Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АБУ АЛ-АЛА ИБН ХАССУЛ

КНИГА О ПРЕВОСХОДСТВЕ ТЮРКОВ НАД ДРУГИМИ ВОИНАМИ И О ДОСТОИНСТВАХ ВЫСОКОГО СУЛТАНСКОГО ПРИСУТСТВИЯ, ДА ХРАНИТ АЛЛАХ ЕГО ВЫСОЧАЙШЕЕ И ПОЖИЗНЕННОЕ ЦАРСКОЕ ВЕЛИЧИЕ И ДА ХРАНИТ ЕГО ГОСУДАРСТВО

Во имя Аллаха, милостивого и милосердного!

Хвала Аллаху, повелителю миров. До благословит Аллах, господина нашего Мухаммада и весь его род!

Боже! Упаси меня от сеющих смуту слов и дел, от ошибок в речи и суждениях, избавь от падений и промахов, от несчастья обмана и лжи, раздражения и гнева, убереги от мерзости сомнения и лицемерия, отсутствия осмотрительности и стыда. Упаси нас, господи, от язвы прихоти и ее последствии, от власти пристрастия и его могущества, не дай мне возвестить то, о чем у меня нет сведений и глубоких знаний, чего я не знаю наверняка и не понимаю полностью.:

Боже, не дай мне ступить на то, от чего нет спасения, и поведать то, чему всегда сопутствует несчастье, не дозволяй мне упасть так низко, чтобы потерять веру и [104] мужество, и браться за то, что заслуживает осмеяния и требует осуждения.

О Боже, прошу твоего покровительства в-том, что высказываю и повторяю, успеха в том, что строю и воздвигаю, подтверждения того, что рассказываю и привожу, одобрения в том, что утаиваю и раскрываю, и наставлений в том, что передаю с чужих слов и рассказываю сам, чтобы, имея целью справедливость, не смотрел я незрячим оком, чтобы, стремясь к беспристрастию, не мерил мерой крайности и чтобы не оказался я в положении человека, променявшего благополучие на том свете на (благополучие) на этом, отказавшегося от своего имени ради удовлетворения своей прихоти, лицемерящего перед людьми, умаляющими достоинство других, поносящего отсутствующих и восхваляющего присутствующих, насмехающегося над теми, кого унесла смерть, чтобы возродить надежды (живых).

Все это для натуры (человека) предосудительно, причисляется к недостаткам, считается позорным успехом, перетягиванием (весов) и вмешательством в предопределенные (свыше) решения. Однако такое состояние пристало только вероотступнику, лишившемуся благоразумия, упорствующему в своем заблуждении, нарушившему нормы поведения и презревшему свою судьбу.

Ты, да продлит Аллах твою жизнь, упомянув о книге Ибрахима ибн Хилала ас-Саби, 1 известной под названием «ат-Таджи», с восхищением отозвался о красоте ее языка и восторгался совершенством ее слога. Из предложенного им вниманию читателя тебе понравились известия о Дейлеме 2 и его генеалогии и о возникновении и корнях дейлемского государства; и упомянул он о сражениях в войнах, которые вели дейлемцы, о достоинствах, составляющих их гордость, их многочисленности, способствовавшей осуществлению их намерений, о секретах достижения полного счастья, которыми они владели, об обычаях их действий в сражениях, в преодолении несчастий, ведении войн, при встрече с соперником и в опережении времени.

Наконец, он (ас-Саби) приступает к объяснению того, к чему стремился и вокруг чего вел речь — возвеличиванию так называемого Адуд ад-Даули 3, его восхвалению и превознесению всего, что бы он знал или [105] не знал, и доходит до того, что приписывает ему совершенство, свойственное лишь Аллаху, превеликому, а также то недосягаемое для простых смертных, чем Аллах наделил своих пророков и посланников, да будет над ними мир, и в особенности Мухаммада, да благословит Аллах его самого и всех его потомков. Он заменил истину обманом, правду ложью, твердость мягкотелостью, снисходительность придирчивостью. Он сделал свою книгу такой длинной, чтобы никто не мог возразить против его слов и никто не мог оспаривать его выводы. Клянусь жизнью, его нельзя судить строго за такой выбор и намерения. В лице Адуд ад-Даули судьба послала ему человека, заставившего его убояться за свою жизнь, угрожавшего его благополучию, возненавидевшего его за написанное им выражение в письме от имени ат-Таи, да смилуется над ним Аллах, к Адуд ад-Дауле в Фарс, когда он собирался идти на Багдад, чтобы вытеснить оттуда своего двоюродного брата по отцу Бахтийара, прозванного Изз ад-Даулей, сына Муизз ад-Даули, и оспаривать у него столицу халифата.4 И став полновластным правителем в Багдаде, он стал преследовать ас-Саби за то, что вспыхнуло и происходило между ними со времени Рукн ад-Даули. Вот это выражение 5: «Мы дали Изз ад-Дауле титул шахиншаха и не ставь себя с ним- равным в законе» 6. Это выражение Адуд ат-Даула стерпеть, не мог, он преисполнился негодованием за такое оскорбление и затаил против ас-Саби злобу и ненависть. Он знал, что именно ас-Саби подобрал это выражение и требовал включить его в письмо и что ат-Таи ли-л-лах и Изз ад-Даула не имели касательства к выбору; этого оборота и не считали правильным причинить через него боль и позор. И когда Адуд ал-Даула удалось одержать победу над Изз ад-Даула, убить его и утолить жажду его крови, ас-Саби пришлось позаботиться о себе, его стал мучить страх, и он составил эту книгу, пытаясь умилостивить Адуд ад-Дауля, после того, как он утолил чувство мести, погубив Изз ад-Даулу и стараясь, в свою очередь, избежать его клыков и когтей.

Избавившись от страха и смерти и получив возможность выслужиться, он не стал сдерживать свои длинные речи и начал произвольно добавлять и опускать, приукрашать и сокращать, высмеивать и восхвалять, недоговаривать и излишествовать, возносить к небесам и низвергать, то затенять, а то высвечивать. [106]

Адуд ад-Даула следовало бы отстраниться от превознесения. того, чего он а себе не видел и плодами чего не обладал. Он не должен был ронять, достоинство своего ума, позволяя грубо, искажать свою генеалогию и давая волю воображению и фантазии ас-Саби, который приписал, ему верность слову, тогда как он был вероломен; богобоязненность, тогда, как он был грешен; кротость, тогда как он выходил из себя;, воздержанность, тогда как. он обнажал тело. Я; с позволения Аллаха, также рассмотрю этот вопрос, проявляя при этом справедливость, в суждении, и правдивость в изложении. Я буду приводить несомненную истину, неопровержимые доказательства и привлекать свидетельства людей, посвященных в существо дела в мельчайших подробностях.

Каждый из передающих известия и рассказывающих о прошлых событиях знает, что Дейлем и Джил 7 — два разных народа, каждый из которых имеет свою страну, определенную землю и отдельную родословную. Джил бывают разного вида и состоят из различных племен, Каждый из этих народов имеет свои ветви, отличающиеся одна от другой, А дейлемцы состоят из двух частей: ал-Астаниййа и ал-Лаиджиййа 8.

Ал-Астаниййа живут в труднодоступных местах, укрепленных городах и горах Дейлема, и до последнего правили ими ал-Вахсуданиййа. Что касается ал-Лаиджйййа, то они живут в пустынных и равнинных областях страны, и продолжают, править ими до сих пор ал-Джустаниййа 9. И были они безбожниками, пока алидские шерифы не стали посредниками между ними (и Аллахом), поселившись среди них и распространив ислам в их среде, 10 пока не призвали их к религии Аллаха и сунне его посланника Мухаммада, 11 да благословит его Аллах и приветствует, и не вселили в них веру в имамат Али б. Аби Талиба, да будет над ним мир, обходя сподвижников (Мухаммада) и давая ему предпочтение перед всеми 12, Вот почему большинство их шииты и лишь немногие являются суннитами 13 то ли ханбалитского, то ли шафиитского толка, как не могут, определить мусульманские богословы 14.

А большинство Джил — сунниты. Они приняли ислам раньше. В Дейлеме же распространен шиизм, и приняли они ислам от ан-Насириййа 15.

Суннитские и шиитские богословы должны были бы объяснить им их связь с арабской родословной посланника [107] Аллаха, да благословит его Аллах и, приветствует, их благородное происхождение и знатность; они гордились, бы этим в стихах и боевых призывах, когда шли на войну и, сражались со, своими врагами и противниками, лишенными; этой чести. Но этого от них никто не слышал, в. голову им это не приходило и не воспевалось ими ни всерьез, ни в шутку, ни в стихах, ни в речах. Здравомыслящие дейлемцы никогда не возмущались осмеиванием даббитов 16 в стихах, не перечисляли того, что считалось их достоинствами и не печалились при упоминании их недостатков. 17

Ни при исламе, ни в ал-джахилийну 18 не встречается (указаний) на переселение хотя бы одного даббита и поселения, на их землях, а соседстве, с ними, как не упоминается также о каком-либо бедствии, заставившем бану дабба покинуть родные места в Ираке, аш-Шаме 19 и ал-Джазире 20 в поисках убежища на Западе, поскольку, они поддержали Му'авию б. Аби Суфйана 21, выстудили с ним, требуя крови Османа 22 да будет доволен им Аллах, и вели войну; против Али, да будет над ним мир. Указанием на то служат следующие слова одного из них:

Мы бану дабба, восседающие на верблюдах.
Будем оплакивать Усмана б. Аффана лезвиями своих клинков
Верните нам нашего шейха, чтобы был он нами восславлен.

Приписывая этому роду такое вот происхождение, ас-Саби делает их худородными, так как генеалогия бану дабба самая слабая. Они подозрительно многочисленны и не могут сравниться с бану курайш 23, тамим, 24 тай, 25 кайс, 26 или же хандаф 27,  или укайл, 28 которые составляют цвет арабских племен и занимают самое высокое место по знатности и происхождению. Если бы ас-Саби нашел возможность для. обоснования их претензий на происхождение от курайш, то он это сделал бы, и было бы доказано право Адуд ад-Даула на имамат и обоснованы его претензии на халифат. И был бы тогда Адуд ад-Даула достоин примериться к этому величию, тогда как в действительности был его лишен, и похваляться им, хотя и не был этой славой наделен.

Первая несправедливость, допущенная ас-Саби в этой книге, заключается в том, что он относит этого [108] правителя к неизвестной генеалогии, и ставит его в положение обманутого и безвестного. Затем он отбрасывает арабское происхождение, которым сам его наделил, и приписывает его к персидской генеалогии от Бахрама Гура 29. Однако расхождение родословных арабов и персов очевидно: генеалоги считают, что они сходятся только на Ибрахиме, 30 да будет над ним мир. Персы, как принято считать, являются потомками Исхака, 31 а посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, происходит от Исмаила 32. Вот что сказал он, да будет над ним мир: «Я сын двух жертв». Он имел в виду Исмаила, да будет над ним мир, и Абдаллаха, 33 своего отца, которого Абд ал-Мутталиб 34 хотел принести в жертвуг но выкупил за большое количество верблюдиц, когда стрелы должны были показать, заклать его или оставить, принести его в жертву, или выкупить 35.

Если бы дейлемцы, как утверждает ас-Саби, действительно были арабами, то они происходили бы от Исмаилова колена. Тогда мы хотели бы знать, кто был их прародитель, на котором они ответвляются от генеалогического дерева посланника Аллаха, да благословит его .Аллах и приветствует, и через которого он (Адуд ад-Даула) восходит к этому дереву, и имеет честь иметь к нему отношение. Чем ближе к нему, да благословит его Аллах, тем больше знатность, яснее родство, обоснованнее гордость и благороднее происхождение.

Родословная благословенного посланника Аллаха через курайш с его родами восходит к ан-Надру б. Кинане, 36 и потому курайшиты имеют право ,на имамат, 37 согласно следующим его (Мухаммада) словом, да благословит его 'Аллах: «Имамы должны быть из курайш». А Абд Манаф, 38 Хашим 39. и Абд ал-Мутталиб самые близкие из родственников и родичей. И говорил благословенный Аллахом с гордостью: «Я происхожу от Атики и Фатимы» 40. Атика — это дочь Абд ал-Мутталиба, а Фатима — дочь Абд Манафа 41. О, если бы мне знать, когда дейлемцы могли похвастать таким родством, когда они имели подобные родственные узы. Да и слышал ли кто и когда о дейлемцах? Разве что в касыде Антары ал-Абси, 42 где он говорит:

И косая верблюдица отворачивается от колодцев Дейлема. [109]

Фируз, 43 когда начал войну с арабами и выступил поход против них, взял с собой дейлемцев, как прибирают к рукам, при всеобщем сборе паршивое воронье, чтобы сплотиться, упрочиться и обезопасить себя от их скрытых ударов и нападений.

В соответствии с утверждением сведущих людей, генеалогов и летописей, ветви различных правителей разошлись в эпоху Афридуна, 44 когда ад-Даххак захватил его царство 45. Ад-Даххак — это по-персидски Байурасиф. У персов в связи с этим есть много легенд, в которые они верят, и обычаев, которых они придерживаются. У него на плече будто бы были две змеи, склонившиеся над ним и готовые его ужалить. Если чувствовали, они голод, то одновременно обе, и питались они только человеческими мозгами. Он ежедневно умерщвлял двух юношей из числа своих подданных в жертву этой постигшей его напасти. Разумные люди сочтут эту легенду достойной презрения, а ее подтверждение вызовет осуждение. Однако этот человек был несправедливым деспотом и жестокосердым тираном, и подданные, охваченные страхом перед ним, и. враги, стремившиеся к победе над ним, приписывали ему соответствующие (вызывающие отвращение) качества.

История до ад-Даххака недостоверна и неточна, она была оставлена без присмотра и не сохранилась 46. Достоверная история начинается с эпохи Афридуна, завоевавшего весь мир. Каждому из своих сыновей: Туру, Саламу и Ираджу 47 он выделил надел из земель, завоеванных на востоке и западе, из своих владений на море и на суше. И достался Саламу Рум и подвластные ему страны — до земель арабов. Ираджу по причинам, о которых, чтобы не отвлечься от цели этой книги, я распространяться не буду, досталась середина четвертого пояса, земли самые ухоженные и благородные. Туру были выделены северо-восточные земли, на самом краю обжитых земель.

Салам и Тур выступили против Ираджа, одолели его и убили. Но тут появился Мануджахр 48 и потребовал мести за его кровь. Он отомстил своему врагу, отвоевал земли, составлявшие его наследство, стал распоряжаться и править ими. И возникла вражда между потомками Тура и-Ираджа, которая продолжается и в наши дни и в которой брала верх то одна, то [110] другая партия, припоминая забытые обиды. Особенно (обострилась-вражда) со времени похода Фарасийаба-царя 49 на эти земли, которые он опустошил, потряс, обобрал и разорил. Царствовал он над ними двадцать лет, пока Кей-Хосров 50 и Рустам 51 не сломили его твердыни и не положили конец: его царствованию. С тех пор вражда между двумя этими расами не затихает. Победы в битвах одерживали как одни, так и другие, но войны продолжались. Об этом рассказано в книгах на арабском языке и персидском, стихами и прозой.

Одной из задач этой книги было указать происхождение тюрков: .Они потомки великого и властолюбивого царя. Это из страха перед ним и его потомками возвышались в Ираншахре 52 эти крепости, пока не перешли к ним через несколько веков 53.

Из румийцев, потомков Салама был Искандар, известный как Зу-л-карнайн, 54 который совершил поход на Ираншахр. И правили румийцы около двухсот лет, благодаря управлению, установленному вазиром Искандара Арастуталисом. Это мнение ошибочно, принимая во внимание исповедовавшуюся им веру и присущий ему здравый ум, запрещающий пролитие невинной крови и допускающий убийство лишь в расплату за убийство 55. Как может в стране, где появляются такие люди, поспеть урожай, который поднялся бы быстро и в короткое время принес отдачу? Правильный было. мнение разделить страну и уравнять положение людей, чтобы они завидовали друг другу, соперничали каждый в своих границах-и воевали между собой 56.

И перешло управление государством Искандара к его прямым потомкам: и: родственникам. Румийцы владели Ираншахром таким; вот образом более двухсот лет и были прозваны удельными царями, пока не появился: Ардашир б. Бабак 57 и не уничтожил эту основу и устранил эту хитроумную (систему).

Этот Ардашир не имел себе равных по храбрости, силе, благоразумию, выдержке, уму, осмотрительности, предприимчивости и здравомыслию в политике. Он не происходил от какого-либо известного царя или знатного вельможи и потому говорил: «Мои род начинается с меня, а род моего врага на нем пресекается». Специально изданными законами он запретил почитать людей только за их знатность, если они не заслуживают [111] почитания благородными поступками и образованностью 58.

И был он первым из сасанидских царей, которые затем правили миром до тех пор, пока не появился ислам и не уничтожил их следы, не покончил с их государством и не подверг их унижению, исключая только тех, кто принял веру 59. Он был первым, кто правил по справедливости и творил праведный суд, мягко обращался с простыми людьми и не тиранил страну. Он поступил благоразумно, заключив мир с тюркскими царями, уступив им многие пределы своего царства;и завещав наследникам своего государства придерживаться с ними такой политики 60.

Рассмотрим сейчас состояние этого народа, я: имею в виду тюрков, с их качествами, свойствами и характерами, их путями, областями и дорогами, не приписывая им то, чего они не заслуживают, и не умаляя того, что они имеют, не проявляя крайности, ни за, ни, против них и не имея целью сблизиться с ними и польстить им. Эта книга представляется на суд критиков, обращающих внимание на значения и выражения, и даже незаметные взгляды и знаки, и прошу я у Аллаха защиты от двуличия, осуждаемого всеми законами и традициями во все времена и эпохи.

Начнем с их отважности, которая считается самой благородной силой человеческой души, ибо движет (человеком), когда он защищает женщин и детей,, сражается с врагом, добивается победы, оберегает (свои) права, защищает близких и свой род и проявляет похвальное усердие и оправданное высокомерие. На этом держатся государства и обеспечивается безопасность дорог.

В мире нет людей более стойких и более настойчивых в достижении целей. Аллах сотворил их подобными львам, с широкими лицами, приплюснутыми носами, огромными руками, озорным характером 61. Однако редко, но бывает у них изящный стан, узкое лицо и большие красивые глаза. Они силой добывают себе пищу, но отказываются от предосудительных дел. В войске, состоящем из различного воинства, наказание одного воина сдерживает остальных и усмиряет всех. Их же не остановит отдельный окрик, если не окрикнуть всех, и не удержит наказание одного, если не наказать остальных. Их основную пищу составляет мясо, которое [112] им ничто не может заменить, и которое они никогда не моют в чистой воде. Они наслаждаются им, только если оно добыто силой, и не получают от него удовольствия, если оно не досталось им в качестве добычи 62.

Это обычай хищных зверей и свирепых львов. Вот почему они привычны к жизни в пустыне и голой степи и терпеливо переносят бедность и лишения, вот почему они обеспечивают себе безбедную жизнь, совершая набеги и применяя силу, вот почему они так неутомимы в погоне за пугливой антилопой и диким ослом. Даже если покажется, что усталость овладела ими, они будут так же, как и в начале, гнать свою лошадь, взбираться на гору, рисковать жизнью, пробираясь через крутые скалы и опасные места.

(Несмотря) на благородство их характера и силу, ислам обязал совершать походы против неверных из них, подобно тому как считает обязательным (вести войну) против остальных языческих народов и племен в других странах 63. Если кто из них попадает в плен, то не успокаивается, пока его хозяин не будет делить с ним еду, питье, одежду и верховое животное. В своей службе он никогда не падет так низко, как другие невольники, принужденные в плену подметать дом, ходить за лошадьми и выполнять другую подобную работу, на которой используются остальные невольники, которых постиг позор неверия и настигла карающая рука. В отличие от того, какими мы находим индийцев, румийцев, армян или других рабов, невольничье положение тюрков всегда имело ограниченную силу и определенные пределы 64.

Избавившись от оков, тюрок не будет чувствовать себя удовлетворенным, пока не станет во главе войска, или удостоится быть хаджибом, 65 либо командиром крупного отряда и влиятельным военачальником в войске. Это не свойственно Хорасану, 66 хотя эта область граничит с их страной, их землями, но это наблюдается, например, в Египте, 67 который является страной наиболее отдаленной от их родины, а также наиболее чуждой им по речи и языку. Можно, если хотите, назвать Ирак, где присутствуют воины различного рода: дейлемцы, арабы, курды. Владетельствуют там дейлемцы, которые издавна требуют мести от них (тюрков?) и питают к ним сильную вражду. На [113] протяжении столетий халифы и дейлемские правители вынуждены были мериться с ними силой, отражать их нападения, отстаивать свое государство и оспаривать господство над другими. Но у них не нашлось сил укротить их, одержать над ними победу, одолеть их и пересилить. В подтверждение их всесилия, величия, гордыни и неиссякающей мощи достаточно вспомнить слова благословенного посланника Аллаха: «Не трогайте тюрков, пока они не трогают вас» 68. Сопоставьте это со словами благословенного посланника Аллаха: «Я был послан к черным и красным», — что означает к арабам и неарабам 69. И было ему наказано сражаться с другими народами за то, чтобы произнесли они слова исповедания ислама и объединились в единой вере.

Самое удивительное, что никто не видел, чтобы настоящий тюрок был изнежен как женщина, тогда как этому пороку и этому недугу подвержены все виденные нами народы и, особенно, ал-джил. А если кто-либо из них проявит женственность в речи, манерах, одежде или украшениях, то он верно нечистокровный тюрок, который вырос в их стране, но в котором говорит его происхождение от соседнего народа.

Коль скоро мы указали на некоторые их достоинства, от которых не может уберечься противник и которым он не может противостоять, то упомянем владык, происходивших из рода или из стран сопредельных с ними, таких, как Саманиды,70 владетели Хорасана, и другие; а также Себук-тегин 71 и его дети и внуки Махмуд, Мухаммад и Масуд, 72 да будет доволен ими Аллах. Вспомним, как они укрепили свое положение, своими -руками и собственными силами одолели соперников, как их усилиями были приближены и в их лице достигнуты их (тюрков) цели. И благодаря им, пришли к ним славные победы и вознеслись их знамена. А потом наступило время, когда объединились они по призыву нашего повелителя, властителя мира, мусульманского государя, великого шахиншаха, столпа религии, спасения мусульман и блеска веры Аллаха, повелителя подвластных Аллаху стран и покровителя его рабов — Тогрул-бека Абу Талиба Мухаммада б. Микаила, 73 Десницы наместника Аллаха на земле, эмира верующих, да укрепит Аллах его могущество и покровительствует его государству, и да сметет его врагов и вознесет его победное знамя. В его лице [114] они предали себя человеку, чья справедливость обошла всю землю и чья слава распространилась далеко на запад, человеку, которому была дарована держава, какой не будет после него удостоен никто, и который был наделен таким величием, какое не случалось иметь ни одному владыке.

Каждому мусульманину надлежит повиноваться ему и пребывать под сенью его могущества, оказывать ему содействие явными и тайными помыслами своими, днем и ночью молить Аллаха о ниспослании победы его знаменам и явлении ему своих знамений. Упомянем некоторое из того, что мы видели воочию и что слышали из лучших рассказов о нем, повествующих о его добродетельности, о его стремлении заслужить благосклонность Аллаха, . Всевышнего, справедливостью, благодеянием и состраданием к его (Аллаха) рабам, как в благосклонности, так и во гневе, о его презрении к деньгам и богатству, к чему всегда стремились владыки до него. Мы приведем этому объяснения, не проникнутые лестью, не подверженные пристрастию, не разбавленные ложью и не подпорченные двуличием и измышлениями. Зовет нас к этому не страх и не корысть, и движет нами не лесть и не сочувствие. У нас нет иной цели, чем желание высказать требуемую правду о нем и искомую истину о его сущности. Мы желаем только воздать должное за его благодеяния, благодаря которым мы обрели безопасность в его правление и благоденствовали под сенью его власти.

Главной причиной, побудившей меня составить и написать эту книгу, было согласие уважаемого и почитаемого старейшины, господина и попечителя нашего Имад ад-Дина Абу Насра Мансура б. Мухаммада, 74 да хранит Аллах его превосходство, критически рассмотреть содержание книги и ее слов, определить ее значение и цели, обратить внимание на ее вероятные ошибки и быть снисходительным к тому вздору, который я, возможно, допущу в суждениях, а затем прокомментировать ее на тюркском языке для султана, наибольшим достижением правления которого было украшение тюрков его (Тогрул-бека) положением, их возвышение его возвышением, повышение их культуры в результате его деяний и его языка.

Добродетели распределены между людьми, и каждому досталась своя доля, отличающая его от другого. Совершенство как убеждает в этом разум, всегда косит [115] на один глаз, оно обязательно имеет изъян. Науки делятся на те, что изыскивают пути к спасению в загробном мире, и те, что (изучают) жизнь и достойное упоминания в этом мире.

Что касается того, что может помочь человеку при обращении к Его (Аллаха) милосердию и снисходительности, так это учение о единобожии, которое дает истинное знание Аллаха и приписывает Ему только те качества, которые возвеличивают его имя, и закрепляет формулы Его славословия, указывает на его бытие и единственность, не подлежащие сомнению и оспариванию 75. Кроме того, это указание на пророческую миссию его пророков и их способность творить чудеса, и особенно пророка, на котором прекращается ниспослание закона и на учении которого пресекаются все вероучения; это Мухаммад, да благословит его Аллах 76. Затем это глубокое постижение его веры, предпочтение, отдаваемое его сунне, 77 доказательство чудесности ниспосланного ему господом и занявшего его душу Корана, 78 знание его (Корана) заимствованных и арабских (слов), позволений и запретов, понимание ясных его стихов и тайного смысла неясных, 79 разграничение отменяющих стихов и отмененных, 80 знание обстоятельств, при которых были ниспосланы эти откровения, открытые и намекающие, с тайным и явным смыслом, 81 как религиозное предписание, или как закон 82. Потом нужно заботиться, чтобы выраженное и написанное, будь то стихи или проза, краткое изложение или обширное, постановка вопроса или пространное рассуждение — соответствовали требованиям арабского языка, самого благородного из языков, языка, носителям которого было отдано предпочтение перед другими народами. Вот что я хотел сказать о науках, изучающих религиозное право и религию.

Затем следуют науки, изучающие сущность вещей, сотворенных Аллахом: небесный свод и планеты, инстинкты и характеры, вредное и полезное. И по каждому разделу есть классифицирующие книги и упорядочивающие законы, есть свои ученые, которым подражают, у которых учатся и к которым обращаются. Трудно встретить человека, способного сделать значительный шаг вперед и поведать истинное в одной из этих наук. Но если такой найдется, то это будет выдающийся имам, достойнейший и знаменитейший, [116] признанный ученый, широкий и проницательный ум. А о таком, чтобы мог все это охватить умом, объять своим знанием, преуспеть (в познании) как общего, так и частного, как трудного, так и легкого, мы не слыхивали и такого не видывали, никто нам о таком не рассказывал, а самим встречать не приходилось. Но таков великий и почтеннейший шейх Амид ал-Мулк, да хранит Аллах его государство. Он настолько преуспел во всем, что кажется, будто никто, кроме него, ничего не читал и никто не был так умудрен прожитой жизнью; и это несмотря на его молодость, загруженность делами, его занятость управлением востока и запада, политикой персов и арабов. Это было бы невозможно, если не благословение Аллаха, всевышнего и вездесущего, даровавшего удачу и удивительную судьбу, которой нет подобия в величии и знатности.

Я не утверждал бы этого, если не перебирал и не испытывал, не изучал, не подвергал сомнению и не ознакомился с мнением каждой группы сведущих в этих науках, пользующихся славой и признанием и оставивших в них заметный след.

Воистину справедливыми оказались слова благословенного Аллахом пророка: «Если Аллах пожелает человеку добра, то дает ему вазира, говорящего правду, чтобы тот напоминал ему, если он забудет, и помогал, когда он вспомнит» 83.

Подтверждением моих слов является то, что период его (Тогрул-бека) правления, да ниспошлет Аллах победу его знамени, известный своими прекрасными достижениями, справедливыми принципами и похвальными устоями, будь то в мягкости по отношению к преступникам, или щедрости к помилованным, в воздании способным людям или благоволии к представителям знатных домов, или пренебрежении ложными подозрениями — пришелся на время, когда этот покровительствуемый Аллахом шейх (Амид ал-Мулк) имел честь служить ему и связать себя с ним, и стали выполняться в государстве Тогрул-бека его приказы и приниматься во внимание его советы. Примером тому его (Тогрул-бека) обращение с ал-амиром ал-исфахсаларом Сейф ад-Даула Абу Исхаком Ибрахимом б. Йусифом, 84 который был доставлен к нему пленным с трясущимися поджилками, охваченный и подавленный страхом. Все ожидали, что султан, да будет угодна Аллаху его победа, выпарит кровь из его жил и утолит [117] жажду мести, убив его. Однако он встал, обнял его и принял его извинения, не разбирая прав он или нет. Совсем иначе поступил Адуд ад-Даула с Изз ад-Даула Бахтийаром, который был его двоюродным братом по отцу: когда он одержал над ним победу, только его смерть смогла утолить жажду его мести, и велел он отрубить голову Изз ад-Дауле и приподнести ему на блюде, чтобы отплатить ему сполна и даже больше. Куда ас-Саби до такой высшей справедливости и великодушия!

Еще более удивительны его действия, да хранит Аллах его величие, в случае с жителями Исфахана, 85 которые) проявили открытое неповиновение ему, сражаясь, неверные и неблагодарные, против него, заслужили его гнев за свою измену и злословие и принудили его нести большие расходы по осаде города и подавлению мятежа и недовольства его населения. Однако он, захватив город силой и одолев в сражении его жителей, пощадил их, что изумило видавших многое людей и посрамило предшествующих правителей. И хотя доброта характера и благородство устремлений и души и склоняли и направляли его к этому качеству (милосердию), именно великий и почтеннейший шейх Амид ал-Мулк, да хранит Аллах его государство, пробуждал в нем это, рассказывая истории о правителях, и незаметно подталкивал добродетельными поучениями и укреплял его решимость.

Совсем иначе повел себя Адуд ад-Даула, когда, победив жителей Багдада, он убил Бахтийара, нарушил благоденствие багдадцев, выместил на них злобу и предал их огню, не взирая на то, что Багдад — столица халифата и его оплот.

Что касается родословной этого султана, да упрочит Аллах его победу, достаточным подтверждением ее благородства является уже только то, что она не восходит, как родословная некоторых, к несвободному рабу, безвестному и безродному 86. Одним из его предков был Сарджук 87, он (как-то) ударил хазарского царя 88 мечом и сильно побил его палкой, которая была в его руке, так что упала его лошадь и сам он был повергнут перед ним. На такое способен только свободный человек, чья отвага выше неба.

С него (Тогрул-бека) началось государство (Сельджукидов) и был основан призыв. В благочестии этого султана, да упрочит Аллах достигнутые им победы, и [118] в том, что государство его вечно, основы его незыблемы и устои непорочны, я убедился, когда был на его высшем совете и составлял приказ о назначении амира Зурайра б. Ала ад-Даула 89. Было поставлено условие, чтобы не ослабела его рука и не ущемлялись его полномочия. И сказал он, да продлит Аллах его благополучие: «Если только он не будет притеснять людей и силой отбирать имущество». И никому из присутствующих судей, законоведов, вазиров и катибов не пришла в голову такая оговорка и никто не высказал этого прекрасного мнения.

Аллах свидетель, что с тех пор, как я имел счастье поступить к нему на службу и связать свою судьбу с его государством, я ни разу не видел, чтобы он разочаровал идущего к нему с надеждой, накричал на ученого, проявил несправедливость или позволил (себе иной) проступок. Что же можно сказять о правителе, если описанное выше составляет самые незначительные его деяния и самые неприметные его достоинства.

В дальнейшем о его завоеваниях, совершенных с помощью Аллаха, свидетелем которых я был с тех пор, как имел счастье пребывать под сенью его правления, я расскажу, оградив свою совесть от щедрот и жалований, и буду обращаться к почтеннейшему Амиду ал-Мулку, да уничтожит Аллах его врагов, в тех случаях, когда я не был свидетелем его (Тогрул-бека) благородных дел по причине непричастности к высокой сфере его деятельности.

От Аллаха успех, на него уповаем и к нему вернемся. Он нам отпускает жизнь и определяет судьбу. Да благословит Аллах господина нашего Мухаммада и его род, и да приветствует!

Рукопись завершена 14-го зу-л-ка'да 649 г. по лунному календарю (27 января 1252 г.н.э.).

(В конце книги на полях имеется пометка):

Сверено с оригиналом, с которого и сделан настоящий список...(Слово неразборчиво) переписал взывающий о защите к Аллаху всевышнему (ал-Хасан) Мухаммад б. ал-Хасан ас-Сагани, 91 да сохранит Аллах его покой и не заставит его покинуть свое место, кроме как... (Слово неразборчиво) в месяце зу-л-хиджа 649 г. (14 февраля — 13 марта 1252 г.), пребывая неустанно в молитвах.

Комментарии

1. Абу Исхак Ибрахим б. Хилал ас-Саби (925—994): Известный ученый и литератор. Дед историка Хилал ас-Саби, автор знаменитой «Истории вазиров» (Китаб ал-вузара). Му'изз ад-Даула, основатель иракской ветви Буидов (см.: прим. 3) назначил Ибрахима ас-Саби начальником дивана переписки (инша). На этой должности он оставался и при Изз ад-Дауле (см.: прим. 4), сыне и преемнике My'изза ад-Даули. Будучи сторонником Изз ад-Даули в его борьбе с Адуд ад-Даулей, Ибрахим ас-Саби навлек на себя гнев последнего, особенно после того, как написал ему письмо, возвеличивающее Изз ад-Даулу и призываюёее Адуд ад-Даулу отказаться от своих претензий на главенство в династии после смерти его отца Руки ад-Давули. Вступив в Багдад в 1978 г., Адуд ад-Даула хотел расправиться с писателем, но вняв заступничеству влиятельных лиц, ограничился тем, что заключил его в тюрьму. где ас-Саби, пытаясь снискать прощение и благосклонность нового могущественного правителя Ирака, принимается писать историю Буидов, назвав ее в честь Адуд ад-Даули «Китаб ат-таджи» (Гадж ал-Милла — почетный титул Адуд ад-Даули). До наших дней книга не дошла, но выдержки из нее сохранились в произведениях более поздних авторов. После смерти Адуд ад-Даули новый правитель Шараф ад-Даула выпустил ас-Саби из темницы, где он провел около четырех лет. С тех пор Ибрахим ас-Саби не занимался государственными делами, и в 994 г. умер, оставив после себя несколько сочинений, из которых сохранились только его «Раса'ил» — сборник составленных им официальных писем, считавшихся высшими достижениями эпистолярного искусства (Раса ил ли Аби Исхак Ибрахим ибн Хилал ал-Харрани ас-Саби Ба'абда (Лубнан) 1898.)

2. Дейлем. В средние века, особенно в Х—XI вв., Деилемом назывались горные районы Гиляна, прикаспийской области Ирана. Ранние арабские историки и географы очень мало говорят о Дейлеме, но авторы, писавшие в период господства дейлемских династии в Ираке и Иране (Х в.) проявляют склонность к расширению пределов этой территории, включая в нее все южное побережье Каспийского моря, а также южные предгорья хребта Эльбурс с городами Рей и Казвин (Еl; II, 193). Если быть точным, то под Деилемом следует понимать область, населенную дейлемцами-горцами, видимо, значительно отличавшимися по языку и культуре от жителей прибрежных равнинных районов Гиляна. К Х в. дейлемцы населялили бассейн реки Шах-руд, впадающий в основную водную артерию Гиляна Сефид-руд в том месте, где она круто уворачивает на северо-восток и, рассекая Эльбурс несет свои воды в Каспийское море. Русло Шах-руд отделено от равнины Казвина цепью холмов, а ее притоки стекают. с южных отрогов Эльбурса, орошая долину Аламута: Аламутская крепость, находившаяся в двух днях пути от Казвина на северо-восток, была построена или, возможно, только обновлена в 860—61 гг. Это издавна была резиденция дейлемских царей (CHI, IV, 208; El 352). В более позднее время Аламут был центром государства экстремистов-исмаилитов, известных также под название асасинов.

3. Адуд ад-Даула б. Рукн ад-Даула. Адуд ад-Даула — почетный лакаб (титул) Абу Шуджа Фанна Хосрова, наиболее выдающегося представителя династии Бундов или Бувейхидов, правивших с конца первой половины Х в. до второй половины XI в. в Ираке, Фарсе, Кермане и Джибале. Датой окончательного крушения династии принято считать 447/1055 г., когда Тогрул-бек Сельджукид захватил Багдад. Династия получила свое название от имени некоего Бувейха или Буйэ, имевшего трех сыновей: Али ал-Хасана и Ахмада. Все трое были предводителями отрядов на службе у различных военачальников и местных правителей. Старший брат Али, утвердившись сначала в Исфахане, вскоре распространил свою власть на весь Фарс, ал-Хасан захватил Джибал, а младший, Ахмад подчинил Керман и Хузистан, откуда не столько силой, сколько путем политических интриг сумел в 334/945 г. захватить Багдад. Это событие знаменовало новую эпоху в истории халифата. Халифы, к тому времени уже утратившие свою былую политическую самостоятельность и находившиеся под влиянием то одних, то других политических партий, с приходом Буидов были окончательно отстранены от управления страной и их власть практически ограничилась сферой религиозной жизни. Ахмад, Али и ал-Хасан получили соответственно почетные титулы: Му'изз ад-Даула, Имад ад-Даула и Рукн ад-Даула. Яркие портреты Буидских правителей выписаны в книге известного востоковеда А. Меца (Meц, 1966, 25—37).

Фанна Хосров родился в Исфахане в 324/936 г. Тринадцати лет он наследовал своему бездетному дяде Али Имад ад-Дауле в Фарсе: Титул Адуд ад-Даула (опора державы) он получил от халифа ал-Мути' в 351/962 г. При жизни своего отца Рукн ад-Даули, считавшегося главой Буидов, Адуд ад-Даула, занимаясь расширением своих владений, не посмел посягнуть на единство семьи и подчинить себе Ирак, но после смерти Руки ад-Даули его уже ничего не сдерживало, и в 367/978 г. он совершил поход в Ирак, нанес поражение и убил своего двоюродного брата Изз ад-Даулу Бахтийара сына Му'изз ад-Даули.

Адуд ад-Даула скончался в Багдаде в 372/983 г. Безусловно он был наиболее выдающимся буидским правителем, сумевшим объединить и значительно расширить владения династии. Привилегиями, которыми наградил его халиф, не пользовался после него никто другой из Буидов. Он получил от халифа ат-Таи' второй почетный титул Тадж ал-Милла, его имя произносилось в Багдадской мечети во время пятничной молитвы вторым после имени халифа.

4. Ат-Таи — дский халиф (974—991). Бахтийар Изз ад-Даула, сын Му'изза ад-Даули, преемник (356/967 г.). Му'иззя ад-Даули в Ираке (см.: прим. 3) мало интересовался политикой и государственными делами, предпочитал проводить время в развлечениях, оставляя управление страной своим вазирам и чиновникам. Столкнувшись с необходимостью решительных действий против мятежников и врагов в Ираке, оказался неспособным сплотить свои военные силы и организовать боеспособное войско. Между тюрками и дейлемцами, двумя основными контингентами войска, возникла распря, которая вылилась в открытый мятеж тюрков против Изз ад-Даули. На выручку Изз ад-Дауле пришел из Фарса Адуд ад-Даула, который вступил в Багдад со своим войском (364/975 г.), явно имея намерение сместить своего двоюродного брата но не сделал этого, уважая мнение своего отца Рукн ад-Даули. Однако после смерти последнего, Адуд ад-Даула смог, наконец, осуществить свои планы, разгромил Изз ад-Даулу в сражении и убил его, сплотив тем самым все владения Буидов в единое государство.

5. Это письмо сохранилось в дошедшем до нас сборнике официальных писем, составленных Ибрахимом ас-Саби (Расаил, I, 216—223). Оно приводится также в сочинении внука Ибрахима ас-Саби историка Хилала ас-Саби (970—1056) «Русум дар ал-хилафа» (Саби, Русум, 113—121). Имеется и полный перевод письма на русский язык. (Саби. Установления, 78—84).

6. Титул шахиншаха впервые после Сасанидов был возрожден Адуд ад-Даулей, а не Изз ад-Даулей (Хусайн ал-Баша, 1957. 353). Фразой же, вызвавшей ярость Адуд ад-Даули, была следующая: «Изз ад-Даула управлял как хотел в заседаниях эмира верующих. Он мог повышать и понижать в должности, одаривать и позволять (что-либо). Эмир верующих подтвердил его право на это, чтобы отодвинуть ради него от трона подобных ему в этом» (Саби, Установления, 82).

7. Гилян. Историческая область вокруг дельты реки Сефид-руд на южном побережье Каспийского моря. В средние века граничила с Табаристаном в районе Шалуса, в самом центре южного побережья. Северная и северо-восточная части простирались примерно до нынешней советско-иранскои границы, равнинные области Гиляна населяли гелы, или гилянцы, известия о которых восходят к эпохе античности. В горных областях жили т. н. «настоящие дейлемцы», видимо, отличавшиеся от гиляпцев по языку и культуре, часто враждовавшие и политически господствовавшие над ними, Язык самих гилянцев, по утверждению арабского географа XI в. Ибн Хаукала, не был ни персидским, ни арранским, ни армянским (Бартольд, Соч., VII, 217). В настоящее время гилянцы говорят на особом диалекте персидского языка.

8. В тексте: ал-Ланджиййа. Видимо, здесь ошибка переписчика, а может и издателя. Следует читать ал-Лаиджаййа. Именно так значится в перекликающемся с этим рассказом сообщении Йакута ал-Хамави (Булдан, III, 149). См. также: прим. 9.

9. Старейшей дейлемской династией, видимо, были Джустаниды. Наиболее раннее упоминание о них относится к 175/791 г., когда один из них предоставил убежище алиду Йахйе б. Абдаллаху (CHI, IV, 208). Этот же правитель, или его сын, названный Марзубаном б. Джустаном, был в 189/805 г. призван халифом Харуном ар-Рашидом (786—809) в Peй и отпущен с подарками, но сам, по всей видимости, никакой дани не выплатил. Известно имя одного из непосредственных преемников Марзубана I — Вахсудана б. Джустана, который, вероятнее всего, был его внуком (Табари, III, 188). Сын Вахсудана Джустан заключил союз с шиитским лидером Хасаном б. Зайдом. а затем и его братом Мухаммадом (см.. прим. 10) и способствовал распространению шиизма в Дейлеме. Джустан правил долго, около 40 лет, и был убит своим братом Али б. Вахсуданом незадолго до появления в Дейлеме третьего шиитского лидера Хасана б. Али ал-Утруша (913) г.). Однако в 307/919 г. Али был убит Мухаммадом б. Мусафиром, владетелем области Тарум в среднем течении Сефид-руд который был женат на дочери Джустаиа и, видимо, выступая защитником прав своего тестя, имел намерение распространить свою власть на весь Дейлем. Ему удалось победить в сражении и убить также и брата Али Хосрова Фирузана и значительно потеснить Джустанидов, Мухаммад б. Мусафир считается основателем новой династии Мусафиридов, или Кангаридов (по имени одного из их более ранних предков), которых также называли и Салларидами (от сардар — предводитель). В 330/941 г. Мухаммад I был отстранен от власти его сыновьями, один из которых, Марзубан) вскоре после этого сумел продвинуться к северу и положить начало, правда, на довольно непродолжительное время, ветви Мусафиридов в Азербайджане, а второй, Вахсудан б. Мухаммад, остался в Таруме (Босворт, 1971, 128). Согласно сведениям Йакута, Мусафириды и после Мухаммада б. Мусафира сохраняли за собой центральную часть Дейлема, названную у него ал-Астаниййа и считавшуюся исконным владением Джустанидов (остан — дом, центр), вынудив последних обосноваться в части Дейлема, названной ал-Лаиджиййа (Йакут, Булдан, III 149). Таким образом, сообщение Ибн Хассула значительно дополняет рассказ Йакута и позволяет заключить, что положение в Дейлеме оставалось без изменений, видимо, вплоть до завоевания Сельджукидов: горные области (ал-Астаниййа) были под властью Мусафиридов, а точнее, той ветви, которая происходила от Вахсудана б. Мухаммада (ал-Вахсуданиййа), а Джустаниды были оттеснены и обосновались в равнинных областях Дейлема, в окрестностях Лахиджана. Этому не противоречат два отдельных сообщения Ибн ал-Асира о подчинении султану Тогрулу сначала «царя Дейлема», а затем «Салара из Тарума» в 434/1042 г. Кроме того, из сведений путешественника Насир-и Хосрова можно заключить, что в 438/1046 г. налоги с области в месте слияния Шах-руд и Сефид-руд поступали в Тарум Джустану б. Марзубану, который был правнуком Вахсудана б. Мухаммада (EI, II, 192; Бос-во.рт, 1971, 127).

10. В период со времени правления халифа Умара I (634 — 644) до времени правления халифа ал-Ма'муна (813—833) арабы, по сообщению некоторых средневековых историков, совершили 17 походов на Дейлем, одержали ряд побед, но подчинить дейлемцев, видимо, так и не смогли. Вплоть до середины IX в. Дейлем считался. владением неверных (дар ал-куфр), откуда мусульмане добывали рабов (Истахри, 205). Распространение ислама здесь было связано с антифеодальным движением в пограничных районах и деятельностью зейдитских проповедников из рода Али б. Аби Талиба (см.: прим. 15).

11. Религиозная, общественная и экономическая жизнь мусульман регламентировалась соответствующими установками и рекомендациями из 'Корана и преданий о жизни и деятельности Мухаммада. Эти два источника были основными и общими как для законоведов-суннитов, так и шиитов.

12. После смерти Мухаммада (632 г.) во главе общины верующих стал один из его старейших сподвижников Абу Бакр (632—634), а затем Умар б. ал-Хаттаб (634—644) и Усман б. Аффан (644—656). Однако практически с самого начала среди первых последователей ислама была группа, считавшая, что предводительство мусульманами (имамат) должно было перейти к ближайшему родственнику пророка, его двоюродному брату и зятю Али б. Аби Талибу. Став халифом, Али в течение ряда лет (656—661) был вынужден вести войну против могущественного рода Омейиадов в лице наместника Сирии Му'авии б. Аби Суфйана, а также группы других видных сподвижников и родственников Мухаммада во главе с его вдовой Аишей, Талхой, и Зубайром. В ходе воины с Му'авией у Али появились противники в его собственном стане — хариджиты, от рук которых он и пал в 661 г. После смерти Али и воцарения Му'авии (661—680) сторонниками Али (Ши'ат Али) была разработана концепция наследования власти в мусульманской общине по линии потомков Али и дочери Мухаммада Фатимы, которые были единственными продолжателями рода посланника Аллаха.

13. Социальные и политические противоречия среди последователей Мухаммада привели впоследствии к глубокому религиозному расколу. Сторонниками Али и его потомков — шиитами была выдвинута идея обладания родом Али божественной благодатью, передаваемой от одного его потомка другому. По мере развития шиизма появлялись все новые и новые секты, провозглашавшие различные принципы наследования этой божественной благодати, которая в учении одних была представлена всего лишь постижением тайного смысла Корана и преданий, или даже просто выдающимися качествами лидера (имамиты, зейдйты), а в учении других доводилась до признания имама живым богом (исмаилиты). Для суннитов же духовный и светский глава мусульман (имам) избирался или назначался людьми, но обязательно из рода Мухаммада.

Упоминаемые здесь зейдиты были сторонниками передачи власти наиболее достойному и активному алиду, способному вести вооруженную борьбу. Таким образом, их религиозная доктрина принципиально не отличалась от концепции суннитов, исламских фундаменталистов, для которых божественное знание заключалось в Коране. Коран, а вместе с ним и сунна Мухаммада (рассказы о его жизни и деятельности) были для суннитов единственным источником религиозного права. Деятельность законоведов-суннитов сводилась лишь к применению установок этих источников к конкретным ситуациям. Однако, в зависимости от того, какие способы суждений допускались (буквальное толкование, суждение по аналогии, согласованное мнение авторитетных богословов, свободное мнение), существовали различные суннитские школы законоведов (мазхабы).

14. Ханбалиты — последователи мусульманского законоведа Ибн Ханбала (ум. 855 г.), сторонника наиболее консервативных религиозно-правовых взглядов, не допускавшего практически никакой свободы суждения. Шафииты — последователи религиозно-правовой школы Абу Абдаллаха аш-Шафии. Шафииты признают ограниченное применение суждения по аналогии и собственного мнения. Шафиизм был некоторое время распространен в Хорасане и Дейлеме. Значительная часть жителей Гиляна примерно в конце IX в. приняла суннизм, благодаря деятельности ханбалитского законоведа из близлежащего города Амуля Абу Джа'фара ат-Туми, который был после смерти похоронен в нынешней столице Гиляна Реште. Вплоть до XX в. могила устада Абу Джа'фара была главным святилищем Решта и местом паломничества суннитов (CHI, IV 209).

15. Распространение ислама среди дейлемцев, как неоднократно отмечалось в литературе, было связано не с арабским завоеванием, а с демократическим движением. В 850/864 г. в пограничных с Дейлемом районах Калара, Шалуса и Руйана жители поднялись на борьбу против посягательств тахиридского наместника на общинные земли. Во главе движения стал зейдитский проповедник из рода Али б. Аби Талиба ал-Хасан б. Зайд. прозванный ад-да'и ал-кабир (старший проповедник), который заключил военный союз с дейлемскими владетелями, в том числе и Джустанидами в лице Вахсудана б. Джустана. Сын Вахсудана Джустан II договорился со старшим проповедником о прибытии в Дейлем его представителей для пропаганды ислама. Ал-Хасан б. Зайд умер в 270/883 г, и его место занял его брат Мухаммад, получивший прозвание ад-дa'u ас-сагир (младший проповедник). Политика. Мухаммада во многом определялась ходом борьбы саффарида Амра б. Лайса с суннитской династией Саманидов за власть в Южном Прикаспии. В 287/900 г. он был убит в сражении с саманидским военачальником Мухаммадом б. Харуном ас-Сарахси. После некоторого перерыва во главе зейдитов Прикаспия стал потомок Хусейна б. Али б. Аби Талиба — ал-Хасан б. Али ал-Утруш (Глухой). Ал-Хасан ал-Утруш долгое время жил среди дейлемцев, он был признан большинством населения правобережья Сефид-руд до Амуля и удостоился титула Насир ила-л-хакк (Ведущий к победе истины). Традиционная зейдитская доктрина, которую проповедовал ал-Утруш, несколько отличалась от утвердившегося среди части населения Прикаспия учения более раннего зейдитского проповедника ал-Касима б. Ибрахима, внуку которого в 284/897 г. удалось основать в Йемене самостоятельное зейдитское государство. Таким образом зейдйты Прикаспия были разделены на два лагеря: последователей ал-Касима — ал-касимиййа, и последователен ал-Хасана Насира ила-л-хакк, получивших по титулу своего учителя название ан-насириййа. Недолгое правление ал-Утруша даже среди его религиозных противников имело славу самого справедливого в мире (Табари, III, 2296). Однако наследники его погрязли в междоусобицах и практически совсем утратили свое былое политическое влияние. Они постепенно стали концентрироваться в Амуле вокруг могилы своего великого предка. Некоторые из них упоминаются при Буидах в качестве правителей города (CHI, IV, 206—212).

16. Даббиты. Северо-арабское племя. См.: прим. 210 к тексту «Послания» Джахиза.

17. Как принято было считать у арабских генеологов, даббиты, будучи адианитским племенем, происходили от Исмаила, сына Авраама, к которому восходили и курейшиты. Родство дейлемцев с курейшитами через бану дабба не только сомнительно, но и, скорее всего, вымышленно. Однако ставить этот вымысел исключительно в вину ас-Саби, как это делает автор, было бы неверно. О происхождении дейлемцев от бану дабба, правда, с оттенком сомнения, говорит, в частности, ал-Истахри (Ал-Истахри, с. 205), писавший задолго до создания Ибрахимом ас-Саби его истории Буи-дов, но, по всей вероятности, уже после вступления Бундов в Багдад в 945 г. Возможно, что некоторым основанием для подобных измышлений являлось происхождение главы потомков персидских завоевателей Йемена, активно поддержавших Мухаммада, Файруза ад-Дейлеми, о котором рассказывали, что его предком был араб из бану дабба, некогда бежавший из Аравии в Дейлем (Пиотровский, 1985, 152). Видимо, после возвышения Буидов подобные измышления о причастности дейлемцев к генеалогии Мухаммада официально или не официально поддерживались буидской администрацией. Распространение таких небылиц имело определенный смысл для обоснования прав Буидов на власть, особенно в свете зейдитской доктрины о передаче верховной власти над мусульманами любому из рода Али, двоюродного брата Мухаммада, но непременно самому деятельному и решительному.

18. Джахилиййей арабы-мусульмане называли период своей истории, непосредственно предшествовавший распространению среди них ислама.

19. Шам. Историческая область, входившая в территорию халифата. См.: прим. 53 к «Посланию» Джахиза.

20. Джазира. Историческая область, входившая в территорию халифата. См.: прим. 56 к «Посланию» Джахиза.

21. Му'авия б. Абу Суфйан. Сын главы богатого курейшитского рода Омейядов, долгое время боровшегося против Мухаммада, но принявшего ислам незадолго до вступления мусульман в Мекку. Му'авия долго был наместником в Сирии, а после гибели Али б. Аби Талиба стал халифом и основателем Суфианидской ветви омеййадских халифов.

22. Усман б. Аффан. Третий из праведных халифов (644—656). Один из самых первых последователей и сподвижников Мухаммада, происходил из богатого рода Омеййа. Был избран халифом в 70-летнем возрасте. При нем представители рода Омеййа занималиключевые должности в государстве, что вызывало недовольство широких масс мусульман, а также и других видных сподвижников Мухаммада. В 656 г. Усман был убит в своем доме в Медине мусульманами из Египта и Ирака, поднявшими в городе восстание, После его гибели и избрания халифом Али в халифате разразилась гражданская война между различными политическими группами, но главным образом, между сторонниками нового халифа и сторонниками Омеййадов, группировавшимися вокруг Му'авии б. Аби Суфйана под лозунгом мести за Усмана:.

23. Курайш. Арабское племя, селившееся в Мекке. К этому племени принадлежал Мухаммад. По представлениям средневековых мусульманских генеологов арабские племена составляли две большие ветви. Одни будто бы происходили от Исмаила, сына библейского Авраама и назывались по имени, одного из потомков Исмаила аднанитами, а другие — от мифического Кахтана потомка Сима, сына Ноя, и потому были названы кахтанита.ми. Курайш считались аднанитским или северо-арабским племенем. Почти все упоминаемые ниже племена также были аднанитскими, т. е. близкородственными к племени пророка Мухаммада. — курейшитам.

24. Тамим. Арабское племя. См.: прим. 10 к «Посланию» Джахиза.

25. Тай. Арабское племя. См.: прим. 8 к «Посланию» Джахиза.

26. Кайс. Арабское племя. См.: прим. 11 к «Посланию» Джахиза.

27. Хандаф. Аднанитское племя, родоначальником которого арабские генеологи считали Йлйаса б. Мудара, было названо хандаф будто бы по имени матери-прародительницы Хандаф (Му'джам каба'ил ал-араб, 1, 40).

28. Укайл б. Ка'б. Аднанитское племя. После арабского завоевания переселились из Бахрейна в Ирак, а. с приходом Сельджукидов переместились обратно в Бахрейн (Му'джам каба'ил ал-араб,, 11, 801)

29. Бахрам Джур. Персидский шахиншах из династии. Сасанидов (420—438); Представлен в персидском: предании как сильный и, отважный воин, за, что и был назван Гуром (онагром). Бунды; обосновывая свои династийные права, претендовали на происхождение от сасанидских шахиншахов. Некоторые источники указывают в качестве их родоначальника не Бахрама Джура, а последнего сасанидского царя Йездигерда III (Ибн ал-Ибри, 160). Уже одно такое расхождение говорит о том , что родословная Бундов от Сасанидов, вероятно, не более, чем вымысел.

30. Ибрахим. Библейский Авраам.

31. Исхак. Библейский Исаак, сын Авраама и Сарры. В средневековой арабской историографии было несколько мнений о происхождении персов Известный историк-энциклопедист XIV в. ан-Нувайри приводит семь версий, и только по одной из них получается, что они будто бы являются потомками Исхака (Нувайри, XV. 142).

32. Исмаил. Библейский Измаил. По библейской легенде Авраам как самую дорогую жертву богу должен был принести своего сына Исаака, но в самый последний миг бог не допустил пролития крови невинного ребенка и послал для жертвоприношения ягненка. В Коране этот сюжет приподносится без указания, какой именно сын Ибрахима был предназначен к закланию. Но поскольку о рождении Исхака в Коране говорится только после истории с жертвоприношением сына и чудесным ниспосланием жертвенного животного, мусульманские богословы считают, что эта история имеет отношение не к Исхаку, а Исмаилу. Исмаил же, как известно, считался прародителем северных арабов.

33. Абдаллах. Отец Мухаммада, умер еще до его рождения.

34. Абд ал-Мутталиб. Дед Мухаммада.

35. Согласно преданию, Абд а-Мутталиб, которому не хватало помощников для отрытия священного источника Земзем в Мекке, дал обет, если у него родится десять сыновей, принести в жертву одного из них. Когда у Абд ал-Мутталиба действительно стало десять сыновей, он рассказал им о своем обете, и они все заявили о готовности подчиниться воле отца. Абд ал-Мутталиб велел каждому написать свое имя на стреле и попросил служителя мекканского храма Кааба вытянуть одну из стрел. Жребий пал на Абдаллаха, который был самым младшим и любимым. И несмотря-на решимость Абд ал-Мутталиба выполнить свое обещание, домочадцы уговорили его поставить против Абдаллаха выкуп и испытать волю богов еще раз. Размер виры, выкупа за человеческую жизнь был тогда 10 верблюдиц. Но жребий снова пал на Абдаллаха, тогда Абд ал-Мутталиб прибавил еще 10 верблюдиц и попросил снова произвести гадание, и вновь выпало принести в жертву Абдаллаха. Удрученный отец просил повторить гадание еще и еще, прибавляя каждый раз по 10 верблюдиц. И только когда их количество достигло 100 богам было угодно принять верблюдиц взместо сына (Нувайри, XVI, 50—51).

36. Надр б. Кинана. Мифический-предок-курейшцтов. Генеологи считали, что знаменитый Кусай, предводитель курейшитов при котором они обосновались в Мекке, был потомком Надра б. Кинаны в девятом колене.

37. Имамат. Институт, верховного руководства мусульманской. общиной. Различие в понимании и толковании имамата является главным протаворечием между суннитами и шиитами. Шииты считают, что имамат есть божественное установление и не может-- зависеть от желания людей, т. е. быть выборным. Сунниты теоретически признают выборность имама.

38. Абд Манаф. Сын Кусайя (См.: прим. 36). Четыре сына Абд Манафа: Хашим, Абд Шамс, ал-Мутталиб и Науфал — по преданно, отстранили от власти других потомков Кусайя и положили начало четырем наиболее влиятельным родам города. Каждый из этих четырех будто бы стал водить торговые караваны в различные страны.

39. Хашим. Сын Абд Манафа (См.: прим. 38). Прадед Мухаммада. После того, как сыновья Абд Манафа установили свои контроль над общественной и экономической жизнью Мекки, Хашим взял на себя почетную и прибыльную обязанность снабжать паломников в Мекку пищей и водой.

40. Среди женщин, указывавшихся в родословной Мухаммада, наиболее часто встречаются имена Атика и Фатима. Генеологи насчитывают в роду Мухаммада до его рождения 13 женщин с именем Атика и 10 женщин с именем Фатима (Ибн Са'д, 1, 64).

41. Автор явно не разобрался в довольно запутанной генеалогии Мухаммада, который никак не мог называть себя потомком дочери своего деда Абд ал-Мутталиба, т. е. сестры своего отца. Да и среди детей Абд ал-Мутталиба не упоминается дочь Атика, так же как и нет сведений о том, что у Абд Манафа, который имел, согласно преданию, шесть сыновей и шесть дочерей, была дочь по имени Фатима (Нувайри, XVI, 50—51). Как утверждают генеалоги, в роду Мухаммада ближайшей к нему женщиной по имени Атика была Атика бинт Мурра, жена Абд Манафа и мать восьми его детей, в том числе и Хашима, прадеда пророка Мухаммада (Ибн Са'д, 1, 62; Нувайри, XVI. 32), а из числа его прародительниц с именем Фатима ближайшей к нему была его бабушка Фатима бинт Амр, жена Абд ал-Мутталиба и мать Абдаллаха, отца Мухаммада.

42. Антара ал-Абси. Один из выдающихся представителей до-исламской арабской поэзии.

43. Фируз. Видимо, имеется в виду Фируз (Файруз) ад-Дейлеми, который в период возникновения ислама был лидером партии абна, потомков завоевателей-персов в Йемене. Однако здесь, как и в некоторых других местах, проявляется недостаточная осведомленность автора. Завоевание Йемена персами происходило в 576— 577 гг. и командиром персидского отряда, а впоследствии и сасанидским наместником Йемена был не Файруз, а Вахриз (Пиотровский, 1985, 24, 27. 151—153).

44. Афридун. Герой персидского эпоса. Он был призван на царство народом, восставшим против жестокого тирана Байвараспа (см.: прим. 45), сразился с ним и убил. по преданию, на горе Дунбаванд в окрестностях Рея (Нувайри, XV, 145—147).

45. Ад-Даххак. Арабский вариант имени легендарного царя из персидского эпоса Байурасифа (Байвараспа). Байварасп пришел к власти, свергнув законного царя персов Джамшида, которому легенда приписывает учреждение государственного аппарата и сословий среди персов. Байварасп оказался жестоким тираном. На его плечах были два нароста, которыми он мог двигать как руками, и он, запугивая людей, говорил, что это змеи (Нувайри XV, 146).

46. Предание утверждает, что Байварасп, придя к власти, уничтожил жизнеописания всех предшествовавших ему царей (Нувайри, XV, 146). Что касается соответствия рассказов персидского эпоса действительной истории, то здесь достаточно будет отметить, что предания, относящиеся к досасанидскому периоду, на каждом новом этапе истории обрастали новейшими подробностями, утрачивая первоначальные, проходили литературную обработку и получали новую локализацию. Это привело к тому, что арабские переводчики персидских книг принимали, в основном, во внимание только рассказы о царствовании Сасанидов и отвергали рассказы о более отдаленном прошлом, считая их недостоверными. Некоторые арабские историки в отрицании эпических преданий шли так далеко, что первым персидским царем, принявшим религию магов, называли основателя Сасанидской династии (Бартольд, VII, 396).

47. Ан-Нувайри приводит еще и следующие варианты имен: Тур — Тух, Салам — Сарм, Ирадж — Иран. Афридун будто бы во избежание соперничества между сыновьями решил разделить свои владения: Рум, Шам и Магриб — Саламу, Китай и земли тюрков— Туру, а Ирак и Индию — то, что у Ибн Хассула названо серединой четвертого пояса — Ираджу (Нувайри, XV, 148). Средневековые арабские географы делили известные им земли на пояса (климаты) от экватора к северу. Четвертый пояс как раз приходился на широту Ирака.

48. Мануджахр (Манучехр) был сыном Ираджа (Ирана), сына Афридуна. Манучехр будто бы вернул себе владения своего отца, ранее захваченные Туром и Саламом, но потом ему пришлось воевать с сыном Тура (Нувайри, XV. 148).

49. Фарасиййаб (Афрасийаб). Мифический царь тюрков. Предание называет его сыном Турка и потомком Тура. Афрасийаб возобновил войну с Манучехром в результате которой между ними была установлена граница по реке Балх (Аму-Дарья). После смерти Манучехра Афрасийаб сумел захватить Ирак (Вавилон), но через двенадцать лет был вытеснен Заву, сыном Тахмасба, одним из потомков Манучехра, в Туркестан (Нувайри.. XV, 149).

50. Кей Хосров был царем персов после своего деда Кей Кабуса, внука Заву, сына Тахмасба, изгнавшего Афрасийаба из Ирака за реку Балх. Кей Хосров пошел войной на Афрасийаба, желая отомстить за смерть своего отца Сийавуша, и ему удалось одолеть давнего врага персов и убить его. Афрасийаб, таким образом, воевал с несколькими поколениями персидских царей. Согласно преданию он был колдуном и жил 2000 лет (Бартольд. Соч., VI, 398).

51. Рустам был правителем области Сеистан при Кей Кабусе. Он воспитал Сийавуша, сына Кей Кабуса. Эпос содержит много преданий о подвигах Рустама, в том числе о его походе в Йемен (Нувайри, XV, 153).

52. Ираншахр — т. е. страна иранцев, иранское государство.

53. Персы во многих местах, в частности на Кавказе, возводили оборонительные сооружения против кочевников-тюрков. Однако уже ко времени арабских завоеваний эти сооружения по большей части утратили свое значение, а кое-где, например, в юго-восточном Прикаспии, они уже входили во владения самих же тюрков.

54. Зу-л-Карнайн (Двурогий) было прозвищем Александра Македонского в мусульманской литературе.

55. Арастуталис (Аристотель), как известно, был наставником Александра в юности, но вряд ли занимал при нем официальный пост советника, тем более не существовавшую в государстве Александра должность ваэира. Однако мусульманские авторы считали, что Александр всегда советовался с Аристотелем по государственным делам (Нувайри, XV, 239).

56. Автор турецкого перевода Ш. Йалткана считает, что отрывок со слов «Как может в стране, где до слов «воевать между собой» выпадает из общего повествования и потому утверждает, что до и после этого отрывка в тексте имеются пропуски. Однако Ш. Йалткана, видимо, просто не уловил несколько нечеткой, но вполне логичной смысловой связи отрывка с остальным текстом. Автор говорит, что в стране, где люди привыкли проливать невинную кровь, трудно в короткое время установить всеобщий мир и порядок, сторонником которых был Аристотель, Здесь, как видно, мы имеем указание на довольно распространенный в средневековой мусульманской литературе рассказ, что Александр будто бы советовался с Аристотелем, как ему поступить со знатными персами, бесстрашными и воинственными, не желающими уступать друг другу. Аристотель будто бы посоветовал не убивать их, а создать для каждого отдельное государство, чтобы они соперничали друг с другом и не беспокоили Александра (Нувайри, XV, 164—165, 241).

57. Ардашир б. Бабак (226—241). Основатель династии Сасанидов в Иране, правившей со времени после крушения Парфянского царства до мусульманского завоевания (226—651).

58. В средневековой арабской литературе сасанидская система управления государством считалась самой совершенной и достойной подражения, видимо, потому, что многие основные государственные учреждения создавались арабами по образцу сасанидских. Ардаширу I, устроителю сасанидского государства, арабские источники приписывают ряд посланий и завещаний, регулирующих государственное управление. Укажем в качестве примера послание Ардашира своим подданным (Ибн Кутайба, I, 5), или его наставления вазирам (Джахшийари, 8).

59. Мусульмане-арабы при завоевании областей иноверцев предлагали либо принять ислам, либо сохранить веру и платить унизительный налог — дань. При отказе от одного и другого решения, они начинали сражение, и в случае успеха решали судьбу побежденных по своему усмотрению. Основные области сасанидского государства были покорены силой: земля оставалась в руках прежних владельцев но была обложена тяжелым земельным налогом (Абу Йусуф, 68, 128—129, 193).

60. В арабских источниках нет указаний на то, что Ардашир уступил тюркам какие-то земли и заключил с ними мир. Однако его преемникам, особенно в VI — начале VII вв. часто приходилось напрягать свои силы в борьбе с тюрками как на Кавказе, так и в Средней Азии, уступать им земли и заключать невыгодные для себя договоры.

61. Это описание характерных черт внешности и натуры тюрков, по-видимому, восходит к ранним представлениям арабов о них (см.: Введение, с. 24), но как видим, имеет более положительную окраску.

62. Об этих качествах тюрков двумя столетиями раньше говорил Джахиз. Видимо, у него и позаимствовал эти сравнения Йбн Хассул.

63. Ведение войны против неверных с целью распространения ислама- однаиз.. обязанностей мусульманина. Однако, вопреки распространенному мнению, расширение границ мусульманского мира вовсе не обязательно должно происходить военным путем, но может быть достигнуто мирной пропагандой. Следует отметить, что сама концепция священной войны (джихада) складывалась уже после арабских завоеваний, и, по-видимому, первые арабские завоеватели ведение этой войны своим религиозным долгом не считали.

64. Тюркские рабы первоначально все-таки принуждались к унизительному рабскому труду в доме хозяина. Об этом говорят, например, прозвища таких тюркских военачальников, как Итах ат-Таббах (Повар), или Джа'фар ал-Хаййат (Портной). Но впоследствии они преимущественно использовались на военной службе. Несомненно, что рабское положение такого воина, если и сохранялось, то формально, и он пользовался значительной свободой.

65. Хаджиб — высший военный чин в гвардии халифа и других мусульманских государей (Низам ул-Мулк, 110—111, 321, прим. 115).

66. Любопытно, что в отличие от ал-Джахиза (Манакиб, 21) Ибн Хассул подчеркивает разницу между хорасанцами и тюрками. Ситуация в государстве изменилась. Если в IX в. хорасанцы составляли значительную часть халифского войска и тюрки соперничали с ними за честь быть приближенными халифа, то при Сельджукидах хорасанцы, естественно, утратили свои прежние позиции.

67. В Египте с середины IX в. правили тюркские династии Тулунидов (868—905) и Ихшидидов (935—969). А Фатимиды, зенит власти которых приходился на длительное правление ал-Мустансира (1036—1094), который был современником первых трех великих Сельджукидов Тогрул-бека (1038—1063), Алп-Арслана (1063— 1072) и Малик-шаха (1072—1092), очень широко использовали тюрков на военной службе, начиная с ал-Азиза (975—996).

68. См. наст. изд. с. 124 прим. 13.

69. В эпоху раннего ислама хамра (красные) арабы называли чужеземцев, преимущественно персов. Как в Коране, так и в предании имеется немало указаний на то, что ислам не является какой-то новой религией и что Мухаммад был послан для возвращения заблудших вновь на путь истинный.

70. Мусульманская династия, правившая сначала в Мавераннахре, ас 900 г. и в Хорасане (819—1005). Владения Саманидов в конце Х в. были захвачены Караханидами и Газневидами.

71. Себук-тегин (977—997) — основатель династии Газневидов (977—1186). Первоначально был тюркским рабом на службе у тюркского же военачальника Саманидов Алп-тегина, а затем после Алп-тегина и ряда его преемников стал правителем Газны (Афганистан) от имени Саманидов.

72. Махмуд (998—1030). Сын правителя Газны Себук-тегина. При нем государство Газневидов превратилось в самое обширное и могущественное мусульманское государство после Аббасидского Халифата и включало Хорасан, Хорезм. Рей, Хамадан, ряд областей Индии. Ему наследовал сын Мухаммад (1030—1031). А при другом сыне Махмуда Мас'уде (1031—1041) Газневидам был нанесен сокрушительный удар: Хорасан и Хорезм были у них отобраны Сельджукидами.

73. Тогрул-бек (1038—1063) — первый из великих Сельджукидов (1038—1157). Сельджукиды происходили из огузского рода кынык, в конце Х в. приняли ислам и стали проникать в мусульманский мир, став во главе широкого движения огузских племен, принявших ислам. Придя в столкновение с Газневидами, они нанесли им сокрушительное поражение и отобрали у них Хорасан. В 1038 г. Тогрул-бек провозгласил себя султаном в г. Нишапуре. 173

74. Имя вазира ал-Кундури было Мухаммад. Мансуром звали его отца. Родился в 1019 г. Был вазиром султана Тогрула в 1055—1064 гг. Имеются основания полагать, что он был убит после вступления на престол Алп-Арслачз по прямому подстрекательству вазира Низама ал-Мулка (Низам ал-Мулк, 334). Рассказ о нем имеется у ал-Хусанни (Хусайни — Буниятов, 40—43, 186—187),

75. Формулы славословия включали различные эпитеты Аллаха. Перед богословами-традиционалистами стояла задача исключить такие эпитеты, которые подразумевали бы наличие у Аллаха каких-либо антропоморфных качеств.

76. Ислам признает всех основных пророков Ветхого и Нового Завета, но Мухаммад был последним пророком и «печатью пророков».

77. Сунна — источник мусульманского права, содержащий рассказы о жизни и деятельности Мухаммада. Мусульмане-сунниты признавали силу закона только за рассказами о Мухаммаде, в отличии от шиитов, признававших такое право и за рассказами об Али и его потомках.

78. В мусульманском богословии примерно с конца VIII в. происходила дискуссия о вечности или сотворениости Корана, основного объекта божественного знания. В первой половине IX в., в правление халифов ал-Мамуна (813—833), ал-Мутасима (833—842) и ал-Васика (842—847) официальной религиозной доктриной стало рационалистическое учение му'тазилитов, отрицавших вечность (у Ибн Хассула «чудо») Корана на том основании, что его вечность, (несотворенность) наряду с вечностью творца равносильна политеизму. Однако преемник ал-Васика халиф ал-Мутаваккиль (847— 861) вновь обратился к традиционным представлениям о вечности и несотворенности Корана. Тем не менее еще определенное время этот богословский спор продолжался.

79. Мухкам ва муташабих. Мусульманские правоведы среди юридических норм и предписаний, содержащихся в Коране, различали как точные, не допускающие различных толкований (мухкам), так и недостаточно ясные, не только допускающие различное понимание их смысла, но и предполагающие их конкретизацию на основе свободного суждения авторитетных правоведов (иджтихад).

80. Насих ва мансух (отменяющие и отмененные). Богословы и исследователи находили в Коране много противоречивых мест (по некоторым подсчетам, 225). Если признавать, что автором коранических стихов является Мухаммад к что с самого начала эти стихи имели законодательное значение, то весьма вероятно, что Мухаммад в зависимости от меняющихся обстоятельств оказывался вынужден отменять прежние установки или уточнять их. Право на это, видимо, и формулируется в одном из стихов Корана: «Всякий раз, как мы отменяем стих, или заставляем его забыть, мы приводим лучший, чем он, или похожий на него» (Коран, 2, 100). Впоследствии богословами было разработано учение об отменяющих стихах Корана (насих) и отмененных (мансух). По их мнению, 40 из 114 глав Корана содержат отмененные стихи.

81. Му'аррида ва мусарриха (намекающие и открыто говорящие), хафиййа ва джалиййа (со скрытым и явным смыслом). Особенностью Корана является отрывочность его содержания, отсутствие смысловой связи между его главами (сурами) и стихами (айатами). Часто невозможным оказывается установить и хронологическую связь между ними. Тем не менее уже в самый ранний период толкователи усматривали в отдельных частях беглые и скрытые намеки на события из жизни Мухаммада. Установление этой связи и датировка коранических айатов и сур стали одной из основных задач ученых богословов и исламоведов.

82. Фарида. Знание как воплощение божественной истины по представлениям некоторых богословов состоит из трех вещей: ясных стихов Корана, признанной сунны и религиозного долга или предписания — фариды (Роузентал, 1978, 180).

83. В религиозной общине первых мусульман не было должности, соответствовавшей должности вазира в халифате эпохи его расцвета. Однако само слово вазир, вероятно, арабского происхождения, оно было в ходу у арабов раннеисламского периода и означало «помощник», о чем свидетельствует эпизод сразу после смерти Мухаммада, когда его сподвижникам-мединцам было предложено в качестве компромисса избрать из своей среды вазира в помощь халифу из курейшитов. Так что Мухаммад вряд ли мог знать о функциях вазира и тем более определять их, или выдвигать ему требования. В более позднюю эпоху в мусульманской литературе получили распространение расказы о справедливых и мудрых вазирах, восходящие к сасанидской традиции и иранскому эпосу (Джахшийари, 7—9).

84. Ал-амир ал-исфахсалар. Высший воинский титул, дававшийся в государстве великих Сельджукидов главнокомандующему всем сельджукским войском, или войсками важнейших областей, таких, например, как Хорасан (Хусайни — Буниятов, 229). Ибрахим б. Йусуф был двоюродным братом Тогрул-бека и одним из главных лидеров сельджукского движения. Кроме титула Сейф ад-Даула имел и тюркский титул Инал. Он возглавлял огузов в походах на Керман, Фарс, Ирак, Закавказье. В 1050 г. Ибрахим Инал поднял мятеж против Тогрул-бека, был разбит и сдался на милость победителя. Но султан Тогрул его помиловал и вернул многое из его имущества и прежних привилегий. Однако в 1059 г. Ибрахим вновь выступил против султана. Сражение между ними произошло недалеко от Рея и окончилось победой Тогрул-бека. Ибрахим бежал, но был схвачен и, по приказу Тогрул-бека, удушен тетивой его собственного лука (Агаджанов, 216—219).

85. Среди руководителей движения Сельджукидов в начале XI в. не было, по всей видимости, единодушия в том, как относиться к покоренному населению. Тогрул-бек действительно придерживался наиболее умеренного курса и был сторонником мягкого обращения с населением. Примечателен эпизод после взятия Нишапура летом 1038 г., когда сельджукские вожди, в том числе и Дауд Чагры-бек, требовали беспощадного разграбления города, оказавшего упорное сопротивление, но Тогрул-бек не допустил этого и распорядился не трогать горожан и не притеснять подданных. Такая политика способствовала» укреплению авторитета Тогрул-бека и постепенному его выдвижению на первое место среди вождей сельджукского движения (Хусайни—Буниятов, 180).

86. Здесь намек на истинное происхождение Буидов (см.: прим. 3).

87. Ибн Хассул, указывая на Сарджука как на родоначальника Сельджукидов, стоит особняком от версий других источников, где имеютря указания на Тугага, отца Сельджука — Сарджука (См.: Хусайни — Буниятов, 172). Тугаг, видимо, был только почетный титул Вместе с тем некоторые источники сообщают, что предками Сельжука были люди далеко не знатного происхождения — Керекучи-ходжа, мастер по изготовлению кибиток, и его сын Тугшармыш. Видимо, происхождение от добившегося высокого положения Сельджука больше соответствовало султанскому величию Тогрул-бека, чем выведение его родословной от его более раннего предка— простого ремесленника (Агаджачов, 1969 165—168).

Выбор Ибн Хассулом родословной от Сарджука хорошо характеризует цель его сочинения.

88. Сообщение о стычке между Сарджуком и хазарским царем служит указанием на то, что потомок Керекучи-ходжи сумел возвыситься, по-видимому, до положения полунезависимого владетеля или, по крайней мере, предводителя крупных военных сил тюрков.

89. Зурайр б. Ала ад-Даула. Дополнительных известий о нем обнаружить не удалось. Возможно, это сын Ала ад-Даула Мухаммада б. Каку (1008—1041), правителя Исфахана, Йезда, Нихавенда и Хамадана (Хусайни — Буниятов, 178).

90. Джарбазакан. Так назывались два города. Один в Табаристане между Астрабадом и Гурганом. Но, по всей вероятности, имеется в виду другой, более крупный город недалеко от, Хамадана, где в XI—XII вв. размещался монетный двор (Йакут, Булдан, II, 46—47).

91. Хасан б. Мухаммад ас-Сагани — языковед и богослов-традиционалист (ум. 650/1252 г.).

Текст воспроизведен по изданию: Арабские источники о тюрках в раннее средневековье. Баку. 1993

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.