Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СИГИЗМУНД ГЕРБЕРШТЕЙН

ЗАПИСКИ О МОСКОВИИ

183 Обряд венчания государей на царство

[Нижеследующее описание, которое я добыл не без труда, наглядно изображает обряд, которым венчаются (на царство) государи московские. Этот обряд применен великим князем Иоанном Васильевичем, когда он, как я упоминал выше, короновал своего внука Димитрия великим князем и монархом” Руссии.]

Посреди храма Пресвятой девы 184 воздвигается дощатый помост, на котором помещают три седалища: для деда, внука и митрополита. Кроме того, устанавливают возвышение, называемое у них налоем (nolai) 185, на которое кладут княжескую шапку и бармы (barma), т. е. княжеские украшения 186. Затем к назначенному времени являются облаченные в торжественные одеяния митрополит, архиепископы [епископы], архимандриты (abbates, Appte), игумны (priores, Priorn) и весь духовный собор. При входе великого князя с внуком в храм дьяконы поют по обычаю “многие лета” одному только великому князю Иоанну. После этого митрополит со всем клиром начинает петь молебен Пресвятой деве и святому Петру-исповеднику, которого они, согласно своему обычаю, называют чудотворцем (miraculosus, Wunderzaichner) 187. По окончании молебна митрополит, великий князь и внук восходят на дощатый помост и первые двое садятся на поставленные там [80] седалища, а внук меж тем останавливается у края помоста. Наконец великий князь начинает такую речь: “Отче митрополит, по божественной воле, по древнему соблюдавшемуся доселе нашими предками, великими князьями, обычаю великие князья-отцы назначали своим сыновьям-первенцам великое княжение, и как по их примеру родитель мой, великий князь, при жизни (coram se, neben sein) благословил меня великим княжением, так и я при всех благословил великим княжением первенца моего Иоанна. Но как по воле божией случилось, что оный сын мой скончался, оставив по себе единородного Димитрия, которого бог даровал мне вместо сына, то я равно при всех благословляю его, ныне и после меня, великим княжением владимирским, новгородским и прочая, на которые я благословил и отца его”.

После этого митрополит велит внуку приблизиться к назначенному месту, благословляет его крестом и велит дьякону читать дьяконскую молитву, а сам меж тем, сидя возле него и также склонив голову, молится: “Господи, боже наш, царь царей, господь господствующих, через Самуила-пророка избравший Давида, раба твоего, и помазавший его во царя над народом твоим Израилем, услыши ныне моления наши, недостойных твоих, и воззри от святости твоей на верного раба твоего Димитрия, которого ты избрал возвысить царем над святыми твоими народами, которого ты искупил драгоценнейшею кровью сына твоего единородного, и помажь его елеем радости, защити его силою вышнею, возложи на главу его венец из драгоценных [81] камней, даруй ему долготу дней и в десницу его скипетр царский, поставь его на престол правды, окружи его всеоружием справедливости, укрепи его десницу и покори ему все варварские языки, и да пребывает сердце его всецело в страхе твоем, дабы смиренно внимал он тебе; отврати его от неправой веры и яви его истым хранителем 188 заповедей твоей святой вселенской церкви, да судит он народ в правде, и да дарует правду бедным, и да сохранит сыновей бедных, и да наследует затем царствие небесное”.

После этого он говорит громким голосом: “Яко есть твоя держава и твое царство, так да будет хвала и честь богу отцу и сыну и святому духу ныне и во веки веков”. По окончании этой молитвы митрополит велит двум архимандритам подать ему бармы, покрытые вместе с шапкой шелковым покровом, который они называют ширинкой (schirnikoiu — так! — А. Н.) 189. Затем он передает их великому князю и осеняет внука крестом, великий же князь возлагает их на внука. Потом митрополит говорит: “Мир всем”, а дьякон ему: “Владыко, помолимся”. Тогда митрополит молится так: “Поклонитесь с нами единому царю вечному, коему вверено и земное царство, и молитесь царящему надо всем: Сохрани его под покровом твоим, удержи его на царстве, да творит всегда благое и надлежащее, да просияет правдою в дни свои и умножением господства своего, и да живем в спокойствии и безмятежно, без раздора, во всякой благости и чистоте”. Это он произносит потише, а потом громко: “Ты еси царь мира и спаситель душ наших, слава тебе, отцу, сыну и святому духу, ныне и во веки веков, аминь”. Наконец, он подает великому князю княжескую шапку, поднесенную по приказу митрополита двумя архимандритами, и осеняет при этом внука крестом во имя отца, и сына, и святого духа. Затем, когда великий князь возложил шапку на главу внука, его благословляли рукой сперва митрополит, а потом, приступая, архиепископ (НГ архиепископы) и епископы. Совершив это по чину, митрополит и великий князь приказывают внуку сесть с ними рядом и, помедлив немного, встают. Между тем дьякон начинает так называемую у них литанию (letania, Lethaney) 190: “Помилуй нас, господи”, именуя великого князя Иоанна; другой хор в свою очередь упоминает великого князя, внука Димитрия и иных по обычаю. По окончании литании митрополит молится: “О пресвятая владычице дево богородице”. После молитвы митрополит и великие князья садятся. Священник или дьякон указует на место, на котором читалось евангелие, и говорит громким голосом: “Многие лета великому князю Иоанну, благоверному, христолюбивому, богом избранному и богом превознесенному, великому князю Иоанну Васильевичу владимирскому, новгородскому и всея Руссии монарху, на многие лета”. После этого священники поют пред алтарем: “Великому князю многие лета”; точно так же на правом и на левом клиросе дьяконы поют: “Многие лета”. Наконец, дьякон снова громким голосом возглашает: “Многие лета великому князю Димитрию, благоверному, христолюбивому, богом избранному и превознесенному, великому князю Димитрию Иоанновичу владимирскому, новгородскому и всея Руссии, многие лета”. Священники у алтаря и на обоих клиросах опять громко поют: “Многие лета Димитрию”. По окончании сего митрополит, архиепископ, епископы и все собрание подходят по порядку к великим князьям и почтительно их поздравляют. Подходят и сыновья великого князя, кланяясь и поздравляя великого князя.

Обряды (institutiones, Unndterweisung), установленные после венчания великого князя

Митрополит Симон (Simon, Simeon) говорит: “Господине и сыне, великий княже Димитрий, по божественной воле дед твой, великий князь, оказал тебе милость, благословил тебя великим княжением, и ты господине и сыне, имей страх божий в сердце твоем, люби справедливость и праведный суд, слушайся деда твоего, великого князя, и всем сердцем заботься о всех православных. И мы благословляем тебя, господине сыне, и молим бога о твоем здравии”. Затем митрополит и великие князья встают и митрополит с молитвой благословляет крестом великого князя и его сыновей. Наконец по свершению литургии, т. е. священнослужения, великий князь-дед удаляется в свои покои, а Димитрий в княжеской шапке и бармах отправляется из храма Пресвятой девы в сопровождении большой толпы бояр и сыновей (НГ великого князя,) в церковь Михаила архангела, где в преддверии на помосте Георгий, сын великого князя Иоанна, [трижды] осыпает его золотыми деньгами (dengae): под деньгой разумеется род монеты 191. По входе его в церковь священники с молитвой в литании, согласно обычаю, благословляют его крестом, а также осеняют его крестным знамением у гробниц и памятников. Затем при выходе Димитрия из храма Георгий в дверях снова осыпает его золотыми деньгами. После этого Димитрий направляется прямо в церковь Благовещения Марии, где равным образом его благословляют священники и, как и ранее, Георгий осыпает его деньгами. По свершении этого Димитрий удаляется, наконец, к деду и матери. Это свершилось в 7006 году от сотворения мира, а от рождества Христова в 1497 [в четвертый день февраля месяца] 183.

192Присутствовали же при сем по приказу великого князя и с благословения митрополита Симона:

Тихон, архиепископ ростовский и ярославский, Нифонт (НГ епископ) суздальский (Susdaliensis, Susdal) и тарусский (Toruski), Вассиан, епископ тверской, епископы Протасий рязанский и муромский, Афраний коломенский (Columbnensis, zu Columna), Евфимий сарский (Sarki — так! — А. Н.) и подонский (Podonski).

Также много архимандритов и игумнов, среди которых наиболее значительны: Серапион (Serapian), игумен монастыря святой Троицы, блаженного Сергия, и Макарий, игумен монастыря святого Кирилла. Наконец, тут было великое собрание монахов и духовенства 192. За обедом, как бы в качестве дара, (Димитрию) был поднесен широкий пояс, сделанный из золота, серебра и драгоценных камней, которым его и опоясали 193. Вслед за тем ему предложены были переяславские сельги (selgi Pereaslawski), т. е. рыбки из Переяславского озера, несколько напоминающие сельдь, по имени которой они и называются. Подносят же этот род рыбы, как полагают, потому, что Переяславль (Pereaslaw) никогда не отделялся от Московии и монархии 194.

Бармы (Barmai) представляют собой своего рода широкое ошейное украшение (torques, Stolln) из грубого шелка; сверху оно нарядно отделано золотом и всякого рода драгоценными камнями. Владимир (НГ Мономах) отнял их у некоего побежденного им генуэзца, начальника Каффы 195.

Шляпа на их языке называется schapka; ее носил Владимир Мономах и оставил ее, украшенную драгоценными камнями и нарядно убранную золотыми бляшками, которые колыхались, извиваясь [83] змейками (quasi quaedam spirulae) (НГ будучи подвешены на золотых проволочках). Доселе я говорил о государе, который владеет большей частью Руссии.

Остальными частями Руссии 196 ныне владеет Сигизмунд, король польский, великий князь литовский. Но раз речь зашла о польских королях, которые ведут свой род от литовцев, то мне кажется необходимым добавить кое-что об их родословной.

Во главе Великого княжества Литовского некогда стоял государь Витенен (Witenen) 197; по свидетельству польских летописей (annales, Chronickh), его убил собственный слуга Гедимин (Gedemin) 198, завладев затем и (НГ великим) княжением, и женой его. От этой последней в числе многих других он имел двух выдающихся сыновей — Ольгерда (Olgird) 199 и Кестуда (Kestud) 200. От Кестуда родились Витольд, которого иначе называют Витовтом (Witowdus), и Анна, супруга Януша (Janusius), герцога мазовецкого.

Витольд оставил единственную дочь Анастасию, которая была выдана замуж за (НГ великого) князя московского Василия [и названа Софьей]. От нее родился Василий (НГ Слепой), отец упомянутого великого (НГ князя) Иоанна и дед Василия, русского государя, к которому я был отправлен послом.

Далее, Кестуд, ввергнутый в темницу братом Ольгердом, погиб жалкой смертью, а Витольд, названный в крещении Александром, умер в 1430 году; в Литве не было мужа, более великого 201.

От сына Гедимина Ольгерда и его жены Марии, княжны (princeps, Fuerstin) тверской и христианки 202, в числе других сыновей родился Ягайло (Iagelo) 203. Движимый честолюбием, он стал домогаться не только королевства польского, но и самой Ядвиги (Hedwigis) (НГ дочери Людвига, короля венгерского и польского), которая стояла тогда во главе королевства, будучи коронована и просватана (НГ ее отцом) за герцога австрийского Вильгельма, с которым, с согласия родителей и вельмож обоих королевств (НГ в Хамбурге на Дунае (zu Hamburg an der Thuenaw)), даже сочеталась на ложе еще до брачных лет [по королевскому обычаю] 204. Итак, отправив в Польшу своих послов, Ягайло изъявил притязания на королевство и руку Ядвиги. Желая привлечь поляков на свою сторону и добиться брака, он обещал, между прочим, принять христианскую веру вместе со своими братьями, а также княжествами (ducatus, lannden) Литовским и Жемайтийским. Этими и иными обещаниями такого рода он склонил поляков на свою сторону, дабы под их влиянием Ядвига, даже против воли, нарушила первоначальный брачный договор и вышла за Ягайла. После этого сам Ягайло немедленно крестился, приняв имя Владислава, венчался на королевство и по свершению брака овладел рукой Ядвиги в 1386 году по рождестве Христовом. А когда немного спустя Ядвига умерла в первых родах, он женился на Анне, графине цельской (Celeiae, von Cili), от которой имел единственную дочь Ядвигу, просватанную за (НГ маркграфа) Фридриха-младшего бранденбургского. Он был женат также на некоей старухе (НГ из рода Пилецких (Piletzkhi), чем поляки были недовольны), а когда и она умерла, то женился на русской, Сонке (Sonca), дочери киевского князя Андрея Иоанновича, [84] которая впоследствии приняла римскую веру и названа была Софьей; от нее он имел сыновей Владислава и Казимира.

Владислав 205 наследовал отцовский престол и был венчан на королевство Венгерское, отстранив законного наследника Ладислава (Ladislaus), сына почившего (НГ австрийского герцога, венгерского и чешского) короля Альберта (-, Albrecht) 206, ибо Ладислав родился по смерти отца (НГ Альбрехт умер, оставив беременную супругу; но большинство венгров не желало дожидаться родов и послало послов к Владиславу в Польшу. Сын Альбрехта Ладислав родился прежде, чем послы прибыли к королю, о чем их и уведомили. Однако они настояли на своем и пригласили Владислава на престол. Тот явился в Венгрию, изгнал законного наследника и заключил мир с турками. Но, поддавшись на уговоры папы, порвал этот мир. За это, а также за то, что он лишил трона законного наследника, господь наказал его.) 207. Владислав погиб впоследствии, разбитый турками при озере Варне (НГ в 1444 году).

Корону польскую наследовал после брата Казимир 208, владевший тогда Великим княжеством Литовским; вероятно, увлеченный примером брата, он хотел отнять у родившегося после смерти отца Ладислава и королевство Чешское 209. Затем он женился на Елизавете, сестре этого Ладислава, короля венгерского и чешского; от этого брака у них были сыновья: Владислав, король венгерский и чешский, Иоанн Альберт, Александр, Сигизмунд (НГ все трое друг за другом), короли польские, Фридрих, кардинал, и Казимир (НГ воевавший с братом за венгерский престол, а затем), причисленный к лику святых (НГ он покоится в Вильне).

(НГ Владислав, сын Казимира, король венгерский и чешский, женился на Анне из французского рода de Foxis unnd Candala, от которой) У Владислава были сын Людовик 210 и дочь Анна. Людовик (НГ при жизни отца) унаследовал королевскую власть (НГ в Венгрии и Чехии); он женился на Марии, дочери Филиппа 211, короля кастильского и эрцгерцога австрийского, и погиб, разбитый турками при Могаче в 1526 году (НГ 29 августа).

Анна вышла замуж за Фердинанда, короля римского, венгерского и чешского и эрцгерцога австрийского; произведя на свет четырех сыновей и одиннадцать дочерей, она умерла в родах в Праге в 1547 году по рождестве Христовом.

Иоанн Альберт умер холостым.

Александр женился на Елене, дочери Иоанна, великого князя московского, но умер бездетным.

У Сигизмунда от первой супруги Барбары, дочери Стефана, графа спишского, родилась Ядвига, супруга Иоахима, курфюрста бранденбургского, а от второй, Боны, дочери Иоанна Сфорца, герцога миланского и барийского — Сигизмунд второй, король польский, великий князь литовский; он женился 6 мая 1543 года на Елизавете, дочери Фердинанда, короля римского, венгерского, чешского и проч., но (НГ с ней обходились весьма нелюбезно и) она преждевременно скончалась, не оставив потомства, 15 июня 1545 года.

Затем он женился на Барбаре из дома Радзивиллов (Radavili), которая ранее была замужем за литовцем Гаштольдом. Родители Сигизмунда были против этого брака, да и подданные его пришли в такое негодование, что начавшееся уже было их восстание разразилось бы гибельным мятежом, если бы король Фердинанд пожелал отомстить за обиды, причиненные его дочери, а не предавать их забвению. По смерти же Барбары этот Сигизмунд, стремясь возобновить союз и родство с Фердинандом, сочетался браком с родной сестрой Елизаветы Катариной, вдовой Франциска, герцога мантуанского. Бракосочетание было отпраздновано в Кракове 31 июля 1553 года. Обеих сестер я сопровождал к жениху в звании гофмейстера (magister seu praefectus curiae, Hoffmaister).

У Земовита, герцога мазовецкого, от (НГ дочери Ольгерда) сестры Ягайла Александры было много сыновей и дочерей. Сыновья умерли бездетными. Из дочерей Чимбурга (Czimburgis, Cimburg) вышла замуж за Эрнста, герцога австрийского; от него родился Фридрих (НГ III), император римский 212, отец императора Максимилиана. От Максимилиана родился Филипп, [85] король Испании; от Филиппа — римские императоры Карл V и Фердинанд.

Овка (НГ дочь Земовита мазовецкого) была выдана за Болеслава, герцога цешинского (Thesinensis, zu Teschn).

Амулия (НГ ее сестра) вышла замуж за Богуслава [герцога штольпенского (Stolpensium)], который ныне именуется герцогом померанским.

Анна же вышла замуж за (НГ великого) князя литовского Михаила, Катарина умерла в безбрачии.

Далее, если кто-нибудь захотел бы по порядку перечислить братьев и внуков Ольгерда и Ягайла, а также детей от дочерей последнего, и затем поколение Кестуда, Казимира и других королей, то нашел бы, что это многочисленное потомство разрослось до бесконечности. Однако как бы быстро оно ни размножилось, ныне представителем его мужского поколения является только сын покойного короля польского король польский Сигизмунд II (НГ который все еще не имеет наследника, хотя ему уже более тридцати лет.

Король Зигмунд имел от Боны четырех дочерей. Старшая из них Изабелла вышла замуж за Иоанна, графа спишского 213, который по смерти короля Людвига вторгся в Венгрию и стал таким образом королем одной из частей (венгерской) державы 214. У них родился Иоанн Зигмунд, которому по договору с его отцом было дано герцогство Опольское (Oppln), с тем, чтобы он уступил Венгрию 215.).

А раз нам пришлось упомянуть о потомстве Гедимина и о королях из этого рода, то нелишним кажется прибавить здесь и рассказ о событиях, случившихся в правление Владислава, короля венгерского и чешского, и его брата Сигизмунда, короля польского, сыновей Казимира.

Когда Владислав с согласия римского императора Максимилиана, удержавшего за собой право наследования, завладел королевством Венгерским 216, у него уже под старость оставалась одна только дочь (НГ Владислав по смерти короля Иржи (Jursickh) 217 был избран королем чешским, а после смерти короля Матьяша и королем венгерским. Хотя император Максимилиан на основе заключенных с Венгрией договоров имел все права на это королевство, поскольку Матьяш не оставил прямых наследников, он все же уступил Владиславу на том, однако, условии, что королевство отойдет к его сыновьям, если у Владислава не будет мужского потомства. Этот договор со светской и духовной знатью был, как положено, скреплен клятвой. Владислав обещал жениться на бесплодной вдове Матьяша Беатрисе, с помощью и по совету которой он и был избран королем, но не исполнил своего обещания и взял себе жену из французского рода Candale unnd Foux, от которой у него была дочь Анна.). Тогда Максимилиан, желая закрепить право наследования каким-нибудь более тесным союзом, начал с Владиславом переговоры о браке между одним из его внуков, детей его сына Филиппа, короля Испании, и дочерью Владислава Анной. Но брака с Анной страстно добивался Иоанн Запольяи (Zapolitanus), сын Стефана, графа спишского, пользовавшийся большим влиянием на короля Матвея и даже на самого Владислава. Иоанну активно помогала его мать-вдова (А урожденная герцогиня цешинская (von Teschen), женщина ловкая (sinreich)), которая подарками и ежегодной раздачей жалованья, что на их языке называется Iargalass (А Artgolasch), добилась того, что вся знать в графствах и областях Венгрии была у ней в руках и готова на все. Поэтому она ничуть не сомневалась, что с их помощью при голосовании устроит этот брак для сына, а тем самым доставит ему и королевскую корону. Ухищрениям этой женщины весьма помог брак ее дочери (НГ Барбары), сестры Иоанна, с Сигизмундом, королем польским. Видя это, Максимилиан понял, что ему надо тем более настаивать на задуманном браке его внука с [86] Анной. Когда же он узнал наверняка, что и Владислав желает того же, но встречает противодействие со стороны партии, связанной с Иоанном Запольяи, Максимилиан решился добыть Венгрию оружием (НГ и в 1506 году двинулся на Прессбург 218). В этой войне я сделал первые шаги на ратном поприще. Но так как, по счастью, среди грохота этой войны у Владислава родился сын Людовик, то сперва было заключено перемирие, а потом и более прочный мир, в результате которого (НГ в 1515 году) Владислав с коронованным уже сыном и дочерью, а также брат Владислава король польский Сигизмунд приехали в Вену к Максимилиану; здесь Анна была обручена (НГ с императором, коль скоро из упомянутых его внуков ее не взял бы никто, Людвигу же дали в супруги Марию, дочь короля Филиппа, сына императора; А Король Людвиг должен был взять в супруги внучку императора королеву Марию, а дочь короля Владислава Анна — выйти замуж за (одного из) внуков императора: Карла или Фердинанда или же за самого императора. (Анна) была торжественно обручена с императором вместо одного из его внуков в соборе св. Стефана, ибо, как о том говорилось на упомянутой встрече (в Прессбурге), если никто из них не возьмет ее, то на ней должен будет жениться император 219. Там же император обещал королю польскому послать свое посольство к великому князю в Москву для переговоров о мире.). Таким образом прекратились всякая вражда и подозрения, поддерживавшиеся честолюбием Иоанна Запольяи; после чего названные государи заключили между собой вечный союз. Король же Сигизмунд (НГ был на подозрении у императора, ибо считалось, что он помогает своему шурину. Однако он) успел тогда настолько оправдаться перед императором Максимилианом и так понравился ему, что этот последний сказал раз в моем присутствии, что готов пойти с этим королем, куда бы тот ни отправился: и в рай, и в ад. О Людовике в народе говорили, что он преждевременно родился, преждевременно сочетался браком и возмужал, даже и королем стал преждевременно, и смертью погиб преждевременной. К этому можно добавить, что смерть его была для Венгерского королевства и всех его соседей столь же преждевременной, сколь и горестной 220. Пусть Людовик не преследовал никаких великих замыслов, однако, как известно, намерения его по отношению к отечеству и своим подданным были самые лучшие, он был весьма расположен к ним и изыскивал способы к их охранению (НГ дает здесь некоторые подробности конфликта и войны между Венгрией и Портой, здесь опущенные, так как они повторены в конце книги. — Примеч. пер.). Так, когда этот юноша узнал, что после взятия Белграда (Belgradum, Khriechischweissenburg) 221 Сулейман замышляет против него новый ужасный поход, то послал своего гофмейстера, поляка по прозвищу Трепка (Тrерса) 222, к дяде своему, королю Сигизмунду, с тем чтобы всячески просить и умолять его, чтобы тот не счел за труд приблизиться к границам его королевства и свидеться с ним для выработки плана действий. А когда Сигизмунд наотрез отказался, то Трепка, говорят, со слезами произнес: “Король, ты никогда больше не увидишь своего племянника и ни одно его посольство не явится к тебе более”. Так и вышло. Король Сигизмунд под предлогом религиозных дел отъехал далеко от границ Венгрии в Пруссию, к Гданьску (Gedanum, Dantzkha), а племянник его вместе с упомянутым Трепкой погиб в том несчастнейшем сражении 222, которое по месту его именуется Могачским. А теперь я возвращаюсь к московитам. После размышлений и совещаний насчет своей женитьбы Василий Иоаннович решил в конце концов сочетаться лучше с дочерью кого-нибудь из своих подданных, чем с иностранкой, отчасти имея в виду избежать чрезвычайных расходов, отчасти не желая иметь супругу, воспитанную в чужеземных обычаях и в иной вере. Такой совет подал государю его казнохранитель (thesaurarius, Schatzmaister) [87] и главный советник (НГ грек) Георгий [по прозвищу Малый (Parvus)] 223. Он рассчитывал, что государь возьмет в супруги его дочь. Но в итоге по общему совету были собраны дочери бояр, числом тысяча пятьсот, чтобы государь мог выбрать из них ту, которую пожелает. Произведя смотрины, государь, вопреки ожиданиям Георгия, выбрал себе в супруги Саломею (Salomea), дочь [боярина] Иоанна Сабурова (Sapur). Но затем, так как у него в течение двадцати одного года не было от нее детей, рассерженный бесплодием супруги, он в тот самый год, когда мы прибыли в Москву, т. е. в 1526 году (А в январе), заточил ее в некий монастырь в Суздальском княжестве 224. В монастыре, несмотря на ее слезы и рыдания, митрополит сперва обрезал ей волосы, а затем подал монашеский кукуль, но она не только не дала возложить его на себя, а схватила его, бросила на землю и растоптала ногами. Возмущенный этим недостойным поступком Иоанн Шигона (Schigona) 225, один из первых советников, не только выразил ей резкое порицание, но и ударил ее плеткой, прибавив: “Неужели ты дерзаешь противиться воле государя? Неужели медлишь исполнить его веление?” Тогда Саломея спросила его, по чьему приказу он бьет ее. Тот ответил: “По приказу государя”. После этого она, упав духом, громко заявила перед всеми, что надевает кукуль против воли и по принуждению и призывает бога в мстители столь великой обиды, нанесенной ей. Заточив Саломею в монастырь, государь женился на Елене 226, дочери [князя (knes)] Василия Глинского Слепого, в то время уже покойного, бывшего братом герцога Михаила Глинского, который тогда был в заточении. Вдруг возникла молва, что Саломея беременна и скоро разрешится. Этот слух подтвердили две почтенные женщины, супруги первых советников, казнохранителя [Георгия Малого] и [постельничего] Якова Мазура (Mazur) 227, и уверяли, что они слышали из уст самой Саломеи признание в том, будто она беременна и вскоре родит. Услышав это, государь сильно разгневался и удалил от себя обеих женщин, а одну, супругу Георгия, даже побил за то, что она своевременно не донесла ему об этом. Затем, желая узнать дело с достоверностью, он послал в монастырь, где содержалась Саломея, советника Федора (НГ т. е. (по-немецки) Дитриха) Рака (?) (Rack, Kackh — так! — А. Н.) и некоего секретаря Потата (?) (Potat) 228, поручив им тщательно расследовать правдивость этого слуха. Во время нашего тогдашнего пребывания в Московии некоторые клятвенно утверждали, что Саломея родила сына по имени Георгий, но никому не пожелала показать ребенка. Мало того, когда к ней были присланы некие лица для расследования истины, она, говорят, ответила им, что они недостойны видеть ребенка, а когда он облечется в величие свое, то отомстит за обиду матери. Некоторые же упорно отрицали, что она родила. Итак, молва гласит об этом происшествии двояко.

Как я узнал, беря себе в жены дочь бежавшего из Литвы Василия Глинского, государь помимо надежды иметь от нее детей руководствовался двумя соображениями: во-первых, тесть его вел свой род от семейства Петрович (Petrowitz), которое пользовалось в Венгрии некогда громкой славой и исповедовало греческую веру 229; во-вторых, дети государевы в таком случае имели бы дядей Михаила Глинского, мужа исключительно удачливого и редкой опытности. Ведь у государя были еще двое родных братьев, Георгий и Андрей, а потому он полагал, что если у него родятся от какой-нибудь иной супруги дети, то [88] при жизни его братьев они не смогут безопасно править государством (НГ они не будут допущены к правлению дядьями, которые (могут) счесть их незаконными.). Вместе с тем он не сомневался, что если он вернет свою милость Михаилу и дарует ему свободу, то родившиеся от Елены дети его под охраной дяди будут жить гораздо спокойнее 230. Переговоры об освобождении Михаила велись в нашем присутствии; мало того, нам довелось видеть, как с него сняли оковы и поместили с почетом под домашний арест (liberae custodiae), а затем даровали и полную свободу (НГ он был освобожден, и к нему приставлено множество слуг, больше с тем, чтобы присматривать за ним и стеречь его, нежели чтобы служить ему.). Он был [поименован в числе прочих князей (knesi)] в завещании государя [и сверх того] назначен опекуном своих племянников Иоанна и Георгия 231. Но впоследствии, видя, что сразу по смерти государя вдова его стала позорить царское ложе с неким [боярином] по прозвищу Овчина (Owczina) 232, заключила в оковы братьев мужа, сурово обращается с ними и вообще правит слишком жестоко, Михаил исключительно по прямодушию своему и долгу чести неоднократно наставлял ее жить честно и целомудренно; она же отнеслась к его наставлениям с таким негодованием и нетерпимостью, что вскоре стала подумывать, как бы погубить его. Предлог был найден: как говорят, Михаил через некоторое время был обвинен в измене (НГ намерении предать детей (наследников) и страну польскому королю), снова ввергнут в темницу и погиб жалкой смертью; [по слухам, и вдова немного спустя была умерщвлена ядом, а обольститель ее] Овчина был рассечен на куски. [После смерти матери царство унаследовал старший] ее сын Иоанн, родившийся в 1528 году (НГ правит по своем отце и, как говорят, крайне жестоко.) 233.

Религия

С самого начала и до сего дня русские пребывают в христианской вере греческого исповедания (НГ Все богослужение у них ведется на собственном языке. Проповедей у них нет; открытая исповедь (offen Beicht) и оглашение дней происходят публично у алтаря.). Их (НГ общий) митрополит (НГ — так они называют своего верховного священника —) имел некогда местопребывание в Киеве, потом во Владимире, а ныне — в Москве 234. Первоначально митрополиты каждые семь лет посещали Руссию, подчиненную власти литовцев, и, собрав деньги, возвращались. Но Витольд не пожелал допускать, чтобы его земли подвергались денежному истощению. Поэтому, созвав епископов, он поставил особого митрополита, который (НГ поначалу сидел в Минске (Miensco), а) ныне имеет местопребывание в Вильне, столице Литвы, которая хотя и следует римскому исповеданию, однако в ней заметно больше храмов русского, чем римского обряда 235. Но и русские митрополиты (НГ как и литовские) получают поставление от патриарха константинопольского 236.

Русские открыто похваляются в своих летописях, что ранее Владимира и Ольги земля русская получила крещение и благословение от апостола Христова Андрея, который, по их свидетельству, прибыл из Греции к устьям Борисфена, приплыл вверх по реке к горам, где ныне находится Киев, и там благословил и крестил всю землю. Он воздвиг там свой крест и предсказал, что на том месте будет великая благодать божья и много христианских церквей. Затем оттуда он добрался до самых истоков Борисфена к большому озеру Волок (Wolok) и по реке Ловати (Lowat) спустился в озеро Ильмень, оттуда по реке [89] Волхову (Wolchow), которая течет из этого озера, прибыл в Новгород; отсюда по той же реке он достиг Ладожского озера (Ladoga) и реки Невы (Heva, Neva), а затем моря, которое они именуют Варяжским, а мы — Немецким, и, проплыв между Финляндией (Winlandia) и Ливонией, добрался до Рима. Наконец, в Пелопоннесе он был распят за Христа Агом Антипатром. Так гласят их летописи 237.

Некогда митрополиты, равно как и архиепископы, избирались на соборе всех архиепископов, епископов, архимандритов и игумнов монастырей. Изыскивали по монастырям и пустыням мужа наиболее святой жизни и избирали его. [Нынешний же государь, как говорят, обыкновенно призывает к себе определенных лиц и из их числа выбирает одного по своему усмотрению.] В то время как я исполнял свои обязанности посла цесаря Максимилиана в Московии, митрополитом был Варфоломей 238, муж святой жизни. Когда государь нарушил клятву, данную им и митрополитом герцогу Шемячичу (НГ взяв этого последнего под стражу), а также совершил и другое, ущемлявшее, по-видимому, власть митрополита, то этот последний явился к государю и сказал ему: “Раз ты присвояешь всю власть себе, я не могу отправлять своей должности”. При этом он протянул ему посох, наподобие креста, который нес с собой, и отказался от своей должности. Государь немедленно принял и посох, и отказ от должности и, заковав несчастного в цепи, тотчас отправил его на Белоозеро. Говорят, он находился там некоторое время в оковах, но впоследствии был освобожден и провел остаток своих дней в монастыре простым монахом 239. Преемником его на митрополии (НГ по указу великого князя) стал некто Даниил, около тридцати лет от роду 240, человек крепкого и тучного сложения, с красным лицом. Не желая казаться преданным более чреву, нежели постам, бдениям и молитвам, он перед отправлением торжественных богослужений всякий раз (НГ используя особые для того инструменты) окуривал себе лицо серным дымом, чтобы придать ему бледности, и с такой поддельной бледностью он обычно и являлся народу.

Есть во владениях московита еще и два архиепископа: в Новгороде, [а именно] Магрице (Magrici) 241, и в Ростове, равно как и епископы: тверской, рязанский, смоленский, пермский, суздальский, коломенский, черниговский, сарский (Sari). Все они подчинены митрополиту московскому. У них есть определенные доходы от поместий (НГ хуторов (Mayrhoefen), какие в иных странах называют фольварками (fuerwerch)) и других чрезвычайных, по их словам, случаев. Замков же, городов или какого-нибудь мирского [как они выражаются] управления они не имеют 242. От мяса воздерживаются все время. Как я узнал, архимандритов [в Московии] только два 243, игумнов же в монастырях очень много; все они избираются по усмотрению самого государя, которому никто не дерзает противиться.

О (НГ прежнем) способе избрания игумнов свидетельствует грамота некоего Варлаама, поставленного в 7034 году игумном Хутынским (Hutteniensis) 244. Я выписал из нее только самое существенное. Прежде всего братия какого-либо монастыря бьет челом великому князю, чтобы он выбрал достойного игумна, могущего наставить их в божественном учении. Прежде чем избранник будет утвержден государем, он должен обязать себя письменной клятвой, что намерен жить в этом монастыре свято и благочестиво, по правилам святых отцов; будет исполнять свои обязанности по обычаю предков и советуясь со старейшей братией; к каждой должности будет приставлять людей верных и [90] усердно будет печься о пользе монастыря; обо всех делах и обстоятельствах будет советоваться с тремя или четырьмя старцами, а по таком обсуждении будет передавать дело всему собору братии и с их общего приговора выносить свое решение и постановление; он не будет жить роскошнее прочих, но будет постоянно трапезовать за одним столом с братией и вкушать одинаковую с ней пищу; будет старательно собирать все годовые прибытки и доходы и без утайки откладывать их в монастырскую казну. Это он обещает соблюдать под страхом великого наказания, которое может наложить на него государь, а также лишения должности. И сами старейшие из братии также обязывают себя клятвой, что будут соблюдать все вышесказанное и будут верно и со всяким тщанием повиноваться поставленному игумну.

В белые священники (sacerdotes seculares, Briester in gemain) 245 посвящают по большей части тех, кто долго служил при церквах в сане дьякона. В дьяконы же посвящают только состоящих в супружестве, поэтому-то и празднование свадьбы, и поставление в сан дьякона обычно устраиваются вместе. Если же про невесту какого-нибудь дьякона идет дурная слава, то его не посвящают в сан, если он не возьмет себе жену безупречного поведения. По смерти жены священник отрешается от исполнения служения (НГ и может жить по желанию в миру, жениться вторично и заниматься любым ремеслом), если же он живет целомудренно, то может наряду с прочими церковнослужителями принимать участие в обеднях и других богослужениях, будучи своего рода служителем при алтаре (choro tanquam minister) (НГ и заходить в алтарь (in den Chor zu gehen)). Правда, раньше было в обычае, что вдовцы, живущие целомудренно, могли без всяких нареканий отправлять богослужение. Но теперь укоренился обычай, что никто из вдовцов не допускается к совершению священнослужения, если он не поступит в какой-нибудь монастырь и не будет там жить по уставу 246.

Всякий вдовый священник, вступающий во второй брак, что ни для кого не заказано, исключается из клира; точно так же ни один священник не может ни отправлять священнослужения, ни крестить, ни исполнять какой иной требы иначе, как в присутствии дьякона (НГ Священник никогда не производит богослужения без иконы. Так же в своих молитвах поступают и миряне.).

Священники занимают в церквах первое место. Всякий из них, погрешивший каким-либо образом против религии или священнической должности, подлежит духовному суду. Если же его обвиняют в краже или пьянстве или если он впадает в какой-нибудь иной порок такого рода, то подвергается каре суда мирского, как они выражаются. Мы видели, как в Москве пьяных священников всенародно подвергали бичеванию; при этом они жаловались только на то, что их бьют рабы, а не боярин 247.

Несколько лет назад один наместник государев велел повесить священника, уличенного в краже. Митрополит пришел по этому поводу в негодование и доложил дело государю. Призвали наместника, в он ответил государю, что по древнему отечественному обычаю он повесил вора, а не священника. И после этого наместника отпустили безнаказанным.

Если священник жалуется перед мирским судьей, что его побил какой-нибудь мирянин, — ибо всякого рода оскорбления и обиды подлежат мирскому суду, — то судья наказует священника в случае, если узнает, что он задел мирянина или первый нанес ему какую-либо обиду. [91]

Священники содержатся обычно на взносы прихожан, им назначаются маленькие домики с полями [и лугами], от которых они, как и их соседи, снискивают себе пропитание или собственноручно, или при помощи слуг. Приношения им весьма скудны. Иногда церковные деньги отдаются в рост, по десяти со ста, и этот рост предоставляется священнику, чтобы не быть вынужденными кормить его на свой счет 248. Некоторые существуют также на пожертвования государей. Во всяком случае, за исключением епископств и некоторых монастырей, немного найдется приходов, обеспеченных поместьями (-, Raent) и владениями 249. Никакой приход или священствование не поручается никому, кроме как священнику. В каждом храме есть только один алтарь 250, и, по их мнению, каждый день можно отправлять только одно богослужение. Храмы без священника крайне редки; священник обязан совершать богослужение только три раза в неделю.

Одеяние у них почти такое же, как и у мирян, за исключением небольшой круглой шапочки, которой они прикрывают выбритое место 251, надевая поверх большую шляпу против солнца и дождя; или они носят продолговатую шляпу из бобрового меха серого цвета. У всех у них есть палки, на которые они опираются; эти палки называются посохами (possoch) 252.

Как мы сказали, во главе монастырей стоят аббаты и приоры 253, из которых первые величаются у них архимандритами (archimandrit), а вторые — игумнами (igumen). Они имеют весьма суровые законы и уставы, которые, впрочем, постепенно смягчаются и подвергаются забвению. Они не смеют позволить себе никаких увеселений. У кого будет найдена цитра (cithara) или другой музыкальный инструмент, того подвергают весьма тяжкому наказанию. Мяса они не едят никогда. Все повинуются не только распоряжениям государя, но и любому боярину, посылаемому от государя (НГ Когда, путешествуя по Волге, я высадился на берег у монастыря св. Илии). Я был свидетелем, как мой пристав 254 требовал что-то от одного игумна, тот не дал немедленно, и пристав пригрозил ему побоями. Услышав такое, игумен тотчас же принес требуемое. Очень многие удаляются из монастырей в пустынь (heremum, waelder) и строят там хижины, в которых селятся или по одному, или с товарищами. Пропитание себе они добывают от земли или деревьев, т. е. корни и древесные плоды. А называются они столпниками (stolpniki) 255. Stolp означает то же, что “колонна”; они поддерживают столбами свои узкие, вытянутые в высоту домики.

Хотя митрополиты, епископы и архиепископы никогда не едят мяса, но если они приглашают гостей-мирян или священников в ту пору, когда (тем) можно вкушать мясо, то они пользуются той льготой, что подают им за своим обедом мясо, а архимандритам и игумнам это запрещено (НГ Двоих вышеупомянутых митрополитов я дважды наблюдал в торжественном облачении во время службы в Москве на успение богоматери. Их митры (Heubl) не так высоки (gupfet), как обычные колпаки, а внизу шириной в два мизинца оторочены горностаем, над которым укреплено несколько маленьких иконок; по цвету они были, насколько я помню, красные.).

Их архиепископы, епископы и архимандриты носят черные круглые клобуки (mitrae, huetl oder infel), один только епископ новгородский носит, согласно нашим обычаям, клобук белый [и двурогий] (НГ Торжественного облачения епископов и архиепископов я не видел.) 256.

Повседневное одеяние епископов такое же, как и у остальных монахов, за исключением того, что они носят иногда одеяния из шелка, и в особенности черную мантию (pallium, Mantl), которая со стороны [92] груди имеет по обоим бокам три белые каймы, извивающиеся наподобие текущего ручья, в знак того, что из сердца и уст их текут ручьи учения веры и благих примеров. Они ходят с палкой наподобие креста, на которую опираются и которая на их языке именуется “посох”. Епископ новгородский носит белую мантию. Епископы заняты только отправлением богослужений и благочестивым охранением и распространением религии, управление имуществом и другими общественными делами они поручают служителям (officiales, Ambtleut).

В их святцах есть несколько римских пап, которые почитаются в числе святых 257; других же, которые жили после знаменитого раскола 258, они проклинают за то, что те отступили от правил апостолов, святых отец и семи соборов, и называют их еретиками и раскольниками, ненавидя их более, чем даже магометан. Именно они говорят, что на седьмом вселенском соборе было решено, чтобы то, что было постановлено и определено на предшествующих, считалось и впредь неколебимым и непреложным, и никому впоследствии нельзя ни назначать другого собора, ни являться на него под угрозой анафемы [это они соблюдают весьма строго]. Был один русский митрополит, который по настоянию папы Евгения явился на собор 259, где и были воссоединены церкви. По возвращении на родину он был схвачен, лишен всего имущества и ввергнут в темницу, откуда в конце концов бежал.

Что между нами и ними есть разница в вере, можно узнать из копии следующей грамоты, которую митрополит русский Иоанн послал к (папе или), как они говорят, к римскому архиепископу 260.

“Любезна мне слава твоя (decor tuum), блаженнейший господине и отче, достойнейший апостольского седалища и звания, что издалека взираешь на наше ничтожество и бедность и осеняешь нас крылами любви и с любовью приветствуешь нас, как своих, и вопрошаешь особенно о нашей вере, истинной и православной, о которой услышав, ты даже удивился, как донес нам епископ твоего блаженства. И так как ты — столь великий и благочестивый святитель, то я, бедный, приветствую тебя, чтя главу твою и целуя руки твои и рамена. Радуйся, и да осенит тебя всевышняя рука господня, и да дарует всемогущий господь тебе, духовным твоим и нам благоустроение. Не знаю, откуда пошли ереси (и уклонения) от истинного пути спасения и искупления, и не могу достаточно надивиться, кто из диаволов настолько зол и завистлив, настолько враждебен истине и такой противник взаимного благорасположения, что нашу братскую любовь отделил от всего христианского сообщества, утверждая, что мы-де нехристиане. Мы же поистине и с самого начала знаем вас за христиан по благословению божию, хотя вы и не во всем соблюдаете христианскую веру и во многом (с ней) разнитесь. Это я покажу от семи великих соборов, на которых установлена и вполне утверждена православная христианская вера и на которых, словно на семи столпах, воздвигла себе жилище премудрость божья. Кроме того, на этих семи соборах все папы были достойными седалища св. Петра, потому что мыслили заодно с нами. На первом соборе был папа Сильвестр, на втором Дамас, на третьем Целестин, на четвертом блаженнейший папа Лев, на пятом Вигилий, на шестом Оафаний, досточтимый муж, сведущий в священном писании, на седьмом св. папа Адриан, который первый прислал епископа Петра и архимандрита монастыря святого Саввы, отчего впоследствии пошли между нами раздоры, которые особенно распространились в древнем Риме (antiqua Rana, alte Rana — так! А. Н.). И подлинно, есть много дурного, что совершается вами вопреки божественным заповедям и уставам 261; об этом мы и напишем немного милости [93] твоей. Во-первых, о посте в субботу, соблюдаемом вопреки закону; во-вторых, о великом посте, у которого вы отсекаете неделю, едите мясо и ради мясоедства привлекаете к себе людей; далее, вы отвергаете священников, которые согласно закону берут себе жен; далее, тех, кто помазан при крещении пресвитерами 262, вы помазуете снова, говоря, что этого не подобает делать простым священникам, а одним только епископам; далее, о злосчастных опресноках 263, что явно указует на служение и богопочитание иудейское; и верх всех зол — вы стали изменять и извращать то, что утверждено святыми соборами, говоря о святом духе, что он исходит не только от отца, но и от сына, и многое другое очень важное, с чем твое блаженство должно было бы обратиться к патриарху константинопольскому, своему духовному брату, и приложить все старания к тому, чтобы наконец уничтожились эти заблуждения и чтобы мы стали единодушны в согласии духовном, как говорит святой Павел, поучая нас: “Молю вас, братия, во имя господа Иисуса Христа, да одинаково мыслите и говорите, и да не будет в вас распря, будете же в том же разуме утверждены и в том же помысле”. Об этих шести отступлениях мы написали вам, сколько могли, а потом и о другом напишем милости твоей. Ибо если дело обстоит так, как мы слышали, ты и сам с нами признаешь, что вами преступаются правила святых апостолов и установления семи вселенских соборов, на которых были все ваши первые патриархи и согласно говорили, что ваше слово суетно 263а. А что вы явно согрешаете, я изобличу сейчас открыто. Во-первых, о посте в субботу; вы знаете, что учили об этом святые апостолы, учение которых есть у вас, и в особенности блаженный папа Климент, первый после святого апостола Петра, пишет на основании постановлений апостольских, как стоит в правиле LXIV, говоря о субботе: “Если найдется церковник, который станет поститься в день воскресный или субботний, кроме великой субботы, тот да извергнется; если же это будет мирянин, то да будет лишен причастия и отлучен от церкви”. Второе — о посте, который вы извращаете. Есть ересь якобитов и армян, которые в святой великий пост едят молоко и яйца. Но какой истинный христианин дерзнет так делать и помышлять? Чти правила шестого вселенского собора 264, на котором ваш папа Оафаний запрещает это. Конечно, когда мы узнали, что в Армении и некоторых других местах едят в великий пост яйца и сыр, то тотчас приказали нашим, чтобы они воздерживались от такой пищи и от всякой жертвы демонской; если кто не воздержится от этого, да будет отлучен от церкви; если же священник — да будет отрешен от служения. Кроме того, есть третье величайшее заблуждение и прегрешение о супружестве священников, именно: вы отказываетесь принимать тело господне от тех, кто имеет жен, хотя святой собор, бывший в Гангре, пишет в четвертом правиле: “Кто уничижает священника, имеющего жену согласно с законом, и говорит, что из рук его не подобает принимать святые тайны, да будет проклят”. Равным образом собор постановил: “Всякий дьякон или священник, разводящийся со своей женой, да будет лишен сана”. Четвертое прегрешение — это помазание, т. е. конфирмация 265. Не говорилось ли везде на соборах: “Исповедую едино крещение во оставление грехов”? Итак, если крещение едино, то будет едино и помазание, и сила епископа — такая же, как и у священника. Пятое заблуждение об опресноках, и это заблуждение, как я покажу, есть начало и корень всей ереси. И хотя для этого надо было бы привлечь множество мест из писания, однако я сделаю это в другое время, а сейчас скажу только вот что: так как опресноки творятся иудеями в воспоминание их освобождения [94] и бегства из Египта, мы же сделались христианами сразу, никогда не работая на египтян, то нам повелено отринуть подобные иудейские постановления о субботе, опресноках и обрезании. И если кто последует чему-нибудь одному из этого, то, как говорит святой Павел, обязан исполнить и весь закон. Поэтому тот же апостол и говорит: “Братия, я приял от господа то, что и передал вам; ибо господь в ту ночь, в которую был предан, приял хлеб, благословил, освятил, преломил и дал святым ученикам, говоря: „Примите и ядите и проч."” Разбери то, что я говорю. Апостол не сказал: “Господь, прияв опресноки”, а “(прияв) хлеб”. А что в то время и опресноков не было, и пасха не совершалась, и господь не вкушал тогда пасхи иудейской, дабы дать опресноки апостолам, становится ясным из того, что иудейская пасха творится и вкушается стоя, чего не было на вечери Христовой, как гласит писание: “Когда возлежал он с двенадцатью” или: “И ученик возлег на грудь его на вечери”. Да и в его собственных словах: “Желанием возжелал есть сию пасху с вами” — он разумеет не иудейскую пасху, которую всегда ранее вкушал с ними. И когда он говорит: “Сие творите в мое воспоминание”, он не налагает на них обязанности свершать это так, как если бы это была пасха иудейская. И при словах: “Вот хлеб, который я даю вам”, — он дает им не опресноки, а хлеб; также и в обращении к Иуде: “Кому я дам хлеб, омокнув его в солило, тот предаст меня”. Если же вы скажете в оправдание, что справляете на опресноках, дабы не было в божественном ничего земного или смешения, то почему забыли вы о божестве и следуете обряду иудейскому, блуждая в ереси самого Юлиана, Магомета и Аполлинария Лаодикийского, и Павла Сирина Самосатского, и Евтихия, и Диастерия 266, и других извращеннейших еретиков, бывших на шестом соборе и исполненных духа диавольского? Наконец, шестое заблуждение о духе святом. Именно, как вы говорите: “Верую в бога отца, и сына, и святого духа, который исходит от отца и сына”? Поистине удивительно и страшно сказать, что вы дерзаете извращать веру, ибо изначала по всему миру во всех христианских церквах согласно поется: “Верую в духа святого и господа животворящего и от отца исходящего, который с отцом и сыном спокланяем и спрославляем”. Итак, почему вы не говорите, как и все другие христиане, но делаете прибавления и приводите новое учение? Меж тем апостол говорит: “Если кто будет благовествовать вам кроме того, что мы сказали, да будет проклят”. О если бы вы избежали этого проклятия! Трудно и страшно изменять и прелагать писание божие, сложенное святыми. Вам и неведомо, сколь велико это заблуждение. Ведь вы полагаете две власти, две воли и два начала в святом духе, низлагая и умаляя его честь и уподобляясь ереси Македония 267, чего да не будет. Молю, припадая к священным стопам твоим, отстань от подобных заблуждений, которые существуют среди вас, и всего более воздерживайся опресноков. Хотел я также написать что-нибудь об удавленных и нечистых животных и о монахах, едящих мясо, но об этом напишу, если богу будет угодно, впоследствии. Прости же меня по великой любви, что написал тебе об этом. А должно ли и далее делать то, что делается, вопроси писание и обретешь. Прошу тебя, господине, напиши к господину нашему патриарху константинопольскому и к святым митрополитам, которые имеют в себе слово жизни и, как светила, сияют в мире. Ибо, может статься, бог чрез них взыщет, исправит и восстановит от подобных заблуждений. Потом же, если тебе угодно будет, отпишешь и мне, наименьшему среди всех прочих. Приветствую тебя я, митрополит русский, и всех подвластных тебе клириков и [95] мирян. Приветствуют тебя также со мной святые епископы, монахи и цари, великие мужи. Благодать святого духа да будет с тобой и со всеми твоими. Аминь.”

Комментарии

183-183. Г. цитирует перевод древнерусского текста Чина поставления Дмитрия, внука Ивана III, на великое княжени§ владимирское, московское, новогородское. Торжество венчания Дмитрия великокняжеской “шапкой” (но не “шапкой Мономаха”) состоялось 4 февраля 1498 г. в кремлевском Успенском соборе, на соборной площади Кремля и в Архангельском и Благовещенском соборах (ПСРЛ. — Т. 4. — Ч. 1. — Вып. 2. — С. 530—531; Т. 6. — С. 241—242, 279; Т. 28. — С. 330—331). Русские списки Чина венчания сохранились в составе Уваровской, Софийской II — Львовской, Иоасафовской, Никоновской и Воскресенской летописей, а также в рукописных сборниках ГИМ. Чуд. 264, Синод. 675, Муз. 3726; ГПБ. Соф. 1454. Погод. 280 (Лурье Я. С. Идеологическая борьба. — С. 384—385; Зимин. 1982. — С. 297. Ср.: Барсов Е. В. Древнерусские памятники священного венчания царей на царство в связи с греческими их оригиналами // ЧОИДР. — 1883. — Кн. I. — Отд. I. — С. I—XXXV; С авва В. И. Московские цари и византийские василевсы. — Харьков, 1901. — С. 110—157).

Списки Чина поставления Дмитрия сохранили четыре различных редакции текста. Древнейшей редакцией считаем Пространную (Муз. 3276 и Погод. 280), созданную до 4 февраля 1498 г. Следующий этап истории Чина венчания отразился в Формулярной редакции (Синод. 675 и Соф. 1454), которую предположительно датируем временем после 1511 г., но не позднее 1518 г. На основании Формулярной редакции около 1518 г. была создана Летописная редакция Чина, где идеи этого памятника были дополнены легендой о дарах византийского императора Константина Мономаха русскому князю Вдадимиру Мономаху (“Мономахова шапка” — возможно, эта реалия “появилась под влиянием предварительной редакции “Сказания о князьях владимирских”). Примерно в то же время, вероятно в 10-х гг. XVI в., сложилась и особая Чудовская редакция Чина (Чуд. 264).

Сверка списков Чина поставления с переводом Г. показала, что Г. переводил с древнерусского оригинала, близкого Синод. 675 и Соф. 1454, т. е. перед ним лежал текст Формулярной редакции (текст Соф. 1454 опубл.: ЛЗАК 1864. — Спб., 1865. — Вып. 3. — Прил. — С. 7—12; текст Синод. 675 опубл.: Барсов Е. В. Древнерусские памятники. — С. 32—38; Публикация Чина по всем спискам: Русский феодальный архив XIV — первой трети XVI века. — М., 1987. — Ч. Ш. Приложение IV). Список Чина поставления, имевшийся в распоряжении Г., особенно близок Синод. 675: Г. не повторяет чтений Соф. 1454 (“в ту пору внуку говорить...” — пропуск дополнения Соф. 1454 “и приснодевицю Марию ~ Христу богу”; пропуск “...лаем отцю и сыну”), но следует Синод. 675 (“самодержцу”). Возможно, список Синод. 675 (где Чин вписан в пергаменный Служебник как будто в 20-х гг. XVI в.) или копия с него послужили источником текста Г. либо Г. переводил с протографа Формулярной редакции. А. П., И. А. Тихонюк.

Г. несколько переработал свой оригинал: он переставил местами предложения “кроме того ~ бармы” и “затем к назначенному ~ духовный собор”, сократил пояснение “на чем и святителей ставят”, пропустил дьяконскую молитву и пояснение “пакы пакы миром ~ преклоншу главу”, выбросил фразы “и потом бояре ~ и князь велики о полезных”, “божиим изволением ~ и всеа Руси”, “на память ~ Пилусиотцкаго”. Фрагменты чинопоследований Г. обобщенно называет “молебном” (вместо “достойно есть”, “пресвятое”, тропарей), вместо “октеньи” пишет “литания”, вместо “отпуста” — “молитва”, а также дает ряд пояснений: “то есть княжеские украшения”, “которого они ~ чудотворцем”, “покрытые ~ ширинкой”, “это он произносит потише”, “место, на котором читалось евангелие”, “дьякон”, “Симон”, “то есть священнослужение”, “под деньгой разумеется род монеты”, “а от рождества Христова в 1497” (неверно посчитано, должно быть: 1498), вместо “серебряных денег”, “золотых и серебряных денег” русского источника Г. пишет: “золотые деньги”. А. П., А. X.

184. Успенский собор Московского кремля.

185. Налой — аналой, подставка для богослужебных книг в церкви.

186. Шапка и бармы — символы великокняжеской, с 1547 г. — царской власти. Шапка, хранящаяся в Оружейной палате, — остроконечный головной убор с соболиной опушкой и драгоценными камнями, среднеазиатской работы XIV в. Бармы — оплечье с изображениями религиозного характера и драгоценными камнями. Они упоминаются во всех завещаниях московских князей, начиная с Калиты, который “шапку золотую” передал Семену Гордому, “коць” — плащ — Ивану, “скорлатное портище сажено с бармами” — Андрею (ДДГ. — № 2. — С. 8, а также с. 16, 18, 36 и др.; Воронин Н. Н. Археологические заметки // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. — М., 1956. — Вып. 62. — С. 17—32). Бармы вернулись старшему среди московских князей после 1456 г., и Василий II благословил Ивана III крестами, шапкой, “бармой” и сердоличной коробкой, которой придавалось большое значение в “Сказании о князьях владимирских” (ПСРЛ. — Т. 4. — Ч. I. — Вып. 2. — С. 497). Умолчал о них лишь Иван III, поскольку регалии с 1498 г. принадлежали Дмитрию-внуку (Там же. — С. 531), а власть получил Василий III. В завещании последнего значится: “Ивана благословляю царством руским, шапкою мономаховскою, я всем чином царским, что прислал прародителю нашему, царю и великому князю Владимеру Мономаху царь Константин Мономах из Царяграда” (ДДГ. — С. 432).

Слово “бармы” возводят к древнескандинавскому barm, шведскому bram или средневерхненемецкому brem (край), что, по М. Фасмеру, сомнительно. В русский, по А. В. Исаченко, проникло из польского brama — женское украшение на ногах, руках или голове (Исаченко II. — С. 496), что мало вероятно: в русском известно с первой трети XIV в., в польском — с 1493 г., хотя и в том и в другом имеет вторичное значение.

187. Петр — московский митрополит (1308—1326), канонизирован в 1339 г. Игумен одного из монастырей под Львовой, был по предложению галицкого князя Юрия Львовича поставлен в митрополиты, местопребыванием которых был Владимир, пользовался поддержкой московского князя Ивана Калиты, похоронен в специально перестроенном для этого Успенском соборе.

188. В латинском тексте, возможно, опечатка (в подчеркнутых словах): demonstra illi salvum conservatorem, т. е. яви ему истого хранителя, вместо demonstra illum, т. е. яви его истым хранителем. Затем ошибка перешла и в немецкий перевод: ertzaig ime den saeligen behalter der gepott. A. H.

189. Ширинка — церковная пелена (Срезневский. — Т. III. — С. 1594, впервые в 1551 г.), кусок ткани, отрезанный вместе с каймой (Даль. — Т. IV. — С. 634), ручник, полотенце. Новобрачные жертвовали на церковь полотенце, используемое во время обряда венчания, раздавали ширинки в качестве подарков. Г. называет ширинку шелковой тканью, по-видимому, со слов свидетеля венчания Дмитрия-внука: в Чине венчания этот термин упоминается в формулярной редакции (Син. 675, л. 193 об.).

190. Литания — краткая молитва в католическом богослужении, которая читается и поется преимущественно во время церковных процессий. Литании восходят к литургической традиции V в. Прототипом для них послужили псалмы 118, 138. Известны литании святых (большая и малая), лоретская литания, литания имени Иисусова, литания сердца Иисусова. Литании западной церкви имеют некоторое сходство с ектениями, акафистами, молебными канонами и особенно с литиями (усердными молениями) восточной церкви. Основываясь на этом сходстве, Г. называет литию русского оригинала Чина венчания литанией (см.: Серединский Т. О богослужении западной церкви. Статья 4. — Спб., 1856. — С. 33—36; Никольский К. Пособие к изучению устава богослужения православной церкви. Изд. 5-е. — Спб., 1894. — С. 229). А. П.

191. Сочетание прилагательного “золотой” и существительного “деньга”, транслитерированного на латынь, убеждает в том, что Г. писал о золотых, изготовленных на Руси, — подражаниях венгерскому золотому. В датировке его мнения историков расходятся — от 60-х годов XV в. (В. М. Потин) до конца 80-х XV в. (Попов Г. В. Культурно-художественные связи России с Венгрией в конце XV в. // Советско-венгерские связи в художественной культуре. — М., 1975. — С. 197—198).

192-192. В Чине поставления названы присутствовавшие на церемонии церковные иерархи: ростовский архиепископ Тихон Малышкин (1489—1503), суздальский епископ Нифонт (1484—1508), тверской епископ Вассиан Стрига Оболенский (1477—1508), рязанский епископ Протасий (1496—1520), коломенский епископ Авраамий (у Г. неверно: Афраний, 1490—1501), сарский и подонский епископ Евфимий Подрез (1496— 1499), троицкий игумен Серапион (1495—1506) и кирилло-белозерский игумен Макарий (1495—1506). Судя по спискам Муз. 3726 и Погод. 280, в состав Освященного собора, присутствовавшего при венчании Дмитрия, входили также архимандриты Владимирского Рождественского монастыря Тихон Басарга (1498—1500), московских монастырей: Новоспасского — Афанасий Щедрый (1491—1506), Чудовского — Феогност (после 1488—1507 гг.), Симонова — Феогност Завельский (1494—1499) и Андроникова — Антоний (?—1504?). По окончании коронационных торжеств “послал князь великий объявляти, что благословил внука своего великаго князя Дмитрея великим княженьем„ на Рязань и во Псков и в Новгород Великий ко архиепископу и к наместником послал грамоты. А в Казань ко царю к Абдыл Летифу (о нем см. коммент. 613) от великого князя Дмитрея со князем Васильем Ноздреватым приказано челом биет” (ТИМ. — Муз. 3726. — Л. 44 об.). И. А. Тихонюк.

193. Сообщение Г. подтверждается летописями, отражающими великокняжеский свод 1500 г. (ПСРЛ. — Т. 4. — Ч. 1. — Вып. 2. — С. 531; Т. 6.—С. 279; Клосс Б.М. Вологодско-пермские летописцы XV в./Летописи и хроники. — М., 1976. — С. 280). Этот предмет стал великокняжеской регалией после Ивана II. В завещаниях он именуется золотым: то “большим”, то “великим” (ДДГ. — С. 9, 16, 18, 36, 61, 197). Г. не упоминает других даров: парамшинского креста и “сердоличной коропки” (ПСРЛ. — Т. 4. — Ч. I. — Вып. 2. — С. 531). Последняя хранилась в роду московских князей с Ивана Калиты как нечто давнее: она в завещании Калиты противопоставляется тому, что он “придобыл” (ДДГ. — С. 8, 10).

194. Переславское оз. — Плещееве. Переславль-Залесский вошел в состав Московского княжества в 1302 г.

195. Неверное сообщение. Генуэзцы овладели Феодосией (Каффа по итальянский источникам XIII—XVIII вв.) в 1260 г. Владимир Мономах умер в 1125 г. Его походы были направлены не против генуэзцев, а против половцев (Пашуто В. Т. Внешняя политика Древней Руси. — М., 1968. — С. 109—111). По-видимому, Г. передает версию, восходящую к польско-литовской традиции и противостоящую русской (По “Сказанию о князьях владимирских”, великокняжеские регалии — дар императора Константина Мономаха (1042—1055) своему внуку Владимиру Мономаху (1113—1125)).

196. Это Полоцкая, Витебская, Киевская, Галицкая и др. будущие белорусские и украинские земли.

197. Витенен — правильнее: Витенес, Легенда, начинающая родословие литовских князей с Витенеса, отражена в круге памятников, сходных со “Сказанием о князьях владимирских”. Летописец Син. № 939 со сказанием об Августе, протограф которого мог использовать Г. (см. коммент. 71), содержит статью “Родословие Литовского княжества”, данные которой совпадают со сведениями Г. Б. К.

198. Гедимин — вел. кн. литовский (1316—1341). Г. неточно передает свой источник: в “Родословии Литовского княжества” утверждается, что Витенес погиб от “грома”, а его слуга (“раб”) Гедимин женился на его вдове. Б. К.

199. Ольгерд — вел. кн. литовский (1345—1377), сын Гедимина. В союзе со своим братом Кейстутом вел упорную борьбу за расширение территории Литовского княжества. Б. К.

200. Кестуд, Кейстут, Кейстутис (ум. 1382) — сын Гедимина, с 1345 г. разделил власть в Литовском княжестве со старшим Ольгердом. Сыграл значительную роль в борьбе литовского народа против агрессии Тевтонского ордена. Принимал участие в захватнических походах Ольгерда на русские земли и в войне с Польским королевством из-за Волыни. В 1381 г. восстал против сына Ольгерда Ягайлы (Ягелло), изгнал его из Вильнюса и захватил власть в княжестве. В 1382 г. был схвачен и убит по приказу Ягайлы в Кревском замке. У Г. ошибочно сказано, что Кейстут был заточен в темницу Ольгердом — на самом деле он стал жертвой Ягайлы. Б. К.

201. В “Записках” Г. ясно обнаруживаются следы воздействия сложившегося к середине XVI в. культа Витовта, характерного для литовской и польской хронистики. О Витовте см. коммент. 125.

202. Г. путает сведения о двух женах Ольгерда. Его первой женой (с 1318 г.) была Мария (ум. 1346), дочь витебского князя Ярослава Васильевича, около 1349 г, он женился вторым браком на Ульяне (ум. 1392), дочери тверского великого князя Александра Михайловича; Ягайло был сыном Ульяны (Wdowiszewski Z. Genealogia Jagiellonow. — Warszawa, 1968. — S. 29). Эта ошибка свойственна и литовским, хронистам, в частности М. Стрыйковскому (Stryikowski. О poczatkach...—S. 263— 264). С. Д.

203. Ягайло (около 1351—1434) — сын Ольгерда, вел. кн. литовский с 1377 г., с 1386 г. — король польский (под именем Владислава II Ягелло), основатель династии Ягеллонов (1386—1572). В 1380 г. заключил союз с Золотой Ордой, направленный против Московского княжества. В борьбе с Тевтонским орденом, в частности, в Грюнвальдском сражении 1410 г., где он командовал польско-литовским войском, проявил себя талантливым полководцем. Под влиянием католической иерархии занял враждебную позицию в отношении гуситской Чехии. С. Д.

204. Ядвига (1374—1399) — королева польская (1383—1399), дочь Людовика I, короля Польши (1370—1382) и Венгрии (под именем Лайош, 1342—1382). Ее брак (в возрасте 4 лет) с Вильгельмом Австрийским был аннулирован по требованию малопольских магнатов. Вторая жена Ягайлы (1402—1416) Анна (около 1380—1416), дочь графа цельского Вильгельма и польской королевы Анны. “Старуха” — третья жена, (с 1417) Ягайлы, Эльжбета (около 1382—1420), дочь сандомирского воеводы Оттона Пилецкого, вдова накельского каштеляна В. Грановского. Так звали ее, 35-летнюю, противники этого брака, опасавшиеся усиления влияния ее родственников — малопольских магнатов. Сонка — четвертая жена Ягайлы с 1422 г., после принятия католичества — София (около 1405—1461), дочь кн. А. И. Гольшанского, внучка кн. И. О. Гольшанского, киевского наместника 1400—1422 гг. (Wdowiszewski Z. Op. cit. — S. 29—58, 215). С. Д.

205. Владислав III Варненьчик (1424—1444) — сын Владислава II Ягайло, король Польши с 1434 г. и Венгрии с 1440 г. Совместно с венгерским полководцем Яношем Хуньяди возглавлял объединенные польско-венгерские войска, выступившие в 1443 г. против Османского султаната и приостановившие наступление османов на Балканах. Позднее в сражении под Варной разнородная и сравнительно немногочисленная армия Владислава была разгромлена османами. Б. К.

206. Альбрехт Габсбург (ум. 1439) — первый венгерский король из дома Габсбургов, с 1438 г. — император (Альбрехт V) Священной Римской империи.

207. Ласло (Ладислав, 1440—1457) — сын Альбрехта Габсбурга и Елизаветы, дочери Зигмунта Люксембурга; король венгерский с 1450 г. и чешский с 1453 г.; в связи с рождением после смерти отца (лат. postumus) известен как Ладислав Постум, Ладислав Погробек (“Посмертный”). С. Д.

208. Казимир IV (Казимеж Анджей) Ягеллон (1427—1492) — сын Владислава II Ягелло, вел. кн. литовский (1440—1492), король польский (1447—1492). Пытался усилить королевскую власть. При нем были присоединено Гданьское Поморье. Тевтонский орден в результате Тринадцатилетней войны (1454—1466) признал вассальную зависимость от Польши. От брака в 1454 г. с Елизаветой Габсбург (около 1436—1505)> имел 6 сыновей: Владислава (см. коммент. 174), Казимира (1458—1484), Яна Ольбрахта (см. коммент. 116), Александра (см. коммент. 120), Сигизмунда I (см. коммент. 133) и Фридерика (Фридриха 1468—1503), епископа краковского (с 1488 г.), кардинала и архиепископа (примаса) гнезненского (с. 1493 г.) (Wdоwiszewski Z. Op. cit. — S. 216; Bogucka M. Kazimierz Jagiellonczyk i jego czasy. — Warszawa, 1981). С. Д.

209. Г. не совсем точен. Чешский сейм не признавал младенца Ладислава королем, так как тот не был избран на сейме, и предлагал чешскую корону представителям иностранных династий, в том числе и Казимиру Ягеллону на рубеже 1439/40 г. В 1453 г. сейм избрал королем Ладислава после того, как он отказался от претензий” на чешскую корону по праву наследования (Pfehled dejin Ceskoslovenska. — Praha, 1980. — D. 1. — Kn. I. — S. 487—488). Г. М.

210. Людовик Ягеллон (1506—1526) — король Чехии (под именем Людвика, 1516—1526) и Венгрии (под именем Лайоша IV, 1516—1526). Г. М.

211. Филипп I Красивый — сын Максимилиана I, муж Иоанны Безумной, король Кастилии (1504—1506). Б. К.

212. Фридрих III (1415—1493) — германский король с 1440 г., император Священной Римской империи (1452—1493). Поначалу соединил в своих руках почти все австрийские наследственные земли дома Габсбургов, но в 80-е годы потерял почти все их (включая Вену) в борьбе с венгерским королем Матиашем Хуньяди. В последние годы жизни отошел от государственных дел и занимался астрологией, алхимией, ботаникой. Б. К.

213. Иоанн Заполитанский, Янош Запольяи (1487—1540) — с 1510 г. воевода Трансильвании, граф Сепешский (Спишский), в 1526 г. частью магнатов избран королем Венгрии. Г. М.

214. Г. допускает две ошибки: 1) Трансильвания, воеводой которой с 1510 г. был Янош Запольяи, входила в состав Венгерского королевства; 2) это последнее не входило в состав Империи. Причины первой ошибки кроются, очевидно, в фактически независимом от короля положении Трансильванского княжества в первой половине XVI в. Причины второй — в частом занятии венгерского престола в XIV—XVI вв. императорами, римскими королями или членами их династий. Г. М.

215. Г. неточен. После смерти Яноша Запольяи в 1540 г. его сын Янош Жигмонд, которому было лишь 15 дней от роду, был провозглашен королем государственным собранием в Сегешваре (Сигишоара). Османский султан утвердил это избрание. После ряда военных и политических столкновений Изабелла в 1551 г. подписала от имени сына соглашение с Фердинандом Габсбургом, по которому Янош Жигмонд за отказ от венгерской короны получал герцогство Опольское в Силезии и большую сумму денег. Трансильвания присягнула Фердинанду, войска которого под натиском османов оставили ее. Государственное собрание в 1556 г. вновь призвало Яноша Жигмонда (ум. 1571). В 1570 г. по договору с Максимилианом II Янош Жигмонд отказался от титула “избранный король Венгрии”, приняв титул “князя Трансильвании и Парциума” (История Венгрии. — С. 243—244, 306). Г. М.

216. Г. излагает точку зрения Габсбургов. На самом деле после смерти в 1457 г. венгерского короля Ласло V (Ладислава Постума Габсбурга) государственным собранием 24.I 1458 г. королем был избран Матьяш Хуньяди (Корвин). Претензии Габсбургов основывались на том, что часть магнатов (лига Гараи) 17.11 1459 г. избрала королем императора Фридриха III. Лига потерпела поражение, и Фридрих фактически не стал венгерским королем. После смерти Матьяша Хуньяди в 1490 г. был избран королем Владислав Ягеллон (Уласло II). Максимилиан, еще будучи римским королем, претендовал на венгерскую корону по праву наследования, ссылаясь на договор Матьяша Хуньяди и Фридриха III от 1463 г. После войны между Максимилианом и Венгрией в 1491 г. был заключен мирный договор, по которому признавалось право Максимилиана и его потомков наследовать венгерскую корону в случае смерти Уласло II без наследника. Г. М.

217. Иржи Подебрад (1420—1471) — правитель Чехии с 1452 г., король с 1458 г. Опираясь на большую часть дворянства и бюргерства, пытался укрепить внутреннее и внешнеполитическое положение Чехии, ослабленной в результате гуситских войн. Поддерживал гуситские традиции в их умеренном варианте. Попытки легализации гусизма (путем его признания папой как чешского национального религиозного толка в рамках католицизма) потерпели неудачу. Г. передает распространенную устную форму имени Подебрада, по-чешски Jirik. Г. М.

218. Прессбург — немецкое название современной Братиславы (по-венгерски — Пожонь). Г. М.

219. См. коммент. 177.

220. После поражения в битве у Могача в 1526 г. король, спасаясь от преследования, утонул в речной протоке. О битве у Могача см.: История Венгрии. — IT. I. — С. 238—239, 299; Османская империя... — С. 115, 144—147; Janacek J. Doba predbelohorska. — Praha, 1971. — D. 1. — Kn. I. — S. 10. Г. М.

221. Взятие Белграда османами состоялось в 1521 г.

222. Трепка Анджей (ум. 1526) — с 1514 г. маршалк венгерского короля Людовика.

223. Юрий Дмитриевич Траханиот (70-е годы XV в. — 1525/26 г.) — грек, внук византийского вельможи Мануила Траханиота Буллотеса, участника Ферраро-Флорентийского (см. коммент. 278) и Базельского соборов (Тrарр Е. Prosopographisches Lexicon der Palaiologenzeit. — Wien, 1977. — Bd. 2. — S. 105), сын боярина Дмитрия Мануиловича Траханиота, прибывшего в Россию во главе двора Софьи Фоминичны Палеолог в 1472 г. и прочно обосновавшегося в Москве с начала 80-х годов XV в. (Флоря Б. Н. Греки-эмигранты в Русском государстве второй половины XV — начала XVI в. Политическая и культурная деятельность // Руско-балкански културни връзки през средневековието. — София, 1982. — С. 123—143). Траханиот пытался женить Василия III на своей дочери. Вероятно, именно по его идее и были организованы смотрины по византийскому древнему (практиковавшемуся до X в.) обычаю (Там же.— С. 143).

Траханиот служил великокняжеским казначеем и печатником и в 1522 г. при неясных обстоятельствах попал в опалу (Дунаев В. И. Преп. Максим Грек и греческая идея на Руси в XVI в. — М., 1916. — С. 15). Возможно, падение Юрия было связано с восточным вопросом и проблемой второго брака Василия III (ГАР. — Вып. 1, 2. — С. 50, 205—206). Юрий постригся в Чудовом монастыре под именем Геннадия (ГИМ. — Синод. 667. — Л. 92—92 об.). А. П.

224. Свидетельства Г. о разводе Василия III с Соломонией (а не Саломеей), дочерью Юрия, а не Ивана Константиновича Сабурова, неточны. 23 ноября 1525 г. был начат “обыск о колдовстве”, которым окружила себя великая княгиня (АИ. — Т. I. — № 129), и брат Соломонии И. Ю. Сабуров показал, что ворожея Стефанида заговаривала воду и вместе с Соломонией смачивала заговоренной водой “сорочку, и порты и чехол, и иное которое платье белое” Василия III. Великий князь наложил на свою жену опалу (ПСРЛ. — Т. 34. — С. 15), имея канонические основания развестись с ней, как с колдуньей, однако не выдал ее церковному суду, а 29 ноября приказал увезти в Рождественский-на-Рву монастырь, где Соломония была пострижена в монахини, согласно недостоверной официальной версии, добровольно (ПСРЛ. — Т. 6. — С. 264; Т. 8. — С. 271; Т. 13, — 1-я пол. — С. 45; Т. 20. — Ч. I. — С. 403; Т. 24. — С. 222— 223). Критический разбор источников см.: Зимин. 1972. — С. 295—297. Позднее Соломония была заключена в Суздальском Покровском монастыре. Непосредственное участие митрополита Даниила в насильственном пострижении Соломонии засвидетельствовано одним Г. Анализ канонической полемики Вассиана Патрикеева с Даниилом, состава официального сборника митрополичьей кафедры 1528—1530 гг. (ГИМ. Син. 562. — Л. 427—449), а также наши представления о размежевании политических сил в Москве 20-х гг. XVI в. дают возможность предполагать, что митрополит не был заинтересован в расторжении брака Василия III с бездетной Соломонией и рождении наследника от новой жены, так как рассчитывал на передачу власти брату Василия Юрию Ивановичу, с которым Даниила связывала долгая дружба, и боялся номинального верховенства малолетнего сына Василия III, ибо он неизбежно стал бы прикрытием для противоборствующих боярских группировок. А. П., Г. В. Семенченко.

225. Иван Юрьевич Шигона Поджогин Телегин, — сын боярский, тверской и волоцкий дворецкий, любимец Василия III (Веселовский. Исследования. — С. 322—323).

226. Елена Васильевна Глинская (ум. 1537) — вел. княгиня всея Руси с января 1526 г. Ср. коммент. 135.

227. Яков Мазур — Яков Иванович Мансуров (ум. 1519/20) — постельничий с 1513/14 г. Зимин А. А. О составе дворцовых учреждений Русского государства конца XV и XVI в. — ИЗ. — 1958. — Т. 63. — С. 180—205.

228. У Г. неточность. Потат — Григорий Меньшик Никитин Путятин, пристав посольства Г. в 1517 г. (Сб. РИО. — Т. 35. — С. 506). Федор Рак, по А. А. Зимину (Зимин. Дьяки. — С. 265—266; Он же. 1972. — С. 297), — это Третьяк Михайлов сын Раков, участник переговоров с имперскими послами в 1522 г. и папским легатом Франческо Скарой в 1526 г. Более вероятна ошибка в фамилии: Федор Баграков, участник организации бракосочетания Василия III (Зимин. Дьяки. — С. 224).

229. Петрович Петер (ум. 1557) — крупный венгерский магнат, происходит из сербской по происхождению семьи, которая переселилась из комитата Пожега в Славонии в Трансильванию. Известия о нем начинаются в октябре 1526 г., с 1534 г. Петрович — темешский граф, подскарбий в 30—40-е годы, активный политический деятель Трансильванского княжества, верный слуга Яноша Запольяи. (Wojciechowski Z. Zygmunt Stary. — S. 330).

230. Георгий (Юрий) умер в августе 1536 г. после трехлетнего заключения, Андрей — 10 дек. 1537 г. Наряду с М. Л. Глинским опекуном был назначен Д. Ф. Бельский (ПСРЛ. — Т. 4. — Ч. 1. — Вып. 3. — С. 558).

231. Иоанн — будущий Иван IV (см. коммент. 173). Георгий (Юрий) Васильевич — кн., сын Василия III (1533—1563).

232. Овчина — Иван Федорович Овчина Телепнев Оболенский (ум. 1538) — в 1510/11 г. воевода в Туле, военачальник в походах на ВКЛ в 1515, 1519, 1534, 1535 гг., на Казань в 1524, 1530 гг., в 1521 — в Серпухове, в 1531—1534, 1537 г. — в Коломне и Кашире, наместник в Калуге в августе 1528 — летом 1529 г., в январе 1534 г. назван среди бояр, а с июля того же года занял один из важнейших постов дворцового ведомства, став конюшим. Зимин. 1988.— С. 50—52. Он ж е. Реформы.— С. 229). Сведения о том, что И. Ф. Овчина был фаворитом Елены Глинской, содержат лишь “Записки о Московии” Г., который получил их скорее всего от И. В. Ляцкого. Последний был близко знаком с И. Ф. Овчиной: весной 1531 г. оба подверглись опале за неудачное преследование крымцев. По данным официальной летописи, арест И. Ф. Овчины после смерти Елены Глинской 3 апреля 1538 г. — результат “самовольства” кн. В. В. Шуйского, недовольного тем, что “его государь великий князь в приближении дръжал”. Согласно сообщению той же Никоновской летописи, “посадиша его в полате за дворцем у конюшни и умориша его гладом и тягостию железной” (ПСРЛ. — Т. 13. — С. 123; Юрганов А. Л. Политическая борьба в годы правления Елены Глинской (1533—1538). — М., 1987).

233. Дата рождения Ивана IV ошибочна; не 1528, а 1530 г.

234. В 1299 г. митрополичья кафедра была перенесена из Киева во Владимир {при митрополите Максиме). Начиная с Петра (см. коммент. 187) в конце первой четверти XIV в. русские митрополиты обосновываются в Москве. Б. К.

235. По настоянию вел. кн. литовского Витовта в ноябре 1415 г. собором епископов в Вильнюсе митрополитом киевским был поставлен Григорий Цамблак. Тем самым было положено начало разделения митрополий на западно-русскую и московскую (Голубинский. II. — 1. — С. 369—387; АЗР. — Т. 1. — № 24. — С. 33).

236. Последним митрополитом Руси, поставленным в Константинополе, был грек Исидор (1436). Исидор скрепил своей подписью Флорентийскую унию 1439 г. Но вел. кн. московский Василий Темный не признал унии, Исидор был заточен в темницу, откуда затем бежал в ВКЛ. Русская церковь в 1448 г. объявила о своей автокефалии (самостоятельности, независимости) от власти константинопольского патриарха; с этого года русские митрополиты ставились в Москве.

Находившееся в Москве с марта 1518 по сентябрь 1519 г. патриаршее посольство, принятое очень холодно, не добилось ликвидации автокефалии русской церкви (Хорошкевич. — С. 201). Б. К.

237. Легенда об апостоле Андрее и описание пути “из варяг в греки” присутствуют как в древнейших летописях (Лаврентьевской, Радзивилловской, Ипатьевской), так и в более поздних московских: Софийской I, своде 1479 г. и памятниках, основанных “а этом своде — Типографской летописи, Сокращенных сводах конца XV в., Львовской и Воскресенской летописях. Но она не включена в Ермолинскую и сходные с ней (Прилуцкую, Уваровскую). Г. в данном случае скорее всего пользовался Прологом. У него ошибка: слово волок он принял за название озера. Б. К.

Аг Антипатр — проконсул в Патрасе Эгей (или Эгеат). Легенда о распятии Андрея в Пелопоннесе изложена в русском Прологе под 30 ноября (Мюллер Л. Древнерусское сказание о хождении апостола Андрея в Киев и Новгород. // Летописи и хроники. — М., 1974. — Вып. 1). Б. К., А. П.

238. Имеется в виду московский митрополит Варлаам (1511—1521), поставленный “а кафедру из архимандритов московского Симонова монастыря (1506—1511). Б. К., А. П.

239. Г. допускает анахронизм: Варлаам был “сведен” 17 дек. 1521 г., а новгород-северский князь Василий Иванович Шемячич “пойман” в апреле 1523 г., однако связь между этими событиями весьма вероятна (Голубинский. II — 1. — С. 698) судьбу Шемячича решило его поведение в июле—августе 1521 г., когда Москву осаждали крымские отряды Мухаммед-Гирея (Зимин. 1972. — С. 242—244, 254), и причиной сведения Варлаама могло быть нежелание митрополита участвовать в “поимании” Шемячича. Весной 1523 г. новый митрополит Даниил дал новгород-северскому князю охранную грамоту, по которой Шемячич приехал в Москву и, в нарушение клятвы великого князя и митрополита, был арестован (ПСРЛ. — Т. 8. — С. 270). Варлаам недолго прожил в Симоновой монастыре, а затем был сослан в вологодский Спасо-Каменный монастырь (ПСРЛ. — Т. 6. — С. 264). А. П.

240. Даниил, с 1513/14 г. фактически возглавлявший Волоколамский монастырь (ГБЛ. — Волок. 39. — Л. 1) и умерший в 1547 г., в 1526 г. был гораздо старше 30 лет: в сентябре 1515 г., когда он сменил умершего Иосифа Санина на посту игумена, он уже был священником, следовательно, по каноническим предписаниям, старше 30 лет (РИБ. — Т. VI. — Стб. 92, 461), а в 1526 г. ему могло быть около 45 лет. А. П.

241. В лат. тексте “Nowogardia scilicet Magrici”, в нем. “Grossneugarten, Magrici”. Не исключено, что Магрици[й] — искаженное имя новгородского архиепископа Макария (1481/82—1564), поставленного 4 марта 1526 г. из архимандритов можайского Лужецкого монастыря; в 1542—1564 гг. занимал митрополичью кафедру. При графике XVI в. более вероятно, что ляпсус возник в результате ошибки Г. при прочтении слов “Nowogardia, scilicet Magna” (Leitsch. — S. 190), что означает: “в Новгороде, именно Великом”, в обороте, где Г. подчеркивал его отличие от Нижнего Новгорода (ср. коммент. 256). А. Н., А. П.

242. Термины, которые Г. употреблял для характеристики земельных владений церкви, слишком неопределенны, чтобы можно было делать выводы о ее юридических правах на эти земли. “Мирское управление” — это суд, правом которого церковные иерархи располагали лишь по отношению к населению своих земель и церковнослужителям, а по отношению, к остальному населению лишь по преступлениям против нравственности.

Г. обращает особое внимание на отсутствие “мирского управления” и крупных земельных владений у русского духовенства в связи с тем процессом обмирщения католической церкви, который приобрел катастрофические размеры к XVI в. Епископы и аббаты владели замками и землями, на которых осуществляли политическую власть (в частности, к таким принадлежал и архиепископ Зальцбурга Матвей Ланг). Главы церкви [активно участвовали и в управлении государствами, выступая в качестве секретарей, дипломатов и т. д. (Sоnntag Fr. P. Ruhelose Zeit. Das Jahrhundert der Reformation und der Reform. — Graz; Wien; Koeln, 1985).

243. В первой пол. XVI в. настоятели четырех московских монастырей именовались архимандритами (Чудова, Симонова, Андроникова и Новоспасского). Однако летом 1526 г. лишь два настоятеля занимали свои посты — Иона Собина в Чудовом монастыре и Ефрем в Андрониковой. Новоспасский архимандрит Савва Грек, замешанный в деле о тайных турецких грамотах, после суда 1 апреля — 24 мая 1525 г. над его сообщником и соотечественником Максимом Греком был сослан в Возмищенский монастырь, а симоновский архимандрит Герасим Замыцкий, свидетельствовавший на суде 1525 г. против Максима, отправился на покой в Иосифо-Волоколамский монастырь. А. П.

244. Хутынский монастырь находился в Новгороде, основан в 1192 г. Варлаамом, в миру Алексеем Михайловичем (умер после 1206 г.). Дата, указанная Г. для монастырского устава Варлаама: 7034, т. е. 1526 г., скорее всего относится к году изготовления списка (Макарий. История русской церкви. — Спб., 1857. — Т. II. С. 60). Цитируемый устав не мог принадлежать Варлааму и представляет собой интерполяцию позднейшего, не ранее конца XV — нач. XVI в., агиографа. Б. К., А. П., А, X.

Хутынский монастырь был связан прочными узами с великокняжеской властью. Здесь в 1407 г. у гроба Варлаама Хутынского получил исцеление московский князь Константин Дмитриевич, в 1460 г. “воскрешен” постельничий Василия II Григорий Тумган, после чего культ Варлаама распространился и в Москву. В начале XVI в. монастырь, во главе которого стояли присланные из Москвы Сергий (из Андроньева монастыря) и Никифор (соответственно в 1506—1516 и 1517—1524 гг.), процветал. Несмотря на сокращение строительства в Новгороде, в 1515 г. в монастыре был воздвигнут Спасо-Преображенский собор. Традиция связей монастыря с великокняжеской властью пережила несколько столетий и даже в XIX в. после торжественной службы 6 ноября, в день смерти Варлаама, государю в Москву отправляли просфору и освященную воду (Дмитриев Л. А. Житийные повести русского севера как памятники литературы XIII—XVII вв. Эволюция жанра легендарно-биографических сказаний.— Л., 1973. — С. 13—35, 43, 52 и др.; Макарий. Историческое описание церковных древностей в Новгороде и его окрестностях. — М., 1860. — Ч. I. — С. 451).

245. Русское духовенство делилось на “черное” (монахи, ушедшие из мира) и “белое” (живущее не в монастыре). “Белые” священники — низший слой духовенства, в основном служители приходских церквей (священники, дьяконы), выбирались из числа грамотных прихожан и не давали обета безбрачия в отличие от черного духовенства. Б. К.

246. Постановление о вдовых священниках было принято на Московском соборе русской митрополии, заседавшем в сентябре 1503 г. (ПСРЛ. — Т. 24. — С. 215; Т. 6. — С. 48—49; Т. 28. — С. 336—337; Т. 20. — 1-я пол. — С. 373—374 и др.), а соответствующий соборный приговор датирован 12 сент. (ААЭ. — Т. I. — № 383. — С. 486; ГПБ. — Погод. 1572. — Л. 42, Q XVII. 50. — Л. 53; Погод. 1568. — Л. 48; F. II. 80. — Л. 675 об.). Аналогичное решение было принято Виленским собором 1509г. (РИБ. — Т. IV. — Стб. 11—12; Покровский А. О соборах Юго-Западной Руси XV—XVII веков // Богословский вестник. — 1906. — Сент. — С. 124—127). Собор 1503 г. запретил вдовым попам и дьяконам служить, и тем из них, кто не делал попыток вторично обзавестись женой, предписал находиться при своих церквях, петь на клиросе и получать четвертую часть церковного дохода либо постричься в монастырь. Г. упускает еще один пункт соборного приговора, запрещающий проживание в одном монастыре монахам и монахиням. Интерес Г. к проблеме священнических браков объясняется, по-видимому, полемикой, которую вели против целибата (канонического безбрачия католических священников) вожди Реформации. С начала 20-х гг. XVI в. немецкие священники начали отказываться от обета безбрачия, а в 1525 г. женился Лютер. А. П.

247. Согласно древнерусским княжеским уставам, подтвержденным Судебником 1497 г. и Стоглавым собором 1551 г., все духовенство подлежало сословному церковному суду, в том числе и по гражданским делам, за исключением самых тяжких уголовных преступлений (ст. 59 Судебника 1497 г.; Голубинский. I. — 1. — С. 340, 364). На практике были нередки случаи наказания попов светскими властями (ОРК XVI. — Ч. 2. — С. 101). В летописи занесен рассказ о наказании чудовского архимандрита за подделку данной грамоты князя Андрея Меньшого в 1488 г.

248. О распространении ростовщичества свидетельствуют вопрос “о церковных и монастырских деньгах” на Стоглавом соборе 1551 г. и глава, запрещавшая церквам и монастырям давать деньги “в рост и хлеб в наспы” (Стоглав. — С. 48, 233).

249. Известие Г. является, как кажется, единственным достоверным свидетельством о размерах церковного и монастырского землевладения в России XVI в. Обыкновенно исследователи принимают крайне завышенную цифру, извлеченную из “Записок” англичанина Климента Адамса, утверждавшего, будто “монахи владеют третью земель всей” России (Нakluуt R. The Principal Navigations, Voiages and Discoveries of the English Nation. — London, 1589. — P. 279; ЖМНП. — 1838. — 4. 20. — Окт. — С. 62). Недостоверность цифры Адамса доказывается теми обстоятельствами, что автор “Записок” никогда не был в России, а составлял свое сочинение осенью 1554 г. со слов путешественника Ричарда Ченслера (Eden R. The Decades of the Newe World...— London, 1555. — P. 252; Dictionary of National Biography. — London, 1885. — Vol. I. — P. 94—95), которое прямо свидетельствует против соответствующего места памфлета Адамса в письме К. Фротсингему (Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. — М.; Л., 1937. — С. 66). Можно предположить, что цифра, приводимая Адамсом, — 1/3 земель государства, принадлежавшая монастырям, — объясняется влиянием обсуждений реституции церковных земель в Англии, отнятых короной в 1536 г. (Руденко О. А. Контрреформация в Англии при Марии Тюдор // Англия в эпоху абсолютизма. — М, 1984. — С. 80, 97), в частности, под влиянием памфлета С. Фиша “Моление о нищих”, где та же цифра фигурирует в отношении английской несекуляризованной церкви 1529 г. (Early English Text Society. Extra series. London, 1871. — V. 13). На основании ретроспективных оценок XVI—XVII вв. можно предположить, что в первой четверти XVI в. объем монастырских земель не превышал 5— 10% площади обрабатываемых земель Русского государства (Плигузов А. И. О размерах церковного землевладения в России XVI века // История СССР. — 1988. — № 2. — С. 157—163). А. П.

250. Г. отметил это обстоятельство в связи с тем, что католический храм, вообще говоря, мог иметь несколько алтарей, посвященных разным святым. В этом отношении православная церковь сохранила более древнюю раннехристианскую практику. А. Н.

В дальнейшем повествовании Г. отмечает некоторые различия между литургикой восточной и западной церквей (см.: Одинцов Н. Порядок общественного и частного богослужения в древней России до XVI века. — Спб., 1881; Дмитриевский А. А. Богослужение в русской церкви в XVI веке. — Казань, 1884. — Ч. I; Мансветов И. Митрополит Киприан в его литургической деятельности. — М., 1882; Серединский Т. О богослужении западной церкви. Статьи 1—4. — Спб., 1849—1856; Булгаков А. Старокатолическое и христианокатолическое богослужение и его отношение к римско-католическому богослужению и вероучению. — Киев, 1901). А. П.

251. Разумеется, так называемое гуменцо, в просторечии “попова плешь”. Священники гладко выстригали кругловидным образом большую часть головы, сверху одевалась шапочка — скуфья. Обычай сохранился до начала XVIII в. (Голубинский. 1—1. — С. 578, 580, 581). Б. К.

252. Неоднократно упоминаемые Г. великокняжеские и митрополичьи посохи становятся во второй половине XV в. регалией и атрибутом светской и церковной власти (Чернецов А. В. Резные посохи XV в.: Работа кремлевских мастеров. — М., 1987; Голубцов А. П. Сборник статей по литургике и церковной археологии. — Сергиев Посад, 1911. — С. 87—106). Сюжеты резных украшений на трех сохранившихся посохах XV в. символизируют власть и подчинение. Г. неправильно сравнил “Т”-образную форму верхушки посоха митрополита с крестом (см. с. 92 наст. изд.). На миниатюрах Лицевого свода 60—70-х гг. XVI в. крестовина посоха великого князя имеет вогнутую форму (ГПБ. F. IV. 225. — Л. 553). Слово “посох” известно с XII в. (Срезневский. И. — Стб. 1252).

253. Аббат — в католической церкви настоятель аббатства (монастыря со всеми его владениями); использовалось и как почетное наименование духовных лиц. Приор — настоятель небольшого католического монастыря.

254. Пристав (сопровождающее лицо). Г. употребляет это слово в значении, которое постоянно встречается в посольских книгах (Срезневский. II. — Стб. 1458— 1459).

255. Столпники (от греч. stuloV — столб) — христианские аскеты, прославившиеся подвигом воздержания; они долгие годы жили “в столпе”, представлявшем собой высокую башню с площадкой наверху для стояния столпника. Этот вид подвижничества связан с именем Симеона Столпника (V в.). На Руси наиболее известными столпниками были Кирилл Туровский, Никита Переяславский (XII в.) и Савва Вишерский (XV в.) (Голубинский. I—2. — С. 547). Г. контаминировал известия о русских столпниках с рассказами о монахах-отшельниках, которые жили в небольших скитах, объединявших по нескольку келий. О традициях пустынножительства см.: Соколов Ив. Состояние монашества в византийской церкви с половины IX до начала XIII в. (842—1204). — Казань. 1894. — С. 315—316; Смирнов С. И. Как служили миру подвижники Древней Руси? — Сергиев Посад, 1903; Никольский Н. К. Общинная и келейная жизнь в Кирилло-Белозерском монастыре в XV и XVI и в начале XVII в. // Христианское чтение. — 1907. — Авг. — С. 153—189). Неудачная попытка Г. этимологически связать два разных вида подвижничества — столпничество и отшельничество — выдает малую информированность имперского посла в этом вопросе. Б. К., А. П., А. X.

256. Клобук новгородских архиепископов, вопреки мнению Г., был не “двурогим”, а обычным, напоминающим полусферические шапочки греческих епископов (Вздорнов Г. И. Портреты новгородских архиепископов в искусстве XIV в. // Древнерусское искусство. Монументальная живопись XI—XVII вв. — М., 1980. — С. 118 и др.). С 1509 по весну (4 марта) 1526 г. новгородская кафедра пустовала, но 25 июля 1526 г., во время пребывания Г. в Москве, новопоставленный архиепископ Макарий торжественно отбывал в Новгород (ПСРЛ. — Т. 4. — С. 296), — вероятно, Г. не был свидетелем этого события. Согласно легенде второй половины XVI в., белый клобук был получен новгородским архиепископом Василием Каликой от константинопольского патриарха Филофея, а прежде принадлежал Константину Великому и папе Сильвестру (Голубинский 1—1. — С. 585—588; Лурье. Борьба. — С. 230—234). А. П.

257. В месяцесловах при древнерусских церковных уставах XII—XV вв. находим имена римских пап Сильвестра I (314—335) под 2 янв., Льва I (440—461) под 18 февр., Александра I (109—119?) под 16 марта (в отдельных списках имя не указано), Келестина I (422—432) под 8 апр., Мартина I (649—655) под 13 или 14 апр., Агапита I (535—536) под 17 апреля. В служебных минеях XI—XII вв. упоминаются также Климент I (I в.) под 24 нояб. и 30 янв., а в греческих минеях 1114 г. (Криптоферратского монастыря в Италии)—Григорий I Двоеслов (590—604) под 12 марта, но не указаны памяти Александра, Келестина (Целестина) и Агапита. В славянских Прологах к указанным именам добавлена память Феодора-Теодора I (642—649) под 18 мая (Сергий, арх. Полный месяцеслов Востока. 2-е изд. — Владимир, 1901. — Т. 1.— С. 445—456, 471—493, 548—587). А. П.

258. Речь идет об окончательном разделении христианских церквей на римско-католическую и греко-православную в 1054 г. (Лебедев А. П. История разделения церквей в IX, X и XI вв. — М., 1900). Б. К., А. П.

259. Имеется в виду Ферраро-Флорентийский собор апреля 1438 — июля 1439 г., где представители восточной церкви подписали унию с римско-католической церковью (Остроумов И. История Флорентийского собора. — М., 1847; Садов А. И, Виссарион Никейский. — Спб., 1883). Исидор — грек, русский митрополит (1436—1441), активный сторонник унии с католической церковью. Исидор возвратился в Москву с Ферраро-Флорентийского собора в звании папского кардинала и легата 19 марта 1441 г., был арестован Василием II и заключен в Чудов монастырь, откуда 15 сент. 1441 г. бежал в Тверь, где также был арестован князем Борисом Александровичем, затем отпущен в Литву к Казимиру IV, откуда вернулся в Рим, где и умер в 1463 г. (Голубинский II—1. — С. 414—458; Mercati G. Scritti d'Isidoro, il cardinale Ruteno... — Roma, 1926). А. П.

260. Г. дословно переводит, кое-где несколько сокращая текст, послание киевского митрополита Иоанна II Продрома (1080—1089) антипапе Клименту III (1080—1100), написанное в 1088—1089 гг. (Неволин К. А. Полное собрание сочинений. — Спб., 1859. —Т. VI. —С. 635—643; Васильевский В. Г. Труды. — Спб., 1908. —Т. 1. — С. 82 и др.; Leib В. Rome, Kiev et Byzance a la fin du XIе siecle. — Paris, 1924. — P. 24. Ср.: Приселков М. Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X—XII вв. — Спб., 1913. — С. 142—147). Г. был знаком не с греческим оригиналом послания, а с первоначальной редакцией древнерусского перевода, выполненной прежде XIV в. (Публ.: Калайдович К. Ф. Памятники российской словесности XII в. — М. 1821. — С. 209—218; Павлов А. С. Критические опыты по истории древнейшей греко-русской полемики против латинян. — Спб., 1878. — С. 169—186; см. текст на с. 175—176: “книгы же ~ с вниманием”, которого нет в греческом оригинале, но который сокращенно передан Г.). Отметим ряд пропусков Г.: “беаше утвержение~в соборе восиаша” (с. 172 публ. Павлова), в сокращении читается 68 правило VI собора (с. 176—177), пропущены слова “царю мучителю” (с. 179), “но убо о сих ~ животу податель” (с. 183) и др. Г. добавил в переводе слово “конфирмация” (с. 178), перепутал имена еретиков: вместо Валента указал Юлиана Отступника, римского императора (361—363), а вместо еретика Манента (см. коммент. 266) — Мухаммеда, основателя мусульманства. В послании перечислены римские папы: Сильвестр I (314— 335), Дамас I (366—384), Келестин I (422—432), Лев I (440—461) (см. коммент. 257), Вигилий I (537—555), Агафон, ошибочно названный Г. Оафанием (678—681), Адриан I (772—795). Последнюю публикацию по списку ГИМ, Синод. 562 см.: Русский феодальный [архив XIV — первой трети XVI века. М., 1987. Ч. II. — № 117. I. А. П.

261. Источники, цитируемые в послании Иоанна Продрома, определены С. Икономосом и А. С. Павловым (Павлов А. С. Критические опыты. — С. 169—186, 60— 62). Это 1 Коринф. 1, 10; 64 апост. правило; 68 правило VI собора; 4 правило Гангрского собора; 13 правило Трульского собора; Матфей 26,20; Иоанн 21,20; Лука 22,25; Лука 22,19; Иоанн 13,26; Послание Петра Антиохийского Доминику Граденскому; Галат. 1,9; Иоанн 5,39; Филип. 2,16; Филип. 2,15. А. П.

Перевод Г. памятников древнерусской церковной письменности, регулировавших бытовые отношения, объясняется традиционностью последних, (в частности сохранением языческих пережитков, ср.: Терещенко А. В. Быт русского народа. — Спб., 1848. — Ч. V. — С. 52), как и церковной морали. Некоторые правила из “Вопрошания” Кирика включались в очень популярные в средневековье сборники — “Измарагд” {Яковлев В. А. К литературной истории древнерусских сборников. Опыт исследования Измарагда. — Одесса, 1893. — С. 146—147). Разумеется, это не значит, что и во времена Г. существовали такие же нравы и обычаи, которые существовали в Древней Руси, Поэтому по этим памятникам нельзя судить о быте и нравах Руси начала XVI в. А. X.

262. Пресвитер (от греч. presbuteroV — старец, старейшина) — древнейшее каноническое обозначение второй степени священства; на Руси это слово постепенно было вытеснено словом “священник”. А. П.

263. Опресноки — вид пресного (выпеченного без квасцов) хлеба, который употребляется католической церковью для совершения евхаристии. Опресноки получили всеобщее распространение в западной церкви к сер. XI в.; Флорентийский собор 1439 г. признал возможным пользоваться при евхаристии как опресноками, так и квасным хлебом, принятым православной церковью. А. П.

263а. Непонятное выражение “...слово ваше суетно” возникло вследствие того, что Г. неправильно разбил текст на фразы. В оригинале: “И яко же не есть слово наше суетно, но яве согрешаете, то ныне яве обличим”. А. Н.

264. Якобиты — последователи учения эдесского епископа Якова Барадея (40-е годы IV в.); принадлежали к одной из ветвей учения монофизитов, которое, согласно формуле Евтихия, считало Христа до воплощения состоявшим из двух ипостасей — божественной и человеческой, а по воплощении — носителем единственно божественной природы. Армяне — армянская григорианская церковь; в VI в. на Туинском синоде армянская церковь отвергла догмат Халкидонского собора (451) о двуединой природе Христа и примкнула к учению монофизитов. VI Вселенский собор заседал в Константинополе в 680—681 гг. А. П.

265. Конфирмация — так в католической церкви называется таинство миропомазания, которое в отличие от традиций православной церкви совершается не единовременно с крещением, но по достижении ребенком восьмилетнего возраста. Если в православной церкви обряд миропомазания совершается священником, то католики считают конфирмацию прерогативой епископа. Интерес Г. к миропомазанию у русских, вероятно, вызван предреформационными спорами в Европе: протестантская церковь не признала таинства миропомазания и свела обряд конфирмации к устному исповеданию веры. А. П.

266. Имеются в виду: Валент (нач. II в. — 160 г.) — египтянин, крупнейший философ-гностик; гностицизм отвергал идею единосущной Троицы и выступал против догмата о двуипостасной богочеловеческой природе Христа; Манент (V в.) — еретик, противник идеи троичности божества; Аполлинарий Младший (IV в.) — епископ г. Лаодикии в Сирии, основатель ереси аполлинаризма; Аполлинарий учил, что природа Христа триедина — тело и душа представляют человеческую ипостась, а божественное начало представлено логосом; аполлинаризм был осужден в 362, 382 гг., а в 428 г. запрещен христианской церковью; Павел Сирии Самосатский (III в.) — ритор и софист, затем епископ Антиохии, основатель еретического антитринитарного учения, осужденного соборами 264, 267 и 269 гг.; Евтихий (378 — перв. пол. V в.) — архимандрит одного из монастырей, находившихся близ Константинополя, основатель ереси евтихиан; Евтихий считал, что божественная ипостась Христа поглотила человеческую и потому Христос имел лишь кажущуюся плоть; учение Евтихия было осуждено на соборе 448 г.; Диастерий (Диоскор) — епископ александрийский (V в.), председательствовал на “разбойничьем” соборе в Эфесе в 449 г., осужден и низложен Халкидонским собором 451 г., умер в изгнании в 454 г. Б. К., А. П.

267. Македоний — константинопольский епископ (355—359), еретик, основатель ереси македониан, не признававших святого духа божественной ипостасью и считавших его сотворенным богом-отцом. Б. К.

Текст воспроизведен по изданию: Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии. М. МГУ. 1988

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.