Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АХМЕД ИБН ФАДЛАН

КНИГА О ЕГО ПУТЕШЕСТВИИ НА ВОЛГУ В 921-922 ГГ.

/196б/ ЭТО - Книга 1 Ахмеда ибн-Фадлана ибн-ал-'Аббаса ибн-Рашида 2 ибн-Хаммада, клиента 3 повелителя правоверных, а также 4 клиента 5 Мухаммеда ибн-Сулеймана 6, Хашимида 7, посла 8 ал-Муктадира к царю “славян” 9, в которой'" он сообщает о том, что он сам наблюдая 11в стране тюрок, хазар, .русов, “славян”, башкир 12 и других [народов] по части различий их вероучений, /197а/ сведений об их царях, их положения :во многих их делах 13.

1) Сказал Ахмед ибн-Фадлан: Когда прибыло письмо 14 Алмуша сына Шилки 15 йылтывара 16, царя “славян”, к повелителю правоверных ал-Муктадиру 17, в котором он просит его о присылке к нему кого-либо, кто наставил бы его в вере, преподал бы ему законы ислама, построил бы для него мечеть, воздвиг бы для него кафедру, чтобы он установил на ней от его [халифа] имени хутбу 18 в его ['собственной] стране и во всех областях его государства 19, и просит его о постройке крепости, чтобы укрепиться в ней от царей, своих противников, - было дано согласие на то, о чем он просил. Посредником в этом деле 20 был Назир ал-Харами 21. А я был уполномочен 22 для прочтения ему [царю] письма 23 и вручения того, что отпрсь к нему [в качестве подарков] и длора над факихами и муаллимами ng>24. И ему были пожалованги, доставлявшиеся ему для упомянути постройки я для уплаты [жалованья] факихам я муаллимам, [со взысканием] с поместья 25, называемого Арсахушмисан 26, в земле Хорезма 27, из [числа] поместий Ибн-ал-Фурата 28. Послом к ал-Муктадиру от владетеля “славян” был муж по имени 'Абдаллах сын Башту 29 Хазарин 30, а послом со стороны государя [халифа] 31 - Сусан ар-Расси 32, клиент Назира ал-Харами, и [сопровождали его] Текин Тюрок 33 и Барыс “Славянин” 34, и я вместе с ними, как я уже сообщил. Итак, мне были вручены подарки для него [царя] 35, для его жены, для его сыновей 36, для его братьев 37, для его предводителей, и лекарства, о которых он писал Назиру, прося их.

2) Итак, мы отправились из Города Мира в четверг, по прошествии одиннадцати ночей [месяца] сафара триста девятого года 38. Мы остановились в Нахраване 39 на один день и отправились поспешно, пока не прибыли в Даскару 40. В ней мы оставались три дня 41. Потом мы отправились стремительно 42, не сворачивая никуда 43, пока не приехали в Хулван 44. Мы оставались в нем два дня. [Из него] мы поехали в Кирмисин 45 и оставались в нем два дня. Потом мы отправились и ехали, пока не достигли Хамадана 46, и оставались в нем три дня. Потом ехали, пока не прибыли в Савэ 7, и оставались в нем два дня, а из него - в Рей 43. В нем мы оставались одиннадцать дней, ожидая Ахмеда ибн-'Али, брата Су'лука 49, так как он был в Хуваре Рейском 50.

Потом мы отправились 50 в Хувар Рейнский я оставались там три дня. Потом мы отправились в Симнан 51, потом из него в Дамган 52. В нем мы неожиданно встретили Ибн-Карана 53, принадлежащего к партии [122] “Призывающего” 54, а потому мы cпрятались в караване .и ехали поспешно, пока не прибыли в Нишапур 55. Лейла ибн-Ну'ман был уже убит, и мы застали в нем Хаммуйу Кусу 53, начальника войска Хорасана 57. Потом мы отправились в /197б/ Сарахс 58, а потом из него в Мерв 59, потом кз него в Кушмахан 60, который является краем пустыни Амула 51. Мы оставались в нем три дня, чтобы дать отдохнуть верблюдам для въезда в пустыню. (Потом мы пересекли пустыню до Амула 62, потом мы переправились через Джейхун и приехали в Афирабр, рибат Тахира ибн-'Али 63, потом мы отправились .в Бейкенд 64, потом въехали в Бухару 65 и прибыли 66 к Джейхани 67. Это секретарь эмира Хорасана 68. Его прозывают в Хорасане “Шейх-опора” 69. Он прежде всего озаботился достать для нас жилье и назначил для нас человека, который удовлетворял бы наши потребности и удалял бы наши затруднения 693 в отношении всего, чего мы пожелаем. Итак, мы оставались [на отдыхе] несколько дней.

3) Потом он испросил для нас аудиенцию у Насра ибн-Ахмеда 70, и мы вошли к нему. А он безбородый мальчик. Мы приветствовали его в качестве эмира, а он пригласил нас сесть 71. И первое, с чего мы начали, - он сказал: “Каким вы оставили моего господина, повелителя правоверных, да продлит Аллах его пребывание [в этом мире] и его благополучие, - его самого, его гвардии 72 и его приближенных?” Мы сказали: “В благополучии”. Он сказал: “Да прибавит ему Аллах благополучия!" Потом: ему было прочитано письмо относительно передачи Арсахушмисана от ал-Фадла ибн-Мусы Христианина, управляющего Ибн-ал-Фурата 73, Ахмеду ибн-Мусе Хорезмийцу 74, об отправке нас и письма 75 к его соправителю в Хорезме, устраняющего для нас [всякие] препятствия, и письма™ ко Вратам тюрок 77, чтобы нам был дан эскорт и [тоже] устранены для нас препятствия. Он сказал: “А где [же] Ахмед ибн-Муса?” Мы сказали: “Мы оставили его в Городе Мира 73, с тем, чтобы он выехал за вами через пять дней”. Тогда он оказал: “Слушаюсь и повинуюсь тому, что приказал мне мой Господин, повелитель правоверных, да продлит Аллах его Пребывание [в этом мире]”.

4) Он сказал: Сведения об этом дошли до ал-Фадла ибн-Мусы Христианина, управляющего Ибн-ал-Фурата, и он пустил в ход свои хитрости в отношении Ахмеда ибн-Мусы. Он написал начальникам полиции 79 по Хорасанской дороге [.на участке] от гарнизонного города 80 Сарахса до Бейкенда, чтобы 81 они направили шпионов 82 на Ахмеда ибн-Мусу Хорезмийца по постоялым дворам 82 и сторожевым постам, [что] он [дескать] человек, с [такой-то] внешностью я [такими-то] особенностями 83, и что кто схватит его, пусть держит его под стражей, пока не будет получено наше письмо, которому пусть и следует 83а. Итак, он был взят в Мерве и посажен под стражу. Мы же оставались в Бухаре двадцать восемь дней. Между тем, ал-Фадл ибн-Муса также еще раньше столковался с 'Абдаллахом сыном Башту и другими из наших спутников, которые стали говорить “Если мы останемся, то нагрянет зима и будет упущено [время] для въезда [в Хорезм], а Ахмед ибн-Муса, когда выполнит свои обязательства в отношении нас 83б, догонит нас 83в”.

5) Он сказал: Я видел дирхемы в Бухаре 84 разных сортов, в том числе дирхемы, называемые ал-гитрифийа 85. Они состоят из меди, красной меди и желтой меди. Из них 85 берется количество 87 без веса, - сто из них /198а/ за 88 дирхем из серебра. А вот их условия относительно “калымов” 89 за их жен: “Женится такой-то, сын такого-то, на такой-то, дочери такого-то, за столько-то и столько-то дирхемов нитр-ифийа”. И таким же. образом [происходит] покупка их недвижимых имуществ и покупка их рабов: они не упоминают других дирхемов. У них есть [также] дирхемы, [для которых] взята только одна желтая медь. Сорок из них за данак 90. [123]

У них также есть дирхемы из желтой меди, называемые самаркандскими. Шесть из них за данак 91.

6) Итак, когда я услышал слова 'Абдаллаха сына Башту и слова других, предостерегавших меня от [неожиданного] прихода зимы, мы отправились из Бухары, возвращаясь к реке, и наняли 92 корабль до Хорезма 63. А расстояние до него от места, от которого мы наняли корабль, более двухсот фарсахов 94. Мы ехали только часть дня, - нам не удавалось ехать целый день 95 вследствие силы холода, - пока мы не прибыли в Хорезм. Мы явились к его эмиру. Это был Мухаммед ибн-'Ирак Хорезм-шах 96. Итак, он почтил нас, приблизил нас к себе 97 и устроил для нас жилье.

7) По прошествии трех дней он велел нам притти, обсудил с нами [вопрос] о въезде в страну тюрок и сказал: “Нет для вас соизволения на это, и непозволительно было бы мне допустить, чтобы вы вслепую рисковали вашей кровью. Я знаю, что это хитрость, которую подстроил этот отрок, - то есть Текин 98, - так как он был у нас кузнецом" и занимался 10° продажей железа в стране неверных. Это он обманул Назира, побудил его обратиться к повелителю правоверных и передать ему письмо царя “славян”. Великий эмир, - то есть эмир Хорасана 101, - имел бы больше права установить хутбу от имени повелителя правоверных 102 в этой стране, если бы он нашел [это] полезным 103. И сверх того 104, между вами и этой страной, о которой вы говорите, тысяча племен 105 неверных. И это [все] введение в обман 106 государя 107. Итак, я даю вам совет: нужно [отправить] письмо к великому эмиру, чтобы он снесся путем переписки с государем, - да споспешествует ему Аллах, - а вы останетесь [здесь] до того времени, как вернется ответ”. Итак, в этот день мы ушли от него. Потом мы снова приходили к нему и не переставали подольщаться к нему и льстить ему, говоря: “Вот приказ повелителя правоверных и его письмо, - какое основание сноситься с ним по этому поводу?” 107а - пока он не дал нам разрешения. Итак, мы спустились из Хорезма в Джурджанию. Между нею и Хорезмом 108 по воде пятьдесят фарсаков 109.

8) Я видел, что дирхемы Хорезма обрезные и свинцовые, и неполновесные, и медные 109а. Дирхем они называют “тазджа” 110. Вес его четыре 111а данака с половиной. Их менялы продают игральные кости, волчки 111 и дирхемы. Они [хорезмийцы] самые дикие люди /198б/ и по разговору и по природным качествам 112. Их разговор похож на то, как кричат скворцы 113.

9) В ней [стране Хорезм] 113а есть селение на [расстоянии] дня [пути] от Джурижании, называемое Ардакуа 114. Население его называется кардалийцы 115. Их разговор похож на кваканье лягушек. Они отрекаются от повелителя правоверных Али ибн-абу-Талиба, - да будет им доволен Аллах, - при окончании каждой молитвы.

10) Итак, мы оставались в Джурджании [много] дней. И замерзла река Джейхун от начала до конца ее; и была толщина льда семнадцать четвертей. Кони, мулы, верблюды и повозки проезжали через него, как проезжают по дорогам, - он был тверд, не сотрясался. И оставался он в таком виде три месяца.

11) И мы увидели такую страну, что думали, - не иначе, как врата Замхарира 116 открылись из нее на нас. Снег в ней падает не иначе, как с порывистым сильным ветром. Если [какой-нибудь] человек из ее жителей одаряет 117 своего приятеля и хочет [оказать] ему благодеяние, он говорит ему: “Пойдем 118 ко мне, чтобы нам поговорить, - ведь, право же, у меня хороший огонь”. Это в том случае, если он оказывает ему особенное благодеяние и [выражает] особую благосклонность. Однако Аллах [124] великий был милостив к ним в отношении дров, - он сделал их дешевыми для них: груз повозки дров [дерева] “таг”, - а это [по-арабски] ал-гада 119, - за два дирхема, из [числа] дирхемов, определяемых из расчета трех тысяч [штук] - ритль 120. Обычай их нищих [таков], что нищий не останавливается у дверей, но входит в жилище 121 кого-либо из них и сидит некоторое время у его огня, греясь. Потом говорит “паканд”, что значит “хлеб” 122, и [тогда] дают ему что-нибудь, а если нет, то он выходит 123.

12) Наше пребывание в Джурджании затянулось, а именно, - мы оставались в ней [много] дней раджаба, ша'бана, месяца рамадана и шавваля 124. Продолжительность нашего пребывания зависела от силы холода.

13)Право же, до меня дошел [рассказ о там], что... 185 двенадцать верблюдов, чтобы им обоим везти на них дрова из одного леса 126. Эти два [человека] забыли взять с собой огниво и трут и заночевали без огня. Когда они оба утром встали, то верблюды были мертвы вследствие силы холода. И действительно, я видел тамошний холод в воздухе 127 и то, что' 28 в ней [в Джурджании] базар и улицы, право же, пустеют до такой степени, что человек обходит большую часть улиц и базаров и не находит никого, и не встречается ему ни один человек. Не раз выходил я 129 из бани и, когда входил в дом, то смотрел на свою бороду, а она сплошной кусок снега, так что я бывало оттаивал ее у огня 1293. И, право же, бывало я спал 130 в “доме” внутри дома 131. А именно - в нем была [помещена] тюркская юрта из войлоков, причем я был укутан в одежды и меха 131 а, и [все же] иногда моя щека примерзала к подушке. Действительно, я видел, /199а/   как цистерны 1310 там ' 132 покрывались 133 шубами из шкур овец, чтобы они не 134 трескались и не разламывались, но это ничуть не помогало. Подлинно, я видел землю, которая разорвалась, и в ней от силы холода [образовались] огромные овраги 13* 3, и [также], то, что огромное гигантское дерево, право же, расщепилось от этого на две половины.

14) Когда же преполовинился шавваль триста девятого года 135, время года начало (меняться, река Джейхун растаяла, и мы принялись за принадлежности, необходимые для путешествия. Мы купили тюркских верблюдов 136 и велели сделать дорожные мешки 1363 из верблюжьих кож для переправы 136 через реки, через которые нам нужно будет переправляться в стране тюрок. Мы запаслись хлебом, просом, сушеным мясом на три месяца. Те из жителей этой страны, с которыми мы дружили, предложили нам' 137 воспользоваться [их] помощью в отношении одежд и постараться умножить их количество. Они представили это предприятие в ужасном виде и изобразили это дело 1373 очень трудным 1376, но когда мы [все] это сами увидели, то это оказалось вдвое большим 138 того, что нам было описано 139. Итак, на каждом из нас была куртка, поверх нее хафтан, поверх него шуба, поверх нее кобеняк 140 и бурнус 141, из которого видны были только два глаза, шаровары одинарные и другие с подкладкой, гетры 142, сапоги из шагреневой кожи 143 и поверх сапог другие сапоги, так что каждый из нас, когда ехал верхом на верблюде, не мог двигаться от одежд, которые были на нем. И отстали от нас факих, муаллим и отроки, выехавшие с нами из Города Мира, побоявшись въехать в эту страну 144. И поехал я, посол 145, его свояк 146 и двое отроков: Текин и Барыс 147. Когда же наступил день, в который мы решили ехать, я сказал им: “Слушайте! 148 с вами отрок царя, и он в курсе вашего дела 148а. С вами письма государя 149, и я не сомневаюсь, что в них [имеется] сообщение о посылке для него 149а четырех тысяч мусаййабских динаров. Вы прибудете к иноязычному царю 150, и он потребует это от вас. Они [125] же сказали: “Не бойся этого. Право же, он от нас не потребует”. Я же предостерег их и сказал: “Я знаю, что он потребует от вас”. Но они не приняли [моих предостережений].

15) Снаряжение каравана было хорошо налажено 151, мы наняли проводника по имени Фалус из жителей Джурджании. Потом мы положились на Аллаха могучего и великого, поручили ему наше предприятие и отправились из Джурджании в понедельник по прошествии двух ночей [месяца] Зу-л-ка'да триста девятого года 152. Мы остановились в рибате, называемом Замджан, /199б/   а это [и есть] Врата тюрок 153. Потом на другой день мы отправились и остановились на остановке, называемой Джит 154. Нас настиг такой снег, что верблюды ступали в нем по колена. Поэтому мы оставались на этой остановке два дня. Потом мы устремились в страну тюрок, не сворачивая ни перед чем, и никто нам не встречался в степи - [безлюдной] пустыне 155 без единой горы. Итак, мы ехали по ней' десять дней и встретили бедствия, трудности, сильный холод и беспрерывные снежные метели, при которых холод Хорезма 156 был подсобен дням лета. Мы позабыли все, что с нами было [до этого] 157, и были близки к гибели [наших] душ.

Однажды, право же, напал на нас сильный холод. Текин ехал рядом со мной, а рядом с ним один человек из числа тюрок, который разговаривал с ним по-тюркски. И вот Текин засмеялся и сказал: “Право же, этот тюрок говорит тебе: “Чего хочет господь наш 157а от нас? Вот он убивает нас холодом, и если бы мы знали, чего он хочет, мы непременно это ему дали бы 158”. Тогда я сказал ему: “Скажи ему: Он [Аллах] хочет от вас, чтобы вы сказали: “нет бога, кроме Аллаха”. Он же засмеялся и сказал: “Если бы нас этому научили' 159, мы обязательно это сделали бы”.

Потом, после этого, мы прибыли в одно место, где было огромное количество дров [дерева] “таг” 160. Мы сделали остановку в нем 161. Караван развел огонь 162, [люди] согрелись, сняли свои одежды и выставили их для просушки. Потом мы отправились и не переставали ехать каждую ночь от полуночи до времени спуска солнца 163 или до полудня 164 самой усиленной и самой напряженной ездой, какая только бывает. Потом мы делали остановку. Когда же мы проехали пятнадцать дней, мы прибыли к большой горе с множеством камней, на которой [были] источники, - прорывается источник и в ямке вода' 65. Когда мы пересекли ее [гору] 166, мы выехали 167 к [кочевому] племени тюрок, известных под названием гуз зов 168.

16) И вот они кочевники, - дома у них из шерсти, они то останавливаются [табором], то отъезжают. Ты видишь их дома то в одном месте, то те же самые 169 в другом месте, в соответствия с образом жизни кочевников и с их передвижением 170. И вот они в жалком состоянии 171. К тому же они, как блуждающие ослы 172, - не изъявляют покорности Аллаху 173, не обращаются к разуму 174 и не поклоняются ничему, но называют своих старейшин 173 “господами” 176. Когда кто-нибудь из них просит в чем-либо совета у своего главаря 177, он говорит ему: “Господи! что я сделаю в таком-то и таком-то [деле] ?”.

“Дела их [решаются] советом между ними” 178. Однако, когда они сойдутся на чем-либо 179 и решатся на это, приходит затем самый ничтожный из них и самый жалкий 180 и отменяет то, на чем они уже сошлись 180а. Я слышал, как они говорили: “Нет бога, кроме Аллаха, Мухаммед пророк Аллаха”, стараясь приблизиться этими словами к тем мусульманам, которые проезжают мимо них 181, /200а/   но не выражая этим никакого убеждения. А если кого-нибудь из них постигает несправедливость или случится с ним что-либо неприятное, он поднимет свою голову, к небу 182 и говорит; “Бир тенгри” 183, а это по-тюркски “[клянусь] богом [126] единым” 184, так как “бир” по-тюркски “один”, а “тенгри” на языке тюрок - “бог” 185.

Они не очищаются ни от экскрементов, ни от урины, и не омываются 186 от половой нечистоты и не совершают ничего подобного. Они не имеют никакого дела с водой, особенно зимой. Их женщины не закрываются ни от их мужчин 187, ни от посторонних, и женщина не закрывает также ничего из своего тела ни от кого из людей. Право же, как-то однажды мы остановились у [одного] человека из их числа. Мы сели, и жена этого человека [была] вместе с нами. И вот, разговаривая с нами, она раскрыла свой “фардж” и почесала его, в то время как мы на нее смотрели. Мы же закрыли свои лица руками и сказали: “Господи, помилуй!” Тогда муж ее засмеялся и сказал переводчику: “Скажи им: она открывает это 188 в вашем присутствии, и вы видите его, а она охраняет его 188а так, что к нему нет доступа. Это лучше, чем если бы она его закрывала и [вместе с тем] предоставляла пользоваться им”. Они [гуззы] не знают блуда. Но если относительно кого-либо они откроют какое-нибудь дело, то они разрывают его на две половины, а именно: они сужают промежуток [между] ветвями двух деревьев, потом привязывают его к веткам и пускают оба дерева, и находящийся при выпрямлении их 189 разрывается.

Один аз “их сказал: “Дай мне услышать чтение” 190. Коран ему понравился, и он начал говорить переводчику: “Скажи ему: Не умолкай”. Однажды этот человек сказал мне через переводчика: “Скажи этому арабу: есть ли у господа нашего 191 могучего и великого жена?” Я же ужаснулся этому и провозгласил “Слава Аллаху” и “Помилуй Аллах”. И он провозгласил “Слава Аллаху” и “Помилуй Аллах” так же, как это сделал я. И таково правило тюрка, - всякий раз, как он услышит мусульманина, произносящего “Слава Аллаху” и “Нет бога, кроме Аллаха”, он говорит то же, что и он.

17) Обычаи женитьбы у них таковы: если один из них сватает у другого какую-либо из женщин его семьи 192 или дочь его, или его сестру, или кого-либо из тех, кем он распоряжается 194, - за столько-то и столько-то хорезмийских одежд, и если он заплатит 1943 это, то он везет ее к себе 195. Иногда калымом 196 бывают верблюды, или лошади, или что-либо другое. И никто не может прибыть к своей жене, пока не будет уплачен калым 197, на который согласился ее “опекун” 198. А если он уплатит это ему, то идет, не стесняясь, пока не войдет в жилище, в котором она находится, и не возьмет ее в присутствии ее отца, ее матери и ее братьев, и они ему в этом не препятствуют.

18) А если умрет человек, имеющий жену и сыновей 199, то старший из его сыновей женится /200б/  на его жене, если она не была его матерью.

19) Никто из купцов или кто-либо другой не может совершать омовения после нечистоты в их присутствии, кроме как ночью, когда они его не видят. И это потому, что они гневаются и говорят: “Этот хочет вас околдовать, так как он уставился в воду” 200, - и штрафуют его деньгами.

20) И не может ни один мусульманин проехать через их страну 201 без того, чтобы не сделать кого-либо из них себе другом, у которого он останавливается. Он привозит для него из страны ислама одежды, а для жены его покрывало, немного перца, проса, изюма и орехов. Когда же он прибудет к своему другу, то тот разобьет для него юрту и доставит ему овец сколько может, так что мусульманину останется только закалывать их, так как тюрки их не закалывают, - право же, кто-либо из них бьет по голове овцу, пока она не умрет. И если человек из их числа [из мусульман] захочет совершить переезд 202, а у него станут 203 некоторые из его верблюдов или его лошадей, или он нуждается в деньгах, то он [127] оставляет ставших [животных] 204 у своего друга-тюрка, берет его верблюдов, его лошадей и то, что ему нужно 304а и отправляется. Когда же он возвратится с дороги 205, в которую он отправился, он возместит ему его деньги и возвратит ему его верблюдов и его лошадей. И точно так же, если проедет мимо тюрка человек, которого он не знает, [и] потом [вдруг] скажет ему: “Я твой гость, и я хочу получить часть твоих верблюдов, твоих лошадей и твоих дирхемов”, - он вручит ему то, что он хочет.

Если же купец умрет в дороге 206 и караван будет возвращаться, то тюрок встретит их и окажет: “Где мой гость?” И если скажут: “Он умер”, то он заставит караван разгрузиться 207. Потом он пойдет к самому знатному купцу, которого он среди них увидит, развяжет на его глазах его вещи, и возьмет из его дирхемов столько, сколько ему следует 208 с того купца, без лишнего зернышка. И так же он возьмет лошадей и верблюдов и скажет: “Это твой двоюродный брат 209, и ты более всего обязан уплатить 210 за него”. А если он убежал, то он [тюрок] сделает то же самое и скажет ему [второму купцу]: “Это такой же мусульманин, как и ты, возьми же ты с него”. А если этот мусульманин не даст согласия 211 [возместить долг] за его гостя на большой дороге 212, то он [тюрок] спросит о его бегстве 213, где он находится, и если его направят 214 к нему, то он проедет в поисках его расстояние [многих] дней пути, пока не прибудет к нему и не заберет у него того, что ему принадлежит 215, а также того, что он [иной раз] дарит ему 216.

Вот также обычай тюрка: если он приедет в Джурджанию, он спросит о своем госте и остановится у него, пока не отправится [обратно]. А в случае, если тюрок умрет у своего друга-мусульманина и [потом] проедет караван, в котором [находится] его друг, то они убьют его и скажут:"Ты убил его тем, что ты заключил /201а/   его [в тюрьму] 217. Если бы ты не задержал его, то отчего 218 бы он умер?”. И точно так же, если он напоит его набизом 219, а он свалится со стены, - они убивают его (в возмездие] за него 219а. А если его нет в караване, то они берут самого выдающегося, кто есть нем, и убивают его.

21) Поступок педерастии [считается] у них очень важным [преступлением]. Действительно, некогда остановился в родовой группе Кюзеркина 220, - а это наместник царя тюрок, - некий человек из жителей Хорезма и оставался у своего хозяина 221 некоторое время для покупки овец. У тюрка был безбородый сын, и хорезмиец не переставал ухаживать за ним и склонять его к себе, пока тот не подчинился его желанию. Пришел тюрок и нашел их обоих в соединении. Тогда тюрок подал об этом жалобу Кюзеркину. Итак, он сказал ему 222: “Собери тюрок”. И он их собрал. Когда они собрались, он сказал тюрку 223: “Как ты хочешь, чтобы я судил, - по справедливости или лживо?” 224. Он сказал: “По справедливости”. Он сказал: “Приведи своего сына”. Он привел его. Он сказал: “Следует, чтобы он и купец оба были убиты”. Тюрок этим возмутился и сказал: “Я не выдам своего сына”. Он же сказал: “Тогда купец даст выкуп за себя”. Он это сделал и заплатил тюрку 225 овцами за то, что он сделал с его сыном, заплатил 226 Кюзеркину четыреста овец за то, что он снял с наго [наказание] 227, и уехал из страны тюрок.

22) Первый из их царей 228 и главарей, кого мы встретили, [был] Йынал Маленький 229. Он прежде принял [было] ислам. Но ему было сказано: “Если ты принял ислам, ты уже не главенствуешь над нами”. Тогда он отказался от своего ислама. Когда же мы прибыли в то место, в котором он [находился] 230, он сказал: “Я не допущу, чтобы вы прошли, так как это нечто такое, о чем мы совершенно не слыхали и не думали 231, что оно бывает”. Тогда мы подольстились к нему 232 с тем, чтобы он удовольствовался [получением] джурджанского хафтана 233 стоимостью в [128] десять дирхемов, куска [материи] пай-баф 234, лепешек хлеба, пригоршни изюма и cта орехов. Когда же мы вручили ему все это, он поклонился нам [до земли]. А это их правило, - если человек оказывает почет [другому] человеку, он кланяется ему в землю. Он сказал: “Если бы мои дома не были отдалены 235 от дороги 236, я обязательно доставил бы вам овец и [дружеские] подарки” 337. И он удалился от нас.

23) Мы отправились, и на следующий день нас встретил один человек из тюрок с презренной внешностью, оборванец, тощего вида, жалкий по существу 238. А на нас капал сильный дождь. Он же сказал: “Стойте!” И караван остановился весь в целом, а именно около трех тысяч лошадей 239 и пяти тысяч человек. Потом он оказал: “Ни один из вас не пройдет!” И мы остановились, повинуясь его приказанию. Мы сказали ему: “Мы друзья Кюзеркина”. Он стал /201б/ смеяться и говорит: “Кто такой  Кюзеркин? Я испражняюсь на бороду Кюзеркина” 240. Потом он сказал: “Паканд” 241, что значит “хлеб” на языке Хорезма. Тогда я вручил ему лепешки хлеба. Он взял их и сказал: “Проезжайте, я смилостивился над вами”.

24) Он сказал: Если заболеет из их числа человек, у которого есть рабыни и рабы, то они служат ему, и никто из его домочадцев 241а не приближается к нему. Для него разбивают палатку 242 в стороне от домов 243, и он остается в ней до тех пор, пока не умрет или не выздоровеет.

25) Если же он был рабом или бедняком, то они бросают его 243а в дикой местности 244 и отъезжают от него 245.

26) А если умрет человек из их [числа] 246, то для него выроют большую яму в виде дома 247, возьмут его, наденут на него его куртку, его пояс, его лук... 248 и положат в его руку деревянный кубок с набизом, оставят перед ним деревянный сосуд с набизом, принесут все, что он имеет 249, и положат с ним в этом доме. Потом посадят его в нем, и дом над ним покроют настилом и накаладут и над ним нечто вроде купола 250 из глины. [Потом] возьмут его лошадей и в зависимости от их численности убьют из них сто голов, или двести голов, или одну голову 251 и съедят их мясо, кроме головы, ног, кожи и хвоста. И, право же, они растягивают [все] это на деревянных сооружениях и говорят: “Это его лошади, на которых он поедет в рай” 251а. Если же он когда-либо убил человека и был храбр, то [они] вырубят 252 изображения из дерева по числу тех, кого он убил, поместят их на его могиле и скажут: “Вот его отроки, которые будут служить ему в раю”. Иногда они пренебрегут убиением лошадей день или два. Тогда побуждает их 253 какой-нибудь старик из числа их старейшин25 4 и говорит: “Я видел такого-то, то есть умершего, во сне, и он сказал мне: “Вот видишь, меня уже перегнали мои товарищи, и на моих ногах образовались язвы 255 от следования за ними. Я не догнал их и остался один”. При этих обстоятельствах они берут его лошадей и убивают их и растягивают их на его могиле. И когда пройдет день или два, придет к ним этот старик и скажет: “Я видел такого-то, и он сказал: “Сообщи моим семейным и моим товарищам, что подлинно я уже догнал тех, которые ушли раньше меня, и что я нашел успокоение от усталости”.

27) Он сказал: Все тюрки выщипывают сваи бороды, кроме усов. Иногда я видел среди них дряхлого старика, который выщипал себе бороду и оставил немного от нее под подбородком, причем на нем [надета] шуба, так что, если человек после этого 255а увидит его, обязательно примет его за козла /202а/.

28) Царя тюрок гуззов называют йабгу, и это 256 - титул повелителя 257. И каждый, кто царствует над этим племенем, этим титулом называется. А заместителя его называют кюзеркин. И точно так же каждый, кто замещает какого-либо их главаря, называется кюзеркин 258. [129]

29) Потом, при 259 нашем отъезде из области этих [тюрок] мы остановились у начальника их войска 260. Его зовут Этрэк сын Катагана 261. Он разбил для нас тюркские юрты и поселил нас в них 261а. И вот у него челядь 262, и свита, и большие дома. Он пригнал к нам овец, я привели, лошадей, чтобы мы закалывали овец и ездили бы верхом на лошадях. Он созвал своих домочадцев и сыновей своего дяди [по отцу] 263 и убил для них множество овец. А мы еще раньше преподнесли ему подарок: одежды, изюм, орехи, перец и просо. Я видел его жену, которая раньше была женой его отца. Она взяла [немного] мяса и молока и кое-что [из того], что мы подарили ему 264, вышла из [пределов] “домов” в дикую местность 265, вырыла яму 266, погребла в ней то, что имела с собой, и произнесла [какие-то] слова. Я же сказал переводчику: “Что она говорит?” Он сказал: “Она говорит: “Это подарок для Катагана, отца Этрэка, который преподнесли ему арабы”.

30) Когда же настала, ночь, я и переводчик вошли к нему, в то время как он сидел в своей юрте. С нами было письмо к нему Назира ал-Харами, в котором он предлагает ему принять ислам и побуждает его к нему. [При этом] он послал ему [в дар] 267 пятьдесят динаров, среди которых [было] много динаров мусаййабских 268, три мискаля мускуса, красные кожи 269, две мервские одежды, из которых мы скроили для него две куртки, сапоги из красной кожи 270, одежду из парчи и пять шелковых одежд. Итак, мы вручили ему подарок и вручили [также] его жене 270а покрывало 271 и перстень 272. Я прочитал ему письмо, а он сказал переводчику: “Я не скажу вам ничего, пока вы не возвратитесь, и [тогда] напишу государю 273 о том, что я решу”. Он снял парчевую одежду, бывшую на нем, что бы надеть упомянутые нами почетные подарки. И я увидел бывшую под ней куртку, - она распалась [лохмотьями] 273а от грязи, так как отравила их [таковы], что никто не снимает прилегающую к телу одежду, пока она не рассыпется на куски. И вот он выщипал всю свою бороду и свои усы и остался как евнух.

31) Я видел 273а, как тюрки рассказывали, что он у них самый ловкий наездник. И действительно, однажды, в то время как он сопровождал нас на своем коне, я увидел, что несется летящий гусь. Од натянул лук, погнал 274 под него свою лошадь, потом он выстрелил в него, и вот уже сбил его вниз.

32) В один из дней он послал за непосредственно ему подчиненными 275 предводителями, а они следующие: Тархан, Йынал 276... 277 и Баглыз 278 И был /202б/ Тархан самый знатный из них и самый выдающийся из них 278а, и был он хромой, слепой, сухорукий 279. Итак, он сказал им: “Подлинно, вот это послы царя арабов к моему зятю 280 Алмушу сыну Шилки, и не подобает мне 281, чтобы я отпустил их иначе, как после совета с вами”. Тогда Тархан сказал: “Это нечто такое, чего мы совершенно не видали и о чем не слыхали, и мимо нас [никогда] не проходил посол какого-либо государя с тех пор, как существуем мы и отцы наши 282. Я думаю, что не иначе, как [этот] государь [халиф] 282а устраивает хитрость 283 и направляет этих [людей] к хазарам, чтобы подмять их войной против нас.

И лучше всего 284 разрезать 285 этих послов каждого пополам, а мы заберем то, что с ними имеется 286, И сказал другой из них: “Нет! Но возьмем то, что с ними, и оставим их голыми, чтобы они возвратились [туда], откуда прибыли”. И сказал [еще] другой: “Нет! но у царя хазар есть наши пленные. Так пошлем же вот этих, чтобы выкупить ими тех” 287. И они не переставали спорить между собой об этих вещах семь дней, в то время как мы находились в смертельном положении, пока они /203а/   не сошлись на том мнении, что они отпустят нас в дорогу, и мы проследуем [дальше]. Мы же преподнесли Тархану мервский хафтан 288 и два [130] куска [материи] пай-баф 289, а его товарищам 290 [каждому] то куртке 291, а также Йыналу 292. Мы вручили им [также] перец, просо и лепешки хлеба, и они удалились от нас.

33) Мы отправились [в путь] 293, пока не прибыли к реке Йаганды 294. Люди вытащили свои дорожные мешки, - а они [сделаны] из кож верблюдов, - и расстелили их. Взяли самок тюркских верблюдов, так как они круглы, и поместили их в их пустоту, так что они [мешки] растянулись 295. Потом они наложили их одеждами и вещами 296, и когда они наполнились, то в каждый дорожный мешок села группа [человек] в пять, шесть, четыре, - меньше или больше. Они берут в руки шесты из хаданга 297 и кладут их как весла, непрерывно гребя 238, а вода несет их [дорожные мешки] и они вертятся, пока мы не переправимся 299. Что же касается лошадей и верблюдов, то на них кричат, и они переправляются вплавь. Необходимо, прежде чем переправится какая-либо часть каравана, переправить отряд бойцов, имеющих оружие, чтобы они служили авангардом для людей. [Это] из боязни башкир 300, что они нападут врасплох на людей, когда они будут переправляться.

Итак, мы переправились через Йаганды 301 описанным нами способом. Потом, после этого мы переправились через реку, называемую Джам 302, также в дорожных мешках, потом мы переправились через Джахыш, потом Узил 303, потом “Эрдэн”, потом “Варыш” 304, потом Анхаты 305, потом “Вабна” 306, а это все большие реки.

34) Потом, после этого мы прибыли к печенегам. И вот они остановились 307 у воды, похожей на настоящее море 303. Они - темные брюнеты /203а/  с совершенно бритыми бородами, бедны в противоположность гуззам. Ведь я видел среди гуззов таких, которые владели десятью тысячами лошадей и ста тысячами голов овец. По большей части овцы посутся на том, что [имеется] в снегу, выбивая копытами и разыскивая сухую 309 траву. А если они не найдут ее, то грызут снег и до крайности жиреют. Курдюки этих овец волочатся по земле 310, А когда бывает лето, и они едят траву, [то] худеют.

Мы остановились у печенегов на один день.

35) Потом мы отправились и сделали остановку у реки Джайх 311, а это самая большая река, какую мы [только] видели, самая огромная и с самым сильным течением. И действительно, я видел дорожный мешок, который перевернулся в ней, и те, кто был в нем, потонули. И [вообще] погибло много человек из числа [наших] людей 313 и потонуло некоторое количество верблюдов и лошадей. Мы переправились через нее только с трудом.

36) Потом мы ехали [много] дней и переправились через реку Джаха 3' 3, потом после нее через реку Ирхиз 314, потом через Бачаг 315, потом через Самур 316, потом через Кинал 317, потом через реку Сух 318, потом через реку Кюнджюлю 319 и попали 320 в страну народа из [числа] тюрок, называемого башкиры 321. Мы остерегались их с величайшей осторожностью, потому что это худшие из тюрок, самые грязные 322 из них и более других посягающие на убийство. Встречает человек человека, отделяет его голову, берет ее [с собой], а его [самого] оставляет.

37) Они бреют свои бороды и едят вшей. [Вот] один из них тщательно исследует швы 323 своей куртки и разгрызает 323а вшей своими зубами. Право же, был с нами один человек из их числа, уже принявший ислам и служивший у нас. Однажды я видел, как он поймал вошь в своей одежде 324, он раздавил ее своими ногтями 325, потом слизнул ее 326 и сказал, когда увидел меня: “Прекрасно” 327. [131]

38) Каждый из них вырубает 328 палочку величиной с фалл и вешает ее на себя 329. И если он захочет отправиться в путешествие 330 или встретит врага, то целует ее, поклоняется ей и говорит: “О господи 33° а, сделай для меня то-то и то-то”. Я сказал переводчику: “Спроси кого-либо из них, какое у них оправдание этому [действию] и почему он сделал это своим господом?” Он [спрошенный] сказал: “Потому что я вышел из подобного этому и не знаю относительно самого себя иного создателя 331, кроме этого”.

39) Кое-кто из них говорит 331а будто бы у него двенадцать господов: “у зимы господь, у лета господь, у дождя господь, у ветра господь, у деревьев господь, у людей господь, у лошадей господь, у воды господь, у ночи господь, у дня господь, у смерти господь, у земли господь, а господь, который на небе, самый больший из них. Однако он объединяется с теми в согласии, и каждый из них одобряет то, что делает его сотоварищ” 332. Наш господь превыше 333 того, что говорят нечестивые 334, возвышенным величием 334а.

40) Мы видели, как [одна] группа 335 из них поклоняется змеям, [другая] группа поклоняется рыбам 336, [еще одна] группа поклоняется /203б/  журавлям. Мне сообщили, что они [когда-то] вели войну с [какими-то] людьми из числа своих врагов 336а, причем они [враги] обратили их в бегство 337, и что журавли закричали позади них [врагов], так что они напугались и сами обратились в бегство, после того, как обратили в бегство [этих башкир]. Поэтому они [эти башкиры] стали поклоняться журавлям и говорить: “Эти [журавли] наш господь, так как он обратил в бегство 338 наших врагов”. За это они им и покланяются 338а.

41) Он сказал: и мы уехали из страны этих [людей] и переправились через реку Джарамсан 339, потом через реку Уран 340, потом через реку Урам 341, потом через реку Байнах 342, потом через реку Ватыг 343, потом через реку Нийасна 344, потом через реку Джавшыз 345. Расстояние от реки до реки, о которых мы упомянули, - два дня, или три, или четыре, менее этого или более. Когда же мы были от царя “славян”, к которому мы направлялись, на расстоянии дня и ночи пути, он послал для нашей встречи четырех царей 346, находящихся под его властью, своих братьев 317 и своих сыновей 348. Они встретили нас, неся с собой хлеб, мясо, просо, и поехали вместе с нами. Когда же мы были от него на [расстоянии] двух фарсахов, он встретил нас сам, и когда он увидел нас, он сошел [с лошади] 343 и пал ниц, поклоняясь с благодарением Аллаху, великому, могучему. В рукаве у него были дирхемы, и он рассыпал их на нас. Он поставил для нас юрты, и мы поселились в них 349. Наше прибытие к нему было в воскресенье, когда прошло двенадцать ночей [месяца] мухаррема триста десятого года 350. И было расстояние от Джурджании 351 до его страны семьдесят дней [пути] 352.

42) Итак, мы оставались воскресенье, понедельник, вторник и среду в юртах, которые были разбиты для нас, пока собрались 353 цари его земли 354, предводители и жители его страны 355, чтобы услышать чтение письма [халифа]. Когда же наступил четверг и они собрались, мы развернули35 6 два знамени 356а, которые были с нами, оседлали лошадь присланным ему [в подарок] 357 седлом, одели его в савад 358 и надели на него тюрбан. Тогда я вынул письмо халифа и сказал ему: “Не подобает, чтобы мы сидели, когда читается это письмо”. :И он встал на ноги, - он сам и присутствовавшие знатные лица из жителей его государства 359, а он человек очень толстый и пузатый. Я начал и прочитал начало письма и, когда я дошел до слов: “Мир тебе, и воистину я прославляю, [обращаясь] к тебе, Аллаха, кроме которого нет иного [132] бога”, - я сказал ему 360: “Ответь пожеланием мира повелителю правоверных”. И он ответил, и они ответили все вместе.

Переводчик не переставал переводить для нас [т. е. наше чтение] буква в букву. Когда же мы кончили его чтение, то они возгласили “Велик Аллах!” таким возгласом, от которого затряслась 360а земля. Потом я прочитал письмо везира Хамида ибн-ал-'Аббаса, в то время как он стоял. Потом я пригласил его 361 сесть, и во время чтения письма Назира ал-Харами он сидел. Когда же /204а/   я окончил его [чтение], спутники 362 его рассыпали на него 363 многочисленные дирхемы. Потом я вьнул 364 подарки [состоявшие] из благовоний, одежд, жемчуга, для него 365 и для его жены, и я не переставал представлять ему и ей 366 одну вещь за другой, пока мы не покончили 367 с этим. Потом я облек 368 его жену [в почетный халат] в присутствии людей, в то время как она сидела рядом с ним, - таков их закон и обычай 369. Когда же я облек ее [в почетный халат], женщины рассыпали на нее дирхемы, и мы удалились.

43) По прошествии какого-нибудь часа 370 он прислал за нами 370а, и мы вошли к нему, в то время как он [находился] в своей палатке. Цари [сидели] с правой его стороны, а нас он пригласил сесть слева от него, в то время как сыновья его сидели перед ним, а он один [сидел] на троне 371, покрытом византийской парчей. Он велел принести стол [с яствами], и он был подан ему 372. На нем было одно только жареное мясо. Итак, он начал, - взял нож, отрезал кусочек 373 и съел его, ,и второй, и третий. Потом он отрезал 374 кусок 375 и дал его Сусану послу. Когда же он его получил, ему был принесен маленький стол и поставлен перед ним. И таково правило, что никто не протягивает своей руки к еде, пока царь не вручит ему кусочек. И тотчас, как только он его получит, то уже принесен ему стол.

Потом он вручил [мясо] мне, и принесен был мне стол 376. Потом он отрезал кусок и вручил его царю, который был оправа от него, и ему был принесен стол, потом вручил второму царю, и ему был принесен стол... 377, потом вручил четвертому царю, и ему принесли стол, потом вручил своим сыновьям, и им принесли столы378, и таким образом [это продолжалось], пока каждому из тех, кто был перед ним, не был принесен стол 379, и мы ели каждый со своего стола, не будучи сотоварищем по столу с кем-либо другим, и кроме него никто не брал с его стола ничего. Когда же он кончал с едой, то каждый из нас 380 оставшееся на своем столе 381 уносил в свое жилище. Когда мы поели, он велел принести напиток из меда, который они называют суджув 382 [изготовления] того же дня и той же ночи 383. Итак, он выпил кубок 384. Потом он встал во весь рост и сказал: “Это мое веселие о моем господине, повелителе правоверных, да продлит Аллах его пребывание [в этом мире]”. И так как он встал, то встали и четыре царя 385, и его сыновья 386, и встали мы также, пока он делал это три раза 387. Потом мы удалились от него.

44) На его минбаре еще до моего прибытия 387а уже провозглашали от его имени 388 хутбу: “О Аллах! Сохрани [в благополучии] царя йылтывара 389, царя булгар 390!” Я же сказал ему: “Воистину, царь - это Аллах и на минбаре этим титулом 390а не называется никто, кроме него, великого и могучего. Вот господин твой, повелитель правоверных, для собственной своей особы довольствуется тем, что на его минбарах на востоке и на западе провозглашают: “О Аллах! Сохрани [в благополучии] раба твоего и наместника твоего 391 Джа'фара, имама ал-Муктадира-би-ллаха, повелителя правоверных!” И таким же образом [делали] бывшие до него /204б/   предки его 392 халифы. И сказал Пророк, да благословит его Аллах и да спасет: “Не восхваляйте меня без меры, как восхвалили христиане Иисуса сына Марии, - ведь, право же, я раб Аллаха и посланник его”. [133] Он же сказал мне: “Как же подобает, чтобы провозглашали от моего имени 393 хутбу?” Я сказал: “Посредством упоминания 394 твоего имени и имени твоего отца”. Он оказал: “Но ведь отец мой был неверным, и я не хочу упоминать 395 его имени на минбаре; и я также [был неверным], - и я не хочу, чтобы упоминалось мое имя, так как тот, кто дал мне имя, был неверным 396. Однако, как имя моего господина, повелителя правоверных?” Я сказал: “Джа'фар”. Он сказал: “Подобает ли, чтобы я назывался его именем?” Я сказал: “Да”. Он сказал: “[Итак], я уже дал себе имя Джа'фар, а имя своему отцу 'Абдаллах, так что дай распоряжение об этом хатибу” 396а. Я сделал это 397, и он [хатиб] стал, провозглашать от его имени хутбу: “О Аллах! Сохрани [в благополучии] раба твоего Джа'фара ибн-'Абдаллаха, повелителя [эмира] булгар, клиента повелителя правоверных”.

45) Когда прошло три дня после прочтения письма и вручения подарков 393, он прислал за мной 399. До него дошло дело о четырех тысячах динаров и какова была хитрость Христианина 400 в [отношении] их задержки. Сообщение о них было и в письме. Итак, когда я вошел к нему, он пригласил меня сесть 401, и я сел, а он бросил мне письмо повелителя правоверных и сказал: “Кто привез это письмо?” Я сказал: “Я”. Потом он бросил мне письмо везира и оказал: “А это тоже?” Я сказал: “Я”. Он сказал: “А деньги, упомянутые в них обоих, что [с ними] сделано?” Я сказал: “Трудно было их собрать, время было стеснено, мы боялись упустить [возможность] .въезда [на север], так что мы оставили [их], чтобы они догнали нас” 402. Тогда он сказал: “Подлинно, приехали вы все, я то, что на вас истратил мой господин, он истратил для того, чтобы привезти [мне] эти деньги, чтобы я построил на них крепость, которая защитила бы меня от иудеев 403, поработивших меня. Что же касается подарка 404, то мой отрок 405 [и сам] мог бы прекрасно доставить его”. Я сказал: “Это совершенно верно, но только, право же, мы приложили все старания”.

Тогда он сказал переводчику: “Скажи ему: “Я не признаю этих [людей] 406. Подлинно, я признаю [только] тебя одного, и это потому, что эти люди не арабы 407. И если бы знал наставник [халиф], - да поможет ему Аллах 408, - что они возвестят [мне] то, что ты возсестил 409, он не послал бы тебя 410, чтобы ты сохранил [его поручения] для меня 411: прочел бы [его] письмо ко мне и выслушал бы мой ответ. И я не потребую ни одного дирхема ни у кого, кроме как у тебя, так что отдавай деньги, и это самое лучшее для тебя”. Итак, я ушел от лица его перепуганный, удрученный. У этого человека был [внушительный] вид и величавость 412, [был] он толстый, широкий 413, как будто бы он говорил из большого кувшина 414. Итак, я вышел от него, собрал своих спутников /205а/ и сообщил  им, что произошло между ним и мною. И я оказал им: “От этого я [вас] предостерегал”.

46) Его муээзин, призывая к молитве, провозглашая икаму 4'5 дважды. Я сказал ему: “Право же, господин твой, повелитель правоверных, у себя 416 провозглашает икаму один раз”. Тогда он сказал муэззину: “Прими[к исполнению] то, что он говорит тебе, и не противоречь ему” 417. Итак, муэззин держался этого [много] дней 418, пока он допрашивал меня относительно денег и препирался со мной о них, а я приводил его в отчаяние относительно этого и оправдывался в этом [деле]. Когда же он потерял надежду относительно этого, он дал распоряжение муэззину, чтобы он удваивал икаму, и он сделал это. А он [царь] хотел использовать это как средство, чтобы вступить со мной в диспут.

Итак, когда я услышал, что он удваивает икаму, я запретил ему и закричал на него. Царь узнал об этом, велел притти мне и велел [134] притти моим спутникам. Когда же мы собрались, он сказал переводчику: “Скажи ему, - то есть мне: “Что ты скажешь о двух муэззинах, из которых один провозгласил [икаму] один раз, а другой дважды, а потом каждый из них молился с народом, - допустима ли эта молитва или же нет?” 419. Я сказал; “Молитва допустима”. Тогда он сказал: “С разногласием ли [муджтехидов по данному вопросу] или с [их] общего согласия?”. Я сказал: “С общего согласия”. Он сказал: “Скажи ему: “Что ты скажешь о человеке, который вручил неким людям деньги [предназначенные] для людей 420 неимущих 421, осажденных, порабощенных, а те обманули его?” Я сказал: “Это недопустимо и те люди скверные”. Он сказал: “С разногласием или с общего согласия?” Я сказал: “С общего согласия”. Тогда он сказал переводчику: “Скажи ему: “Знаешь ли ты, - если бы халиф, - да продлит Аллах его пребывание [в этом мире], - послал ко мне войско, то одолел ли бы он меня?” Я сказал: “Нет”. Он сказал: “А эмир Хорасана?” Я сказал: “Нет”. Он сказал: “Это не вследствие ли отдаленности расстояния и многочисленности между нами племен неверных?” 422. Я сказал: “Да”.

Он сказал; “Скажи ему: “Итак, клянусь Аллахом, воистину, в моем отдаленном местопребывании 423, в котором ты меня видишь, подлинно я боюсь своего господина, повелителя правоверных. А именно я боюсь, что до него дойдет обо мне что-либо такое, что вызовет его отвращение, и он проклянет меня, и я погибну в моем местопребывании, в то время как он [будет оставаться] в своем государстве, и между мною и им будут простираться обширные 424 страны 425. А вы, которые едите его хлеб, носите его одежду, во всякое время видите его, вы обманули его в отношении размера [той] посылки, с которой он отправил вас ко мне, к людям неимущим 426, вы обманули мусульман, - я не приму от вас [руководства] в деле своей веры, пока не придет ко мне такой [человек], который будет искренен 427 в том, что он говорит. И если придет ко мне такого рода человек, то я приму от него [руководство]”. Так он зажал нам рот 438, .мы не дали никакого ответа 429 и удалились от него.

47) Он сказал: После этого разговора он стал оказывать мне [особое] предпочтение 430, стал приближать меня к себе 431, удалять моих спутников и называть меня “Абу-Бекр Правдивый” 432 /205б/.

48) Я видел в его стране столько удивительных вещей, что я их не перечту из-за их множества 433, как, например, то, что в первую [же] ночь, которую мы переночевали в его стране 434, я увидел, как перед [окончательным] исчезновением [света] солнца 435, в обычный час [молитвы] 436 небесный горизонт сильно покраснел. И я услышал [высоко] в воздухе 437 громкие звуки 438 и сильный гомон 439. Тогда я поднял голову, и вот недалеко от меня облако, красное, подобное огню, и вот этот гомон и эти звуки [исходят] от него. И вот в нем подобия людей и лошадей, и вот в руках 440 отдаленных находящихся в нем фигур, похожих на людей, луки, стрелы, копья и обнаженные мечи 441. И 442 они представлялись мне то совершенно ясными, то лишь кажущимися. И вот рядом другой, подобный им, черный 443 отряд 444, в котором я увидел также мужей, лошадей и оружие 445. И начал этот отряд нападать на тот 446 отряд, как нападает эскадрон на эскадрон. Мы же испугались этого и начали просить и молить, а они [жители страны] 447 смеются над нами и удивляются тому, что мы делаем.

49) Он сказал: Мы [долго] смотрели 448 на отряд, нападающий на отряд, оба они смешивались вместе на некоторое время 449, потом оба разделялись, и таким образом это явление продолжалось некоторую часть ночи 450. Потом оно скрылось от нас 451. Мы спросили об этом царя, и он сообщил, что деды его 452 говаривали 453, что эти [всадники] принадлежат [135] к верным и неверным джиннам 454. Они сражаются каждый вечер и, подлинно, с тех пор, как они существуют [на свете], ни одной ночи они не бывают отсутствующими в этом [сражении] 455. “И мы всегда это таким образом видели” 456.

50) Он сказал: Вошел я и бывший у царя портной 457 из жителей Багдада, [случайно] попавший 458 в эту область, в мою юрту, чтобы поговорить между собой. Итак, мы поговорили столько, сколько нужно, чтобы прочитать менее половины седьмой части [Корана] 459. При этом мы ожидали ночного азана 460. Но вот и азан. Итак, мы вышли из юрты, а заря уже появилась. Тогда я сказал муэззину: “Какой азан ты провозгласил?” Он сказал: “Азан рассвета”. Я сказал: “А ночной последний?” 461 Он сказал: “Мы читаем его молитву вместе с [азаном] при заходе солнца”. Я сказал: “А ночью?” 462 Он сказал: “Как видишь! Она была еще более короткой, чем эта, но только теперь 463 она уже прибавилась в длине” 464. Он сообщил, что уже месяц, как не спит ночью 465, боясь, чтобы не упустить утреннюю молитву, и это потому, что, [если] человек ставит котелок на огонь во время [молитвы] захода солнца, а потом читает утреннюю молитву, то для него [котелка] не приходит время закипеть 466.

51) Он сказал: Я видел, что день у них очень длинный; а именно, в продолжение некоторой части года он длинен, а ночь коротка, потом ночь длинна, а день короток. Итак, когда наступила вторая ночь 467, я сел вне юрты и наблюдал небо, и я увидел на нем /206а/   только небольшое число звезд, думаю, что около пятнадцати рассеянных 468 звезд 468. И вот красная заря, которая бывает перед ночной [молитвой] 470, ни в коем случае не исчезает [окончательно], и вот ночь 471 с [настолько] малой темнотой, что в ней человек узнает человека на большем [расстоянии], чем выстрел стрелы 472.

52) Он сказал: Я видел, что луна не достигает середины неба, но восходит на его краях на какой-нибудь час, - потом появляется заря, и луна скрывается 473.

53) Царь рассказал мне, что за его страной, на расстоянии трех месяцев пути, есть народ 474, называемый вису 475. Ночь у них менее часа.

54) Он сказал: я видел, что в этой стране во время восхода солнца все имеет красный цвет 476, как-то земля, горы и все, на что смотрит человек. И восходит солнце, по величине 477 подобное облаку, и краснота остается такой, пока [солнце] не достигает высшей точки на небе.

55) Жители этой страны мне сообщили, что, подлинно, “когда бывает зима, то ночь делается по длине такой же, как [летний] день, а день делается таким коротким, как ночь, так что, право же, если кто-либо из нас выходит 478 к месту 479, называемому Атыл 480, - а между нами и им расстояние пути менее фарсаха, - во время появления [утренней] зари, то он достигает его ко времени полного наступления ночи 481, когда появляются все звезды настолько, что покроют все небо” 482.

56) И мы [посольство] не покинули [этой] страны, пока ночи не удлинились 483, а дни не сократились 484.

57) Я видел 484а, что они считают очень хорошим предзнаменованием для себя 485 завывание собак, радуются ему и говорят о годе 486 изобилия, благословения и благополучия.

58) Я видел, что змей у них такое множество, что вот на ветке дерева, право же, [иной раз] накрутится десяток их и более. Они [жители] не убивают их, и они им не вредят. Право же, как-то я увидел в одном месте длинное дерево, длина которого [была] более ста локтей. Оно уже упало. И вот ствол его огромный чрезвычайно. Я остановился, глядя на него, и вдруг оно задвигалось. Это меня устрашило. Я посмотрел на него внимательно, и вот на нем змея, близкая к нему по толщине и длине. Когда же она увидела меня, она спустилась с него и скрылась между [136] деревьями. Я же пришел испуганный и рассказал [об этом] царю и [тем], .кто был у него на приеме. Они же не придали этому значения, а он оказал: “Не беспокойся, она не сделает тебе вреда” 487.

59) [Однажды] мы остановились вместе с царем на одной остановке 488 И вошел я, мои спутники - Текин, Сусан и Барыс - и [бывший] с нами человек из свиты царя 489 [в пространство] между деревьями. И вот он показал нам 490 маленький стебель 491, зеленый, по тонкости подобный веретену, при большей длине 492, и на нем [он показал нам] зеленые отростки 493. На конце [каждого] такого разветвления 494 [был] широкий лист, распростертый на земле, [причем] да ней [же] разостлано нечто вроде [плотно прилегающего к ней] растения 495. Среди них [листьев] 496 [находились] ягоды 497. Кто их ест, не сомневается, что это /206б/   гранат имлиси 498. Итак, мы поели их и убедились, что они [доставляют] большое удовольствие, так что мы не переставали их искать 498а и есть.

60) Я видел у них яблоки, отличающиеся большой зеленью и еще большей кислотой, подобной 499 винному уксусу, которые едят девушки и соответственно этому [их] называют 500.

61) Я не видел в их стране чего-либо в большем количестве, чем деревьев орешника 501. Право же, я видел из него [такие] леса, что [каждый] лес имел сорок фарсахов в длину при такой же ширине.

62) Он сказал 502: Я видел у них деревья, не знаю, что это такое: чрезвычайно длинные, ствол их 503 лишен листьев, макушки 504 подобны макушкам пальм, имеющим 505 тонкие 506 ваи 507, но только эти [ваи] сходящиеся 503. Они берутся за 509 известное им место ствола этого дерева, пробуравливают его и подставляют под него сосуд, в который из этого отверстия течет жидкость, более приятная, чем мед. Если человек много ее выпьет, она опьянит его, как опьяняет вино и [даже] более 510.

63) Пища их - просо и мясо лошади, но и пшеница и ячмень [у них] в большом количестве, и каждый, кто что-либо посеял, берет его для самого себя. У царя нет на это никакого права, кроме лишь того, что они платят ему в каждом году от каждого дома шкуру соболя 5" Если же он предложит 512 отряду [войска] 513 [совершить] набег на одну из стран, и он награбит, то он [царь] имеет долю вместе с ними 514. Каждому, кто у себя устраивает свадьбу или созывает званый пир, необходимо сделать отчисление царю, в зависимости от размеров пиршества, - [дать] “сахрадж” 515 медового набиза и [некоторое количество] скверной пшеницы 516. Так как земля их черная вонючая 517, а у них нет помещений, в которых они складывали бы свою пищу, то, право же, они выкапывают в земле колодцы 517а и складывают в них пищу, так что проходит для нее лишь немного дней, как она портится, воняет [гнилью] и ею нельзя пользоваться.

64) У них совершенно нет ни оливкового масла, ни масла сезама, ни животного жира 518, и, право же, они употребляют вместо этих жиров рыбий жир, и все, что они с ним употребляют, бывает вонюче [от жира], и они [сами] из-за этого бывают вонючи [от жира] 519.

65) Они делают из ячменя похлебку, которую хлебают девушки 520 и отроки. А иногда варят ячмень с мясом, причем господа едят мясо, и кормят девушек 521 ячменем. Но если [это мясо] бывает голова козла 522, то [девушки] получают [возможность] поесть мяса 523.

66) Все они носят шапки 524. Когда царь едет верхам, он едет один, без отрока, и с ним нет никого. Итак, когда он проезжает по базару, никто не остается сидящим, - [каждый] снимает с головы свою шапку и кладет ее себе подмышку. /207а/   Когда же он проедет мимо них, то они опять надевают свои шапки себе на головы. И точно так же все, кто входит к царю, мал и велик, включительно до его сыновей и братьев, лишь [137] только посмотрят на него, как тотчас снимают свои шапки и кладут их себе подмышку. Потом [они] кивают головами в сторону царя, приседают, потом остаются стоять 525, пока он не приглашает их сесть, причем каждый, кто сидит перед ним, право же, сидит, стоя на коленях 526, и не вынимает своей шапки и не показывает ее, пока же выйдет от него, надевая ее [только] в это время 527.

67) Все они [живут] в юртах 328, с той только разницей, чго юрта царя очень большая, вмещающая тысячу душ и более, устланная армянскими коврами 529. У него в середине ее трон 3293, покрытый византийской парчой.

68) Одно из их правил [таково], что если у сына [какого-либо] человека родится ребенок 530, то его берет [к себе] его дед, прежде его отца, и говорит: “Я имею большее право, чем его отец, на его воспитание 531, пока он не сделается [взрослым] мужем”.

69) И если умирает из их числа человек, то ему наследует его брат, прежде его сыновей 532. Итак, я наставил царя, что это не дозволено, и наставил его, каковы [“правильные”] законы наследования, пока он их не уразумел.

70) Я не видал [нигде] большего количества молний, чем в их стране 533. Если молния ударит в дом 534, то они не приближаются к нему и оставляют его таким, каким он есть, и [также] все, что в нем [находится], - человека и имущество 535 и все прочее, - пока не уничтожит его время. И они говорят: “Это дом [тех], на которых лежит гнев” 536.

71) И если один человек из них убьет другого человека намеренно, они казнят его [в возмездие] за него 537. Если же он убьет его 538 нечаянно, то делают для него ящик из дерева халанджа 539, кладут его внутрь [этого ящика], заколачивают его над ним [гвоздями] и кладут вместе с ним три лепешеи 540 и кружку с водой. Они водружают для него три бревна, наподобие палок верблюжьего седла 541, подвешивают его между ними и говорят: “Мы помещаем его между небом и землей, чтобы достигло его [действие] дождя и солнца. Авось Аллах смилостивится над ним”. И он остается подвешенным, пока не износит его время и не развеют его ветры.

72) И если они увидят человека, обладающего подвижностью и знанием вещей, они говорят: “Этот более всего достоин служить нашему господу”. Итак, они берут его, кладут ему на шею веревку и вешают его на дерево, пока он не распадется на куски 542. Право же, переводчик царя рассказал мне, что некий синдиец 543 попал 544 в эту страну и оставался у царя короткое время, служа ему. И был он ловок, понятлив. И вот одна группа [людей] из их числа захотела отправиться по своим торговым делам 545. /207б/  А этот синдиец попросил разрешения царя отправиться вместе с ними Он же [царь] запретил ему это. А он [синдиец] настаивал [на этом] перед ним 546, пока он не разрешил ему. Итак, он отравился вместе с ними на корабле. И вот, они увидели, что он подвижен, сметлив, сговорились 547 между собой и сказали: “Этот [человек] превосходен для служения нашему господу, так отправим же его к нему”. Они следовали на своем пути мимо леса. Итак, они вывели его к нему, наложили на его шею веревку, привязали его на вершине высокого дерева, оставили его и отправились дальше.

73) Если они едут в дороге и один из них захочет помочиться и помочиться, имея при себе оружие, то его обберут, - возьмут его оружие, его одежды 548 , и все, что с ним имеется 549. Это их правило. А кто сложит с себя оружие, положит его в сторону и [тогда] помочится, то они не препятствуют ему 530.

74) Мужчины и женщины спускаются к реке и моются вместе голые, не закрываются друг от друга и не совершают прелюбодеяния никоим [138] образом и никаким способом 551. А кто из них совершит прелюбодеяние, кто бы он ни был, то заколотят для него четыре сошника 552, привяжут к ним обе его руки и обе ноги и рассекут [его] топором от затылка до обоих его бедер. И таким же образом они поступают и с женщиной. Потом каждый кусок его и ее вешается на дерево. Я не переставал прилагать старания, чтобы женщины закрывались от мужчин при купаньи 553, но это мне не удалось.

75) И они убивают вора так же, как убивают прелюбодея.

76) В их лесах много меда в жилищах пчел, которые они знают и отправляются [к ним] для сбора этого [меда]. Иногда же на них нападают люди из числа их врагов 553а и убивают их.

77) У них много купцов, которые отправляются в землю тюрок 554 и привозят овец, и в страну, называемую Вису 555, и привозят соболей и черных лисиц.

78) Мы видели у них домочадцев [одной семьи] 556 в количестве пяти тысяч душ женщин и мужчин, уже всех принявших ислам. Все они известны [под названием] Баранджар. Для них построили мечеть из дерева, в которой они молятся. Они не умеют читать [молитв] 557, так что я научил [одну] группу [из них] тому, как [какими словами] молятся 558.

79) Право же, раз под моим руководством принял ислам человек по имени Талут, и я назвал его 'Абдаллахом. Он же сказал: “Я хочу, чтобы ты назвал меня твоим [собственным] именем Мухаммед” 559. Я это сделал. И приняли ислам его жена, его мать и его дети 560, и всех их стали называть Мухаммедом 561. Я научил его [сурам] “Хвала Аллаху” и “Скажи: он Аллах един” 552. И радость его от [знания] этих двух сур была большей, чем его радость [в случае], если бы он сделался царем “славян”.

80) Когда мы прибыли /208а/   к царю 563, мы нашли его остановившимся у воды, называемой Хеллече, а это три озера, из которых, два больших и одно маленькое 564. Однако из всех их нет ни одного 565, в котором дно было бы достижимо. Между этим местом и [их] огромной рекой, текущей 565а в страну хазар, называемой рекой Атыл, [расстояние] около фарсаха. На этой реке 565б [находится] место рынка, который бывает бойким 565в во всякий [благоприятный] момент. На нем продаются многочисленные ценные вещи.

81) Когда-то Текин рассказал мне 565г, что в стране царя [есть] один человек чрезвычайно огромного телосложения. Итак, когда я прибыл в эту страну, я спросил о нем у царя. Он же сказал: “Да, он [раньше] был в нашей стране и умер. Он не был из жителей этой страны, да также и [вообще] не из числа [обыкновенных] людей 566. История же его такова: Люди из числа купцов вышли к реке Атыл 567, как они [обыкновенно] выходят. А эта река поднялась, и вода ее выступила из берегов. И однажды, еще не успел я об этом узнать 568, как уже явилась ко мне толпа купцов, которые сказали: “О царь! На воде приплыл 569 человек, - если он из народа 570, близкого к нам, то нет для нас возможности жить в этих местах, и нам 571 ничего другого не останется, как переселиться”. Итак, я поехал верхом вместе с ними, пока не прибыл к реке. И вот передо мной этот человек, и вот в нем двенадцать локтей, меряя моими “локтями” 572, голова у него, как самый большой из котлов, нос более четверти, глаза огромны, а пальцы - каждый больше четверти. Случай с ним привел меня в ужас 573, и овладел мною такой же страх, как и теми людьми. И начали мы говорить с ним, а он не говорил нам [ничего], только смотрел на нас. Я доставил его в свое местопребывание и написал жителям страны Вису 574, - а они от нас на [расстоянии] трех месяцев [пути], - спрашивая их о нем. [139]

Они же написали мне, извещая меня, что этот человек из числа йаджудж и маджудж 575: “Они от нас на [расстоянии] трех месяцев [пути] 576. Нас и их разъединяет море 577, так как они [живут] на [том?] его берегу 578. Они подобны [диким] скотам, нагие, босые, [как скот] совокупляются друг с другом 579. Аллах могучий и великий выводит для них каждый день из моря [одну] рыбу, и каждый из них приходит, имея при себе нож, и отрезывает себе от нее столько, сколько достаточно для него и достаточно для его семьи 580. Если же он возьмет сверх того [количества], которое их удовлетворяет, то у него заболит живот и у его семьи тоже заболят животы, а иногда он умрет, и умрут они все. Когда же они возьмут от нее [рыбы] то, что им нужно, она повернется и погрузится 581 в море. Итак, они изо дня в день [живут] таким образом. [Лежащее] между нами и ими море, [находится у них] с одной стороны /208б/ , а горы окружают их с других сторон. Преграда 582 [также] отделила их от ворот [ед. ч.] 583, из которых они обычно выходили 584. Когда же Аллах могучий и великий захочет вывести их в обитаемые земли, то он произведет 535 для них раскрытие Преграды, море уйдет в землю 586, и прекратятся для них рыбы” 587.

82) Он сказал: Тогда я спросил его [царя] об [этом] человеке, и он сказал 588: “Он оставался у меня некоторое время. И бывало, как взглянет на него мальчик, так и умрет, и беременная [взглянет] и выбросит свой плод. И бывало, если он овладеет человекам, то сжимает его обеими руками, пока не убьет его. Когда же я увидел это, я повесил его на высоком дереве посредством крепкой цепи 589, пока он не умер. Если ты хочешь посмотреть на его кости и его голову, то я отправлюсь с тобой, чтобы ты посмотрел на них”. Я же сказал: “Клянусь Аллахом, я очень хочу этого”. Итак, он поехал со мной верхом в большой лес, в котором были огромные деревья. Он привел меня к большому 590 дереву 591... и голова его под ним 592. И я увидел, что голова его подобна большой кадке 593, и вот ребра его подобны самым большим сухим плодовым веткам пальм 593а, и в таком же роде кости его голеней и обе его локтевые кости 594. Я изумился этому и удалился.

83) Он сказал: И отъехал 595 царь от воды, называемой Хеллече 5953, к реке под названием Джавшыр 595б и оставался около нее два месяца. Кроме того 596, он захотел, чтобы произошла перекочевка [племен]5 97, и послал за народом 598, называемым суваз 599, приказывая им 600 перекочевать вместе с ним. [Они] же отказали ему. И [они] разделились 601 на две партии 502. Одна партия - с [разным] отребьем 603, и над ними [еще раньше] провозгласил себя [самозваным] царем [князем] 604 [некто] по имени Вырыг 604а. И послал к ним царь [булгар] и сказал: “Воистину, Аллах могучий и великий даровал мне ислам и верховную власть повелителя правоверных, и я - раб его [Аллаха], и это - дело, которое он возложил на меня 605, и кто будет мне противиться, того я поражу мечом 606. - Другая же партия была вместе с царем [князем] из [кочевого] племени 607, которого называли царем [племени] эскэл 608. Он был у него в повиновении 609, хотя [официально] еще не принял ислама 610. - Когда же он [царь] послал им [первой партии] это послание, то [они] испугались его намерения 611, и все 612 вместе поехали совместно с ним к реке Джавшыр 613.

84) Эта река небольшой ширины, - ширина ее пять локтей. Вода ее [доходит] до пупа, а местами до ключицы, а наибольшая ее [глубина] в рост [человека]. Вокруг нее деревья, причем 614 многие из этих деревьев - хаданги 514а и другие. Недалеко от нее обширная дикая местность 615, о которой рассказывают, что в ней [есть] животное, по величине меньшее, чем верблюд, но больше быка. Голова его - голова верблюда 616, [140] а хвост его - хвост быка, /209а/   тело его - тело мула, копыта 617 его подобны копытам быка. У него посреди головы один толстый круглый рог. По мере того как он возвышается [приближается к кончику], он становится все тоньше, пока не сделается подобным наконечнику копья. Из них [рогов] 6' 8 некоторые имеют в длину от пяти локтей до трех локтей, больше или меньше [этого]. Оно питается листьями деревьев халандж 619, имеющими превосходную зелень. Когда оно увидит всадника, то направляется к нему, и если под ним рысак, то он [рысак] спасается 620 от него с трудом, а если оно догонит его [всадника], то оно хватает его своим рогом со спины его лошади, потом подбрасывает его в воздух и [вновь] подхватывает его своим рогом и не перестает [делать] таким образом, пока не убьет его. А лошади оно ничем не вредит, никоим образом и ни каким способом 621. И они преследуют 621а его в диких местах и лесах, чтобы убить его 622. А это [делается] так, что [они] влезают на высокие деревья 623, между которыми оно [животное] находится 624. Для этого собираются несколько стрелков с отравленными стрелами, и когда оно окажется между ними, то стреляют в него, пока не изранят его и не убьют.

85) Право же, я видел у царя три больших миски 625, похожих на йеменский оникс 626, о которых он мне сообщил, что они сделаны из основания рога этого животного 627.

86) Некоторые ив жителей [этой] страны утверждают, что это носорог 628.

87) Он сказал: Я не видел среди них [ни одного] человека, который был бы красным [румяным] 628а, но большинство из них больны. В ней [этой стране] 639 они в большинстве случаев умирают от колик 630, так что они, право же, бывают [даже] у их грудных детей 631.

88) И если умрет мусульманин у них 632, и вот [имеется] женщина [из] хорезмийцев 633, то его обмывают 634 омовением мусульман. Потом везут его на повозке, которая тащит его, а перед ним [идут] со знаменем 635, пока не прибудут с ним к месту, в котором его похоронят. Когда же он прибудет туда, они возьмут его с повозки и положат его на землю. Потом очертят вокруг него линию и отдадут его в сторону 636. Потом они выкопают внутри этой линии его могилу, сделают для него боковую пещеру 637 и погребут его.

89) Подобно этому [и] они [жители этой страны] поступают со своими мертвыми 683. Женщины не плачут над мертвыми, но над ними плачут 683а их мужчины, которые приходят в день, в который он умер, останавливаются у дверей его юрты и кричат 639 самым гнусным плачем и самым диким, каким только можно плакать 640. Это - [люди] свободные. Когда же свершится 641 их плач, являются рабы, [неся] с собой сплетенные кожи, и непрерывно плачут и бьют свои бока и выступающие части своих тел 642 этими ремнями 643, пока на их теле не образуются [следы] вроде ударов бича. И они [местные жители] обязательно водружают у 644 /209б/   двери его юрты знамя 645. Они приносят его оружие и кладут его вокруг его могилы и не прерывают плача в течение двух лет. Когда же свершатся 646 два года 647, они снимут знамя и возьмут [часть] своих волос... 648 Родственники умершего созовут званый пир 649, посредством которого дается знать об окончании траура, и если у него была жена, то она выйдет замуж. Это если он был из [числа] главарей 550. Что же касается простого народа, то они делают со своими умершими [только] кое-что из этого [обряда].

90) На царе “славян” [лежит] дань, которую он платит царю хазар; от каждого дома в его государстве - шкуру соболя. Если прибудет корабль 651 из страны хазар в страну “славян” 651а, то царь выедет верхом и пересчитает то, что в нем [имеется], и возьмет из всего этого десятую [141] часть. А если прибудут русы 651б или какие-нибудь другие [люди] из прочих племен 652 с рабами 653, то царь, право же, выбирает для себя из каждого десятка голов одну голову.

Сын царя “славян” является его заложником у царя хазар. До царя хазар дошла [весть] о красоте дочери царя “славян” 654, так что он послал 655 сватать ее. А он высказался против него и отказал ему. Тогда тот отправил [экспедицию] 656 и взял ее силой, хотя он иудей, а она мусульманка. Итак, она умерла, [находясь] у него. Тогда он послал 657, требуя вторую его дочь 658. Как только это [известие] дошло 659 до царя “славян”, он упредил [это] и выдал ее замуж за царя [князя] [племени] эскэл, который находится, под его властью 660, боясь 661, что он отнимет ее у него силой, как он это сделал с ее сестрой. Направо же, царя “славян” побудила 663 написать государю [халифу] и попросить его, чтобы он построил для него крепость, боязнь царя 663 хазар.

91) Он сказал: Однажды я спросил его и сказал ему: “Государство твое обширно6 64, [денежные] средства твои изобильны 665 и доход твой 666 многочислен, так почему же ты просил государя, чтобы он построил крепость на [доставленные] от него деньги 667, которым нет числа?” Он же сказал: “Я полагал 668, что Держава Ислама 669 приносит счастье 670, и их [денежные] средства 671 берутся из дозволенных [религиозным законом] источников 572. По этой причине я и обратился с просьбой об этом. Право же, если бы я захотел построить крепость на свои средства, на серебро или золото, то, конечно, для меня в этом не было бы никакой трудности 673. Право же, я только хотел получить благословение 674 от денег повелителя правоверных и просил его об этом.

92) Он сказал: “Я видел русов 675, когда они прибыли по своим торговым делам 676 и расположились у реки Атыл 677. Я не видал [людей] с более совершенными телами, чем они. Они подобны пальмам, белокуры 678, красны 679 лицом, белы телом 680. Они не носят ни курток 681, ни хафтанов 682, но у них мужчина носит 683 кису 684, которой он охватывает один бок, причем одна из рук выходит из нее наружу. И при /210а/ каждом из них имеется топор 685, меч и нож 686, [причем] со всем этим он [никогда] 657 не расстается. Мечи их плоские, бороздчатые 688, франкские 589. И от края ногтей 689а иного из них [русов] до его шеи [имеется] собрание 690 деревьев 690а, изображений [картинок] и тому подобного 691.

93) А что касается их женщин, то на [каждой] их груди прикреплена коробочка 592, или из железа, или из серебра, или из меди, или из золота, или из дерева 593 в соответствии с размерами [денежных] средств их мужей. И у каждой коробочки - кольцо 694, у которого нож 695, также прикрепленный на груди. На шеях у них мониста 696 из золота и серебра, так что если человек владеет десятью тысячами дирхемов 697, то он справляет своей жене один [ряд] мониста, а если владеет двадцатью тысячами, то справляет ей два [ряда] мониста, и таким образом каждые десять тысяч, которые он прибавляет к ним [дирхемам], прибавляют [ряд] мониста его жене, так что на шее иной из них бывает много [рядов] монист 698.

95) Самым великолепным украшением [считаются] у них [русов] 699 зеленые бусы из той керамики 700, которая бывает на кораблях 701. Они делают [для приобретения их] исключительные усилия 702, покупают одну такую бусину 703 за дирхем и нанизывают [их] в качестве ожерелий 704 для своих жен.

96) Дирхемы русов - серая белка без шерсти, хвоста, передних и задних лап и головы, [а также] соболи Если чего-либо недостает, то от этого шкурка становится бракованной [монетой]. Ими они совершают [142] меновые сделки, и оттуда их нельзя вывезти, так что их отдают за товар, весов там не имеют, а только стандартные бруски металла. Они совершают куплю-продажу посредством мерной чашки 705.

97) Они грязнейшие из творений Аллаха, - они не очищаются 706 ни от эскрементов, ни от урины, не омываются от половой нечистоты и не моют своих рук после еды, но они, как блуждающие ослы 707. Они приплывают из своей страны и причаливают 708 свои корабли на Атыле, - а это большая река, - и строят на ее берегу большие дома из дерева.

И собирается [их] в одном [таком] доме десять и двадцать, - меньше или больше 704. У каждого [из них] скамья 709а, на которой он сидит, и с ними [сидят] девушки-красавицы 710 для купцов. И вот один [из них] сочетается со своей девушкой, а товарищ его смотрит на него. И иногда собирается [целая] группа из них в таком положении один против другого, и входит купец, чтобы купить у кого-либо из них девушку, и наталкивается на него 711, сочетающегося с ней. Он же не оставляет ее, пока не удовлетворит своей потребности 712.

98) У них обязательно каждый день умывать свои лица и свои головы самой грязной водой 713, какая только бывает, и самой нечистой. А это бывает так, что девушка является каждый день утром, неся большую лохань с водой, и подносит ее 714 своему господину. Он же моет в ней свои руки, свое лицо и все свои волосы 715. И он моет их и вычесывает их гребнем в лохань. Потом он сморкается и плюет в нее и не оставляет ничего из грязи, чего бы он ни сделал 713 /210б/ в эту воду. Когда же он покончит с тем, что ему нужно, девушка несет лохань к сидящему рядом с ним, и [этот] делает то же, что сделал его товарищ. И она не перестает подносить ее 717 от одного к другому, пока не обнесет ею 718 всех находящихся в [этом] доме, и каждый из них сморкается, плюет и моет свое лицо и свои волосы в ней.

99) И как только их корабли прибывают 719 к этой пристани 720, тотчас выходит 721 каждый из них, [неся] с собою хлеб, мясо, лук, молоко и набиз, чтобы подойти к длинному воткнутому [в землю] бревну, у которого [имеется] лицо, похожее на лицо человека, а вокруг него маленькие изображения, а позади этих изображений длинные бревна, воткнутые в землю. Итак, он подходит к большому изображению и поклоняется ему, потом говорит ему: “О мой господь 721а, я приехал из отдаленной страны, и со мною девушек столько-то и столько-то голов и соболей столько-то и столько-то шкур”, - пока не назовет всего, что прибыло с ним из его товаров 721б - “и я пришел к тебе 722 с этим даром”, - потом [он] оставляет то, что имел с собой, перед [этим] бревном, - “итак, я делаю, чтобы 723 ты пожаловал мне купца, имеющего многочисленные динары и дирхемы, чтобы он покупал у меня в соответствии с тем, что я пожелаю, и не прекословил бы мне ни в чем, что 724 я говорю”. Потом он уходит.

Итак, если продажа для него будет трудна и пребывание его затягивается, то он снова придет со вторым и третьим подарком, и если [для него] 725 будет затруднительно добиться 725 того, чего он хочет, он понесет и каждому из маленьких изображений подарок, попросит их о ходатайстве и скажет: “Эти - жены нашего господа, дочери его и сыновья его”. Итак, он не перестает обращаться с просьбой то к одному изображению, то к другому, просить их, искать у них заступничества и униженно кланяться перед ними. Иногда же продажа пойдет для него легко и он продаст. Тогда он говорит: “Господь мой удовлетворил мою потребность 726а, и мне следует вознаградить его”. И вот он берет 727 некоторое число овец или 728 рогатого скота, убивает их 729, раздает часть мяса 730, а оставшееся несет и оставляет между 730а тем большим бревном и стоящими вокруг него [143] маленькими и вешает головы рогатого скота или 731 овец на это воткнутое [сзади] в землю дерево 732. Когда же наступит ночь, придут собаки и съедят все это. И говорит тот, кто это сделал: “Господь мой уже стал доволен мною и съел мой дар”.

100) Если кто-либо из них заболел, то они разобьют для него палатку 733 в стороне от себя, оставят 733а его в ней, положат вместе с ним некоторое количество хлеба и воды и не приближаются к нему и не говорят с ним 734, особенно если он бедняк 735 или невольник 736, но если это лицо, которое имеет толпу родственников 737 и слуг, то люди посещают его во все эти дни и справляются о нем 738. Итак, если он выздоровеет и встанет, то возвратится к ним, а если /211а/ он умрет, то они го сожгут. Если же он был невольник 739, они оставят его в его положении, [так что] его едят собаки и хищные птицы.

101) Если они поймают вора или грабителя 740, то они поведут его к длинному 741 толстому дереву, привяжут ему на шею крепкую веревку и подвесят его на нем навсегда 742, тока од не распадется на куски 743 от ветров и дождей.

102) Мне не раз говорили 744, что они делают со своими главарями 745 при [их] смерти дела, из которых самое меньшее - сожжение, так что мне все время очень хотелось 746 познакомиться с этим 746а, пока не дошла до меня [весть] о смерти одного выдающегося мужа из их числа 747. Итак, они положили его в его могиле и покрыли ее над ним настилом 748 на десять дней, пока не закончат кройки его одежд и их сшивания.

103) А именно: если [это] бедный человек 749 из их числа, то делают маленький корабль 750, кладут его в него и сжигают его [корабль]. Что же касается богатого, то собирают то, что у него имеется 750а, и делят это на три трети, причем [одна] треть - для его семьи 751, [одна] треть на то, чтобы на нее скроить для него одежды, и [одна] треть, чтобы на нее приготовить набиз, который они пьют до дня 752, когда его девушка убьет сама себя 753 и будет сожжена вместе со своим господином. Они, злоупотребляя набизом, пьют его ночью и днем 754, [так что] иной из них умрет, держа кубок в руке.

104) Они в те десять дней пьют и сочетаются [с женщинами] и играют на сазе. А та девушка, которая сожжет сама себя с ним 754а в эти десять дней пьет и веселится, украшает свою голову и саму себя разного рода украшениями и платьями и, так нарядившись, отдается людям 755.

105) Если умрет главарь 756, то его семья 757 скажет его девушкам и его отрокам 758: “Кто из вас умрет вместе с ним?” 759. Говорит кто-либо из них: “Я”. И если он сказал это, то [это] уже обязательно, - ему уже нельзя обратиться вспять 750. И если бы он захотел этого, то этого не допустили бы. Большинство из тех, кто это 761 делает, - девушки. И вот когда умер тот муж 762, о котором я упомянул раньше, то сказали его девушкам: “Кто умрет вместе с ним?” И сказала одна из них: “Я”. Итак, ее поручили двум девушкам 762а, чтобы они охраняли ее и были бы с нею, куда бы она ни пошла, настолько, что они иногда [даже] мыли 761 ей ноги своими руками. И они [родственники] принялись за его дело 764, - за кройку для него одежд и устройство 765 того, что ему нужно. А девушка каждый день пила и пела, веселясь, радуясь будущему 766.

106) Когда же наступил день, в который должны были сжечь его и девушку, я прибыл 766а к реке, на которой [находился] его корабль, - и вот он уже вытащен [на берет] и для него поставлены четыре устоя 767 из дерева хаданга 768 и из другого дерева [халанджа] 769, и .вокруг них 770 поставлено также нечто вроде больших помостов из дерева 771. Потом [корабль] был протащен, пока не был помещен на это деревянное сооружение 771а. И они стали его охранять 771а, ходить взад и вперед [144] и говорить речью 772, для меня непонятной. А он [умерший] был еще 773 в своей могиле, [так как] они [еще] не вынимали его.

В середину этого корабля они ставят шалаш из дерева и покрывают этот шалаш разного рода “кумачами” 774. Потом они принесли скамью 775, поместили ее на корабле, покрыли ее стегаными матрацами 776 и византийской парчей 777, и подушки - византийская парча 777а. И пришла женщина старуха, которую называют /211б/ ангел смерти 778, и разостлала на скамье упомянутые нами выше постилки. Это она руководит его обшиванием и его устройством 779 и она [же] убивает девушек 780. И я увидел, что она старуха-богатырка 781, здоровенная 782, мрачная 783.

107) Когда же они прибыли к его могиле, они удалили 784 землю с дерева [настила], удалили 785 дерево и извлекли его в покрывале 786, в котором он умер. И я увидел, что он уже почернел от холода этой страны. Еще прежде они поместили с ним в могиле набиз, [какой-то] плод 787 и лютню 788. Теперь они вынули все это. И вот он не завонял, и в нем ничего не изменилось, кроме его цвета. Тогда они надели на него шаровары 789, гетры 730, сапоги, куртку, парчовый хафган 790а с пуговицами из золота, надели ему на голову шапку 791 из парчи, соболью, и понесли его, пока не внесли его в находившийся на корабле шалаш 792, посадили его на стеганый матрац 793, подперли его подушками и принесли набиз, плод 794, разного рода цветы 795 и ароматические растения 796 и положили это 797 вместе с мим. И принесли хлеба, мяса и луку и оставили это перед ним 798. И принесли собаку, рассекли ее пополам и бросили 799 ее в корабль. Потом принесли все его оружие и положили его рядом с ним. Потом взяли двух лошадей и гоняли их до тех пор, пока они не вспотели. Потом рассекли их мечами 800 и бросили их мясо в корабле. Потом привели двух коров 801, также рассекли их и бросили их в нем. Потом доставили петуха и курицу, убили их 802 и оставили 803 в нем.

108) Собирается много мужчин и женщин, играют на сазах, и каждый из родственников умершего 804 ставит шалаш поодаль от его шалаша 805. А девушка, которая хотела быть убитой 806, разукрасившись, отправляется к шалашам родственников умершего, ходя туда и сюда, входит в каждый из их шалашей, причем с ней сочетается хозяин шалаша 807 и говорит ей громким голосом: “Скажи своему господину: “Право же, я совершил это из любви и дружбы к тебе” 808. И таким же образом, по мере того как она проходит до конца [все] шалаши, также [все] остальные с ней сочетаются.

109) Когда же они с этим делом покончат, то, разделив пополам собаку, бросают ее внутрь корабля, а также отрезав голову петуху, бросают [его и его голову] справа и слева от корабля 809.

110) Когда же пришло время спуска солнца 810, в пятницу, привели девушку к чему-то, сделанному ими еще раньше наподобие обвязки ворот 811. Она поставила свои ноги на ладони мужей, поднялась над этой обвязкой [смотря поверх нее вниз] 812, и произнесла [какие-то] слова на своем языке 812а, после чего ее опустили. Потом подняли ее во второй раз, причем она совершила подобное же действие 813, [как] и в первый раз. Потом ее опустили и подняли в третий раз, причем она совершила то же свое действие 814, что и в первые два раза. Потом ей подали курицу, - она отрезала ей голову 814а и швырнула ее [голову] 315. Они [же] взяли эту курицу и бросили ее в корабль. Итак, я спросил переводчика о ее действиях 8' 6, а он сказал: “Она сказала в первый раз, когда ее подняли: “Вот 317 я вижу своего отца и свою мать”, - и сказала во второй раз; “Вот 818 все мои умершие родственники 819, сидящие”, - и сказала в третий раз: “Вот 820 я вижу своего господина, сидящим в саду, а сад [145] красив, зелен 821, и с ним мужи и отроки, и вот 822 он зовет меня, - /212а/ так ведите же меня к нему”.

111) Итак, они прошли с ней в направлении к кораблю. И она сняла два браслета 823, бывшие на ней, и отдала их оба той женщине-старухе 824, называемой ангел смерти, которая ее убьет. И она сняла два бывших на ней ножных кольца 825 и дала их оба тем двум девушкам, которые [все время] служили ей 826, а они обе - дочери женщины, известной под названием ангел смерти 827.

112) После этого та группа [людей], которые перед тем уже сочетались с девушкой, делают свои руки устланной дорогой для девушки, чтобы девушка, поставив ноги на ладони их рук, прошла на корабль 828. Но они [еще] не ввели ее в шалаш. Пришли мужи, [неся] с собою щиты и палки 829, а ей подали 330 кубком набиз 831. Она же запела над ним и выпила его. И сказал мне переводчик, что она этим прощается со своими подругами 832. Потом ей был подан другой кубок, она же взяла его и долго тянула 833 песню, в то время как 834 старуха торопила ее 835 выпить его и войти в палатку, в которой [находился] ее господин.

113) И я увидел, что она растерялась 836, захотела войти в шалаш, но всунула свою голову между ним и кораблем 837. Тогда старуха схватила ее голову и всунула ее [голову] в шалаш, и вошла вместе с ней, а мужи начали ударять палками по щитам, чтобы не был слышен звук ее крика, вследствие чего обеспокоились бы 838 другие девушки и перестали бы стремиться к смерти вместе со своими господами 839. Затем вошли в шалаш шесть мужей из [числа] родственников ее мужа и все [до одного] сочетались с девушкой в присутствии умершего. Затем, как только они покончили с осуществлением [своих] прав любви, уложили ее 840 рядом с ее господином. Двое схватили обе ее ноги, двое обе ее руки, пришла старуха 341, называемая ангел смерти, наложила ей на шею веревку с расходящимися концами 842 и дала ее двум [мужам], чтобы они ее тянули, и приступила [к делу] 843, имея [в руке] огромный кинжал 844 с широким лезвием 845. Итак, она начала втыкать его между ее ребрами и вынимать его 846, в то время как оба мужа душили ее веревкой, пока она не умерла.

114) Потом явился 847 ближайший родственник 848 умершего, взял палку 349 и зажег ее у огня 850. Потом он пошел, пятясь задом 851, - затылком к кораблю, а лицом к людям 852, [держа] зажженною палку в одной руке, а другую свою руку на заднем проходе, будучи голым 853, - чтобы зажечь сложенное дерево, [бывшее] под кораблем 854. Потом явились 855 люди с деревом [для растопки] и дровами 855а. У каждого из них была палка, конец которой он зажег. Затем [он] бросает ее в это [сложенное под кораблем] дерево 856. И берется огонь за дрова 856а, потом за корабль, потом за шалаш, и мужа, и девушку, и [за] все, что в нем [находится]. Потом подул ветер, большой, ужасающий 857, и усилилось пламя огня и разгорелось его пылание. Был радом со мной некий муж из русов 858. И вот я услышал, что он /212б/ разговаривает с бывшим со мной 859 переводчиком. Я спросил его о том, что он ему оказал. Он сказал: “Право же, он говорит: “Вы, арабы 860, глупы”. Я же спросил его об этом 861. Он сказал: “Действительно, вы берете 862 самого любимого вами из людей и самого уважаемого вами и оставляете его 863 в прахе 864, и едят его 865 насекомые 866 и черви, а мы сжигаем его во мгновение ока, так что он немедленно и тотчас входит в рай 867”. Потом он засмеялся чрезмерным смехом 865. Я же спросил об этом 863, а он сказал: “По любви 870 господа его 871 к нему, [вот] он послал ветер, так что он [ветер] возьмет его в течение часа 372”. И в самом деле, не прошло и часа, как корабль, и [146] дрова 873, и девушка, и господин превратились в золу, потом в [мельчайший] пепел.

115) Потом они соорудили на месте этого корабля, который они [когда-то] вытащили 874 из реки, нечто вроде круглого холма и водрузили в середине его большое бревно 875 маданга 375а, написали на нем имя [этого] мужа и имя царя русов и удалились.

116) Он сказал: Один из обычаев царя русов тот, что вместе с ним в его очень высоком 876 замке 877 постоянно находятся четыреста мужей из числа богатырей 378, его сподвижников, причем находящиеся у него 379 надежные люди из их числа умирают при его смерти и бывают убиты из-за него 880. С каждым из них [имеется] девушка, которая служит ему, моет ему голову и приготовляет ему то, что он ест и пьет, и другая девушка, [которой] он пользуется как наложницей в присутствии царя. Эти четыреста [мужей] сидят, а ночью спят у подножия его ложа 881. А ложе его огромно и инкрустировано драгоценными самоцветами 881а. И с ним сидят на этом ложе сорок девушек 882 для его постели 883. Иногда он пользуется как наложницей одной из них в присутствии своих сподвижников, о которых мы [выше] упомянули. И этот поступок они не считают постыдным 884. Он не спускается со своего ложа, так что если он захочет удовлетворить некую потребность 885, то удовлетворит ее в таз 886, а если он захочет поехать верхом, то он подведет свою лошадь 887 к ложу таким образом, что сядет на нее верхом с него, а если [он захочет] 888 сойти [с лошади], то он подведет свою лошадь 889 настолько [близко], чтобы сойти со своей лошади на него 890. И он не имеет никакого другого дела, кроме как сочетаться [с девушками], пить и предаваться развлечениям. У него есть заместитель 891, который командует войсками 892, нападает на врагов 893 и замещает его у его подданных 394.

117) Их отличные [“добропорядочные”] люди 895 проявляют стремление к кожевенному ремеслу и не считают эту грязь отвратительной 896.

118) В случае, если между двумя лицами возникнет ссора и спор, и их царь не в силах достигнуть примирения, он выносит решение, чтобы они сражались друг с другом мечами, и тот, кто окажется победителем, на стороне того и правда 897.

119) Что же касается царя хазар 898, титул 898а которого хакан, то, право же, он не показывается иначе, как [раз] в каждые четыре месяца, [появляясь] в [почетном] отдалении. Его называют “большой хакан”, а его заместителя 899 называют хакан-бех 900. Это тот, который предводительствует войсками и командует ими 901, управляет делами государства, руководит им 902, появляется [перед народом] 902а, совершает походы 903, и ему изъявляют покорность находящиеся поблизости от него цари. И он входит каждый день к 903а наибольшему хакану 904 смиренно, проявляя униженность и спокойствие 905. Он входит к нему 905а не иначе, как босым, держа в своей руке дрова, причем 906, когда приветствует его, то зажигает перед ним эти дрова. Когда же 907 он покончит с топливом 908, он садится вместе с царем /W438/  на его трон 309 с правой его стороны. Его замещает муж, конец называемый кундур-хакан 910, а этого также замещает муж, называемый джавшыгыр 911. Обычай наибольшего царя тот, что он не дает аудиенции людям 912, и не разговаривает с ними, и к нему не является никто, кроме тех, кого мы упомянули, а полномочия вершить дела 913, наказывать [преступников] и управлять государством 914 принадлежат его заместителю хакан-беху.

120) [Другой] обычай [относительно] наибольшего царя [тот, что], если он умрет, то строится для него большой двор 915, в котором [имеются] двадцать домов 916, и в каждом из этих домов для него вырывается могила. Измельчаются камни настолько, что они делаются похожими на [147] глазной порошок 917, и расстилаются в ней, и поверх этого накладывается 918 негашеная известь 919. А под [этим] двором [имеется] река, и [эта] река большая, [быстро] текущая 920, и они помещают [проводят] эту реку над этой могилой 921, и говорят: “Чтобы не /W439/ добрался до нее 932 ни шейтан, ни человек, ни черви, ни насекомые” 323. Когда он похоронен, то рубят шеи тем, кто его хоронит, чтобы не было известно, в каком из домов [находится] его могила. Могила его называется рай 924, и говорят: “Он вошел в рай”.

121) И все [эти] дома выстланы парчей, сотканной из золота 925.

122) [Еще] обычай царя хазар [тот], что у него двадцать пять жен, [причем] каждая из этих жен - дочь кого-либо из царей, соседящих с ним 926, которую он берет [себе] волей или неволей. У него шестьдесят девушек-наложниц для его постели, причем только такие, которые отличаются красотой. И каждая из свободных и наложниц [находится] в отдельном дворце 927, у нее [есть] помещение в виде купола 928, покрытое тиком 929, и .вокруг каждого “купола” [есть] утоптанное пространство 930. И у каждой из них [есть] евнух, который ее стережет. Итак, если [хакан] захочет использовать одну из них [как наложницу], он посылает за евнухом 931, который ее стережет, и [тот] является с ней быстрее мгновения ока, чтобы положить ее в его постель, причем евнух останавливается у дверей 932 “купол” 932а царя. Когда же [царь] использовал ее [как наложницу], он [евнух] берет ее за руку и удаляется и не оставляет ее после этого ни на одно мгновение.

123) Когда этот большой царь 933 выезжает верхом, [то] едут [также] все войска по случаю его выезда, причем между ним и частями кортежа 934 миля [расстояния] 935, и ни один из его подданных 936 не видит его иначе, как павши ниц на свое лицо, поклоняясь ему, и 937 не поднимает своей головы, пока он не проследует мимо него.

124) Продолжительность [правления] их царя - сорок лет. Если он переживет их [хотя бы] на один день, то подданные 938 и его приближенные 939 уволят его или убьют 940 и скажут; “У этого ум уже уменьшился и его суждение [стало] путаным [неясным]”.

125) Если он пошлет [в поход] отряд [войска] 941, то он не обращается вспять 942 (никоим образом и никаким способом 943, а если он обратится в бегство 944, то предается смерти всякий, ,кто из него к нему [к царю] возвратился. А что касается предводителей и его заместителя 945, то, если они обратятся в бегство, приведут их [самих] и приведут их жен и их детей 946 и дарят их другим в их присутствии, в то время как они смотрят [на это], и точно так же [дарят] их лошадей, и их [домашние] вещи 947, и их оружие, и их дворы [усадьбы], а иногда он [царь] разрежет каждого из них на два куска и разопнет их 948, а иногда повесит их за шеи на деревьях. Иногда же, если окажет им милость, то сделает их конюхами.

126) У царя хазар [есть] огромный город 949 на реке Атыл. Он состоит из двух сторон, - в одной из этих двух сторон [живут] мусульмане, а в другой стороне - царь и его приближенные 950. Над мусульманами [начальствует] муж из [числа] приближенных отроков царя 951, который называется хаз 952. Он мусульманин, и судебная власть над мусульманами, живущими в стране 953 хазар и [временно] приезжающими к ним по торговым делам 954, предоставлена этому отроку-мусульманину, так что никто не рассматривает их дел и не производит суда между ними, кроме него. У мусульман в этом городе 955 [есть] соборная мечеть 956, в которой они совершают молитву и /W440/ присутствуют в ней в дни пятниц. При ней [есть] высокий минарет и несколько муэззинов. [148]

127) И вот, когда в триста десятом году 957 до царя хазар дошла [весть], что мусульмане разрушили синагогу 958, бывшую в Усадьбе ал-Бабу-надж 953, он приказал, чтобы минарет был разрушен, казнил муэззинов и сказал: “Если бы, право же, я не боялся, что в странах ислама 960 не останется ни одной неразрушенной синагоги, я обязательно разрушил бы [и] мечеть”.

128) Хазары и их царь - все иудеи, а “славяне” 961 и все, кто соседит с ними 962, [находятся]у него в покорности, и он обращается к ним, как к находящимися в рабстве, и они повинуются ему с покорностью 963.

Текст воспроизведен по изданию: Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Харьков. 1956

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.