Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИОВАННЕС ДРАСХАНАКЕРТЦИ

ИСТОРИЯ АРМЕНИИ

ГЛАВА XXI

О страданиях и бедствиях, кои претерпели армяне из-за агарян

В это самое время произошло сражение в Варданакерте 1 и полное уничтожение войска исмаильтян. Поэтому до сих пор агаряне говорят на своем гортанном языке поговорку: «Да не напомнят нам о битве в Варданакерте» 2. И так как вельможи армянские были уж очень измучены тревогами, сомнениями и страданиями, поэтому, уповая на небесное милосердие, повернули они против разбойничьего войска исмаильтян. Меж тем некий Огбай 3, великий военачальник, вместе с большим [95] войском проходил через пределы Вананда 4, и вот там Камсаракан 5 вместе с азатами Вананда настиг его, полностью уничтожил его войско, а обращенный в бегство [Огбай] отправился к своему амирапету 6. Там он собрал многочисленную рать, снаряженную щитами, мечами и копьями, угрожая с лютой жестокостью отомстить Армении за поражение своего войска – сжечь, разрушить, погубить церкви Армении и всех без изъятия полонить и обратить в пищу беспощадному мечу. Однако святой католикос Армении Саак, который все еще жил в Дамаске, узнал о страшных угрозах Огбая и испросил разрешения прибыть к нему в надежде, что, быть может, найдется средство /55/ отвратить его от безмерно жестоких намерений 7.

Когда, получив повеление [Огбая] явиться к нему, святой католикос прибыл в Харран 8, тут же заболел он тяжким недугом. Тогда написал он Огбаю своею рукою письмо-прошение, полное убедительных просьб и жалостных молений, где он напоминает между прочим Огбаю, что смерть телесная – общий удел, как и то, что будет вослед, когда каждого смертного положат в гроб. Напомнил также о страшных ужасах преисподней-ада и еще в поддержку себе привел свою смерть на чужбине. Убеждая вот такими вызывающими раскаяние речами, умолял он его отвратиться от злого умысла, не исполнять того неправедного намерения, которое он приготовился осуществить в отношении Армении. Затем он повелел после своей смерти вложить это письмо в свою правую руку, чтобы Огбай, придя, самолично взял [письмо] из его рук, – быть может, раскаявшись, не осуществит он своего неправедного замысла. Меж тем, услышав о смерти святого Саака, остикан Огбай поторопился послать гроб с повелением не хоронить его, пока он сам не прибудет. И когда он приехал, поспешил войти к убранному телу мужа божьего, пожал ему, согласно их обычаю, руку и поздоровался на своем языке, сказав саломалек 9. Тогда движением св. духа рука святого, что была бездыханна и неподвижна, протянулась с просительным [письмом] к остикану. Весьма изумленный этим, он взял из рук его письмо и, прочитав, сказал: «Хорошо, твоя просьба, достопочтенный муж божий, будет исполнена». И написав письмо нахарарам Армении, он с большими почестями отправил его со святым телом патриарха в Армению, а сам, [96] простив совершенную в отношении к нему измену, повернул вспять и вернулся восвояси. Так его смерть бог сделал достойною большего почитания, чем нашу жизнь, и споспешествованием его молитв [заря] великого спасения засветилась над Арменией. Великий Саак скончался после двадцати семи лет пребывания на патриаршем престоле.

Преемствует ему на патриаршем престоле Елиа 10 из гюха Арчеш, что в Алиовите 11. В эти самые дни амирапетом исмаильтян на восемьдесят пятом году их летосчисления 12 был Абдлмэлэк. И вот войска его, что были в Армении, пламенем вспыхнули против нас, ибо вдохнул в них сатана гнев. [Прибегнув] к уловкам ложной молвы, /56/ суетной надежды и вселяющих радость благих обещаний, они (арабы) собрали в одном месте всех азатов и конные полки и стали вносить их имена в реестр, будто бы для раздачи им годичного жалования 13. Затем, отобрав у них ратное оружие, загнали их в храм божий в городе Нахчаван 14 и замуровали двери с обратной стороны кирпичом, накрепко закрыв выход оттуда. Поняв их предательство, азаты громким гласом, подобным гласу отроков в печи 15, запели гимн. Меж тем злые палачи разобрали кровлю церкви и подожгли ее, подняв с помощью горючей смеси пламя выше, чем в Вавилоне. Загоревшийся деревянный потолок церкви и раскаленная черепица вместе с горячим пеплом обрушились вниз, сея средь всех них смерть, и их непрестанная хвала [богу] прекратилась, лишь когда испустили они дух 16. А мстительные чужеземцы, избавившись от стыда перед храбрыми войсками, захватили в плен оставшиеся семьи сожженных, препроводили их в город Двин, а оттуда отправили в Дамаск. Так наша страна покрылась морем слез и исполнилась плачем великим.

После Абдлмэлэка амирапетом стал его сын Влит 17, а после Влита – недолго проживший брат его Слиман 18, а затем после него Омар 19, во времена которого Ваан, тэр Гохтна, замученный самим Омаром, проявил во имя Христа великое мужество и был увенчан Христом в городе Руцап 20 в Сирии неувядаемым венцом 21. [97]

ГЛАВА XXII

О патриаршестве Иованнеса Имастасера и его деяниях

Во дни великого патриарха Елии некий Нерсес 22, который тогда был архиепископом Алванка, введя себя в соблазн безбожия, впал в злую крамолу, а с ним и некая княгиня 23, согласная с ним, которая в то время правила Алванком. Так, объединившись друг с другом, они старались всю страну обратить в богохульство человекопоклонного исповедания Льва. Но, узнав это, нахарары страны сообщили об этом великому патриарху Елие, который приложив все старания души, дважды и трижды отправлял к ним догматические послания с заповедями божьими, однако они не пожелали отвратиться от своей человекопоклонной ереси. Тогда великий Елиа, обратив в дело мудрость и широту [своего] сердца, написал письмо к амирапету исмаильтян Омару 24, /57/ доведя до его сведения, что, [дескать], в нашей стране есть епископ один и объединившаяся с епископом княгиня того же толка 25, которые вышли из повиновения великой державе твоей и не согласны с нами, всегда поминающими твое имя при чтении наших молитв, но исповедуют ромейского царя и стремятся обратить нашу страну к нему. Если не поторопишься убрать их отсюда, от нас, то, отколовшись, во всем предадутся они ромеям вплоть до [уплаты] налогов и всех других дел.

Прочтя это, амирапет с великой благодарностью почтил посла великого патриарха и сам отправил некоего своего евнуха, приказав поскорее доставить к себе Нерсеса вместе с княгиней. Тот прибыл и, захватив их обоих, заковал в железные цепи, посадил на верблюдов и пустился обратно к амирапету. Так мудро отвратив духовную смерть, которая [наступила бы] из-за плотских их страстей, великий патриарх Елиа уничтожил зло. На место еретика 26 Нерсеса он, рукоположив, посадил другого архиепископа. И тут, по исполнении четырнадцати лет патриаршества, он умер.

После него наследует святой престол великий любомудр Иованнес 27, который был ученым и знатоком всех грамматических сочинений, частей и части частей, а также был сведущ в науке о сущности и находящихся [98] под нею [понятиях] рода, вида и вниз вплоть до индивида, о видовых различиях, признаках существенных и случайных, отделимых и неотделимых. Точно так же он с большим искусством навечно запечатлел письменно поучительное учение последователей Теона 28, которое в изобилии вкладывает плоды древа искусства в любителя искусства, и дал церкви Христовой в утешение ее служителям весь порядок часов службы, обогатив его и наилучшим образом объяснив и истолковав каждое правило. Он сочинил также от себя риторические речи для нужд кающихся, отвращающие от злых деяний и увещающие. С благородным праводушием отдавшись поучительному подвижничеству, он укреплял себя в духовных песнопениях постом, молитвами и всенощным бдением. Снизу на тело он надевал не овечью, но козью, нестерпимо жесткую власяницу, /58/ сверху же украшал себя облачениями из дорогих узорчатых тканей. Стерев золото напильником в мелкий [порошок] и смешав его с благовонным маслом, он опрыскивал им свою ухоженную волнистую бороду, которая спускалась до кромки его одеяния. В таком виде затем он выступал перед паствой, дабы для благомыслящих зрителей быть благой причиной радости, а для умышляющих зло 29 – страхом, отвращающим от скверны ко добру. Но так как отвращающая сила невидимого страха не в такой мере приводит иных людей от плохого к хорошему, как прельщение видимыми сверхъестественными украшениями, то именно поэтому появилась привычка украшать узорами бездушные камни церкви, а насколько же больше камня приводит в восхищение зрителя [разукрашенный] человек! Однако это [относится] не ко всем, а лишь к тем, кому вверено право судить.

Мужа божьего увидел некий остикан Армении по имени Влит 30, и случилось ему поехать к амирапету и рассказать ему о благолепии Иованнеса. Тот, пожелав его увидеть, поспешно отправил одного из слуг, чтобы он препроводил к нему мужа божьего. Когда со многими почестями он был препровожден в стольный город, амирапет послал ему (Иованнесу) наказ, чтобы тот, нарядившись по обыкновению, так [пришел] увидеть его. И Иованнес, украсив свою пригожую стать еще более блестящими и великолепными одеждами, убрав золотом заботливо ухоженную бороду, взяв в руки изукрашенный золотом посох из эбенового дерева, вошел [99] вот таким красивым и плечистым мужем к амирапету. При виде его, тот был восхищен и поражен красотой его видной фигуры и величественной внешностью. Затем амирапет предложил ему сесть и начал расспрашивать. «Почему, – говорит, – ты так пышно одет? Ведь ваш Христос предпочел скромную и худую одежду, и так же поступали его ученики». А Иованнес, ответствуя, сказал: «Хотя Христос, Господь наш, плотью, взятой у нас, и скрыл, словно завесой, божественную славу свою, однако дивные знамения божественной силы не утаил, но излил на всех, /59/ передав своим ученикам тот же дар и искусство знамений, коих было достаточно, чтобы пробудить в человеческом уме страх божий, так что они не нуждались в одеждах, поражающих [воображение]. А ныне, так как для нас закрыт их дар [совершать] множество знамений, поэтому мы придумываем поражающие [воображение] одежды, чтобы обратить грубость незрелого ума людей к страху божьему. То же самое можно увидеть и у вас, земных царей: пурпурными и шитыми золотом одеяниями, красивыми украшениями и оружием вы устрашаете толпу. Ибо кто же из людей, увидев вас одетыми во власяницу, бедно и невзрачно, изумится и устрашится вашей славы, которая не будет видна. Но коли пожелаешь всю мою тайну узнать, пусть твое величество прикажет [присутствующим] мужам ненадолго выйти». Затем, когда они остались наедине, он снял с себя верхнюю одежду и, показав ему козью дерюгу, сказал: «Наготу моего тела прикрывает такая одежда, а верхнее [платье] лишь для лицезрения со стороны». Тронув рукой дерюгу, амирапет весь передернулся, поморщился и молвил с ужасом: «Да разве могло бы человеческое тело снести, выдержать [прикосновение] столь жесткого вретища, если бы бог не дал ему терпения!» И затем, возвеличив Иованнеса многими почестями и седмижды нарядив его в красивые одеяния, а также одарив его золотом и серебром, он отправил его в родную страну 31. Вернувшись и прожив немного лет, тот умер после одиннадцати лет пребывания на патриаршем престоле. [100]

ГЛАВА XXIII

О патриаршестве Давида и его преемников, а также о деяниях их

Вслед за ним на патриарший престол посадили Давида 32 из гюха Арамонк 33, что в гаваре Котайк. Этот гюх принадлежал патриаршему дому, будучи еще до мучений св. Григория подарен ему царем Трдатом на условиях дара души, письменное решение о чем хранится до сих времен. И так как муж божий Давид был весьма огорчаем неверными жителями города Двина, которые мучили его многими нечестивыми злодеяниями, то, отчаявшись, он, согласно написанному, удалился от них, построил в гюхе Арамонк с подобающим благолепием украшенную церковь и воздвиг около нее сообразно удобный жилой дом. И здесь, прожив до конца жизни тринадцать лет, умер и был упокоен рядом с этой самой церковью.

/60/ Следом преемствует ему на престоле Трдат 34 из гюха Отмус 35, муж святой и блиставший добродетелью. Во дни его, благодаря споспешествованию святых его молитв, со всех сторон прекратились злые разбойничьи набеги. И так, в мире, достигнув времени, когда его призвал Христос, он умер, пробыв на патриаршем престоле двадцать три года. Вслед за ним церковными чинами был [избран] на патриарший престол его тезка Трдат 36, который, пробыв [патриархом] не более трех лет, умер.

Вслед за ним на престол вступил Сион 37 из гюха Бавонк 38. В отроческом возрасте он воспитывался и учился при святом патриаршем доме, проявив себя весьма усердным в развитии природных добродетелей. Но еще прежде этого он был призван на епископство наханга Алдзник 39, и в то время, как он пас там свою паству верующих, [случилось, что] у подножия горы, именуемой Сим 40, иссяк обильный родник, орошаемые коим росли [и процветали] виноградники, насаженные сады и пахотные земли. И стали после этого портиться и оскудевать урожаи гюха, принося тем самым погибель и разорение. В те времена остиканом исмаильтян в том наханге был [некто] по имени Сулейман 41, который, призвав к себе епископа, стал умолять найти средство, дабы [101] вновь забил источник. Тогда Сион возвестил всем верующим епархии, чтобы они единодушно провели в канун воскресенья всю ночь до зари в бдении. А на следующий день, в воскресенье утром, отправился он со святым крестом и толпою верующих к закупоренному, иссякшему роднику. Сотворив там молитвы и освятив место, он ударил посохом, что был в его руке, и тотчас же, в мгновение ока забил родник обильно текущей, журчащей, прозрачной и чистой [воды]. [С тех пор] в уме весьма пораженного этим остикана никогда не приходили в забвение совершившиеся чудеса. После этого досталось тому остикану управление делами Армении. По прибытии его в город Двин тут же скончался второй Трдат. Узнав об этом, остикан поспешил послать за епископом Сионом и повелел по прибытии посадить его на патриарший престол. Вот по какой именно причине приведена [эта история] в этом месте.

Во дни его произошла резня в Калине, Арени и гюхакахаке Талине 42, где были убиты семьсот и взяты в плен тысяча двести душ 43. /61/ Через восемь лет, после долгой и дивной подвижнической жизни, он (Сион) умер и был упокоен в усыпальнице предков своих.

На патриарший престол призвали затем Есайю 44 из гюха Алапатруш 45, что в гаваре Ниг. Сперва он был назначен епископом в гаваре Гохтн 46, а потом уже посажен на патриарший престол.

Рассказывают о нем, будто он был единородным сыном вдовы, и так как женщина эта впала в нищету, то бродила с грудным младенцем, прося милостыню. И, придя, пристроилась она около патриаршего дома и жила там, для многих оставаясь неведомой. Никогда она не удалялась от дверей храма Господня и мерзла от холода зимой и изнывала летом от жары. Когда же священники спросили, дескать: «Почему в любую непогоду остаешься ты со своим грудным младенцем под открытым небом и не заходишь в какое-нибудь помещение?», она только следующее сказала в ответ: «А вы не знаете, что я ращу своего сына здесь ради патриаршества?» Женщина оказалась для младенца словно бы пророчицей, ибо, выросши и обучившись при патриаршем доме, он сперва был призван к епископству, а затем и к высшей ступени – патриаршеству 47. Прожив около тринадцати лет, он умер и был положен вместе с [102] предками своими. После него посадили на патриаршество некоего Степаноса 48 из города Двина, который прожил не более двух лет. А потом преемствовал ему Иоваб 49 из остана, из дворца куропалата 50, [патриаршество] которого продлилось всего лишь шесть месяцев.

ГЛАВА XXIV

О том, как разграбили утварь церкви гюха Багван и патриаршие поместья

В ту пору некто Езит 51 амирапетом был отправлен в Армению в качестве остикана. Достигнув города Нахчаван 52, он послал затем по всем гаварам наместников и правителей. И так как вместе с ними (гаварами) был завоеван и гавар Багреван 53, то он и туда послал остикана – одного из наиболее почтенных, который, приехав в [Багреван], достиг уединенного монастыря св. Григория, что находится в гюхе Багуан 54, и остановился там на ночлег. При виде красоты и весьма благолепного убранства богом созданного храма – золота и серебра, покрывала святилища, переливающегося разными цветами, утвари и облачений – он, возбуждаемый нечестивой алчностью, принялся лукавой мыслью своей изыскивать способы, дабы овладеть священными дарами. Чтобы осуществить свой коварный замысел, он велел /62/ тайно задушить одного из самых низших слуг своих и бросить в большую расселину, скрыв его в темном месте и оставив все дело в тайне. А на заре, прикинувшись, будто ничего не знает, он занялся расследованием этого злодейского убийства и заковал и бросил в тюрьму всех святых монахов, будто обнаружив, что они явились причиной гибели его слуги. Занявшись затем поисками в домах и местах обитания монахов, он обнаружил потаенную яму с его разыскиваемым слугой, и тотчас же сей людоед принялся вопить, обвиняя в убийстве святых отцов. Он поспешил тут же уведомить остикана о [доселе] никогда еще не виденном. Так, превратив непорочную кровь в виновную, он получил приказ от остикана без судебного допроса загубить [103] святых мужей. И сей неправедный, жестокосердый, злой палач предал мечу весь сонм святых [числом] более сорока мужей. Овладев затем всем множеством [церковных] сосудов, он исполнил меру [своей] губительной, злой алчности. Меж тем немногие, уцелевшие из множества, выйдя из пещер, где они укрылись, пришли и обнаружили тела святых, поверженных многоубивающим мечом, и церковь Христову, лишенную красоты алтаря. И вместо ликующих песен запели они плачи жалобные, тем паче, что не удостоились даже закрыть им глаза. И так, с трудом предав святых земле, они утешались тем, что невинная кровь вопиет об отмщении убийцам.

После кончины патриарха Иоваба на святой престол возвели Соломона 55. Он был родом из кахакагюха Гарни 56 и с детства принял ярмо монашеского чина и, [совершая] много добродетельных дел, посвятил себя великой обители Макеноцац 57, к тому же он изучил философию, а еще более был сведущ в искусстве псалмопения. Так как во времена отца отцов Соломона 58 братство Макеноцац было разделено надвое и отец отцов с половиной монахов переселился в Зреск 59, что в гаваре Ширак, то с ним отправился [туда] и сей Соломон. Там, уединившись в хижине, он подвижничал и трудился весьма. Когда его вывели из хижины, чтобы отвезти и посадить на патриарший престол, /63/ спросил у него кое-кто из азатов, дескать: «Почему, будучи стар и очень слаб из-за неимоверно подвижнической жизни, ты согласился на патриаршество?» Ответствуя на это, он сказал: «Иду, дабы [дать возможность] художникам изобразить черной краской и меня рядом с другими патриархами на стенах церкви». Он и совершал деяния, соответствующие этому, но, прожив не более года, перешел в иной мир, был погребен с отцами своими, и образ его запечатлели [на стене] в осиротевшем храме.

Вслед за ним поставили патриаршествовать Георга 60 из гавара Арагацотн.

Так как всей Арменией полностью овладели агаряне и вельможи страны нашей были [частью] уничтожены, а оставшиеся укрылись, пребывали под игом их, поэтому в этой части истории оскудели рассказы о наших ишханах, однако, возможно, найдется кое-что удовлетворяющее тебя в рассказанном до нас историком Шапухом. [104]

Вслед за Георгом был поставлен на патриаршество Иовсеп 61 из гавара Арагацотн, из монахов [обители] св. Григория 62. Во дни его прибыл в город Двин остикан, некто по имени Хузима 63, который подчинил себе оставшихся. Увидев красоту больших дастакертов патриаршего дома – Арташата 64, Кавакерта и Хоромоц Марга 65 вместе с их угодьями и поддавшись злому желанию и сатанинской алчности, он, с трудом преодолевая себя, стал просить патриарха Иовсепа отдать ему большие дастакерты, будто в обмен на серебро. Однако великий муж, предпочтя смерть жизни, никоим образом не склонялся к его коварным и неправедным речам. Тогда остикан, вне себя от ярости, посадил мужа божьего в тюрьму и, заковав его в цепи, принялся избивать, [в надежде], что из страха он, быть может, уступит просимое. Меж тем тот, не считаясь с выпавшими ему мучениями и ни во что не ставя побои, мужественно терпел, предоставив [все] это богу. Когда же остикан убедился, что ни в чем не сможет обвинить патриарха, тогда наполнил три мешка сокровищами и, взвалив их на головы своих слуг, велел им открыто, на виду у всех войти к патриарху и тайком вынести [мешки] оттуда с другой стороны. После этого пустил он молву, будто эти дастакерты проданы ему, а мужа божьего, освободив от цепей тюремных, отправил домой. Проявив в дальнейшем большую твердость и /64/ бесстрашие в стараниях через суд исправить дело, патриарх с трудом смог вызволить из рук злого остикана лишь дастакерты Кавакерт и Хоромоц Марг. Так [патриарший престол] оказался несправедливо лишенным Арташата с тех пор и поныне. Из-за такой лютой ненависти остикан постоянно злоумышлял против патриарха. По его приказанию слуги его, схватив брата великого Иовсепа и убив его у истоков Мецамора 66, бросили его [труп] в озерко, что в северной стороне от источников. Патриарх Иовсеп скончался после одиннадцатилетнего пребывания на патриаршем престоле. После этого преемником его на святом престоле стал Давид 67 из гюха Какал гавара Мазаз. [105]

ГЛАВА XXV

Об ударах, постигших армянский народ, и о мученичестве многих

Именно в эти времена в Армению был направлен остикан, некто по имени Хол 68, который, пустившись в путь, прибыл и обосновался в городе Двине. Меж тем некто по имени Севада 69, родом кайсик 70, который взял себе в жены Арусяк из дома Багратуни и, прибрав к рукам большую часть страны, насильственно владычествовал над нею, – так вот, сей Севада, взбунтовавшись и возненавидев остикана Хола, собрал против него войска многих [нахараров], средь коих были и великий спарапет армян Смбат 71, тэр Сюника и другие тэры азатского войска. И вот замыслил он либо захватить его, либо коварно убить. Однако Хол отправил патриарха Давида послом к Севаде и к спарапету Смбату и к тэру Сюника – Сааку, дескать: «Почему или по какой причине вы, возгордившись в корысти своей, кичливо строите против меня козни? Ежели не желаете, – говорит, – меня принять, дозвольте свободно уйти из этих мест, чтобы я, не боясь вас, пустился в путь и удалился». Патриарх долго убеждал и молил их, но они не пожелали внять ему. Весьма опечаленный этим, он удалился. Меж тем Хол, узнав, что они утвердились в своем злом умысле, умело отобрал мужей, сердцем отважных и снаряженных оружием, числом в две тысячи, и поспешно выступил против них войной. Рать же их расположилась по берегу реки Хурастан 72, напротив дастакерта Кавакерт. Когда Хол стремительно напал на них, то при столкновении их друг с другом обратились в бегство перед войском Хола их войска, и многие средь них обагрились кровью, затоптанные копытами 73. Там был убит и тэр Сюника, Саак, /65/ а спарапет Смбат и Севада, едва спасшись, бежали, и с ними вместе бежали вразброд и те из воинов, которые избегли меча. Хол же вновь вернулся в город Двин. Тело тэра Сюника – Саака – великий патриарх Давид увез в святой патриарший дом и положил в могилу рядом со святым храмом. После Саака княжество его унаследовал сын его Григор, которого прозывали ласкательным именем Супан 74. [106]

Меж тем наступил для патриарха конец жизни его и скончался он после двадцати лет предводительствования. Вслед за ним преемником его на престоле стал Иованнес 75 из гюха Ова, что в гаваре Котайк. Однако по прошествии восьми лет после его рукоположения некоторые предатели из его же патриаршего дома своими коварными языками распространили неправедную клевету о святом патриархе Иованнесе, подобно тому, как некогда [была оклеветана] Сусанна наглыми старейшинами 76 и даже сам бог-Слово – Иудой и нечестивыми первосвященниками 77. В это время правителем и ишханац ишханом Армении был Багарат Багратуни 78. К нему и отправились негодные пустословы-хулители мужа божьего, распустив по всей стране свои языки и ругая [патриарха] перед ним. А он (Багарат), обольщенный сатанинскими злыми языками и с благоволением вняв услышанной нечестивой брани, пишет ко всем грамоту, дабы они перестали признавать патриарха, ибо задумал отныне назначать патриарха по своему соизволению. Меж тем великий муж Иованнес, узнав о сатанинских кознях ишхана и окружив его духовным мечом разящим, отправился в стан святого Саака, в пещерный монастырь и, скрывшись там тишком, предался постоянным молениям. Но, проведав о том, великий спарапет Смбат 79, тэр Сюника Григор 80, а также другие нахарары армянские прибыли все вместе, собрали синод епископов и, осведомившись достоверно, что все это пустая ложь источающих змеиный яд уст злых хулителей, вновь утвердили на святом престоле мужа божьего 81. После этого церковь Христова, что некогда померкла из-за удаления /66/ жениха, теперь была вновь осияна женихом брачным.

Однако ишхан Багарат еще более обозлился из-за этого, ибо утверждение патриарха произошло помимо его воли, почему и, не признав его, он стал дожидаться удобного часа, чтобы вместо него назначить другого. Меж тем неправедные предатели, жестоко наказанные грозным гневом божьим, были все без изъятия истреблены; одни скатились из высоких пещер вниз и уделом тел их стали скалы, так что ни одной целой косточки не осталось; другие упали ночью с высокой кровли, все члены их разбились, и они так умерли; третьи были сброшены в реку потоком, и даже могила их не приняла. Так всевышнее провидение жестоко отплатило им [107] за коварные их языки в назидание тем, что придут вослед, дабы не поднимали грешных рук на помазанника божия.

После этого прибыл в Армению некто по имени Апусет 82, присланный амирапетом Джабром 83 в качестве остикана. Достигнув гавара Тарон, он тотчас же заковал ишхана Багарата и повелел отправить его к амирапету 84. Так тот, кто замышлял против патриарха неправедное, ныне на себе испытал отмщение справедливым наказанием.

Меж тем обитатели горы Тавр 85, в согласии со своим суровым нравом, собравшись все в одном месте и вступив в одно воинство на соблазн самим себе, напали неожиданно всем скопом и, будто бы чтобы отомстить за ишхана Багарата, убили остикана Апусета 86.

Тогда начальники его рассеянных, разогнанных войск отправились к амирапету сообщить ему прискорбную весть о бедствии.

В это время между тэром Сюника Григором, что прозывался Супаном, и Бабгеном – родоначальником [рода] Сисакан – вспыхнула злая вражда, пошли они друг на друга войной, и был убит Супан Бабгеном 87. Унаследовал княжество сын его Васак, что прозывался ласкательным именем Габур 88.

/67/ Меж тем амирапет, узнав об убиении Апусета, собирает войско, составляет полки, вооружает всех воинов и под командой некоего Бухи 89, раба своего, отправляет в Армению, при этом предписывает он ему обязательство схватить всех ишханов страны и тэров и, заковав, доставить к нему, а остальных – конницу, рамиков, способных опоясаться мечом или владеющих оружием – всех истребить. Только кое-кого из лучших, которые обратятся в закон Махмета 90, забрать с собой.

Пустившись в путь со всем войском, Буха достиг гавара Тарон и, словно молнией поразив страну, немедля схватил также сыновей Багарата – Ашота и Давида вместе с их родственниками. Засадил он их в темницу, а войско его рассеялось грабить по долинам горы Торос и по всему гавару 91. Сперва безжалостно повергали мечом наземь захваченных ими обитателей горных долин, а из мужицкой конницы гавара – кого предали мечу, а кого захватили в плен и, волоча на веревке, доставили к насильнику. Видных и красивых лицом, цветущей внешности отделили от остальных, дабы, [108] согласно повелению амирапета, обратить их в свой неправедный закон, а всех оставшихся после них [по приказу Бухи] предали мечу. Так на протяжении многих дней обходил он гавар за гаваром, пока не отправил к амирапету ишхана Ашота и брата его Давида. Затем отправился он оттуда в пределы Васпуракана 92. Меж тем хотя Ашот 93 – великий ишхан дома Арцруни – и вооружился вместе со своими [приближенными], дабы сразиться с насильником Бухой, однако нахарары его в деле войны не были с ним согласны. Тогда поневоле вынужден был он пойти к Бухе, и этот поспешил схватить его со всей толпой его сородичей и, продержав сколько-то дней в темнице, отправил с их женами и детьми к амирапету. После этого принялся он за гавары и повелел всех мужей ратных, что взяли меч в руки или владели оружием, схватить и привести к нему. И, поступив здесь так же, как и в пределах Тарона, отделили всех рослых и пригожих, /68/ дабы обратить их в свою веру, а прочих обратили в пищу мечу, залив кровью все поднебесье. А сам пустился в путь, отправился, чтобы в своем разбойничьем набеге достичь пределов столицы Двин.

Меж тем когда великий спарапет Смбат 94 увидел ужасные потрясения и [учиненное] им (Бухой) истребление жителей тех [мест] мечом, тогда, рискуя жизнью, ради спасения, страны своей, пошел ему навстречу со многими дарами и подношениями. Принятый им благосклонно, Смбат, приведя всех под волю его, стал идти впереди Бухи и открывать ему дорогу всюду, куда только задумывал тот пойти. И с великой мудростью подчиняя себе непостоянные и суетные мысли Бухи, [добился] такого доверия его, что насильник поставил великого спарапета советником своим и соумышленником. Так, вместе пустившись в путь, вступили они в город Двин, откуда также простерши руку над гаварами и совершив разбойничьи набеги, всех, кто оказывался в воинском чине при мече и оружии, кого обращали в пищу исмаильтянскому мечу, а кого, накинув на шею веревку, волоча, тащили к насильнику. Затем и там вывели снова для отбора всех, кого водили с собой из пределов Тарона и страны Васпуракан, а тех, кого теперь схватили, отделили от них, заключили в темницу пригожих видом, а прочих отдали в пищу безжалостному мечу. Что же касается заключенных пленников, то [109] задумали они поскорее принудить их обратиться в закон Махмета. Однако, когда насильник Буха стал добиваться, чтобы они отреклись от Христа и обратились в закон их (мусульман) вероисповедания, они, в прекрасной страсти обретя свою твердость, предпочли уйти к Христу, чем какое-то время пользоваться [жизнью] в грехе. И показывали и заявляли, что временные мучения ничто пред загробной славой, коя обещана нам. Тогда злой насильник воспылал страшной ненавистью против святых, терзая их ковами и темницею, побоями и голодом [в надежде], что, быть может, испугаются они жестоких мук и подчинятся воле насильника. Меж тем они мужественно терпели поношения и муки, тиски и побои до полного изнурения их тел. Так, презирая и ни во что не ставя /69/ претерпеваемые страдания, они переносили многие тяготы и мученичество и с ликованием пришли к смерти, ибо постоянно черпали силу из источника живительных вод, что истекали из ребра Христа и орошали их. Видя их всех твердыми и готовыми к смерти ради веры Христовой, насильник, словно свирепый зверь, обрушил на них бешеную ярость и повелел предать их мечу, но не в один час, а водя их словно овец на бойню и уничтожая постепенно, на протяжении многих дней, ибо надеялся, что, быть может, раскаявшиеся отрекутся. Но они в уповании божьем каялись не от добра ко злу, но от зла к добру. Так, с великим терпением снося многие страдания, они стали сопричастниками блаженства мучеников и, умерев от меча, были увенчаны Христом.

Средь них находились также семь мужей, главный из коих – он был из гюха Орсиран, что в гаваре Албак, – звался Атомом. И так как лицом они были веселы и пригожи и хорошо владели оружием, их не загубили мечом вместе с прочими, ибо все еще надеялись, что, быть может, хотя бы их удастся ввергнуть в губительную пропасть. И предлагали им в дар много благ и сокровищ – золото и серебро, обещали дать гюхы и гердастаны, а также возвеличить и прославить при царском дворе. Тем не менее блаженные, проявляя совершенное безразличие к этим их намерениям, подобно неустрашимым мученикам обновлялись в своем вероисповедании, ибо для них, согласно Писанию, жизнь – Христос и смерть – приобретение 95. После этого еще более усилился гнев насильника против них; он [110] велел применить против них жестокие орудия пыток и подвергнуть их всяческим терзаниям и мучительным побоям, кои ни язык не в силах рассказать, ни перо – описать. Однако надежда на благую весть, любовь к Христу и радость мученичества облегчали им немыслимую тяжесть бремени. Посему, поняв непрельщаемость мысли святых, насильник повелел распять их на дереве. И пока висели они, наподобие креста, святой Атом, громко молясь, внушал товарищам мужество. «Не страшитесь, – говорил, – братья, тленной смерти, ибо хотя мы и мучаемся ради Христа, однако приобщаемся к богу живому». И затем, /70/ не глазами, но мыслью своей обращаясь к небу, говорил он: «Иисус Христос, упование мое, я принял обет в сей годичный праздник великого мученика Георгия принести в жертву козла во славу имени Твоего, ныне вместо козла я жертвую тебе самого себя. Прими всесожжение мое, ты – восприятель приношений, и причисли меня и тех, что со мной, к мученикам твоим святым, кои возлюбили день пришествия Твоего». Так все они, с премногим терпением перенося великое сражение и победив всех, отдали души свои и приняли от Христа венец нетленности. Меж тем, хотя и скорбят все христиане об избиении божьих святых мечом жестоким, однако великой славой увенчал их Христос через посредство мученичества.

Преставились все эти святые, что прежде и что вослед [за ними], в триста втором году Торгомова летосчисления 96, всего более ста пятидесяти мужей, не считая тех, кои стали мучениками в других областях и городах и чьи имена вписаны в книгу жизни 97.

Великий патриарх Иованнес установил день поминания всех этих святых и ежегодно в двадцать пятый день месяца мехекана 98 торжественно праздновали его во славу вседержителя бога.

Впрочем были средь них и такие, которые не смогли устоять, вынести, перетерпеть и выдержать борьбу; ослабев и утратив бодрость, они обратились в неправедный закон исмаильтянского насильника. Те, что отреклись от веры христианской по наущению слуг сатанинских, лишь пеплом печи осыпали себя и, унылые, поблекшие и устыженные, быть может, не достигшие [еще] и человеческой отрады, навеки сгубили имя и жизнь свою – то, что превыше и славнее любой почести, – и в наследие себе обрели лишь геенну огненную. [111]

ГЛАВА XXVI

О других злодеяниях остикана Бухи и мученической смерти спарапета Смбата

Когда увидел насильник Буха, что все удается ему согласно его воле, велел совершить набег, дабы захватить и спешно доставить к нему ишхана [гавара] Сисакан 99 – Васака 100, брата его Ашота и других тэров их страны. Однако многие из тэров и кусакалов, бежав, укрылись в крепости Бал 101 и избегли рук притеснителей. Меж тем ишхан Васак, едва спасшись от них, /71/ бежал, отправился в пределы гавара Котайк. Тотчас же уведомили об этом Буху, который послал за ним погоню. Но когда преследовавшие его разбойники настигли его, он, повернув назад, пустил в дело меч и, всех до единого рассеяв, направился на восток, в страну Гардман, к ишхану [той] страны, который прозывался Ктрич 102. Однако и здесь не нашел себе спасения от врага ишхан Васак, ибо ишхан Гардмана, попутанный дьяволом, схватив, связал его и предал в руки Бухи, рассчитывая обрести тем самым благосклонность Бухи. Меж тем после того, как насильник овладел им (Васаком), к нему в город Двин вскорости доставили брата Васака Ашота и великую княгиню – мать их, схваченных во время набега войсками.

В это время великий патриарх Иованнес, который объезжал епархиальные владения в гаваре Геларкуни, придя к концу своей жизни, скончался в великой монашеской обители Макеноцац. Патриаршество его продлилось двадцать два года.

А насильник Буха, который, забрав с собой тех пленников, что были при нем, и тех, что были заключены в темницу, отправился в восточные пределы 103 и послал спарапету Смбату наказ поспешить с прибытием к нему, дабы завершить начатое дело. Но тот (Смбат) сперва повелел созвать собор епископов в кахакагюхе Еразгаворк 104, где рукоположили патриархом Закарию 105 из гюха Дзаг гавара Котайк, а [затем], препоручив себя его молитвам, он явился к насильнику Бухе.

Тем временем Буха схватил великого ишхана Атрнерсеха 106, который пребывал в крепости Хачен 107, а также его сородичей. Оттуда он направился в гавар Гардман [112] и, осадив крепость Гардман 108 и овладев ею, захватил там и заковал ишхана Гардмана – Ктрича.

Оттуда, направивши путь свой в гавар Ути, он в гюхе Тус захватил в плен Степаноса по прозвищу Кон, род которого по имени прародителя его Севука называли Севордик 109. А затем коварно обманутый ишхан Алванка Есайя 110 вместе со своими сородичами был также схвачен им, а с ним вместе и прочие тэры и ишханы страны /72/ Алванк были покорены и связаны; и страна эта также обагрилась немалым количеством крови.

После этого всех тех, кто был в ковах и в темнице, привели к нему, и он, взяв их с собой, пустился в путь, чтобы препроводить их к амирапету.

Он повез с собой к царскому двору и спарапета Смбата, которому внушил мысль, будто за чистосердечие его амирапет вознаградит его, пожаловав ему самодержавную власть над всей Арменией и по-царски одарив и почтив его, а после он вновь вернется в свою страну. Однако, когда они прибыли к царскому двору и предстали пред амирапетом, его, наравне с прочими пленниками, также бросили в темницу и не упомянули при нем (амирапете) заслуг его чистосердечного [служения] им.

Спустя немного дней принялись допрашивать всех пленных тэров и ишханов Армении и Алванка, дабы они либо обратились в неправедный закон их, отрекшись от почитания Христа, за что получили бы от них много даров и почестей и были бы возвращены в родную страну и дома свои, либо в ужасных муках и страданиях немыслимой смертью пресечется упование жизни их. И так как, продлевая мучительный гнет, изо дня в день возобновлялись угрозы пыток и беспредельный ужас, иные из них склонились к безбожному богопознанию их и, хотя кое-кто не сразу подвергся обрезанию, тем не менее согласились в нужный час полностью исполнить волю амирапета.

Однако великий спарапет Смбат мужественно противостоял обману, как то достойно было достигнутой им славной седины 111 и наисовершенной веры во Христа, и, с упованием на вечную жизнь, кое всегда хранил в себе, ни на йоту не склонился к их требованиям, предпочитая лучше умереть, нежели прожить какое-то время [113] во грехе. Так, вопреки допрашивателям, он отвечал, что невозможно ему покинуть христианскую веру, дар благодати коей приял милостью купели, ради поклонения неправедному чужеземному закону. И так бесстрашно возражал он допрашивателям не единожды и не дважды, но много раз.

/73/ Когда они испытали волю его и поняли непреклонность его понятий, тогда задумали загубить его в тяжких муках. Однако небесное милосердие соблаговолило смертью грешного тела освободить его от вечной смерти души, и, скончавшись своею смертью, не отрекся он благодаря тому от святых законов Христа, но воплотил в теле своем торжество прославления мученичества. Взяв его тело, христианские чины с благословениями и пением псалмов и духовных песен положили его в гробнице святого пророка Даниила 112, который был брошен в ров львиный.

После него великую власть ту унаследовал сын его Ашот.

Однако среди прочих ишханов не осталось никого, как кажется мне, кто не отвратился бы от приверженности к богу и не впал в неправедный закон Махмета, ибо, ужасаясь и трепеща в страхе пред смертью преходящей, они не вспомнили о горечи вечной смерти и не стали пещись о грозном благовествовании Спасителя нашего Христа, кое услышанно будет в [день] Страшного суда: «А кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным» 113.

Один лишь Степанос, – коего в просторечии именовали обычно Коном и который вслед за нахарарами армянскими был в оковах доставлен Бухой к царскому двору и истерзан тяжкими побоями, – мученически погиб там во имя исповедания Христа, за что был увенчан отцем света и вписал свое имя в книгу жизни. Преставился он в 608 году римского летосчисления 114. [114]

ГЛАВА XXVII

О правлении Ашота, сына Смбата, и возвращении армянских нахараров из плена

Быть может, то, что я стану отныне излагать, покажется тебе, по сравнению с повествованиями древних, слишком скудным, но я не пожелал вновь повторять в своей речи порядок сказаний Шапуха Багратуни, историка нашего времени, который изложил историю княжения высокородного Ашота 115, сына спарапета Смбата 116, и обстоятельства преемства царей, возвращения плененных Бухой армянских ишханов и нахараров и их пребывания и утверждения в принадлежавших им владениях, а также кто из них противостоял разбою противников великолепием, богатством и силою, кто кем был притесняем и каков был их конец, – о каждом в своем месте. Ибо хотя он не сумел дать вкратце, /74/ соответственно правилам риторического искусства, верного определения толкуемому и полного различения доказательств, однако, будучи по времени близок всем [этим] сказаниям, он сообщает тебе просторечно довольно много сведений.

Итак, уступая здесь полноту [изложения] ему, я лишь немного, в виде краткого введения, как было сказано выше, приведу тебе только то, что ныне необходимо и полезно для моего исторического повествования. Из рассказанного же Шапухом ты достаточно почерпнешь об Ашоте, сыне спарапета Смбата, начиная с его детства и до примет возмужалости, о его могуществе и храбрости, войнах и прочих походах, а также о других [ишханах].

Когда он унаследовал после своего отца Смбата спарапетство Армении, то был признан величайшим средь почти всех предшественников своих, ибо, принимая почести, полностью пренебрегал подношениями и, постоянно упражняя себя в правилах благого поведения, отдавался душой добрым побуждениям, со всеми был в тесной дружбе и боролся с врагами не враждою или войной, но приводил их к порядку и к своей воле ласковым словом и доброй помощью. Почитая приверженность к суетной корысти вредною для себя и будучи щедрым ко всем, он мягкостью сердца успокаивал умы [115] многих, и поэтому все хвалили и одобряли его. Так держал он себя в достоинстве спарапета, пока добрая слава о нем не достигла царских врат. Тогда в Армению был отправлен некий остикан, прозывавшийся Али-Армани 117, который повелением амирапета одарил [Ашота] множеством одеяний и с царскими почестями назначил ишханац ишханом Армении, вверив ему сбор сака и весь царский бекар Армении 118. Так он оказался первым и наипочтеннейшим из всех нахараров Армении, и все заключили с ним союз, как если бы он действительно был царского рода. Точно так же у всех было на уме, чтобы, при удобном случае, выделив его род средь прочих нахарарских родов, придать ему достоинство царского рода.

В это время в городе Двине произошло ужасное землетрясение 119, /75/ поколебались и обрушились многие дома, ограды и дворцы, и вообще разрушение и смятение объяли город; многих людей постигла смерть, и так велика была страшная опасность, что никто не остался под кровом [домов], а все вышли, бессильно рыдая, на площади и улицы. Меж тем ледяная зимняя стужа несла с собой еще большие тяготы и горести, ибо многие простыли и обморозились. А святой патриарх Закария, обращая к милосердному богу мольбы и просьбы в непрестанных, усиленных и слезных молитвах, влиянием неба полностью отвел грозный гнев божий и сохранил невредимой церковь Христову 120 от ужасной напасти.

Меж тем захваченные в плен Бухой ишханы и нахарары стали в это время по очереди, один за другим, возвращаться в свою родную страну 121, в [свои] владения и дома. И тут, скинув с себя поневоле [принятое] учение нечестивых законов Махмета, все они восславили заповеданный от Иисуса Христа отчий закон, следуя ему не из тайного страха какого, а словно бы с высокой кровли 122, проповедуя богопочитание Христа. Благоволил к ним Господь, дал им жить в безопасности, в коей благословением Господа благословлялись они и им восхвалялись, «распахали себе новые нивы и не посеяли между тернами» 123. И затем в их жилищах раздался глас, исполненный радости и веселия, – то был глас невесты и жениха. Родились сыны, и принесли плоды, и поселились каждый в своем наследии. И смилостивился над ними Господь и споспешествовал в благе. [116]

ГЛАВА XXVIII

О мире в стране армянской и единении нахараров

В это время ишханац ишхан Ашот поставил ишханом Сюника, оказав ему царские почести, Васака Хайказна 124, прозывавшегося Габуром 125, который стал его зятем, и тот с великим могуществом правил своим княжеством, полностью господствуя над родом Сисаканк. Великое спарапетство Армении Ашот дал своему брату Абасу – мужу сильному и плечистому, молодому и статью красивому, мужественному и опытному в войнах, который помог своему брату Ашоту всех привести под иго службы ему, неоднократно проявляя храбрость и выделяясь средь многих именитостью и отвагой.

После того, как великий и прославленный Ашот 126, ишхан /76/ дома Арцруни, умер и был положен в гробнице предков своих, княжество унаследовал его сын Григор 127 – тот, который прозывался Дереником. Это был муж властолюбивый и умный, с горделивой поступью; могучий делом и мыслью, он всегда стремился управлять со всяческим благообразием. Так как он стал зятем ишханац ишхана Ашота, то постоянно с отеческой заботой и кроткой привязанностью тот давал ему добрые советы. И вначале, почтительно и разумно соглашаясь, он принимал их и всех врагов к ногам его преклонил. Занимаясь мирным благоустроением, он обеспечил в отчих владениях безопасность жилищ их от всяческих хищников. Но потом, поддавшись своим скверным и невоздержанным желаниям, он перестал внимать советам тестя своего, как вчера и третьего дня, и не стало ему той удачи, что была, когда пребывал он в благости.

Однако Васак, великий ишхан Сюника, который ласкательно прозывался Ишханик 128, подчинялся ишханац ишхану Ашоту с неизменным благоразумием, молчаливой скромностью и весьма охотно; он внимательно прислушивался к его советам, как закон, храня их всегда в своем сердце. И благодаря этому он наипрекраснейшим образом упорядочил владения княжества своего, [обеспечив его] всеми благами изобилия.

Меж тем другой ишхан Сисакана, также Васак, который ласкательно прозывался Габуром, умер в это [117] время и был положен в гробницу своих предков. Отчее княжество наследует его сын Григор, который звался Супан 129. Благоразумием, рачительностью и строительским старанием он превзошел там меру отцов 130 своих. Но особенно проявил он себя в строительстве и обновлении церквей христовых.

Великий и святой патриарх Закария после двадцатидвухлетнего патриаршествования умер и был положен в усыпальнице святых отцов.

Тогда ишханац ишхан Ашот, избрав некоего почтенного мужа по имени Георг 131 из пребывавших при патриаршем доме, который был родом из гюхакахака /77/ Гарни, повелел рукоположить его в патриархи дома Торгомова.

ГЛАВА XXIX

О царствовании ишханац ишхана Ашота и об убиении Григора Арцруни

Для меня здесь нет ничего приятнее, чем сочинение похвального слова об ишханац ишхане Ашоте. Достигнув среднего возраста, он был высок ростом, статен и широкоплеч; у него было приятное лицо с черными, словно нарисованными бровями, в глазах его были тонкие кровяные жилки, как если бы в жемчуге родился красный рубин, и украшала его прелестная седина; он был велемудр и красноречив, на пиршествах умерен в еде; он не завидовал лучшим мужам и не презирал простолюдинов, а старался равномерно простирать над всеми покров своей заботливости и взвешивал на весах ума своего поступки, прежде всего свои, [а затем] и каждого. Будет истиной, если скажу, что ничему полезному для людей он не препятствовал 132.

При виде такого благородства и высокого ума, ишханы и нахарары Армении единодушно задумали посадить его над собой царем и доложили об этом амирапету посредством остикана И/78/сэ 133, сына Шэха. Тот, благосклонно приняв достойную просьбу, отправил Ашоту царскую корону, которую привез тот же остикан Исэ, доставивший вместе с нею Ашоту также царские [118] одеяния, дары и [другие знаки] почестей, легконогих коней в нарядной сбруе и снаряжении. А потом был приглашен туда и великий патриарх Георг, и по совершении над ним [обряда] молебствия с божественными благословениями и посвящением вместо помазания из сосуда с елеем его венчали царем над племенем Асканазовым 134. После 135 этого он установил у племен подвластной ему страны много замечательных порядков, украсил дома, города, поселения, дастакерты и, соответственно каждому, упорядочил, разровнял гористые места, а воздух жарких долин обратил в умеренно-равнинный; также на всех ровных местах он поставил усадьбы и загоны и украсил поля виноградниками и садами. Он не препятствовал ничему, что подобало царству, касалось царства или относилось до царства, и оказался он богаче и мудрее почти всех [прочих] царей. Так в новозданном царстве возвысилось племя Торгомово.

Затем он простер руку к северным пределам, подчинив себе племена, которые жили в юдолях великих гор Кавказских, в долинах и глубоких продольных ущельях. Точно так же он подчинил своей власти всех без изъятия грубых жителей Гугарка 136 и разбойных людей гавара Ути 137 и уничтожил у них разбой и вероломство, всех их приведя к порядку и покорности и поставив над ними предводителей и ишханов. Царь егерский 138, соединенный с ним узами дружбы, посещал его и всегда искренне отдавал ему долг служения, как если бы навечно был сыном его.

Великий император греческий Василий 139 также заключил с нашим царем Ашотом немалозначащий договор о мире, покорности и дружбе, называя его любимым сыном 140 и поставив соучастником во всех царских [делах] государства своего. Таким образом, соответственно принятому им почетному сану, были упорядочены и приведены в совершенство все установления и учреждения [его страны].

В это время великий ишхан дома Арцруни – Григор, который прозывался Дереником, простер руку в сторону гаваров и городов /79/ Гера и Зареванда и, завоевав, подчинил их своей власти. Меж тем начальники племени исмаильтян, которые владели пределами этих городов и гаваров как местные, хотя на словах показывали и изъявляли ишхану Григору как сердечную дружбу, так равно и покорность, однако в душе были далеки от [119] него. Однажды осенними днями великий ишхан Григор, пустившись в путь, направился в пределы Гера для встречи с начальником города, а тот, когда выходил [навстречу] ишхану, изменнически, тайком спрятал, укрыл войско в виноградниках. И при встрече с ишханом неожиданно выскочили из своего укрытия войска исмаильтян, со спины накинулись на ишхана и, в тот же час поразив ишхана остриями мечей, повергли его наземь. Так погиб он, обманутый неверными, и был погребен в гробнице своих предков. Вслед за ним великое княжество унаследовал его сын Ашот 141, внук царя Ашота 142.

Прочее из повествуемого о нем – о его могуществе и доблести, сражениях и войнах и многих добрых делах, описанных в книге Истории Шапуха Багратуни, – сей благоуспешный муж представит тебе достаточно осведомленно.

Меж тем умер и был положен в гробницу предков своих Васак, ишхан Сисакана 143, ласкательно прозывавшийся Ишханик, который вел свою жизнь по пути, близкому богу и благочестивому. И тогда после него унаследовал то княжество его брат Ашот, такой же кроткий и миролюбивый, набожный и богобоязненный, все совершенно определивший на благоустроение своего отчего владения.

ГЛАВА XXX

О смерти царя Ашота, распре между спарапетом Абасом и царевичем Смбатом и о католикосе Георге

Царь армянский Ашот, после того как придал блеск всем порядкам и благим учреждениям, делам и нравам армян, заболел тяжким недугом и тут же умер 144. Но, лежа в постели, он не столько заботился о лечении тела, сколько о душе и мудрости. Он призвал к себе великого католикоса Георга и принял от него последнее причастие спасительными телом и кровью Господней, он роздал бездомным и нищим, не скупясь, много сокровищ в золоте и серебре, точно так же он вверил католикосу кладовые, пол/80/ ные припасов, табуны коней, [120] стада скота и отары овец, чтобы все это разделить между православными церквами для святого жертвоприношения, где бы то ни было и кому что понадобится. Таким образом, употребляемое для мирских нужд он незримо обратил на обновление внутренней чистоты человека, после чего в доброй старости, соответственно благим свойствам души, упокоился во Христе. И так как кончина его произошла в дороге во время ночлега в каменистом месте, именуемом Карспарн 145, то гробоносцы, подняв, понесли его [убранного] в златотканые одеяния, в гробу, украшенном сверкающей позолотой, в царский стольный город Багаран.

Впереди шли окруженные охраной из отрядов вооруженных, нарядных и отборных войск великий католикос, а также служители церкви с крестами и пением псалмов и славословий. Сразу же за гробом следовали три его сына, старшие дома царского, а также другие родственники – [все], кроме одного лишь Смбата 146, ишханац ишхана Армении, ибо он, отправившись в сторону Гугарка на завоевание тамошних племен, не успел завершить предпринятого 147.

Так прибыли они на место. И тут надо было видеть дев-плакальщиц и слезный плач и рыдания жен и княгинь, а также толпы рамиков и не рамиков! Затем, приготовив царскую гробницу, его положили в усыпальнице предков его.

После этого, по достижении молвы, пустился в путь царский сын Смбат, приехал в великой скорби и стенаниях в принадлежащий ему дастакерт Ширакаван-Еразгаворк 148, куда прибыл и великий католикос, дабы утешить его и убедить не предаваться более горю, но он не изменил своему благородному нраву.

Пришел к нему затем и великий ишхан Вирка Атрнерсех 149 с соболезнованиями. Но так как спарапет Армении и брат царя Ашота Абас обосновался на жительство в пределах княжества Вананд 150, то, согласно установленным правилам, [Атрнерсех], свернув с пути, заехал сперва к нему, дабы высказать слова утешения и [выразить] свою печаль и скорбь. Тот, приняв его благосклонно и хорошо, пожелал, чтобы он и впредь не отправлялся к Смбату, ибо, изыскивая [способ] самому завладеть царством, взял себе в мысли, что, если доведется ему (Атрнерсеху) узнать [об этом], то в исходе будет учинено ему от них обоих вероломство и не [121] сможет он исполнить желаемое. В ответ он /81/ услышал от него, что было бы весьма неуместным не поехать [к Смбату] без какого-либо повода, причины, [если нет] неурядиц, раздоров и междоусобий. И, получив позволение, [Атрнерсех] отправился встретиться с Смбатом, и, сняв с того траурные одежды, облачил в царские одеяния. Будучи почтен Смбатом дорогими, отменными дарами, он вновь воротился к спарапету Абасу, который, страшно обозлившись из-за чьих-то доносов, будто Смбат задумал против него зло, захватил [Атрнерсеха], наложил на него железные ковы и заключил в крепости Карс. После этого с обеих сторон усилился поток брани и взаимных обвинений, и, набрав каждый себе конников для набегов и принявшись сражаться, Смбат и Абас наводнили страну толпами грабителей. Тогда вмешался великий католикос, убеждая их вступить друг с другом в мирные переговоры и прося отпустить Атрнерсеха восвояси и отказаться от излияний распаленного гнева. Но спарапет схитрил и, представившись будто его убедили, сказал: «Пусть Атрнерсех вернет мне две крепости, которые он отнял у моего же зятя Гургена 151, [отдаст] сына своего Давида в заложники, тогда и я отпущу его с миром». И, скрепив письменную клятву по этому делу печатью, дал ее великому патриарху. Но затем, получив просимое, он вероломством дьявола изменил [клятве] – не отпустил Атрнерсеха, пренебрегши также посредничеством великого католикоса. Из-за этого великий патриарх, разгневанный гневом великим, удалился оттуда в гавар Ширак с чувством глубокой печали и горечи на сердце. Меж тем спарапет, зная, что, быть может, усилившиеся толпы набежников уже приблизились, ушел, укрылся за стенами крепости, внутри земляного вала.

После этого Смбат, собрав большое войско, стал нападать на окружающие крепость Абаса многолюдные поселения, в которых укрылись беглецы со всей области, захватив в добычу оружие храбрых мужей и благородных коней, и заключил его (Абаса) в крепости, словно бы то была тюрьма. Так он непрестанно поступал на протяжении многих дней. Из-за этого, наконец, будучи томим опасностью и терзаем муками сомнений, [Абас], после того как накликал беду, не нашел иного средства 152, как довериться кротости нрава племянника и попросить у него в заложники его (Смбата) сына [122] и сына его брата Шапуха – Ашота, чтобы и самому /82/ освободить и передать ему Атрнерсеха. И миролюбец [Смбат] отнюдь не отклонил его просьбу дать заложников; и получив, и приведя Атрнерсеха, и заботясь о нем, он с великими почестями и пышностью отправил того в его страну.

По возвращении Смбата из [Карса] тотчас же была преподнесена ему тамошним исмаильтянским правителем Афшином 153 по повелению их амирапета царская корона, а с нею и златотканое одеяние и быстроногие кони, убранные великолепными украшениями и златокованым оружием 154. Все, кто вышел встречать [Смбата] на площадь, [затем] вновь вернулись в святую церковь и с ними патриарх Георг. И по завершении там священного молебна о нем, и облачении его в одеяние из ткани, вышитой золотыми узорами, черточками и буквами, и возложения на голову его царской короны, он вышел из брачного чертога духовного, чтобы владычествовать над всей Арменией. Спарапет Абас страшно обозлился из-за этого и возненавидел католикоса, как если бы он был причиной лишения его трона и коронации Смбата. И с завистливой ненавистью он привлек к себе для поношения его злоречивых клеветников, которые, расплодившись в [патриаршем] доме и предав вожжи душ своих злому духу, подливали масло в огонь, умышляя злую хулу на святого католикоса. И так как еще до этого они же распустили свои нечестивые языки по всей стране и кое-кто из неправедных [людей] присоединился к злонамеренным поклепам, то полагали, что смогут ниспровергнуть святого католикоса.

В это самое время на острове Севан блистал и сиял святой муж божий Маштоц 155, который являл собою излучение негасимого света славы божьей. Божественным излиянием и непорочной верой животворною, движимой силой духа [святого], он в видимом невидимое зрел, поэтому, из-за его умения с несомненным знанием различать и узнавать духовные святыни, взоры всех были обращены на него. Меж тем спарапет, взяв себе в мысли, что, быть может, сумеет прельстить мужа божьего и [побудить] объединиться с ним в злом умысле, пишет ему письмо с похвалами ему вначале, а дальше с весьма порочащими обвинениями против католикоса, дескать, «нет нужды тебе слушать о [123] бесплодности его темных дел», и напомнил также свидетельства пагубных злохулителей; точно так же [пишет], дескать, предусмотрел его самого возвести в патриарший /83/ сан, вместо того [католикоса], только бы согласился прибыть на собор злохулителей и присоединиться [к ним]. Прочел [Маштоц] это, и возмутилась душа его, не хотел он ответить, но, дабы молчанием его не укрепились злохулители в неправедности своей, написал он следующее:

«Прибыло, дошло до нас, о властитель почтенный, повеление твое, принятое нами с душевным расположением, поелику с детства были мы совоспитанниками в заповедях божьих и по вере истинной соединены с Вами как с единоверцем, который заслуживает, согласно Павлу, любви, а не ненависти, и смиренно поклоняется алтарю. Но если уединенность ангельского чина, увлекши нас на иную стезю, оставляет непонятным для нас ярмо обязанностей, да не покажемся мы из-за этого непокорными, ибо слово божие требует от нас, чтобы мы более повиновались богу, нежели людям.

Засим, все до единого наказы письма твоего – суть клеветы на нашего великого патриарха и наместника Христа. Доколе риза святости облекает его и возвеличен, восславлен он призванием господа-бога и подвигами апостольскими, является наместником бога, я имя сие буду превозносить каждодневно.

С жестокосердием, заносчивостью, незнанием меры и с бесполезными рассуждениями Вы наказываете отрешить [католикоса] от церкви, а в качестве примера его злочестия приводите то, что он предал меня анафеме; но, зная его безмерное благонравие, сим удостоверяю я, что, имея пред собой веления заповедей Священного писания, он с детства и вплоть до старческого возраста в умении смиряться и достигать совершенства даже превзошел меру земной жизни.

Я же поистине был достоин анафемы и вечного осуждения, поелику оступился и, подобно впавшим в заблуждение, самовольно уничтожил [установленное] святыми отцами разделение меж нами и халкидонитами, из-за чего молитвенным покаянием в грехах и падением ниц его святыми руками разорвал письмо, излагавшее мои соображения 156. Но всем своим содержанием это [Ваше] письмо указывает на обвинения касательно каких-то грехов [католикоса]. Они (эти обвинения) – [124] суть злокозненные наущения сатаны, который изначала был человекоубийцей или душеубийцей, искусителем и сеятелем раздоров. Это и меня заставило встрепенуться, /84/ дескать, не должно тебе молчать. Итак, да не узришь в этом чего-нибудь подобного, господин мой, ибо преступление, – подобно следу змеи, проползшей по скале, – невозможно распознать, и верный свидетель тому пророк, сказавший: «Изыскивают неправду, делают расследование за расследованием» 157. Знаю и утвержден в том Господом, что пренебреженный грех учиняет больному смерть и ненависть к брату, когда то бывает у рамика. А у мужа видного, находящегося на высшей ступени, даже малейшие колебания [причиняют] великий вред из-за всенародного соблазна, не говоря уже о скверне гнусной невоздержанности, если таковая будет. Впрочем, я человек грешный и ничтожный, и [так как] беззакония мои поднялись выше главы моей и тяжким бременем легли на меня, не могу я ревновать ревностью господа бога нашего вседержителя 158, и, будучи ослеплен бревном 159, пронзать взором [душевную] тьму других.

Итак, все, что написал, я написал со слезами и со скорбью в сердце. Да укажет Вам бог стезю праведности, по коей [следует] идти, и исполнится воля Ваша в его воле, да заговорит в Вашем сердце истина и справедливость, дабы не поддавались Вы непроверенным слухам, что не пристало Вашему княжескому Высочеству, но сами примечали [истину]. Я же умру, и да исчезнут имя и память мои с лица земли, и померкнут зрачки очей моих и не увидят света, и замкнутся уши мои, станет немым мой иссохший 160 рот, и язык мой прилипнет к гортани, и со всех сторон окружат меня мрак и туман грехов и тени смерти, если что-нибудь подвигнет или побудит меня видеть, слышать или говорить о неправосудности праведного, толкуя о несправедливости в вышних, распустить свой язык по стране, чтобы злословить из мести и изрыгать хулу мечом губ 161. Не приведи боже поднять мне руку на помазанника божия и из-за греха ужасного лишиться отпущения и исцеления. Не приведи боже мне стать Кореем и Дэданом 162 против избранника божия, иначе же разверзнет земля свои уста и поглотит меня на погибель вместе с толпой сопричастников Авирона и живым сойду я в преисподнюю 163. На том стою я, и никто не может отвратить меня от этого ни страхом геенны и ни обещанием [125] царства небесного, и когда окажусь в судилище, изольётся гнойная кровь сердца моего проклятиями против хулителей, которые смутили Вас. Ко всему этому напомню Вам и записанное в заповедях божьих, где сказано: «Сокрытое принадлежит господу богу нашему, /85/ а открытое – нам и сынам нашим до века...» 164, почему и установил он день, когда сокрытое в человеке будет судимо самим Иисусом Христом.

Итак, отступаясь от того, что превыше Вас, не судите по догадкам и не порицайте, следуя речам, пока не явится Господь, который осветит тьму тайн и деяния каждого испытает огнем. Ибо догадки, мнения и уподобления суть лишь поверхностные, суетные тени истины и не будут учтены в судилище праведном, согласно требованию господа бога: «при устах двух или трех свидетелей будет твердо всякое слово» 165. Внешним 166 мудрецам это показалось весьма привлекательным, и они, похитив наше у нас же и видоизменив, иносказательно представили это как свое собственное, соблюдая, несомненно, лишь внешнюю форму, подобно [мелкой] вспашке сохой иль [пребыванию] отравителя в зельнице. Итак, молю Вас не молчать и не проявлять беззаботность, но пещись о справедливости, ибо, подобно людским мнениям и распространяемым суждениям, и Ваши собственные немощны и ограничены ошибками 167.

Но если случится, что Вы побудите призвать [меня] на патриаршество, а [повода] для покаяния его в грехах не будет, кто отважится выступить и с наглым лицом стать свидетелем неправедным против, позволю сказать, избранника божьего? Почему и повелел дух святой недостоверное оставлять в душе своей. Итак, да не совершите Вы чего-либо крамольного, и не брыкайтесь упрямо против шпор, ибо подобные помыслы в [делах] веры всегда уводят прочь от всех благ. Так, не получил благословения ишхан Багарат, который замыслил [в свое время] нечто столь же бесполезное, и всем нам известна погибель заслуживших погибели. Если велите быть собору, да не будет то собор нечестиво осаждающих мстительных набежников, подобных тем, что собрались в те времена с Анной и Каиафой на Господа и на помазание его 168, а тот, который от начала получил Господь в удел наследия своего, согласно чему пророк благоучредил, говоря: «...Объявите торжественное [126] собрание на горе Сион, священники и старцы правосудные, возгласите пост и молебствие, очистите церковь плачем и рыданиями, дабы посетил вас бог» 169. Согласно этому, и соделали Вам никейские отцы святые, которые обутыми последовали в обитель святости, и, целый год проведя в посте и молитвах, вкусили сухой хлеб скорби и испили воду страданий, распростершись на земле, как на жесткой постели, и с великим раскаянием и покорностью поставили себе святым посредником Евангелие /86/, дабы не совершить чего своевольно, на что призрил Господь и просветил их по достоинству. Точно так же и всех других.

Так, я, недостойный, согласился явиться на совет праведных и на собор добролюбов и муки трудов их довершить годичными молениями и подвижничеством, и сам бог, могучий и живой, сделает угодное ему. И осмелюсь присовокупить [к сведению] злобствующих побудителей, что согласен, чтобы, если Господь пренебрежет и не посетит нас, меня причислили к злодеям и мессалианам 170 на вечное осуждение. Только бы собор проходил в соответствии с моими понятиями.

Что же касается языков, то не пугайтесь, вообразив себе что-то, ибо язык не точен, если заострен желчью, и натянутый лук недостаточно скор, чтобы пускать далеко стрелы раздора, язвить и убивать тех, кто праведен сердцем. Злые духи нападают, жаждая чести святых, умышляют отринуть [их] коварством разъяренных сынов человеческих. Итак, это те языки, которыми осужденные пророки были загублены, будучи преданы острому мечу 171, это – фарисейское увещание и вопль евреев, которые, отважившись на сына божия 172, сгинули на веки вечные; это – исступление священников, коими соделались богоборцы; это – безумие Иуды, который пошел с закрытыми глазами, не потерял своих тридцати сребренников и предал место его 173, это книжники и мудрецы лицемерные, которые уведомили бога и кесаря об осуждении сына божьего и по закону предали его судье, на погибель душам своим 174. Вспомните [тех, кто] свидетельствовал против Стефана 175, Иакова – брата господня 176 и Наркиса 177, и не обманывайтесь, ибо сыны человеческие, своею ли волею или вводимые в заблуждение искусителем, способны переиначивать 178 [свидетельства]. Посему и сохранили записанным в предостережение грядущим [поколениям] вероломство неправедных [127] свидетелей, которые, подобно острой бритве, заострили коварство, любя более добра зло и речи погибельные. Вот почему возносит молитвы пророк, дабы избавил его [Господь] от злых людей, кои – «изощряют язык свой, как змея; яд аспида под устами их» 179. Добавлю также и то, что гнусный предатель – не свидетель и не может предстать пред судилищем праведным, но навсегда будет удален. Ибо тот, кто принял вид и лицо блудницы и вышел из числа мужей, даже если исповедался у священника, – не свидетель, согласно синодальному порядку, прежде нежели не исполнится время святых /87/ канонов и, сломленный покаянием в грехах, не соделает он свидетелем своего искупления главу церкви.

Пусть сперва придут грешники, от души принявшие монашество, во власянице и [посыпанные] пеплом, и покаются в грехах, и тогда, по исполнении времени, истинным станет их слово; а также епископы избранные и праведные, из коих иные прибудут издалека и не будут подозреваться в [чувстве] мести; точно так же пусть отцы святые и знаменитые расследуют [дело], как пожелают, и удостоверятся, как оно обстоит 180. А затем, после всего этого, те, кто сможет облечь святой алтарь и святой престол тернами 181, – да облекут [ими] души свои как [знак] траура по павшему жениху, который замещал Христа у входа в святилище невесты – церкви. И еще много такого есть, более справедливого и законного, о чем я побоялся писать.

Вот тогда и быть веленному Вами, если пожелаете кого-нибудь другого избрать, чему [впрочем] невозможно случиться, разве что могуществом силы либо непокорною мыслью станете с богом бороться.

Итак, по моему разумению, положитесь на бога, дабы во время грядущего суда сладостно Вам было пред вселенским судилищем. И да примете Вы от бога славу и почести на долгие дни».

И вот, прочитав это памятное письмо 182, он, охваченный великим стыдом, отказался от обещанного злокозненным обольстителям, ибо, куда ни написал подобные [письма], ниоткуда не получил желаемого ответа, но лишь множество укоров и обвинений. Тем паче, что иные из кичливых, ослепленных завистью клеветников пали, почитай, пораженные грозным гневом божьим: один из них, ослабев от наполнивших его нечестивый рот червей, издох на глазах у многих, а также у меня [128] самого; у другого источенные, изъязвленные внутренности выпали вместе с мерзкими испражнениями; а предатель, негодный и непокорный 183, умер, сгорев в знойном жаре лихорадки и покрывшись сыпью из гнойных чирьев. Тогда остальные, сомневаясь и трепеща пред справедливой карой, поспешили броситься с покаянием к стопам патриарха, от коего и получили отпущение. Тут и спарапет, в душе пораженный великим, ужасом, боясь скоропостижного божьего суда, /88/ пал в скорбных молениях и слезах к стопам патриарха, испрашивая отпущения своему греховному заблуждению, и тот, любя сердцем независтным, как того заслуживал верный проситель, удостоил их отпущения и благословения в совершенстве веры.

Со страхом великим начертал я это для вас письменами как напамятование на будущее, дабы, видя исход погибельных событий, никто не претерпел таких же, [проистекающих] от безрассудства, мучений, издевок и бичевания, как те, что пав с Иудой, отправились восвояси.

Комментарии

1. Варданакерт — село на левом берегу р. Араке, на месте нынешних развалин крепости Алтан в Муганской степи (Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 83). Никто из армянских книжников не фиксирует точной даты битвы при Варданакерте. Чамч. датирует ее 694 г., поскольку годом смерти Давида считает 693 г. Впервые битву при Варданакерте 703 годом датирует французский арменовед Сен-Мартен (Memoires historique, т. I, с. 155). Орманян М. битву при Варданакерте датирует январем 703 г. (Азгапатум, т. I с. 781). Эту датировку принимают также Лео (История Армении, т. II, с. 372—373), Аракелян Б. (Восстание армян против арабского ига в 703 г. ИАНА, Ер., 1941, 5—6, с. 57—60, на арм. яз.), Тер-Гевондян А. (Восстание 703 г.., с. 38), а Налбандян А. (Арабские правители.., с. 107) — декабрем 703 г. Последняя датировка кажется наиболее убедительной. Как известно, Мухаммад ибн Марван, браг халифа Абд ал-Малика, еще в 693 г. был назначен наместником Джазиры, Азербайджана и Армении, но лишь в 699 г., в ответ на поход византийского императора Тиверия III (698—705), двинулся на Армению. (См.: Тер-Гевондян А. Армения и арабский халифат, с. 73—74; Мюллер А. История Ислама.., т. II, с. 91). До 700 г. он опустошил все пограничные области Малой Азии, а затем на 16-м году правления Абд ал-Малика вторгся в Армению с юга через Джермадзор (Гев., с. 12). Эти сведения заимствовал у него Асох. (с. 91.). (Тер-Гевондян А. Армения и арабский халифат, с. 73—74). 16-й год Абд ал-Малика соответствует 81 г. х. (=26 февр. 700 г.— 15 февр. 701 г.) и 148/149 г. арм. летосч. (март 700/6 апр. 700—4 апр. 701 г.), то есть вторжение Марвана произошло между мартом 700 г. и июнем 701 г. В течении двух лет арабы вели борьбу за подчинение всей страны. Это подтверждается и данными Ибн ал-Асира, согласно которому в 82 г.х. (15 февр. 701 г.— 4 февр. 702 г.) Мухаммад покорил Армению (Арабские источники, т. II. Ибн ал-Асир. Пер. с оригинала, предисл. и прим. Тер-Гевондяна А. Ер., 1981, с. 65, на арм. яз.). Судя по рассказу Гев. (с. 13—14), на эти годы приходятся также захват и ограбление монастыря св. Григория в Багреванде и начало осады крепости оз. Севан. Захват и ограбление монастыря произошли в первой половине 702 г., так как сразу после этого он сообщает об отбытии Мухаммада в Сирию (Гев., с. 14). Известно, что летом 702 г. Мухаммад был спешно отозван из Армении халифом Абд ал-Маликом в связи с принявшим угрожающий для его власти размах восстанием одного из видных арабских полководцев Абдуррахмана (Weil G. Geschichte der Chalifen, t. I, Mannheim, 1846, с. 455). На это время войска арабов были, по-видимому, частично либо полностью выведены из Армении. В связи с этим, очевидно, была прервана и осада крепости на о-ве Севан. Как пишет Иов. Драсх., «...остров Севан, что на озере Телам, хотя в первый раз и не был захвачен ими, однако спустя два года был предан в его руки», то есть Мухаммаду дважды пришлось осаждать крепость Севан, второй раз уже после возвращения из Сирии. Ко второй половине 702 г. и относится повторная осада крепости Севан. Сам. ан. датирует захват крепости Севан 703 г. (с. 90). Завершив покорение Армении, Мухаммад снова ушел в Сирию, оставив вместо себя некоего «исмаильтянина» (Гев. с. 15) но имени Абдллах (Иов. Драсх., гл. XX; АП, т. XIX, с. 89). Это произошло в 82 г.х. (15 февр. 701 г.— 4 февр. 702 г. См.: Ибн ал-Асир, с. 65), и на его полном попечении была оставлена Армения после ухода Мухаммада в Сирию «весной», как пишет Гев., 703 года, и как вытекает из вышеизложенного. Намерение Абдаллаха истребить нахарарское сословие Армении стало, согласно Гев. (с. 15), известно ишхану Армении Смбату Багратуни (701—726), и это присудило его и часть нахараров с их конницами принять решение удалиться в Византию. Однако арабское войско бросилось за ними в погоню, и в Варданакерте, где расположился стан Смбата и его соратников, разыгралось сражение, завершившееся победой армян (Гев., с. 16—17). Таким образом, Варданакертское сражение можно датировать либо самым концом 703 г., как это делает Налбандян А. (Арабские правители.., с. 107), либо началом января 704 г. Такая датировка подтверждается и свидетельством византийского историка Феофана: «В этом году (6195 г. м. э. 1 сент. 703 г. — 1 сент. 704 г.) армянские князья, подняв мятеж против сарацинов, убили всех находившихся в стране неверных... Мухаммад выступил в поход против мятежников, уничтожил большое их число и подчинил Армению сарацинам (см.: Recherches sur la chronologie armenienne technique et histor'qne par М. Edouard Dulaurier. Paris, 1859, с. 241; Дарбинян-Меликян М. Замечания к «Истории» Иованнеса Драсханакертци, с. 156—159).

2. В тексте: ***. Искажение, должно быть ***.

3. Огбай — Осман ибн ал-Валид ибн Укба ибн Аби-Муайит. Тер-Гевондян А. отводит ему 704 г. (Армения и арабский халифат, с. 271), а Налбандян А. — 706 г. (Арабские правители, с. 108).

4. Вананд — девятый гаеар наханга Айрарат, расположен в долине р. Ахурян. Здесь находится известный средневековый город-крепость Каре. (Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 82).

5. Анахронизм, если речь идет о Камсаракане Нерсехе — ишхане Армении в 689—693 гг.

6. Свидетельство Иов. Драсх. о поражении арабов в Вананде не подтверждается данными Гев., согласно которому потерпели поражение не арабы, а армяне и греки (Гев., с. 21—22). Сражение в Вананде датируется концом 705 или началом 706 г. (Налбандян А. Арабские правители.., с. 108; Тер-Гевондян А. «Ишхан Армении».., с. 124).

7. Факт пребывания Саака Дзорапореци в Дамаске вызывает сомнение, он не подтверждается и данными Гев. Рассказ Иов. Драсх. противоречив: католикос находится в плену, в Дамаске; Огбай, потерпев поражение, возвращается к амирапету, т. е. в Дамаск; непонятно, зачем было Сааку уезжать из Дамаска, чтобы встретиться с Огбаем, который находился там же — в Дамаске.

8. Харран — город в Месопотамии, древний Саrrае.

9. Саломалек — здравствуй (араб.).

10. ...Елиа — Елиа Арчишеци, католикос армянский (704—717).

11. Алиовит — один из гаваров Туруберана, расположен вдоль северного побережья оз. Ван.

12. То есть арабского летосчисления. Должно быть: на восемьдесят шестом году = 705 г. (Босворт К. Мусульманские династии, справочник по хронологии и генеалогии. М., 1971, с. 29). Отсюда н до конца главы источником для Иов. Драсх. служит «Житие Ваана Гохтнеци». (ПАА с. 219, 222—224).

13. В тексте: *** — годичных дахеканов.

14. Начхаван — см. прим. 2 к гл. XXIV.

15. См.: Дан. 3: 19, 49—51.

16. Сожжение армянских нахараров в церквах Нахиджевана и Храма датируется 705 г. Этот год арабы назвали «годом сожжения». (См.: Налбандян А. Арабские правители.., с. 108).

17. Влит — Валид I, халиф (705—715).

18. Слиман — Сулейман, халиф (715—717).

19. Оладр — Умар ибн Абд ал-Азиз, халиф (717—720).

20. Руцап — Руцапа, современный г. Рузафа.

21. О Ваане Гохтнеци см.: ПАА, с. 216—239; Тер-Давтян К. Мученичество Ваана Гохтнеци и его художественные особенности. Сб. «Русская и армянская средневековые литературы». Л., 1982.

ГЛАВА XXII

22. ...некий Нерсес... — Нерсес-Бакур, католикос Алванка, пытался ввести там халкидонитство, пользуясь поддержкой «некоей княгини». Орманян М. датирует эти события 712—715 гг. (Азгапатум, т. I, с. 810—812). Основным источником по этому вопросу является История страны Алванк Мов. Кал. Хотя рассказ последнего и не отличается хронологической последовательностью, однако анализ приводимых в нем фактов дает возможность представить сжато следующую картину событий, переданных Иов. Драсх. лишь в общих чертах и не всегда точно. Согласно свидетельству Мов. Кал. (с. 253), «...ишхан Вараз-Трдат (ок. 680—715) платил подать трем народам: хазарам, тачикам и грекам. Так как сильнейшие притеснения ему учиняли греки, то он с детьми своими отправился в царственный град и там был задержан императором. Он отдал своих детей в заложники...» По-видимому, это произошло в 699—700 гг. при Тиверии III. Лишь спустя пять лет (а быть может, и семь, если счесть *** = 5 ошибкой, возникшей из-за сходства *** = 7) он без сыновей вернулся в Алванк и «отдал свою страну тачикам». Его возвращение можно приурочить к 706—707 г. Именно во время его пребывания в Византии Нерсес-Бакур, опираясь на поддержку жены Вараз-Трдата, Спарам, и предпринял попытку ввести в Алванке халкидонитство. Однако сидевший в отсутствие Вараз-Трдата на престоле великого ишхана Алванка Шерой своими азатами и множеством духовных» предал Нерсеса анафеме (с. 238). Собор обратился по этому поводу к католикосу Елие, а последний — к халифу Абд ал-Малику (с. 237—239). Заручившись поддержкой халифа, католикос велел схватить Нерсеса и Спарам и отправить закованными в цепи к халифу. Грамота, которую католикос Елиа потребовал от духовенства и знати Алванка, о твердом союзе между армянской церковью и церковью Алванка «писана... в 85 году тачиков, 148 г. армян...» (с. 245). 85 год хиджры = 14 янв. 704 г.—2 янв. 705 г., а 148 год арм. л. = 5 июня 699 г.—4 июня 700г. Как видим, даты не совпадают. Предпочтение, думается, следует отдать 85 г. х., так как в это время халиф Абд ал-Малик был еще жив (умер 9 октября 705 г.), а Елиа уже стал католикосом (в первые месяцы 704 г.). Следовательно, осуждение Нерсеса-Бакура, скорее всего, произошло в 704—705 гг. Вскоре «После того увели в Тарон и оттуда — в Сирию Шеройя, ишхана Алванка, вместе с другими азатами на 153 г. армянского летосчисления» (с. 260). 153 г. арм. л. = 3 июня 704—3 июня 705 г. После всех этих событий, то есть после 5 (или 7) лет отсутствия, возвращается из Византии Вараз-Трдат и «отдает свою страну тачикам». Именно поэтому Юстиниан II задержал его сыновей еще на несколько лет (в общем они пробыли 'в заключении 12 лет). «По кончине Юстиниана воцарился Вардан-Филиппик (711—713) из армянских дзотов, и вспомнил он о тех, которые были заключены в мрачную крепость. Государь приказал освободить их...» (с. 254). Таким образом, если сыновья Вараз-Трдата пробыли в заключении 12 лет, то тем самым подтверждается исходная дата — дата прибытия Вараз-Трдата в Византию в 699 — 700 г. Как пишет Мов. Кал., «Нерсес правил престолом в православии 14 лет и в нечестии 3,5» (с. 241), т .е. — 17,5 лет, которые приходятся на 688—705 гг.

23. ...некая княгиня... — имеется в виду княгиня Спарам, жена ишхани Алванка Вараз-Трдата.

24. Анахронизм. Омар стал халифом позже, в 717 г.

25. ...того же толка...— то есть придерживающаяся того же исповедания, что и Нерсес, — халкидонитства.

26. еретика — в тексте: *** , которое переводится как неправославный, сектант, еретик.

27. ...любомудр Иованнес. — Иованнес III Одзнеци, известен также под прозвищем Имастасер (Любомудр), католикос армянский (717—728).

28. Теон (Элий) из Александрии — жил в III в., учитель риторики, автор руководств к стилистическим упражнениям.

29. зло — в тексте: *** — злых жестоких,

30. Влит — Валид. В арабских источниках нет свидетельств об остикане с таким именем. Это не может быть также халиф Валид, так как он умер в 715., а Одзнеци стал католикосом в 717 г. Налбандян А. полагает, что это мог быть один из временно замещавших остикана Омара ибн ал-Азиза (717—720) правителей Армении. (Налбандян А. Арабские правители.., с. 109).

31. Эту полулегендарную историю заимствует у Иов. Драсх. Асох. (с. 75). 'Повествование об Иованнесе III Одзнеци сохранилось как в рукописной традиции (см., напр., рукоп. Матенадарана №№ 4717, 4724, 4726, 4749, 4757, 4873 и др.), так и в устном предании. (См.: Ганаланян А. Народные предания. № 722).

ГЛАВА XXIII

32. Давида — Давид I Арамонеци, католикос армянский (728 — 741).

33. Арамонк, или Арамус — гюх в гаваре Котайк, неподалеку от Еревана.

34. Трдат — Трдат I Отмусеци, католикос армянский (741—764).

35. См. прим. 1 к гл. XVI.

36. Трдат — Трдат II Даснавореци, католикос армянский (764 — 767).

37. Сион — Сион I Бавонеци, католикос армянский (767—775).

38. Бавонк — гюх в гаваре Даснаворк наханга Туруберан.

39. См. прим. 19 к гл. II.

40. См. прим. 10 к гл. X.

41. Сулейман — Йазид ибн Усайд ас-Сулами, остикан Армении в 752—754 и 759—770 гг. До этого он был правителем Джазиры, а епископом Алдзника, официально числившегося в составе Джазиры, был будущий католикос Сион Бавонеци. (Налбандян Л. Арабские правители.., с. 112).

42. Калин, Талин, Арени — гюхы в гаваре Арагацотн. Гев. (с. 101) в связи с этими событиями говорит о гюхах Колб, Талин и Птхунк.

43. Эти события были связаны с восстанием 774—775 гг., начавшимся с убийства начальника арабских сборщиков налогов, совершенного Артаваздом Мамиконяном в деревне Кумайри (на месте современного г. Лениникана) в Шираке. Восстание быстро перекинулось в другие области Армении, возглавил его Мушел Мамиконян. Об этом восстании сохранились свидетельства и в арабских источниках. (Тер-Гевондян А. Армения и арабский халифат,. с. 105—110).

44. Есайю — Есайя I Елипатрушеци, католикос армянский (775—778).

45. Алапатруш — Елипатруш, гюх в гаваре Ниг наханга Айрарат.

46. Гохтн — гавар в Васпуракане, охватывал территории современных Апракунисского и Ордубадского районов. Центром гавара был аван Гохтн (современный Килит). (См.: Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 42).

47. Этот рассказ у Иов. Драсх. заимствует Сам. ан. (с. 89)..

48. ...некоего Степаноса — Степанос I Двинеци, католикос армянский (788—790). Восшествием на патриарший престол Степаноса завершается история Гев., дальше Иов. Драсх. пользуется другими источниками, в особенности не дошедшей до нас Историей Шапуха Багратуни.

49. Иоваб — Иоваб I Двинеци, католикос армянский (790—791).

50. куропалата — имеется в виду Ашот Мсакер (Мясоед) Багратуни, ишхан Армении (приблизительно 790—826).

ГЛАВА XXIV

51. См. прим. 10 к гл. XXIII.

52. Нахчаван — Нахиджеван, один из древнейших армянских городов. Слово «нахиджеван» по-армянски означает «первое сошествие». Согласно преданиям, город будто был построен Ноем по выходе его из ковчега. Это был важнейший узловой пункт, укреплявший политические связи Васпуракана с Айраратом и Сюником. Как полагают исследователи, он вышел из состава Васпуракана в начале VIII в., когда в нем обосновались арабы, но в конце IX— начале Х в. в связи с ослаблением арабского господства был от-, воевал царями Багратуни, которые давали его во владение то князьям Васпуракана, то князьям Сюника, в зависимости от своих отношений с ними. (См.: Гев., прим. 36; Варданян В. Границы Васпураканского царства в IX—XI вв. ИФЖ. Ер., 1969, 4, с. 299, на .арм. яз.; Утмазян А. Сюник в IX—XI вв. Ер., 1957, с. 98, на арм. яз.).

53. См. прим. 23 к гл. XIV.

54. Рагуан (Багаван) — прославленный и в языческой, и в христианской Армении культовый центр, расположен в гаваре Багреванд, у левого берега р. Арацани на северном склоне горы Нпат (ныне Топа-Шеид). Следующий ниже рассказ о расправе арабов с монахами Иов. Драсх. заимствовал у Гев. (с. 12—14). Однако Гев. приурочивает это событие к концу VII в., ко времени остиканства Мухаммада ибн Марвана, что больше соответствует истине. (См. также: Вард., с. 90).

55. Соломона — Соломон I Гарнеци, католикос армянский (791— 792).

56. Гарни — см. прим. 11 к гл. II.

57. Обитель Макеноцац — монастырь в гаваре Геларкуни наханга Сюник. В 828 г. во время восстания Бабека последний разорил монастырь и предал смерти пятнадцать тысяч человек. (См.: Мов. Кал., с. 267—268; Степанос Орбелян. История области Сисакан. Тифлис, 1910, с. 159, на арм. яз., далее — Ст. Орб.).

58. отца отцов Соломона — настоятель монастыря, известный вардапет, жил в конце VII в.—первой половине VIII в., участник церковного собора в Маназкерте в 726 г. (О нем см.: Алишан Г. История Армении, с. 75; его же: Сисакан. Венеция, 1893, с. 65—71, на арм. яз.; Акинян Н. Грузинский католикос Кюрион.., с. 248—255; Esbroeck van M. Salomon de Macenoe, vardapet du VIII-e siecle. "Armeniaca", MEA, Venise, 1969, с. 33—44).

59. Зреск — монастырь в гаваре Ширак.

60. Георг — Георг I Бюраканци, католикос армянский (792— 795).

61. Иовсеп — Иовсеп II Парпеци, католикос армянский (795— 806).

62. Имеется в виду церковь св. Григория Просветителя в Парпи.

63. Хузима — Хузайма Ибн Хазим ат-Тамими, остикан Арминиа (803—806/807).

64. См. прим. 14 к гл. VIII.

65. Кавакерт и Хоромоц Марг (Луг ромеев) — были расположены на Айраратской равнине в долине р. Раздан.

66. Мецалюр — ныне Сев-Джур, левый приток р. Араке.

67. Давид — Давид II Какалеци, католикос армянский (806— 833).

ГЛАВА XXV

68. Хол — Халид Ибн Йазид Ибн Мазйад аш-Шайбани, остикан Арминии (813, 829—832, 841, 842—845).

69. Севада — Савад бен Ал-Амид Джаххаф. После окончившегося неудачей восстания армян в 774—775 гг., в результате чего особенно пострадал нахарарский дом Мамиконянов, сошедший с с политической арены, часть поместий Мамиконянов отошла к роду Джаххафянов, которые обосновались в Маназкерте (См.: Тер-Гевондян А. Арабские эмираты в Багратидской Армении. Ер., 1961, с. 66, на арм. яз.; см. также: Мов. Каг., с. 267).

70. В тексте *** — перс, но в разночтениях *** — кайсик (см.; Цагарейшвили Е., с. 7). Тер-Гевондян А., основываясь на первом чтении — *** — перс, предполагает, что Джаххафяны». возможно, были иранского происхождения (Армения и арабский халифат, с. 126). В то же время он отмечает, что «...большинство армянских, а также арабских историков их считают просто арабами. Йакуби даже называет Джаххафа Суламитом (Сулами)». (Там же, с. 126). Маркварт И. (Генеалогия Багратидов, с. 35), останавливаясь на этом вопросе, находит, что Иов. Драсх. ошибается, приписывая Севаде персидское происхождение. Исходя из этого, в нашем переводе отдано предпочтение разночтению *** — кайсик. В соответствующем месте Истории Ст. Орб. стоит *** — из императорского рода (с. 167). Это явное искажение Броссэ M. в своем французском переводе Истории Орбеляна исправляет на *** — кайсикский (см.: Histoire de la Siounie,. Saint-Petersbourg, 1864, с. 101, прим. 4), что кажется вполне убедительным. Непонятно, почему И. Маркварт считает, что «нельзя вместе с Броссэ M. изменить это (искажение) на *** — кайсикский, но следует счесть его просто ошибкой». (См.: указ. соч., с. 35).

71. Смбат — имеется в виду Смбат Багратуни, сын Ашота Мсакера, спарапет Армении в 826—855 гг., а с 851 по 855 г. одновременно и ишхан Армении.

72. Хурастан — река Раздан.

73. Битва у крепости Кавакерт произошла в 832 г. Она совпала но времени с мятежом Бабека в Атрпатакане, поэтому Хол и не был расположен вступать в сражение с армянскими князьями. (Налбандян А. Арабские правители.., с. 119; Тер-Гевондян А. Арабские эмираты.., с. 77; Утмазян А. Сюник.., с. 63).

74. Григор... ласкательным именем Супан. — Григор Супан I, внук ишханац ишхана княжества Сюник, Васака. Прямые потомки Васака Сюни считались гахерец ишханами Сюника, им принадлежала наибольшая и важнейшая часть Сюника — гавар Геларкуни с прибрежными районами оз. Севан, Балк, Вайоц-дзор, Чахук, Албанд. Григор Супан был сыном младшего сына Васака — Саака (Подробнее см.: Утмазян Л. Сюник.., с. 307—308). Прозвище «Супан» — букв.: «Преславный» (перс.).

75. Иованнес — Иованнес IV Овайеци, католикос армянский) (833—855).

76. См.: Дан. гл. 13.

77. См.: Матф. 26: 14—15, 57—66.

78. Багарат Багратуни — ишхан Армении (826—855), сын и преемник Ашота Мясоеда. После смерти Ашота Мясоеда его сыновья Багарат и Смбат разделили между собой владения отца, и на долю Багарата достались Тарон, Сасун и Хлат. Авторитет Багарата особенно вырос после того, как ему был пожалован халифом титул ишханац ишхана («батрик ал батарика» арабских источников). Если до сих пор ему подчинялись только армянские князья, то после этого его власть распространилась и на князей Вирка и Алванка, (Тер-Гевондян А. «Ишхан Армении».., с. 129—130).

79. То есть брат Багарата Багратуни.

80. Имеется в виду ишхан Григор Супан.

81. Как и Иов. Драсх., Ст. Орб. также свидетельствует о том, что по случаю лишения Иованнеса Овайеци патриаршего сана спарапет Смбат, Григор Су пан I и другие ишханы в 841 г. созывают собор и восстанавливают права католикоса (см. с. 168). Стремление Багарата еще более укрепить свою власть, подчинив ей и церковь и посадив на престол угодного ему и покорного католикоса, вызвало, по-видимому, отпор со стороны других князей Армении.

82. Апусет — Абу Сайд Мухаммад Ибн Юсуф ал-Марвази, остикан Арминии (850—851). Кроме Иов. Драсх., так его называют и Тов. Арц., Асох., Ст. Орб. В свидетельствах армянских источников о нем имеется ряд неточностей, перепутаны имена его и его сына Юсуфа, события, происшедшие при одном, приписаны другому.

83. Джабр — халиф Джафар ал-Мутаваккил (847—861).

84. Достигнув... амирапету. — Захват Багарата в плен был совершен сыном Апусета Юсуфом (Юсуф ал-Марвази, 851—852).

85. ...горы Тавр... — имеется в виду та часть Армянского Тавра, которая включает гору Сим и возвышается на границе провинций Алдзннк и Туруберан. Южный ее склон, обращенный в сторону Алдзника зовется Санасум, или Сасун, а северный, обращенный к Туруберану составляет отдельный говор, называется Хойтк, или Хут, и находится на границе с Тароном.

86. Меж тем... Апусета... — В действительности был убит сын Абу-Саида — Юсуф (в 852 г.), посланный в 851 г. халифом, чтобы расправиться с непокорной Арменией. Он явился в г. Хлат — столицу Багарата Багратуни, вероломно схватил его и отправил в Самарру. Весной 852 г. Юсуф двинулся в поход против восставших сасунцев и хутанцев. Во главе этого мощного восстания встали сыновья Багарата — Ашот и Давид и племенной вождь сасунцев Ован. Спустившись с Сасунских гор, восставшие неожиданно напали на г. Муш, разгромили арабское войско и убили Юсуфа. После этого восстание охватило всю Армению, Алванк и Вирк. Эти события нашли свое художественное отражение в армянском народном героическом эпосе «Давид Сасунский». Историк Тов. Арц. следующим образом описывает жителей Сасунских гор: «Здесь вкратце я обрисую характер жителей гор — каковы и кто они. и как в тяжком труде и ужасных страданиях, добывают хлеб свой насущный и удовлетворяют необходимые свои нужды. Их поселения расположены в глубоких ущельях, в горных пещерах, в лесных дебрях и на вершинах гор. Живут они родами (большими семьями) и так далеко друг от друга, что, если кто-нибудь из сильных мужчин во все горло закричит с высокого места, эхо от голоса его едва будет услышано в другом месте, и создается впечатление, будто отголосок этот исходит из скал. Половина их лишилась родного, свойственного им языка, потому что живут они в отдаленных местах. Говорят они друг с другом на (каком-то) отрывистом и непонятном языке, да так разно, что нуждаются даже в переводчиках. В качестве пищи употребляют разнообразное зерно, главным образом зерно, именуемое просом, которое в голодные годы кое-кто называет хлебом... Наготу свою они прикрывают шерстяной одеждой, а ноги обувают в своего рода лапти из козьей шкуры. И летом и зимой они довольствуются одинаковой едой» (Тов. Арц., с. 120—121).

87. Григор Супан I и Бабген — двоюродные братья, представители одного и того же сюникского княжеского рода. Это была обычная война двух феодалов за власть и земельные угодья. Продлилась она около двух лет с 849 по 851 г. и привела к разрушению многих сел и городов, убийствам и угону в плен их жителей. (См.: Ст. Орб., с. 297; Утмазян А. Сюник.., с. 79—80).

88. Габур (перс., букв.: «мягкий, нестойкий») — Васак Габур, старший сын Григора Супана I, наследует говор Геларкуни. Подобно своему отцу, Васак ориентируется на ширакскую ветвь Багратуни (спарапета Смбата, его сына, будущего царя Ашота I). Умер около 859 г. (Утмазян А. Сюник.., с. 311).

89. Буха — Буга ал-Кабир аш-Шараби, остикан Армннии (852— 855), один из тюркских гулямов (рабов), получивший вольную и затем, благодаря военному таланту, ставший командующим тюркскими наемными войсками. В древнеармянском переводе грузинских хроник следующим образом описывается поход Буги в Закавказье: «Прошло 219 лет после появления Мухаммада, когда явился Буга, который опустошил Армению. Он дошел до Тпхиса (Тбилиси) и убил эмира Саака, который не подчинился ему. Прибыв в Мтелей, он потребовал 300 заложников и намеревался проникнуть в Осетию, но его остановил сильный снегопад, из-за которого погибло много народа. Впрочем, так как у него было много людей, численность которых доходила до 120000, потери были не столь заметны. Он вернулся в Багдад, где провел зиму. С начала весны он прибыл в Дербенд, отворил ворота и, впустив триста семей хазар, разместил их в Шамхоре; он через Дарьял привел также 200 осетин, которых устроил на жительство в Даманисе», (Абдуладзе И. Древнеармянский перевод грузинских исторических хроник («Картлис Цховреба»), Тбилиси, 1953, с. 161; См. также: Brosset M. Additions et-eclaircissements a 1'Histoire de la Georgie, St.-Petersbourg, 1851, с. 51—52. Ср.: Сам. ан., с. 93—94).

90. То есть примут мусульманство.

91. ...по всему гавару.— В тексте: *** — по лику (лицу) гавара.

92. Васпуракан — один из самых больших нахангов Великой Армении. После 591 г. названием Васпуракан обозначали оставшуюся за персами часть Армении, в отличие от ромейской; разделявшая их линия шла от Гарни через Хацюн, Маку на Арест. (Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 82; Адонц Н. Армения Юстиниана, с. 231—232).

93. Ашот, великий ишхан — Ашот Арцруни, гахерец ишхан в роде Арцруни, был угнан Бугон в 852 г. в плен в Самарру. Вернулся из плена в 859 г. и правил в Васпуракане до 875 г.

94. Смбат — спарапет Армении, брат ишханац ишхана Багарата Багратуни, счел за лучшее подчиниться арабам. Он послал халифу письмо с изъявлениями покорности и отправил навстречу Буге своего сына Ашота, который встретил того с выражением дружбы и покорности.

95. См.: Филипп. 1: 21.

96. То есть в 853 г.

97. В отличие от Атома и его сподвижников V в. (см.: ПАА, с. 186—193), этих мучеников в дальнейшем стали звать Нор (Новым) Атомом с его сподвижниками.

98. 302 г. Торгомова летосчисления соответствует 27 апреля 853 г.— 26 апреля 854 г. 25 число месяца мехекана (седьмой месяц армянского календаря) падает на 17 ноября 853 г. «Этот день, без сомнения, является днем мученичества Нового Атома и его сподвижников, но, поскольку в неподвижном календаре 25 мехекана совпадает с 3 марта, то именно 3 марта отмечается церковью как их день» (Dulaurier E. Recherches, с. 259).

ГЛАВА XXVI

99. Сисакан — гавар Цлук, соответствует современному Сисианскому району Арм. ССР. В узком смысле гавар Цлук назывался Сюником. (Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 56).

100. Речь идет о сюникском князе Васаке Ишханике — «Княжиче» (см. прим. 5 к гл. XXVIII). Свой поход в Айрарат и Сюник Буга начал весной 853 г.

101. Бал — Балаберд, неприступная крепость в гаваре Балк Сюникского княжества, у слияния рек Гели и Волджи (территория гавара Балк ныне входит в Кафанский район Арм. ССР). Эта крепость называлась также Балаки Кар — «Балакская скала». (См.: Крепости Армении, с. 400—406; Армения по «Ашхарацуйц»-у, с. 43),

102. Ктрич — букв.: «удалец», «храбрец» (арм.).

103. Имеется в виду Восточная Армения — провинции Утик, Арцах и Пайтакаран.

104. Еразгаворк (Ширакаван) — город в гаваре Ширак провинции Айрарат (ныне село Баш-Шорагял, недалеко от современного г. Ленинакана), был резиденцией царя Смбата I Багратуни.

105. Закария I Дзагеци — католикос армянский (855—876).

106. Атрнерсех — владетель Малого Сюника — Хачена, происходил из древнего армянского княжеского рода Араншахиков. Благодаря браку с дочерью князя Алванка Вараз-Трдата из рода Михранянов (ум. в 821—822 г.) унаследовал и княжество Алванк (Мов. Кил., III с. 278; Улубабян Б. Княжество Хачен в X—XVI вв. Ер., 1975, с. 65, на арм. яз.).

107. Хачен — крепость, известна также под названием Качалакаберд, была расположена в гаваре Хачен наханга Арцах (Крепости Армении, с. 452—453).

108. Гардман — крепость, имеется в виду та из двух одноименных крепостей, которая была расположена в гаваре Гардман (= Парксос) к востоку от оз. Севан.

109. Севордик — по-армянски (народная этимология) означает "Черные сыны" или «сыны Чернявого», т. е. Севука. Согласно арабскому географу Масуди, «Река Курр (Кура) вытекает из страны Джирзан... и течет.., пока не достигает пограничной области Тифлис, которую она пересекает посредине. Затем она течет через земли Сийавурдия, которые являются ветвью армян; они храбры и сильны... С ними связано {производство} секир, известных как сийавурди...» (Минорский В. История Ширвана и Дербенда, Приложение III; Масуди о Кавказе. М., 1963, с. 214). Согласно свидетельству Константина Багрянородного, часть венгров под нажимом печенегов двинулась на запад, а другая «поселилась в одном из мест Персии», вероятно, около середины VIII в. Эти венгры, принявшие христианство и арменизировавшиеся, и являются народом, который армяне называли севордик, а арабы — савордийя или сийавурдийа. Центром их страны был г. Товус (Туе). (См. там же: прим. M. 15 Минорского В. на с. 214).

110. ...ишхан Алванка Есайя... — известен также под именем Апумусе, мужественно противостоял всем нападениям Буги, но, когда он, наконец, согласился подчиниться халифу, Буга обманом схватил его. В 852 г. он вместе с другими армянскими князьями был угнан в Багдад. Подробнейший рассказ об этом имеется в Истории Тов. Арц. (с. 190—191).

111. Рассказ о мученичестве Смбата написан Иов. Драсх. наподобие истории Елеазара (см. 2. Мак. 6: 18 и до конца). Спарапет Смбат был причислен церковью к сонму святых и получил прозвище Хостованох (Исповедник).

112. Даниил — один из четырех «великих пророков» израильского народа, еще в молодости был увезен в плен при первом взятии Иерусалима царем Навуходоносором. В Вавилоне он изучил халдейский язык и книги. Пользовался милостью Дария, чем вызвал зависть придворных. Его оклеветали и по велению царя бросили в ров, где содержались львы. В дальнейшем он был оправдан. Позднее над рвом соорудили христианскую часовню во имя Даниила ю здесь будто бы был похоронен Смбат. У Иов. Драсх. мы видим-довольно часто встречающееся у древнеармянских историков отождествление Вавилона с Багдадом.

113. Матф. 10, 33.

114. То есть в 855 г.

ГЛАВА XXVII

115. Имеется в виду Ашот I Багратуни (884—890), основоположник династии Багратуни.

116. ...спарапета Смбата — см. прим. 4 к гл. XXV.

117. Али Армани — Али ибн Яхья ал-Армани, остикан Арминии (862—863).

118. Ашот Багратуни с 855 по 862 г. был спарапетом Армении. Обладая талантами военачальника, администратора и тонкого политика, он все вопросы решал мирным путем. В 862 г. остикан Али Армани по приказанию халифа признал Ашота Багратуни ишханац ишханом Армении. (См.: История армянского народа, т. III, с. 18; Марр Н. О раскопках и работах в Ани, летом 1906 г., «Тексты и разыскания по армяно-грузинской филологии». Т. X, СПб., 1907, с. 37—38; Лео. История Армении, т. II, с. 887; Налбандян А. Арабские правители.., с. 122).

119. Землетрясение в Двине произошло в 863 г.

120. ...церковь Христову... — имеется в виду кафедральная церковь в Двине.

121. Возвращение армянских нахараров приурочивается к 857— 859 гг.

122. Ср.: Матф. 10: 27.

123. См.: Иерем. 4: 3.

ГЛАВА XXVIII

124. Хайказна — Хайказунк, это название, как и Сисаканк, восходит к генеалогии армянских князей по Мов. Хор., согласно которому родоначальником князей Сюника был Сисак, потомок Хайка, почему их и звали Хайказунк и Сисаканк. (Утмазян А. Сюник.., с. 33).

125. Васак Габур (см. прим. 21 к гл. XXV), которого Ашот поставил ишханом Сисакана, тогда же женился на его дочери Мариам. Вторую свою дочь Ашот выдал замуж за васпураканского ишхани Григора-Дереника Арцруни.

126. ...прославленный Ашот...— см. прим. 26 к гл. XXV.

127. Григор-Дереник Арцруни, стал ишханом Васпуракана после смерти своего отца Ашота в 875 г. Осенью 885 г. в результате заговора, организованного против него арабскими эмирами Партава, Маназакерта, Гера и др., он был убит.

128. Васак Ишханик — гахерец ишхан Сюника. Во время пребывания Басака Ишханика в плену у арабов его престол с согласия Ашота Багратуни занимал Васак Габур. Ко времени возвращения Ишханика Васак Габур умер. Не встретив препятствий со стороны Ашота, Васак Ишханик снова вступил во владение родовым княжеством. Ишханик признал вассальную зависимость от Ашота Багратуни, и его отношения с последним были дружескими. (Утмазян А. Сюник.., с. 89—90, 292—294).

129. Григор... Супан — Григор Супан II (859—912/913), старший сын Васака Габура, унаследовал после смерти последнего княжество Геларкуни. Он управлял им совместно со своими братьями — Сааком и Васаком, но всегда как старший по престолу.

130. Имеется в виду усыпальница католикоса при кафедральном .соборе в Двине.

131. Георг II Гарнеци — католикос армянский (877—897).

ГЛАВА XXIX

132. Достигнув... не препятствовал. — Личность Ашота Багратуни Иов. Драсх. характеризует в выражениях, почти дословно списанных у Мов. Хор., восхваляющего воспитателя царя Арташеса — Смбата (кн. II, гл. 52) и царя Тиграна (кн. I, гл. 24).

133. Исэ — Иса Ибн аш-Шайх Ибн ас-Салил Абу-Муса аз-Зухри аш-Шайбани (870/871—882/883 или 883/884).

134. Ашот Багратуни был провозглашен царем 26 августа 884 г. (дата установлена В. Акопяном — см.: Мелкие хроники, XIII—XVIII вв., составил В. Акопян. Т. II, Ер., 1956, прим. 45, на арм. яз.). Корону Ашоту Багратуни доставил Иса Ибн аш-Шайх, который, согласно арабским источникам, умер не позднее 883/884 г. (Тер-Гевондян А. Армения и арабский халифат.., с. 237).

135. Далее до слов «Великий император греческий Василий» все списано у Мов. Хор., характеризующего в таких же выражениях деятельность царя Валаршака. (Кн. II, гл. 6—7).

136. Гугарк (см. прим. 15 к гл. IV), который после 387 г. отошел, за исключением гавара Ашоцк, к Вирку, теперь, как это видно из рассказа Иов. Драсх.. снова оказался под властью армянского царя Ашота Багратуни, к которому в 887 г., в результате его вмешательства в борьбу между грузинскими феодалами, «перешло главенство в Грузии, Армении и на всем Кавказе». (Анчабадзе З. Из истории средневековой Абхазии, с. 121—125; История армянского народа, III, с. 25; Brosset M. Histoire de la Georgie, I, St.-Petersbourg, 1849, прим. 12 на с. 270).

137. Ути — восьмой гавар провинции Утик, занимавшей правобережье р. Куры, с центром в г. Партаве (ныне Барда).

138. Царь егерский — по-видимому, имеется в виду второй представитель шавлианской династии (868—кон. 80-х гг.) в Абхазском царстве — Адарнесех. (См.: Матиане Картлиса. Пер., введ. и примеч. М. Лордкипанидзе. Тбилиси, 1976, с. 31; Анчабадзе З. Из истории средневековой Абхазии, с. 124).

139. Василий I — император византийский (867—886) основатель. Македонской династии, остававшейся на троне до 1057 г. Армянин по происхождению, Василий объявил себя потомком царской династии Аршакидов, и поскольку Багратуни были венценалагатслями армянских Аршакидов, то он будто бы отправил с большими дарами евнуха Никиту просить у Ашота корону (Adontz N., L'agе et l'origine, de l'empereur Basile I. Lisbonne, 1965, с. 95, 105—109; Иоаннисян А. Очерки.., I, с. 37).

140. Выражение «любимый сын», «духовный сын» представляет собой один из терминов, применявшихся в системе международно-правовых отношений Византии. Так называемая «духовная семья» византийского императора была предусмотрена, по-видимому, только для двусторонних связей Византии с каким-либо другим государством. Взаимоотношения императора с членами его «семьи» носили троякий характер: 1) «духовные братья», которые при определенном соотношении сил могли претендовать на известное равенство; 2) «духовные сыновья» императора и 3) «друзья», стоявшие на самой низшей ступени. Титул «духовного сына» был присвоен представителям целой линии царей Багратуни и удерживался за нею по крайней мере до Ашота III (953—977). Один из возможных претендентов на армянский престол должен был быть «другом» Византийской империи. Наряду с «семьей» действовали и другие системы, регулировавшие международно-правовые отношения, в частности,. и с армянами. (См.: Юзбашян К. Армения «эпохи Багратидов» в международно-правовом аспекте. ИФЖ. Ер., 1975, I, с. 33—53, на арм. яз.; его же: Константин Порфирородный. Пер. с оригинала, пред., и примеч. Р, Бартикяна. Ер„ 1970. ВВ. Т. 37, М., 1976, с. 265— 269. Рецензия.— примеч. К. Юзбашяна). Система «духовной семьи», очевидно, была принята и в отношениях царей Багратуни с вассальными грузинскими царями и армянскими шиханами.. Несколько выше Иов. Драсх. говорит о царе егерском (абхазском) как о «сыне» Ашота I. В гл. XXXIV Иов. Драсх. пишет, что «царь Смбат... словно любимого сына» обнимает пришедшего к нему с повинной ишхана Сюника Васака, а «великий куропалат Варка Атрнерсех... словно отцу», подчинялся Смбату (гл. XXXVI).

141. Ашот — старший сын Григора-Дереника, был в это время еще ребенком, и царь Ашот I назначил опекуном Ашота Арцруни и его двух братьев — Хачика-Гагика и Гургена — их двоюродного брата Гагика Абумрвана.

142. Дочь царя Ашота I была женою Григора-Дереника.

143. См. прим. 2 к гл. XXVI и прим. 5 к гл. XXVIII. Васак Ишханик умер в 892/3 гг. (Утмазян А. Сюник.., с. 293—294).

ГЛАВА XXX

144. Царь Ашот I Багратуни умер в конце 890 г.

145. Карспарн — местечко неподалеку от Багарана (ныне село Бакра).

146. Смбат — наследный принц, будущий царь Смбат I Багратуни (890—913).

147. В 888 г., незадолго до смерти Ашота, некоторые шиханы. Гугарка и Утика подняли мятеж, и Смбат был отправлен на его подавление. (Чамч., т. II, с. 705).

148. См. прим. 6 к гл. XXVI.

149. Артнерсех — Атрнерсех IV, правитель Тао-Кларджети, в 888 г. объявил себя «царем картвелов». Принятие этого титула выражало претензию на овладение Картли, всей Восточной Грузией и первенствующее положение в системе грузинских царств и княжеств» (Анчабадзе 3. Из истории средневековой Абхазии, с. 125. См. также: Brosset М. Histoire de la Georgie, I, c. 273).

150. В Вананде, гаваре, расположенном к западу от Ширака, в 888 г. ишханы подняли мятеж, и царь Ашот I воспользовался случаем, чтобы, подавив его, овладеть Ванандом с его главным городом Карсом и присоединить к своим владениям. Вананд с г. Карсом стал уделом царского брата спарапета Абаса, который укрепил город и построил там свой дворец. Отныне Каре сделался местопребыванием спарапетов Армении. Из следующего ниже повествования Иов. Драсх. видно, что «создание рядом с гаваром Ширак нового центра в гаваре Вананд в условиях хозяйственной раздробленности той эпохи лишь способствует усилению феодального партикуляризма» (Еремян С. Присоединение северо-западных областей Армении к Византии в XI в. ВОН. Ер., 1971, 3, с. 4—5).

151. Гурген — быть может, речь идет о тайкском куропалате Гургене I, который в 888 г., "переселившись из своего поместья в Калмахи (Калмахи перешло в руки Гургена I через его жену из ирмянских Багратидов), расположенного в Тао, решил жить в Шавшети и Артани. После этого начались распри между куропалатом Гургеном и его народом, с одной стороны, и царем Атрнерсехом и Багаратом Артануджским — с другой. С обеих сторон были подняты войска, которые прибыли к деревне Мглинав в долине Артануджа. Во время сражения куропалат Гурген был обращен в бегство, ранен и схвачен. Он умер от ран в 891 г.» (Brosset М. Histoire de la Georgie, т. I, c. 274; Маркварт И. Генеалогия Багратидов, с. 142; Toumanoff С. Studies, с. 491).

152. ...не нашел иного средства...-в тексте: ***. Это выражение в НСА объяснено как *** — искать выход, после того как учинен, вред. (См.: т. I,. с. 31, II, с. 92).

153. Афшин — Мухаммад Ибн Абус-с-Садж Афшин, наместник халифа в Азербайджане (889—901).

154. Корона с царским облачением и дарами была прислана Смбату халифом в 891 г. (Орманян М. Азгапатум, т. I, с. 1000). В Истории армянского народа (т. III, с. 27) это событие датируется 892 г.

155. Маштоц — вардапет, пользовавшийся большой славой, благодаря своей подвижнической жизни. Им были построены при финансовой поддержке жены сюникского ишхана Васака две церкви на острове Севан — св. Апостолов и св. Богородицы. Иов. Драсх был родственником и учеником Маштоца.

156. Здесь, как полагает Орманян М. (Азгапатум, т. I, с. 988— 989), заключен намек на то, что во время Ширакаванского собора (862 г.), на котором должен был быть дан окончательный ответ на предложения константинопольского патриарха Фотия о принятии халкидонитства, Маштоц, возможно, предпринял шаги для сближения с халкидонитами, за что чуть не был предан анафеме.

157. Пс. 63: 7.

158. См.: 2 Кор. 11:2.

159. См.: Лука 6: 41—42.

160. Иссохший — в тексте: *** (НСА, т. П, с. 116).

161. См.: Пс. 58: 8.

162. Числа 16: 1—2.

163. См.: Числа 16: 30—33.

164. Втор. 29: 29.

165. 2 Кор. 13: 1; Втор. 17: 6. См. также: Матф. 18: 16.

166. См. прим. 22 к Введению.

167. ...ибо, подобно... ошибками.— В тексте: *** разночтениях — ***. См.: Иов. Драсх., прим. 362, с .206), дабы людские мнения и слухи суть подобно Вашим неполные показались закрытыми, согласно ошибкам». В точности перевода не уверены.

168. См.: Иоан. 18—19; Деян. 4: 5—6, 26—27.

169. Приписываемые пророку слова представляют собой краткое переложение первой и второй книг пророка Иоиля.

170. Мессалиане — от арамейского корня sIa, означающего «молиться». Само название «мессалиане» показывает, что эта секта происходит из Сирии или Месопотамии. Согласно учению месса-лиан, человеческое естество из-за первородного греха достигло такой степени падения, что с самого рождения в каждом поселяется .злой дух, от которого можно избавиться только молитвами. Поскольку соединение душ молящихся с небесным женихом происходит только через молитву, становятся излишними все церковные таинства и сама церковь как учреждение. Армянская церковь вела с ним ожесточенную борьбу. (Тер-Минасян Е. Из истории.., с. 73— 85). Здесь термин «мессалиане» употреблен метафорически.

171. Ср.: Матф. 23: 34.

172. ...Сына Божия — в тексте: *** — Бог-Слово.

173. См.: Иоан. 18: 3.

174. См.: Матф. 26: 62—65; 27: 11—26.

175. Стефана, одного из учеников апостолов, фанатики обвинили в богохульстве и с помощью лжесвидетелей добились осуждения на смерть — побили камнями. (См. Деян. 6; 7).

176. Иаков — брат господен, или меньший, назывался так потому. что принадлежал к числу двоюродных братьев Христа по матери. По традиции — первый епископ Иерусалимской церкви. По свидетельству Иосифа Флавия, иудеи побили его камнями.

177. Наркис — епископ Иерусалимский, известный строгим нравом, участвовал в Палестинском соборе. Обвиненный в нецеломудрии, десять лет прожил в изгнании. Умер в 213 г.

178. переиначивать —в тексте: ***. В НСА (т. I, с. 308): *** — переворачивать; *** — изменять. Имеется в виду способность людей переиначивать факты, искажать истину.

179. Пс. 139: 4.

180. ...как оно обстоит.— В тексте: ***. В НСА ***; объяснено предположительно *** — удалиться, ***; — будто бы игнорировать, *** — отмахнуться, не обратить внимания (т. I, с. 732). Эмин Н. предлагает читать *** как *** — почему, отчего так (с. 87). Неясно, в каком смысле употреблено это слово, перевод приблизителен.

181. тернами — в тексте: *** — солома, терн, хворост.

182. памятное письмо — в тексте: ***, означающее, согласно НСА (т. II, с. 356), *** или ***рукопись, ***памятка, *** — вексель, *** — клятвенная запись.

183. Негодный и непокорный — в тексте: ***, означающее, согласно НСА (т. I, с. 194), *** — предающий себя в руки чужеземцев, ***причиняющий вред себе и другим. В русском переводе Библии этому слову соответствует негодный и непокорный. (См.: 1 Цар. 20: 30).

Текст воспроизведен по изданию: Иованнес Драсханакертци. История Армении. Ереван. 1986

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.