Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ХУДАДАД-ХАН

СУЩНОСТЬ ИСТОРИИ СИНДА

ЛУББ-И ТАРИХ-И СИНД

СИНД ПОД ВЛАСТЬЮ БРИТАНСКИХ ПРАВИТЕЛЕЙ

(с 1259 г. хиджры, что соответствует 1843 г. христианской эры)

Как уже было рассказано в главе, посвященной правлению династии Талпур, миры из этой династии, управлявшие Синдом, все — кроме покойного сэра Мир Али Мурад-хана, правившего в Хайрпуре, который перешел на сторону английских властей,— потерпели поражение от британских войск, во главе которых стоял сэр Чарльз Нэпир. Вскоре по приказу лорда Элденборо, главнокомандующего и генерал-губернатора Хиндустана, сэр Чарльз Нэпир был удостоен должности губернатора Синда и ему вместе с его помощниками были даны полномочия управлять всем Синдом; все отрасли государственого управления — политические вопросы, сбор налогов, командование войсками и другие — были поручены им. Только та часть Синда, которую покойный Мир Сухраб-хан вручил своему сыну сэру Мир Али Мурад-хану, была оставлена ему, а всем остальным Синдом сэр Чарльз Нэпир стал править сам.

(Скажем теперь) о делах губернатора Синда, резиденция которого находилась в городе Карачи.

В то время территория Синда была такой же, как и под владычеством династии талпурских миров: на востоке до Сабзал-кота, на севере до Джейкобабада, на юге до Регистана и Нагарпаркара (Нангарпаркара) и на западе до Аравийского моря 1.

Дела управления были организованы британскими властями весьма умело. Из наиболее важных дел и некоторых событий, с ними связанных, кратко расскажем о следующих.

Во-первых. Было объявлено, что государство Синд, которым ранее владели (талпурские) миры, переходит под управление британских властей и что харадж (налог) 2, который собирался с обрабатываемых земель, следует вносить британским властям. И что всякий, кто осмелится противиться британским властям, будет лишен жизни и имущества. Джагирдарам и другим землевладельцам и людям, владевшим собственностью до 17 февраля 1843 г., было приказано явиться к (британским) властям и получить милостивые свидетельства (парвана-и салами) на [56] право владения этими землями и имуществом. А день 17 февраля 1843 г. был объявлен днем завоевания Синда. Вручение же этих свидетельств было приурочено ко дню рождения Ея Величества Королевы Англии и Хиндустана, а также ко дню пленения Мир Шер Мухаммад-хана, который скрывался.

Во-вторых. В округе (зила) Карачи майору Генри Приди, коллектору и магистрату, было вручено управление всеми делами. В округе Хайдерабад на такую же должность был назначен капитан Ратборн. Капитан Голдней был назначен в округ Шикарпур. И все они начинали свою деятельность с усердием.

В-третьих. Были, кроме того, по всему Синду назначены чиновники, именуемые помощниками коллекторов.

В-четвертых. Под руководство помощников коллекторов были отобраны из числа жителей разных округов (доверенные) лица и назначены на должности сборщиков налогов (сазавал) 3. И все они выполняли свои обязанности усердно.

В-пятых. Были созданы пешие и конные отряды стражников, которые были обязаны защищать (жителей) от злоумышленников, а преступников ловить. Несли они свою службу наилучшим образом. Руководил же ими капитан Марстон. И в каждом округе были специально назначенные чиновники, которые следили за порядком. А возглавлял всю эту службу начальник полиции.

В-шестых. В 1264 г. хиджры (1847/48 г. христианской эры) пришли известия о смерти сардара Мухаммад Акбар-хана — великого вазира и сына эмира Дост Мухаммад-хана, правителя Афганистана 4.

В-седьмых. И вот, когда дела по организации управления территорией Синда, его финансами и политикой были завершены и улажены, восстания и проявления непокорности были подавлены, тогда — в конце 1263 г. хиджры, что соответствует 1847 г. христианской эры, — сэр Чарльз Нэпир освободился от тягот управления (Синдом) и отправился в свою страну.

Первым комиссаром Синда был сахиб-и бахадур Прингл. Он прибыл в Карачи в конце 1263 г. хиджры (1847 г. христианской эры). А до этого он служил в Бомбее, где занимал должность главного секретаря (т. е. главного помощника губернатора Бомбея). Должность губернатора Синда (после отъезда сэра Чарльза Нэпира) была упразднена, и он занял более низкую по рангу должность комиссара. А Синд стал частью губернаторства (президентства) Бомбей. В то время губернатором Бомбея был сэр Джордж (Расселл) Кларк.

Из важных событий, которые случились в годы правления этого комиссара, заслуживает упоминания попытка покойного сэра Мир Али Мурад-хана, правителя Хайрпура, присоединить к своим владениям некоторые земли, находившиеся под юрисдикцией английских властей. Для расследования этого дела было проведено дознание, в результате которого были собраны доказательства в пользу (британских) властей. Подробности [57] этих расследований были изложены в докладе на имя британских властей. Доклад этот приведен нами в книге «Хайрпур-нама». Поэтому нет необходимости повторять здесь все заново. Бели же у интересующихся историей Синда есть желание знать подробности, пусть прочитают страницы 36—41 в «Хайрпур-нама».

В 1266 г. хиджры (1849/50 г. христианской эры) лорд Дальхузи 5, главнокомандующий и генерал-губернатор Хиндустана, водным путем проехал через Синд.

В эти же годы было позволено возводить и восстанавливать дворцовые строения — белуджские и синдхские — большинство которых и по сей день существует на территории Синда. В 1266 г. хиджры (1849/50 г. христианской, эры) крепость Мултан и страна Панджаб были включены в британские владения 6.

Завершив свои дела, этот комиссар в 1267 г. хиджры (1850/51 г. христианской эры) отправился в Англию, где вел уединенный образ жизни.

Второй комиссар Синда — сахиб-и бахадур сэр Бартл Фрер. В начале 1268 г. хиджры (1851 г. христианской эры) он из Бомбея прибыл в Карачи и стал обладателем должности комиссара Синда. Вначале его помощниками были сахиб-и бахадур Эллис и сахиб-и бахадур Белласис.

Следует заметить, что время правления сэра Бартла Фрера до сих пор упоминается как весьма знаменательное. Приведем в качестве примеров некоторые важнейшие события, которые произошли в это время.

Во-первых. В 1269 г. хиджры (1852/53 г. христианской эры) маркизу Дальхузи, главнокомандующему и генерал-губернатору Хиндустана, стало известно, что некоторые селения Синда на территории британских властей фактически находились под властью (ныне) покойного сэра Мир Али Мурад-хана. И тогда сам (маркиз Дальхузи) со своими войсками встал лагерем вблизи города Лохри (Рохри), для того чтобы вернуть (под власть Англии) те земли и некоторые другие, которые он считал вернуть необходимым. И эти земли он присоединил к округам Шикарпур и Хайдерабад. А править этими селениями стали люди, назначенные британскими властями. Они существуют, эти селения, и по сей день и носят такие названия: Дахраки, Мах-раки, Матахила, Болдака, Моголджо, Сакхи, Ладахгаган, Чак, Хазарча, Рупах и другие.

Во-вторых. В годы своего правления он проводил реформы. Для пользы жителей Синда он провел реформу письменности, а именно заменил алфавит синдхский алфавитом на арабской основе 7. В Синде были открыты школы, где преподавание велось на синдхском языке. Кроме того, официальным языком управления (на местах) вместо языка фарси был введен синдхи. (Эти изменения) жители Синда встретили с удовлетворением, так как им легче стало учиться читать и писать. В проведении [58] этой реформы важную роль сыграл и помощник комиссара Синда — господин Эллис.

В-третьих. В годы своего правления он упорядочил административный аппарат в округах Синда, точно определив обязанности таких должностных лиц, как таппадар, кардар, мухтаркар, дафтардар 8. Исполнял он свою должность правителя так, что оказывал всяческую поддержку землевладельцам и подданные были им очень довольны.

В-четвертых. В те же годы, когда умер наваб Бахавал-хан, правитель (княжества) Бахавалпур, и весть об этом дошла (до комиссара Бартла Фрера), то он, пока сын покойного Бахавал-хана был малолетним, управление Бахавалпуром взял в свои руки.

В-пятых. Также для разбора и рассмотрения дел в Хайдерабаде и Шикарпуре, которые были крупнейшими округами Синда, были назначены компетентные судьи низшей инстанции, которые свои обязанности выполняли наилучшим образом и к которым мог обращаться любой (человек), если в этом была необходимость. Выше их были должностные лица, которых называли магистратами.

В-шестых. Также во время его правления был составлен и с 1852 г. христианской эры постепенно распространен закон № 26 об установлении муниципального управления в городах. Этот закон и различные правила, с ним связанные, внесли много усовершенствований, которые были для городов полезны.

В-седьмых. Также в годы его правления были (проведены работы) по исправлению и расширению Восточного канала, что содействовало увеличению благополучия землепашцев и землевладельцев. И по сей день тот канал существует.

В-восьмых. В 1270 г. хиджры (1853/54 г. христианской эры) многие из (бывших) правителей Хайдерабада и Мирпурхаса, которые были (высланы) под-надзор британских властей в Калькутту, Хазара-и-Баг, Пуну, Лахор и другие места, получили разрешение вернуться на родину. Все они в зависимости от своих способностей и ранга получили должности, земли, а также пенсии от британских властей.

В-девятых. В конце 1271 г. хиджры, что соответствует 1855 г. христианской эры, были закончены дела, связанные с упорядочением системы джагиров. Сначала делами, связанными с джагирдарами Синда, занимался покойный капитан Стак, сахиб-и бахадур, который был помощником комиссара Синда по делам, связанным с джагирами. После его смерти всеми делами, относящимися к джагирам, упорядочением и урегулированием их успешно занимался капитан (теперь сэр) Фредерик Голдсмид, сахиб-и бахадур, первый заместитель (комиссара Синда), а также капитан (теперь сэр) Льюис Бейли, сахиб-и бахадур, второй заместитель (комиссара Синда), вместе (с чиновниками) английского и персидского отделов Канцелярии (Синда). В это время на службу в Канцелярию перешел [59] и автор «Лубб-и тарих-и Синд», который до того был в течение нескольких месяцев секретарем заместителя магистрата Шикарпура. Его самостоятельная служба началась с пятнадцатилетнего возраста, о чем говорит нижеследующее свидетельство (в переводе с английского языка):

«Худадад-хан, Синда, пользуется хорошей репутацией; он известен как рассудительный человек. Заслуживает внимания. Полезен для работы в канцелярии. Март 1855 г. (1271 г. хиджры).

Верно. Майор Голдсмид, сахиб-и бахадур,
помощник комиссара Синда по управлению
джагирами».

В конце 1273 г. хиджры, что соответствует началу 1857 г. христианской эры, сэр Бартл Фрер, сахиб-и бахадур, чтобы переменить климат, сроком на восемнадцать месяцев уехал в Англию.

Третий комиссар Синда — сахиб-и бахадур, генерал Джейкоб 9. В течение долгого времени он возглавлял политический департамент и был главным инспектором конной пограничной стражи. В упомянутый выше год, находясь в городе Джайкобабаде 10, он был назначен исполняющим обязанности комиссара Синда. В то время достопочтенные господа Гиббс и Шоу Стюарт были его заместителями. Так как он (генерал Джейкоб) был человеком военным, то дела, связанные с управлением Синодом, он вершил с особенною храбростью.

Во-первых. Он отдал приказ, согласно которому стоимость товаров определялась в соответствии с желанием тех, кто их продавал. А что касается оплаты труда (уджрат) рабочих и ремесленников, то она определялась по решению и желанию чиновников и работодателей. Это было сделано с той целью, чтобы те, кто продавал товары, и те, кто распоряжался рабочими и ремесленниками, могли продавать товары и платить рабочим по своей воле. Чтобы никто не стеснял в этом их свободу. И таким разрешением многие были весьма обрадованы и стали вести дела по своему желанию.

Во-вторых. В том же году покойный сэр Мир Али Мурад-хан, правитель Хайрпура, в поисках правосудия уехал в Англию. Но желание его не исполнилось.

В-третьих. Английский чиновник, капитан М., прибыл в Синд из Панджаба. Вместе с чиновниками соответствующих департаментов (Синда) он провел обследование многих мест, составляя перепись домовладений и населения городов. Кроме того (по его приказу) были воздвигнуты купола и минареты, а также определены границы различных территорий; многие знаки, обозначающие эти границы, до сих пор существуют.

В-четвертых. В 1274 г. хиджры (в 1857 г. христианской эры) он (генерал Джейкоб) вместе с сэром Льюисом Бейли отправился в Бушир в Иране вследствие мятежа жителей этой провинции. А выполнение должности комиссара Синда он возложил [60] на господина Эллиса, который был до того комиссаром в Декане. Вскоре после этого сэр Бартл Фрер вернулся из Англии и снова был удостоен должности комиссара.

В-пятых. В 1274 г. хиджры (в 1857 г. христианской эры) вспыхнуло пламя огромного мятежа и началось великое восстание во многих краях Хиндустана, а также в большинстве крупных городов Синда. В Карачи, Хайдерабаде, Шикарпуре, Джейкобабаде некоторые правительственные чиновники из местных (жителей) и сипаи из различных полков подняли мятеж и восстание и перестали подчиняться британским властям. И только вследствие благоразумия и опытности тогдашних офицеров, действиями которых руководил господин (позже сэр) Гиббс, сахиб-и бахадур, помощник комиссара Синда по юридическим (судебным) вопросам, эти чрезвычайные обстоятельства закончились благополучно (для британских властей). Восстание было подавлено, а восставшие понесли наказание: некоторые были привязаны к жерлу пушек и расстреляны, другие — повешены. Тех же, кто помог подавить восстание; удостоили поощрения и почета. Тот, кто служил (британским властям), стал господином 11.

Как помнит автор, среди тех, кого захлестнула волна наказаний, были Имам Бахш-хан, сардар джатов 12 Синда, и хан-бахадур Алиф-хан Тарин Афган.

Воистину случилось так, что тот, кто много мнил о себе, тот лишился всего. Из упомянутых выше первый (Имам Бахш-хан) лишился джагира и пенсии, равной одной тысяче рупий в год. Второй же (Алиф-хан Тарин) потерял должность, которая давала ему ежегодно тысячу рупий дохода. Они лишились, таким образом, благорасположения властей. Но их сыновья — Фатх-хан Джат, сын первого, и Пир Бахш-хан Тарин, сын второго,— живут в настоящее время в талуке Шикарпур. Они заминдары, живут на доходы со своих земель, и благодаря им сохраняется память об их отцах.

А господин Бартл Фрер был удостоен звания сэра и в дальнейшем правил весьма дипломатично, без тревог и забот.

В-шестых. В том же, 1274 г. хиджры (в 1857 г. христианской эры) было принято решение о постройке железной дороги. И им был положен первый камень при начале этой постройки. А должны были строить эту железную линию от Карачи до Котри 13. Во время его правления поезда ходили до станции Малир, и люди были этому очень рады, поскольку получили (вследствие этого) большие удобства.

В-седьмых. В том же году (1274 г. хиджры, 1857/58 г. христианской эры) в Синде распространились известия о кончине Саада Севани, сахиба, имама Маската.

В-восьмых. В 1276 г. хиджры, что соответствует 1859/60 г. христианской эры, майор (позже сэр) Фредерик Голдсмид отправился через Умар-кот в Джайсалмер и оттуда в Покаран 14 и другие области Марвара 15, для того чтобы собрать сведения [61] об этих краях, ибо, как сказано: «Тайны своей страны знают правители». Кроме того, для того чтобы встретиться впервые с Ранджит Сингхом — правителем Джайсалмера и Тхакур Бахбут Сингхом — правителем Покарана. Его сопровождал в этой поездке капитан Дикенсон вместе с отрядом синдхской кавалерии. Автор также участвовал в этой поездке. В Марваре провели почти три месяца. А потом отправились в Лохри (Рохри). События этого путешествия изложены автором в книге «Вакаа-и сайр-и Джайсалмер» («Описание путешествия в Джайсалмер»), которая была издана в 1283 г. хиджры (1866/67 г. христианской эры). И те, кого заинтересуют эти события, могут прочитать эту книгу. За это опасное путешествие автор был удостоен (наград): сабли, двух кусков парчи на тюрбан и бенаресской шали, как это принято у щедрых сардаров, которые не преуменьшают заслуг своих людей.

Хотя об этом видном деятеле уже было много сказано, так же как и о его правлении, добавим в заключение, что в 1276 г. хиджры (1859/60 г. христианской эры) он был назначен главой Высшего совета в Калькутте. И перед своим отъездом туда он обратился с «Прощальным письмом» к ста пятидесяти почетным людям из числа жителей Синда. И эти люди порадовались его деловитости, милостивому обращению и добронравию. А те деньги (чанда) 16, которые были собраны по подписке (в связи с его отъездом) в Карачи, он израсходовал на то, чтобы построить как память о себе прекрасное здание Фрер-холл. Здание это существует по сей день. В это пожертвование, собранное по подписке, внес свой вклад и автор «Лубб-и тарих-и Синд».

(Ниже излагается) содержание «Прощального письма» (сэра Бартла Фрера):

«Поскольку Ее Величество, Королева, да сопутствует ей вечно счастье и могущество, соизволила назначить меня главой Высшего совета в Калькутту, то я должен оставить Синд, где я пробыл девять лет, постоянно желая этой Стране блага и процветания. И перед своим отъездом, который определен высочайшим повелением и который я не могу отсрочить, чтобы повидать всех, кому я хотел бы лично выразить свою искреннюю признательность, я решил сделать это, написав краткое прощальное письмо. Пусть Бог всегда покровительствует Синду и его сардарам! И если будет угодно Богу, то всюду, где я буду находиться, я буду стараться содействовать их благу и благосостоянию, поскольку во все время моего пребывания в Синде я многократно убеждался в их (сардаров) благонамеренности. И это было весьма утешительно для (британского) правительства. И я надеюсь, что и в будущем я буду получать только хорошие известия об их действиях под руководством сахиб-и бахадура — моего преемника.

17 октября 1859 года, что соответствует 1276 году хиджры.

Подпись: сэр Бартл Фрер, сахиб-и бахадур, комиссар Синда». [62]

Тем, кто интересуется (историей), мы скажем, что приведенное выше «Прощальное письмо» к почтенным людям Синда было следствием их, этих людей, благонадежности и добронравия.

А теперь (автору) хотелось бы высказать надежду, ч.то интересующиеся (историей) на него не будут гневаться за то, что он взял на себя смелость, хотя у него и нет для этого необходимого дарования, рассказать им о некоторых делах (прошлого).

Первое. В городе Карачи в районе Нахудаян жил старик, которого называли Будх. Он был очень беден, обременен многочисленной семьей и постоянно нуждался. Этого старика он (Бартл Фрер) называл Баба-и Будх. Однажды он подарил ему урожай с поля, которое (в году) засевалось дважды. И он часто, когда раз в неделю, когда раз в десять дней или раз в месяц, навещал этого старика, чтобы узнать, как он живет. Кроме того, сыну этого старика (Бартл Фрер) давал деньги и называл его своим братом. А жену того старика он величал матерью.

Второе. Жил портной по имени Сулейман. Лавка его находилась на рынке, около мечети Калатиан в квартале Сетх-Наюн-мал. Был он очень стар и беден. И Бартл Фрер часто приходил в лавку этого человека и всегда оставлял ему деньги.

Третье. А еще был третий, бедный брахман, который хотел ему служить. И тот брахман постоянно следовал за сахиб-и бахадуром, почтительно величая его отцом. И он получал пропитание, которое съедал.

А когда (Бартл Фрер) уехал, то он увез с собой изображения этих троих людей. Да спасет нас Бог от (такой) старости! А все, что было рассказано выше, автор видел своими глазами.

В тот 1859 г. христианской эры генерал Джон Джейкоб, сахиб-и бахадур, начальник пограничных сил Верхнего Синда и командующий синдхской кавалерией, из этого мира скорби ушел в мир иной.

Четвертый комиссар Синда — сахиб-и бахадур, господин Инверерити. Прибыл в город Карачи в конце 1276 г. хиджры (1859/60 г. христианской эры) и занял должность комиссара Синда.

В начале своего правления он действовал по советам, которые получал от своих опытных помощников, господ Шоу Стюарта и Гиббса. А потом по советам майора Фредерика Голдсмида. О наиболее важных делах, которые произошли за время его правления и последствия которых сказываются и на событиях, происходящих в наши дни, мы кратко расскажем ниже.

Во-первых. В начале 1277 г. хиджры (1860 г. христианской эры) железная дорога была проложена до станции, которая называется Дабичи. И сэр Джордж Кларк, сахиб-и бахадур, в начале 1278 г. хиджры (1861 г. христианской эры) прибыл в Карачи, а потом на поезде по железной дороге доехал до этой станции Дабичи. А оттуда в сопровождении покойного хан-бахадура [63] Мурад-хана на верблюдах (арабской породы) махари прибыл в место, называемое Гхаро 17. От этого места отправились в Кухистан-и Макли, а отсюда уже к берегу реки (Инд), где была пристань для пароходов. И этот путь они тоже совершили на верблюдах махари. На берегу реки сели на пароход, которым добрались до порта Севистан (Сехван) 18. Оттуда направились к озеру Манчхар, где путешествовали и охотились, а затем вернулись в Хайдерабад.

В Хайдерабаде (сэр Джордж Кларк) созвал во дворце дур-бар 19, где многим джагирдарам пожаловал их джагиры в наследственное владение. Автор «Лубб-и тарих-и Синд» во время этого путешествия (сэра Джорджа Кларка) вновь был удостоен особых полномочий.

Автору вспомнился особо один забавный случай, который он хотел бы, набравшись смелости, рассказать в связи с этим путешествием в надежде, что читатели на него не рассердятся. Дело в том, что сэр Джордж Кларк, сахиб-и бахадур, несколько лет пробыл в Афганистане, а потому был сведущ в языке фарси. И случилось так, что по его повелению автор «Лубб-и тарих-и Синд» написал письмо на фарси одному сардару из сардаров Севистана, который в то время находился на (британской) службе. После того как письмо было написано, (сэр Джордж Кларк), будучи в хорошем настроении, спросил: «Парень, сколько тебе платят (британские) власти?» А автор в то время получал в месяц двадцать пять рупий жалованья, из которых восемь анна выплачивал как налог. И автор ответил:

«Господин, двадцать четыре рупии и восемь анна». Тогда, услышав эти слова, (сэр Джордж Кларк) рассмеялся и, пригласив майора Голдсмида, который во время путешествия находился с ним на одном пароходе, подробно рассказал ему об этом разговоре. Господин (Голдсмид) сказал автору: «Неприлично, находясь в присутствии губернатора, сахиб-и бахадура, говорить неправду». Автор ответил: «Здесь не было сказано и слова неправды! Я всего лишь сказал, сколько я получаю как жалованье от правительства». И тогда автору прибавили к его жалованью еще пять рупий, и оно было установлено в размере тридцати рупий. Так иногда случается (в жизни), как было рассказано выше.

Во-вторых. В 1278 г. хиджры (1861/62 г. христианской эры) майор Генри Грин, сахиб-и бахадур, который в Верхнем Синде был руководителем пограничных дел, вместе со своим братом Вильямом Грином был отправлен со специальной миссией из Карачи в Гвадар, которым владеет Маскат. И автор был, в третий раз, назначен сопровождать их. Вышеназванные господа провели политические переговоры с правителем Гвадара — Худа Бахш-ханом Кораи Белуджем. И на этом закончилось очень тяжелое путешествие по Аравийскому морю, и все вернулись в Карачи.

В связи с этим путешествием автору вспоминается один случай. [64] Как известно, жители прибрежных селений Аравийского моря в апреле, мае и июне, когда случаются сильные штормы, называют море «ахир» («судный день»). И вот люди Гвадара спросили автора, поскольку названные выше господа прибыли к ним в июне месяце: «Как же сумели вы приплыть к нам в ахир?» На что автор в шутку им ответил: «Ангел смерти в ахир привел меня». Рассказываю я об этом для того, чтобы было известно всем, интересующимся (историей), что в эти месяцы на Аравийском море случаются сильные штормы. И надо хорошенько все обдумать, прежде чем пускаться в путь.

В-третьих. В тот же, 1278 г. хиджры (в 1861 г. христианской эры) майор, позже сэр и генерал-майор, Фредерик Голдсмид, сахиб-и бахадур, был отправлен со специальной миссией к берегам Макрана. Целью ее было заключение соглашения о сооружении телеграфной линии от Карачи до Стамбула, или Исламбула, в Турции. Вместе с ним как его помощники отправились: капитан К., сахиб-и бахадур, командир отряда синдхской кавалерии, и доктор Л., сахиб-и бахадур, которые были поставлены во главе отрядов рисала 20. Автор также, в четвертый раз, был специально назначен участвовать в этой поездке.

Отправившись из Карачи, сначала прибыли в залив Сонмияни в Лас-Беле. Там заключили соглашение с правителем Лас-Белы 21 — джамом Мир-хан Сахибом. Оттуда отправились в Пасни (на побережье) Макрана. Здесь заключили соглашение с Мир Бахрам-ханом, который был сардаром (племени) калмати, или кармати. (Затем), дойдя до (порта) Ормара, заключили соглашение с Мир Факир Мухаммад-ханом, наместником Кеча, который находился в подчинении у хан-сахиба, правителя Калата. Потом прибыли в порт Гвадар. Здесь, встретившись с Муллой Иса-ханом, представителем имама Маската, который ожидал прибытия сахиб-и бахадура (Голдсмида), заключили соглашение с правителем Гвадара. И, завершив это путешествие, которое продолжалось полных два месяца, на пароходе вернулись в Карачи. За участие в этой миссии и хорошую службу автор был награжден лунги 22. Подробности этой миссии можно найти в книге «Макран-нама», где автор изложил события того времени. Интересующиеся найдут в ней также сведения о положении тех мест (где побывал автор) и ответы на многие вопросы, которые могут у них возникнуть.

В-четвертых. В начале 1279 г. хиджры, что соответствует 1862 г. христианской эры, в Нагарпаркаре 23, в Регистане, подняли мятеж и восстание против британских правителей рана 24 и джагирдары тамошних мест вместе с преданными им людьми. Они разрушили телеграфную линию и ограбили государственную казну в Нагарпаркаре. Сожгли город, убили (некоторых) людей и ранили других, а потом укрылись на горе Кух-и-Кхара вблизи города Нагарпаркара у границы с Бхуджем и Диса.

Тогда туда отправился сам комиссар (Синда), сахиб-и бахадур, вместе с теми, кто возглавлял важные отрасли управления, [65] как-то: руководителем администрации Хайдерабада, начальником полиции, а также с Белуджским полком, чиновниками местной администрации и некоторыми тхакурами 25 и заминдарами 26. И им было сделано (необходимое) для поимки беглецов. А потом он учинил им жестокую расправу. Те же, кто помогал ему в этом деле, получили в награду джагиры и сабли, лунги и другие дары, а затем вернулись в Карачи.

Автор «Лубб-и тарих-и Синд», который был помощником капитана Тервида, сахиба, удостоился благодарности. Интересующимся (историей) подробности будут известны из документов, которые приведены ниже.

В-пятых. Также в те годы велись работы по расширению больших каналов Бегари и Митхрао. А также велось строительство каменного мола, чтобы удержать воды Аравийского моря на подступах к Карачи. Это сооружение существует по сей день и помогает судам.

В-шестых. В те годы в Синд прибыло из Европы несколько художников. Эти художники сделали портреты многих мужчин, а также женщин, принадлежавших к верхам общества. Портреты эти сделаны, чтобы показать их в городе Лондоне, на проходившей там выставке.

К этому времени завершилась высокая служба (комиссара Инверерити), и он в 1279 г. хиджры (1862 г. христианской эры) был удостоен более высокой должности — стал членом Совета в Бомбее, куда и отправился.

В это время майор (позже генерал-майор) сэр Фредерик Голдсмид, который был наибом (заместителем) комиссара Синда, с его разрешения отправился в Лондон. И он захватил с собой в Бомбей, по дороге в Лондон, автора, чтобы тот дал (в Бомбее) разъяснения содержания картин, которые были написаны художниками, упомянутыми выше, а также рассказал об изображенных на них уважаемых людях Синда. Эта поездка была пятой по счету, когда автору оказывали высокое доверие, которое он оправдал, и, сделав все, что было нужно, благополучно вернулся в город Карачи.

В-седьмых. В годы правления господина Инверерити, сахиб-и бахадура, комиссара Синда, автором была написана книга «Макран-нама». Книга эта была издана в 1279 г. хиджры (1862/63 г. христианской эры) и стала широко известна.

(Ниже следуют) переводы из официальных документов, написанных на английском языке, в которых рассказываются некоторые подробности о пяти специальных доверительных поручениях, которые выполнял автор «Лубб-и тарих-и Синд».

Первый: «Предъявитель сего, Худадад-хан, в мае 1861 г. (1277 г. хиджры) совершил со мной поездку в Мак-ран и был весьма полезен во всех делах».

Дата: 3 июня 1861 г.

Второй: «Мунши Худадад-хан! Я получил Ваше письмо. Но у меня сейчас нет вакантных должностей. Однако линия телеграфа [66] должна быть проложена через Макран и соглашения по этому вопросу сейчас заключаются под руководством моего брата, майора Грина, сахиб-и бахадура. Если ему понадобится еще один , я буду помнить (о Вас) как о достойном к удовлетворяющем всем требованиям кандидате на эту должность. Занявший эту должность должен будет работать не на одном месте, а разъезжать. А если у меня освободится должность (), то я сразу же вспомню о Вас, как о достойном занять это место».

Дата: 2 мая 1862 г. (1278 г. хиджры).
Джейкобабад.
Подпись: Майор Генри Грин. Белуджистан.

Третий: (Ниже следует) извлечение из донесения майора Голдсмида, сахиб-и бахадура, написанного в феврале 1862 г. (1278 г. хиджры) комиссару Синда, сахиб-и бахадуру, по поводу завершения дел в Макране. Перевод последнего параграфа:

«Из всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что я хотел бы, чтобы Вы наградили Вашей канцелярии, Худадад-хана, пятьюдесятью рупиями и дорогим “лунги". Этот молодой человек много раз выполнял очень важные поручения. В недавней поездке со мной он показал себя нужным и знающим дело. В 1859 г. (1275 г. хиджры) он вместе со мной ездил :в Умар-кот, Джайсалмер и Покаран, а вместе с господином майором Генри Грином он был в Гвадаре и Ормара. Несмотря на сокращение штата чиновников и государственных расходов, его оставили на службе».

Подпись: Майор Голдсмид, сахиб-и бахадур, заместитель комиссара Синда.

Четвертый: «Мунши Худадад-хан больше восьми лет служит в (управлении) джагирами и в политическом департаменте Синда. Он оказывал мне помощь в изучении языка. Я знаю его с 1853 г. (1270 г. хиджры). Я буду весьма рад узнать о его продвижении по службе, так как он этого заслуживает. Те поручения, которые были ему даны, помимо того что он вместе со мной с особыми полномочиями ездил в Джайсалмер и Покаран, он всегда выполнял, и он способен выполнить и другие поручения».

Дата: апрель 1862 г. (1279 г, хиджры).
Подпись: Майор Голдсмид, сахиб-и бахадур, заместитель комиссара Синда. Бомбей.
Пятый комиссар Синда — сахиб-и бахадур, господин С. Менсфилд.

В конце 1279 г. хиджры, что соответствует 1862 г. христианской эры, он прибыл из Бомбея и занял должность комиссара. Его помощниками были господа Макс Мюллер и Эрскин, а позже господин Джон Мур.

Хотя как правитель он многие из своих обязанностей выполнял наилучшим образом, но вместе с тем во время его правления произошли некоторые события, которые, как это широко [67] известно, имели пагубные последствия, результаты которых сказываются до сего дня. О некоторых из них будет сказано ниже.

Во-первых. В начале его правления была проведена проверка состояния дел в канцелярии талуки Хайдерабада. Эту проверку сделал рао бахадур 27 Ваман Рао Брахман, который тогда находился на службе у сахиб-и бахадура, коллектора Хайдерабада. Во время проверки обнаружилось, что многие служащие этой канцелярии допускали серьезные ошибки и упущения в выполнении своих обязанностей. Позже упомянутый выше (Ваман Рао Брахман) сам вместе со своими чиновниками совершал недостойные дела, был арестован, но сумел бежать. Люди то время, когда произошли эти события,, называют «временем Вамана».

В 1280 г. хиджры (1863/64 г. христианской эры) Саид Мурад Али-шах, житель Лохри, и Мир Амир Али-хан Талпур отправились для поклонения (святыням) в высокочтимую Кербелу и благороднейший Неджеф 28.

Во-вторых. В начале 1280 г. хиджры (1863 г. христианской эры) по делу особой важности, связанному с проведением телеграфной линии, группа (английских) господ в сопровождении различных чиновников, среди которых был и автор, села в Карачи на пароход и отплыла в сторону Персидского залива. Первая остановка была в порту Ормара на побережье Макрана. Здесь (английские) господа сошли на берег и, придя в здание конторы телеграфа, сообщили комиссару о прибытии в этот порт. Потом, подняв якорь, отправились в порт Гвадар, которым владеет имам Маската. Здесь капитан Росс, сахиб-и бахадур, знавший персидский язык, который, принимал участие а этой поездке, был назначен политическим агентом области Белуджистан и Маскат. Потом зашли в порт Маскат. Здесь состоялось совещание, в котором участвовали имам Маската и политический агент. Затем, пройдя пролив, который разделяет берега Макрана и Аравии, приплыли в порт Бушир, который находится в иранских владениях. Там, сойдя с парохода, посетили консульство, где провели переговоры, касавшиеся сооружения телеграфных линий и других вопросов.

В этих переговорах участвовал Амин ал-Мулк и господин политический агент сэр Льюис Бейли. Интересующимся историей Синда напомню, что это тот сэр Льюис Бейли, который ранее был помощником коллектора Лохри (Рохри). Позже он был заместителем помощника комиссара по управлению джагирами Синда. Автор «Лубб-и тарих-и Синд» был с, ним хорошо знаком, и у него даже хранится написанное им рекомендательное письмо, в котором дается высокая оценка честности и деловитости автора.

После того как все дела в том городе (Бушире) были закончены, опять сели на пароход, подняли якорь и, пройдя мимо порта Мохаммера, или Мухаммера, остановились в порту города [68] Басры. Здесь встретились с правителем города Басры и с политическим агентом тамошних мест. И также заключили соглашение о постройке телеграфной линии. Здесь, поменяв большой пароход на маленькое суденышко, отправились по реке Тигру в сторону святого столичного города Багдада, куда и прибыли после трех дней плавания. Здесь, оставив судно, отправились в консульство, где встретились с представителем (британского) правительства, господином Б. и пашой, наместником Султана ислама 29. Переговоры были проведены весьма успешно, и заключено соглашение о сооружении линии телеграфа.

После этого мы осмотрели достопримечательности тамошних мест — дворец Нуширвана, развалины Вавилона и другие— и отобедали у господина Б. А затем мы отправились в обратный путь, в Карачи.

Автор «Лубб-и тарих-и Синд» удостоился там чести лицезреть хазрата 30 маулану Сайда Шейха Абдул Кадира Джелани, да освятит Аллах его могилу! А также имамов Джунейда Багдади и Шейха Шахабуддина Сухраварди и некоторых других лиц, известных своей святостью. Автор удостоился также чести принести присягу верности хазрату Сайду Саад Али Эфенди и стать его муридом. На обратном пути, между благородным Багдадом и святейшей Басрой, остановились в одном порту, где было место поклонения — зиарат 31, и там автор спустился на берег и поклонился этому месту, ибо оно связано с самим Пророком, да будет мир над ним!

Путешествие по Аравийскому морю было очень интересным. Но если рассказать о нем подробно, то на это потребуется много места. А ведь эта книга посвящена Синду. Поэтому автор отсылает тех, кого могут заинтересовать эти подробности, к другой своей книге, называемой «Халидж-нама». В этой книге, написанной и изданной в те годы, подробно все изложено.

В-третьих. В 1279 г. хиджры (1863 г. христианской эры) распространилось известие о смерти великого эмира Дост Мухаммад-хана, который умер в Герате.

В-четвертых. В 1280 г. хиджры (1864 г. христианской эры) автору за его многочисленные дела по службе установили заслуженное им дополнительное жалованье и назначили на должность первого . И он стал получать пятьдесят рупий по налоговому департаменту и тридцать рупий по департаменту регистрации, а всего восемьдесят рупий в месяц, как это видно из документов, которые будут приведены ниже.

В-пятых. В тот год комиссар Синда зимой отправился на охоту в пограничную область, где находится Сабзал-кот, и там охотился в джунглях Мачхко на львов весьма удачно, а потом отправился в Ларкану 32. Там он приказал служителям английской и персидской канцелярии вернуться в Карачи и завершить все по приведению в порядок государственных дел. А сам, имея при себе двух помощников и автора, для которого это была [69] уже седьмая служебная поездка такого рода, отправился из Ларканы в Насирабад, а оттуда через Пир-Гавдара, Дидак, Карча и другие места и горы Дархара вступил во владения хана Калата" 33.

Горы эти очень высокие, как будто бы до небес, и очень прохладные. Было известно, это в этих прохладных горах постоянно идут благодатные дожди, а иногда выпадает град. И в этих горах, и в близлежащих местах живут по преимуществу синдхские люди из клана чхутто. А других там и нет. Растет дикий тутовник, инжир, а также растут ягоды, напоминающие смородину, которых там очень много. Вкусом здешние фрукты отличаются от тех, что растут в Хорасане или Ягистане. Растут здесь еще деревья, называемые «каху». Древесина у них очень тяжелая, и как дрова она весьма ценится. Многие люди в здешних местах используют дерево как топливо, жгут его. Летом занимаются охотой. Всегда с нетерпением ждут благодатный дождь. А когда идет дождь, то собирают дождевую воду в разные сосуды и сохраняют ее на случай нужды, чтобы при необходимости использовать. Здесь, в горах, при содействии автора был сооружен водоем. И на его строительство автор истратил тысячу новых рупий.

Наконец, когда наступило лето, спустились с этих гор и отправились домой в Карачи. А перед уходом тамошним жителям комиссаром были подарены лунги и другие ткани, а также устроили для них угощение, которому они очень обрадовались.

Если интересующихся историей не утомил мой рассказ, то я хотел бы сообщить им обходном интересном сказании, которое я слышал в той области.

В горах Дархара есть одна вершина, которую тамошние жители называют Могила собаки. Рассказывают, что в старые времена была у кого-то очень хорошая собака, которая постоянно охраняла его дом. Однажды друг того человека попросил отдать ему собаку, желая охранять собственный дом. Но хозяин собаки» которая служила очень хорошо, не хотел ее отдавать своему другу и согласился уступить ее только на несколько дней. И вот этот друг вернулся домой и поручил собаке охранять дом. Но случилось так, что какой-то вор ночью прорыл ход под землей, проник в дом и унес много всяких вещей, которые спрятал на расстоянии двух курухов 34, зарыв их в землю. Утром хозяин дома удивился пропаже и ходил повсюду в смятении. А та умная собака видела все, что натворил тот негодник-вор, и лаем и движениями дала об этом знать хозяину дома и повела его за собой по следам вора, и все вещи были найдены. И хозяин дома так был этим обрадован, что решил раньше времени отпустить собаку к ее хозяину. И вот он написал на бумаге, что разрешает собаке вернуться, и ту бумагу повесил ей на шею. Но, когда собака пришла в город, к дому своего старого хозяина, тот, увидев ее, воскликнул: «Ах ты, дрянь, предатель! Как же ты посмела вернуться раньше срока, [70] опозорив меня перед моим другом?!» А собака, услышав эти слова, упала на землю и умерла. Увидев это, хозяин подошел к ней и заметил у нее на шее привязанный кусок бумаги. Он взял его, развернул, прочитал написанное и очень пожалел о случившемся. Потом, на память об этом случае, он вырыл могилу на вершине горы и там похоронил собаку.

А Бог правду знает лучше! Легенда эта древняя и среди народа известная. А так это было или нет, за это рассказчик не отвечает, хотя, конечно, и трудно поверить, чтобы это было правдой. Впрочем, когда увидишь прекрасных, великолепно обученных собак, привезенных из Европы, то поверишь в то, что и у нас в старые времена тоже были такие же хорошие собаки.

В-шестых. В 1281 г. хиджры (1864/65 г. христианской эры) дела фаудждари 35 и дивани 36, которые находились в ведении комиссара Синда и велись под руководством его заместителей, были отделены и отданы в ведение судебного комиссара Синда и Главного суда Синда.

Сэр Бартл Фрер, сахиб-и бахадур, за время своего пребывания в Синде, который был включен в Бомбейское президентство, весьма содействовал процветанию страны, соорудив в Регистане много каналов: в Умарвахе, Тахаравахе, Митхраовахе и в других местах. Жители тамошних мест, страдавшие раньше из-за недостатка питьевой воды, теперь имели ее в изобилии, смогли заняться благоустройством и добились благополучия в жизни, которым они пользуются и по сей день.

В-седьмых. В 1281 г. хиджры (1864/65 г. христианской эры) был введен обязательный сбор в размере одной рупии, который взимался со всех заминдаров и со всех кашткаров 37 и поступал в местный фонд. Сбор этот существует по сей день.

В-восьмых. В тот же год правитель Хайрпура был пожалован привилегией, согласно которой при официальных приемах в его честь производилось пятнадцать залпов из артиллерийских орудий; правитель этим даром был весьма обрадован. И этот обычай существует по сей день.

В-девятых. В конце 1282 г. хиджры (1866 г. христианской эры) ныне покойный сардар Шер Али-хан, знаменитый правитель Кандагара, прибыл со специальным посланием покойного эмира Шер Али-хана 38 в Рахмаки-базар, в зила Тхарпаркар 39. Автор этой истории, Худадад-хан, был назначен британскими властями михмандаром 40 при нем. А текст доставленного в политический департамент специального послания здесь не приводится.

Вскоре (комиссар Менсфилд) получил разрешение на шесть месяцев уехать в Англию.

Шестой комиссар Синда — Эдди Роберте, сахиб-и каим-макам 41.

Он прибыл из Бомбея в Карачи с разрешения господина Менсфилда и во время его отсутствия исполнял обязанности [71] комиссара Синда. Его заместителем в это время был господин Джон Мур, выполнявший все, что от него требовалось, самым тщательным образом. А так как он (Эдди Роберте) делами правления занимался всего шесть месяцев, то не все его дела будут нами описаны,

В это время прибыли от (британского) правительства орденские знаки для Сетха Наюн Мала. И во дворце Фрер-холл была составлена грамота о службе того Сетха. И (сахиб-и каим-макам) собственноручно вручил ему те орденские знаки. Перевод же той грамоты на язык синдхи с английского по приказу комиссара сделал автор. Перевод этой же грамоты на язык фарой приводится ниже.

Перевод с английского языка грамоты господина комиссара Синда, сахиб-и бахадура.

«29 октября 1866 г. христианской эры (1282 г. хиджры). Фрер-холл. Карачи.

Сетх Наюн Мал, сахиб!

Я с особым удовольствием вручаю Вам эту грамоту с описанием Вашей благонамеренности и Ваших заслуг перед британскими властями, по причине которых Ее Величество Королева милостиво дарует Вам звание кавалера благородного ордена Звезда Индии третьей степени. За Ваши заслуги и благонадежность Вы и ранее удостаивались наград. Так, например, в 1852 г. (1269 г. хиджры) Вы были удостоены пенсии в сто рупий, а в 1860 г. (1277 г. хиджры) эта пенсия была сделана пожизненной и была дарована Вашим наследникам в двух поколениях. Вы были, кроме того, пожалованы землями, как джагиром, который дает в год тысячу двести рупий дохода. Ваша служба началась уже четверть века назад. И протекала она так, что тем, кто (служит) теперь, есть что запомнить. Поэтому, с Вашего позволения, я напомню, что уже в 1839 г. (1255 г. хиджры) Вы начали Вашу службу. Мне известно, что когда для оказания помощи Шаху Шуджа ул-Мулкувойска Бенгальской армии отправились в Афганистан 42, а другие войска для соединения с ними двинулись из Бомбея, то Вы приложили старание, чтобы приготовить фураж для вьючных животных. И когда (позже) в Кабуле пролилась кровь наших людей, а войска оказались в осаде, и для их освобождения была направлена дополнительная армия, и она проходила через Синд, то Вы вновь оказали помощь. В 1843 г. (1259 г. хиджры), когда шла война между мирами Синда и английскими властями, невзирая на большую опасность для Вашего имущества и (даже) для Вашей жизни, Вы сумели узнать о тех событиях, которые происходили в войсках миров, и тем весьма способствовали использованию британскими властями их войск надлежащим образом. Во время пребывания в Синде господ Иствика, Поттингера и Оутрема в течение двух лет Вы проявляли и доказали свою доброжелательность. И по этой причине возросли милости, оказываемые Вам британскими властями. И Вам был пожалован [72] джагир и установлена пенсия. И я уверен, что такой верный и благонамеренный человек, как Вы, по достоинству оценит милость правительства, которое удостоило Вас звания кавалера (ордена Звезда Индии).

Желаю Вам долгих лет жизни».

В 1282 г. хиджры (1866 г.. христианской эры) прибыл в Карачи, по пути в Стамбул, правитель Кокана — Хаджи Дад-хах Малабари. По приказу комиссара Эдди Робертса автор был михмандаром у него. И тот его службой был доволен.

В конце того же, 1282 г. хиджры (1866 г. христианской эры) вернулся из отлучки господин С. Менсфилд и продолжил как комиссар управление Синдом.

Тогда же в Умар-коте в большом собрании покойному Мир Шер Мухаммад-хану из Мирпурхаса было пожаловано звание кавалера ордена Звезда Индии и вручены орденские знаки, очень его обрадовавшие.

В 1283 г. хиджры (1867 г. христианской эры) автору за его хорошую службу оказали милость и уважение в Совете Бомбея и он отправился в этот город. А перед отъездом ему была вручена грамота, удостоверяющая его добрые дела. Перевод ее дается ниже, и тому, кто ею заинтересуется, станет ясной оказанная властями милость.

Тогда же была издана на языке фарси книга «Халидж-нама» о плавании по Персидскому заливу и о пребывании в святом городе Багдаде и происшедших там событиях.

(Ниже следует) перевод с английского языка грамоты, удостоверяющей доброе имя автора, которая была написала С. Менсфилдом, сахибом, комиссаром Синда:

«Предъявитель сего Худадад-хан — канцелярии комиссара Синда. Он весьма трудолюбив и старателен при выполнении даваемых ему поручений. Последние пять лет все поручения властей и канцелярии он выполнял наилучшим образом.

10 мая 1867 г. (1283 г. хиджры)».
Подпись С. Менсфилд, сахиб, комиссар Синда.

Во времена правления именно этого сахиба автору пришлось осуществить свои шестую и седьмую специальные поездки, о которых было рассказано выше, а именно опасное путешествие по Персидскому заливу и путешествие в горы Дархара. А для тех, кому это может быть интересно, ниже в переводе с английского языка приводятся еще некоторые документы. (Например), этот:

«Мне приятно настоящим сообщить, что Худадад-хан весьма сообразительный и полезный . В длительных поездках он легко справляется с трудностями пути, не жалуясь на продолжительность поездки. Полагаю, что его службу можно уже по одному этому оценивать выше, чем службу -индусов, которая, как известно, (в поездках) не очень полезна. Вместе с полковником Голдсмидом, сахиб-и бахадуром, он совершил [73] очень трудное путешествие в Макран. Позже вместе со мной сопровождал комиссара Синда в поездке по Персидскому заливу и в Багдад. Затем вместе с нами он провел пять месяцев в горах на западе Синда. В это время все дела канцелярии синдхской и английской проходили через его руки. Образ мыслей этого человека мне известен. Он терпеливо и разумно и наилучшим образом исполняет свои обязанности.

13 мая 1866 г. (1282 г. хиджры).
М. Мелвилл, сахиб. Генеральный регистратор и первый помощник комиссара Синда по юридическим вопросам».

Седьмой комиссар Синда — покойный В. Хевелок, сахиб-и бахадур, каим-макам.

В конце 1283 г. хиджры (1867 г. христианской эры) прибыл в Карачи и приступил к управлению делами (Синда). Его помощником был господин Джон Мур. Все дела он вершил в полном соответствии с существующими правилами. О тех из них, последствия которых сказываются по сей день, и о некоторых других, случившихся во время его правления, говорится ниже.

Во-первых. В том году были изменены уставы и правила полицейской службы и введены новые. Раньше полицейских (начальников) округа, прибывших из Европы, величали «капитан полиции». А местных полицейских служителей называли «рисаладар», «субадар», «джамадар», «хавалдар», «наик», «сипахи» и «савар» 43. Полицейских начальников крупных городов называли «фаудждар». По новым правилам полицейских начальников округов, которые были из европейцев, стали величать «суперинтендант полиции округа». А полицейских служителей из числа местных жителей стали теперь называть «инспектор», «главный полицейский» и «старший полицейский». Полицейских начальников городов стали называть «городской инспектор». И вообще названия всех званий были изменены с персидских на английские. Ведь, как известно, всякий правитель и падишах думает прежде всего о том, чтобы развивать свой язык.

Во-вторых. В конце 1283 г. хиджры (1867 г. христианской эры) сэр Фитцджералд, сахиб-и бахадур, губернатор Бомбея, и господин Менсфилд, член Совета Бомбея, прибыли в Карачи, а также нанесли визит в город Хайдерабад, обрадовав тем его жителей,

В-третьих. В том же, 1283 г. хиджры однажды под утре звезды небесные начали падать на землю. И хотя был только пятый час утра, но кругом все было светло, как в ясный день. Все это автор запомнил очень хорошо, так как он в это время не спал.

В-четвертых. В том же, 1283 г. хиджры (1867 г. христианской эры) по представлению господина Джона Мура, заместителя комиссара Синда, автору за его многие заслуги на службе в дафтаре 44 комиссара Синда была подарена золотая сабля вместе с благодарственным письмом, написанным на языке урду, [74] или хиндустани. Письмо это перевел на язык синдхи господин X. В., второй заместитель комиссара Синда. Это благодарственное письмо в переводе будет представлено на благоусмотрение заинтересованных читателей.

Перевод из (официальных) «Известий Синда» 1 октября 1867 г. (1283 г. хиджры).

«Награждение Худадад-хана.

19 сентября 1867 г. (1283 г. хиджры) вечером в субботу в особняке комиссара, сахиб-и бахадура, состоялся дурбар, на котором канцелярии комиссара Синда, сахиб-и бахадура, за выполнение им многих поручений был по представлению господина Джона Мура, сахиб-и бахадура, награжден личной золотой саблей. Этот дар был вручен ему господином Хевелоком, сахиб-и бахадуром, каим-макамом комиссара Синда».

(Ниже следует) текст представления господина Джона Мура, которое было написано на английском языке, а затем переведено на язык хиндустани. Короткий перевод его имеет такую форму:

«2 сентября 1867 г. (1283 г. хиджры).

Мунши Худадад-хан на правительственной службе находится с начала 1853 г. (1270 г. хиджры). Вначале он был в канцелярии господина магистрата Шикарпура. С 1854 г. (1271 г. хиджры) он служил под началом полковника Голдсмида, сахиб-и бахадура, в канцелярии по делам джагиров, где служба его продолжалась до 1857 г. (1274 г. хиджры). Когда же эта канцелярия была присоединена к канцелярии комиссара Синда, сахиб-и бахадура, он начал служить в этой канцелярии. И служба его, Худадад-хана, продолжается здесь по сей день. Сначала, при слиянии канцелярий, его жалованье было равно тридцати рупиям. Но с 1864 г. (1280 г. хиджры) он стал получать дополнительно еще двадцать рупий в месяц. В 1859 г. (1276 г. хиджры) вместе с майором Голдсмидом совершил поездку в Джайсалмер и в Покаран в Марваре. Затем, в 1861 г., он вместе с майором Генри Грином, сахибом, совершил поездку в Гвадар и Ормара в Макране и Белуджистане. Когда в 1861 г. (1278 г. хиджры) майор Голдсмид был отправлен с особым поручением в Макран, он сопровождал его. В 1863 г. (1279 г. хиджры) он, сопровождая господина Менсфилда, сахиб-и бахадура, комиссара Синда, совершил поездку по Персидскому заливу и вверх по реке Тигр до Багдада. Его служба была здесь весьма значимой как переводчика с языков персидского, арабского, макрани и белуджского. В 1864 г. (1280 г. хиджры) этому была оказана честь быть избранным господином Менсфилдом, сахиб-и бахадуром, комиссаром, чтобы сопровождать его (комиссара) во время поездки в горы Дархара (на границе Белуджистана). Он пробыл там пять месяцев, доказав свою полезность для выполнения любых поручений — обычных и особых. И за это он, Худадад-хан, получил в награду пятьдесят рупий. Мунши этот весьма [75] добропорядочный человек, и у него хранятся благодарственные письма, которые он получал за свою службу от высокопоставленных правительственных чиновников, поручения которых он выполнял. Когда возникла необходимость привести в порядок дела канцелярии комиссара, сахиб-и бахадура, то в список лиц, рекомендованных для выполнения этого дела, было включено имя Худадад-хана, с жалованьем в восемьдесят рупий. Но рекомендация эта не была санкционирована властями. Поэтому жалованье его осталось не пересмотренным до настоящего времени. Однако если возникнет необходимость в выполнении какого-то трудного поручения или если станет необходимым совершить длительную поездку в страну пустынную или неблагоустроенную, то для таких поручении он — Худадад-хан — незаменим и именно его следует для них выбрать. У него всегда ровное настроение, он вежлив и любезен, исполнителен и обязателен. И потому он, заместитель комиссара, рад возможности представить к награждению, принимая во внимание его заслуги ( Худадад-хана), золотой саблей.

Джон Мур, сахиб, помощник комиссара Синда».

Прилагаем также краткое изложение сказанного (покойным В. Хевелоком) каим-макамом комиссара Синда:

«Я с особым удовольствием вручаю (Худадад-хану) награду, к которой он был представлен по рекомендации господина Джона Мура. Конечно, было бы очень хорошо, если бы эту награду вручил ему бывший комиссар сахиб-и бахадур [господин С. Менсфилд), который был хорошо осведомлен о служебной деятельности Худадад-хана. Это было бы причиной большой радости для Худадад-хана.

В. Хевелок, сахиб-и бахадур.
Каим-макам комиссара Синда».

После этих прекрасных слов к собравшимся обратился господин X. В., сахиб (помощник комиссара Синда), который довел до их сведения, что тот, кто выполняет поручения властей наилучшим образом, будет удостоен такой же почетной награды. Затем он вручил саблю Худадад-хану.

Названный выше Худадад-хан выразил благодарность высокопоставленным господам в таких словах, которые были произнесены на языке хиндустани, а ниже даются в переводе на язык фарси.

«Я рад выразить глубокую признательность сахиб-и бахадуру комиссару (Синда) и господину Джону Муру, сахиб-и бахадуру, за то, что такой незначительный и незаметный человек, как я, в присутствии многих (господ) был удостоен такой высокой чести. Пусть же Всевышний повелитель этих сардаров навсегда сохранит в вечном счастье и в почете. И я надеюсь, пока по велению судьбы нахожусь на этой службе, всегда выполнять ее с честью, умением и преданностью. И этот прекрасный день, когда я был удостоен столь высокой чести, я всегда буду помнить». [76]

Затем комиссар (Синда), сахиб-и бахадур, повелел: «Ранее высокочтимым господам Вы служили с преданностью и умением. Вам следует и впредь так же продолжать службу».

На это Худадад-хан почтительно доложил: «Если угодно будет Аллаху, то, пока я жив, буду слугой саркара (правительства) и по милости Аллаха буду служить со всем старанием, не допуская никаких промахов».

После этого высокое собрание было распущено и все отправились по своим местам.

И пусть станет известным, что в начале сентября 1867 г. (в 1283 г. хиджры) автору по приказу господина Джона Мура были выданы (подарены) наличными 30 и 100 рупий за давность его службы, в соответствии с записями в канцелярских книгах расходов и приходов. Воистину: «Кто служил, тот стал господином».

Через год, завершив исполнение обязанностей комиссара (Синда), господин Хевелок возвратился в Бомбей. А в канцелярии внутренних дел (Синда) он оставил такую запись, имеющую отношение к автору, перевод которой выглядит так:

«Мунши Худадад-хан очень умный, мужественный и энергичный человек, старательно выполняющий даваемые ему поручения. Полагаю, что он наилучшим образом справится, с выполнением должностных обязанностей, включая и выполнение обязанностей чиновников полиции.

Июль 1868 г. (1284 г. хиджры). В. Хевелок, сахиб-и бахадур, каим-макам комиссара Синда».

Причина, по которой была сделана запись относительно выполнения обязанностей чиновников полиции, заключалась в том, что однажды автор, исполняя его (В. Хевелока) приказание, •спрыгнул с палубы парохода и добрался до берега, чем содействовал устранению препятствий в осуществлении государственного дела. И было это в присутствии одного из чиновников полиции.

Восьмой комиссар (Синда) — покойный сэр Вильям Меревезер, сахиб-и бахадур.

В конце 1284 г. хиджры (1868 г. христианской эры), после победы в стране Хабаш (Эфиопия), прибыл в Карачи и занял пост комиссара Синда. Под его началом как первый заместитель был господин Джон Мур, сахиб-и бахадур. Сэр Вильям Меревезер, сахиб-и бахадур, был из числа господ, носящих саблю. Он хорошо знал страну Синд. Участвовал в завоевании Синда, принимал участие в битвах при Миани и Даба. Несколько лет он управлял пограничным округом Синда (с центром) в Джейкобабаде. У него было много заслуг, связанных со службой в Панджабе, Белуджистане, Эфиопии и других местах. Свою службу комиссара Синда он выполнял с отвагой и благородством. Многие из знаменитых дел его правления остались памятными. Для интересующихся ими кратко скажем о них ниже. [77]

Во-первых. Вскоре после своего прибытия в страну Синд он выдал автору «Лубб-и тарих-и Синд» (свидетельство) о награждении его золотой саблей. Так как в Синде говорят и пишут на языке синдхи, то оно приводится ниже в переводе на персидский язык, буква в букву.

«Департамент юстиции
№ 5 
1868 г. = 1284 г.
хиджры .

Печать канцелярии комиссара Синда,  сахиб-и бахадура

Да пребудут в благополучии и почете способности и достоинства Худадад-хана.

По рекомендации господина Джона Мура, сахиб-и бахадура, помощника комиссара Синда, за усердие и старание, которое Вы проявили (на службе правительству) в Синде и в других странах, старательно и добросовестно выполняя свои обязанности, Вы награждены (золотой) саблей. Этот дар — знак уважения и милости правительства, как мы надеемся, Вы сохраните у себя и всегда будете преданно служить правительству.

16 сентября 1868 г., что соответствует 28 джумади ал-аввал 1284 г. хиджры.

Сэр Вильям Меревезер, сахиб-и бахадур, комиссар Синда». Во-вторых. В эти годы в Синде начала выходить «Официальная газета», которая и по сей день распространяет правительственные известия для сведения чиновников. Польза от этого не только чиновникам, но н другим людям.

В-третьих. В эти годы было также установлено, чтобы пароходы совершали рейсы в порты Лохри и Саккар. От этого было много удобств людям и лучше сохранялись товары. И по сей день для блага людей, которые благодарят власти за заботу о них и избавлены от невзгод, совершаются эти рейсы.

В-четвертых. В 1285 г. хиджры (1869 г. христианской эры) в Марваре был очень неурожайный год. Люди из этого края приходили в Умаркот, Регистан и их окрестности. И они по причине страшного голода продавали своих детей. И вот, чтобы помочь этим людям, хотя они и получали поддержку, правительство организовало большие строительные работы. Сооружались каналы в Регистане, строились дамбы и плотины в Кашморе 45, чтобы люди, участвуя в этих работах, могли получить свой хлеб насущный. А правительственным чиновникам по их способностям весь неурожайный год выдавали ежемесячное пособие.

В-пятых. В этот год (1285 г. хиджры, или 1869 г. христианской эры) автор был назначен на должность первого секретаря в канцелярию комиссара Синда, с жалованьем 135 рупий в месяц. Автор стал (в этой канцелярии) секретарем департамента регистрации. При удобном случае автор приведет документ, удостоверяющий это назначение, а также разъясняющий, что оно было сделано для проверки писем, поступающих от жителей Синда. [78]

В-шестых. В том же году в здании Фрер-холл в Карачи была проведена интересная выставка ремесел и искусств Синда, которая, продолжалась целую неделю. На этой выставке демонстрировались искусство и умение людей Синда и окрестных земель. Выставка эта вызвала большой интерес, многие стремились ее посетить и покупали выставленные экспонаты, а другие — продавали произведения своего ремесла.

В-седьмых. В конце этого же года Худадад-хану был дан (правительством) приказ приготовить краткую историю и описание всех имеющихся в Синде или в Кухистане, а также в окрестных землях наиболее примечательных памятников старины, таких, как старинные мечети, здания, крепости, парки и сады. В соответствии с этим приказом Худадад-хан подготовил и представил правительству описания таких известных, памятников страны, как,например:

из округа Карачи — Пир Хаджи Манга, да будет над ним милость Аллаха!; Шах Балавал, да будет над ним милость Аллаха!; Лахот Ламака; Дарват; Рани-кот и других;

из округа Хайдерабад — Насрпур, Тандра Фазл Талпур; Махдум Нух, да будет над ним милость Аллаха!; Рахмаки Базар; Лаал Адера;

из округа Шикарпур — Ходжа-йи Хизр; Минара-йи Мир Мухаммад Маасум Бакхари; Шах Хайруддин, да будет над ним милость Аллаха!; Касим-хани; крепость Бакхар.

Все (эти описания) благодаря искусству переводчика правительства Синда были переведены на английский язык. Затем они были напечатаны и служебным порядком отправлены чиновникам Синда и в Лондон, ныне покойному сэру Бартлу Фреру. Несколько копий на языках синдхи и английском сохранилось у автора.

В-восьмых. В 1286 г. хиджры, что соответствует 1869/70 г. христианской эры, сардары Белуджистана (из местности) Дара-йи Болан и.Митхри 46 подняли флаг мятежа и непокорности против хана-сахиба, правителя Калата. Они разграбили товары купцов и торговцев, а также караваны из Афганистана и Белуджистана. По этой причине по приказу высокого правительства Хиндустана для подавления (этого восстания) были назначены специальные уполномоченные; они в течение четырех месяцев жили в палатках в Джейкобабаде. И им (специальным уполномоченным) вместе с покойным Муллой Вали Мухаммадом, ишик-агаси 47, вазиром хана Калата, и Муллой Мухаммадом Раисани, сардаром Саравана 48, удалось разрешить эту проблему наилучшим образом. И все таким благополучным исходом были весьма довольны. По повелению правительства автор был одним из этих специальных уполномоченных. И это было восьмым по счету специальным поручением правительства, которое выполнил автор.

В-девятых. В те же годы для пограничных белуджских племен были установлены и одобрены «законы джирги» 49, которые [79] действуют, принося пользу, по сей день. И люди пограничных районов были этими законами весьма довольны.

В-десятых. В эти же годы были завершены работы по переустройству канала Шахдадвах в округе Сакхара. И канал был открыт.

В-одиннадцатых. В 1287 г. хиджры (1871 г. христианской эры) господин Велли, сахиб-и бахадур, заместитель (комиссара Синда), приказал всем служащим канцелярии через Кашмор прибыть в Сакхар и ждать его там. Сам же вместе с другими господами, имея при себе автора (этой книги), сев на пароход, прибыл в Чачар (Чачран) в Бахавалпуре. Там он встретился с господином сахиб-и бахадуром губернатором "Панджаба и беседовал с ним. Потом он (заместитель комиссара Синда) отправился в Митхан-кот в Панджабе, где уладил вопрос о (границе) территорий Панджаба и Синда. А затем вернулся в Сакхар. Эта поездка была девятым ответственным поручением, выполненным автором.

В Митхан-коте наваб сэр Имам Бахш-хан, сардар и туман-дар 50 (племени) мазари, выполнял вместе с автором этой книги обязанности михмандара, чем все были довольны.

В-двенадцатых. В конце упомянутого выше года автор вместе с господами (сахибан) из Карачи отправился в Котри. Там сели на пароход и, плывя днем и ночью, добрались до порта Шер-шах-бандар около Мултана, где и бросили якорь. Оттуда на поезде приехали в Мултан, где удостоились встречи с господином лордом Нортбруком 51, сахиб-и бахадуром, правителем Хиндустана.

В то время его заместителем был господин X. Джеймс, сахиб-и бахадур.

Из Мултана вместе с господином Нортбруком, величественным сахиб-и бахадуром, прибыли в Бахунг Бахара, где вечером были гостями Субх Садыка, правителя Бахавалпура. Потом прибыли в Кашмор, откуда хотели сушей добраться до города Джейкобабада, чтобы осчастливить своим визитом его жителей. Но тут сахиб (Нортбрук) заболел лихорадкой. Состояние при этой лихорадке бывает такое, что все тело становится слабым. Поэтому сахиб (Нортбрук) был доставлен на пароходе до Сакхара. Здесь он дал аудиенцию и беседовал с правителем Калата (Мир) Худадад-ханом, сахиб-и бахадуром, и с покойным сэром Мир Али Мурад-ханом, сахиб-и бахадуром, правителем Хайрпура.

Он получил от них достойные подношения и сам одарил их. Затем на том же пароходе добрались до Хайдерабада, где осмотрели местные достопримечательности. А потом отправились в Карачи, где остановились в жемчужном Фрер-холле. Оттуда величественный сахиб-и бахадур отправился в Бомбей, а господа из Синда, где кому надлежит быть, там на своих местах и остались. В этом путешествии участвовал и автор, что было десятым, выполненным им ответственным поручением. [80]

В-тринадцатых. В 1288 г. хиджры (1872г. христианской эры) в Синде распространились известия об этом убийстве лорда Майо 52, сахиб-и бахадура, генерал-губернатора, правителя Хиндустана.

В-четырнадцатых. В этом же году Джам Мир-хан, правитель Лас-Белы, бежал с поля боя, (потерпев поражение) от Мулла Вали Мухаммад-шаха, ишик-агаси и вазира хана Калата, и укрылся в Карачи, где и остался (жить) под надзором (английских) властей.

В-пятнадцатых. В 1289 г. хиджры (что соответствует 1872/73 г. христианской эры) (часть) территории Белуджистана, которая со времени завоевания Синда (Англией) находилась в подчинении комиссара Синда, была (от Синда) отделена и поставлена под управление агента генерал-губернатора Хиндустана, сахиб-и бахадура. В это время лорд Литтон 53, сахиб-и бахадур, правитель Хиндустана и Панджаба, оказал честь Синду, посетив Джейкобабад.

В-шестнадцатых. В конце 1289 г. хиджры, что соответствует 1873 г. христианской эры, сэр Филипп Вудхауз, сахиб-и бахадур, губернатор Бомбея, из Панджаба прибыл сухопутной дорогой в Кашмор. Он посетил и осмотрел многие крупные города, такие, как Джейкобабад, Шикарпур, Ларкана, Мехар 54 и Сехван. В порту Сехвана он сел на пароход и прибыл в Хайдерабад, где осмотрел местные достопримечательности, а также места казни и места сражений 1259 г. 55 хиджры (1843 г. христианской эры). Затем в Карачи он устроил прием, после которого отправился в Бомбей, чтобы оказать (этому городу) честь своим прибытием. А чиновники Синда остались каждый в назначенном ему месте.

В-семнадцатых. В том же году были утверждены планы работ по прокладке железнодорожной линии по левому берегу реки Инд, от Котри до Мултана.

В-восемнадцатых. В 1290 г. хиджры, что соответствует 1873/74 г. христианской эры, был принят закон Об обремененных задолженностью джагирдарах и заминдарах Синда. Закон этот сначала был введен в практику благодаря усилиям и стараниям господина Джеймса, сахиб-и бахадура, в то время, когда тот был помощником коллектора (округа) Сехван. И закон тот принес большую пользу многим джагирдарам и заминдарам и кашткарам, которые по этой причине благословляли чиновников могущественных (английских) властей. Но так как на выкуп (заложенных) земель давалось только шесть месяцев, то те, кто этого сделать не смог, от закона пользы не получили и остались обездоленными 56.

В-девятнадцатых. В том же, 1290 г. хиджры (1873/74 г. христианской эры) покойный сэр Мир Али Мурад-хан, сахиб, вместе с несколькими приближенными выехал в Бомбей, чтобы получить аудиенцию у принца Уэльсского, сахиб-и бахадура.

В-двадцатых. В 1293 г. хиджры, что соответствует 1876 г. [81] христианской эры, могущественное правительство Хиндустана удостоило автора специальной грамоты (санад 57), удостоверяющей его хорошую репутацию.х содержание которой (для всех, кому это интересно) станет ясным из приведенного ниже ее перевода с английского языка:

«Политический департамент.
№ 746, 26 сентября 1876 г.
Канцелярия комиссара Синда, сахиб-и бахадура. Карачи.

В соответствии с распоряжением за № 732 от 21 сентября 1876 г. комиссар, сахиб-и бахадур, предлагает кандидатуру первого секретаря (йи аввал) канцелярии комиссара Синда, сахиб-и бахадура, Худадад-хана, сына Разу-хана, чтобы ему была пожалована от имени правительства Хиндустана специальная грамота (санад), удостоверяющая его хорошую репутацию. Мунши этот уже долгие годы служит наилучшим образом.

В 1858 г. он вместе с господином (позже сэром) Фредериком Голдсмидом совершил поездку в Джайсалмер и Покаран (в Марваре). В 1861 г. он вместе с тем же служащим правительства для выполнения особого поручения был направлен в пограничные районы Макрана (Белуджистан). Для выполнения этих поручений Худадад-хан был специально назначен. После того он вновь был назначен для выполнения особого поручения и вместе с господином С. Менсфилдом, комиссаром Синда, отправился по Персидскому заливу и посетил Багдад.

За выполнение этого поручения господин В. Хевелок, ведавший делами Синда, наградил его почетной саблей.

Мунши Худадад-хан много раз был переводчиком с персидского, арабского, макрани, белуджского языков. Он также является главным экзаменатором по языку синдхи в Карачи для тех, кто здесь этот язык изучает. Он выполняет также множество других поручений, связанных с его службой, о которых нет необходимости здесь говорить. Поэтому комиссар Синда, сахиб-и бахадур, полагает, что Худадад-хан заслуживает, чтобы ему была пожалована грамота, свидетельствующая о его доброй славе, и милостиво представляет его к награждению этой грамотой.

Полковник Вильям Меревезер, сахиб-и бахадур, комиссар Синда».

В-двадцать первых. В 1875 г. христианской эры сэр Ричард Темпл, сахиб-и бахадур, губернатор Бомбея, который очень хорошо знал персидский язык и был человеком весьма любознательным, через Регистан прибыл в Умар-кот. Побывав во многих городах Синда, он затем отправился в Кандагар. В то время железная дорога доходила уже до Шал-кота (или Кветты). И между Джейкобабадом и Кветтой была сооружена железнодорожная станция, названная по имени того сахиб-и бахадура «Темпл-дера». Губернатор останавливался там, чтобы [82] отобедать. И как рассказывал автору покойный сардар. Шер Али-хан, правитель Кандагара, губернатор, находясь в Кандагаре, был гостем того сардара. И в этом городе губернатор, как то принято у афганских сардаров, ел, сидя на полу. Несомненно, что люди, умудренные опытом, находясь в той или иной стране или городе, следуют обычаям, которые там приняты.

Возвращаясь из Кандагара, губернатор остановился у реки Гадж на границе Кухистана.

Затем он прибыл в Карачи, где устроил прием по поводу окончания сооружения некоторых каналов и открыл канал в местности Малир вблизи Карачи. А после этого отправился в Бомбей.

В-двадцать вторых. В 1292 г. хиджры (соответствует 1875 г. христианской эры) сэр Мир Али Мурад-хан, сахиб, участвовал в собрании навабов, эмиров и раджей, которое проходило в Дели. Он удостоился там многих почетных подарков (от правительства).

В том же, 1292 г. хиджры (1875 г. христианской эры) комиссар-сахиб (Синда) Меревезер за хорошее ведение дел был удостоен избрания членом парламента в Лондоне. До того ни один комиссар Синда не удостаивался этого. По этой причине он из Карачи отправился в Бомбей. В связи с этим событием люди Синда собрали деньги (в этих деньгах есть доля и автора «Лубб-и тарих-и Синд»). И на эти деньги была построена большая дорога от порта до города Карачи, а также большая башня, которая называется «Меревезер-тауэр» и существует по сей день. На берегу Аравийского моря была построена еще одна высокая башня, названная «станция Меревезера». А во внутренней части Карачи разбили сад, названный «Меревезергарден», чтобы устраивать в нем правительственные приемы для вельмож Синда. Поистине сардары знамениты своими делами. И когда уходят они в мир вечный из этого тленного мира, живут их имена.

У смиренного автора «Лубб-и тарих-и Синд» сохранилось много письменных приказов (хукм-нама) из канцелярии (Синда), относящихся ко времени (английского) правления. И если бы автор захотел все их собрать и перенести на бумагу, то пришлось бы ему написать еще одну книгу. Но, как говорится, кое-что из (нашего) клада покажем. Как пример приведем ниже три письменных приказа, чтобы тем, кому это интересно, стали ясны милости и покровительство, оказываемые автору. Пусть станет им известно, что многие помощники комиссаров Синда по своей доброте снисходили к жалкому положению автора, и если была взможность назначить его на какую-нибудь (хорошую) должность, то они рекомендовали его комиссарам Синда.

А теперь мы приведем некоторые ответы, которые сэр Вильям Меревезер, сахиб-и бахаДур, комиссар Синда, давал на представления [83] своих помощников, имеющих отношение к автору:

Первый: «Худадад-хана я очень хорошо помню, и при удобном случае ему будет предоставлена должность, соответствующая его (прежней) прекрасной службе. Пока еще есть время».

Второй: «Худадад-хану не следует занимать должность инспектора полиции Синда с окладом 250 рупий и дополнительным жалованьем в 25 рупий в месяц, так как я намерен предложить Худадад-хану должность в Канцелярии комиссара Синда с хорошим жалованьем. Предложенная же должность (в полиции) для репутации такого способного и умного , как Худадад-хан, это — черное пятно».

Третий. Представление помощника комиссара, сахиб-и бахадура: «Я беру на себя смелость рекомендовать Худадад-хана, поскольку многие чиновники — молодые и старые, получив более выгодное предложение, с должности уходят. Но Худадад-хан порученную ему должность не оставляет. Поэтому следовало бы прибавить ему жалованье, чтобы он остался в Канцелярии комиссара Синда у Фаиз Мухаммада, помощника коллектора первой степени, которому он нужен. Тем более что он (Худадад-хан) этого помощника, которому он нужен, ничем не хуже».

Резолюция господина комиссара Синда: «При удобном случае я дам разрешение, чтобы Худадад-хану увеличили жалованье в соответствии с той должностью по взиманию налогов, на которую Вы его рекомендуете в канцелярию комиссара».

Есть немало и других документов.

В день своего отбытия в сентябре 1876 г. христианской эры (комиссар) одарил автора похвальным письмом. А другое такое же письмо осталось в Канцелярии (комиссара). Точный перевод письма, написанного на английском языке, дан ниже:

«Мунши Худадад-хан очень хороший чиновник, службу свою он выполняет весьма старательно. Восемь лет занимает должность первого секретаря -(йи аввал).

Он получил образование на персидском языке, хорошо знает язык синдхи и многие другие языки. Я был бы очень рад назначить его на более высокую должность, которой он достоин, но, к сожалению, такой возможности у меня нет. Поэтому я оставляю это назначение на благоусмотрение моих преемников. И надеюсь, что они, убедившись в его прекрасных способностях и умении вести дело, когда у них появится возможность, это (назначение) сделают.

В настоящее же время я считают возможным ходатайствовать о награждении его титулом хан-бахадур. И надеюсь, что правительство это мое ходатайство не оставит неудовлетворенным.

Сэр В. Меревезер. Сахиб-и бахадур.
Комиссар Синда».

(Комиссар Синда) также оставил в канцелярии письмо, сокращенный перевод которого дан ниже: [84]

«Мунши Худад ад-хан очень полезный ; он получил хорошее образование и обладает большими способностями».

В день отъезда (комиссар) в присутствии своего заместителя господина Ф. Д. Мелвилла, сахиб-и бахадура, вручил (автору) золотую саблю стоимостью в 300 рупий и прекрасную рекомендацию, написанную на английском языке. А с автором комиссар говорил на языке урду, который знал очень хорошо. При этом он рекомендовал автору не оставлять службу в канцелярии комиссара Синда, сахиб-и бахадура, поскольку служба в канцелярии будет и для автора весьма полезна. Так оно и оказалось.

Поистине «слова шаха — это шах слов».

Ниже нами также приводится перевод письма господина Джона Мура, сахиб-и бахадура, помощника комиссара Синда, направленного им сэру Вильяму Меревезеру, сахиб-и ба-хадуру, комиссару Синда:

«Мунши Худадад-хана я очень хорошо узнал за те восемь лет, которые я прожил в Синде. За это время он благодаря своему трудолюбию, способностям и знанию дела стал первым секретарем в канцелярии комиссара Синда. Во время продолжительных поездок на далекие расстояния он выдерживает все трудности, с этими путешествиями связанные, и приносит большую пользу благодаря своему хорошему знанию персидского и арабского языков.

Вместе с нами он совершил поездку по Персидскому заливу, а затем по рекам Тигру и Евфрату вплоть до Багдада. Вместе с нами, разделив с готовностью все трудности, он совершил также поездку в горы Дархара. Мунши Худадад-хан оказал мне большую помощь во время поездки по Синду для инспектирования местных школ. (Поэтому) я с удовлетворением вижу его продвижение по службе. Считаю также необходимым добавить, что в течение целого года он оказывал наилучшим образом помощь мне, (руководителю) ведомства общей инспекции.

Господин Джон Мур, сахиб-и бахадур, помощник комиссара Синда, инспектор школ Синда и руководитель ведомства общей инспекции».

Девятый комиссар — господин Френсис Д. Мелвилл, сахиб-и бахадур, каим-макам (исполняющий обязанности) комиссара Синда.

В конце 1293 г. хиджры (что соответствует 1876 г. христианской эры) (Ф. Д. Мелвилл) стал исполняющим обязанности комиссара Синда. Его помощником был господин В. Б. Варнер, сахиб-и бахадур. Этот Ф. Д. Мелвилл, сахиб-и бахадур, до того занимал должности главы департамента юстиции и главного судьи Синда. В годы своего правления он совершил много славных дел и выносил справедливые приговоры по делам судебным, в которых был хорошо осведомлен. В это время шла война в Афганистане. В Синде торговля вьючными животными [85] — лошадьми, быками, мулами и ослами—процветала. Однако наблюдались трудности в снабжении этих животных фуражом, в особенности кукурузой. И эти трудности были (комиссаром) улажены наилучшим образом.

Десятый комиссар — покойный господин Г. Н. Б. Эрскин, сахиб-и бахадур.

В 1296 г. хиджры (что соответствует 1879 г. христианской эры) (Г. Н. Б. Эрскин) прибыл в Карачи и занял должность комиссара Синда и коллектора Карачи.

Сначала помощником комиссара был господин (теперь сэр) Чарльз Оливент, сахиб-и бахадур. Потом им стал Доктор Джон Полен, сахиб-и бахадур, а затем господин Эйджерли, сахиб-и бахадур. В то время как (Г. Н. Б. Эрскин) правил Синдом, дела правительственные выполнялись наилучшим образом и с большим благоразумием. О некоторых из них тем, кто интересуется историей, будет сказано ниже, так же как и о некоторых событиях, которые случились в то время, когда он был комиссаром Синда.

Во-первых. В том же году скончался эмир Шер Али-хан, сахиб, правитель Афганистана. Сказано об этом в стихах:

Эмир Дост Мухаммад-хан счастлив вечно. 
В его стране порядок установил Шер Али.

Во-вторых. В прошлом джагиры иногда жаловались за службу правившими тогда шахами без достаточных на то оснований; случалось такое и при новом (т. е. английском) правительстве. Некоторые (лица) владели джагирами без соответствующих документов. Из-за всего этого происходили недоразумения, улаживать которые в большинстве случаев приходилось присылаемым из Бомбея уполномоченным. По этой причине (Г. Н. Б. Эрскин) направил донесение правительству, перевод которого на язык фарси дан ниже. Из этого донесения тем, кому это интересно, станет ясным, что выгоду от него получил и автор.

«Донесение правительству Бомбея.
Октябрь, 1880 г. христианской эры.

Мой господин!

Довожу до Вашего сведения, что в настоящее время в Синде есть свободная должность особого (дополнительного) помощника коллектора. Я надеюсь, что Вы согласитесь с тем, чтобы эту должность занял один из служащих (комиссариата Синда), а именно хан-сахиб Худадад-хан, сын Разу-хана.

В течение многих лет он занимает должность первого секретаря. На государственной службе он находится с 1854 г. Все, под началом кого он служил, отзываются о нем весьма хорошо. С 1871 г. он служит в Канцелярии политического департамента и по делам джагиров, находясь в подчинении майора (теперь сэра) Фредерика Голдсмида, сахиб-и бахадура, с которым он, имея особое поручение, ездил в Макран (Белуджистан) [86] и Джайсалмер (Марвар). Прекрасные отзывы о его службе и больших способностях давали сэр Фредерик Голдсмид, сэр Льюис Бейли, сэр Генри Грин, господин Хевелок, господин Мелвилл и сэр Вильям Меревезер.

В 1867 г. он был награжден золотой саблей, что явилось оценкой его прекрасной службы. Случай этот — единственный в канцелярии комиссара Синда. Сэр Вильям Меревезер, уезжая из Синда, написал, что он был бы очень рад назначить его на более высокую должность, которой он достоин, но, к сожалению, такой возможности у него не было, и поэтому он оставляет это назначение на благоусмотрение своих преемников. По этой причине я (Г. Н. Б. Эрскин) не вижу необходимости писать о (его) способностях и о том, как Худадад-хан исполняет свои служебные обязанности. Но, узнав его за этот год, считаю возможным сказать, что я присоединяюсь к оценкам, которые ему давали мои предшественники. Я твердо убежден, что он достоин того, чтобы ему увеличили жалованье, и рекомендую Худадад-хана правительству для назначения исполняющим обязанности названной выше вакантной должности (особого помощника коллектора).

Напоминаю Вам, что правительство давно уже желало того, чтобы все дела, имеющие отношение к землям, освобожденным от уплаты налогов (муафи заминат), находились в одних руках и чтобы все сведения об этих землях стали (правительству) известны. Однако выяснение всех сведений об этих землях представляет немалые трудности, так же как определение (границ) всех этих земель и отдельных их участков, хотя нет сомнений в том, что освобождение (от уплаты налогов) было пожаловано. Случается так, что возникает необходимость срочно выяснить подробности (пожалования), но сделать это чрезвычайно трудно. Необходимо иметь для этого специального чиновника. По моему мнению, такого чиновника следовало бы назначить на имеющуюся вакантную должность. И мне хорошо известно, что в Синде нет другого чиновника, кроме Худадад-хана, который бы сумел так хорошо справиться с этими обязанностями и был бы достоин назначения на эту должность. (Уверен,) дела департамента джагиров будут им. исполняться наилучшим образом.

Ваш покорный слуга,
Г. Н. Б. Эрскин, комиссар Синда.
Октябрь 1880 г. Карачи».

По этому донесению правительством (Бомбея) было вынесено решение, перевод которого с английского языка на фарси дан ниже:

«№ 5771—1880 г.
Департамент налогов. Бомбей. 30 октября 1880 г.
Решение правительства.

Господин губернатор, сахиб-и бахадур, в заседании Совета с удовлетворением соизволили, чтобы хан-сахиб Худадад-хан, [87] сын Разу-хана, первый секретарь канцелярии комиссара Синда, сахиб-и бахадура, был назначен особым помощником второго класса коллектора Синда вместо хан-бахадура Вали Дад-хана, который назначается на должность особого помощника коллектора Синда первого класса.

Дж...Н... сахиб-и бахадур, исполняющий обязанности секретаря правительства Бомбея».

Это одиннадцатое изложение (документов) о службе автора «Лубб-и тарих-и Синд».

Комментарии

1 Так у автора.

2 Харадж (араб.) — поземельный налог; согласно мусульманскому праву, харадж — один из пяти видов государственных налогов, взимавшийся либо натурой, в виде доли урожая, либо деньгами с единицы земельной площади (подробнее см.: Петрушевский И. П. Ислам в Иране в VII—XV веках. Л., 1966, с. 160—162). В Синде накануне английского завоевания уже сложилась система частного феодального землевладения (заминдари). Размер земельного налога составлял от 25 до 50% урожая (в зависимости от того, как орошалась земля и какая культура на ней выращивалась; на технические культуры налог обычно был выше). Водный налог (хак-аб) взимался отдельно. Раздел урожая и сбор налога производили правительственные чиновники (см.: Кузьмин С. А. Аграрные отношения в Синде. М., 1959, с. 12—18; Sorley Н. Т. The Former Province of Sind. Karachi, 1968, с. 359).

3 Сазавал (перс.)—сборщик налогов, также надзиратель за работами.

4 Дост Мухаммад-хан, эмир Афганистана из династии Баракзаев, правил в 1819—1839, 1842-1863 гг. (см.: Риштия С. К. Афганистан в XIX веке. М., 1958, с. 103—278; История Афганистана. М., 1982, с. 139—155).

5 Лорд Дальхузи занимал пост генерал-губернатора Британской Индии в 1848—1856 гг.

6 О включении Панджаба в состав Британской колониальной империи см.: Кочнев В. И. Государство сикхов и Англия. М., 1968.

7 В 1852 г. была разработана, на основе арабской, графика синдхи («в соответствии с фонетической системой языка»; см.: Егорова Р. П. Язык синдхи. М., 1966, с. 10).

8 Таппадар (на урду «таппа» — низшая административная единица, включавшая несколько деревень; также подразделение племени, клан или род) — чиновник, отвечающийза сбор налогов в сельской местности. Кардар (фарси) — управитель, управляющий делами. Мухтаркар (араб.) — доверенный представитель власти; старшина квартала. Дафтардар (фарси) — бухгалтер.

9 Фактически генерал Джон Джейкоб исполнял обязанности комиссара Синда во время отсутствия Бартла Фрера.

10 Джейкобабад — город в северной части Верхнего Синда; в настоящее время административный центр одноименного округа в провинции Саккар; 80 тыс. жителей в 1981 г. До 1847 г. назывался Хангарх; был переименован в Джейкобабад после того, как генерал (тогда — капитан) Джон Джейкоб превратил его в укрепленный пункт на стратегически важной дороге в Юго-Западный Афганистан (см.: Sorley Н. Т. The Former Province of Sind, с. 669).

11 Участие населения Синда в народном восстании 1857—1859 гг. до настоящего времени изучено недостаточно. Краткие сведения можно найти в книге: Haq S. М. The Great Revolution of 1857. Karachi, 1968, с. 296—301.

12 Джат (мн. ч. — джаты) — каста землевладельцев и воинов в Северо-Западной Индии. По данным переписи 1901 г., в Синде насчитывалось почти 78 тыс. джатов.

13 Котри — город на правом берегу р. Инд, к югу от Хайдерабада; 40 тыс. жителей в 1981 г.

14 Покаран — город в Раджастхане (на территории Республики Индия), между Джайсалмером и Джодхпуром.

15 Марвар — область в Раджастхане.

16 Чанда (урду) — взнос, дар, подношение.

17 Гхаро — населенный пункт в Южном Синде, к востоку от Карачи, в округе Татта.

18 Сехван — город в округе Даду в западной части Синда.

19 Дурбар (дарбар; фарси) — резиденция монарха или правителя; аудиенция, официальный прием.

20 Рисала (араб.) — кавалерийский отряд; эскорт.

21 Лас-Бела — княжество в юго-восточной части Белуджистана, в долине р. Порали; площадь ок. 20 тыс. кв. км. Правитель княжества (джам) был вассалом хана Калата. В марте 1948 г. княжество было включено в состав Пакистана; ликвидировано в 1955 г.

22 Лунги (урду) — ткань для тюрбана или набедренной повязки.

23 Нагарпаркар — город в юго-восточном Синде, в округе Тхарпаркар.

24 Рана (урду) — феодальный владетель; удельный князь.

25 Тхакур (урду) — глава племени у раджпутов; крупный землевладелец.

26 Заминдар (фарси) — землевладелец.

27 Рао бахадур (урду) — почетный титул, который английские колониальные власти в Британской Индии жаловали за особые заслуги местным уроженцам, индусам по вероисповеданию (мусульманам жаловался равный ему титул — хан).

28 Кербела — город в Ираке, где, по преданию, похоронен шиитский имам Хусейн (убит в 680 г.), второй сын Али. Неджеф — город в Ираке, где, по преданию, похоронен халиф и первый имам шиитов Али (см. примеч. 9 ко 2-й части).

29 «Султан ислама» — автор имеет в виду турецкого султана Абдул Азиза, правившего в 1861—1876 гг.

30 Xазрат (араб. букв. «присутствие») — почетный титул, высочество, величество.

31 Зиарат (от араб. «зара» — «посещать, навещать») — место паломничества и само паломничество к гробницам мусульманских святых.

32 Ларкана — город в Верхнем Синде, административный центр одноименного округа провинции Саккар; 123 тыс. жителей в 1981 г.

33 Ханом Калата в Белуджистане в 1864 г. был Мир Худадад-хан; правил в 1857—1893 гг.

34 Куpyx — мера длины, равная 3—4 км (половина фарсаха, или (фaрсанга).

35 Фаудждари — военные дела, военное ведомство.

36 Диван и (от араб. «диван»—«канцелярия, ведомство»)—государственные дела.

37 Кашткар (фарси) — земледелец.

38 Шер Али-хан — эмир Афганистана из династии Баракзаев; правил в 1863—1866 и 1867—1879 гг. (см.: Риштия С. К. Афганистан в XIX веке, с. 279—416; История Афганистана, с. 155—163).

39 Тхарпаркар — город в Юго-Восточном Синде, административный центр одноименного округа в провинции Хайдерабад.

40 Михмандар (фарси) — чиновник, ответственный за прием высокопоставленных гостей.

41 Каим-макам (араб.) — заместитель, наместник, исполняющий должность.

42 Подробнее о событиях первой англо-афганской войны (1838—1842) см.: История Афганистана, с. 145—-152; Риштия С. К. Афганистан в XIX веке, с. 153—226.

43 В тексте даны на языке фарси названия различных полицейских чинов — рядовых (сипахи — пеший полицейский; савар — конный полицейский) , унтер-офицеров (джамадар, хавалдар, наик) и обер-офицеров (рисаладар, субадар).

44 Дафтар (араб., перс.) — тетрадь, книга, свиток; канцелярия.

45 Кашмор — город в Верхнем Синде, в округе Джейкобабад.

46 Митхри — населенный пункт в северо-восточном Белуджистане, к югу от г. Сиби.

47 Ишик-агаси (тюрк., букв. «начальник порога»)—-министр двора; обер-церемониймейстер (см.: Ганковский Ю. В. Империя Дуррани. М 1958 с. 53).

48 Сараван — область в княжестве Калат.

49 Джирга (букв. «круг») — совет рода или племени, также свод обычного права. Подробнее об институте джирги см.: Темирханов Л. Восточные пуштуны в новое время. М., 1984, с. 41—42.

50 Тумандар (тюрк., перс. «командир десяти тысяч воинов»; «темник») — здесь титул хана белуджского племени.

51 Лорд Нортбрук занимал пост генерал-губернатора и вице-короля Британской Индии в 1872—1876 гг.

52 Лорд Майо занимал пост генерал-губернатора и вице-короля Британской Индии в 1869—1872 гг.

53 В рассказ Худадад-хана вкралась неточность, так как лорд Литтон занимал пост генерал-губернатора и вице-короля Британской Индии в 1876— 1880 гг.

54 Мехар — город в северной части округа Даду.

55 В тексте 1260 г. хиджры, но указанный год соответствует 1844 г.

56 После завоевания Синда английская колониальная администрация объявила себя верховным сооственником земли, признав вместе с тем владельческие права крупных и мелких заминдаров, в число которых входила помимо помещиков немногочисленная крестьянская верхушка. Не были затронуты владельческие права на землю и глав белуджских племен в северных и северо-западных районах Синда. При этом сохранялась в основных частях существовавшая до английского завоевания налоговая система. Однако после проведения в 1862—1875 гг. земельного кадастра в Синде был введен единый налог на землю (обрабатываемую и необрабатываемую), который взимался в денежной форме. Это привело к тому, что значительная часть заминдаров (включая крупных, обладавших в Синде большим политическим влиянием) оказалась в долгах у индусбв-ростовщиков (банья), к которым заминдары были вынуждены обращаться за деньгами для уплаты налогов. Захват ростовщиками значительной части земли i вызвал недовольство заминдаров, с чем оказалась вынуждена считаться колониальная администрация, принявшая закон, о котором говорит автор (подробнее см.: Ахтар С. М, Экономика Пакистана. М., 1957, с. 106—107, 112; Кузьмин С. А. Система землевладения и земельно-налоговая политика английской колониальной администрации в Синде во второй половине XIX в.—Индия. Очерки экономической истории. М., 1958, т. 26—71; он же. Аграрные отношения в Синде (вторая половина XIX в.). М., 1959,с.62—72,77—78).

57 Санад (араб.; мн. ч. — аснад) — грамота; документ; вексель, обязательство.


Текст воспроизведен по изданию: Худадад-хан. Сущность истории Синда. М. 1989

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.