Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

МОВСЕС КАЛАНКАТУАЦИ

ИСТОРИЯ СТРАНЫ АЛУАНК

КНИГА ТРЕТЬЯ

ИСТОРИИ СТРАНЫ АЛУАНК

ГЛАВА I

О НАШЕСТВИИ НАРОДА ИЗМАИЛЬСКОГО ИЗ ЮЖНОЙ СТРАНЫ И ЗАВОЕВАНИИ ВСЕХ СТОРОН ВСЕЛЕННОЙ И О ТОМ, ЧТО ЭТО НАЧАЛОСЬ ОТ МАхМЕТА-ЛЖЕПРОРОКА

Помня слова патриарховы, пророчащие об Измаиле – «…руки его на всех» и [будет] «…от него великий народ» (Бытие, 16, 12; 17, 20), здесь мы изложим предсказания бодрых духом учителей наших о будущем.

В те времена, когда царствующий в Персии род Сасанидов приходил в упадок, появился некий муж по имени Махмет [один] из лжепророков, о которых предупреждал Спаситель.

Свирепый, одержимый дьяволом, жил он в пустынях вооруженный луком. В один из дней дьявол принял вид дикого козла, свел его с неким пустынником по имени Бахира, [последователем] лжеучения Ария. А сам тут же исчез. Махмет навел на того человека большой лук свой, а тот крикнул громко: «Не совершай греха, сынок, ибо я такой же человек, как и ты». И сказал Махмет: «Если ты человек, зачем же живешь в пещере этой?». И тогда он позвал его к себе и стал учить Ветхому и Новому заветам по Арию, который считал Сына Божьего творением. И он [отшельник] велел рассказать дикому племени тачиков все то, чему он научился у скверного учителя [своего] и потребовал, чтобы об убежище его не знал никто.

А невежественное языческое и льстивое племя то, дивясь его рассказам о чудесах, спрашивало Махмета: «Откуда же ты знаешь [все] это?» А Махмет обманывал простодушное племя свое и говорил: «Ангел говорит со мной, как говорил с одним из первых пророков, говоривших с Богом». Тогда они тайно назначили соглядатаев, чтобы узнать, кто рассказывает ему это, или откуда он знает все это? Махмет же, узнав об этих изменниках, тайно убил своего лжеучителя и зарыл его в песок. Затем он сел там, на том же месте, и [когда пришли] соглядатаи, сказал им: «Вот здесь является мне ангел и рассказывает о великих чудесах». Те, увидев его одного, пошли и рассказали [об этом] простодушному, заблудшему племени тачиков.

Тогда они, собравшись, огромной толпой пришли в безводную, дьявольскую пустыню и большими почестями окружили одержимого дьяволом Махмета. Этим исполнилось слово Спасителя о том, что придут лжепророки (Марк, 13, 22). И Махмет, соблазненный дьяволом, начал свое пророчество. Он говорил: «Если вы будете внимать моим проповедям и пророчеству, будете следовать им, то великая власть достанется нашему народу. Сказано в книге греков, что Бог даст нам власть за веру нашу». И места поклонений и жертвоприношений он назвал Куполом Авраама или местами, где ступал Бог. И повелел он совершить там жертвоприношение, а день этот назвал днем Авраама. Он велел [также] помолиться в четырехугольной молельне, [велел] поставить каменный столп и прикладываться к нему во имя Авраама. Это о нем пророчил блаженный пророк: если муж отпустит жену свою, и она отойдет от него и сделается женою другого, и если возвратится она к мужу [своему], то не будет ли она осквернена совершенно? (Иеремия, 3, 1). Так и поступил сам Махмет. Некий тачик, по имени Талб, имел красавицу жену. [Махмет] послал вестника к нему о ней, мол, Бог велел тебе оставить жену свою. И Талб привел свою жену на площадь, где при свидетелях клятвенно отпустил ее. Тогда Махмет взял ее себе и утолил с ней сладострастные желания свои. А после этого он вновь говорит Талбу: «Бог велел тебе взять свою жену обратно». И этот мерзкий закон, согласно которому отпускают жену и вновь берут ее обратно после того, как она ложится с другим, укоренился у них. Такой уж у них мерзкий закон – клянутся страшным именем Божьим и тут же нарушают клятву, когда же клянутся позором жен – клятву держат твердо. И много других мерзостей завещал он народу тому, являющемуся предтечей и воином антихриста, [народу], который еще [долго] будет его [антихриста] поклонником и соратником. Это о них говорил благословенный Павел: «…люди, оскверненные грехами, негодны в вере… их безумие обнаружится в день Страшного суда Божьего», и еще: «…со слезами говорю, я о врагах Креста Христова. Их конец – погибель…» (Послание к Филиппийцам, 3, 18-19).

В конце шестьдесят пятого года армянского летосчисления лжеучитель Махмет появился в городе Медине. А в семидесятом году двинулся на Купол Авраама, [но взять его не смог] и в месяце сафаре вступил в тот город, который [ныне] называется его же именем – [город] Махмета. Здесь он пробыл год и в течение всего этого времени устраивал вылазки из города. В начале месяца раби авал он напал на Купол Авраама и овладел им девятнадцатого числа месяца рамазана. То было на восьмой год его власти. Пятнадцатого числа месяца шаввал он сразился с персом Рефом.

В день равноденствия месяцу зу-л-када он прибыл в Мекку, а затем [вновь] возвратился в свой город, когда еще [от месяца] зу-л-када оставалось дней шесть. В Мекке он оставил амиром Се[и]да, сына Абусида. А друзья его возвратились в Мекку. Старшим среди друзей его был Абубакр, сын Абу Кахпа, и это был девятый год власти Махмета. На десятом году своей власти, в понедельник второго числа месяца раби алауал, он скончался. В продолжение тринадцати лет проповедовал он свое лжеучение. Сорок лет было ему, когда он появился, а умер на шестьдесят третьем году.

ГЛАВА II

О ТЕХ, КТО СТАЛ АМИРМУМИНОМ ПОСЛЕ ЛЖЕПРОРОКА МАхМЕТА

Вторым правителем тачиков после Махмета был Абубакр Абу Кахпа и властвовал он лет девять.

[Затем] был Умар ибн Хатаб – лет семь, его убили.

[Третьим] – Утман ибн Апан – одиннадцать лет, [после чего] Утмана низвергли и передали Абдале власть и честь красить шафраном волосы и бороду.

[Далее] Муавеа – лет девять.

Езид ибн Мусавеа – лет восемь. В его время жил хАджадж ибн Иусуп.

Абдлмелик ибн Мрван – лет одиннадцать.

Влид сын Абдлмелика – лет девять.

Сулейман ибн Абдлмелик – лет четырнадцать.

Умар сын Абдл Азиза – лет десять.

Езид ибн Абдлмелик – лет шесть.

хЭшм ибн Абдлмелик – лет двадцать.

Влид ибн Езид – один год. Его убили, и начались смуты среди тачиков.

Мрван сын Махмата – года четыре. Этот убил шестьдесят мужей из Куришиков, главных [старейшин] тачиков – убийц амира Влида, лично подав знак своим людям.

Затем пришел Абдл Абас и с помощью маров и войска Абу Мслима, правителя Хорасана, убил Мрвана и правил лет семь. Абдл Абас был сыном Абдалла Махмата, сына Ага, сына Абдалы, сына Аббаса, сына Абд ал Муталиба, род которых ныне называется хЭшамиками [Хашемитами]. Достигнув власти, он тайно убил Абу Мслима. Но вскоре после его убийства умер и сам.

Абу Джапр, его брат, прозванный Абдла – двадцать два года. Этот умер в Куполе Авраама.

Махади, звали которого Махмат, сын Абдла – лет девять.

Мусэ – один год.

хАрун сын Махади, звали которого Махдиун – лет двадцать пять. Слишком много горя причинил он стране [нашей], вследствие чего [население] многих гаваров Армении бежало к ромеям.

Махмат сын хАруна – года три. хАрун еще при жизни своей разделил власть между двумя сыновьями своими – Махматом и Маймуном. По старшинству Махмат получил власть в Багдаде и Хорасане. Но Маймун восстал и пошел на него войной. Махмат был убит. И Абдла, прозванный также Маймуном, правил в обеих частях.

Ибраим – лет десять. хАрун был двадцать третьим по счету амирмумином после Махмета.

И был двести восьмидесятый год армянского летосчисления.

ГЛАВА III

О НЕКОЕМ БАКУРЕ [ДИОФИЗИТЕ], СТАВШЕМ КАТОЛИКОСОМ АЛУАНКА, ПРИНЯВШЕМ ПО ОСВЯЩЕНИИ ИМЯ НЕРСЭС

После кончины блаженного Елиазара, католикоса Алуанка, некий последователь ереси халкидонской по имени Бакур, некогда рукоположенный в епископы Гардмана и названный Нерсэсом, тайно сговорился с супругой Вараз-Трдата, госпожой Алуанка Спрам, исповедовавшей ту же ересь, и заключил с ней союз, дабы осуществить свое тщеславное властолюбие, говоря: «Если ты желаешь, возведи меня в сан хайрапета Алуанка, и я обращу весь Алуанк в последователей [собора] Халкидонского. И вняв ему, женщина зловерная уговорила епископов и вельмож Алуанка, и все они согласились исполнить ее просьбу, не подозревая в том предательства. Но всемогущий Святой Дух внушил Иовелу, епископу Мец Иранка, и тот потребовал у Нерсэса, чтобы он перед многочисленным собранием дал скрепленный своим перстнем дзернарк 2, грамоту, предававшую проклятию Халкидонский собор и послание [папы] Льва. И получил он эту грамоту, данную собору Восточного [края] согласно каноническим правилам и [лишь после этого] тот же епископ Иовел вместе с другими епископами удостоили его [Нерсэса] сана хайрапета святого престола Алуанка. И тут же епископ Иовел взял грамоту с проклятием и хранил у себя. После этого прожив еще лет четырнадцать, он почил во Христе.

Тогда Нерсэс нашел время подходящим, чтобы осуществить свой умысел, и немедля поспешил в гавар Мец Иранк, и в лице Закарии, настоятеля монастыря, нашел себе сообщника, пообещав рукоположить его в епископы и дать ему церковный хас, лишь бы он вернул выданную им грамоту, чтобы сжечь ее. И тот [Закария] вернул ему грамоту, данную священному собору. Взяв грамоту, он [Нерсэс] тут же сжег ее и рукоположил Закарию в епископы Мец Иранка. Заручившись, таким образом, необходимой ему дружбой, он возвратился к прежней мерзости, [осуществления] которой он ждал так долго. А госпожа Спрам заставила его, а с его помощью и других нахараров, принявших заразу [халкидонскую], разрушить алтари во многих церквах и вышла победительницей, преследуя и изгоняя [из страны] православных отроков церкви, достойных наследников ее. Прежде всего изгнали епископа Мец Колманка, блаженного Исраэла, чудотворца, обратившего многие области хазиров и гуннов в христианство, а вместе с ним и епископа Гардмана Елиазара. Однако некоторые епископы, как-то: Иовханнэс – епископ Капалака, Сахак – епископ Амараса, Симэон – епископ хОша и великий князь Алуанка Шеро со своими азатами отвернулись от него и, созвав многочисленный собор церковной братии, предали проклятию Нерсэса со всеми другими еретиками и сообщили письмом в Армению об этих злосчастных событиях.

ГЛАВА IV

ПОСЛАНИЕ СОБОРА АЛУАНКА АРМЯНСКОМУ КАТОЛИКОСУ ЕЛИИ

Католикосу армянскому, владыке Елии от всего собора Алуанка поклон.

[Мы обращаемся к вам], ибо отцы наши и отцы ваши исповедовали одну веру и заботились о спасении душ друг друга, благодаря чему наша страна до последних дней оставалась непричастной к губящей вселенную скверной ереси халкидонской, которая по попустительству Господа Бога наполнила ныне всю вселенную.

Теперь же, Нерсэс, которого мы считали нашим добрым пастырем, оказался волком и стал раздирать разумную паству Христову. Поэтому мы пожелали напомнить об этом вашей святости, чтобы вы посетили нас, как свою паству, и исцелили наши недуги.

Будьте здравы в Господе.

ГЛАВА V

ПОСЛАНИЕ КАТОЛИКОСА АРМЕНИИ ЕЛИИ К АМИРМУМИНУ АБДЛМЕЛИКУ ОТНОСИТЕЛЬНО ТОГО ЖЕ

Властителю вселенной Абдала амирмумину от епископосапета Армении Елии.

Волей вседержителя Бога страна наша покорно повинуется вашей власти. Как мы, так и алуанцы исповедуем одну и ту же веру – в Бога Христа. Теперь же, тот, кто является католикосом Алуанка в Партаве, договорился с императором ромеев, в молитвах своих поминает его и принуждает всех, стать единоверными с ним. Так знайте вы об этом и не оставляйте без внимания, ибо некая знатная госпожа заодно с ним. Повелите своей высокой властью наказать по заслугам тех, кто вздумал грешить против Бога.

ГЛАВА VI

ОТВЕТ АМИРМУМИНА АБДЛМЕЛИКА НА ПОСЛАНИЕ АРМЯНСКОГО КАТОЛИКОСА ЕЛИИ

Письмо твое искреннее, человек Божий Елия, католикос [***] армянского народа, я прочел, и милостью отправляю к тебе моего верного слугу с многочисленным войском. Взбунтовавшихся против нашего владычества алуанцев я повелел [вновь] вернуть к вашему вероисповеданию. Мой слуга накажет их в Партаве на твоих глазах, а Нерсэса и женщину ту, единомышленницу его, заковав в железные цепи привезет с позором к царскому двору [моему], чтоб я выставил их в назидание всем мятежникам.

ГЛАВА VII

ПРИБЫТИЕ АРМЯНСКОГО КАТОЛИКОСА ЕЛИИ В ПАРТАВ И НАКАЗАНИЕ НЕРСЭСА. НА ЕГО МЕСТО ВОЛЕЮ СОБОРА АЛУАНКА ВОЗВОДЯТ АРХИДИАКОНА СИМЭОНА

И прибыл великий хайрапет армянский Елия в великий город Алуанка – Партав. Воссев в главной церкви, он приказал привести к себе Нерсэса. Но так как тот скрылся, его не могли найти. Тогда благоверный Шеро, князь Алуанка, схватил его приближенных и потребовал, чтобы они привели Нерсэса. [Привели] этого гнусного на большое судилище, и стоял он молча перед [католикосом] Елией и не мог оправдаться, и потому согласно царственному повелению подвергся тяжким пыткам. И прикован был он к той женщине нога к ноге и снаряжен в дальний путь на чужбину, но, не принимая пищи дней восемь, умер. [Перед смертью] он попросил похоронить себя в оковах и проклял Шеро, ибо считал его причиной несчастья своего и Спрам и за раздор, возникший между князем и Спрам из-за власти.

И правил Нерсэс праведно на хайрапетском троне лет четырнадцать, а как еретик – года три с половиной, подобно антихристу, который явится в последние дни.

После всего этого на соборе том избрали Симэона, мужа святого и кроткого, и рукоположили его в хайрапеты Алуанка. Он избавил страну от смут Нерсэса и завещал заблудшей церкви много правил истинной веры. А все книги гнусного Нерсэса, полные ереси, собрав в сундуки, [велел] бросить в реку Трту, в местности, называемой Бердакур, там, где он проводил лето.

На троне [Симэон] находился года полтора.

ГЛАВА VIII

ДЗЕРНАРК, КОТОРЫЙ ПОТРЕБОВАЛ АРМЯНСКИЙ КАТОЛИКОС ЕЛИЯ ОТ СОБОРА АЛУАНСКОГО О ЕДИНОГЛАСИИ И ПРОЧНОМ СОЮЗЕ МЕЖДУ АРМЯНСКОЙ И АЛУАНСКОЙ [ЦЕРКВАМИ]

Так как в привычке сатаны, ненавидящего добро, врага нашего и противника спасения рода людского, всевозможными злодеяниями вылавливать простодушных людей и бороться с отроками церкви по [злой] природе своей, то он помышляет [соблазнять] и избранных, согласно словам [апостола]: «…противник ваш, диавол, ходит как рыкающий лев, ища кого проглотить» (1 Послание Петра, 5, 8).

Ведь злоба восставшего [против Бога] с самого начала отдалила нас от древа жизни и сладостной неги рая, прогнав оттуда первосотворенного праотца нашего. И Сатана, что с самого начала грешил, теперь [соблазняет] особенно людей глупых, слабохарактерных и доверчивых, чей ум уже омрачен временем, проведенным на неправедном пути, дабы не засиял над ним свет славы Христовой.

Так как искуситель лишился тех, кто жестоко обманутый им, поклонялся в заблуждении идолам, то теперь желает сделать то же самое рукой неразумных людей, разъединивших Божью церковь новыми проповедями и нечистыми средствами, и обрести вклад и проценты.

Вследствие этого среди нас теперь появился горький корень злой ереси Нестория и Максимоса, благодаря надменному Нерсэсу, избранному с нисхождением Святого Духа пастырем дома Алуанка, впоследствии коварно ставшему вероотступником и соблазнителем душ наших.

Так, недостойной рукой своей он разрушал спасительные заповеди отцов наших, проповеданные апостолами, которые утвердили они в нашей церкви своими непорочными руками, и разгонял ревностных епископов православной веры, блюстителей преданий [веры]. Оклеветав одних, он изгнал их в чужие страны, других же, притесняя, поверг в нищету и горе, разорил великолепные престолы [епископские], возмутил и расстроил сонмы отшельников. Таким образом он рассеял превосходных членов святой плоти Христовой. Все сыны Сиона были сбиты с толку обманом и ввергнуты в заблуждение. Храм наш святой был осквернен, как [то сказано] в плаче Иеремии [о Иерусалиме]: упразднена была слава святыни нашей и, угасая, погибла хвала хвалы нашей во всех четырех концах вселенной.

Но воздадим мы здесь благодарение и благословение Богу, Спасителю нашему за то, что не дал Он врагу людского рода преуспеть совершенно, а смягчившись над нашей слабостью и пожалев народ свой, направил к нам тебя, почтенного отца Елию, милостью Божьей католикоса армянского, мужа святого и праведного, сопрестольника святого Григора, в сопровождении ваших епископов и вардапетов – Симэона епископа Хорхоруника, Саргиса епископа Аматуниев, Саргиса епископа Ростака, вардапета Иовханнэса и многих других учеников ваших, что прибыли в нашу столицу Партав и своими приятными проповедями искоренили зло из нашей среды. Следуя традициям предков наших, обновили престол наш хайрапетский через мужа святого, чему мы воистину свидетели. Потому все мы, Симэон – католикос Алуанка, Иовханнэс – епископ Капалака, Симэон – епископ хОша, Сахак – епископ Амараса, святолюб Кшик – танутэр 3 монастыря Нерсмихра со всей братией своей, оставшейся непричастной к ереси, танутэр монастыря Гюта, танутэр монастыря Катарованк, танутэр монастыря Иовсепа, Давид – монах из монастыря Каланкатуйка, Петрос – монах из монастыря Ткракерта, Павлос – монах из монастыря Алацоба, а также христолюбивые и достохвальные азаты – боголюбивый патрик Шеро – князь Алуанка, патрик Джуанко – полководец Алуанка, Вардан Патрик и брат его Гагик, Баб сын хРахата, Вахтанг сын Варазмана, Патрик сын Каро из царского рода, Вахан сын Вараз-Иохана, Теодорос сын Анастаса, Ростом сын Вараз-Ако, Зармихр сын Вараз-Курдака из царского рода, Махмат сын Шеро и все азаты страны нашей с согласия всех священников и [остальных] мирян единодушно благословили и приняли апостольскую нашу веру, которая вначале проповедана была [у нас] святым Елиша, а затем утверждена святым Григорисом и до сих пор оставалась непоколебимой. И когда обрушились на нас эти испытания, Бог послал нам свою помощь через тебя, преемника святого Григора, католикоса армянского. Мы были и будем учениками твоего православия – владыки Елии, сумевшего отомстить врагу справедливости.

И вот теперь мы предаем проклятию всех еретиков – первых, средних и последних: Номиноса и его учителя Ария, Валентиноса и Аполинария, Мани и Маркиана, Евтихия и Нестория, Диодора и Теодорита, собор Халкидона и послание Льва, Максимоса и его учеников, а вместе с ними и гнусного Нерсэса нашего, следовавшего учению диофизитов, и всех других последователей [той ереси]. Мы устанавливаем этот канон перед Богом и перед вашей святостью, чтобы впредь никто не смел удаляться от преданий отцов наших и ваших, а если появится кто-либо дерзкий, который вновь внесет в нашу [церковь] новые верования, да будет он проклят Святой Троицей и братством нашим, да лишится он милости [Святого] Духа и да не будет он удостоен обещанного царствия [Небесного]. Если он епископ – да лишится он достоинства и будет низложен с высоты трона своего, если иерей – понесет ту же кару, если из священнослужителей – да будет он предан проклятию и изгнан, а если из азатов – отлучен от церкви и никто не смеет общаться с ним, пока не вернется он на истинный путь.

Относительно рукоположения католикосов Алуанка мы также приняли следующий канон: так как с недавнего времени наши католикосы в сан свой возводились [рукополагались] нашими епископами и, поскольку ныне они проявили неопытность и неблагоразумие, вследствие чего наша страна впала в ересь, то по причине этой мы [ныне] обязуемся перед Богом и перед тобой, хайрапетом, что рукоположение в католикосы Алуанка должно совершаться через престол святого Григора, с нашего согласия, как оно и было со времен святого Григора, ибо оттуда мы получили просвещение свое. И знаем мы твердо, что тот, кого вы изберете, будет угодным и Богу, и нам. И никто да не посмеет нарушить это условие и предпринять что-либо иное. А если все-таки [кто-то сделает иначе], будет это недействительным и тщетным, а рукоположение – неприемлемым. Итак, все, кто из страха Божьего будет придерживаться этих канонов, да будут они благословенны Святой Троицей и всеми православными рабами Божьими. А если кто воспротивится и отступит от этой истины, то пусть сам держит ответ перед Богом, кто бы он ни был.

Эта грамота заключена с общего согласия [нашего] и посредничеством Божьим, между нашими двумя [церквами] во имя непоколебимости и твердости веры в году восемьдесят пятом [летосчисления] тачиков и сто сорок восьмом армянского летосчисления 4, в месяце хротиц. И скреплена она волей и перстнями нашими, [тех], чьи имена приведены выше.

ГЛАВА IX

ДОГОВОРНАЯ ГРАМОТА АРМЯНСКОГО КАТОЛИКОСА ВЛАДЫКИ ЕЛИИ АЛУАНЦАМ

Узнав о религиозных смутах, затеянных нечестивцем Нерсэсом в Алуанке, о том, что он посеял в душах многих [правоверных] семена ереси халкидонской и коварной злобой своей подверг гонениям [многих] епископов, иереев и церковнослужителей, я, католикос армянский Елия, в сопровождении своих епископов прибыл в Алуанк, в прославленный город Партав. И собрались у меня духовные и светские [начальники] и показали мне ту грамоту, по которой Нерсэс был предан проклятию и лишен сана католикоса Алуанка, хотя он [продолжал] своевольно оставаться на престоле. Теперь же епископы и вся церковная братия вновь письменно предали его проклятию и скрепили это печатями [своими] и посредничеством Божьим со мною вместе подтвердили, что твердо будут стоять на той же прежней вере [отцов] и не смешаются с последователями скверной ереси халкидонской и злого учения Бакура.

И вот, пока они будут стоять на этом условии и на заповедях святых отцов, то принимайте и любите их, как своих духовных блюстителей. А если кто-либо, будь то католикос или епископ, нарушит это условие, то да не имеет он власти над вами. Вам же следует ежедневно быть в своих церквах и неустанно возносить молитвы к Богу и да управляют вами Бог и правоверные вардапеты. И дал я эту грамоту в успокоение вам святым отцам: Кшику, танутэру монастыря Нерсмирха и Григору, танутэру монастыря Иовсепа. Я, Елиа, католикос армянский, вместе с епископами своими, взял от собора Алуанского дзернарк об объединении и дал вам эту договорную грамоту, чтобы никто не смел хоть малейшим образом нарушить ее условия. Скрепив обе эти [грамоты] своим перстнем, я передал их на хранение в монастырь Нерсмихра, святому отцу Кшику в собственные руки, ради спокойствия.

ГЛАВА X

СПИСОК ИМЕН НАХАРАРОВ АЛУАНКА ПО СТАРШИНСТВУ, КОТОРЫЙ ЕВНУХ АМИРМУМИНА АБДЛМЕЛИКА ВЗЯЛ У НИХ И ПЕРЕДАЛ В ЦАРСКИЙ ДИВАН [НА ХРАНЕНИЕ]

Эта грамота о святом вероисповедании, которую мы потребовали от Партавского собора, дабы они письменно изложили истину о ереси исповедующей две природы, и возражения мудрых вардапетов. Мы все узнали точно, первый я, Шеро, князь Алуанка, а также Джуанко, спарапет Алуанка, Вардан Патрик и его брат Гагик; Вахтанг Варазманеан – их предком был Вардан Храбрый из рода Михрана, которому в дни Вачагана, царя Алуанка, было велено царем председать на Алуэнском соборе и который обосновался в Гардмане, Патрик Кароеан из царственного рода, который по разрешению того же царя Вачагана поселился в гаваре Алберд. Его предками были храбрый Вачаган и Вачэ и другие, о которых вы найдете в книге по порядку, Баб из хРахатеанов, из князей Атрпатакана, поселившихся в Капалаке и Колте; Вахан из Вараз Иоханнеанов, из племени мадианитян, вероисповеданием иаковит, поселившихся в Камбечане, Ростом из Вараз Акоеанов – выходцев из гавара Стахр в Персии, поселившихся в селе Каланкатуйк гавара Ути, Зармихр из Вараз Курдакеанов и Махмат из Шероеанов – сыновья владетелей Длмика, проживающих на Длмахолке, подаренных им царем страны Алуанк. Вот все они, кто был занесен в список, переданный в диван Абдлмелика амирмумина, чтобы если кто из них станет исповедовать две природы [Христа], то да будет он подвергнут полону и истреблению. Так установился мир во всех церквах Алуанка.

ГЛАВА XI

КАНОНЫ ВЛАДЫКИ СИМЭОНА, КАТОЛИКОСА АЛУАНКА, [УСТАНОВЛЕННЫЕ] ПОСЛЕ НИЗЛОЖЕНИЯ НЕРСЭСА

Эти каноны установлены Симэоном, католикосом Алуанка, когда он взошел на престол на соборе, созванном для осуждения Нерсэса, нарушившего порядки церкви, почему и необходимо было вновь вернуться на истинный путь.

Вседержитель Бог, благодетельный и человеколюбивый, пожелал умилосердиться над нами по милости своей и великой любви и назначил нас пастырем, блюстителем и предводителем над паствой своей разумной, над святой и апостольской церковью. И дарована нам эта божественная и великая честь не за наши благодеяния или какие-либо достоинства, но великим Его благоволением, так пожелал Он и одарил нас своей милостью. Как сказал блаженный апостол, устами которого говорил сам Христос: «…Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога справедливо, потому заповедаю вам: внимайте себе и всему стаду» (Деяния апостолов, 20, 28).

И еще: когда Господь заповедал Моисею о священниках, говорил: «Поставлю тебя главой и предводителем над народом моим, чтобы предостерегал соблюдать заповеди мои. Мужайся, будь храбрым и не медли». По тому же примеру через других пророков Господь предостерегает и нас: «Сын человеческий! Я поставил тебя стражем над народом моим… И будешь вразумлять их от Меня… остеречь грешника и беззаконника от беззаконного пути его, чтоб он жив был… а если ты не будешь вразумлять, Я взыщу кровь их от рук твоих» (Иезекииль, 3, 17, 18, 20). Вот какое грозное и строгое повеление от Господа имеем мы. И еще: «Дал я вам власть отпустить грехи и избавить людей из оков грехов». И ныне мы не сами и не силой взяли эту власть и почести, престол апостольский, но сам Бог-Создатель и Творец всего назначил меня на это место, пасти паству Его, как того Сам желает.

Вот почему любезные и благородные братия мои и избранные ученики Христа, послушные рабы заповедей Его, нам надлежит, нам следует принести Богу добрые и сладкие плоды, угодные Ему, и творить, опираясь на апостольское основание, т. е. на Иисуса Христа, и золото, и серебро, и драгоценные каменья, т. е. всякие добродетели и благие дела, чтобы, когда мы предстанем перед Богом, Спасителем нашим, быть удостоенными неувядаемого венца славы.

Итак, благодатью Святого Духа и заповедями Его выберем же себе добро и, понося, отвергнем зло, и как велел нам Господь через пророков, апостолов и учителей, мы прежде всего должны любить Бога и соблюдать Его заповеди.

Мы должны соблюдать непоколебимо и твердо все то, что получили от праведных и святых отцов наших.

Мы должны также соблюдать незыблемыми порядки святой церкви, еще более прославлять ее с помощью пречистых священников и служителей, любить друг друга, как самих себя, мирно вести духовную жизнь в соответствии с каноническими повелениями: не допускать, не давать возможности недостойным и военным людям захватить власть церковную.

Никто да не смеет передавать власть над церковью никому из незаконнорожденных или прелюбодеев, или убийц, или воров, или лжецов, или лжесвидетелей, или притеснителей, или алчущих скряг, или обирателей, ни тем более военным всадникам или мытарям, никто не смеет давать хлеба или хаса подобным людям. Ибо, согласно божественным законам, тем, что народ приносит в дом Божий в искупление своих грехов довольствоваться могут лишь священники – святые отцы и служители алтаря. Им принадлежит всякое возношение, за то, что они день и ночь молятся Богу, прося о благополучии и мире на земле, об отпущении грехов и о здоровье душ и тел.

Ведь [ни в коем случае] не дозволено недостойным или воинам забирать власть в церкви и наводить тем самым гнев Божий на всю страну и на самих себя. Ибо когда Господь Славы заповедал Моисею о скинии, сказал, чтоб он избрал священников святых и беспорочных [лишь] из колена Левия, но не из других родов Израилевых – из воинов или же из недостойных грешников и опороченных, как велят Законы: да не посмеют недостойные приступить к жертвеннику и есть из приношения. А также священники непристойного нрава да лишены будут они наследства. Никто из простого народа да не приблизится ни к службе, ни к обрядам, ни к месту священников. А если кто и дерзнет [приблизиться], умрет подобно Корею, Дафану и Авирону (Числа, 16, 1-33), которые были поглощены землею, или как Оза (2 Царств, 6, 1-17) или как многие другие осмелившиеся служить Богу, когда сан их не позволял того. Ведь скиния и священники служат примером братии новой святой церкви, к которой не смеют приступиться недостойные или воины. То же повеление еще более утвердили святые апостолы повелением Спасителя, говоря: «Духу Святому и нам угодно было установить так: да не посмеет [никто] из воинов или недостойных, подчинить церковь своей власти. А если кто дерзнет, да будет он проклят». В соответствии с этим и постановили наши блаженные отцы: «Никто да не посмеет Божью церковь передавать в руки недостойных или воинов, или продавать как имущество, или же дарить князьям и пестунам их. Точно так же священники не смеют передавать приношения или хлеб кому-либо недостойному из братьев или сыновей [своих] не смеют продавать наследие церковное, и если сами священники, их братья или сыновья окажутся недостойными, да будут они лишены наследия. А если кто осмелится, да будет он проклят».

Такое мы имеем повеление от Бога и в Его заповедях и не должны идти против Бога. Именно этим заповедям, касающимся церкви, следуют и сегодня все миряне; и когда они продают свои собственные села, то в купчих указывают, что они отделены от церкви и от церковных земель. Церкви Божьи свободны и не подлежат ничьей власти, кроме [власти] епископов и тех, кому они передают ее – беспорочным, праведным и святым священникам, а не недостойным воинам, и впредь да не смеет никто нарушать это, ибо предавать свободу церкви в руки недостойных – это против заповедей Божьих, это погибель для души и тела. Я на этот счет от многих слышу, как они ропщут на то, что во многих местах военные люди, недостойные даже входить в церковь за свои грешные дела, не то что едят приношения или хлеб церковный, но и прибрали к своим рукам церкви Божьи вместе со служителями. Об одном таком случае как раз пишет мне боголюбивый отец Кшик, танутэр монастыря Нерсмихра, что Вараз-Трдат, князь Алуанка подарил небольшое селение [монастырю] Святого Креста, за богослужение ради [спасения своей] души, но вот теперь, некий мирянин, всадник по имени Пусан-Вех, [человек] развратный, предъявил [какую-то] бумагу о том, что князь Алуанка эту церковь со всей братией подарил ему как пестуну [своему].

Поэтому, любезные, впредь да будут эти порядки, и согласно повелению Святого Духа Пусан-Вех не смеет владеть церковью этою. Но лишь беспорочные и чистые священники могут иметь власть над церковью, ибо он [Пусан-Вех] не имеет на то позволения ни от Бога, ни от нас.

Итак, я, Симэон, милостью Божьей католикос Алуанка, в соответствии с божественными заветами и канонами, повелеваю, чтобы церковью управляли священники Божьи, справедливые и праведные, те кто не принял ереси гнусного Нерсэса, а воинам и мирянам не дозволено иметь власть над церковью, и не смеют они силою брать из приношений. А если кто осмелится на это, то будет наказан и Богом, и нами. Если кто-либо предъявит относительно церкви [подобную] бумагу, не соответствующую божественным заветам и канонам, а исходящую из светских и мирских прав, то считать ее недействительной, и пусть никто не признает ее, ибо самим Богом велено, чтобы о святой церкви заботились епископы и священники, а не воины и всадники – люди недостойные.

Теперь и вы, любезные мои, и братья, сопрестольные епископы, унаследовавшие святые престолы, соблюдайте же эти Божественные законы [каждый] в своем уделе и не позволяйте [никому] притеснять церковь Божью и подчинять себе священников, дабы примирился Бог с нами и, умилосердившись, спас нас от всех невзгод. Ибо Господь сказал: «…Не бросайте жемчуга вашего перед свиньями… и не давайте святыню псам» (Матфей, 7, 6). Так угодно было Богу поручить [службу] святая святых этим же беспорочным священникам, но не воинам, мирянам и недостойным.

И вот я заповедую всем: соблюдайте заповеди Божьи и возносите непрестанно благодарение Богу милосердному, который отомстил скверному Нерсэсу, исповедовавшему две природы, искоренил злые плевелы его из нашей среды и посадил корень мира в святой церкви своей. Поэтому трезво заботьтесь о нуждах церкви, ибо всем нам предстоит явиться на Страшный суд Христов и отчитаться за нас и за паству нашу. Еще раз умоляю и предупреждаю: остерегайтесь! И да будет с вами Дух Святый, Аминь!

ГЛАВА XII

[УВЕЛИЧЕНИЕ] СБОРА ПОДАТЕЙ ОТ ВАРАЗ-ТРДАТА, КНЯЗЯ АЛУАНКА. ОН ОТПРАВЛЯЕТСЯ В ГРЕЦИЮ, ОТДАЕТ В ЗАЛОЖНИКИ СВОИХ СЫНОВЕЙ И ВОЗВРАЩАЕТСЯ В СВОЮ СТРАНУ. ПОСЛЕ СИМЭОНА [КАТОЛИКОССКИЙ] ПРЕСТОЛ АЛУАНКА НАСЛЕДУЕТ МИКАЕЛ

Когда персидское царство пришло в полный упадок и усилилось племя южан-тачиков, увеличились и подати страны [армянской], требуемые сборщиками от Восточного края, ибо [в то время] князь Вараз-Трдат дань платил трем [царям] – царю хазиров, тачиков и ромеев. Но самое тяжкое бедствие на его долю выпало от ромеев. Когда он, находясь со своими сыновьями в Царьграде [Константинополе], был задержан императором, то, оставив там своих сыновей в качестве заложников, [он собирался вернуться в Алуанк], но занемог и тоже остался там. Говорят, воздух там нездоровый, и если чужестранец прибывал туда в весеннюю пору, то тут же заболевал и волосы у [больного] на голове и борода вылезали. Так пребывание Вараз-Трдата там затянулось. И случилось так, что в один из дней император ромеев перебирал [свои] драгоценные каменья. [Отобрав лучшие из них], он пригласил царя Алуанка и показал их ему. А этот прибег к хитрости и сказал: «Дома у меня есть куда лучшие каменья. Я их подарил бы вашей Богом венчанной особе, ибо они больше приличествуют вам».

То был пятый год пребывания князя у ромеев. И вот благодаря этой хитрости, с Божьей помощью, вырвался он оттуда и возвратился в свою страну, после чего передав страну Восточную тачикам, он только им и платил налоги.

В дни того же Вараз-Трдата в пределах Алуанка начался страшный голод, о котором люди аллегорически рассказывали: «Я, просо, находилось в местечке хАку, в гаваре Шакашэн и было презираемо. Толпы покупателей не обращали на меня никакого внимания и не покупали. Нынче настали добрые времена, когда воцарился брат мой – голод. И вот, теперь я не схожу со столов князя Вараз-Трдата и католикоса Елиазара. Тот кто съедал меня, тот истекал кровью, будьте снисходительны».

Сыновья же Вараз-Трдата, князя Алуанка, Гагик и Вардан, бывшие заложниками у греков, [по приказу] разгневанного императора были брошены в темницу, где провели лет двенадцать. Причиной тому была передача их отцом Восточной страны тачикам. Когда после смерти царя ромеев Юстиниана воцарился Вардан-Филипикос, родом из армянских азатов, он вспомнил о тех, кто был брошен в темницу. И повелел царь освободить их от неописуемых страданий. [К тому времени] их зрение покрылось мраком и потому на свет их выводили постепенно. Император одарил их подарками и отпустил на родину. А Гагику он дал еще и частицу животворного Креста – света вселенной. Возвратившись на родину, он передал этот великий дар Микаелу, католикосу Алуанка. И водрузили они Крест Господний, на котором есть следующая надпись: «Боже Христе, вспомни свои добровольные страсти на этом [кресте], которые Ты перенес ради спасения нашего. Прими же этот Крест, который ты дал имеющим страх твой. Отпусти мне, Микаелу, католикосу Алуанка, грехи мои, смилуйся над Алуанком, страной нашей и избавь нас от всех испытаний, дабы в день пришествия Твоего мы удостоились встать одесную Тебя. И еще молю [об отпущении грехов] Гагика, раба Твоего, сестры его Мариам и Варазо – великого мастера золотых дел».

ГЛАВА XIII

КАТОЛИКОС АЛУАНКА МИКАЕЛ СОЗЫВАЕТ СОБОР, ЧТОБЫ ЗАПРЕТИТЬ КРОВОСМЕШЕНИЯ

После Симэона католикосский престол Алуанка унаследовал блаженный Микаел и пробыл на нем тридцать пять лет. В его дни князь Алуанка Варазо, сын Вахтанга, внук Варазмана, совершил кровосмешение, взяв в жены Варданухи, внучку того же Варазмана. Владыка Микаел запретил ему, говоря: «Не смей этого делать, ибо вы внуки [одного и того же]». Однако тот решил настоять на своем гибельном намерении и обратился с письмом к католикосу Иверии Талилэ за благословением незаконного брака. И муж сей зловерный [Талилэ] так повелел: «Если вы [принадлежите] моей вере, то благословенны. А если [принадлежите] к традиционной вере Алуанка, то как знаете». Тогда Микаел, хайрапет Алуанка, созвал собор братии своей церкви и пригласил [на этот собор] прославленного мужа Соломона, настоятеля святой братии [монастыря] Макенацоц, который тогда был гордостью Армении. Собрались все они в монастыре Бердованк в Шамхоре и всем собором единодушно предали проклятию дом Варазо. В то самое время тачики напали на его дом и одного сына разрубили прямо в объятиях матери, а другого понесла лошадь и, сбросив с седла, убила. Участники собора направили письмо епископу Иверии Талилэ: «Как же ты смел нарушить каноны, установленные учениками святых апостолов, которые собравшись в Антиохии, отлучили Павла Самосатского от святой церкви и приняли канонические постановления. «Да не посмеет никто взять себе в жены родственницу свою». Ведь на этот счет [мы имеем] также каноническое повеление святого Афанасия, что это «не есть брак, но разврат». О том же есть высказывания и блаженного Василия. И вот мы, собравшиеся во имя православия, проклинаем тебя со всеми еретиками, а Христу, судье правому, воздаем славу многократно».

ГЛАВА XIV

РАЗЫСКАНИЯ ТОГО ЖЕ МИКАЕЛА, хАЙРАПЕТА АЛУАНКА, ОБ ОНЕМЕНИИ ЗАХАРИИ, О РОЖДЕСТВЕ И ЯВЛЕНИИ СПАСИТЕЛЯ ПРОТИВ ИСПОВЕДУЮЩИХ ДВЕ ПРИРОДЫ

Моисей установил для израильтян праздники в седьмом месяце – тшрине в первый день – праздник труб (Левит, 23, 24), в десятый день [того же месяца] – праздник очищения (Левит, 23, 27, 25, 9), когда произошло онемение. Ибо [это случилось в праздник] очищения десятого [числа того же] месяца. Неверно, будто онемение произошло в [праздник] сенниц. Пятнадцатый день [тшрина] – праздник сенниц, седьмой – день онемения Захарии, [который отправлял службу] до двадцать второго того же месяца тшрина.

Затем он возвратился в дом свой, и зачала Елисавета, жена его, [которая], как говорит евангелист Лука, «таилась пять месяцев» (Лука, 1, 24). «В шестой же месяц послан был ангел Гавриил от Бога» [к деве Марии] (Лука, 1, 26).

Посмотрим теперь, какой это будет шестой месяц. Мы посмотрели в календарь и нашли там, что двадцать второе число месяца тшрина совпадает с девятым [числом] октября по римскому [календарю]. Так, начиная с десятого числа, отсчитаем шесть месяцев, будет седьмое апреля, это, как говорил ангел, уже «шестой месяц ей» (Лука, 1, 36). [Таким образом], Благовещение Девы было в семнадцатый [день] еврейского нисана. С этого дня по пятое января будет двести семьдесят дней, что составляет девять месяцев – тогда и родился Христос. Об этом же мы имеем еще другие высказывания вардапетов. А Рождество, Богоявление и Благовещение церковь празднует в один день, ибо это праздник рождения одного Бога и духовного спасения нашего. Как об этом говорил один из боговдохновенных вардапетов: «Три рождения имело Слово. Одно – вдохновением, второе – через воплощение и крещение, что являют вместе одно рождение, и третье – через Воскресение».

И патриарх Марк Иерусалимский, один из отцов, участвовавших в Никейском соборе в своем назидательном письме к армянам писал о Крещении: «Мы в один день празднуем Рождество и Крещение». И подобно тому, как смерть и погребение не совершенны без Воскресения, так и Евангелие прежде рассказывает о распятии и погребении и лишь потом говорит и о Воскресении. Об этом богослов говорит еще: «Теперь праздник Богоявления, ибо явился Бог рождением [своим] в облике человеческом».

Сорок два епископа было в Иерусалиме до Кирилла, [все они] и другие после них до Ювенала праздник Рождества и Явления отмечали шестого января. А от Воскресения [Христа] до Ювенала – четыреста лет.

И еще, в чтениях, о дне Давида и Иакова говорится, что в некоторых других городах Рождество Христово празднуют двадцать пятого декабря. В тех городах это объясняют тем, что они обратились в христианство из язычников, а не из обрезанных [евреев]. В дни язычества у них было обыкновение восход солнца праздновать в тот день, и потому они не захотели отказываться от этого праздника. Поэтому и апостолы были вынуждены согласиться с ними и назначить им Рождество Христово в этот день. А те, кто обратился в [христианство] из [числа] обрезанных, [Рождество] повсюду празднуют шестого января, что и было передано нашим предкам, так мы и [отмечаем] по сей день, ибо, как говорит [Исайя], «от Сиона выйдет закон, и слово Господне – из Иерусалима» (Исайя, 2, 3).


Комментарии

2 <...> (дзернак)-термин, обозначающий письменное обязательство, обещание остаться верным традиционному вероисповеданию скрепленное подпи­сью. Во время жарких споров по христологическим вопросам, породившим ереси арианства и несторианства, собор, избирающий католикоса, требовал от кандидата <...> письменное обязательство не нарушать исповедание отцов, не вносить никаких новшеств. Причем это относится как к кандидатам на престол верховного армянского католикоса, так и на престол Апуанка. Каланкатуаци, например, свидетельствует, что когда на католикосский престол возводили Абрахама, мужа праведного и избранного, то он прежде проклял и предал анафеме Халкидонский собор отступников и лишь после был рукоположен (см. XLVI гл. Второй книги). Можно привести факты и из истории Византии, свидетельствующие о том, что официальная церковь в свою очередь так­же придавала большое значение религиозным убеждениям претендентов на императорский трон и также требовала от них подобных актов. Когда августа Пульхерия вступала в брак с Маркианом, то перед коронацией церковь затребовала от Маркиана письменного акта с обязательством придерживаться официального вероисповедания. Другой подобный факт известен в связи воцарением Анастасия. Сомневаясь в его вполне православных убеждениях, тогдашний константинопольский епископ Евфимий перед венчанием на царство потребовал от Анастасия акта исповедания веры с обязательством остаться верным православному вероучению (см. Ф. Успенский, История Византийской империи, СПб., т. 1,1912,с. 345-346). Известно также, что перед тем, как впустить Фоку в Констанстинополь, патриарх прибыл в Евдом и потребовал у Фоки поддержки православных, иначе говоря, верности основному направлению церкви (см. Н. Пигулевская, Византия и Иран на рубеже VI-VII веков, М.-Л., 1946, с. 173).

3 В данном контексте соответствует греческому эконому. В руках экономов находилось ведение монастырского хозяйства.

4 ...в году восемьдесят пятом [летосчисления] тачиков и сто сорок восьмом армянского летосчисления. Эти даты не совпадают. Восемьдесят пятый год хиджры соответствует 707 году, а 148 год армянского летосчисления-699 г. Поскольку эти события произошли в годы правления халифа Абд ал-Малика (685-705) и католикоса Елия (793- 717), то датировать их следует 704-705 годами.

Текст воспроизведен по изданию: Мовсес Каланкатуаци. История страны Алуанк. Ереван. Матенадаран. 1984

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.