Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад
 

МУХАММАД ИБН ХАРИС АЛ-ХУШАНИ

КНИГА О СУДЬЯХ

КИТАБ АЛ-КУДАТ

[№ 27] Рассказ о судье Сулаймане б. Асваде ал-Гафики 1

Говорит Мухаммад: Сулайман б. Асвад б. Йа; иш б. Джушайб *1 из города Гафик исполнял должность [судьи] провинциального округа Марида в то время, когда его дядя Са'ид б. Сулайман исполнял должность главного судьи в Кордове. А Халид б. Са'ид *2 этот занимал судейскую должность в Фахс ал-Баллуте.

Говорит Мухаммад: в городе Марида Сулайман б. Асвад женился на сестре Сулаймана б. Сулаймана 6. Хашима ал-Ма'афири. Эмир Мухаммад сын 'Абд ар-Рахмана — да будет доволен ими обоими Аллах! — назначил его /с. 127/ главным судьей в Кордове, когда уволил от судейства 'Амра б. 'Абдаллаха.

Причиной, которая отличила его в глазах эмира и вызвала в сердце его благорасположение к «ему, были два дела. Первое из них. Когда эмир Мухаммад — да помилует его Аллах! — пребывал в Мариде, еще при жизни эмира 'Абд ар-Рахмана — да будет доволен им Аллах! — один из его слуг допустил произвол и отнял у одного человека его дочь. Сулайман б. Асвад был тогда судьей в Мариде. Потерпевший прибег к защите судьи Сулаймана и попросил его о помощи. Тот написал эмиру Мухаммаду, уведомляя его об этом случае. Но эмир замедлил с ответом ему, воздал ли он по справедливости так, как хотел того судья. Тогда судья отправился верхом, остановился у ворот дворца в Мариде и написал эмиру — да помилует его Аллах: «По этой дороге я поеду к твоему отцу, если ты не изменишь того, что совершили твои слуги». И змир Мухаммад проявил ту справедливость, которую хотел судья.

Когда Мухаммад — да будет доволен им Аллах! — стал править, Сулайману сказали: «Разверзни землю *3 и войди в нее! Ты ведь знаешь, с чем ты подступался к эмиру Мухаммаду, когда он был в Мариде?» Но он не увидел от него зла и пользовался с его стороны благосклонностью и предпочтением. Он был одним из четырех лиц, вхожих к эмиру Мухаммаду — да [106] помилует его Аллах! — когда тот нуждался в свидетельстве и ему требовалось спросить мнения по вопросам права.

Второе. Когда Сулайман был уволен с поста судьи Мариды, юн пришел к воротам дворца в Кордове и написал эмиру Мухаммаду — да помилует его Аллах: «В моих руках находятся деньги, которые скопились от моего жалованья. Мне необходимо вернуть их в казну. А они, как я их сам подсчитал, — за пятничные дни, за время, потраченное на посторонние дела /c. 128/, и за время, когда мне надлежало исполнять судейские обязанности, а я не исполнял». И пришел ему ответ от эмира: «Это тебе в подарок от нас». Но он отказывался принять деньги до тех пор, пока их у него не забрали 2.

Что касается первого случая, то он знаменит, общеизвестен среди простых и знатных. Что же касается второго случая, то мне сообщил о нем Фарадж б. Салама ал-Балави со ссылкой на Мухаммада б. 'Умара б. Лубабу.

Говорит Мухаммад: до меня дошло, что Сулайман б. Асвад был наделен знанием литературы и нередко слагал стихи, в которых обращался к халифам и знатным друзьям.

Говорит Халид б. Са'д: Валид б. Ибрахим б. Лабиб сообщил мне: Сулайман б. Сулайман б. Асвад сообщил мне: я присутствовал у моего зятя Сулаймана б. Асвада, когда он уже занял должность судьи, а 'Амр б. 'Абдаллах был уволен. Они оба сошлись в этот час в соборной мечети и одновременно вышли — исполняющий должность и уволенный. Когда они подошли к Баб ал-'Аттарин 3 и вышли за пределы ал-мадины, пути их разошлись. Все люди предпочли пойти с Сулайманом б. Ас-вадом, а 'Амр б. 'Абдаллах пошел домой один, и не было с ним никого. И был он дал этого судьей в Баго *4 4,

Продолжает Сулайм *5: я решил было пойти вместе с 'Амром б. 'Абдаллахом, ибо я усовестился и поразился вероломству людей и их неверности. Но меня удержала от этого лишь боязнь, что мой зять Сулайман б. Асвад укорит меня.

/с. 129/ Говорит [Халид б. Са'д] *6: мне сообщил один из наших друзей-ученых со ссылкой на Йахйу б. Закарийа', а он был из числа видных учеников Мухаммада б. Ваддаха: в пятничный день у одного визиря Сулайману б. Асваду подали еду. Визирь попросил его поесть. Но судья удержал его, [107] оправдавшись тем, что постится. Тогда визирь велел принести ему галийу 5, чтобы он смог умаститься ею. Но он отказался и от этого, сказав: «Сегодня ведь пятница. Необходимо совершать омовение в этот день, а это благоухание ведет к уничтожению и гибели». И визирь воздержался от того, о чем хотел распорядиться для него. Выйдя от него, Сулайман б. Асвад сказал одному из своих собратьев: «Я испытывал бы отвращение, клянусь Аллахам, выступая сегодня проповедником и увещевателем мусульман и в то же время источая аромат, в котором заключено то, что известно».

Говорит Мухаммад: мне сообщили некоторые ученые: Сулайман б. Асвад был мужественным, твердым, имел предубеждение против придворной челяди и мало угождал тем, кто терся около халифа из числа его знатных особ и великих его визирей.

Один рассказчик мне передал: Хашим б. 'Абд ал-'Азиз рассказывал: судья Сулайман б. Асвад написал эмиру письмо. В нем он дал понять, что меня следует казнить, Умаййу б, 'Ису 6 — уволить [с поста управляющего] ал-мадиной, а Ибн Аби Аййуба ал-Кураши посадить в темницу. Смысл этого письма заключен в словах, с которыми он обратился к эмиру: «Ибн Аби Аййуб вышел средь бела дня с обнаженным мечом /с. 130/, ранил им человека и напугал других. А за ним уже числились поступки подобного рода. Я писал о них сахиб ал-мадина, но он не помешал ему творить зло и не наказал его своей рукой. А еще до этого что я писал ему про 'Убайдалла-ха б. 'Абд ал-'Азиза 7, когда выявились его разбойные действия и злодейство?! Но он пренебрег этим, пока тот не натворил то, о чем известно, и эмир был вынужден поступить с ним так, как известно». И он напомнил эмиру — да помилует его Аллах! — историю-брата Хашима, которая, как известно, нанесла урон чести самого Хашима и вызвала его осуждение, дал показания о несостоятельности сахиб ал-мадина Умаййи и рассказал о поступке Ибн Аби Аййуба ал-Кураши. Тогда эмир приказал подвергнуть его заключению.

Говорит Мухаммад: мне рассказывали, что Хашим б. 'Абд ал-'Азиз строил козни против Сулаймана б. Асвада и старался провести его в деле о наследстве Кумиса б. Антунйана *7 8 Но судья не решил дела в его пользу, против Кумиса, как ога желал. Дело в том, что Хашим б. 'Абд ал-'Азиз пользовался благорасположением эмира — да помилует его Аллах! Он нес на себе тяготы халифата, свободно осуществлял различного вида надзор и контроль и сосредоточил в своих руках дела управления. Договоры утверждались лишь при его прямом участии, [108] и решения эмир принимал только при его посредстве. Не было ему равного и не знал он себе соперника. Когда появился Кумис б. Антунйан и показал свою превосходную образованность, принял на себя управление государственной канцелярией, оказался в состоянии исполнять трудные обязанности, проявил умение адресовать свое слово [по всем правилам], приобрел известность, выступил соперником в делах и стал тайно нащупывать путь наверх, то он (Хашим) не пожелал, чтобы следовали не за ним, а за кем-либо другим и подчинялись бы кому-либо, кроме него. /с. 131/ Сердце Хашима озаботилось им, стал таить он от него свои намерения и обратил свою мысль во вред и зло ему. Когда Кумис почувствовал это, он решил быть настороже и держаться осмотрительно. О его осторожности и осмотрительности дошло следующее: Мухаммад б. Йусуф б. Матрух 'был ему товарищем и особо близким другом. Постучался он к нему ночью. Кумис вышел к нему и заговорил с ним из-за двери. Тот попросил его: «Открой!» Кумис сказал: «Не открою, клянусь Аллахом! Но скажи, что тебе нужно?» Мухаммад б. Йусуф ответил ему: «Это такое дело, о котором не говорят за дверью». Кумис сказал ему: «Отложи его до утра». Мухаммад б. Йусуф ушел от него опечаленным, так как тот поставил его в такое положение, и не смог уснуть в оставшуюся часть ночи. Наутро, совершив молитву, он отправился к нему. Кумис возвеличил его, принял с почетом, восхвалил. И сказал ему Мухаммад б. Йусуф: «Сейчас ты оказываешь мне почет, а когда я вчера пришел к тебе, ты не счел меня достойным того, чтобы отворить свою дверь». Он ответил ему: «Прости маня! Ведь за мной охотятся, и ты знаешь, кто за мной охотится. Поэтому я постарался обезопасить себя, как ты видел. Я счел, что, остерегаясь тебя, я тем самым создам предлог, чтобы остерегаться других. Не порицай меня». И тот изложил ему свою просьбу.

Когда Кумис б. Антунйан умер, Хашим опротестовал права его наследников на его наследство. Он подстрекнул дать свидетельские показания отовсюду и представил некоего мухтасиба, который пришел к судье Сулайману б. Асваду и сказал ему: «Кумис б. Антунйан умер христианином, и деньги его следует поместить в хранилище благотворительных пожалований 9, Хашим также подал об этом прошение эмиру и сказал /с. 132/ ему: «Ты имеешь больше права на его деньги, чем его наследники. Однако же прикажи судье расследовать это дело». И эмир Мухаммад — да помилует его Аллах! — приказал Сулайману б. Асваду провести расследование в этом. Знатными людьми и главными правомочными свидетелями у Сулаймана были приведены многочисленные важные показания, что Кумис умер христианином. И не замедлили свидетельствовать в том же [109] благородные люди и лучшие законоведы, кроме самого малого числа ближайших друзей, среди которых был Мухаммад б. Йусуф б. Матрух. Сев в соборной мечети, он сказал при всех: «О таком, как Кумис, усердно поклонявшемся [Аллаху], ревностном богомольце, голубе этой мечети, говорят: он умер христианином!» Люди принялись повторять: «Подлинно, мы принадлежим Аллаху и ж нему же возвращаемся» — и поразились тем, которые в этом его обвиняли. Обо всем этом узнал эмир Мухаммад — да помилует его Аллах! Он поручил визирям послать за судьей Сулайманом б. Асвадом и спросить его, что у него подтвердили относительно Кумиса б. Антунйана. Когда Сулайман б. Асвад пришел, визири ему сказали: «Эмир — да сохранит его Аллах! — приказал послать за тобой и выяснить, какой иск предъявили у тебя по делу Кумиса?» Сулаймая извлек из своего рукава свиток и сказал: «Это то, о чем свидетельствовали у меня по его делу. Но пусть его отошлют эмиру. Он его просмотрит, а затем прикажет по нему на основании того, что решит». Хашим попытался ему помешать и сказал: «О судья! Свиток большой, свидетельских показаний множество, и не всех людей эмир знает. Однако сошлись на имена тех свидетелей /с. 133/, показания которых ты принял, напомни о них и напомни об их показаниях!» Сулайман разгадал его замысел и сказал ему: «Я не поступлю так. Нужно, чтобы эмир увидел свидетельские показания такими, как они есть». И отослал свиток со всем тем, что в нем. Прошло очень немного времени, и вышел слуга из локоев эмира и сказал судье: «Эмир говорит тебе: “Избавь меня от свидетельских показаний и их долгого перечня и сообщи мне, что у тебя из них подтвердилось!"». Он ответил слуге: «Скажи эмиру — да сохранит его Аллах: “У меня не подтвердилось против Кумиса ничего предосудительного, а ведь все свидетельства, выдвинутые по его делу, известны. Аллах ничего этого не желал"». И заметил ему Хашим: «Хвала Аллаху, о судья! Свидетельствовали у тебя Ибн Кулзум 10, и такой-то, и такой-то». Судья «ответил: «О том, что, по-моему, является правильным, я уже сообщил эмиру». И последовало письменное распоряжение судье: «Раздели деньги Кумиса между его наследниками!» Судья разделил их, а деньги были огромные. Говорит Мухаммад; упомянул Халид б. Са'д: мне сообщил Мухаммад б. Касим 11: мне сообщил дядя Мухаммада Ибн Бази' 12, служитель мечети: я присутствовал у Сулаймана б. Асвада. И вот пришел к нему человек и пожаловался у него в суде на сахиб ал-мадина. Сулайман отдал приказание одному шейху из его помощников, что находились перед ним, — а дело было вечером — говоря: «Ты отправишься завтра утром и окажешься на пути у сахиб ал-мадина, у места, где сидят казначеи. Когда он начнет спешиваться, возьми его верховое [110] животное под уздцы и прикажи ему от моего имени, чтобы быстр» скакал ко мне — пожаловались на него у меня. Это если он поедет /с. 134/ ,по доброй воле. В противном случае начни подгонять палкой его верховое животное, пока не пригонишь его ко мне насильно». Продолжал дядя Ибн Бази': наутро» я отправился вместе с шейхом, получившим приказание, и остановился вместе с ним на пути у сахиб ал-мадина, пока тот ие лодъехал. А вместе с «им ехало верхом множество народу. Посланный взял его верховое животное под уздцы. Только собрался было сахиб ал-мадина приказать отогнать его, как посланец сказал ему: «Судья послал меня за тобой из-за одного» человека, который у него пожаловался яа тебя. Поезжай же к нему, хочешь добровольно, хочешь нет». Сахиб ал-мадина ответил: «Ну конечно добровольно!» Он отправился, прибыл к. судье и предстал перед ним. Судья рассмотрел по справедливости то, что [было] между ним и истцом, и рассудил их на основе того, что выявилось у него. Затем ответчик покинул его. Говорит [Мухаммад]: Мухаммед б. 'Умар б. 'Абд ал-'Азиа сообщил мне: когда Йусуфа б. Басила уволили с [судейской: должности] в Шазуне, один из жителей города возбудил против него дело о некой сумме денег, которая, по его утверждению, за ним числилась. Судья послал за ним с повесткой.. Когда истец предъявил ему повестку судьи, тот прогнал его и велел побить. Тогда Сулайман собрал помощников и послал их за Йусуфом. Они подкараулили его и, когда он вышел, силой привели его. Когда он оказался перед судьей, тот потребовал от него признать либо не признать. Но он отказался повиноваться этому. Тогда судья приказал обесчестить его. Увидев, что судья полон решимости, он заговорил.

Говорит Халид б. Са'д: мне сообщило заслуживающее доверия лицо из числа наших друзей со ссылкой ;на преклонных лет достойного человека по имени Ахмад б. Халид, который: /с. 135/ застал в живых судью Сулаймана б. Асвада: один человек у Сулаймана б. Асвада предъявил иск другому человеку — 'Абд ал-Малику б. ал-'Аббасу ал-Кураши 13. Сулайман потребовал от него признать или не признать, но он от этого отказался. Судья решил тогда его обесчестить. Люди обступили 'Абд ал-Малика со всех сторон и стали говорить: «Побойся Аллаха за себя самого и за свое благородство и сбереги свою честь! Если не сделаешь, он исполнит по отношению к. тебе то, что приказал. И тогда ляжет позор на тебя и твое потомство». Когда он понял это, сказал: «Я купил». Судья потребовал от него: «Докажи у меня, что ты купил!»

Говорит Мухаммад: а это — слова одного из тех, кто выносил решения по делам амилей, известных насильственным» захватами и притеснениями. [111]

Говорит Мухаммад: один из ученых, которому я доверяю, мне сообщил: я слышал, как визирь Абу Марван 'Абд ал-Ма-лик б. Джахвар 14 рассказывал: законовед Ибн Маллун 15 занимался оформлением документов. Он хорошо в них разбирался и прибегал к тонким уловкам в разных их пунктах. Его поносили за нарушение правил и за подлоги в документах, которые он составлял. Сулайман б. Асвад стал преследовать его судом. Ибн Маллун испугался его действий против себя и скрылся ют него. Он направился к визирю Мухаммаду б. Джахвару. Тот взял его под свою защиту и предоставил ему убежище. Рассказчик продолжает: затем визирь Мухаммад б. Джахвар послал своего брата к судье, прося за него и напоминая ему, что между ним и Ибн Маллуиом заключен договор о покровительстве, обязывающий искать у судьи правосудия. Ответ судьи был таков: «Ему необходимо воздать должным образом /с. 136/ за то, что я о нем узнал. Мне стало известно, что он скрывается от меня в доме визщря, хотя юб этом у меня еще не получено подтверждения. Когда же подтвердится, я отправлю тех, кто войдет к нему в дом, и мы извлечем его оттуда». Рассказчик продолжает: визирь обеспокоился за себя и не мог чувствовать себя в безопасности, оставляя его в своем доме, пока не переместил его оттуда в одно место вне дома.

Говорит Мухаммад: сказал мне Ибн 'Умар б. 'Абд ал-'Азиз: мне сообщил один шейх из жителей Севильи по имени Хашим б. Разин: я находился однажды в отряде всадников визиря Мухаммада б. Мусы, а он тогда был величайшим из визирей эмира Мухаммада и ближе их всех стоял к нему. Когда он поравнялся с соборной мечетью, к нему вышел сын его дяди — муж его дочери — и сказал: «Судья заседает в мечети, а это его повестка. Он приказывает тебе явиться к нему». Визирь ответил: «Слушаю и повинуюсь». Вынул он ногу из стремени и спешился. Когда он показался в воротах мечети, к нему поспешили находившиеся там служители, и он их попросил: «Разыщите мне какого-нибудь судебного поверенного». Затем повернулся лицом в сторону киблы и помолился двумя рак'ахами. Завершив молитву, он увидел, что служители мечети уже привели ему человека из судебных поверенных. Тогда визирь сказал: «Я беру вас во свидетели, что я поручил ему вести спор с сыном моего дяди». А сын его дяди стал настаивать на его явке к судье и чтобы он (судья) потребовал от него согласиться или отказаться. Люди же укорили его, сказав: «Он поступил с тобой справедливо, так как поручил такому-то вести с тобой тяжбу». И он сдался, а визирь вышел и уехал.

Говорит Мухаммад: Халид б. Са'д упомянул: Мухаммад б. Умар б. Лубаба рассказывал: я сидел у /с. 137/ судьи Сулаймана б. Асвада, и к нему пришел человек, чтобы разрешить [112] спор со своим зятем, мужем его дочери. Дочь находилась под опекой отца. Муж жил вместе с ней в ее доме. Отец требовал от мужа, чтобы он переселил дочь из ее дома, сдал бы его внаем в ее пользу — так, чтобы она могла извлекать выгоду от платы за сдачу его внаем. Сулайман б. Асвад спросил мужа: «А у тебя свой дом есть?» Тот ответил: «Нет». Отец девушки подтвердил его слова. Тогда судья сказал отцу девушки: «Тебе не сделает чести, если твоя дочь отправится из своего дома вместе с мужем в дом, взятый внаем, понесет «а спине свою постель от дома « дому и опозорит себя. Это не будет хорошей заботой о ней» *8. Ибн Лубабу восхитило такое решение Сулаймана. Рассказчик продолжал: Мухаммад б. 'Умар б. Лубаба говорил: я присутствовал у Сулаймана б. Асвада, который принял решение о ней согласно тому, что он считал для яее хорошим-по его собственному суждению 16.

О подобном же мне сообщил Ахмад б. Аби Халид *9: он слышал, как Мухаммад б. 'Умар б. Лубаба говорил: я присутствовал [у него], когда к его суду обратился человек по поводу печи, которую сложил один его ближний, а дым вредил истцу и соседям. По этому вопросу Ибн ал-Касим говорит: «Это такого рода вред, который нужно пресекать и не дозволять его устраивать». Но Сулайман б. Асвад рассудил по-иному: сделать вытяжную трубу наверху печи, дым пойдет кверху и от этого не будет вреда тому, кто живет по соседству с печью. Мухаммад б. 'Умар давал заключения на основе этого и склонял людей к этому, как сообщил мне Ахмад б. Халид.

/с. 138/ Говорит Мухаммад: я полагаю, что Сулайман б. Асвад видел такое сооружение или же до него дошло о печах Востока, а ведь они устроены по такому же образцу, как он и упоминал. Он счел это целесообразным и приказал сделать так же в ал-Андалусе.

Говорит Халид б. Са'д: один из наших шейхов-ученых сообщил мне: судья Сулайман б. Асвад послал за 'Абдаллахом Ибн Халидом 17, чтобы попросить его расписаться как свидетеля в бумагах эмира — да помилует его Аллах! Но Ибн Халид отказался явиться к судье. Сулайман б. Асвад написал эмиру — да помилует его Аллах! — жалуясь на 'Абдаллаха Ибн Халида и описывая свои с ним пререкания. И 'Абдаллах Ибн Халид написал эмиру Мухаммаду по поводу судьи Сулаймана. Тогда эмир начертал собственноручно на письме Сулаймана б. Асвада: «У нас наибольшие права среди тех, кто возвеличивает знание, и людей, причастных к нему. Если хочешь, чтобы [113] свидетельствовали в наших бумагах, обратись лично к законоведу 'Абдаллаху Ибн Халиду!» *10.

Говорит Мухаммад: не один ученый рассказывал мне, что Сулайману б. Асваду была присуща шутливость, которая шла ему и украшала его. В этой связи о нем передавали историю, которая, как запомнили, произошла с ним во время судебного заседания. Дело в том, что был тогда человек из правомочных свидетелей, которого звали Ибн 'Аммар. Он часто посещал заседания судьи и оставался на них, покидая их лишь тогда,, когда они заканчивались. У Ибн 'Аммара была тощая мулица,. которая в течение всего дня грызла свои удила у ворот мечети. Ее изнурил тяжкий труд и обезобразил /с. 139/ голод. Пришла к судье одна женщина и оказала ему по-романски: «О судья, взгляни на эту твою несчастную!» Он ответил ей по-романски: «Не ты моя несчастная. Единственная моя несчастная — эта мулица Ибн 'Аммара, которая целый день грызет свои удила у ворот мечети».

Говорит Мухаммад: Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман сказал мне: один из законоведов города *11, такой-то, сын такого-то — рассказчик назвал лицо, обладавшее огромным влиянием, — принял от некоего человека в подарок за добрую услугу джуббу зеленого цвета. Судившийся с дарителем проведал это и сообщил о происшедшем Сулаймаиу. А шейх-законовед между тем со спокойной совестью и неомраченными мыслями стал появляться в джуббе на людях. Сулайман сказал тому, кто судился с человеком, подарившим джуббу: «Когда ты увидишь, как шейх, одетый в джуббу, даст против тебя заключение, скажи: “О судья, не шейх с тобой разговаривает, но джубба, надетая на нем, разговаривает с тобой". Когда ты так сделаешь, я возмущусь тобой, прикажу заключить тебя в темницу. Но пусть это никоим образом не заставит тебя отказаться от сказанного». Тяжущийся сделал то, что приказал ему судья, и шейх оконфузился и почувствовал себя пристыженным *12.

Ахмад б. 'Убада ар-Ру'айни сказал мне: сообщил мне тот, кто слышал, как судья Сулайман б. Асвад говорил муэдзинам соборной мечети: «Когда наступает время молитвы, не откладывайте ее. И если вы видите, что я спешился у Баб ас-Сауму; а, не ждите меня, а призывайте к молитве и молитесь».

Говорит Мухаммад: затем эмир Мухаммад б. 'Абд ар-Рахман отстранил /с. 140/ от судейства своего судью Сулаймана б. Асвада и вновь назначил 'Амра б. 'Абдаллаха. [114]

Говорит Мухаммад: Ахмад б. 'Убада сказал мне: Абу Салих Аййуб б. Сулайман 18 сказал мне: первый судья, кто со мной советовался, — Сулайман б. Асвад.

Говорит Мухаммад: мне передавали противоречивые сведения о том, как произошло первое увольнение Сулаймана б. Асвада и что послужило его причиной. Что касается Халида б. Са'да, то он рассказывал, что 'Абдаллах б. Йунус 19 сообщил ему: эмир — да помилует его Аллах! — приказал одному визирю послать за судьей Сулайманом б. Асвадом, дабы поговорить с ним о доме, принадлежавшем некоему сироте, который находился под опекой судей. Эмир пожелал приобрести его для одного из своих сыновей. Визирь послал осмотреть и оценить дом. Потом отправил за Сулайманом б. Асвадом и сообщил ему, что эмир желает купить этот дом за цену, которую ему дали оценщики. Сулаймая оказал ему: «Я не продам и обломка его за эту цену, а не то что весь дом!» Судья запросил в пользу сироты во много крат больше этой цены. Визирь довел это до сведения эмира, и эмир — да помилует его Аллах! — приказал воздержаться от покупки этого дома. А визирь тот ненавидел Сулаймана. Он еще раньше пытался опорочить его в глазах эмира, но не мог навредить ему ничем серьезным. После того, как судья воспрепятствовал продаже дома, ему представился удобный случай и он стал говорить о нем эмиру с ненавистью и напоминать ему о том, что он рассказывал «ему про него. Визирь непрестанно действовал таким образом, пока не отяготил чересчур душу эмира, и он приказал уволить его.

/с. 141/ Ахмад Ибн 'Абд ал-Малик передавал: Сулайман продолжал оставаться судьей в первый период до той поры, когда эмир отправился в поход в [2]60 году *13 20. Ал-Кураши "Амр б. Ис выехал, сопровождая его и жалуясь на Сулаймана б. Асвада на каждой стоянке, вплоть до Кал'ат Рабах 21. Эмир Мухаммад — да помилует его Аллах! — написал тогдашнему сахиб ал-мадина Умаййе б. 'Исе, приказывая ему уволить Сулаймана с должности судьи, послать к нему четырех правомочных свидетелей Кордовы, которые примут от него документы 22, затем поместить их в доме визирей 23. Умаййа б. 'Иса исполнил это. Когда эмир — да помилует его Аллах! — вернулся, он вновь назначил 'Амра б. 'Абдаллаха на должность судьи.

[№ 28] Рассказ о втором судействе 'Амра б. 'Абдаллаха, которое было в 260 году.

Говорит Мухаммад: Абу 'Абдаллах Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Аймая упомянул о том, что передавал со ссылкой на [115] него его сын *14: когда уволили Сулаймана б. Асвада, люди пустились в рассуждения о том, кто после «его займет должность Рассказчик продолжает: мне сообщил тот, кто слышал, как 'Амр б. 'Абдаллах говорил в тот период, сидя у дверей своего дома: «Судейство, судейство... Скажи тому, кто по воле Аллаха возьмет его на себя: “Клянусь Аллахом, не видать ему в нем удачи!"». Продолжает рассказчик: затем эмир Мухаммад — да будет доволен им Аллах! — /с. 142/ назначил его судьей.

Один из ученых мне сообщил: когда 'Амр б. 'Абдаллах второй раз занял должность, он стал допытываться о Сулаймане б. Асваде и обратил свои старания на то, чтобы уличить его в одном из его судебных постановлений. Он провел над ним такое расследование, что поставил его в затруднительное положение. Тогда один из собратьев 'Амра дал ему совет относительно этого и запретил ссориться с Сулайманом. Но он отказался и продолжал действовать против него. Потом эти дела завершились, и Сулайман избавился от своих напряженных, отношений с 'Амром б. 'Абдаллахом.

Мне сообщил ученый, которому я доверяю: когда 'Амр занял должность второй раз, его обстоятельства неузнаваемо изменились и переменился его образ жизни. Причиной этого было то, что выросли его сыновья и его затмил его сын по имени» Абу 'Амр. К нему стали стекаться подношения и приходить, подарки.

Мне передал один из рассказчиков: Абу 'Амр, сын судьк 'Амра б. 'Абдаллаха, сидел однажды в суде у своего отца“ а суд его проходил при большом стечении народа. Обратился он к одному торговцу, который был в суде: «Мне хотелось бы купить красивую наборную уздечку для лошади, которую я для себя приобрел. Присмотри мне такую!» Рассказчик продолжает: и не успела ночь прийти на смену дню, как в его доме оказалось семнадцать уздечек, и все в дар.

Много разговоров ходило о его сыне Абу 'Амре. Ему приписывали мошенничество, совершенное в документах судебного» архива в отношении денег, отданных на хранение. Если пожелает Аллах, мы подробно расскажем о мошенничестве, согласно тому, как рассказал тот /с. 143/, кто его описал. И продекламировал в то время поэт Му'мин б. Са'ид:

Клянусь жизнью, Абу 'Амр опозорил 'Амра!
    И такой, как Абу 'Амр, позорит своего отца!
А прежде 'Амр озарялся своим светом,
    и стал Абу 'Амр затмением на полной луне.
Не знали за 'Амром, резвым конем, злосчастного изъяна,
   кроме этого. Но разве не могут благородные кони спотыкаться? [114]

Говорит Мухаммад: люди противоречиво сообщают, почему 'Амра уволили во второй раз. Мне говорили: когда эти три стиха, которые произнес Му'мин, услышал эмир — да помилует «го Аллах! — он сказал: «Много же говорят люди об 'Амре и его сыне!» И уволил он его тогда. Говорили, что Хашиму он был в тягость из-за того, что еще раньше действовал против Баки б. Махлада. И он приложил старания, чтобы его уволили *15.

Ахмад Ибн 'Абд ал-Малик рассказывал: 'Амр был судьей во второй раз с [2]60 года до той поры, когда Валид б. Хашим 24 в [2]63 *16 году отправился во вражескую землю в поход, известный как «поход берберов» 25. Судья 'Амр принял участие в этом походе 26. Когда он возвратился, ему не было приказано исполнять судейские обязанности. Тогда существовал обычай: если судья участвовал в походе, а затем возвращался, он не приступал к исполнению судейских обязанностей, пока ему не повелевали их исполнять. Люди оставались тогда без судьи около шести месяцев. Потом эмир — да помилует его Аллах! — вторично назначил /с. 144/ судьей Сулаймана б. Асвада. Это было в 263 году.

[№ 29] Рассказ о втором судействе Сулаймана б. Асвада, и было это его исполнение должности в 263 году

Говорит Мухаммад: затем Сулайман б. Асвад занял должность второй раз. Он учинил тщательную проверку 'Амру б. Абдаллаху и поступил с ним точно так же, как и 'Амр раньше обошелся с ним. Он рассмотрел документы судебного архива и встретил в них упоминание об огромной сумме денег — около десяти тысяч динаров. Они составляли третью часть, которую завещал распределить человек из купцов по имени Ибн ал-Кусайби, и в качестве предназначенных на благотворительные цели находились в руках одного из правомочных свидетелей. Сулайман послал за этим человеком — правомочным свидетелем, IB руках которого были завещанные на благотворительные цели деньги, и сказал ему: «Представь мне деньги!» Правомочный свидетель ответил ему: «Деньги долгое время хранились у меня. Потом их принял от меня судья 'Амр б. 'Абдаллах, когда он был судьей, и дал мне расписку в том, что он освободил меня от них». Сулайман потребовал от него: «Приведи доказательство тому, что ты говоришь!» Тот принес ему документ — расписку, данную 'Амром б. 'Абдаллахом, когда он был судьей, тому человеку, что он принял от него деньги. [117]

Он привел ему еще шестнадцать свидетелей из народа. Когда 'Амра б. 'Абдаллаха спросили об этом, он отрицал /с. 145/, что принял, и обвинил во лжи свидетелей. Он утверждал, что это хитрость, затеянная по отношению к нему, и постигший его удар судьбы. Сулайман собрался вынести решение о деньгах против него, но 'Амр прибег к защите эмира Мухаммада — да помилует его Аллах! — и направил ему об этом послание, оправдываясь в том, в чем его оклеветали.

Один из ученых мне рассказал: мне сообщил один человек, личный друг 'Амра б. 'Абдаллаха: я сидел вместе с 'Амром, когда от эмира Мухаммада к нему пришел слуга — податель посланий — и попросил его войти вместе с ним к нему в дом. 'Амр встал вместе с ним и «вел его к себе. Они пробыли вдвоем некоторое время, затем слуга покинул 'Амра. Когда тот удалился, я попросил у 'Амра разрешения войти. Он позволил мне, и я вошел к нему. И вот я увидел, что он молчалив, потупился. Я спросил его: «С чем приходил к тебе слуга?» Рассказчик продолжал: он не отвечал мне некоторое время, потом начал говорить:

Утро мы встречаем настороже, вечер мы встречаем настороже.
Ешь землю, но не делай для них доброго дела!

Затем сказал: «Пришел ко мне слуга с Кораном в рукаве одежды и приказал мне поклясться, что я не причастен к деньгам. И я поклялся». Рассказчик продолжал: эмир Мухаммад — да помилует его Аллах! —оправдал его по его делу и приказал наследникам [Ибн] ал-Кусайби уплатить вторую треть денег, которые находились в их руках. Они уплатили эту сумму лосле того, как успели истратить ее. Мне говорили, что это и послужило причиной их обнищания.

Говорит Мухаммад: Ахмад б. Мухаммад б. 'Абд ал-Малик рассказывал: в документах судебного архива было [упоминание] об огромных деньгах, помещенных в качестве завещанных на благотворительные цели у одного /с. 146/ из правомочных свидетелей. Тот правомочный свидетель умер, и его дети заключили сделку с Абу 'Амром, сыном 'Амра б. 'Абдаллаха, на условии, что они разделят эти деньги — Абу 'Амр возьмет большую их часть, но зато уничтожит запись о них в архиве. Тогда при архиве не было смотрителей и документ о них наводился лишь в отдельной тетради. Они разделили деньги, но Абу Амр позабыл изъять запись о них, пока не был уволен ‘Амр, и Сулайман обнаружил запись в архиве. Тогда между двумя судьями возникли ужасные отношения. Потом положение дошло до того, что эмир — да помилует его Аллах! — попросил совета у законоведов. Они указали, что 'Амра следует заставить поклясться, кроме Баки б. Махлада, который сказал: [118] «Если Аббасиды узнают, что мы заставляем клясться наших судей, это явится самым ужасным, за что нас осудят у них». Эмир одобрил мнение Баки б. Махлада и распорядился передать 'Амру, чтобы он написал ему о том, что тайно поклялся. Тот сделал это.

Рассказчик продолжает: среди возражений, которые 'Амр привел Сулайману при их встрече в присутствии визирей, были его слова: «Если бы я совершил мошенничество с этими деньгами, я бы не сохранил о них упоминания в архиве». Сулайман ответил: «Ты оставил его, лишенный помощи Аллаха!».

Как говорили ученые и знающие люди того времени, 'Амра признали в этом неповинным, непричастным. Но главное, что печаль не переставала тревожить его сердце и бередить его душу до тех пор, пока он не впал в нервное расстройство, которое вывело его из обычного состояния. Он стал выходить н» улицу неодетым после такой великой стойкости и полной невиновности.

/с. 147/ Говорит Халид б. Са'д: Абу-л-'Аббас Валид б.. Ибрахим-б. Лабиб рассказал мне: я пришел к 'Амру б. 'Абдал-лаху, когда он был уже уволен с должности судьи. Хашим б. 'Абд ал-'Азиз был как раз тот, кто приложил старания для его увольнения из-за Баки б. Махлада, когда против Баки у него (Амра б. 'Абдаллаха) были выдвинуты свидетельские показания. У него ('Амра) появилось сильное желание осудить Баки на основе выдвинутых против него обвинений. Когда же его уволили, Хашим допустил в отношении его ('Амра) такие вещи, которые его опечалили, и он помешался из-за этого. Валид продолжал: еще до того, как его постигло это нервное расстройство, 'Амр б. 'Абдаллах говорил мне: «О сынок, то, из-за чего желают смерти, сильнее самой смерти. Как. бы я хотел, наконец, умереть!»

Говорит Халид б. Са'д: я слышал Аслана б. 'Абд ал-'Ази-за: когда он *17 спустился вниз из дворцовых покоев вечером, к нему подошел Баки б. Махлад. Хашим разгневался на него, разбранил его и сказал: «Прекрати! Клянусь Аллахом, междумною и 'Амром не существовало отношений, вызванных враждою. Я хлопотал перед эмиром о его увольнении только из-за тебя: поскольку я видел, что он собирается тебе причинить, я поступил так ради Аллаха, велик он и славен! Ты же пришел сегодня и дал заключение по его делу. Ты разрушил нам [119] то, что мы возвели по его делу, и поступил наперекор всем твоим собратьям-законоведам».

Аслам продолжает: а Хашим до этого послал за законоведами и попросил их дать заключение по его делу. Они обязали 'Амра б. 'Абдаллаха по этому делу дать клятву в суде о деньгах одного сироты, которые он поместил на хранение /с. 148/ у такого-то. Но он сказал: «Я ие помню, у кого я поместил их на хранение». Тогда ученые дали заключение: заставить его поклясться в этом. Мой брат Хашим не послал за Баки б. Махладом из-за того, что доверял ему и думал, что он не 'будет действовать наперекор своим собратьям при вынесении заключения. Для Баки же это нужно было в особенности потому, что 'Амр б. 'Абдаллах был его врагом. Законоведы собрались в доме визирей и дали заключение о клятве. Баки б. Махлад пришел самым последним и сказал: «Ему нельзя давать клятву, ибо судьи по своему положению всегда безупречны, пока не будет доказано в отношении их противоположное. Ведь эмир, когда назначил его, то назначил только потому, что тот в его глазах был справедливым». Когда эти мнения представили эмиру Мухаммаду, он приказал, чтобы по делу Амра придерживались заключения Баки б. Махлада. Когда мой брат в моем присутствии упрекнул Баки за этот его по ступок, он ответил ему: «Да сохранит тебя Аллах! Разве позволил бы ты такому шейху, как я, высказать мнение против его вpaгa не так, как он считает истинным? Клянусь Аллахом, я дал мнение по его делу, только основываясь яа том, что я считаю истинным. И не порицай меня». Аслам говорит далее: мой брат Хашим продолжал после этого упрекать Баки б. Махлада около двух месяцев, потом бросил это делать.

Говорит Мухаммад: далее Сулайман б. Асвад продолжал во второй раз исполнять судейские обязанности после 'Амра б. 'Абдаллаха, пока не подточили его годы и ие одолела его дряхлость. Эмиру Мухаммаду — да помилует его Аллах! — было прислано письмо от имени 'Амра б. 'Абдаллаха. В нем говорилось, что возраст Сулаймана б. Асвада преклонный /с. 149/, в теле слабость нему не под силу судейство. Эмир — да помилует его Аллах! —приказал визирям послать за Сулайманом и за 'Амром, спросить у 'Амра, точно ли он послал письмо, а у Сулаймана спросить, достаточно ли в нем силы для судейства. Визири пригласили к себе этих двух людей, и они сели. 'Амр б. 'Абдаллах был исполнен важности, спокоен, малоподвижен. Сулайман же, в противоположность ему, выглядел приветливым, живым, проворным. Визири извлекли письмо, прочли его 'Амру и спросили его: «Ты послал его эмиру?» Тот ответил: «Боже упаси! Нет, клянусь Аллахом, я не писал его», «Сулайман ему заметил: «Если ты и не написал его, Абу 'Абдаллах, [120] то уж продиктовал». Он возразил: «Нет, клянусь Аллахом, не диктовал я его и не знаю о нем». Сулайман сказал ему: «Если ты на самом деле говоришь правду, то составил письмо твой сын Абу Амр». В своих речах Сулайман держался перед ним высокомерно, а 'Амр б. 'Абдаллах хранил молчание, проявлял благоразумие и держался с достоинством. Тогда Сулайман сказал ему: «Ты снова притворяешься простаком и изображаешь из себя кроткого, как будто мы не знаем тебя». 'Амр. изрек: «Нам достаточно Аллаха, мам достаточно Аллаха». Потом оперся руками о пол, чтобы встать. Сулайман бросился к 'Амру легкой поступью, услужливо. Он протянул ему руку и сказал: «Давай твою руку, Абу 'Абдаллах, мы поможем тебе подняться». Взглянул на него 'Амр, отвернулся, выпрямился,, сидя, и произнес: «У Аллаха надо искать помощи. У Аллаха надо искать помощи. У Аллаха-надо искать помощи». Затем они разошлись.

/с. 150/ Говорит Мухаммад: Абу 'Абдаллах Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман сказал мне: Сулайман б. Асвад так заболел, что оказался при смерти. Он был тогда руководителем на молитве, а Ибрахима Ибн Кулзума прочили [в руководители] на молитве, и пользовался он покровительством Ха-шима. Пришел он (Ибрахим Ибн Кулзум) к нему в четверг и сказал: «Ты ведь знаешь, в каком состоянии находится Сулайман, а завтра пятница». Тогда Хашим написал Сулайману б. Асваду, спрашивая его, в состоянии ли он руководить людьми на молитве. Если нет, то пусть сообщит об этом, чтобы подыскать того, кто возьмет на себя проповедь и молитву. Сулайман ответил в письме Хашиму: «Я бодр и ощущаю в себе величайший подъем». На следующее утро он превозмог себя и, шатаясь, поддерживаемый с двух сторон, пошел и прочел короткую проповедь.

Говорит Мухаммад: я слышал, как один из рассказчиков передавал о Сулаймане и Ибн Кулзуме забавный рассказ, касательно молитвы: Сулайман б. Асвад знал о страстном желании Ибн Кулзума [руководить] на молитве и о том, что он сам претендует на это. И вот в один из пятничных дней поздним утром, когда Сулайман ничего не подозревал, Ибн Кулзум попросил у него разрешения войти. У Сулаймана появилось желание подшутить над ним, и он сказал своему слуге: «Выйди :к нему, притворившись плачущим, и скажи: “Мой господин при смерти". После введи его ко мне». Сулайман тем временем лег на бок, укрылся и стал учащенно дышать, как это делает умирающий. Вошел Ибн 'Кулзум, погоревал, пролил слезу, тотчас же направился /с. 151/ к Хашиму и сказал: «Сулайман издает предсмертные хрипы. Я думаю, что он не дотянет до времени пятничной молитвы и умрет. Поспеши же с [121] письмом к эмиру — да сохранит его Аллах! Ведь произвести замену в оставшееся короткое время трудно». Хашим спросил его: «А ты видел его в этом состоянии?» Он ответил: «Да. ;Я только что пришел от него к тебе». Хашим произнес: «Ничего другого после этого не остается». Взялся он за перо и написал эмиру, сообщая ему, что пришел к иему Ибн Кулзум и рассказывает, что вошел он к судье Сулайману, а тот издает предсмертный хрип. Времени же остается мало, и пусть эмир — да сохранит его Аллах! — подумает над этим. Эмир — да помилует его Аллах! — поразмыслил некоторое время — а совершенство [его разума] было известно и знатным и простым — я остановился на том, что Ибн Кулзум хочет руководить на молитве. Он не слыхал, до сего часа, чтобы у Сулаймана был какой-нибудь недуг или болезнь, и уловил своим чутьем то, чего не смог уловить Хашим. Понял он, что это известие ложное, и сказал одному из своих придворных слуг: «Отправляйся тотчас же, войди к судье и посмотри, в каком он состоянии и как выглядит. Если увидишь, что он разговаривает и ясно излагает свои мысли, спроси его, хватит ли у него сегодня сил на проповедь и молитву!» Пошел слуга, вошел к Сулайману и увидел, что тот сидит в добром здравии. Он умело намекнул ему, что он должен сделать, и сообщил кое-что об этой истории. Сулайман встал со своего места в присутствии слуги, сел на кресло и приказал принести воды для омовения. Совершил он омовение, оделся и вышел вместе со слугой, направляясь пешком к соборной мечети. А слуга тем временем возвратился к эмиру /с. 152/ и передал ему все как было на самом деле. И сказал ему эмир — да помилует его Аллах: «Сулаймаи ведь подшутил над Ибн Кулзумом и разыграл его как хотел». Потом он весело рассмеялся над этим *18.

Говорит Мухаммад: Сулайман был сильным, выносливым, пылким душою, несмотря на весьма преклонный возраст. Он ходил в соборную мечеть пешком из своего дома.

Говорит Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман: сообщил мне один из соседей Сулаймана — Бакр б. Хаммад, производивший раздел имущества: я посетил его в последнюю пятницу, которую он прожил, и уговорил его совершить прогулку. Он вышел со мною пешком по направлению к соборной мечети, потом мы возвратились. А это в правление эмира 'Абдал-лаха —да помилует его Аллах! — и судьей тогда был ан-Надр б. Салама.

Говорит Мухаммад: Сулайман вторично пробыл судьей десять лет с [2]63 *19 до [2]73 года *20. В этот год умер эмир [122] Мухаммад *21 — да будут над ним благоволение и милость Аллаха Люди поговаривали о смерти эмира, но еще не знали об этом событии наверняка, пока Сулайман б. Асвад не сказал проповеди. Когда он дошел до упоминания благословения ему, рыдания стали душить его. Этим он и возвестил людям о его смерти, и они удостоверились в ней.

Затем стал править эмир ал-Мунзир — да помилует его Аллах! Он подтвердил полномочия Сулаймана б. Асвада на судейство. Абу Мухаммад Касим б. Асбаг ал-Баййани сказал; мне: Сулайман б. Асвад оставался судьей в халифство ал-Мунзира около сорока дней. Потом ал-Мунзир уволил его и назначил Абу My'авийу.

/с. 153/ Говорит Мухаммад: я не считаю, что для увольнения Сулаймана с должности судьи во второй раз имелась какая-либо иная причина, кроме преклонного возраста и проявления дряхлости. Один из ученых сказал: Сулайман б. Асвад пользовался покровительством эмира 'Абдаллаха — да помилует его Аллах! — еще до того, как принял должность. Долго он томился ожиданием его прихода к власти, надеясь на возвращение. Когда же тот стал править и пренебрег им, Сулайман продекламировал, войдя однажды к нему вместе с группой законоведов для дачи свидетельских показаний:

Когда к нам пришло то, на что мы так надеялись,
Мы стали всего лишь простыми свидетелями, как и прочие безвестные.

Говорит Мухаммад: один из ученых сообщил мне: люди пришли к Сулайману б. Асваду в тот месяц, когда он умер, и спросили его, сколько ему лет. Он некоторое время не отвечал им, потом позвал одну из своих служанок. Когда она подошла к нему, он приказал ей принести ему сумку, которая была у него. Она принесла ее. Он вынул из нее какой-то свиток и бросил его людям, сказав: «Читайте!» Люди прочли свиток, а он оказался письмом от эмира Хишама б. 'Абд ар-Рахмана своему судье в северной части Фахс ал-Баллута и в соседних с нею частях — Асваду б. Сулайману. Приказывает он ему в нем взимать милостыню, когда нужно, и распределять ее таким образом, как он разъяснил ему в этом письме. А в конце письма приписано рукою судьи Асвада б. Сулаймана: «Родился Сулайман б. Асвад — да вознаградит его Аллах! — в такой-то день такого-то месяца». Люди насчитали от времени /с. 154/, когда он родился, и до их собственного времени девяносто девять лет и десять месяцев. И сказал им Сулайман: «Если я проживу еще два месяца, мне исполнится сто лет». Но он умер в тот месяц, не дожив до ста лет. [123]

[№ 30] Рассказ о судье 'Амире б. My'авийе ал-Лахми 27

Говорит Мухаммад: когда стал править ал-Мунзир — да помилует его Аллах! — он решил заменить Сулаймана и попросил совета у визирей. Они указали ему на Зийада б. Мухаммада 'б. Зийада. Но ал-Мунзир предложил судейство Баки б. Мах. Тот не принял его, и эмир попросил его высказать свое мнение о Зийаде б. Мухаммаде б. Зийаде. Он сказал ему: «Хороша новость». Тогда ал-Мунзир попросил указать ему [человека, который будет угоден мусульманам как судья], и он указал ему на Абу My'авийу ал-Лахми. А он — 'Амир б. My'авийа. 'Абд ал-Муслим б. Зийад б. 'Абд ар-Рахман б. Зухайр б. Нашира б. Лаузан ал-Лахми. Ал-Мунзир — да помилует его Аллах! — согласился с ним и назначил того главным судьей в Кордове. Рассказчик продолжает: Халид б. Са'д рассказал вам: я слышал, как 'Абдаллах б. Йунус говорил: ал-Хабиб Ибн Зийад был близким другом Баки б. Махлада и питал надежду в дни эмира ал-Мунзира — да помилует его Аллах! — что он укажет на него как на судью Кордовы. Когда эмир посовещался с Баки и тот указал /с. 155/ ему на Абу My'авийу, ал-Хабиб Ибн Зийад пришел к Баки б. Махладу и попрекнул его за это. Баки б. Махлад заметил ему: «Ты не порицай меня за то, что я сделал. Ведь я всего лишь указал на того, кто, ло-моему, достойнее тебя». И ничего не ответил ему ал-Хабиб Ибн Зийад.

Говорит Мухаммад: Абу 'Абдаллах Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман сказал мне: Абу My'авийа ал-Лахми был из бану Зийад и жил в Раййо 28. В дни 'Абд ар-Рахмана сына ал-Хакама — да помилует их обоих Аллах! — он совершил путешествие, во время которого слушал у Сахяуна в Кайруане, у Асбага в Фустате и у других. Он принадлежал к числу тех передатчиков, в которых нет вреда. Я сам слушал у него и записывал с его слов.

Говорит Мухам'мад: с его слов в то время передавались «Установления для судей», составленные Асбагом. Один из ученых упоминал, что его ('Амира б. Му'авийи) передача показалась ему запутанной и он отказался [от нее]. Говорит Мухаммад: Ибн Айман сказал мне: Абу Му'авийа прибыл в Кордову в конце дней эмира ал-Мунзира, и умер ал-Мунзир — да помилует его Аллах!

Говорит Халид б. Са'д: мне сообщил его товарищ Абу 'Умар: мне сообщил Абу Йахйа Ибн Хамис: когда 'Амир б. My'авийа занял судейскую должность и сел в соборной мечети, он увидел, что Сулайман б. Асвад принес ему документы. Поздоровавшись, он (Сулайман) воскликнул: «Слава Аллаху, который поставил после меня такого, как ты!» Выйдя от него, [124] Сулайман б. Асвад встретился с каким-то человеком из курайш, из тех, кто /с. 156/ вел у него тяжбу еще до его увольнения. Тот закрутил вокруг его шеи полы его плаща и произнес: «Слава Аллаху, который рассеял мрак и покарал несправедливость. Ответь мне перед судьей!» Вернувшись с ним к 'Амиру б. My'авийе, Сулайман ему сказал: «Я уволен, а ты исполняешь должность. И так, как ты поступишь со мною сегодня, тем же самым тебе воздается завтра». Амир б. Му'авийа возмутился выходкой корейшита и защитил от него Сулаймана,

Говорит Ахмад б. Мухаммад б. 'Абд ал-Малик: Абу Му'авийа вынес в пользу эмирова слуги Айдуна 29 решение о феддане 30, известном под названием феддан аджал, что на берегу реки 31, после долгой тяжбы, которая велась из-за него у Сулаймана б. Асвада. Поверенным в тяжбе 32 был Мухаммад б. Галиб Ибн ас-Саффар. Сулайман все отказывался вынести решение по этому делу и сказал однажды Ибн ас-Саффару: «Этот человек требует от меня, чтобы я решил в его пользу. А я не нахожу основания для этого, так как мне не ясно, какое решение я должен вынести. Клянусь Аллахом, не идет у меня его дело, к которому я испытываю отвращение. Не иначе как я его отложу». Тогда Ибя ас-Саффар посоветовал эмирову слуге умерить свои желания, а тем временем Сулаймаиа уволили, и занял должность Абу My'авийа. Дело перешло к нему на рассмотрение, и поверенный счел нужным явиться к нему в заседание. Увидев его, Абу Му; авийа спросил: «Кто ты? —да помилует тебя Аллах!» Он ответил ему: «Я известный Мухаммад б. Галиб». Каждый день Абу Му: авийа расспрашивал его с чистосердечием, которым он отличался, а Мухаммад б. Галиб непрестанно твердил ему об этой тяжбе, пока судья не решил дело об этом феддане в пользу эмирова слуги и не собрал под приговором в его пользу подписи свидетелей. После этого феддан перешел во владение Мухаммада б. Галиба. /с. 157/ Абу Му'авийа продолжал быть судьей и руководителем на молитве, пока не умер ал-Мунзир — да помилует его Аллах!

Говорит Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман: я слышал, как судья Абу My'авийа произносил людям во время моления о ниспослании дождя проповедь Ирмийи 33, с которой тот выступил среди сынов израилевых. И было в нем сострадание, которое умиротворяло сердца и вызывало слезы.

Говорит Халид б. Са'д: Ахмад б. Халид и Мухаммад б. Мисвар описывали Абу My'авийу добродетельным и достойным. Во притом Ахмад б. Халид рассказывал о нем одну любопытную подробность. Он упомянул, что пришел к Абу My'авийе, чтобы попросить преподать ему усвоенное под руководством Асбага б. ал-Фараджа способом сама' 34 и дать ему урок этого. [125]

Когда он перешел в разговоре к сама', шейх достал для него книги по основам знания, сочиненные Асбагом, думая, что основы и ас-сама' —одно и то же.

[№ 31] Рассказ о судье ан-Надре б. Саламе ал-Килаби 35

Говорит Мухаммад: ан-Надр б. Салама б. Валид б. Абк Бакр Мухаммад б. 'Али б. 'Убайд ал-Килаби был родом из Кабры и занимал судейскую должность в округе Шазуна в то время, когда там находился эмир 'Абдаллах сын Мухаммада — да помилует их обоих Аллах! Он открыл ему к себе доступ и одарил своей дружбой, /с. 158/ Ан-Надр принадлежал к людям проницательным, благородным и осмотрительным. Когда 'Абдаллах сын Мухаммада — да помилует их обоих Аллах! — стал править, он назначил аннНадра б. Саламу главным судьей и одновременно [руководителем] на молитве. Он хорошо исполнял обязанности и в общении с людьми проявлял добрый нрав, произносил проповеди и был в высшей степени красноречив как проповедник. Эмир — да помилует его Аллах! — приказал ему, чтобы он обязательно произносил ту проповедь, которую он у него одобрил. А она знаменита среди людей. И судья считал ее для себя обязательной на протяжении первого своего-исполнения должности — а исполнение им должности длилось около десяти лет, — так что ее успели запомнить наизусть с era слов. Она стала образцовой для судей, которые подражали ей на заре их управления и в начале исполнения ими должности. Была у него еще другая проповедь по праздникам: хорошая, отточенная, посвященная сунне.

Говорит Мухаммад: Ахмад б. Мухаммад упомянул: ан-Надр б. Салама был способен распоряжаться наилучшим образом в любом деле эмира — да помилует его Аллах! Человек, достойный доверия, сообщил мне: эмир — да помилует его Аллах! — был в сводчатой галерее в пятницу, ожидая молитвы — послеполуденной молитвы, — и пришло ему письмо, которое лишило его спокойствия. Он потребовал позвать 'Абдаллаха б. Мухаммада аз-Заджжали 36, чтобы написать ответ. Его не нашли. Только он хотел послать за ним, как оказавшийся в его присутствии ан-Надр спросил его: «Что это за дело, которое, как я вижу, столь взволновало эмира? —да сохранит его Аллах!» Он сообщил ему о происшедшем и бросил ему письмо. Тогда ан-Надр предложил ему свои услуги для написания ответа. Эмир — да помилует его Аллах! — разрешил ему, и он внял мольбе в своем ответе, хорошо изложил, написал и уведомил. Эмир — да помилует его Аллах! — /с. 159/ поразился живости его ума и возблагодарил его сверх меры. [126]

Говорит Мухаммад: ан-Надр знал изъяны документов и чувствовал в них то место, где содержались ошибка и обман. Он растолковывал это законоведам, и они признавали его меткость и соглашались, что у него превосходное чутье. А ан-Надр б. Салама — первый, кто советовался с Мухаммадом б. 'Абд ал-Маликом б. Айманом относительно судебных постановлений.

Говорит Мухаммад: Ахмад б. 'Убада ар-Ру'айни сказал мне: ан-Надр б. Салама был человеком прекрасного образа действий, проявлял благоразумную сдержанность. Однажды я присутствовал в его судебном заседании. Пришел к нему человек, встал перед ним и заявил: «О судья, ты поступил со мной несправедливо и допустил притеснение против меня. Аллах с тобой рассчитается». Рассказчик продолжал: ан-Надр хранил молчание, пока тот не кончил говорить, потом сказал ему: «Вот «ели бы случилось так, что твоя брань задела кроме нас еще кого-то, я ответил бы тебе как следует». Он дал человеку милостыню и ублажил его. Человек поблагодарил его, взял свое-то верблюда и снова воздал ему (судье) хвалу. А ан-Надр произнес: «Если им было дано что-нибудь, они довольны, а если лм не дано, то вот, — они сердятся» *22.

Говорит Халид б. Са'д: я слышал, как Мухаммад б. Мисвар говорил: я слышал слова судьи ан-Надра б. Саламы, когда кто-то ему сказал: «Мухаммад б. Асбат 37 порочит тебя и превозносится перед тобой», потом добавил: «Тебе следует его сокрушить». Ан-Надр возразил: «Нет, клянусь Аллахом! Я не посмею тронуть из-за этого и не погублю того, кого создал Аллах».

/с. 160/ Говорит Мухаммад: один из шейхов сообщил мне: был у нас в Кордове человек, известный по прозванию Ибн Рахмун, и был он большим шутником и говоруном. В заседании у ан-Надра по адресу одного тяжущегося, судившегося у него, он отпустил шутку, которая рассмешила присутствующих. Ан-Надр ограничился тем, что засмеялся, и не напустился на него. Дело заключалось в том, что тяжущийся, [на чей счет съязвил] Ибн Рахмун, заявил ан-Надру: «Этот мой противник, когда вышел от тебя, не переставая бранил меня и поминал мою мать». Его противник возразил: «Я не желаю ни давать тебе, ни брать у тебя что-либо». Тогда Ибн Рахмун обратился к судье: «О судья, позвольте мне сказать, как бы я поступил с обидчиком, и так-то и так-то за то, что он оскорбил во всеуслышание его мать. А он не хочет заплатить ему выкуп в сорок дирхемов» *23. И засмеялся. Засмеялись и присутствующие, а ан-Надр спустил ему это. [127]

Говорит Мухаммад: ан-Надр б. Салама прекрасно разбирался в науке адаба и, как дошло до меня, не раз произносил какой-нибудь стих, в 'Котором обращался к эмиру и к тем из разряда знатных, кто переписывался с ним. Я слышал, как: один из рассказчиков передавал: умер визирь из бану Шухайд 38, оставив после себя сына. Один человек оплакал его в стихотворении, пришел с ним к ан-Надру и предложил ему. Судья выслушал глупое, бессмысленное стихотворение и сказал ему: «Ведь сын умершего — человек благородный, проницательный.. Пойди к нему с этим стихотворением! Авось он поймет, что ты хотел оплакать его отца, и отблагодарит тебя за это».

Говорит Мухаммад: ан-Надр был судьей до тех пор, пока не приказал ему эмир /с. 161/ — да помилует его Аллах! — провести расследование относительно денег, помещенных на благотворительные цели в соборной мечети. Он приступил к расследованию в этом — собрал ученых и попросил у них совета. Они высказали ему различные мнения. Ан-Надр отказался вынести решение о передаче [денег] в хранилище благотворительных пожалований 39, кроме как с общего согласия ученых. Такие его действия вызвали много толков о нем в окружении эмира. Смысл его действий исказили и высказывания об этом обратили в дурную сторону. И уволил его тогда эмир — да помилует его Аллах!

Комментарии

1 Об этом судье см. также: Ибн ал-Кутийа. Та'рих ифтитах, с. 72, 73, 101 (исп. пер., с. 58, 59, 85); Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 156—157, № 547; Ибн Са ид. Ал-Мугриб, 1, с. 151—152; ан-Нубахи. Ал-Маркаба, с. 56—59; Туаn. L'organisation judiciaire, t. 1, с. 494; Levi-Provencal. Hist. Esp. Mus., t. 3, c. 136, примеч. 1

2 Здесь дан пример особой благочестивой щепетильности в вопросе о деньгах. Это черта поведенческого стереотипа, выработавшегося у мусульманских судей. Мы знакомы с проявлениями подобного подхода к деньгам у ранних судей ал-Андалуса, см. рассказ № 6.

3 Баб ал-'Аттарин («Ворота москательщиков») — одни из семи ворот в стене кордовской ал-мадины, которые выходили на западное предместье. Получили свое название по рынку москательных товаров, который находился неподалеку, в черте ал-мадины. Имели я другое название — Баб Ишбялийа («Ворота Севильи»), См.: Levl-Provenfol. Hist. Esp. Mus., t. 3, index.

4 Баго или Бйгу (Приего-де-Кордова) — маленький городок в провинциальном округе Эльвира (позже в провинциальном округе Гранада), расположен на расстоянии ок. 100 км от Кордовы. См.: Levi-Provencal. La peninsule iberique, с. 60—61 (франц. пер., с. 76—77).

5 Галийа — масло порея, благовоние для умащеиия волос.

6 Умаййа б. 'Иса принадлежал к знатной семье Ибн Шухайд (бану Шухайд). О нем см., например: Ибн ал-Кутийа. Та'рих ифтитах, с. 85, 86 (исп. пер. с. 70). Родовое имя унаследовано от приверженца Омейядов Шухайда б. Исы, который нашел прибежище в ал-Андалусе в дни правления эмира Абд ар-Рахмана I. Его потомки на протяжении всего правления Омейядов носили высокие звания и занимали различные важные посты в административном аппарате. О бану Шухайд см., например: Ибн ал-Аббар. Ал-Хулла, т. 1, с. 238.

7 'Убайдаллах б. 'Абд ал-'Азиз, брат Хашима б. 'Абд ал-'Азиза (о нем см. примеч. 30 к «Главе о жителях Кордовы...»).

8 Кумис. б. Антуийан, христианин-мосараб, принявший ислам в начале правления эмира Мухаммада I. В начале своей карьеры — чиновник финансового ведомства, отвечал за сбор джизйи со своих единоверцев (см. примеч. 4 к рассказу № 10). В период христианских мученичеств присутствовал в Кордове в 852 г. на Вселенском соборе в качестве уполномоченного омейядского правительства, призвав епископов осудить и запретить это движение. Временно исполнял обязанности управляющего канцелярией Омейядов вместо заболевшего Абдаллаха б. Умаййн. После смерти последнего эмир Мухаммад I утвердил Кумиса б. Антунйана в должности управляющего канцелярией, что вынудило его принять ислам. См.: Ибн ал-Кутийа. Та'рих ифтитах, с. 82 83 (исп. пер. с. 67, 68); Levi-Provencal. Hist. Esp. Mus., t. 1, с. 237, 289, 290; t. 3, С.

9 В оригинале — байт ал-мал. В отличие от хизанат ал-мал (см. примеч. 48 к рассказу № 19) термин употреблялся для обозначения хранилища частных пожалований на благотворительные цели. Теоретически капиталы байт ал-мал считались собственностью мусульманской общины н находились под ее опекой. Правительство не имело права ими распоряжаться. Непосредственно ими ведал главный судья, который осуществлял за ними надзор. Это хранилище располагалось в одной из пристроек соборной кордовской мечети См Levi-Provencal. Hist. Esp. Mus., t. 3, c. 132—135.

10 Ибрахим б. Йазид б. Куязум (ум. в 268/881 г.), маула рода 'Умара II, кордовец Учился в ал-Аидалусе (у 'Абд ал-Малика б. Хабиба и Йахйи б. Йахйи) и за его пределами (у Сахнуна б. Са'ида и Асбага б. ал-Фараджа) Нотариус, знаток «казусов» (маса'ил), советник по вопросам права См Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 11, № 4

11 Мухаммад б. Касим Ибн Саййар (263/877-328/940), маула рода ха-лнфа ал-Валида б. Абд ал-Малика, кордовский законовед, знаток хадисов нотариус, советник по вопросам права. Учился в ал-Андалусе и на Востоке (выехал туда в 294/906-07 г. и пробыл там более четырех лет). Один из его учеников — Халид б. Са'д. См.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с 343-344 № 1216; ал-Хумайди. Джазва, с. 80—81, № 134.

12 Видимо, имеется в виду Мухаммад б. Ваддах б. Бази'. О нем см примеч. 24 к «Главе о жителях Кордовы...».

13 Абд ал-Малик б. ал-'Аббас ал-Кураши — Омейяд, потомок «Абд ал-Малика б. 'Умара б. Марвана б. ал-Хакама. См. примеч. 54 к рассказу № 8 и примеч. 58 к рассказу № 9.

14 Краткие сведения о назначении в 303/916 г. 'Абд ал-Малика б. Джах-вара визирем и главным секретарем см.: Una cr6nica anonima, с. 51 (исп. пер.,с. 119).

15 Случай с Ибн Маллуном упомянут в работе: Tyan. Le notariat, с. 27. Автор полагает, что этот нотариус не попросил бы убежища у визиря, если бы ему грозила просто отставка.

16 Здесь и ниже, в рассказе о печи, приводятся случаи применения в ал-Андалусе в судебной практике метода истислах. См. об этом: Paret. Istihsan et istislah.

17 'Абдаллах б. Мухаммад б. Халид б. Мартанил (ум. в 256/870 г.), мау-ла рода эмира 'Абд ар-Рахмана б. Му'авнйи, кордовский факих, глава ма-лнкитского мазхаба в ал-Андалусе. Слушал в ал-Андалусе у своего отца (см. примеч. 69 к рассказу № 9), у 'Исы б. Динара и Яахвя б. Йахия, в Кай-руане —у Сахнуна б. Са'ида. в Фустате — у Асбага б. ал-Фараджа и 'Абд ал-Малика б. Хишама. См.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 176, № 663; 'Ийад ал-Яахсуби. Ал-Мадарнк, т. 2, с. 134—136.

18 Аййуб б. Сулайман ал-Ма'афирн (ум. в 302/914 г.), кордовец, родом из Хаэна, видный маликит, факнх, советник судьи. При эмире 'Абдаллахе занимал должность смотрителя рынка. См.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 77, №265.

19 'Абдаллах б. Йунус ал-Муради ал-Кабри (ум. в 330/942 г. семидесяти семи лет от роду), родом из Кабры, жил в Кордове, знаток хадисов. Учился у Баки б. Махлада и сопутствовал ему. См.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 187, № 678.

20 Речь идет об одной из карательных военных экспедиций в Северную пограничную марку против бану Каси и королевства Астурия. См.: Lew-Pro-veiifal. Hist. Esp. Mus., t. 1, c. 323 и ел.

21 Кал'ат Рабах — Калатрава (Calatrava la Vieja), город, находившийся на левом берегу верхнего течения реки Гваднаны, северо-восточнее нынешнего Сьюдад-Реаля (уцелела лишь часть стены). Возник как военный укрепленный лагерь мусульман на пути их продвижения от Кордовы к Толедо и затем к Северной пограничной марке. Название города, согласно мусульманской традиции, связывается с именем табия и участника завоевания ал-Аидалуса 'Али б. Рабаха ал-Лахми (15/636—114/732 или 117/735), который, возможно, был его основателем. Одно из ранних упоминаний Кал'ат Рабах относится к 169/785 г. Через этот город шли главные пути, соединявшие ал-Андалус с севером Пиренейского полуострова. См.: Torres Balbds. Ciudades hispanomusul-maaes, с. 784—785.

22 См. примеч. 9 к рассказу № 33. Указание на то, что круг полномочий адлей может быть шире их основной обязанности — области свидетельства. Вышестоящие инстанции поручают им производить отдельные следственные действия иди прием и сдачу архива уволенного судьи. См.: Tyan. L'organisation judiciaire, t. 1, с. 368 (со ссылкой на данный эпизод из «Книги о судьях» ал-Хушани).

23 В оригинале — байт ал-вузара'. Одно из ведомств на территории дворца Омейядов (находилось в одной из крытых галерей), где визири собирались перед торжественными приемами. См.: 'Ийад ал-Йахсуби. Ал-Мадарик, т. 2, с. 399; Garcla Gdmez. Topografia cordobesa, с. 327, 332.

[№28]

24 Валид б. Хашим, сын визиря и военачальника Хашима б. 'Абд ал-' Азиза, знаменитого фаворита эмира Мухаммеда I.

25 О «походе берберов» упоминает только ал-Хушанн. Возможно, поход имел целью освобождение Хашима б. 'Абд ал-'Азиза, который был взят в плев мувалладом Ибн Марваном ал-Джиллики в 263/877 г. к югу от Бадахоса и затем переправлен им к королю Астурии в Овьедо. Но, может быть, здесь имеется в виду экспедиция против Бадахоса, которая также относится к 263/877 г. См.: Levi-Provencal. Hist. Esp. Mus., t. 1, с. 320—321, примеч. 1.

26 Об участии судей в военных действиях см. рассказы № 5, 42.

[№30]

27 Об этом судье см. также: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 174—175, 628 (дата его смерти — 237/851-52 г.,— указываемая этим писателем, не верна ибо он был судьей до смерти эмира аль-Мунзира 275/888 г, после чего последовало его увольнение новым эмиром Абдаллахом) Ибн Са’ид Ал-Мугриб, 1, с. 153; ан-Нубахи. Ал-Мяркаба, с. 19.

28 Раййо — название (возможно, родственное латинскому regio) южного провинциального округа ал-Андалуса с центром в Малаге. Здесь в 125/743 г. расселились воины сирийского джунда Иордана.

29 Айдун (Эйдон), слуга эмира, невольник (фата), описывается в ал-Муктабисе Ибн Хаййана как первоклассный шахматист. Эмир Мухаммад часто играл с ним в шахматы. См.: Levi-Provencal. Hist. Esp. Mus., t. 3, с. 443, примеч. 3. Об Айдуне см. также: Ибн ал-Кутийа. Та'рих ифтитах, с. 83, 84, 98 (исп. пер., с. 68, 69, 83).

30 Феддан — мера поверхности, величина которой в средние века колебалась от 4455 до 6368 кв. м. См.: Huart. Faddan; Хннц. Мусульманские мерь в веса, с. 74.

31 Имеется в виду Гвадалквивир.

32 На страницах «Книги о судьях> ал-Хушани часто встречается фигура судебного поверенного, или уполномоченного, который осуществляет защиту интересов тяжущихся, т. е. ведет тяжбу от их имени (см., например, «Главу о жителях Кордовы...», рассказы № 9, 19, 24). В Магрибе и ал-Андалусе он обычно обозначался термином хаем, которым называли также и самого судящегося. Теоретически такая возможность защиты в маликитском праве предоставлялась каждому, кто вел в суде дело, хотя на практике ею могли пользоваться, как правило, лица состоятельные, занимавшие высокое общественное положение. Об институте защиты в мусульманском судопроизводстве см.: Tyan. L'organisation judiciaire, t. 1, с. 387—406.

33 Ирмийа (другие варианты написания его имени — Армийа, Урмийа) — ветхозаветный пророк Иеремия. В Коране не упоминается, хотя следы его легендарной истории там прослеживаются (Коран II, 261/259). В раннем мусульманском предании сохранились две версии легенды о Иеремии (со ссылкой на Вахба б. Мунаббиха и Ка'ба ал-Ахбара), которые связаны с библейским материалом. См.: Wensinck. Jeremias; Vajda. Irmiya.

34 Сама' (букв, «слушание») — один из восьми способов передачи знаний. См., например: Халидов. Арабские рукописи, указ.

[№ 31]

35 Об этом судье (ум. в 302/914 г.) см. также: Ибн ал-Фаради. Та'рих, Т. 2, с. 28—29, № 1496; ал-Хумайди. Джазва, с. 336, № 845; ад-Дабби. Бугйа, с. 464, № 1400; Ибн Са'ид. Ал-Мугриб, 1, с. 153; ал-Маккари. Нафх ат-тиб, т. 1, с. 227.

36 'Абдаллах б. Мухаммад аз-Заджжалн (ум. в 301/914 г.), должностное яйцо берберского происхождения; визирь и управляющий государственной канцелярией при эмирах 'Абдаллахе и 'Абд ар-Рахмане III. См.: Макки. Ат-Та'ликат, с, 279—280.

37 Мухаммед б. Асбат ал-Махзуми (ум. в 279/892 г.), кордовский факих и нотариус, учился в ал-Андалусе и за его пределами. См.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 314. № 1121.

38 О знатном роде бану Шухайд см. примеч. 6 к рассказу № 27.

39 В оригинале — байт ал-мал; об этом хранилище см. примеч. 9 к рассказу № 27.

*1 Вариант его имени см.: Ибн ал-Фаради. Та'рих, т. 1, с. 156, № 547.

*2 Вместо «Халид б. Са'ид», что, видимо, является опиской переписчика, должно быть «Абу Халид Са'ид» (см. выше рассказ об Абу Халиде Са'иде б. Сулаймане ал-Гафики, который приходился дядей Сулайману б. Асваду ал-Гафики).

*3 Или «Просверли землю» (кораническое выражение — Коран XVII,: 39/37).

*4 фраза эта никак не связана с изложением и неожиданно вклинивается в тгето; неясно, кто из двух судей здесь имеется в виду.

*5 "Сулайм" — описка переписчика, имеется в виду «Сулайман б. Сулайман б. Асвад, который здесь продолжает свой рассказ, начатый несколькими строчками выше.

*6 Вставка на основании иснада, встречающегося на с. 13, 69, 117 издания Риберы (последнее звено иснада —Халид б. Са'д, до него —его информатор, (некий ученый, не называемый по имени, перед ним — Йахйа б. Закарийа, ученик Мухаммада б. Ваддаха).

*7 В рукописи везде Кумис б. Антинйан, см. с. 291м, 2924,21,24,

*8 Вариант перевода: «Она будет выглядеть некрасивее этом положении».

*9 Вероятно, это Ахмад б. Халид, который упоминается в конце данного рассказа и неоднократно фигурирует у ал-Хушани в качестве информатора.

*10 Вар.: 'Ийад ал-Йахсуби. Ал-Мадарик, т. 2, с. 135.

*11 Имеется в виду Кордова.

*12 По мнению Ф. Габриэли, рассказ о джуббе зеленого цвета не закончен,. см.: Gabrieli. «Kitab al-Qudat» di al-Jusani, с. 278.

*13 873-74 г.

*14 Т. е. Ахмад б. Мухаммад б. 'Абд ал-Малик б. Айман

*15 См. рассказ о первом судействе 'Амра б. 'Абдаллаха.

*16 876-77 г.

*17 По смыслу это должен быть Хашим б. 'Абд ал-'Азиз. Нам представляется, что в самом начале рассказа имеется какой-то пропуск или искажение, затрудняющее понимание текста. Если перевести: "Я слышал Аслама б. 'Абд ал-'Азиза, а он спустился вниз из дворцовых покоев ко времени вечерней молитвы...", неясно, каким образом здесь оказывается Хашим (разговор его с Баки б. Махладом занимает остальную часть сообщения).

*18 Вар.: ан-Нубахи. Ал-Маркаба, с. 58 —59.

*19 876-77 г.

*20 886-87 г.

*21 28 сафара 273/4.VIII 886 г.

*22 Коран IX, 58.

*23 Смысл не совсем ясен.

Текст воспроизведен по изданию: Мухаммад ал-Хушани. Книга о судьях. М. Наука. 1992

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.