Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АЛА АД-ДИН АТА-МЕЛИК ДЖУВЕЙНИ

Ала-ад-дин Ата-мелик Джувейни, из округа Джувейн в Хорасаве, родился в 623 (= 1226) г. и с молодых лет иаходился на службе у монгольских правителей Хора-сана, которым служил уже его отец; несколько раз он ездил в Монголию, Уйгурию и Мавераннахр. С 654 (= 1256) г. находился на службе у Хулагу-хана, который назначил его в 657 (= 1259) г. губернатором Багдада, Ирака и Хузистана; в этой должности он находился и при Абака-хане до 680 (= 1282) г. Умер Джувейни 4 зу-л-хиджа 681 (= 5 III 1283) г. Его сочинение „История завоевателя мира" — „Тарих-и-джехангуша" — начато в 650 или в 651 (= 1252—1253) г. и закончено в 658 (= 1260) г. Оно состоит из трех частей: 1) истории монголов от первых походов Чингиз-хана до смерти Гуюк-хана (646 = 1248); 2) истории хорезмшахов и монгольских наместников Хорасана до 656 (= 1258) г.; 3) продолжения истории монголов до 655 (= 1257) г. и истории исмаилитов в Иране. Для истории монгольских завоевании Джувейни пользовался устными рассказами участников, многие события второй четверти XIII в. были ему известны по официальным документам, а во многих он участвовал лично-Сочинение Джувейни было использовано Рашид-ад-дином и Вассафом и через посредство последних или непосредственно почти всеми последующими историками: персидскими, арабскими и турецкими, которые часто буквально повторяют рассказы Джувейни. См.: Storey, II, 2, pp. 260—26б.—Бартольд, Туркестан. 40—42.—W. Barthold, Е. I., под словом „Djuwaini"; введение Мухаммеда Казвини к указанному ниже изданию. Настоящие извлечения сделаны по изданию: The Tarikh-i-Jahan gusha of 'Ala' ud-DIn, Ata Malik-i-Juwaini... edited... by Mirza Muhammad ibn 'Abdu'l Wahhab-i-Qazwini (Gibb Memorial series, XVI, I —III); part I. Leyden and London, 1912; part II, 1916; part III, 1937-Глава о покорении булгар и русских переведена на французский язык у Доссона (II, 619—621) и на русский в статье И. Н. Березина „Нашествие Батыя на Россию" (Журнал Министерства народного просвещения, 1855, май, ч. 86, отд. II, стр. 108—109).

ИСТОРИЯ ЗАВОЕВАТЕЛЯ МИРА

ТАРИХ-И ДЖЕХАНГУША

|110| Ту зиму 1 Чингиз-хан пробыл в пределах Самарканда и послал к старшему |111| сыну своему Туши гонца с приглашением также приехать туда из Дешт-и-Кипчака и позабавиться охотою, главным образом, на диких ослов. Чигатай и Угетай, прибывшие в Каракуль охотиться на лебедей, ту зиму забавлялись охотой и каждую неделю, как доказательство добычи, отсылали к Чингиз-хану 50 верблюжьих вьюков лебедей, пока дичи уже не осталось и зима не окончилась... (Тогда) Чингиз-хан тоже привел в исполнение намерение свое уехать в (отправиться домой). У реки Фенакетской (Сыр-Дарьи) все сыновья собрались к отцу, устроили курилтай, оттуда выступили и дошли до Кулан-баши 2. С другой стороны прибыл Туши и (также) явился на поклон к отцу. В числе приношений он подарил отцу 20 000 серых коней.

|116| С наступлением весны 3 Джебе прибыл в Ирак, чтобы отомстить за убиение (монгольского) шихне (Хамадана). Джемаль-ад-дин Айбе хотя и явился выразить покорность, но пользы (ему это) не принесло: он (Джебе) умертвил его вместе с несколькими другими. Оттуда они (монголы) отправились дальше, покорили Тебриз, а Мерагу, Нахичевань и те области целиком истребили. Атабеку Хамушу, явившемуся с изъявлением покорности, он дал бумагу и алую тамгу. Оттуда он пришел в Арран, взял Байлекан и отправился через Шерван. Когда он прибыл в Дербенд и никто не сообщил, что здесь какое-нибудь войско проходило или вступало в бой, он прибегнул к хитрости и прошел через него (ущелье). Войско Туши находилось в Дешт-и-Кипчаке и в тех краях; они соединились с ним и оттуда явились к Чингиз-хану.

|149| После установления этих законов (яса) он 4 назначил войска для походов на страны мира. В стороне Харасана и Ирака еще не улегся огонь смуты и бунта и рыскал султан Джелаль-ад-дин. Он послал туда |150| Чурмагуна с несколькими эмирами и 30 000 храбрых людей. В сторону кипчаков, Саксина и Булгара он послал с таким же войском Куктая и Субатай-бахадура. И также в сторону Тибета и Селенги и другие (стороны) он послал более или менее этого...

|221| О Туши и делах его и о вступлении Бату на место его. Когда Туши, старший сын Чингиз-хана, прибыл к нему, к пределам Кулан-баши, и оттуда ушел назад, настал (для него) заповедный срок. У него были следующие 7 сыновей: Бамхал 5, Хорду, Бату, Шибакан 6, Тангут, Берке |222| и Беркечар; эти семь уже достигли степени независимости. Бату сделался наместником отца и стал руководителем царства и (своих) братьев. Когда каан (Угетай) воссел на престол (монгольского) царства, он (Бату) подчинил и покорил сплошь все те края, которые были по соседству его: остальную часть (земли) кипчаков, аланов, асов, русов и другие страны, как то: Булгар, М.к.с. 7 и другие. В своем становище, которое находится в пределах Итиля, Бату устроил местопребывание и построил город, который называют Сараем. Власть его распространялась на все владения. Он был государем, который не придерживался никакой веры и секты, он их считал только способом познания божества и не был последователем ни одной из сект и религиозных учений. Исчислить дары и щедроты его да измерить великодушие и щедрость его невозможно. Государи соседние, властители (разных) стран света и другие (лица) приходили к нему на поклон. Подносившиеся подарки, являвшиеся запасом долгого времени, еще прежде чем они могли поступить в казну, он целиком раздавал монголам, мусульманам и (всем) присутствующим в собрании и не обращал внимания: малы они или велики. Торговцы с (разных) сторон привозили ему различные товары; все это, что бы оно ни было, он брал и за каждую вещь давал цену, в несколько раз превышавшую ее стоимость. Султанам Рума, Сирии |223| и других стран он жаловал льготные грамоты и ярлыки, и всякий, кто являлся к нему, не возвращался без достижения своей цели. Когда Гуюк-хан вступил на престол на место отца, то он (Бату), согласно его просьбе и приглашению (участвовать в праздновании), тронулся в путь. По прибытии в Алакамак 8, выяснилось положение Гуюк-хана (он умер). (Бату) там же и остановился. Царевичи с (разных) сторон явились к нему на поклон, и он утвердил ханство за Менгу-кааном; подробности об этом будут приведены в главе о Менгу-каане. Оттуда он (Бату) вернулся, прибыл в свою орду и по обычаю предался веселию и забавам. При наступлении срока устройства войск он, сообразно требованию времени, отряжал войска от родственников, родичей и эмиров. Когда в 653 г. (= 10 II 1255 — 29 I 1256) Менгу-каан назначил другой курилтай, то он (Бату) отправил к Менгу-каану Сартака. Сартак был последователем христианской религии. Не успел еще Сартак прибыть (туда), как прибыло повеление всевышнего, и (Бату) приключилось то, что неизбежно (смерть) в месяцах года... 9 Когда Сартак прибыл к Менгу-каану, тот встретил его с почетом и уважением, отличил его разными милостями над сыновьями и равными по достоинству и отпустил его с такими сокровищами и благами, какие подобают такому царю. Но не успел он (Сартак) добраться до своей орды, как достигнув местности.., отошел по стопам отца своего. Менгу-каан отправил (в Золотую орду) эмиров, обласкал жен, сыновей и братьев его (Бату) и приказал, чтобы Боракчин-хатун, старшая из жен Бату 10, отдавала приказы и воспитывала сына Сартака, Улагчи 11, до тех пор, пока он вырастет и заступит место отца. Но так как судьбе это было неугодно, Улагчи также умер в том же самом году.

|224| Рассказ о покорении Булгара, страны асов и Руси. Когда каан (Угетай) во второй раз устроил большой курилтай и назначил совещание относительно уничтожения и истребления остальных непокорных, то состоялось решение завладеть странами Булгара, асов и Руси, которые находились по соседству становища Бату, не были еще окончательно покорены и гордились своей многочисленностью. Поэтому в помощь и подкрепление Бату он (Угетай) назначил (следующих) царевичей: (сыновей Тулуя) Менгу-хана и брата его Бучека, из своих сыновей Гуюк-хана и Кадагана и других царевичей: Кулькана, Бури, Байдара, братьев Бату-Хорду и Тангута — и несколько других царевичей, а из знатных эмиров (там) был Субатай-бахадур. Царевичи для устройства своих войск и ратей отправились каждый в свое становище и местопребывание, а весной выступили из своих местопребываний и поспешили опередить друг друга. В пределах Булгара царевичи соединились: от множества войск земля стонала и гудела, а от многочисленности и шума полчищ столбенели дикие звери и хищные животные. Сначала они (царевичи) силою и штурмом взяли город Булгар, который известен был в мире недоступностью местности и большою населенностью. Для примера подобным им, жителей его (частью) убили, а (частью) пленили. Оттуда они (царевичи) отправились в земли Руси и покорили области ее до города М.к.с. 12, жители которого, |225| по многочисленности своей были (точно) муравьи и саранча, а окрестности были покрыты болотами и лесом до того густым, что (в нем) нельзя было проползти змее. Царевичи сообща окружили (город) с разных сторон и сперва с каждого бока устроили такую широкую дорогу, что (по ней) могли проехать рядом три-четыре повозки, а потом, против стен его выставили метательные орудия. Через несколько дней они оставили от этого города только имя его, и нашли (там) много добычи. Они отдали приказание отрезать людям правое ухо. Сосчитано было 270 000 ушей. Оттуда царевичи решились вернуться.

О войне с келарами и башгирдами 13. Когда Русь, кипчаки и аланы также были уничтожены, то Бату решил истребить келаров и башгирдов, многочисленный народ христианского исповедания, который, говорят, живет рядом с франками. Для этой цели он приготовил войска и, по наступлении нового года, выступил. Народы эти обольщались своею многочисленностью, пылом храбрости и прочностью орудий. Услышав молву о движении Бату, они также выступили с 450 000 всадников, которые все славились военным делом и считали бегство позором. Бату отправил авангардом своего брата Шибакана 14 с 10 000 15 человек для разведки (езек) и дозора, (поручив им) высмотреть численность их (неприятелей) и доставить сведения о степени их могущества и силы. Он (Шибакан) отправился, согласно приказанию, через неделю возвратился и дал (такое) |226| известие: «Их вдвое больше войска монгольского и все народ храбрый и воинственный». Когда войска близко подошли друг к другу, то Бату взобрался на холм и целые сутки ни с кем не говорил ни слова, а горячо молился и громко плакал. Мусульманам он также приказал всем собраться и помолиться. На другой день приготовились к битве. Между ними (обоими войсками) находилась большая река. Ночью он (Бату) отправил одну часть войска (в обход), а войско (самого) Бату с этой стороны переправилось через реку. Шибакан, брат Бату, лично двинулся в самую середину боя и произвел несколько атак сряду. Неприятельские войска, будучи сильными, не трогались с места, но то войско (отправленное в обход) обошло их сзади. (Тогда) Шибакан со всем своим войском разом ударил (на них), бросился на ограды царских палаток, и они мечами разрубили канаты палаток. Когда они (монголы) опрокинули ограды царских шатров, войско келаров смутилось и обратилось в бегство; из этого войска никто не спасся. Те области также были завоеваны. Это было одно из множества великих дел и ужасных побоищ.

|III, 9| Рассказ о Бачмане 16 и уничтожении его. Когда каан (Угетай) отправил Менгу-каана, Бату и других царевичей для овладения пределами и областями Булгара, асов, Руси и племен кипчакских, аланских и других, (когда) все эти земли были очищены от смутьянов и все, что уцелело от меча, преклонило голову перед начертанием (высшего) повеления, |10| то между кипчакскими негодяями оказался один, по имени Бачман, который с несколькими кипчакскими удальцами успел спастись; к нему присоединилась группа беглецов. Так как у него не было (постоянного) местопребывания и убежища, где бы он мог остановиться, то он каждый день (оказывался) на новом месте, (был) как говорится, в стихе: «днем на одном месте, ночью на другом», и из-за своего собачьего нрава бросался, как волк, в какую-нибудь сторону и уносил что-нибудь с собою. Мало-помалу зло от него усиливалось, смута и беспорядки умножались. Где бы войска (монгольские) ни искали следов (его), нигде не находили его, потому что он уходил в другое место и оставался невредимым. Так как убежищем и притоном ему большею частью служили берега Итиля, он укрывался и прятался в лесах их, наподобие шакала, выходил, забирал что-нибудь и опять скрывался, то повелитель Менгу-каан велел изготовить 200 судов и на каждое судно посадил сотню вполне вооруженных монголов. Он и брат его Бучек оба пошли облавой по обоим берегам реки. Прибыв в один из лесов Итиля, они нашли |11| следы откочевавшего утром стана: сломанные телеги и куски свежего конского навоза и помета, а посреди всего этого добра увидели больную старуху. Спросили, что это значит, чей это был стан, куда он ушел и где искать (его). Когда узнали наверняка, что Бачман только что откочевал и укрылся на остров, находящийся посреди реки, и что забранные и награбленные во время беспорядков скот и имущество находятся на том острове, то вследствие того, что не было судна, а река волновалась подобно морю, никому нельзя было переплыть (туда), не говоря уже о том, чтобы погнать туда лошадь. Вдруг поднялся ветер, воду от места переправы на остров отбросил в другую сторону и обнаружилась земля. Менгу-каан приказал войску немедленно поскакать (на остров). Раньше чем он (Бачман) узнал, его схватили и уничтожили его войско. Некоторых бросили в воду, некоторых убили, угнали в плен жен и детей, забрали с собою множество добра и имущества и затем решили вернуться. Вода опять заколыхалась и, когда войско перешло там, все снова пришло в прежний порядок. Никому из воинов от реки беды не приключилось. Когда Бачмана привели к Менгу-каану, то он стал просить, чтобы тот удостоил убить его собственноручно. Тот приказал брату своему Бучеку разрубить его (Бачмана) на две части.

Комментарии

1 1222/1223 г.

2 В изд.: Кудан-таши. — Ср.: Бартольд, Туркестан, 492.

3 618 г. (25 II 1221—14 II 1222).

4 Угетай-каан, на курилтае; провозгласившем его кааном в 626 г. (= 30 II 1228— 19 II 1229). На этом курилтае, как Джувейни говорит в другом месте (изд., 1, стр. 144), присутствовали со стороны Кипчака сыновья Джучи: Хорду, Бату, Шибакан, Тангут, Берке, Беркечар, Tyгa-Тимур.

5 У Рашид-ад-дииа, перечисляющего 14, и у автора сочинения „Муизз-ал-ансаб", насчитывающего 18 сыновей Джучи, старшим сыном назван Орда, сыновей же Бамхал, Тамджал и т. п. вовсе не значится. По мнению издателя текста Джувейни, мирзы Мухаммеда Казвини, этот сын назван у Рашид-ад-дина — Бувал. В описании курилтая, избравшего Гуюк-хана, Джувейни (изд., I, стр. 205) говорит: „Со стороны Саксина и Булгара, так как Бату не прибыл, то послал своего старшего брата Хорду и младших братьев Шибана, Берке, Беркечара и Тукан-Тимура".

6 Вар.: Шибан.

7 Вар.: Машку; М. л.с. (на стр. 91 Микес) Тизенгаузен перевел: Москва, но, несмотря на наличие варианта „Машку", отождествление этого названия с Москвой представляется весьма сомнительным, так как навряд ли уже в середине XIII в. Москва была таким большим городом, как она описывается ниже (стр. 23).

8 В главе о смерти Гуюк-хана у Джувейни (т. III, стр. 15) говорится: „Прибыв в местность Алакамак, от которой до Каялыка 7 дней (пути), Бату услышал весть о смерчи Гуюк-хана".

9 Пропуск в тексте.

10 Арабские летописцы называют Боракчин (или Боракшин) женою Тоган-хана, сына Бату, и матерью Туда-Менги.—См.: Сборник, I, 150, 151, 506, 508.

11 По другим сведениям Улауги был братом Сартака.

12 Вар.: М.л.с., ср. выше, стр. 21, прим. 6.

13 Под келарами и башгирдами подразумеваются поляки и венгры.

14 Вар.: Шибана.

15 Вар.: 2000.

16 Вар.: „Рассказ о кипчаке Бачмане". Почти буквально то же изложено в китайских источниках. Ср. Иакинф „История первых четырех ханов из дома Чингизова" (СПб., 1829, стр. 272, 303—304), где это имя приведено в виде Бацимак, и Е. Bretschneider „Mediaevol Researches" (I, p. 312), где значится Ва-ch'i-man.

Текст воспроизведен по изданию: Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. М. 1941

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.