии, приступили к выполнению своего поручения, до них дошел недобрый слух, что король Филипп будто бы был убит в Бавинберге пфальцграфом Отто Виттелинсбахским. Этот король как раз на праздник святого Альбана (21 июня) только что выдал замуж дочь своего брата Отто Бургундского за герцога Мерана 96 и с величайшей роскошью готовился к свадьбе девушки. По возвращении в город, после того, как ему пустили кровь, в полдень, когда все ушли и король остался в зале только с епископом Шпейера и двумя другими людьми — со своим камергером и стольником — подошел тот подлец с шестнадцатью вооруженными рыцарями, желая войти. После того, как по приказу короля его впустили, пока его сопровождающие остались снаружи, он тайно выхватил меч из рук оруженосца и подошел будто бы для того, чтобы приветствовать короля. Он с размаху вонзил меч в голову короля и одним ударом убил его. После того, как король сразу же умер, а епископ Шпейера спрятался, тот ранил двух других, пытавшихся броситься на него, быстро вышел на улицу, вскочил на коня и скрылся бегством вместе со своими спутниками. И вот, король Филипп, после того, как он в течение десяти лет завоевал все местности, принадлежащие князьям и дворянам, держал в узде земли и города, а также уже снова помирился с Папой, и когда ему удалось все то, что он хотел, по воле Бога, в руках которого могущество всех властителей и законы королевств, и который изменяет время, а также передает и укрепляет государства, на одиннадцатом году одновременно лишился своей империи и жизни. Он был погребен там на следующий день 22 июня на праздник святого Альбания.

После того, как архиепископ Бруно был пленен в Вассенберге, Зифрид Майнцский тайно покинул Кельн и отправился в Рим к Папе. Здесь он пребывал в течение двух лет в церкви святой Сабины, где был кардиналом. После убийства короля Филиппа, он сразу же был отослан Папой обратно в свою епископскую резиденцию. После того, как по его наущению был изгнан Лупольд, в Майнце все устроили ему блестящий прием. Вместе с ним вернулся архиепископ Бруно, отпущенный с почетом Папой. На праздник святых мучеников Прота и Яцинкта (11 сентября) он был радостно и торжественно встречен всем духовенством и народом Кельна. Однако же эта радость вскоре превратилась в печаль и скорбь. Когда вся страна, из страха перед его приходом освободилась от разбойников и теперь обрела, наконец, покой, когда бывший архиепископ Кельна, Адольф, ради примирения с ним прибыл в Кельн, подчинившись, согласно повелению Папы, его верховной власти, когда и остальные его сторонники, графы и дворяне, соревнуясь друг с другом, прибывали к нему, чтобы принести клятву верности и обещать повиноваться, его внезапно поразила болезнь и после того, как он несколько дней пролежал в постели в крепости Бланкенберг 97, на следующий день после праздника всех Святых его настигла смерть (2 ноября). Его тело было доставлено в Кельн и при скорби и слезах очень многих людей погребено в соборе святого апостола Петра.

Кроме того, в год Господа 1208 и в 1959 от основания Рима, когда с сотворения мира прошло шесть тысяч пятьсот семь лет, на праздник святого Мартина (11 ноября) во Франкинфорте состоялся выдающийся княжеское собрание, и как свидетельствовали некоторые, которые там присутствовали, за многие годы не собиралось столько дворян и сколько властителей. Король Отто, как 93-й властитель после Августа, там был всеми посвящен в короли, и ему была передана корона с императорским копьем. За него была выдана дочь короля Филиппа, со всем тем, что у нее было в качестве приданого. Она ставит вопрос перед королем и князьями об убийстве своего отца и после всеобщего решения тот пфальцграф и его пособники были и объявлены вне закона и осуждены. Затем сначала король, а потом и остальные князья клянутся здесь стойко сохранять прочный мир на земле и на воде, прекратить неправомерный сбор налогов, сохранять и соблюдать права, установленные Карлом Великим.

Как только в Кельне состоялся всеобщий выбор, где не смогли договориться приоры, король потребовал в послании, чтобы дождались его прибытия. Поэтому еще перед праздником Рождества Господня (25 декабря) он прибывает в Кельн, где его приняли с большой честью. По его совету и с его помощью епископом единогласно был избран старший пастор Святых Апостолов, Теодерих 98, и этот выбор одобрили вся знать этой земли. Избранник получил из рук короля регалии, а также в присутствии своего брата пфальцграфа Генриха Рейнского и присутствовавших князей король передал ему герцогство Ангарию, которое император Фридрих после изгнания отца этого короля, саксонского герцога Генриха, когда-то 99 предоставил блаженной памяти кельнскому архиепископу Филиппу, а также герцогство Лотарингию.

В том же году Папа услышал, что во всем Провансе 100 очень многие города с баронами и дворянами этой земли, а также с духовенством изменили католической вере и предались ереси. Поэтому он послал туда одного из кардиналов 101, мудрого и благочестивого человека, дабы тот своей проповедью и увещеванием вернул их к вере. Лишь только он вступил в их область, предложив им Евангелие мира, те несчастные, заткнув подобно змеям свои уши, схватили святого человека и зверски убили его. Его тело было спрятано верными людьми, доставлено в обитель монахов св. Эдигия 102 и здесь же погребено аббатом и братией. Когда по прошествии одного года могила по приказу Папы была вскрыта, чтобы перенести тело мученика в церковь и похоронить в более подобающем месте около гробницы святого Эдигия, на его теле не обнаружили никакого тления, а кровь была так свежа, как будто бы его похоронили там в тот же день. Кроме того, распространялось такое приятное благоухание, будто бы вся церковь была наполнена пряностями.

Пфальцграф Отто, убийца короля Филиппа, когда он прятался на Дунае во подворье монахов Эверы 103, был выдан Генриху Калинтинскому, быстро окружен его рыцарями и зверски убит. И вот, он окончил свою жизнь, как и подобает, заслуженной смертью.

В том же году 11 апреля мы получили мощи главы нашего покровителя, святого Панталеона, которые с другими многочисленными святынями были доставлены Генрихом Ульменским из Константинополя и переданы нам через аббата Альберта Лаахского. Они были приняты при большом благоговении всего духовенства и народа и помещены в серебрянную позолоченную раку вместе с другими очень ценными святынями.

Год 1209

2. 104 Когда Папа Иннокентий услышал, как князья всей империи посвятили Отто в короли, и как по их совету дочь короля Филиппа ради мира и согласия вступила с ним в брак, невзирая на то, что она с ним была в родстве, то снова послал вышеназванных кардиналов, епископа Гуго из Остии и Лео, в Германию к королю и князьям, чтобы подтвердить свое одобрение всему тому, что случилось. Посланники посетили отдельные города в Саксонии и в Аллемании, повсюду оказывая помощь церквям в их правах, и на Пасху (29 мая) прибыли в Кельн, где были торжественно приняты избранником жителей Кельна, Теодерихом, и всем духовенством, а затем в большом почете пребывали там пятнадцать дней. В субботу после Троицы (23 мая) Теодерих, избранник жителей Кельна, был посвящен епископом Теодерихом Утрехтским в священнический сан и на следующий день, в воскресение, через восемь дней после Троицы в присутствии своих епископов был посвящен церковным главой Люттиха, Гоардом 105, в архиепископы.

В этом году аббат цистерцианцев 106 и другие аббаты цистерцианского ордена снова были посланы Папой в Прованс, чтобы наставить бегинов 107 на путь веры, коей они пренебрегли и которую с поруганием отвергли.

Затем в том же году король Отто двинулся с сильной дружиной в Италию, где князья со всей Лангобардии вышли к нему навстречу и организовали торжественный прием, подчинили города и крепости его власти и передали ему большую сумму денег из налогов и сборов, собранную со времени императора Генриха. Затем он отправился дальше в Рим. Здесь он был принят с почетом, причем Папа с кардиналами и сенатом вышел к нему навстречу, и в воскресение после праздника святого архангела Михаила, 4 октября, коронован императором в соборе святого апостола Петра. После коронации между ним и Папой возникла ссора по вопросу о маркграфстве госпожи Матильды. Она 108 была некогда дочерью князя Рутгера Сицилийского, известнейшего человека, и супругой короля Кунрада, сына императора Генриха Четвертого, глубоко верующего и преданного апостольскому престолу человека, который против воли своего отца в некоторых частях Италии почти девять лет обладал именем и достоинством короля, а также владел обширной областью 109. После его смерти она, проявив, подобно голубке свою верность, отвергла второй брак и, находясь во вдовстве, управляла, как умудреный муж, доставшимся ей от супруга маркграфством 110. В старости 111 она, по наущению тогдашнего Папы, передала святому Петру маркграфство, принадлежащее империи, которым она правила, без указаний советников и чиновников. Однако после ее смерти император отнял маркграфство у апостольского престола и вновь присоединил его к империи. Теперь, перед коронацией Папа потребовал возвращения этой земли, а император, как недавно вступивший на престол и незнакомый с положением дел, дал свое согласие и обязался все исполнить. Однако после коронации чиновники и советники вразумили его и он приостановил дело и наотрез отказался отдавать маркграфство.

В этом году лето из-за гроз и ливней было очень бурным, а зима крайне суровой.

Год 1210

3. В год Господа 1210 новый император находился в Италии, организовывая и упорядочивая все то, что надо было организовать и привести в порядок в провинциях и городах. Для того, чтобы возвратить империи Апулию, которую, получив от Папы в лен, удерживал король Сицилии 112, и которую когда-то силой отнял у империи некий Рутгер и завладел ей, он отправил под руководством нескольких знатных людей этой земли очень многочисленное войско, последовал за ним и расположился перед Капуей. Из-за этого между ним и Папой возникает очень сильная ссора. После того, как император Папой был предал анафеме, он размещает военные отряды в городах и крепостях, запрещая по каким-либо делам обращаться к Папе.

В этом году перед Рождеством злостный еретик именем Бернард и еще девять, среди которых были четыре священника, пришли в Париж и пытались тайком совращать народ. По доносу, поданному епископу, они были схвачены и затем предстали перед учителями 113 и духовенством. После того, как они достаточно поспорили о вере, их изобличили в ереси и в день перед праздником апостола Фомы (20 декабря) именем короля приговорили к сожжению. В тот же день подул такой сильный ураган, что повсюду были повалены многие строения и вырваны с корнем огромные деревья.

В том же самом году по призыву Папы из всей Франции, Англии и Лотарингии огромное число людей, осененных крестом, двинулись против бегинов. Со своими предводителями, цистерцианским аббатом и графом Симоном Монфортским 114 они подошли к Тулузе и осадили этот сильно укрепленный город. Однако, когда горожане признали себя верными христианами и заявили, что они никогда не отступали от католической веры, те, после получения двухсот заложников из знатнейших жителей, отошли и направились в землю Раймона 115, бывшего главой и предводителем всех заблуждающихся, и почитаемого еретиками как бога. Разорив там все, они захватили много городов и крепостей и предали огню всех тех, кого не смогли вернуть к вере. Его самого вместе с Рутгером 116, племянником графа из Святого Эгидия 117, очень хорошим и очень богатым рыцарем, они осадили в укрепленной, высоко расположенной крепости, называемой Термис 118, при этом этот Рутгер пал, сраженный стрелой. А сам Раймон, после того как он здесь пять дней был окружен 119, хотя и постоянно появлялся перед народом с золотым шлемом на голове 120, все-же ночью, не доверяя прочности крепости, тайно спустился с сотней сторонников и попал в руки сорока крестоносцев, которые вышли из лагеря к источнику за водой. Ими он и был взят в плен вместе со всеми своими людьми. Несмотря на то, что он обещал им огромную сумму денег, чтобы те не передавали его в руки немцев, они, отказавшись от нее, доставили его командирам войска 121. Они призывали его вернуться к истинной вере, однако он не пошел на это, и поэтому его бросили в тюрьму, где он вскоре умер. Потом они захватили город, предали его огню, при этом взяв в плен супругу Раймонда с ее сестрой и молодой дочерью, а также других знатных особ. Те же, кто не поддался ни увещеваниям, ни угрозам, дабы отречься от заблуждения и вернуться на путь истинный, были сожжены все вместе на огромном костре 122.

Год 1211

4. Император Отто успешно покорил всю Апулию и Калабрию, как и следовало, овладел городами и разместил в крепостях своих рыцарей. Даже некоторые князья Сицилии вместе с сарацинами, занимавшие мощные крепости в горах, пригласили его, обещая всю Сицилию подчинить его власти.

В том же году большое число дворян из Верхней Германии с многочисленным войском из Суевии и Аллемании снова двинулись против бегинов. Они захватили очень много городов и крепостей, казнили большое число тех еретиков через сожжение или повешение. Также они вновь осадили город Тулузу. Ничего, однако, здесь не добившись, они отошли и передали завоеванную ими землю под защиту графа Симона Монфортского.

После их ухода жители Тулузы с остальными бегинами обратились к Массамуту, королю Марокко 123, с просьбой оказать им помощь против католиков. По их желанию он вскоре собрал бесчисленную толпу сарацин и отправил к ним, чтобы завоевать землю христиан и поработить их самих. Сарацины переправились на кораблях через море, вторглись сначала в землю испанского короля, разорили все на расстояние семи дневных переходов, захватили города и крепости, убили и изгнали их христианское население. К тому же, в следующем году в среду перед Троицей (9 мая, 1212 г.), этот самый Массамут объявил войну всем тем, кто прославлял крест Христа.

Еще в том же году Зифрид, архиепископ Майнцский провел в Бавинберге переговоры с ландграфом Гериманном, королем Богемии 124 и еще несколькими князьями и знатными людьми, где они снова назначили епископа этого города, изгнанного из-за убийства короля Филиппа. Причиной этой встречи было то, что они по повелению Папы хотели изменить императору Отто и избрать короля Сицилии Фридериха, сына императора Генриха. А поскольку многие не были с ними согласны, то они отказались от этого безрезультатного дела. Зифрид, назначенный Папой легатом в Германию, повторно предал анафеме императора Отто и написал всем архиепископам и епископам, силою своих апостольских полномочий приказав им, сделать то же самое. Возмутясь этим, брат императора, пфальцграф Генрих Рейнский с герцогом Брабантским и остальными дворянами Лотарингии и Верхней Германии около праздника святого Михаила (29 сентября) разорили огнем и грабежами все Майнцское епископство, ничего не пощадив вне городов и крепостей. Во время поста император возвратился из Италии и на Пальмовое Воскресение (18 марта) провел переговоры с некоторыми князьями и дворянами, где он подал жалобу на несправедливо обрушившуюся на него папскую анафему.

Год 1212

5. Император собрал на Троицу (13 мая) в Нуринберге торжественный имперский сейм, где он довел до сведения всех присутствующих князей причину разрыва отношений между ним и Папой и все они встали на сторону императора. Отнятое по решению князей у короля Одакера королевство Богемию с шестью знаменами, он передал его сыну 125 в присутствии судебных заседателей и многих дворян этой земли, так как король изгнал мать юноши 126, сестру маркграфа Мейсенского 127, и женился на дочери короля Венгрии 128, а также с архиепископом Майнца и ландграфом замышлял заговор против императора, чтобы избрать другого короля. Кроме того, епископ Бавинберга со своим братом, герцогом Меранским 129, добился там милости у императора и был назначен канцлером последнего. В день Вознесения Господня (2 мая) после изгнания епископа Гуарда герцог Генрих Брабантский захватил Люттих, при этом рыцари и их оруженосцы разграбили несметные богатства 130.

В день перед Вознесением (1 мая) бывший архиепископ Адольф прибыл в Кельн и заверил приоров и духовенство, что он назначен Папой, а Теодерих, напротив, лишен должности и полномочий, поскольку вел мессы и готовил святое миро, несмотря на то, что был предан анафеме архиепископом Майнца Зифридом и легатами апостольского престола из-за поддержки императора Отто. Согласно апостольским полномочиям Адольф велел духовенству повиноваться ему. Архиепископ Теодерих же, вынужденный оставить священство, отправился на покаяние в Рим, где пробыл долгое время 131.

В том же году, облачившись крестом, большое количество людей из Саксонии, Вестфалии, Фрисландии и разных других земель вступили войной против бегинов. Поэтому многие из страха перед этим войском, оставив города и крепости, бежали, другие милостью Божьей отреклись от своих заблуждений и были возвращены к католической вере кардиналом, посланным римским престолом 132. Открылись и очистились церкви, возобновлено богослужение, проведены публичные мессы для паломников. Исполнив все это, некоторые из них вернулись на родину, другие с герцогом Лутпольдом Австрийским отправились дальше в Испанию сражаться с неверными, так как на кораблях туда прибыли по морю несметные полчища сарацин и других язычников, которых прислал король Марокко Массамут 133, чтобы подчинить себе всю Испанию и изгнать оттуда всех христиан. Когда король Испании 134 и остальные христиане начали с ними борьбу, то Господь Бог даровал его народу победу 135. Было уничтожено огромное множество врагов, а остальные, бежавшие на корабли, утонули в море.

В том же году мальчики разного возраста и положения из всей Франции и Германии облачили себя крестом и объявили, что им предназначено Богом отправиться в Иерусалим для поддержки святой земли. По их примеру множество юношей и девушек надели крест, желая пойти с ними. К ним также примкнуло несколько мошенников; все то, что они собирали, и что ежедневно получали от верующих, они недостойным образом скрыли, и поэтому то, что случилось с собранными деньгами, осталось тайной. Один из них был схвачен в Кельне и лишен жизни через повешение. Из-за этого многие сгоряча ушли в леса и пустоши, по причине голода и жажды. Другие, перейдя через Альпы и вступив в Италию, были разграблены и изгнаны обратно лангобардами, после чего с позором вернулись на родину.

Почти в то же время император Отто с войском вступил в Тюрингию и, к стыду ландграфа Гериманна, огнем и мечом разорил всю эту землю. В Нортузине он отпраздновал свою свадьбу с дочерью короля Филиппа, которая была с ним обручена, однако четыре дня спустя она приказала долго жить. Кроме того, в том же году король Сицилии Фридерих, сын императора Генриха, прибывает в Рим, где его с почетом встречает Папа, при содействии некоторых князей проезжает через всю Италию и достигает Аллемании, где все князья и дворяне Верхней Германии оказали ему радушный прием. Из-за этого император Отто решил выступить против него с войском. Однако, увидев, что его сторона оказалась слабее, он распустил войско и тайно удалился в Нижнюю Германию. А Фридерих прибыл в Майнц и на праздник святого апостола Андрея (30 ноября) собрал торжественный имперский сейм, где очень много князей, получивших от него лены, дали ему клятву верности.

В день святого Николая (6 декабря) скончался епископ Утрехта Теодерих, вместо него стал Отто, брат графа Герхарда Гельринского, еще очень молодой человек.

Год 1213

6. Симон Монфортский с христианами, пришедшими к нему на помощь против графа из Святого Эгидия 136 и бегинов, подступает к городу Тулуза и начинает сражение. Во время происшедшего там столкновения был убит пришедший к нему на помощь король Арагона 137, однако христиане одержали победу 138.

В том же году король Франции Филипп с очень большим войском вступил во Фландрию, чтобы изгнать графа Феррана 139, а землю подчинить своей власти, однако это ему не удалось. Потеряв убитыми очень много своих людей, он с огромными потерями и большим позором вернулся обратно побежденный. Осенью герцог Брабантский также был побежден в битве с епископом Люттиха, при этом почти все его люди были убиты или взяты в плен.

В том же году 140 епископ Отто из Мюнстера прибыл в Кельн, где был взят в плен несколькими сторонниками императора, затем его отправили в Верде 141 и по приказу императора заковали в цепи. По этой причине Зифрид, как легат римского престола, предал этот город анафеме, запретив проводить богослужения в церквях.

Год 1214

7. В год Господа 1214 Папа, скорбя из-за того, что Святая Земля так много времени находится под властью язычников, терпя их издевательства, отправляет послания по всем странам христианского мира, веля их мудрым знатокам слова Божия проповедовать Крест, чтобы в дальнейшем в различных странах огромное множество людей облачило себя крестом ради любви ко Христу и освобождения Святой Земли.

В том же году император Отто огнем и мечом разорил землю графа Гельре. В месяце июле император вместе с графом Ферраном Фландрским и герцогом Брабантским отправился с очень большим войском на войну против французского короля. При Торнакуме 142 они сошлись в битве и король Франции одержал победу. При этом Ферран с некоторыми дворянами Фландрии и Лотарингии оказался в плену. Их отправили в Париж и заковали в цепи. В то же время король Сицилии Фридерих с очень сильным войском переправился через Мозель и с помощью страха, распространившегося перед его появлением, привлек всех дворян тамошней земли на свою сторону. Затем он перешел Мозу и двинулся против герцога Брабантского. Тот, ужаснувшись его быстрым продвижением, обещал ему свою верность и, помимо этого, выдал в качестве заложников своего сына и других знатных людей.

В том же году 6 марта появилась комета, а 17 марта произошло лунное затмение.

Год 1215

8. 1 мая в Андернахе король Фридерих провел переговоры с дворянами тамошней земли, причем герцог Баварский 143 и очень много дворян облачились крестом.

Император Отто, всеми покинутый, долгое время со своей супругой пребывал в Кельне, не слушал никаких просьб об освобождении епископа 144, взятого им в плен в Верде 145, а поэтому граф Адольф Бергский осадил крепость, в которой епископ находился в заключении. После того, как он несколько дней осаждал ее, но добился немногого, он, наконец, велел подрывникам сделать в основании башни очень большое углубление, чем привел в отчаяние защитников крепости. Из-за лишений они вынуждены были передать епископа вместе с самой крепостью и добиться от графа права свободно отступить со своим имуществом. Это случилось в день перед праздником святого апостола Иакова (24 июля). В те же дни король Сицилии Фридерих с несколькими князьями и дворянами со всей Лотарингии прибыл в Ахен и на следующий день, также в праздник святого Иакова (25 июля), легатом апостольского престола, Зифридом, поскольку в Кельне не было архиепископа, был помазан в короли и возведен на королевский трон. Когда он затем был посвящен, то ради поддержки святой земли облачился крестом, воодушевившись проповедью креста, произнесенной схоластиком Иоанном из Ксантена. После него крестом облачились архиепископ Майнца Зифрид, епископы Люттиха 146, Бавинберга 147, Пассау 148, Страсбурга 149, герцог Меранский 150, герцог Брабантский 151, герцог Генрих Лимбургский, герцог Анцейский 152, пфальцграф Тунгенский 153, маркграф Баденский 154, граф Лудевих Лосский, граф Вильгельм Юлихский, граф Генрих Зейнский, Г. 155 граф Бергский и многие другие дворяне, а также очень много людей из рыцарского сословия.

После этого архиепископ Трирский Теодерих прибыл в Кельн и призвал жителей к примирению и подчинению королю Фридериху. Достигнув этого вместе с герцогом Брабантским, он восемь дней после праздника святого Панталеона (4 августа) проводил мессы в церкви святого Петра и снял анафему с духовенства и народа. Так как город в течение одного года и пяти месяцев из-за императора был подвергнут анафеме и интердикту, то богослужение в церквях было прекращено. Еще в тот же день король Фридерих вступил в город, встреченный горожанами и духовенством, где оставался семь дней, приказав всем присутствующим дворянам как из Верхней, так и из Нижней Германии под присягой отказаться от фальшивой монеты и несправедливого повышения налогов и установить прочный мир.

В этом году 28 августа около первого часа дня произошло землетрясение.

В том же году Папа собрал в Риме церковный собор. После того, как туда собрались из заморских областей, а также со всех христианских стран патриархи, архиепископы, епископы, аббаты, церковные прелаты, в церкви Святого Иоанна Крестителя в день святого Мартина (11 ноября) был открыт церковный собор, продолжавщийся до дня святого Андрея (30 ноября). При этом не было ничего достойного записи 156, кроме того, что Восточная церковь, о которой до сих пор не было слышно, доказала свое подчинение Римской церкви. Так как из Константинополя в Рим прибыли двое выбранных в патриархи и подчинились решению Папы. Тот же, по совету кардиналов, сместил их обоих и назначил третьего, утвердил его в должности и отослал по месту его пребывания.

Архиепископ Кельнский Тидерих, который там 157 долго пребывал, так и не смог добиться восстановления в своей должности, а потому Папа письменно велел церковным приорам избрать другого. Они возвратились в Кельн, на следующий день после воскресения "Воззовет" 158 собрались в церкви Святого Петра и избрали епископом старшего пастора собора, Энгильберта 159.

Год 1216

9. В праздник апостолов Филиппа и Иакова (1 мая) король Фридерих собрал имперский сейм в Вирцебурге 160, где в качестве легата Папы присутствовал Петр, кардинал Святой Потенцианы 161. На этот имперский сейм явился Энгильберт, избранник жителей Кельна, где его утвердил кардинал Петр, а король Фридерих вручил ему регалии.

В том же году 27 апреля достопочтенным эстонским 162 епископом Тидерихом была освящена церковь святого Панталеона. Прежде, а именно, в 980 году от принятия Господом человеческого образа, она уже была освящена достопочтенным кельнским архиепископом Варином, но так как угол алтаря был поврежден, то главный алтарь вместе с двумя другими, расположенными по бокам и посвященными святым Петру и Павлу, снесли и затем выстроили вновь. И вот, теперь их освятили одновременно с освящением небольшой примыкающей к ним часовни, которая была освящена в честь святой девы Катерины.

В том же году на восьмой день после апостольского праздника 163 скончался Папа Иннокентий, его преемником стал Цинций, кардинал титулом Четырех коронованных, получивший имя Гонорий 164. Еще в том же году английский король Иоанн 165, долгое время живший в распрях с баронами и дворянами своей страны, поскольку те ему сопротивлялись, некоторых из них взял в плен и предал жестокой смерти, а остальных осадил в городе Лондоне, столице Англии 166. Так как он им в тот день сильно досадил, то они, находясь в затруднительном положении, тайно отправили послание и позвали на помощь Лудевиха, сына французского короля. Тот прибыл, приведя с собой много кораблей 167, вынудил того снять осаду, и, при поддержке осаждаемых, преследовал короля во все стороны, подчинив при этом очень много крепостей и городов. Когда Иоанн умирает, сраженный тяжелым недугом 168, то преемником становится его сын Генрих. Он снова привлекает баронов своей страны на свою сторону, оказывает сопротивление французскому королю Лудевиху, когда тот второй раз с многочисленным войском и с еще большим количеством кораблей возвращается в Англию, и в морском сражении, захватив корабли и пустив их ко дну 169, убивает большую часть войска. А его самого он осаждает в одной очень мощной крепости 170, наседая на него так сильно, что тот обещал с выдачей заложников возвратить всю землю, захваченную его отцом у отца Генриха.

Комментарии

1 Г. Вайтц здесь следовал рукописям С1 и С2 как первоисточникам, тогда как в рукописи В много сокращено.

2 Точнее, в Ритфельде около Нойштадта на реке Айш между Нюрнбергом и Вюрцбургом. Там 20 октября умер архиепископ Конрад.

3 Иоганн.

4 Вейсенбург в Эльзасе (совр. Висамбур на севере франц. департамента Нижний Рейн).

5 В рукописи С2 добавлено "Генрих, брат короля".

6 Исаак II Ангел — византийский император, первый срок правления которого был 1185–1195 гг.

7 А именно, его собственным братом Алексеем.

8 Энрико Дандоло — венецианский дож в 1192–1205 гг.

9 Зара — город в Далмации (совр. Задар в Хорватии). В 1183 г. венгерский король захватил город у венецианцев.

10 Эммерих — венгерский король в 1196–1204 гг.

11 В рукописи В стоит: "и были посланы им, чтобы подчинить Восточную церковь Римской".

12 Генрих I

13 Отто Гельдернский.

14 Текленбург, к западу от Оснабрюка.

15 Мерзебург, к западу от Лейпцига.

16 Монастырь Клархольт (ныне деревня Клархольц) расположен примерно в пяти милях к востоку от Мюнстера недалеко от Реды.

17 Герцог Генрих Брабантский.

18 Написано Сконуинбурх.

19 Герхард.

20 Лудольф.

21 Хартвиг.

22 В 1204 году, однако это было перед Пасхой, и по обычаю жителей Кельна считалось в 1203.

23 Алексей III — византийский император в 1192–1203 гг.

24 Корфу (совр. Керкира) — остров в Ионическом море у побережья Греции.

25 Бонифаций Монтферратский.

26 Балдуин IX.

27 Граф Блуа и Шартра.

28 Т. е. в заливе Абидус на Геллеспонте. Слово "Буккеавие" состоит из слов "Букка" и "Авие" (или "Абиди") См. Wilken, Gesch. der Kreuzz. V, S. 199 Anm. 21. Pl.

29 Выражение "час пути" при определении галльской мили (в оригинале) не совсем точно, поскольку галльская миля составляет в длину только 1500 шагов. При этом названное расстояние между Абидусом и Константинополем вовсе не преувеличено, как это может показаться на первый взгляд.

30 Т. е. к азиатскому берегу.

31 Видимо к заливу Скутари.

32 Следовательно, на европейской стороне.

33 Специальные суда, используемые для перевозки лошадей.

34 Башня Галата построена в 514 г. при императоре Анастасии, а к VIII в. была обстроена укреплениями.

35 Варианты чтения "leveniani" C1, "Leveniani" B1, не проясняют смысла, поэтому предпочтительнее переводить "Geneciani", т.е. "генуэзцы", как в первом томе словаря Мартена и Дюрана (с. 784) где приведена версия нашего письма.

36 В оригинале: praeter nos "перед нами".

37 Т. е. берега залива.

38 Этот залив в действительности протянулся между Константинополем и Галатой в виде рога (откуда также его название "Хрисокерас", т. е. Золотой Рог), вдаваясь в сушу почти на милю в северо-западном направлении. См. J. von Hammer, Constantinopolis und der Bosporos, I. S. 18.

39 Дворец Константина (называемый также Магнаура) в Гебдомоне, в северо-западной части Константинополя, которая находилась у верхнего края залива ближе всего к нападающим крестоносцам.

40 Дворец Боэмунда у Ж. де Виллардуэна назван замком (С. 40 в издании Мишо и Пужуле. Ж. де Виллардуэн. Завоевание Константинополя. Гл. 164), "который являл собой аббатство, обнесенное стенами" и располагался он вне городских стен. Это старый Космидион (монастырь Космы и Дамиана) в предместье Эджуб (современное название) у самого залива. Название "Боэмунд" происходит от того, что во время Первого Крестового похода здесь жил знаменитый Боэмунд Тарентский, когда его принимал греческий император.

41 Знаменитый дворец Влахерна (Плахерна) располагается недалеко от дворца Константина, но ближе к заливу, напротив Космидиона. Он был построен прямо у городской стены, в которой были ворота того же названия, выводящие на берег и к Космидиону (Ср. упоминание об этом в вышеназванной работе J. von Hammer, I. S. 105. 196. 204; II. S. 32 ff.).

42 Вид небольших осадных машин (франц. мангоннель) — передвижное метательное осадное орудие типа баллисты.

43 Дураццо.

44 Матфиас.

45 Ожье де Сен-Шерон (в современном департаменте Марна, округ Витри, кантон Сен-Реми-ан-Бузмон) не был одним и тем же лицом с вышеназванным маршалом Шампани, как это может показаться судя по оригинальному тексту (здесь вводит в заблуждение союз "и"); это два разных человека. Маршалом Шампани был Жоффруа де Виллардуэн известный французский хронист, писавший о Крестовых походах. Ср. с его описанием (с. 37 указ. изд. Ж. де Виллардуэн. Завоевание Константинополя. Гл 151).

46 В исходной тексте "atturbati", т. е. "взволновались".

47 Маргарита Венгерская, дочь короля Белы III. Выйдя в 1186 г. замуж за Исаака II Ангела, сменила имя на Марию.

48 Следующее письмо под тем же адресом и с некоторыми, по большей части, незначительными расхождениями, содержится также в шестой книге Хроники Арнольда из Любека.

49 В рукописи В1 in Romanie (по отношению к римлянам) изменено на "от римлян".

50 Хеннегау — графство, располагавшееся на территории совр. бельгийской провинции Эно и части франц. департамента Нор.

51 Император Балдуин ссылается здесь скорее всего на аналогичное послание кельнскому архиепископу (а возможно и другим князьям), как то, которое он вместе с остальными предводителями крестоносцев отправил королю Отто. В целом оно было короче, как предыдущее письмо из нашей хроники от графа из Св. Павла, приблизительно того же времени. Оно содержится в шестой книге Хроники Арнольда из Любека.

52 nostris moribus adversa barbaries (местных враждебных нравов иноземцев).

53 Византийский вельможа Алексей Дука, по прозвищу Мурцуфль, т. е. "насупленный". Правил под именем Алексея V.

54 По прозвищу Канабус.

55 В рукописи здесь (но не при имени "Арнольд") вместо iam dictus "уже названный" стоит indictus "неназванный".

56 Т. е. в сторону залива.

57 Т. е. в пятницу перед воскресением Юдика (вторым воскресением перед Пасхой, называемой по первым словам 42 Псалма: "Iudica me Deus", "Суди меня, Боже"), которое в 1204 г. попадало на 11 апреля.

58 С залива.

59 Нивело Суассонский.

60 Карнерий де Тренель Труасский.

61 Вернее: Теодор Ласкарь, впоследствии ставший императором Никейской империи.

62 Ср. Иисус Навин 23:10.

63 Ср. Псалмы 98:1.

64 Конрад

65 Альберт

66 Аккона — совр. Акен, город на Эльбе выше Магдебурга.

67 Этот известный богатый монастырь, вначале бенедиктинский, а затем — цистерцианский, располагался в Монферратском маркграфстве в двух милях к западу от Верчелли в сторону Турина.

68 Ср. 1-е Послание Петра 2:13.

69 Иоанн 16:22.

70 Весь этот отрывок отсутствует в Рукописи В. В сокращенном тексте вместо этого отрывка стоит слово "наконец".

71 А именно, вдова Теодериха, Адельхейд, урожденная графиня Клеве.

72 Людвиг, граф Ло.

73 Гарлунгенбург к востоку от Гослара в Нижней Саксонии.

74 Он был старшим пастором в Утрехте.

75 Совр. Вейсензее, в 20 км к северу от Эрфурта.

76 Отакар I (Пржемысл-Оттокар I) — король Богемии в 1197–1230 гг.

77 Иоанн.

78 Конрад III Шарфенбергский.

79 Дитгельм

80 Заальфельд.

81 Так называли Ирену, передавая таким образом иностранное греческое имя.

82 Иоанн (Бетунский). Камбраи, совр. Кам в Баварии к северо-востоку от Регенсбурга.

83 Хохштаден, приблизительно в двух милях к югу от Бонна в направлении на Альтенар.

84 Граф Саинский.

85 Латинское название — Tiuciense castrum. Дойц — крепость на Рейне против Кельна.

86 Нойс (Нусия), город, примыкающий с юго-запада к Дюссельдорфу.

87 Иоиль 1:4.

88 Монахи ордена цистерцианцев вне монастыря носили серые одеяния.

89 В сентябре.

90 На реке Рур, около 2 миль от ее впадения в Маас.

91 Региомагус, совр. Ремаген, к югу от Бонна.

92 Господствующая над низовьями долины реки Ар крепость Ландскрон.

93 Конрад Шарфенбергский.

94 В летописи Райнера Люттихского (M. G. Scriptores XVI, 660) духовенство в связи с примирением жителей Кельна с королем Филиппом не упомянуто.

95 Вольфгер, бывший епископ Пассау.

96 Отто.

97 На реке Зиг, правом притоке Рейна, к востоку от Зигбурга.

98 Гейсбергского.

99 Т. е. в 1180 г. Ангария (Энгерн) — в среднем течении р. Везер к западу от Ганновера.

100 Прованс — провинция на юго-западе Франции.

101 Петр из Кастельнау (Шатонёф). Однако он был не кардиналом, а только цистерцианским монахом.

102 Сен Жиль — монастырь на юге Франции к западу от Арля в направлении на Монпелье.

103 Эбрах — цистерцианский монастырь в Штайгервальде во Франконии к западу от Бамберга. Место называется Оберндорф.

104 В рукописи В1 вместо этого указан 12-й год Отто.

105 Гуго (Пьерпонтский)

106 Арнольд.

107 Этим названием в нашей хронике обозначаются альбигойцы.

108 Автор хроники смешивает здесь двух разных женщин: Матильду, так называемую "великую графиню", дочь маркграфа Тосканского, и Матильду, дочь герцога Роджера Сицилийского и супругу несчастного молодого Конрада.

109 По Эккехарду в 1099 г.

110 "Великая графиня" Матильда управляла, наряду со своими материнскими владениями в Лотарингии, еще и доставшеся ей от своего отца областью средней Италии (Тоскана, Парма, Модена, Режио и др.).

111 В 1102 г. она преподнесла в дар римскому престолу, который тогда занимал Папа Пасхалий II, все свои владения, которые она завещала еще в 1077 г. (при Григории VII). Эти события точно изложены у А. Оверманна в его книге "Graefin Mathilde von Tuscien". Инсбрук, 1895.

112 Фридерих, молодой сын императора Генриха VI.

113 Т.е. перед учителями парижской школы теологии.

114 Симон де Монфор (1160–1218)

115 Трудно сказать, кто здесь имеется в виду под этим именем. Граф Тулузский не может быть, так как он еще встречается позже, как граф из Святого Эдигия, а также остальные обстоятельства рассказа не могут относиться к нему. Скорее всего это может быть Раймон, владелец Терма, что вытекает из последующего изложения. Pl.

116 Раймон Рожер, виконт Безье, был племянником графа Тулузского. Однако годом ранее при осаде Каркассона он был обманом взят в плен и вскоре после этого умер. Pl.

117 Т.е. графа Раймона VI Тулузского. Раймона VI, известного героя Первого Крестового похода, вначале часто называли "из Святого Эгидия", а затем это определение было оставлено за династией графов Тулузы. Pl.

118 Терм — город в южном Лангедоке, южнее Каркассона. В рассказе о захвате этого города в нашей хронике появляются, смешиваясь друг с другом, подробности многих другх осад, особенно осады самого Терма (в 1210 г.) и осады Лавора (в 1211 г.). Возможно, что здесь также обигрываются воспоминания об осаде Каркассона, бывшей в 1209 году. Их сравнивали с изложением в более позднем сообщении Петра из Вольсерне, анонимного составителя истории альбигойцев, и Вильгельма из Пюилоранса в переводе Гвизо (Собрание письменных памятников, относящихся к истории Франции, том 14 и 15). В общем, период альбигойских войн в нашей хронике является самым запутанным, так как сообщения о нем основывались видимо на устных рассказах одного лотарингского крестоносца, который после своего возвращения с войны уже не мог точно воспроизвести различные иностранные топонимы и имена. Pl.

119 Согласно Петру из Вольсерне (у Гвизо, том 14, стр. 105, 121) осада Терма продолжалась почти четыре месяца, с конца июля до 23 ноября 1210 (а не 1211, как отмечает Гвизо на стр. 106). Pl.

120 Нечто подобное рассказывает Петр из Вольсерне в конце 51-й главы (стр. 142 у Гвизо) об альбигойцах, осажденных в Лаворе. Pl.

121 См. об этом сообщение Петра из Вольсерне (стр. 120 у Гвизо) и анонимную историю альбигойской войны (в 15-м томе собрания Гвизо, стр. 52). Pl.

122 При овладении Термом беспристрастный составитель анонимной истории альбигойцев рассказывает явно в угоду Симону Монфортскому, что тот пощадил обнаруженных в крепости женщин и с честью велел их охранять (По Гвизо, Т. 15, стр. 53). Однако же упоминается о массовом сожжении женщин во многих других местах, например, при захвате Лавора (3 мая 1211) была зверски убита сестра защитника этого города (хотя и не на костре). По-видимому, это и послужило источником для вышеуказанного сообщения в нашей хронике. (См. Петр из Вольсерне, у Гвизо, т. 14, стр. 98, 145; Вильгельм из Пюилоранса, там же, т. 15, стр. 237) Pl.

123 Мухаммед ан-Насир, султан Марокко из династии Альмохадов в 1199–1214 гг. Христианские писатели чаще всего называют его Мирамолин (сокращённое от "эмир Аль-Муменим", т.е. "предводитель верующих"). "Массамут" — название берберского племени, которое часто появляется у Х.-А. Конде (см. История мавров в Испании, например, т. 2). Pl.

124 Отакар I.

125 Экберт, сын герцога Бертольда III Меранского.

126 Молодого Вратислава.

127 Аделе.

128 Дитрих.

129 Констанция, дочь короля Белы III.

129a Отто.

130 См. Второе продолжение, год 1211.

131 До 1216 г., см. ниже. Это последнее предложение есть только в рукописи В.

132 Здесь, видимо, имеется в виду легат Тедиз. Pl.

133 См. выше прим. 123.

134 Альфонс IX Добрый, король Кастилии, в союзе с Петром II, королем Арагона, и Санчо VII, королем Наварры. Pl.

135 Это большая победа христиан при Лас-Навас-де-Толоса или при Убеде, одержанная 16 июля 1212 г. Pl.

136 Раймон VI Тулузский.

137 Петр II.

138 11 сентября при Мюре, к югу от Тулузы. Pl.

139 Сын португальского короля Санчо I, мужа Иоанны, старшей дочери Бодуэна Фландрского, возведенного на императорский престол в Константинополе. Pl.

140 Во время поста 1214 г., ср. Второе продолжение, год 1214.

141 Кайзерсверт на Рейне, ныне у северной окраины Дюссельдорфа.

142 Точнее, при Бувин, западнее Турне (Дорник) Pl. Турне — город на западе совр. бельгийской провинции Эно.

143 Людвиг.

144 Отто Мюнстерский.

145 Кайзерсверт, см. прим. 141.

146 Гуго.

147 Экберт.

148 Ульрих, избранный незадолго перед этим.

149 Генрих

150 Отто.

151 Генрих I.

152 Согласно Ширмахеру (Schirrmacher, Kaiser Friedrich II, Bd. 1, S. 287) это герцог Теобальд из Нанси (т.е. из Верхней Лотарингии) Pl.

153 Рудольф I Тюбингский (если не имеется в виду его брат Гуго, который с большинством остальных упомянутых здесь духовных и светских деятелей, четырьмя днями позже появляется в качестве свидетеля в торжественном королевском акте для города Ахен. Lacomblet, Niederrhein. Urkb. II. S. 27.) Pl.

154 Герман V или его брат Фридрих. В книге Schopflin, Historia Zaringo-Badensis I. 306 это осталось неопределенным. Pl.

155 Графом Бергским тогда был Адольф V, но автор видимо считает, что им был его зять и (1218) преемник — Генрих.

156 Странное высказывание! Неужели до составителя нашей хроники не дошло никаких точных известий об этом столь выдающемся церковном соборе? Pl.

157 В Риме.

158 Воскресение "Invocavit (Воззовет) "— шестое воскресение перед Пасхой, называемое по словам Псалма 90:15 "Invocavit me, et ergo exaudiam eum (Воззовет ко мне, и услышу его)".

159 Брат графа Адольфа Бергского.

160 В рукописи В ошибочно стоит "Нуринберг".

161 Кардиналы носили титулы по именам римских церквей и капелл, при которых они числились. Церковь Св. Потенцианы (Пуденцианы) — одна из старейших церквей в Риме, построена в IV в. Титул кардинала Св. Потенцианы установлен в 499 г.

162 Heistorum (Дорпат, Дерпт, ныне — Тарту).

163 Это указание неточно, он умер 16 июля.

164 Гонорий III (Ченчио Савелли) — Папа Римский в 1216–1227 гг. О титуле см. прим. 161. Базилика "Св. Четырех коронованных" посвящена четырем римским солдатам, казненным при императоре Диоклетиане, принявшими венец (корону) мученичества. Титул кардинала Четырех коронованных установлен в 975 г.

165 Иоанн (Безземельный) — английский король в 1199–1216 гг.

166 in Lunnense civitate (в Лондоне городе).

167 Он высадился 21 мая на острове Танет (восточное побережье графства Кент).

168 19 октября в Ньюарке (в Ноттингемпшире) он умер от лихорадки.

169 24 августа 1217 года.

170 Монтсорел (совр. Маунтсоррел) в Лестершире. Однако сам принц Людовик не был в крепости, пока ее осаждало королевское войско. Следующее сообщение также неверно.

Текст переведен по изданию: Die Koelner Koenigschronik. Uebersetzt von K. Platner. Die Geschichtschreiber der deutschen Vorzeit. 2. Ausgabe. 12. Jahrhundert. Band 53. Leipzig 1893.
Электронное издание текста в собрании: Fortsetzung der Quellensammlung zur mittelalterlichen Geschichte (Continuatio).
www.heptagon.de

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.