Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЖАН ДЕ ЖУАНВИЛЬ

КНИГА БЛАГОЧЕСТИВЫХ РЕЧЕНИЙ

И ДОБРЫХ ДЕЯНИЙ НАШЕГО СВЯТОГО КОРОЛЯ ЛЮДОВИКА

LE LIVRE DES SAINTES PAROLES ET DES BONS FAITS DE NOSTRE SAINT ROI LOUIS

§ 5. Правило Чингис-хана

Послы французского короля Людовика IX, вернувшиеся из Монголии в 1248 г., принесли сведения о великой битве между Чингис-ханом и его господином, пресвитером Иоанном. Рассказ послов близок к описанию этой битвы у Винцента: в обоих случаях Чингиз становится вождем, чьим приказам подчиняются под страхом смерти. Что отличало монгольскую военную систему от предшественников, так это ее железная дисциплина и центральный контроль. Хуннская и тюркская кавалерийские армии были склонны к дезорганизации во время боя, так как каждый дрался для своей личной выгоды. Монгольская армия была обучена воевать как скоординированная группа, следующая сигналам флагов и горнов. Те, кто ломал ряды либо для продвижения, либо для отступления, те, кто организовывал личный бой, не обращая внимания на приказы, или те, кто останавливался для грабежей, жестоко наказывались. Согласно имперской легенде, запрет заниматься захватом добычи во время боя был введен Чингис-ханом перед битвой с пресвитером Иоанном.

По свидетельству королевских послов, они видели войско кочевников-христиан столь многочисленное, что в их лагере насчитывалось 800 часовен на повозках. Есть основания полагать, что христианский князь этого народа и поведал послам историю о Чингис-хане. Рассказ сохранился в записи Жана де Жуанвиля.

После смерти хана Угедея в Монгольской империи вновь наступило междуцарствие. Временной правительницей государства стала Туракина-хатун, одна из главных жен Угедея. Именно к ее двору прибыли послы французского короля. Жан де Жуанвиль приводит содержание ответного монгольского послания 1248 г., в котором фигурирует пресвитер Иоанн. Пожалуй, в монгольском письме это самое поразительное: фантом обретает реальные черты (см. § 29).

Привлекает внимание и эпизод, где говорится о приказе Чингиза не захватывать добычу во время сражения, что находит полное соответствие в «Сокровенном сказании».


Жан де Жуанвиль. История короля Людовика Святого

§ 473. Они осведомились, как татары достигли такого могущества, что перебили и уничтожили столько людей, и позднее сообщили королю то, что узнали. Татары – выходцы из обширных песчаных равнин, где ничего не произрастало. Эти [51] равнины начинались у подножья удивительно скалистых гор, что находятся на краю земли, на Востоке, и эти горы, как утверждают татары, никогда не преодолел ни один человек; и говорили они, что там обитает народ Гог и Магог, который должен выйти в конце света, когда явится Антихрист, дабы все разрушить.

§ 474. На этих равнинах и проживал народ татар, а подчинялись они пресвитеру Иоанну и императору Персии, земля которого лежала близ их земель, и многим другим языческим королям, коим они каждый год платили дань и несли службу за пастбища для своего скота; ибо иным они не живут. Пресвитер Иоанн, персидский император и прочие короли относились к татарам с таким презрением, что когда те приносили им дань, то не желали и смотреть на них, и поворачивались к ним спиной. <...> (см. часть 2 – прим. OCR)

§ 479. Установив порядок и обустроив их, он им сказал: «Сеньоры, наш самый сильный враг пресвитер Иоанн. И я приказываю всем вам приготовиться завтра напасть на него; и если случится так, что он нас победит (от чего сохрани Господь!), пусть каждый поступает наилучшим для себя образом. А если победим мы, приказываю, чтобы преследование длилось три дня и три ночи и чтобы никто не дерзнул протянуть руку к какой-нибудь добыче, но все только убивали бы людей; ибо после того, как мы одержим победу, я поделю добычу между вами столь хорошо и справедливо, что будет удовлетворен каждый». С этим все согласились.

§ 480. На следующий день они напали на своих врагов и, как угодно было Господу, одолели их. Всех, кто был в доспехах, они перебили; а тех, кого нашли в церковном облачении, священников и монахов, оставили в живых. Все остальные народы земли пресвитера Иоанна, не участвующие в этом сражении, подчинились им.


В «Сокровенном сказании» имеется следующая параллель к сюжету о военной добыче: «<...> на осень в год Собаки Чингис-хан положил воевать с татарами <...>. Прежде чем вступить в битву при урочище Далан-нэмургес, Чингис-хан, с общего согласия, установил такое правило: “Если мы потесним неприятеля, не задерживаться у добычи. Ведь после окончательного разгрома неприятеля добыча эта от нас не уйдет. Сумеем, поди, поделиться. В случае же отступления все мы обязаны немедленно возвращаться в строй и занимать свое прежнее место. Голову с плеч долой тому, кто не вернется в строй и не займет своего первоначального места!" В сражении при Далан-нэмургесе мы погнали татар. <...> В нарушении указа задержались, оказывается, у добычи трое: Алтай, Хучар и Даритай. За несоблюдение приказа у них отобрано, через посланных для этого Чжебе и Хубилая, все, что они успели захватить, как то: отогнанные в добычу табуны и всякие захваченные вещи» (Сокровенное сказание. § 153).

Алтан и Хучар по генеалогической иерархии были выше Чингис-хана, а Даридай-отчигин был младшим из братьев его отца – их непослушание было обусловлено претензией Чингис-хана на более высокий статус. Помня об этом, Чингис-хан неизменно опирался не на родственников, а на своих нукеров.

Правило Чингис-хана было известно и Рашид ад-дину: «Он издал указ, чтобы никто не [смел] заниматься захватом добычи, а чтобы забрали добычу [52] [только] после того, как будет покончено с войною и враг будет уничтожен, [только тогда] все бы полностью мирно разделили между собою. Все согласились на этом» (Раишд ад-дин. Т. I. Кн. 2. С. 120-121).

Этому правилу следовало войско Бату во время венгерского похода, чем, видимо, поразило воображение венгров: «Татары же, видя, что войско венгров обратилось в бегство, как бы открыли им некий проход и позволили выйти, но не нападали на них, а следовали за ними с обеих сторон, не давая сворачивать ни туда, ни сюда. А вдоль дорог валялись вещи несчастных, золотые и серебряные сосуды, багряные одеяния и дорогое оружие. Но татары в своей неслыханной жестокости, нисколько не заботясь о военной добыче, ни во что не ставя награбленное ценное добро, стремились только к уничтожению людей» (Фома Сплитский. XXXVI).

(пер. Малинина Ю. П. и Цибулько Г. Ф.)
Текст воспроизведен по изданию: Историческая география политического мифа. Образ Чингис-хана в мировой литературе XIII-XV вв. СПб. Евразия. 2006

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.