Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АНОНИМ ГАЛЬБЕРТШТАДСКИЙ

ДЕЯНИЯ ЕПИСКОПОВ ГАЛЬБЕРТШТАДСКИХ

GESTA EPISCOPORUM HALBERSTADENSIUM

За последние два года увидели свет шесть публикаций по тематике четвёртого крестового похода (1201-1205 гг.) 1, и ожидается ещё несколько в ближайшем будущем 2. Такое повышенное внимание к данной теме обещает новые и глубокие исследования, по ранее незамеченным, или просто-напросто, проигнорированных медиевистами специфическим моментам истории этого предприятия. Одной из важнейших проблем остаётся анализ исторических источников, а в некоторых случаях, необходима ещё и критическая ревизия уже имеющегося обширнейшего материала по медиевистике 3.

Вдобавок к вышесказанному, сохранившиеся до наших дней первоисточники событий этого похода, вызвавшего и продолжающего вызывать самые яростные споры, не столь многочисленны, чтобы остаться вне поля зрения студентов-старшекурсников, а уж специалистам этой области медиевистики вообще необходимо полное обеспечение ключевыми текстами, посвященными этому походу, с качественным переводом и необходимыми комментариями. Такое внимание позволит также обеспечить и студентов необходимым материалом, и облегчит им проведение своих беспристрастных и всесторонних исследований по одной из самых привлекательных и содержательнейших тем истории средневековья. Всему вышесказанному и посвящена данная работа: в помощь коллегам и студентам предлагается анализ и перевод одного из источников событий четвёртого Крестового похода, датируемый началом тринадцатого века, и , приписываемый некоему Анониму из Хальберштадта.

Германцы (немцы) играли довольно важную, но второстепенную роль в этом крестовом походе, который являлся детищем венецианцев и нормандцев (французов из северной части Иль-де-Франса), а всей же крестоносной армией командовал Бонифаций Монферратский, маркиз из североитальянского Пьемонта. Большая часть немцев, участвовавших в этом предприятии, таких как Бертольд фон Каценнеленбоген 4, и аббат Мартин пайрисский 5, являлись выходцами из западногерманских земель, находящихся в среднем и верхнем течениях Рейна. Восток же Священной империи явил лишь своего одного, но зато самого выдающегося представителя – Конрада Кроссигского, епископа из Хальберштадта, что в Саксонии, - клирика самого высокого духовного звания из числа всех немцев, принявших участие в походе; он же и является главным персонажем в хронике Анонима, и очевидцем всех событий, описанных в манускрипте 6. И хотя немцы никогда не составляли более , чем 10% от общего числа крестоносцев, именно их перу принадлежат три самых значительных второстепенных источника событий четвёртого Крестового похода: Historia Constantinopolitana, Devastatio Constantinopolitana 7, и хроника Анонима из Хальберштадта. Перу вышеупомянутого автора принадлежат последние страницы в ”Gesta episcoporum Halberstadensium” (сокращенно - GEH), или «Деяний епископов хальберштадских» 8.

Эти «Деяния» представляют собой два поздних манускрипта 9, в коих содержатся жизнеописания епископов, занимавших епископальную кафедру Хальберштадта, начиная с 780 г .н.э., по 1209 г.н.э. включительно. Заключительная же четверть этих хроник посвящена двум епископам, на чьё время управления городской кафедрой выпала участь нести тяжесть «смутного времени» в империи. Эти люди – епископ Гардольф (время епископата 1193-1201 гг.), и его родственник и преемник,- Конрад Кроссигский, коему из них двоих, уделено большее внимание Анонима.

Несколько фрагментов из хроник ясно показывают ,что эти последние главы в GEH, что посвящены Гардольфу и Конраду, увидели свет примерно в 1209 году 10, и принадлежат одному автору, написанные под влиянием, а возможно, и по прямому указанию самого епископа Конрада, удалившегося к тому времени на покой. Свидетельством этому служат несколько хронологических ошибок, допущенных в отношении общеизвестных событий, пришедшихся на время епископата Гардольфа 11, и весьма преувеличенная роль, и апологетика всей деятельности епископа Конрада; а также сам стиль и манера написания этих последних глав GEH, описывающих, как Конрад удалился от мирской суеты в монастырь, и как был выбран его преемник.

Нам ничего не известно об авторе хроник, коего выбрал епископ хальберштадский, дабы увековечить историю времени и своего епископата, и своих предшественников. Всё, что можно сказать – это то, что судя по стилю изложения, анонимный автор получил прекрасное, для своего времени, образование. Очень похоже, что он был клириком, и входил в кафедральный капитул Хальберштадта. Но, кем бы он не являлся, он всё же не ставил самоцелью описать деяния единственно лишь крестового похода. Более того, данное предприятие служит лишь фоном, который тем ярче освещает главных персонажей хальберштадтской хроники – епископа Конрада Кроссигского и святые реликвии, которые он привёз с собой из Византии.

А главной же целью труда Анонима и было желание написать апологетику (т.е. оправдание) епископу Конраду, который окончил своё нелегкое семилетнее пребывание во главе епископальной кафедры в поисках убежища в стенах цистерцианского монастыря в Циттехенбахе, невзирая на запрет двух папских легатов делать это 12. И поэтому, Хальберштадский Аноним, тщательно и последовательно развивает лейтмотив хроники, являя Конрада Кроссигского праведником, чьи деяния, по внушению совести, часто становились причиной несправедливых гонений против него самого 13.

Ещё одной целью хроники Анонима было стремление оправдать (незаконное) присвоение хальберштадтским епископом константинопольских святынь, с их дальнейшим помещением в кафедральный собор Хальберштадта, и с последующим занесением новоприобретённых диоцезом святынь в кафедральный регистр. А последствия этих деяний, как пытается уверить Аноним, в том, что Божье провидение предопределило заранее судьбу мощей, а значит, и сила святости места, в коем эти реликвии пребывали, была перенесена из Константинополя в Хальберштадт, «…изливая благословение Господнего мира, согласия и изобилия на весь диоцез, и даже на близлежащие земли..». Также, Аноним считал необходимым доказать, что, благодаря своей набожности, и смиренному служению Господу и Церкви, епископ и стал тем необходимым «механизмом», посредством которого Хальберштадт обрёл бесценные реликвии. Ну, а сами мощи и святыни явились несомненными знаками покровительства Господнего к досточтимому епископу. Здесь необходимо отметить, что епископ Конрад не только участвовал в крестовом походе, результатом которого явились захват и разорение Задара и Константинополя, но и то, что само его согласие на участие в этом предприятии происходило при реально нависшей над ним угрозе церковного отлучения.

Эта опала и преследовавшие епископа трудности начались задолго до его назначения на епископальную кафедру, а именно, - со смертью императора Генриха VI в 1197 году. Его неожиданная кончина ввергла Священную империю в хаос. Двое представителей сильнейших династий заявляли свои права на германскую корону, а через неё и на императорское величие: - Филипп Швабский, из дома Гогенштауфенов, брат покойного императора; и Оттон Брауншвейгский, из династии Вельфов.

И Гардольф, будучи в то время епископом Хальберштадта, был твёрдым сторонником дома Гогенштауфенов; такое же пристрастие к владельцам Вайблингена разделяла и родня Гардольфа, включая и Конрада из Кроссига, бывшего в то время настоятелем кафедрального собора Хальберштадта. Папа Иннокентий III поддержал притязания Оттона Брауншвейгского, и послал в начале 1201 года, Ги (Guy), кардинала-епископа Палестрины, в Германию, дабы тот убедил, а если понадобится, то бы и заставил силой, всё духовенство, симпатизировавшее Филиппу, присягнуть на верность Оттону. Епископ Гардольф отказался подчиниться такому приказу, а посему был затем вынужден ехать в Рим для оправдания пред Святым престолом. Смерть настигла его 12 августа 1201 года, как раз во время его путешествия в Вечный город.

Спустя некоторое время после его кончины, Конрада выбрали ему преемником и рукоположили в сан 1 января 1202 года. Сие означает, что новому епископу Хальберштадта всё равно пришлось встретиться с кардиналом Ги. А результатом такой встречи, как повествует Аноним, явилось отлучение, наложенное папским легатом на Конрада, и новоявленному хальберштадтскому епископу не оставалось ничего другого, кроме как принять крест и влиться в ряды будущих пилигримов, собирающихся в Святую Землю, дабы избежать дальнейших преследований со стороны Святого престола 14. И уже через рассказ о приключениях Конрада Кроссигского, Аноним обращается непосредственно к самому четвёртому Крестовому походу и его последствиям.

Но всё же, несмотря на такую чрезмерную апологетику, история крестоносной авантюры епископа Конрада является весьма важным и заслуживающим доверия источником. Несомненно, автор был прекрасно осведомлён, и постарался переложить на бумагу всё, услышанное им, с максимальной точностью, хотя он с умыслом и упустил ряд мелких деталей, которые, несомненно бы бросили тень на репутацию хальберштадтского епископа.

К примеру, Аноним не упоминает о запрете Иннокентия III на осаду венгерского Задара и перенесении театра военных действий с Адриатического моря на Босфор. Хальберштадский хроникёр также умалчивает обо всех ужасных событиях, имевших место в разграбленном крестоносцами Константинополе, а сам период с июня 1203 по апрель 1204 гг. умещается им в одно коротенькое и невыразительное предложение. Он неуверенно старается убедить потомков, что все удивительные события, имевшие место во время похода, невозможно и недопустимо будет помещать в одну хронику; они заслуживают отдельной истории. Реальной же причиной такого «молчания» Анонима, возможно, стало нежелания затрагивать весьма щепетильную тему захвата и разграбления христианами христианских же городов; а также вопрос законности приобретения Конрадом святых реликвий, которые он и привёз в Хальберштадт. Ни один из этих выше озвученных вопросов, при детальном расследовании, естественно, не прибавил бы «праведности» епископу в глазах потомков 15. Но, вопреки своему явному желанию писать о Конраде лишь хорошее, Аноним не старается избегать тем, которые могут быть истолкованы двояко, и старается к таким вопросам относиться в своей хронике беспристрастно. Свидетельством тому – его явные симпатии к пилигримам, покинувшим ряды крестоносцев под Задаром, и отказавшихся участвовать в дальнейших венецианских авантюрах, что весьма контрастирует с поведением Конрада. А сколь значит его беспристрастное изложение споров, имевших место на о. Корфу, об истоках папского супримата!

Когда хальберштадский хроникёр упоминает факты, которые легко могут быть проверены другими источниками, оказывается, что степень его осведомлённости весьма похвальна, хотя он и не избежал небольших погрешностей: он заблуждается, когда говорит, что Бонифаций Монферратский принял крест перед тем, как остальные французские бароны-крестоносцы начали сношения с венецианцами; он так же неправ, когда утверждает, что тот же маркиз принимал участия в этих переговорах 16. Он снова неверно информирует, когда приписывает венецианцам обязательства, которые те якобы взяли на себя : - выставить тридцать тысяч вооруженных человек для предстоящего похода. И уж совсем неверна приведённая им сумма, которую якобы запросила республика святого Марка за свои услуги, в сто тысяч марок. Он дважды неправильно комментирует ответ командующих армией на сделанное им предложение изменить цель похода, перенаправив его на Константинополь. Он путает имя епископа труасского, называя его Генрихом, вместо Гарнье; и далее, он (а, возможно, и позднейший переписчик), соединяет двоих в одном персонаже- - Алексея IV, и отца его, Исаака II, Ангелов. И хотя, все его описания скитаний хальберштадтского епископа совпадают по датам, всё же есть хронологические неточности, самой серьёзной из которых представляется уход крестоносцев из Задара. Ну, и ещё можно добавить, что познания в географии Средиземного моря, у Хальберштадтского Анонима оставляли желать лучшего. А в целом, всё вышесказанное не особо влияет на общую картину событий четвёртого Крестового похода и приключений Конрада Кроссигского, оставленной в наследство потомкам неизвестным автором.

Явное же достоинство труда Анонима в том, что благодаря ему, можно взглянуть на крестовое предприятие с разных позиций. Во – первых, многие детали истории этого похода, такие, как описание перехода крестоносцев от Задара к Константинополю, могли бы быть потеряны для потомков. Во – вторых, даже при наличии некоторой погрешности в хронологии, о чём упоминалось выше, хальберштадтский хроникёр приводит достоверные даты, как например, день взятия Задара. Все остальные хроники, написанные очевидцами и участниками похода, такими, как Гюнтер пайрисский (Historia Constantinopolitana), дают ясное представление о немедленной реакции Святого престола на захват Задара. «Деяния» же, ещё и упоминают о том, что папа послал два письма крестоносцам, в начале 1203 года, и , несомненно, Конрад их читал, и прекрасно помнил.

Но самое главное, что даже путая императора Исаака Ангела, с его же сыном, царевичем Алексеем, и имея смутное представление об их сложной родственной связи с королём германским Филиппом Швабским, эта хроника является единственным источником, который ясно говорит, что крестоносцы отправились в Константинополь, дабы восстановить на троне именно Исаака, а не его сына Алексея. И он также единственный, кто упоминает о битве на острове Корфу.

А ещё большой ценностью «Деяний» является непоколебимая уверенность Анонима в том, что само участие Конрада Кроссигского в крестовом походе кроется не его стремлении окунуться в военно – политическую авантюру, обещавшую приключения, а в том, что крестоносное движение, как для епископа хальберштадтского, так и для большинства, принявших в нём участие, являлось плодом сугубо религиозного рвения. А свидетельство тому – стремление Конрада к искуплению своих проступков пред очами Божьими и Церковью, и всё то, что Пол Алфандери обозначил как «внутреннюю историю» четвёртого Крестового похода 17. Под этим термином он понимает все глубочайшие переживания, веру, надежды и страхи, всё то, что управляло и влекло крестоносцев, и определяло их повседневность.

Наверное, есть необходимость пересмотреть и некоторые устоявшиеся стереотипы об истинности представления о всеобъемлющем папском контроле над жизнью, разумом и деятельностью людей в Средние века, так как «Деяния» чётко показывают пренебрежение Конрадом и его соратниками явного папского недовольства. Замечательна и сама причина, по которой епископ принял крест. «…Рассудив, что разумнее довериться в руки Божьи, нежели в руки человеческие…», Конрад принял крест как вызов папскому отлучению, наложенному на него за отказ отпасть от Филиппа Швабского. По иронии судьбы, – приняв участие в предприятии, вдохновлённом папой, Конрад надеялся защититься от духовных, церковных и повседневных наказаний, следующих за отлучением, наложенным на него папой же. И затем, уже пред лицом Иннокентия III, в Риме, раз поклявшись, епископ навсегда остался непреклонен в своей верности королю Филиппу (Швабскому), «…предпочтя прослыть ослушником, нежели клятвопреступником…». А многие крестоносцы покинули армию при Задаре, предпочтя явной авантюре собственную дорогу в Святую Землю, из-за несогласия с большинством пилигримов в отношении вопроса исполнения клятвы, несмотря на то, «…что господин папа закрыл бы глаза на всё, что было бы сделано ими неподобающего, лишь бы дело богоугодное не расстроилось…». И даже блестящее решение Иннокентием III явной диллемы, возникшей из-за игнорирования венецианцами папского отлучения, не могло убедить этих упрямых пилигримов остаться в рядах крестоносной армии.

Естественно, что и Восточнохристианская церковь также не выказывала ни малейшего желания признать претензии римского понтифика на «вселенскую власть». GEH упоминают один инцидент на острове Корфу, когда византийский архиепископ язвительно заметил, что «…единственное, что приходит ему на ум, когда он слышит притязания Рима на верховенство своего престола, это то, что именно римские солдаты распяли Христа…». Всё это как нельзя живо показывает, что вопрос вселенских притязаний римского папы являлся основной причиной раскола в Церкви, расколовшей её на Восточную и Западную, хотя и были отдельные попытки сподвижников дела объединения, пытавшихся найти общую почву для налаживания диалога.

Пророчества же, произнесённые неким Бурхардом фон Гарлемонт, в Рагузе, и неизвестным «философом» из Тира, равно как и собственное суеверие епископа, констатируют, что, ни прекрасное образование, ни высокое социальное и духовное положение, не являлись сколь – нибудь значимыми моральными барьерами, чтобы не соблазниться услугами провидцев и предсказателей. Пророчество падения Константинополя и его подчинения воле крестоносцев, возможно, могло стать одной из причин, по которой, по крайней мере, некоторые из пилигримов двинулись к византийской столице с твёрдым убеждением, что судьба царственного города уже предрешена Господом. Но это не означает, что воинство направлялось к Константинополю с иной целью, нежели кроме как восстановления на императорском троне Исаака Ангела, тестя Филиппа Швабского. И ещё, - Хальберштадтский Аноним написал в 1209 году, что некий «философ» из Тира поведал некогда Конраду «…всё, что случится с ним…», в период будущих 1204 и 1205 годов, и это может натолкнуть на весьма интересную мысль: - а не проходила ли вся дальнейшая деятельность епископа, даже его удаление в монастырь, под влиянием услышанных предсказаний? Этого уже никто не узнает.

Мир средневековья – это мир, где святое и мирское постоянно пересекались, а «чудеса» не были чем – то шокирующим. Пример этому – посещение епископом хальберштадтским церкви Пресвятой Девы Марии в Тортозе, где он надеялся исцелиться от сенной лихорадки. А самый замечательный пример средневекового мироощущения – в приобретении и вывозе епископом святых реликвий для своего кафедрального собора; а также в абсолютной уверенности анонимного хроникёра, что эти бесценные мощи суть есть знаки небесного благоволения, кое и принесло с собой мир и процветание для всей Саксонии. А святые, чьи мощи это были, стали покровителями Хальберштадта, и окрестных земель, и даже всей Германии 18. Лишь в таком духе возможно понять то почтение, какое испытывали пилигримы, когда они принимали крест для дела освобождения Иерусалима, а особо – для освобождения Гроба Господня, часть коего, без малейшего сомнения в его подлинности, епископ Конрад привёз в Хальберштадт. И такое приобретение бесценнейших святынь являлось знаком расположения и благоволения Господнего к хальберштадтскому диоцезу, и означало, что, личное спасение, основная цель каждого пилигрима, стало реально достижимым для всего населения Саксонии.

Четвёртый Крестовый поход не освободил Иерусалим, но он много сделал для хальберштадтского епископа. Самое же главное – Конрад исполнил свою клятву пилигрима и прекрасно проявил свой талант при Задаре, Константинополе, и в Святой Земле.. И как следствие этого – оправдание в глазах Святого престола, и благословение знаками Господней милости. Ну а самое главное, было, по представлениям того времени, что, хотя Иерусалим и не был отвоёван, крестоносцы устранили церковный раскол, и возвратили восточных христиан в лоно единой Церкви. И поэтому, пилигримы, а в особенности духовенство похода, «… значили в глазах Божьих много больше, нежели самые могущественные армии…».


Отрывок из

ДЕЯНИЯ ЕПИСКОПОВ ГАЛЬБЕРТШТАДСКИХ

Епископ 19 Палестрины 20, легат престола Апостольского 21, отослал послание епископу Конраду, призывая его поспешить в Колон, в течение семи дней, дабы исполнилось предписание господина папы. А Конрад же, надлежащим образом принеся извинения, за то, что предстоящий путь будет весьма труден и опасен из-за врагов короля Филиппа (Швабского), и ввиду того, что невозможно будет уложиться в такой короткий срок 22, обратился напрямую к Апостольскому престолу. Но, отвергнув все его доводы, легат отлучил и его, и всё сочувствующее королю Филиппу духовенство 23.

Итак, господин епископ Конрад, видя опасность одесную себя, угрожавшую чести и его, и его церкви, рассудил, что разумнее отдаться в руки Господни, нежели человеческие 24. И в пальмовую субботу 25, во время праздничного служения для своих прихожан, так как ответственен был он за отправление ритуала в Кведлинбурге 26, принял (он) крест в знак служению Иисусу Христу, и делу освобождения Святой Земли 27. А все те, кто пребывал в горестном унынии, возрадовались немедля такому его решению.

Бесспорно, что лишь Господня добродетель чудесным образом снабдила его, лишённого всяческих средств по причине предприятия, в коем (недавно) принял он участие 28, необходимыми средствами для исполнения обета пилигримского. А господин Альберт, настоятель собора в Магдебурге 29, великодушно даровал ему пятьсот марок серебром 30. И уладив должным образом дела и свои, и своей церкви, лишь только позволило время, отправился епископ сей путём паломническим, на майские календы 31, в год от воплощения Христова, в 1202, в начальный год епископата своего 32.

А по пути пересёк он Богемию 33, в коей властвовал достославный господин Оттокар, и брат его, маркграф Моравский 34; и приняли они его с великим почётом 35. И снабдив его всем необходимым, сопроводили его чрез всю их землю. А ещё, пересёк он владения светлейшего князя, герцога Австрийского 36, и землю епископа зальцбургского 37; а пройдя их, вступил на землю патриарха аквилейского 38. И останавливался там он, и встречен был любезно повсеместно. А затем, ведомый рукой Господней, достиг он Венеции на августовские иды 39. И таково удостоился он славы и возвышения среди венецианцев, что они, хотя не был он их земляком, почитали его, как если бы был он их родоначальником и господином.

В этом месте хроника резко перескакивает к продолжающейся борьбе партий Вельфов и Гогенштауфенов в Саксонии.

Итак, господин епископ Конрад, как было сказано, достиг Венеции. Там же он и повстречал превеликое множество пилигримов, кои, по условиям соглашения, что заключили они с венецианцами 40, ожидали начала выступления. А для тех же, кто желает знать, почему (немедленное отплытие было отложено на время), я кратко разъясню, насколько позволит сжатость моего изложения, истоки похода этого, и его важнейшие события.

Паломничество в Грецию 41

Господин Фульк 42, досточтимейший священник, подвизался проповедовать в разных частях Галлии. Принявши крест на себя, в помощь Земле Святой, возбудил сердца многих других, подобно ему, принять крест. И таково многие благородные крест приняли для участия в походе: и господин Нивелон суассонский 43, и господин Генрих Труасский 44, и граф Тибо Шампанский 45, и граф Луи Блуасский, вместе со своим братом 46; а так же граф Балдуин, и брат его, Генрих, Фландрские 47: и граф Сент – Поля 48; и граф Перше 49; и множество других благородных людей; и неисчислимое количество присоединившихся. После обсуждения (дела), направили они нарочного в Венецию, в сопровождении господина Бонифация, маркиза Монферратского, кто так же принял крест 50.

И вошли они в соглашение с венецианцами, согласно которому венецианцы вызывались обеспечить перевозку паломников морем, а по истечении (этого) года, выставили бы войско, числом в тридцать тысяч ратников 51. Пообещав за всё это 52 сто тысяч марок 53, скрепили они 54 соглашение клятвою и поручительством. А несколько позже, когда уже венецианцы вознаградили себя множественно за свои труды 55, господин Фульк, и граф Шампанский, и граф Перше, кои и были вдохновителями похода сего, умерли 56.

В соответствии с договором, в некий назначенный день пилигримам всем надлежало прибыть в Венецию 57, а оказалось, что они были не в состоянии заплатить и вполовину того, чего затребовали венецианцы, даже и после того, как всё их имущество – чеканное и рубленное серебро, лошади, и скарб были заложены 58. Посему, венецианцы держали их на острове Святого Николая 59, и не позволяли им убраться оттуда, доколе их долги не будут выплачены полностью 60. Таково, после жарких споров между сторонами 61, в конце концов, пришли к решению; - венецианцы, как договаривались, присоединялись к пилигримам, а пилигримы же, помогут венецианцам отмстить обидчикам своим; а всё, что станется добычей военной, будет поделено поровну между ними 62. А оставшуюся по прежнему договору часть долга будут выплачивать венецианцам из доли крестоносцев.

Но, как бы то ни было, господин епископ Конрад, не принимавший участия в этих договорённостях, искал совета у господина Петра Капуано, легата престола Апостольского 63, как же ему вести себя в таких условиях. А он же 64, недвусмысленно отвечал ему, что господин папа предпочёл бы закрыть глаза на всё, что было сделано ими непотребного, нежели видеть поприще богоугодное расстроенным, и дал ему также мудрый совет не покидать воинство Христово. И более того, чем заносчивее они (пилигримы) вести будут себя, тем крепче должен он будет противостоять злу 65. Таково он 66 и связал судьбу свою с делом богоугодным, равно как и четверо аббатов ордена цистерцианского, коих папа избрал, дабы вести крестоносцев словом и примером своим 67.

Таким образом, в год от воплощения Христова, в 1202, на октябрьские календы 68, вся армия погрузилась на корабли. При попутном ветре достигли скоро они залива у града Задара 69, накануне дня святого Мартина 70. Несомненно, Задар - удивительный город. Столица Далмации и Хорватии, расположен он на берегу морском. Превосходно укреплённый, с неприступными стенами и высокими башнями, лишь однажды подчинился он венецианцам. А свергнув же с себя ненавистное бремя их, поспешил он к защите и владычеству короля венгерского 71. Венецианцы же не снесли позора. И теперь, осадив город и с моря, и с суши, с помощью от крестоносцев, получили возможность принудить жителей к сдаче, невзирая на появление апостольского строжайшего предписания, с угрозой отлучения, если не оставят они своего злодейского замысла 72. И вскоре, в день святого Хризогона 73, чьи мощи хранились в том самом городе (Задаре), крестоносцы захватили город сей, и добыча их была разделена между ними. А сам же град был поделён на две половины, где в одной из них расположились пилигримы, а в другой – венецианцы 74.

А посему, некоторые из аббатов, кто призывал к отпадению от лукавых венецианцев, из-за содеянного, привлекли к себе некоторых паломников, и оставили воинство, и ушли в сторону Венгрии. Король же венгерский любезно принял их, и поспособствовал им пересечь море. А они ,затем, исполнили обеты свои пилигримские 75.

Для пущей же уверенности, пилигримы, находящиеся в Задаре, послали представителей своих в Рим 76, прося извинения за содеянное, и представляя дело своё пред господином папой таким образом, будто бы лишь насущная необходимость заставила их принять участие в злодействе венецианском. Папа же отослал сих посланников назад 77, и обозначил снятием отлучения следующие указания, чрез безусловное исполнение коих и надлежало получить прощение 78. А если же венецианцы почитают апостолические наказания насмешкой, то никому не дозволено будет сноситься с ними, а дотоле, пока пилигримы будут на кораблях венецианских, то пусть почитают их за свои жилища. А отлучение, наложенное на венецианцев, как на хозяев жилищ, в коих сейчас обитают пилигримы, посему не могло причинить им 79 сколь нибудь значимый ущерб, равно как и паломникам 80.

Таково оставались крестоносцы в Задаре в течение всей зимы, а светлейший король Филипп (Швабский), рассудив об отсутствии продовольствия и крайней скудости в деньгах, кои причитаются венецианцам, и что год, на который была договорённость с венецианцами на предоставление оными своего флота и армии в распоряжение крестоносцев, истекает, размыслил, что весьма было бы разумно для дела Святой Земли, если бы его тесть, Алексей 81, царь греческий 82, с их помощью возвратил себе королевство, из которого был он изменнически изгнан. Передав же таковое послание с нарочным к армии, представил он 83 дело своё следующим образом: если они восстановят его на троне, он клянётся, что вознаградит их двумястами тысячами марок, и в течение года будет помогать им пищей, кровом и доставкой паломников в Землю Святую по морю 84. А крестоносцы, обсудив дело сие, найдя приемлемым для себя, а особо в отношении обещаний насчёт пилигримов и вознаграждения 85, разом и согласились 86. И вернулись от них послы, и принесли вести для молодого царевича, свояка короля Филиппа 87.

И когда, на майские иды 88, пришло время для всех пилигримов покидать Задар, венецианцы полностью сравняли город с землёй, со всеми стенами его и башнями, дворцами и строениями. А когда, согласно договорённости, все пилигримы собрались в ожидании на острове Корфу 89, вышеупомянутый молодой царевич, прибыв к Задару накануне дня святого Марка 90, был принят венецианцами, всё ещё остававшимися там 91, с превеликим почётом, и затем, прибыв на Корфу в канун Пятидесятницы 92, присоединился к паломникам, ожидавшим его приезда с нетерпением 93.

Случилось, что пока армия находилась на Корфу, архиепископ того же самого города пригласил некоторых прелатов отобедать. И начался между ними спор, и вышло у них несогласие по вопросу верховенства Апостольского престола, а этот самый архиепископ утверждал, что он не знает никакого другого главного довода в пользу римского первопрестола, кроме как того, что именно римские солдаты распяли Христа. И вот, жители града этого, узнав, что упомянутый царевич, наследник царя греческого, появился среди них, с помощью осадных машин и пращей заставили пилигримов сняться и уйти из залива. А крестоносцы ушли лишь тогда, когда опустошили полностью остров сей, по приказу Алексея 94.

Проходя окрестностями Рагузы 95, господин епископ Конрад свиделся с неким отшельником. Ходила же молва, что был это граф Буркхард –де – Гарлемонт 96; и возвестил он о грядущем падении града Константинополя и подчинении его воле крестоносцев 97. А оттуда, оставив позади земли вокруг Маллеи 98, Дуррацио (Диррахия) 99 и Метония 100, и острова морские: Фарос, Старий 101, Делос, Цикладий 102, и Андрос, и мыс Сигиум, а чрез Геллеспонт 103– в земли Трои, Цестуса, и Абидуса 104, прошли через бесконечные городки и бесчисленные острова, и по милости Божьей, достигли Константинополя 105.

А чудесные деяния, посредством которых Господь являл знамения для армии, даже в самых незначительных вещах, остались же крестоносцами в пренебрежении. И осадив город, и захватив его, вышеупомянутый юноша был восстановлен на троне, вместе со своим отцом Исааком, и он же отплатил чёрной неблагодарностью за всё, содеянное для него 106, и воспротивился крестоносцам, и был убит греками. А потом, уже, после того , как город захватили (греки), Алексей 107, занявший место Алексея 108, был ослеплён и изгнан Алексеем же 109, приходившимся дядей по отцовской линии Алексею 110, и франки пленили оного, и таскали его 111, а потом, разорвали его на куски в городе, а град опять подчинили себе, и сделали латиняне императором Балдуина, графа Фландрского 112. Он же был убит впоследствии в битве с Ионницей, повелителем валашским 113; и много других удивительных вещей случилось там, и необходимо отдельное повествование о них, дабы не рассеивать их здесь, в этом сжатом описании.

Затем, в год от воплощения Господнего, в 1204, когда Балдуин, граф Фландрский, был возведён в императорское достоинство над греками, господин Конрад, епископ хальберштадтский, во исполнения обета своего пилигримского 114, сел на корабль, шедший из Константинополя в Святую Землю, и отправился туда, на шестнадцатый день пред сентябрьскими календами 115. Отправился он к границам греческим, с ещё с двумя судами, нагруженными продовольствием, а Господь уберёг его от жестокости пиратской. В подряде сим богоугодном 116, достиг он Тира 117 на октябрьские ноны 118. Оттуда же отправился он незамедлительно к кардиналам – легатам престола Апостольского, в город Акру 119.

Кардиналы сии освободили его от отлучения, наложенного на него епископом палестринским, и получив от него клятву, что он самолично предстанет пред папой, послали письмо по делу сему господину папе. А сами, готовясь к путешествию в Константинополь, возложили обязанности свои на нашего епископа, и повелели ему оставаться в Святой Земле. А наипаче того, архиепископ тирский, по отъезду своему в Грецию, возложил надзор и заботу о церкви городской на него так же, посему же, у него 120 оказались покои, как в городе, так и во дворце 121. И рукоположили его 122, и стал он и священником, и епископом, ответственным за престол сидонский 123 . И случилось, что некий философ, пока он 124 пребывал в Тире, открыл ему будущее, что ожидает его. Посему, когда епископ страдал от жестокой лихорадки в Тортозе, граде месопотамском 125, явился он в церковь Пресвятой Богородицы, построенной, по преданию, апостолами Петром и Андреем, и в ней, с Божьей помощью исцелился 126.

Таково и пребывал он в землях заморских, с честью и славою служа, восстановил он стены тирские, кои пострадали во время землетрясений, и посещал дома призрения, и священников, и служак приходских; и раздавал между ними имущество своё, и кормил множество нищих ежедневно; и даровал оное узникам и паломникам,; и вот, раздав почти всё из своего имущества беднякам, на третий день пред апрельскими календами 127, погрузился на корабль, намереваясь вернуться домой. И было, что Амори, король Иерусалимский 128, и рыцари – храмовники, и госпитальеры, и жители Тира и Акры, всё духовенство и прихожане, провожали его с превеликим сожалением, справедливо замечая, что нынче вся земля (их) оставлена без утешения его присутствия, кое было, без сомнения, благословением для Земли Святой. А епископ, приняв эти знаки почтения и признания, благословил собравшихся, и отплыл на Крит при попутном ветре, когда внезапная буря обрушилась на их судно. И понесла она корабль в Варварию 129 столь яростно, что все впали в отчаяние. И держала их буря до кануна дня Тайной Вечери Господней, на праздник святой Пасхи 130. А затем, Божье Милосердие снизошло на них, и подхваченные благоприятным бризом, по дарованию Господнему, в конце концов, прибыли они в порт венецианский, в канун Пятидесятницы 131.

А туда, господин Буркхард, настоятель церкви хальберштадтской 132, с некоторыми собратьями из церковной кафедры городской, и с гонцом от господина Филиппа (Швабского), короля, приехали встретить епископа 133. А епископ же, был принят венецианцами с большим почётом, как если бы он был их пращуром и господином 134. И на день Пятидесятницы 135, облачившись в праздничные одежды церковные, принял он участие в торжественной процессии, в коей были так же и дож венецианский 136 и духовенство, и все жители города; и двинулись они к монастырю святого Марка 137, где епископ отслужил (праздничную мессу), а весь народ внимал ему с благоговением.

Оставив же свои пожитки там, он немедленно отправился в Рим. Когда же господина папы достигла весть о его прибытии в Вечный город, по причине отлучения, наложенного на него епископом палестринским ранее, даже и после того, как кардиналы – легаты престола Святого в заморских странах освободили его; и даже невзирая не это, он 138, потребовал вторичного снятия отлучения, как если бы на всякий случай. И хотя папа всячески давил на него, в попытке оторвать епископа от числа сторонников короля Филиппа, желая заставить его подчиниться Оттону 139, епископ твёрдо отвечал, что предпочёл бы скорее прослыть ослушником, нежели клятвопреступником 140. Таково же случилось, что и армия, находящаяся в Константинополе, и король Иерусалимский, и церкви со всей Святой Земли, узнав, послали петицию господину папе, засвидетельствовав, что человек сей заслужил апостольской милости и подобающего уважения. И написали следующее:

Ежели нас не ввели в заблуждение, то они 141, поклялись подчиниться Господу и престолу Святому, ради коих он 142 и старательно усердствовал, так, что схизма греческая сгинула, и Греция возвратилась  в апостольский союз и церковный мир, как и подобает 143.

А ради этого, множество досточтимых священнослужителей, один из коих сейчас не среди нас, трудились мудро и благочестиво, со всей серьёзностью, во имя дня нынешнего, и каждый из них в глазах Божьих ценнее всех могучих армий, и сие есть достойное подвизание к стремлению приобрести избыток апостольской благодати и чести за свою службу 144. Таковым же, среди наших священнослужителей, кто в поприще богоугодном участвовал, и разумным советом, и невероятной заботой, господин епископ Хальберштадта явился, по праву заслужив достойную похвалу. Благодеяние для нашей армии словом и примером во всём; явил он и в почтении к Святому престолу, кое хранит в своём сердце. Но, по причине упорнейших слухов, коим нет доверия ни у кого среди нас, приезжие приносят вести о том, что Ваше Сиятельство могли ввести в заблуждение насчёт сего человека, и недовольство Вашего Преосвященства против него, возможно, имело место быть. Мы же, ни разу не слышали, и не видели чего – либо, засвидетельствовавшее бы против него.

И таково мы готовы умолять Ваше Отечество, со всей искренней любовью, какую мы испытываем к упомянутому епископу, что если даже если и меры, принятые Вашей Святостью против него и справедливы, во что нам никак не хочется верить, по причине его набожности; то и ходатайствуем и свидетельствуем за него в своём прошении. Вы даруете ему своё полное и упокоенное прощение, зная, что никогда не найдёте в нём ни возмущения, ни противления. А он с готовностью подчинится первому Вашему повелению, каждому решению апостольской воли.

Таково же, эта явная пустая напраслина и скверна обсуждаются пустословно и глупо; примирение и умиротворение придут в апостолических посланиях к упомянутому епископу, чего он и заслуживает; и станет известно повсеместно, что милость Вашего Отечества полностью восстановит его в своей церкви 145.

По этой же причине, и кардиналы, и остальные, испытывали к нему сочувствие, по причине опасности, какой он подвергался, и из-за трудов его. коим он подвизался, и с пречистым видом своим предстал пред господином папой 146. И папа, немедля восстановил его во всех иммунитетах, и принял его весьма благосклонно, и на праздновании дня святых апостолов Петра и Павла 147, переодев его в ризы епископские, и митру 148, восстановил его среди кардиналов, под ликование прихожан, празднующих святой день сей. И с сим благодеянием, а так же, даровав ему поцелуй мира апостольский, кой завещал Господь наш, равно как и для всего клира, отпустил его в землю свою.

Таково же человек сей возвратился из Болоны, с сопешествующими ему из земли сей, и с округа римского, и с теми, кто возвращался с обучения 149; и взял он их на своё содержание. И вот, по мере приближения к земле своей, и господин Бернхард, герцог саксонский 150, и множество рыцарей и служителей церкви, вышли на встречу ему, приветствовав его с превеликой радостью.

Прибытие святых реликвий из земли греческой 151

Сохранив же реликвии святые на всём протяжении путешествия своего, подготовил он прибытие их, с должным чествованием, и с подобающей для них утварью, и с надлежащим торжеством. И вот, град весь, представленный и духовенством, и мирянами, и прелатами, и клириками со всего диоцеза, а также благородными господами, и превеликим множеством любопытствующих из числа жителей соседних земель, вышли из стен городских навстречу ему, и таково было празднование, что никто не видел подобного ему доселе. И так они восклицали, воздавая хвалу Господу за епископа, возвратившегося из далёких земель. Потому, как возвратился он со свидетельством святынь, что принесли с собой мир и спасение для всей отчизны.

И сразу же, по прибытии сих блаженных реликвий, Милосердие Господне излилось на землю с такой славою, что раздор между королём и духовенством 152, длившийся уже довольно долго, закончился, ознаменовав собой их единение в лоне Церкви. И хотя многие связывали сие (Господне милосердие) со странной 153 смертью короля Филиппа 154, как бы то ни было, происходящее вершилось по неисповедимому пути Божьему 155. А неурядицы, что возникли повсюду в таком множестве, что казалось, не будет им конца, внезапно, на удивление всем людям, отступили, пред благословением мира и согласия. И время смутное, что властвовало во всей земле уже долго, сменилось временем достатка и избытка. Таковое же было заслуженным, несомненно, за почётное принятие у себя мощей покровителей блаженных, благодаря коим, и глад, и мор, и смерть, и противление, и война 156, возвратились к страшной четвёрке, с Божьей помощью 157.

И затем, господин епископ, с грузом бесценным, проследовал с великой радостью и восторгом, прямо в собор святого Стефана 158. И встречая его, весь клир, возвеличивая труды его, кои он исполнил при покровительстве Господнем, радостно запели ”Iustum deduxit Dominus” 159. А епископ же, прочитав проповедь собравшимся, явил всем присутствующим подлинность, наличие и количество мощей святых, достойных всяческого почитания и благоговения 160. И вот реликвии, кои он привёз с собой: Кровь Господа нашего, Иисуса Христа; часть Истинного Креста Господнего 161; Гроб Господень 162; терновый венец Господень 163; саван и покрывало Его 164; багряные одежды 165; губка и уксус 166; а также сандалии Сына Человеческого; волосы Пресвятой Девы Марии и часть её одежды; часть черепа Иоанна Предтечи с волосами его, и отрезком его одежды, и одним из его пальцев; мощи святого апостола Павла; и мощи (апостола) Андрея; и руку апостола Симеона; и главу Иакова, родного брата Господнего; а также плечо апостола Филиппа, и руку апостола Вараввы, и мощи других апостолов 167; часть черепа святого первомученника Стефана, с его же локтем 168; руку папы Климента; мощи святого Лаврентия, Космы и Демьяна, Иоанна и Павла, Георгия, Мартына, Пантелеймона, Ермола; палец Николая Угодника; и мощи Иоанна Златоуста, и Иоанна Милостивого, и Григория Назианина, и Василия 169; и часть черепа Марии Магдалины; и запястье, вместе с рукой девы Евфимии; мощи Луки, Маргариты, Екатерины, Варвары, и множество других мощей святых великомучеников, перечисление коих будет весьма утомительным 170.

И установил господин епископ день сей, в кой прибыли святые мощи, в шестнадцатый день пред сентябрьскими календами 171, ежегодным празднованием и почитанием для всего диоцеза 172. Так, чтобы и монашествующие 173 могли присутствовать в церкви 174 в день этот, значительно смягчил он (Декрет) для них 175. Тогда же он и построил, и освятил, и одарил новый алтарь в монастыре в честь вышеупомянутых святых, где постоянно бы звучали молитвы.

GEH внезапно переходит к теме смерти архиепископа Людольфа Магдебургского и избрания его преемника

____________________________________________________________________

А Конрад пожертвовал собору святого Стефана украшения из золота, серебра, и драгоценных камней, и багряные одежды, кои привёз он из Греции; и украсил главный алтарь самой драгоценной пурпурной тканью, украшенной золотым шитьём, с двумя изумительнейшими знамёнами. Также украсил он и санктуарий, и хоры драгоценнейшими шёлковыми отрезами.

GEH возвращается к последним годами епископата Конрада, и его уходу в монастырь в Циттехенбахе в 1208 году. Хроника обрывается на 1209 году упоминанием о Конраде в монастыре, с папским разрешением ему законного исполнения своих епископских обязанностей.

____________________________________________________________________

Комментарии

1. Дональд Квеллер и Томас Ф. Мадден: «Несколько аргументов в защиту венецианцев в четвёртом Крестовом походе», Byzantion 62 (1992): pp. 435-473; Томас Ф. Мадден: «Огни четвёртого Крестового похода в Константинополе 1203 -1204: оценивая ущерб» Byzantinische Zeitschrift 84/85 (1991/1992): pp / 72-93; idem, «Клятвы и сделки в четвёртом Крестовом походе: захват Задара и атака на Константинополь в 1204 году», The International History Review 15 (1993): pp. 441-468; idem. «Изнутри и снаружи Крестового похода» The International History Review 17 (1995): pp. 726-743; Alfred J. Andrea and Paul I. Rachlin: «Святая война, святые реликвии, святое воровство: трактат Суассонского Анонима De terra Iherosolimitana: анализ, редактирование и перевод» Historical Reflections/Reflexions Historiques 18 (1992): pp. 147-175; A. J. Andrea: «Дикость и грубость нравов в Historia Constantinopolitana Гюнтера Пайрисского» Carmina Philosophiae 1 (1992): pp. 19-33; idem. «Devastatio Constantinopolitana: особый взгляд на четвёртый Крестовый поход: анализ, новое редактирование и перевод» Historical Reflection/Reflexions Historiques 19 (11993): pp. 107-149.

2. Томас Ф. Мадден сейчас заканчивает пересмотр классической работы Дональда Е. Квеллера «Четвёртый Крестовый поход: завоевание Константинополя, 1201-1204 гг. » (Филадельфия, 1977), и моего анализа и перевода Гюнтера Пайрисского ”Historia Constantinopolitana”, которые ждут издания вот уже несколько лет, и скоро выйдут в свет.

3. Главный источник, который сейчас имеется в настоящем издании – это ”Gesta Innocentii III” (Деяния Иннокентия III), весьма пристрастная биография Иннокентия III (понтификат в 1198-1216 гг. ), написанная примерно в 1208 году, неизвестным лицом из римской курии, возможно, чиновником при папском архиве, или секретариате. «Деяния» дают ясное представление официальной позиции римской курии по вопросу Крестового похода, путем включения большого числа папских булл и бреве, а также содержат ряд важнейших деталей, которые, без упоминания в «Деяниях», могли бы быть потеряны навсегда. Сейчас «Деяния Иннокентия III» доступны для большинства исследователей в издании ”Patrologia Latina” Мигне (MPL), том 214. В нынешнее время готовится издание «Деяний» на английском языке, с дополнительными комментариями от Джеймса Пауэла. Вообще же, весь объём корреспонденции Иннокентия III, т. н. «папские регистры», нуждается в современной обработке. К счастью, около тридцати лет назад, Отмар Хагенедер, вместе с группой исследователей, выпустил новое издание переписки Иннокентия III, под названием ”Die Register Innocenz’ III” (Вена, 1964). Издание состоит из четырёх томов, подразделенных на периоды : 1198-1199 гг. ; 1199-1200 гг. ; 1202-1203 гг. ; и 1203-1204 гг. , Всё же, несмотря на такое многотомное австрийское издание, MPL остаётся лучшим источником официальной корреспонденции Лотарио Конти (Иннокентия III). ”Historia Constantinopolitana” Гюнтера Пайрисского весьма важный, но часто незаслуженно третируемый источник, датируемый 1205 годом; недавно был переиздан Петером Ортом (Хильдесхайм, 1994), в лучшей редакторской обработке, нежели предыдущее издание Поля Рьента «Exuviae sacrae Constantinopolitanae» 2 vols. (Женева, 1887-1878 гг. ), 1:57-126.

4. Ничего не известно об участии графа Бертольда в походе. Его имя упоминается в трактате Жоффре де Виллардуэна «La Conquete de Constantinople», в редакции Эдмонда Фарала (Париж, 1961), 1:74 и 2:86, и в «Devastatio Constantinopolitana», в редакции Альфреда Андрэа, стр. 131; и , возможно, у Гюнтера Пайрисского в ” Historia Constantinopolitana”, той же редакции, стр. 154.

5. Главный персонаж хроники Гюнтера Пайрисского.

6. Альфред Андрэа: «Конрад Кроссигский, епископ хальберштадтский: крестоносец и монах циттехенбахский, его духовная карьера в 1184-1225 гг. », Analecta Cisterciensia 43 (1987), стр. 11-91, исследование жизни и карьеры Конрада до, во время, и после его епископата.

7. Смотрите примечания 1-5. , а т. же работу Альфреда Андрэа «Historia Constantinopolitana: взгляд цистерцианского монаха тринадцатого века на Византию» Analecta Cisterciensia 36 (1980) , стр. 269-302; а также «Вклад цистерцианцев в дело четвёртого Крестового похода: анти – венецианцы?» Ibid. 41 (1985). стр. 17-31; и исследование Франциска Свитека « Гюнтер Пайрисский и Historia Constantinopolitana», Speculum 53 (1978): стр. 49-79.

8. ”Gesta episcoporum Halberstadensium” вышли впервые под редакцией Людвига Вайланда в «Monumenta Germaniae Scriptores», 32 vols. (Ганновер, 1826-1934), 27:73 -123. Главы, перевод коих использован в данной работе, помещены на страницах 116-121. Полем Рьентем, в ”Exuviae” , 1:10-21, переведен и редактирован отрывок из общего трактата Хальберштадтского Анонима, начиная с главы «Паломничество в Грецию» и далее, вплоть до перечисления реликвий и других сокровищ, что Конрад привёз в Хальберштадт. Рьент озаглавил данный отрывок «De peregrinatione in Greciam et adventu reliqiuarum de Grecia libellus» (Краткая книга о паломничестве в Грецию и прибытии реликвий из Греции), в твёрдом убеждении, которое не разделяется другими исследователями, о том, что эта «краткая книга» самодостаточна, и должна быть отделена от других глав «Деяний епископов хальберштадтских». Крестовый поход должно рассматривать в общем контексте всей истории епископата Конрада, как это и было задумано Анонимом.

9. Один из них датируется 1423 годом, а второй семнадцатым веком.

10. Дата указана, в соответствии с приведённой работой Альфреда Андрэа «Конрад», стр. 630, и «Цистерцианец», стр. 32.

11. А. Андрэа: «Конрад», стр. 17, 24-25.

12. А. Андрэа: «Конрад», стр. 60-63.

13. А. Андрэа: «Конрад», стр. 63-69; «Цистерцианец», стр. 32-34.

14. «Gesta episcoporum Halberstadensium», (GEH), стр. 114-116; А. Андрэа: «Конрад», стр. 17-23.

15. Следует смотреть работы А. Андрэа: «Конрад», и «Цистерцианец», для более полной трактовки заявления о том, что же всё таки Аноним предпочёл вставить в свою хронику, а чего избежал .

16. Нет никаких явных свидетельств тому, что могло бы заставить маркиза Бонифация выехать в Венецию для принятия участия в заключении взаимного согласия по предстоящей кампании. А в примечании № 31 для непосредственно, самого труда Анонима, говорится о шести комиссионерах, уполномоченных вести переговоры, и , будучи одно время проездом в землях маркиза, они, возможно, сделали ему предложение.

17. Пол Алфандери: «La Chretiente et l’idee de Croisade, texte etabil par Alphonse Dupront» 2 vols. ( Париж, 1954 и 1959 гг. ), 1: 81, 186.

18. Сходный момент в трактате Гюнтера Пайрисского, в коем говорится, что реликвии, привезённые аббатом Мартином в Пайрис, помещены в соборе, к вящей славе и милости Господней, и светлой памяти аббата, и постоянного счастья для всего Пайриса, и чести и умиротворения для всей Германии. Historia Constantinopolitana. 1: 107.

19. Ги, - кардинал – епископ Палестрины, и бывший аббат Сито (Франция).

20. Палестрина – один из городов центральной Италии к юго-востоку от Рима. (старинное название – Пренесте).

21. Термин, используемый с четвертого века н. э. в отношении престола, или епископства апостола Петра, т. е. римский папизм.

22. Колон находится примерно в 300 километрах к западу от Хальберштадта, и вся территория, пролегающая между ними, находилась под контролем сторонников Оттона Брауншвейгского.

23. Это должно было предоставить Конраду некоторую отсрочку, но затея провалилась. Он был отлучён, (к большому сожалению, редакторы английского издания «Деяний» не указали, какого типа было отлучение, и какие наказания предполагалось нести попавшему под него; но, по разумному предположению,- епископ не мог быть отлучён от Церкви, т. к. он не был объявлен повинным в ереси, святотатстве, кровопролитии и других тяжких грехах; скорее всего, отлучение содержало в себе запрет занимать епископскую кафедру и исполнять священнические обязанности, чему мы находим подтверждение в дальнейшем тексте. – прим. пер. ), а Рим поддержал действия кардинала Ги. См. А. Андрэа: «Конрад», стр. 20-22.

24. Когда Аноним упоминает об уходе Конрада в 1208 году с поста главы кафедрального капитула Хальберштадта, и его дальнейшем стремлении в циттехенбахский монастырь, невзирая на строжайший запрет папы делать это, хальберштадтский хроникёр старается убедить потомков, что Конрад «избрал путь повиновения божественным приказам, чем человеческим». GEH, стр. 122. Это и есть лейтмотив «Деяний» - представление епископа Конрада как праведного человека, кто всецело опирается лишь на Господа и разум.

25. 7 апреля 1202 года.

26. Для женского монастыря в хальберштадтском диоцезе.

27. См. А. Андрэа: «Конрад», стр. 22-23, для описания выгод, что приобрел Конрад от такого манёвра.

28. Епископ предпринял дорогостоящую осаду замка Швайнбек, против сторонников вельфской партии.

29. Магдебург являлся архиепископством, которому подчинялся Хальберштадт. По этой причине можно предположить, что тогдашний архиепископ, Людольф, приверженец Гогенштауфенов, помог Конраду получить епископское достоинство во время выборов. Кардинал Ги наложил также отлучение и на архиепископа Людольфа.

30. Непонятно, был ли это подарок, или же заём. Скорее всего, что это был всё таки заём, потому как здесь говориться о слишком уж щедрой сумме. Марка была мерой веса, а не монетой, и разнилась от региона к региону. Чтобы иметь представление о покупательной способности марки, достаточно двух примеров: весь приход Сито, под тяжелейшим нажимом со стороны папской курии, согласился дать 2 000 марок серебром на поддержание дела Крестового похода; и договор Венеции от 1201 года, установивший стандарт колонской марки, в качестве платы за доставку крестоносца по морю, и его содержание в течение года, в размере двух марок.

31. 1 мая. Эта дата может быть и не совсем точной. Существует послание от епископа Конрада в монастырь Шонингена, датируемое 14 мая 1202 года. Находился ли он всё ещё в Хальберштадте в этот день? Возможно, что это послание было написано и по его указанию, когда он уже направился в Италию. См. А. Андрэа: «Конрад», стр. 24-25.

32. Конрада рукоположили 1 января 1202 года.

33. Оттокар I (годы правления 1198-1230), монарх, который превратил Богемию в европейское государство путём сталкивания различных партий между собой для достижения своей цели в борьбе за корону Германии, и императорское достоинство. См. примечание 16.

34. Владислав.

35. Бывшие одно время союзниками Филиппа Швабского, Оттокар и Владислав затем отпали от партии Гогенштауфенов и присоединились к партии Вельфов. В этот промежуток, они и сопровождали епископа Конрада по своей земле летом 1203 года, хотя он и был крестоносцем. Не стоит повторять, что даже крестоносец, если на него было наложено отлучение, не попадал под покровительство церкви, ни он сам, ни его семья, ни имущество.

36. Леопольд VI, герцог Штирии и Швабии (годы правления 1194-1230), был одним из имперских выборщиков, кто поддерживал Филиппа Швабского.

37. Эберхард II ( годы правления 1200-1246), как и все гостеприимцы Конрада, являлся сторонником партии Гогенштауфенов.

38. Перегрин II. Архиепископ Аквилеи (нынешнее Фриуле), носили титулы патриарха с шестого по восемнадцатый век н. э.

39. 13 августа 1202 года.

40. Квеллер, «Четвёртый крестовый поход». Стр. 10-11, указывает статьи договора с венецианцами.

41. Такой заголовок в манускрипте пятнадцатого века.

42. Фульк (Пульхерий) Невилльский. См. работу Джона О’Брайена «Фульк из Невилля». Proceedings of the Leeds Philosophical and Literary Society 13 (1969), стр. 109-148

43. Нивелон де Керьзье (г. п. 1176-1207). См. работу А. Андрэа и Пола Рачлина «Святая война».

44. Его имя Гарнье, а не Генрих. Епископ Труа (г. п. 1193-1205), коего папа, безуспешно, пытался отговорить от участия в походе, ввиду его преклонного возраста. Однако, ко всеобщему удивлению, данный епископ сыграл одну из главных ролей в этом предприятии.

45. Тибо III (г. п. 1197-1201). См. Элен Киттел: «Был ли Тибо Шампанский вождём четвёртого Крестового похода?» Byzantion 51 (1981): стр. 557-565.

46. Граф Луи (Людовик) Блуасский (г. п. 1191-1205), не призывал своего брата идти в поход вместе. Виллардуэн, 1:4-14, указал несколько известнейших фамилий, от коих было по нескольку человек, принявших участие в походе. Весьма вероятно, что здесь ошибается или сам Аноним, или же его источник – епископ Конрад.

47. Балдуин IX Фландрский / Балдуин IV Гентский (1172-1205), и брат его, Генрих. В будущем, Балдуин процарствовал на императорском византийском престоле менее года, до своего пленения в апреле 1205 года, и последующей смерти (см. примечание № 94). Генрих наследовал своему брату императорское достоинство, был коронован 20 августа 1206 года, и царствовал до самой своей смерти в 1216 году.

48. Гуго Сент-Польский (1174-1205 гг. ).

49. Жоффре из Перше приходился двоюродным братом Луи Блуасскому.

50. Неточно. Главы этого похода не посылали Бонифация, маркиза североитальянского Монферрата, в Венецию. В 1200 году, графы Фландрии, Шампани и Блуа послали шестерых уполномоченных комиссионеров Венецию для ведения переговоров по поводу переброски венецианцами крестоносцев в Александрию. Во время своей поездки, эти комиссионеры находились и в Монферрате, и возможно, имели разговор и с маркизом, но нет никаких свидетельств в подтверждение тому, что маркиз сопровождал их в Венецию. Повторимся, весьма вероятно, что комиссионеры лишь обсуждали тему предстоящих переговоров с маркизом, и узнали его мнение относительно предстоящего предприятия. Далее, эти шесть посланников позднее заключили так называемый «Договор с Венецией» в апреле 1201 года, и затем разделились на две группы: одна из них направилась в Геную и Пизу, а другая, в которую входили Жоффруа Виллардуэн и Алард Макиреа (Maquereau), направилась обратно, через перевал Монт Сенэ (Cenis), через земли маркиза Бонифация. И возможно, эти два посланца снова имели встречу с маркизом, и рассказали ему о заключённом договоре. И только уже в конце июня (1201 года), после смерти графа Тибо, Виллардуэн предложил кандидатуру маркиза Бонифация как достойного лидера предстоящего похода. Бонифаций же (г. п. 1192-1207), происходил из одной из самых известных европейских династий, всецело вовлечённых в дело освобождения Святой Земли, принял крест в Суассоне в конце лета 1201 года. Виллардуэн, 1:14-44

51. Венеция предоставила ещё пятьдесят галер за свой счёт, в добавок к тему количеству, что было обговорено заранее. Эти пятьдесят галер, вместе с гребцами и моряками, естественно, не составляли указанного количества в тридцать тысяч человек, однако, дали возможность Венеции стать равноправным соучастником похода, и получать половину от будущей военной добычи. Согласно договору, количество крестоносцев, без участия венецианцев, было обозначено в тридцать пять тысяч пятьсот человек, а количество судов, предоставленных в их распоряжение, равнялось четыремстам, для перевозки и самих крестоносцев, и их лошадей, в количестве четырёх с половиной тысяч единиц. Но затем, общее количество крестоносцев, что явились в назначенный договором день, для паломничества, было значительно ниже заявленного, и все они уместились лишь на сто пятидесяти судах, для пересечения моря. (ср. указанные выше цифры в четыреста судов). См. Квеллер: «Четвёртый Крестовый поход», стр. 10-15, проводит анализ договора с Венецией.

52. Венецианцам.

53. Согласованная сумма в 85 000 марок.

54. Посланцы крестоносцев.

55. См. Квеллер «Четвёртый Крестовый поход». Стр. 15. где приводятся оценки ущерба венецианцев.

56. Тибо умер 24 мая 1201 года, Жоффре из Перше умер в середине апреля 1202 года, а Фульк умер в мае 1202 года.

57. Договор предусматривал, что отплытие назначается на 29 июня 1202 года, однако, по причине затянувшегося прибытия крестоносцев в Венецию, отплытие было отложено ещё на три месяца.

58. Виллардуэн, 1:60 -64, указывает, что крестоносцы не смогли собрать даже половины той суммы, на какую договорились ранее с венецианцами. Даже после того, как бароны-пилигримы сделали значительнейшие внесения в общую кассу, армия смогла предоставить лишь 34 000 марок, что равнялось сорока процентам от условленной суммы.

59. Ныне известный под названием Лидо.

60. Моментальное изменение условий договора.

61. ” Post multam igitur parties animadversionem” , что переводится, как «после улаживания сего весьма болезненного вопроса между сторонами».

62. «Договор с Венецией» от 1201 года определял, что все издержки будут ложиться на обе стороны поровну.

63. Пётр Капуано, кардинал-священник Сан –Марчелло, являлся папским легатом во Франции с конца 1198 года по начало 1200 года, где он активно способствовал предстоящему предприятию. В конце апреля 1202 года, папа Иннокентий III сделал его одним из двоих своих легатов при крестоносной армии. См. примечание № 99 ниже. Для дальнейшего исследования его деятельности см. В. Малежек: «Petres Capuanos, Kardinal, Legat am Vierten Kreuzzug, Theologe» (+1214), (Вена, 1988).

64. Кардинал Пётр.

65. Поведение и переживания Конрада перекликаются с поведением другого немецкого клирика, Мартина Пайрисского, аббата цистерцианского монастыря в Пайрисе, Эльзас. Как сказано в хронике Гюнтера Пайрисского, когда аббат Мартин, ужаснувшись предложению напасть на Задар, обратился к кардиналу Петру за разрешением возвратиться в свой монастырь, кардинал строжайше запретил покидать армию, « и наказал и ему, и нескольким другим священнослужителям, что находились там, оставаться со своими сотоварищами (т. е. крестоносцами) чрез смертельную опасность, и отговаривать их, насколько будет сие возможным, от пролития христианской крови». Historia Constantinopolitana. Стр. 123. Несомненно, епископ Конрад был одним из тех священнослужителей, кого упоминает Гюнтер.

66. Епископ Конрад.

67. В добавок к Мартину Пайрисскому, аббатами цистерцианского ордена, находящимися тогда в Венеции, были: Ги – Вог – де – Кернэ (Guy of Vaux de Cernay), Симон из Лузы, и аббат из Каркассона, чьё имя осталось неизвестным. Другие же цистерцианские аббаты, что присягнули кресту, находились где угодно, только не при армии. Все трое вышеуказанных аббата, имели папское разрешение и мандаты, кроме Мартина Пайрисского, чему посвящено отдельное исследование и анализ HC в будущем.

68. 1 октября . Devastatio Constantinopolitana, стр. 132, подтверждают эту дату; Виллехардуин же, 1:76, отмечает, что они отплыли на октавы святого Реми (Ремигия?), или 2-8 октября. Флот отправлялся частями, или по крайней мере, двумя партиями.

69. Нынешний Задар в Хорватии.

70. 10 ноября. DC, стр. 132 указывают, что флот прибыл в залив в канун дня святого Мартина, или 11 ноября.

71. Имрэ I (г. п. 1196-1204). Имрэ сам был крестоносцем; см. Джеймс Росс Свини (Sweeney) «Венгрия в крестоносном движении, 1169-1218гг. » International History Review 3 (1981), стр. 475-476.

72. Аббат Ги – Вог – де – Кернэ зачитал это послание перед армией. См. А. Андрэа и Илона Мотсифф «Папа Иннокентий III и переориентировка армии четвёртого Крестового похода на Задар» Byzantionoslavica 33 (1972). Стр. 17-18.

73. 24 ноября.

74. Венецианцы заняли ту часть города, которая выходила к заливу. Есть один момент, который не упоминают GEH, но который есть у Виллардуэна, 1:88-90, и в DC, стр. 133; когда, на третий день после раздела города, между венецианцами и остальными крестоносцами начались потасовки, в которых погибло более сотни человек.

75. Известно о трёх аббатах, покинувших армию в Задаре, двое из которых отправились в венгерскую землю, чтобы достичь Святой Земли. Ги – Вог – де – Кернэ, и неизвестный аббат из Каркассона, ушли вместе с Симоном де Монфор, и пришли в Италию, обойдя Венгрию. Достигнув южной оконечности Аппенинского полуострова, они отплыли в Святую Землю. См. Паскаль Гебин (Guebin), и Эрнест Лион, «Ги – Вог – де – Кернэ» Historia Albigensis, 3 vols. (Париж, 1926-1930), 1:108-110; и DC Стр. 133. Аббат Мартин пайрисский отправился в Рим, скорее всего, достигнув Италии морем, а в Вечном городе он безрезультатно старался уговорить папу освободить его от пилигримкой клятвы. Из Италии, Мартин отправился в Акру. DC, стр. 125 и 131.

76. Два клирика и два рыцаря: епископ Нивелон из Суассона, Иоанн Фесит (Faicete) из Нойона, Иоанн – де – Фрейз, и Роберт - де – Бове. Виллардуэн, 1:104-106. Аббат Мартин также присоединился к делегации. Несмотря на то, что Гюнтер пайрисский заявляет, что аббат был официальным представителем армии (HC, стр. 125), скорее всего, он поехал как представитель лишь своего германского контингента.

77. Только трое посланников вернулись к армии. Роберт – де- Бове, кто был против нападения на Задар, покинул делегацию, и направился своим путём в Святую Землю.

78. Послание папы V, 161 (присвоен номер V, 161 по нумерации в MPL), к графам, баронам и всем остальным, написанное либо в феврале, либо же марте 1203 года: Die Register Innocenz’ III, Отмар Хагенедер и др. (Вена, 1964), 5:318-320. см. также А. Андрэа и Илона Мотсифф «Папа Иннокентий III и переориентировка армии четвёртого Крестового похода на Задар» Byzantionoslavica 33 (1972). Стр. 20-22.

79. Венецианцы.

80. Послание папы VI , 102. Die Register Innocenz’ III, 6: 165-168. Для определения содержания и датируемости письма, см. А. Андрэа и Илона Мотсифф «Папа Иннокентий III и переориентировка армии четвёртого Крестового похода на Задар» Byzantionoslavica 33 (1972). Стр. 22 - 24. Отмар Хагенедер, Джон С. Мур, и Андре Соммерленер, редактировавшие шестой том «папских регистров», несогласны с датировкой этого письма. Венецианцы отказались просить прощение для снятия отлучения в то время по следующей причине: такое обращение к римскому престолу могло означать лишь одно – что они совершили сознательный грех, напав на Задар, и их мучает совесть. А основная часть крестоносцев вообще же не обращала внимания на факт того, что венецианцы всё ещё находятся под отлучением. Соответственно, всё это заставляет думать, что епископ Конрад хранил молчание по поводу и отлучения венецианцев (ведь он сам тоже был отлучён), и запрета римского понтифика на оккупацию Задара. А. Андрэа: «Конрад», стр. 30-33.

81. Не Алексей, а Исаак II Ангел (г. п. 1185-1195 и 1203). Исаак II, изгнанный из Константинополя, стал тестем короля Филиппа Швабского, женив его на своей дочери Ирине. Сын Исаака, царевич Алексей , будущий император Алексей IV (г. п. 1203-1204), приходившийся Филиппу свояком, бежал из Константинополя и прибыл ко двору германского короля на рождество 1201 года, где и получил обещание и поддержку в деле восстановления на византийском престоле. А византийский трон был захвачен его дядей, родным братом Исаака Ангела – Алексеем III (г. п. 1195-1203), ослепившим императора Исаака и изгнавшим его.

82. Следует обратить внимание, что в подлиннике стоит именно титул Rex Grecorum, а не Imperator Grecorum. Как сторонник Филиппа Швабского, германского короля, и главного претендента на императорский титул «Священной римской империи» Запада, Хальберштадтский Аноним не намеревался больше называть императором кого-либо ещё, тем более тех, кто царствовал в Константинополе. Другой сторонник Гогенштауфенов, Гюнтер Пайрисский, обнаруживает сходные тенденции в обращении с титулами монархов византийских, называя их всех исключительно царями. НС, стр. 298-301.

83. Эти обещания следует относить к Алексею, а не Филиппу. Именно Алексей дал обещания вознаграждения, а не Исаак, который на тот момент являлся узником в Константинополе. Живший в то время византийский историк Никита Хониат указал, что Исаак, будучи в темнице, успел написать письмо своей дочери Ирине, жене Филиппа, горя желанием отомстить за свои мучения (своему брату). Historiа, Жан-Луи Ван Дитен (Берлин, 1975), стр. 536.

84. Это главнейшие условия договора между Алексеем и крестоносцами ( т. н. «Договор при Задаре»). Вдобавок, он пообещал подчинить константинопольское патриаршество Риму, выйти в крестовый поход вместе с десятью тысячами воинов, и содержать, до конца своей жизни, около 500 рыцарей за свой счёт в Святой Земле. Виллардуин, 1:92-94.

85. Tum pecibus tum precio – весьма напыщенная риторическая игра слов. .

86. Это мнимое единодушие ни что иное, как миф. Devastatio Constantinopolitana , стр. 133, отмечают, что «…когда командующие узнали об этом, о том, что собираются (многие) отправиться в Грецию, то собрались вместе, и придя к решению, поклялись никогда не идти туда…» Виллардуэн, 1:98-100, отмечает, что изо всего французского контингента лишь двенадцать человек поклялись Алексею, в Задаре, помочь в его деле.

87. Здесь впервые Аноним (а может и его позднейший переписчик) называет Алексея свояком, а не тестем Филиппа, как ранее.

88. 15 мая 1203 года. Виллардуэн, 1:103, сообщает, что в понедельник предпасхальной недели, то есть седьмого апреля, крестоносцы перебрались поближе к заливу, в то время как венецианцы сравнивали город с землёй. Немного позже все корабли снялись с якоря и ушли. А DC, стр. 133, содержит сведения о том, что корабли стали отплывать от Задара 20 апреля. Принимая такие сведения за основу, можно предположить, что армия покинула развалины Задара не позднее 15 мая. Фарал, один из редакторов Виллардуэна, полагает, что в GEH следует читать «на апрельские иды», т. е на 13 апреля. Виллардуэн, 1:111. Он также указывает на то, что слишком большой срок между этими апрельскими идами, когда венецианцы разрушили город, и к двадцатым апрелем, когда они всё ещё находились в плавании (к о. Корфу), а эту дату двадцатого апреля даёт нам более надёжное Devastatio Constantinopolitana . Таким образом, Фарал предполагает, что Аноним подразумевает весь период апрельских ид, то есть с шестого по тринадцатое апреля. А вот другой редактор GEH, Л. Вайланд, «подкорректировал» текст, чтобы читалось «мартовские иды», или пятнадцатое мая.

89. Современная Керкира

90. 25 апреля 1203 года.

91. Так как святой Марк был покровителем Венеции, этот день всё равно бы отмечался как великий праздник. Приезд Алексея, специально приуроченный к этому дню, для многих явился хорошим предзнаменованием.

92. 25 мая – 2 июня 1203 года.

93. Не совсем так. Всё ещё сохранялась значительная оппозиция довольно ощутимого числа лидеров этого крестового похода, сопротивляющихся переориентировке цели военного предприятия на Константинополь. Виллардуэн, 1:116-120. Робер де Клари , стр. 32, информирует, что армия, остановившаяся на время на о. Корфу, была на грани мятежа, потому как она не желала отправляться никуда, кроме как в Святую Землю; и лишь с большим трудом, пообещав, что этот бросок не займёт много времени, вожди похода смогли уговорить возмущающихся помочь Алексею. Граф Гуго Сент-Польский писал своему другу, Генриху Лювиньскому (Louvain), что тогда, в конце 1203 года, на о. Корфу, только лишь двадцать с небольшим, человек, называя их поимённо, намерены были плыть далее, к константинопольским стенам; Epistola in recueil des historiens des Gaules et de la France, 24 vols (Париж, 1830-1904), 18:517. И вот, среди четырнадцати имён, указанных в письме, находится и имя епископа хальберштадтского, как одного из сторонников константинопольской авантюры. Цистерцианский историк Альберих из Труа-Фонтене (Trois – Fontaines), также отметил епископа Конрада как если не вдохновителя, то, по крайней мере, рьяного сторонника переориентировки цели похода. Chronica Alberici Monachi Trium Fontium, Sheffer-Boichorst, MGH, SS, 23:880

94. Остров этот был владением византийской империи, и поэтому, теоретически необходимо было согласие Алексея Ангела, если крестоносцы собрались дать отпор жителям города. А так как другие источники умалчивают о такой «жесточайшей» битве, остаётся предположить, что GEH в данном случае, немного преувеличили действительность.

95. В действительности, флот достиг Рагузы, сейчас это хорватский город Дубровник, пред тем, как он появился на Корфу.

96. Ничего не известно об этом человеке.

97. Те, кто уверен, что вторичное занятие Константинополя крестоносцами, что произошло в апреле 1204 года, было следствием заранее подготовленного латинянами предприятия, задуманного задолго до того, как флот отправился на Восток, могут увидеть в таком «пророчестве» подтверждение своему мнению. Но, всё таки, основная смысловая тяжесть, должна ложиться, на понимание того, что лидеры крестового похода никогда не хотели завоевать Константинополь для себя (т. е. навсегда остаться там), а рассматривали поход в Византию лишь как кратковременное предприятие. А подчинение города крестоносцам рассматривалось хроникёром всвязи с предсказаниями, которые были даны лишь для дела восстановления на троне Исаака, и его сына.

98. Акра Малея на юго-востоке Пелопоннеса.

99. Дуррацио (Диррахий), в Албании, сейчас возле Пелопоннеса.

100. На юго-западе Пелопоннеса.

101. Возможно, остров Агиос Евстратиос (Agios Evstratios).

102. Это не отдельный остров, а целый архипелаг, в который входят Фарос, Делос и Андрос, но не Агиос Евстратиос.

103. Дарданеллы.

104. Вполне возможно, что флот проходил мимо Трои, Сигеума, Абидоса и Цестуса, именно в указанном порядке перечисления.

105. Во время путешествия от Задара к Константинополю, епископ Конрад должен был пройти следующим маршрутом: Рагуза, Дуррацио, Корфу, Метоний, Акра Мелея, Фарос, Делос, Андрос, Агиос Евстратиос, Троя, Сигиум, Абидос, Цестус, и Константинополь.

106. Царевич Алексей, сейчас император Алексей IV (г. п. 1203-1204)

107. Алексей V (г. п. 1204), известный под именем Морзофлюса, кто отобрал трон у Алексея IV, и убил его в январе 1204 года.

108. Алексей IV.

109. Алексей III (г. п. 1195-1203), был ныне в изгнании. Он заманил Алексея V, кто был в бегах, в ловушку, и ослепил его.

110. Алексей IV. См. прим №62.

111. Схваченного в конце ноября 1204 года, Алексея V казнили, сбросив его с колонны, стоящей в константинопольском Форуме.

112. Балдуин I (г. п. 1204-1205), был возведён в императоры 16 мая 1204 года.

113. Калоян, властитель болгарский и валашский, (г. п. 1197-1207), упоминается в византийских хрониках под уменьшительным именем Ионницы, или «маленького Иоанна», в союзе с фракийскими греками разбил и пленил императора Балдуина в битве при Адрианополе 14 апреля 1205 года. Балдуин умер в плену при невыясненных обстоятельствах. Конрад в это время направлялся домой из Акры, когда произошла эта битва, и возможно, он знал не все подробности о произошедшем за время его отсутствия. Альберт из Штада, хроникёр, кто оставил сведения о появлении лже – Балдуина в период 1224/1225гг. , упоминал, что Конрад, будучи в то время уже в циттехенбахском монастыре, был одним из числа авторитетнейших свидетелей, кто свидетельствовал, что истинный император Балдуин погиб в битве с сарацинами. Annales, J. M. Lappenberg. ed. MGH, SS, 16:358. Калоян был христианином, и добивался расположения и православной, и католической церквей.

114. Мадден. «Клятвы». Стр. 463, убедительно аргументирует, что для большинства крестоносцев, исполнение своих пилигримских клятв казалось совершённым делом, так как они сломали греческую схизму, и вернули Константинополь в лоно единой Церкви.

115. 17 августа 1204 года.

116. Как крестоносец – пилигрим, он являлся, метафорически, «наёмником дела Божьего».

117. Портовый город в Ливане.

118. 7 октября.

119. Порт Акры, расположен вне городских стен нынешней Хайфы, некоторое время служил столицей, когда Латино - иерусалимское королевство клонилось к упадку. Легатами были кардинал Петр Капуано, кого встречали уже в тексте, и Соффредо, кардинал – священник Сан – Прасседе. Кардинал Соффредо был предшественником Петра Капуано в Святой Земле, куда и приехал Пётр Капуано весной 1203 года.

120. Епископ Конрад.

121. Архиепископа тирского.

122. Конрад

123. Портовый город в Ливане.

124. Епископ Конрад.

125. Портовый город в Сирии.

126. Традиционно принято считать, что это первый алтарь, построенный в честь Пречистой Девы. Несколько путешественников, в тринадцатом веке, свидетельствовали, что место это было весьма популярным среди паломников, которые почитали его за чудесные исцеления. Jacques de Vitry, Historia Orientalis, J. Bongars, ed. In Gesta Dei per Francjs (Ганновер, 1611), стр. 1072-1073; Jean de Joinville, L’Histoire de Saint Louis, Natalis de Waily, ed. (Париж, 1867), стр. 400

127. 30 марта 1205 года.

128. Амори де Лузиньян. Женившись на Изабелле I, он правил под именем Амори II (г. п. 1197-1205), являлся также и королём Амори I кипрским.

129. Побережье северной Африки.

130. 6-10 апреля 1205 года.

131. 28 мая.

132. Первый достоверный документ, что упоминает Буркхарда в чине настоятеля хальберштадтского кафедрального собора, датируется 1203 годом: Urkundenbuch des Hochstifts und seiner Bischofe, Густав Шмидт, (1883; Оснабрюк, 1965); 1:379. Возможно, он наследовал Вернеру на посту настоятеля, пока епископ Конрад участвовал в походе. Вернера же повысили с настоятеля до ректора капитула в конце 1201 года, но во всех документах , датируемых до 1202 года, не упоминается преемника Вернера, а Буркхард обозначен архидиаконом: ibid. 1:368-376, пп. 414-421.

133. Присутствие в Венеции такого числа высокопоставленных чиновников церкви, встречающих епископа, ясно показывает, что Конрад заранее предупредил о своём прибытии.

134. Такой же приём, какого он удостоился венецианцами ранее, в 1202 году.

135. 29 мая.

136. Это невозможно. Виллардуэн, 2:198, сообщает, что дож Энрике Дандоло умер в самый канун праздника этой Пятидесятницы, и был погребён в константинопольской церкви Гагии Софии. Весть о смерти дожа достигла Венеции только 20 июля 1205 года. Этот «дож», что участвовал в процессии, являлся лишь его заместителем.

137. Церковь святого Марка, что возвышается на Пьяццо Сан Марко (площади святого Марка), не была монастырской церковью.

138. Папа Иннокентий III.

139. Следует обратить внимание, на то как Аноним избирает слова в отношении к Филипп и Оттону: «в верности королю Филиппу», и «заставить его повиноваться Оттону». Нет сомнения у хальберштадтского хроникёра, кто же из них двоих, является настоящим королём.

140. Т. е. заставить его изменить клятве, данной Филиппу.

141. Византийцы

142. Епископ Конрад? Папа? Именно так взято из текста, но, скорее всего, это относится к Конраду.

143. Папа Иннокентий III поддерживал это мнение. См. его послание к духовенству похода в Константинополе, MPL, 215:456.

144. Духовенство заслужило признание за свою роль и участие в походе. Очень может быть, что, без клерикальной поддержки религиозного рвения крестоносцев, Константинополь никогда и не был бы взят латинянами. Большое число знаменитейших клириков- участником похода, включая Конрада, поддержали представленный на рассмотрение план переброски армии под константинопольские стены, для восстановления на троне царевича Алексея, и скрыли от большинства крестоносцев папский строжайший запрет на ведение военных действий против Византии. А во время вторичного штурма Константинополя, 12-13 апреля 1204 года, эти самые же клирики убеждали крестоносных воинов, что греки являлись «врагами Божьими», посему штурм этот обратился в «святое дело»: Ibid. стр. 45-46, и Мадден, «Клятвы», стр. 462-464.

145. Или вообще, в лоне Церкви. По тексту представляется, что речь идёт о хальберштадтской церкви, что вполне разумно, но может и статься, что здесь говорится и о Римской католической церкви.

146. Дело Конрада было представлено на рассмотрение кардиналов, составляющих Папский Трибунал, а затем, уже с вынесенными рекомендациями по этому делу, епископ должен был предстать пред папой и его советниками.

147. 29 июня.

148. Ризы - верхняя одежда без рукавов, надеваемая священником для служения мессы; митра – церковный головной убор, используемый епископами Западной церкви.

149. Болонья – город, где находится старейший в Европе университет, с кафедрами канонического и светского (римского) права.

150. Бернхард III также являлся сторонником Филиппа Швабского.

151. Такое название в манускрипте пятнадцатого века.

152. Т. е. раздор между папой Иннокентием III и Филиппом Швабским.

153. Mirabili, это же самое прилагательное используется и для обозначения « по решению Господнему».

154. Филипп был убит графом Оттоном Виттельсбахом из личной мести, 21 июня 1208 года. Такой поворот событий предвещал весьма драматические последствия, потому как Филипп Швабский постоянно побеждал Оттона Брауншвейгского, чтобы воздействовать на папу и таким образом, для отказа римской курии поддерживать и далее соперника Гогенштауфенов.

155. Mirabili, см. прим № 134.

156. Имеется ввиду апокалипсические всадники. Книга Откровений: 6:1-8.

157. Смотрите также трактат т. н. Суассонского Анонима, кто заявил, что реликвии, привезённые епископом Нивелоном из Константинополя, исцелили множество увечных и больных, кто пришёл поклониться мощам в суассонский кафедральный собор.

158. Кафедральный собор Хальберштадта.

159. «Се, господь пошёл (имеется ввиду на крест?) ради человека». Эти стихи благодарения, которые прославляют полноту и пресуществление Божьего замысла. «Се, Господь пошёл ради человека, по пути предопределённому…»,-для Хальберштадтского Анонима, это , безусловно, основной тезис, посредством которого он и рассматривает деяния епископа Конрада, как обычного человека, кто подвергался несправедливым гонениям. А исполнение такого древнего антифона как нельзя кстати подходило для столь торжественного дня, когда мощи святых мучеников, что были убиты безо всякой вины (за исповедование христианства), прибыли в Хальберштадт. См. А. Андрэа, «Цистерцианец», стр. 32-33, для более полной трактовки стихов этого антифона.

160. И сейчас, мощи этих святых покровителей, хранятся в Хальберштадте.

161. Кусочки креста, на коем и умер Господь.

162. Гроб Господень (имеется ввиду церковь), - главный объект поклонения крестоносцев, удерживаемый мусульманами, после захвата ими Иерусалима в 1187 году.

163. Который римские солдаты надевали Христу как «венец царя иудейского».

164. Так называемый плат Вероники, какой подала она Христу, когда нес Он крест Свой на Голгофу, чтобы утер он кровь и пот с лица Своего; и на этом плате остался «нерукотворный лик» Христа.

165. Одежды, в которые облачили Христа, для насмешки над «царём иудейским»

166. Были использованы для издевательства над Иисусом, когда взалкал он на кресте; а возможно, что это было некое наркосодержащее вещество, которое давали, чтобы страдания обречённых не проявлялись столь явно.

167. Все безымянные мощи апостолов были собраны в один большой реликварий.

168. Кафедральный собор Хальберштадта был посвящён святому Стефану, первомученнику, побитому камнями до смерти, и для почтения коего, Христос самолично поднялся с трона Своего.

169. Мощи четверых почитаемых святых из Леванта.

170. Послание епископа Конрада от 1208 года, в котором он утвердил празднование возвращения в Хальберштадт с бесценными реликвиями, кои привёз он с собой из Константинополя, постоянный ежегодный праздник в день этот; вдобавок к письму прилагался список реликвий, с добавлением ещё одной святыни – руки святого Матфея. Urkundenbuch, 1:401. Также, как и большинство священных предметов, привезённых участниками и деятелями четвёртого Крестового похода из Константинополя, весь бесценный груз, переданный епископом Конрадом своему собору и капитулу в Хальберштадте, не потерялся и не рассеялся даже и через столетия, и в нынешнее время мощи можно увидеть в кафедральном музее. Erich Mayer, Das Dommuseum Halberstadt, Ein Furher (Хальберштадт, 1938), стр. 26-30. Представлены фотографии некоторых реликвий. См. А. Андрэа «Конрад», стр. 63-65, заметки в отношении истории нескольких из этих святынь.

171. 17 августа 1205 года. Скорее всего, дата неверна. Он вступил в город 16 августа, на семнадцатый день перед сентябрьскими календами, согласно его письму от 1208 года, в котором он утвердил день своего возвращения праздником. Urkundenbuch, 1:401. И Chronicon Montis Sereni также датируют прибытие Конрада 16 августом. Возможно, что эта небольшая ошибка Хальберштадтским Анонимом была сделана, когда он попутал события, что годом раньше, 17 августа 104 года, епископ отправился в Святую Землю из Константинополя. См. прим №96.

172. Согласно посланию Конрада от 1208 года, в день, который установлен праздником чествования святых покровителей хальберштадтских, людям, живущим по соседству с Хальберштадтом, и пришедшим поклониться мощам, даровалась индульгенция отпущения грехов на сорок дней вперёд, а тем же, кто пришёл издалека, на шестьдесят дней. Urkundenbuch, 1:400.

173. Тех, кто вёл монашескую, или полумонашескую жизнь, жили в монастырях. В тринадцатом веке этот термин применялся и к путешествующим монахам, и к приходским священникам. Скорее всего, Конрад имел ввиду лишь местное монастырское сообщество.

174. В кафедральном соборе.

175. Монастырское установление, или установление святого Бенедикта, что запрещало монастырской братии присутствовать на праздничных литургиях вне монастырских стен, где либо ещё.

Текст переведен по изданию: The Аnonymous of Soissons // Andrea, Alfred J. Contemporary sources for the fourth crusade. Brill. Leiden-Boston-Koeln. 2000

Текст воспроизведен по изданию: История крестовых походов в документах и материалах. М. 1975

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.