Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АБД АР-РАХМАН АЛ-ДЖАБАРТИ

УДИВИТЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ПРОШЛОГО В ЖИЗНЕОПИСАНИЯХ И ХРОНИКЕ СОБЫТИЙ

'АДЖА'ИБ АЛ-АСАР ФИ-Т-ТАРАДЖИМ ВА-Л-АХБАР

(1776-1798)

Год тысяча двести восьмой

(9.VIII. 1793 — 28.VII. 1794).

В этом году 16 мухаррама (24.VIII.1793), соответствующего 18 мисра по коптскому календарю, Нил достиг своего высшего уровня. Солнце вступило в созвездие Девы. [386]

В этом году упали цены на зерно. Сбор с каждого феддана превысил в пять раз обычный урожай. Нил оросил все земли. Это произошло благодаря тому, что люди уделили много внимания очистке каналов и ремонту дамб.

В первые дни месяца сафара (8.IX. — 6.Х.1793) приехал капуджи Порты, чтобы востребовать [причитающиеся] по соглашению суммы хулвана. Капуджи отвели один из домов, одарили подарками и выделили ему суммы на расходы.

Вот основные важнейшие события этого года. С огромным нетерпением ожидали чауша с вестями о возвращении паломников, но гонец не приехал. Ибрахим-бей направил посланца верхом на быстроногом верблюде, чтобы разузнать о караване. Этот человек возвратился 23 сафара (31.VIII.1793). Он сообщил, что бедуины, собравшись со всех сторон, окружили паломников неподалеку от пещер Ша'иба 788. Они ограбили их, разбили и сожгли махмал, истребили большую часть паломников, включая и магрибинцев. Бедуины захватили скарб паломников, их животных, отобрали все, что было у них. Амир ал-хаджжа ранили тремя пулями. В течение трех дней не было известно, что с ним сталось, а после этого бедуины доставили его в тяжелейшем состоянии и голым. Бедуины захватили также всех женщин со всеми их украшениями. Уцелевших паломников держали в заточении в порту Акаба. Их оставили без пищи и воды. Эти известия ввергли людей в скорбь и печаль. В эту ночь люди так горевали, как никогда.

Мухаммад-бея ал-Алфи и 'Осман-бея ал-Ашкара назначили для того, чтобы те отправились [выручать оставшихся в живых паломников]. Из Каира они уехали в среду 27 сафара. Члены их свиты в этот день силой отнимали верблюдов, мулов и ослов у повстречавшихся им людей. У водоносов они отнимали бурдюки для воды. Они разграбили хлебопекарни, забрали в лавках все продукты питания, которые только могли найти.

В день отправки [отряда] в Каир вступила какая-то группа паломников. Они были в весьма плачевном состоянии: голые, голодные и измученные.

Отряды [ал-Алфи и ал-Ашкара], прибывшие в Нахл 789, встретили здесь остальных паломников, находившихся в подобном же положении, что и первая группа. Стало известно, что амир ал-хаджж отправился в Газу в сопровождении группы паломников и что он послал запросить покровительства. [387]

В этом году паломники не посетили Медины. Сумма в тридцать две тысячи реалов, предназначавшаяся для Медины, была переслана с бедуинами Харб и была утрачена в развернувшихся событиях. Говорили, что ярмарка этого года была грандиозной — такой не бывало с давних пор.

В понедельник 1 раби' I (7.X.1793) оставшиеся в живых паломники вошли в Каир. Они были в таком же состоянии, что и [группа паломников], вступившая в город до этого.

Во вторник утром в крепости устроили диван. Собравшимся здесь эмирам, начальникам оджаков, шейхам зачитали указ, доставленный уже упоминавшимся агой /251/ Порты. Этим указом предписывалось переслать [в Стамбул] суммы хулвана и ал-хазины 790, а это составляет девять тысяч четыреста кошельков и тысячу сорок пять пара. Надлежало незамедлительно вручить эти суммы are, посланному Портой с настоящим фирманом.

В тот же день от жены амир ал-хаджжа потребовали сумму в тридцать тысяч реалов. Направились также в дом Хасана Кашифа ал-Ми'мара, чтобы забрать оттуда зерно и прочее имущество. Хасан Кашиф был убит в битве с бедуинами, напавшими на караван паломников. Вдову этого человека насильно обручили с одним из мамлюков Мурад-бея. Эта женщина — дочь 'Али Аги ал-Ми'мара. Она очень любила своего мужа и направила людей, которые доставили бы в гробу останки мужа из его могилы,

В тот же день эмиры стали вводить новое обложение для погашения востребованных [Портой] сумм. Установили [три категории]: высшей положено вносить по четыреста реалов, средней — по триста реалов, а низшей — по сто пятьдесят реалов. Составили бумаги с предписанием мултазимам о взыскании этих сумм.

В четверг Хасан — катхода Аййуб-бея — уехал в Газу с аманом для 'Осман-бея, чтобы тот смог выехать оттуда. В этот же день доставили останки Хасана Кашифа ал-Ми'мара.

20 джумада I (24.XII.1793) 'Осман-бей Топал ал-Исма'или — амир ал-хаджж въехал в свой дом. В тот же день великий везир Йусуф-паша, направлявшийся в Хиджаз, прибыл в Александрию. Эмиры позаботились о встрече его. Они послали дары, составили [для него] дворец Каср ал-'Айни. Йусуф-паша приехал в Каир и обосновался в Каср ал-'Айни. Ему прислали подношения и угощения, затем к нему явилось много посетителей для приветствия. [388]

Великий везир облачил в ценные одежды почета Ибрахим-бея и Мурад-бея, а также подарил каждому из них по богато оседланному коню.

Спустя два дня, чтобы приветствовать великого везира, спустился из цитадели паша Египта, а затем он возвратился. В качестве охраняющего к великому везиру приставили 'Абд ар-Рахман-бея ал-Ибрахими, который вселился во дворец, расположенный напротив Каср ал-'Айни. Возникло много разного рода предположений по поводу этого приезда великого везира.

В воскресенье 3 джумада II (6.I.1794) Йусуф-паша по приглашению паши Египта поднялся в крепость. Он оставался здесь до послеполудня, а затем, сопровождаемый большим торжественным кортежем, возвратился в Каср ал-'Айни.

Мурад-бей и Ибрахим-бей направили каждый со своим катходой дары Йусуф-паше. Они состояли из пятисот ардаббов пшеницы, ста ардаббов риса в мешках, а также из индийских тканей разных сортов и всего прочего.

Великий везир провел в Каср ал-'Айни еще несколько дней. За это время ему подготовили барки в Суэце. В середине джумада II великий везир отправился в Суэц, чтобы оттуда уехать Красным морем в Джидду.

И завершился этот год вместе со своими событиями, и начался следующий год.

Вот кто умер из числа знатных людей и тех, кто широко известен. Умер человек, редкий для своего времени, украшение эпохи, воплощение бесподобно составленного ожерелья благородства, душа Египта, тот, в ком были олицетворены добродетели и лучшие качества родовитости, кто с ранних лет был облачен [в тогу] образованности и кто с юности стал пользоваться славой, не умаляя славу своих предков, тот, кто был отмечен знатностью происхождения; прославленный своими действиями, даровитый и мудрый сейид Мухаммад-эфенди ал-Бакри ас-Сиддики — глава руководящей фамилии бакритов и накиб ал-ашраф Каира. Эти посты он унаследовал от своего отца, он занимал их, выполняя свои обязанности с честью. Своим поведением он уподобился властителям. Его великодушие превосходило море, оно не знало предела, а речь его была столь искусной, что приводила в восхищение сердца. В довершение сейид Мухаммад-эфенди был человеком красивой внешности, привлекавшей к нему взгляды, вызывавшей волнение, переполнявшее [сердца] через край. В покойном воплотились /252/ все совершенства, и никого [389] нельзя привести в пример, кто мог бы с ним состязаться. Он так широко известен, что нет нужды излагать его деяния — они запечатлелись в свитках его времени, испытывавшем на себе его влияние. Сейид ал-Бакри был всегда любим, вплоть до того времени, когда солнце его жизни стало клониться к закату. Оно скрылось после того, как сияло восходящим блаженством и он срывал розы юности. И покатились слезы любивших его. Сейид ал-Бакри умер в пятницу ночью 18 раби' II (23.XI.1793). При большом стечении народа погребальная процессия отправилась из его дома в ал-Азхар, где совершили моление над усопшим. Похоронили сейида ал-Бакри по соседству с его предками [на кладбище] имама аш-Шафи'и — да будет им доволен Аллах! В общем с ним ушла целая эпоха.

После его смерти двоюродный брат по материнской линии Сиди шейх Халил-эфенди наследовал сейиду ал-Бакри в качестве главы рода бакритов, а сейид 'Омар-эфенди ал-Асйути — в качестве накиб ал-ашрафа.

Умер также весьма выдающийся ученый, цветущий сад литературы, вобравший в себя непревзойденные достоинства, метеор бриллиантовой добротности, великий имам шейх Ахмад ибн Муса ибн Дауд Абу Салах ал- 'Аруси ал-Азхари, шафиит.

Родился он в 1133 (1720-1) году. Поступив в ал-Азхар, он учился у шейха Ахмада ал-Маллави, изучал у него в мечети Хусайна ас-Сахих. У шейха 'Абдаллаха аш-Шубрави ал-'Аруси изучал [также] ас-Сахих, ал-Джалалайн, ал-Байдави, у сейида ал-Балиди он изучал ал-Ашрафийу ал-Байдави. У Шамса ал-Хифни он изучал ас-Сахих вместе с комментарием на него ал-Касталани, Мухтасар Ибн Абу Джамра 791, аш-Шама'ил, [комментарий] Ибн Хаджара на ал-Арба'ин и Джами' ас-сагир. Законоведение он изучал у шейха аш-Шубрави, у ал-'Азизи, ал-Хифни, у шейха 'Али Каитбея ал-Ат-фихи, шейха Хасана ал-Мадабиги, шейха 'Исы ал-Баррави и у шейха Атийи ал-Уджхури.

По другим наукам ал-'Аруси занимался у 'Али ас-Са'иди. Последнего он посещал на протяжении многих лет, он стал его помощником на занятиях. Ал-'Аруси слушал у него ас-Сахих в мечети Мирзы в Булаке. У шейха Ибн ат-Тайиба, когда тот по пути в Турцию был проездом в Каире, ал-'Аруси слушал аш-Шама'ил.

Он посещал занятия шейха Йусуфа ал-Хифни, шейха Ибрахима ал-Халаби, Ибрахима ибн Мухаммада ад-Далджи. Он занимался и с шейхом — моим отцом, у которого он [390] изучал математику — алгебру, читал с ним Китаб ар-рака'ик Сибта и Каулали 792.

Кругозор и осведомленность ал-'Аруси расширились, он обрел способность выносить решения, научился довольствоваться малым. Он воспринял зикр и тарикат у сейида Мустафы ал-Бакри, который посвятил его в свой орден, его он посещал часто. Затем шейх ал-'Аруси познакомился с прославленным в то время шейхом Ахмадом ал-'Арийаном, который полюбил его. Он бывал у него часто, тот заботился о нем. Шейх ал-'Арийан отдал ему в жены свою дочь. Он предвещал шейху ал-'Аруси, что тот займет высокое положение шейха ал-Азхара. Это предсказание сбылось вскоре после смерти шейха ал-'Арийана. Когда умер шейх Ахмад ад-Даманхури, то вспыхнули разногласия по поводу назначения [нового] шейха мечети ал-Азхар, но появилось знамение, указывающее на шейха ал-'Аруси. Собрались у усыпальницы имама аш-Шафи'и — да будет доволен им Аллах! — и, как это следует из предыдущего изложения, избрали шейха ал-'Аруси благодаря великому предзнаменованию.

Шейх ал-'Аруси вполне соответствовал своему назначению: он осуществлял согласованное руководство, продолжал вести преподавание, приносил пользу.

На этом высоком посту он не переставал заботиться обо мне, ничтожном, во имя старой дружбы и прочной привязанности [к моему отцу]. Много я слышал о приносимой им пользе. Сам я посещал его занятия по ал-Мугни Ибн Хишама, [они отличались] совершенством, занятия по комментариям ал-Джалала ал-Махалли к Джам' ал-джавами', к ал-Мутав-вал 'Исама, к ас-Самаркандийе, [а также занятия] по комментарию к Рисалат ал-вад', комментарию к ал-Варакат 793 и многим другим [текстам].

Шейх ал-'Аруси был красивым человеком тонкой души, скромным, любезным и высокообразованным. В беседе он высказывал мысли, подобные жемчугу. Когда я встречался /253/ с ним, то это была встреча с добротой, оживлявшей и приносившей облегчение.

Шейх ал-'Аруси прославлен в звонких касыдах поэтами-современниками. (...)

/254/ Шейх ал-'Аруси широко известен как поэт и как про заик, но нет нужды упоминать здесь обо всем этом полностью. Однажды я слышал, как он сказал: “С появлением шейха Касима — литератора, [обладающего исключительным] даром слова, — я перестал писать стихи”.

Весь остаток своей жизни он продолжал вести обучение, [391] и достоинства его сказывались на его слушателях. Так продолжалось до тех пор, пока смерть не настигла его и всевышний Аллах призвал его к себе. Шейх ал-'Аруси умер 21 ша'бана (24.III.1794). Моление над ним совершили в ал-Азхаре при огромном стечении народа, а похоронили его рядом с его тестем — шейхом ал-'Арийаном — да будет Аллах милостив к ним обоим!

Среди сочинений шейха ал-'Аруси комментарий в стихотворной форме на Назм ат-танвир фи искат ат-тадбир шейха ал-Маллави 794, исследование комментария, выполненного также шейхом ал-Маллави к ас-Самаркандийе, и многое другое.

Шейх ал-'Аруси оставил четырех детей, все они высокообразованные и очень способные. Один из них — шейх Шамс ад-Дин Мухаммад, заменивший в преподавании в ал-Азхаре своего отца, — одаренный выдающийся ученый, человек проницательного и тонкого ума; брат Шамс ад-Дина сейида Мухаммада — Шихаб ад-Дин сейид Ахмад — образованнейший, талантливый ученый; сейид 'Абд ар-Рахман — способный, умный, проницательный, даровитый; сейид Мустафа — образованный, благочестивый и разумный — да будет с ними благословение божие!

Наш друг, ученый острого ума сейид Исма'ил ал-Вахби, известный по прозвищу ал-Хашшаб, написал стихи, в которых оплакивал смерть шейха ал-'Аруси, — да будет милостив к нему Аллах! (...)

Умер также крупный высокопоставленный купец, /255/ исполненный достоинств, высокочтимый Сиди ал-Хаджж Махмуд ибн Мухаррам. Его отец, уроженец ал-Файйума, переехал в Каир, чтобы вести здесь торговлю. Он часто ездил в Хиджаз, и судьба была благосклонна к нему. Сын его Махмуд рос в роскоши и благоденствии. Когда Сиди ал-Хаджж вырос, достиг совершеннолетия, стал общаться с людьми, он превратился в компаньона [отца]. Он покупал и продавал, проявив себя даровитым в торговом деле, преуспевал в этом. В его руках пыль превращалась в золото. Его отец отстранился от дел, передав сыну управление ими. Торговля разрослась, его имя, честность получили широкую известность в Египте, Сирии, Турции и Хиджазе — он стал доверенным лицом купцов этих стран. Эмиры Египта полюбили его, он стал вхож к ним. Они высоко ценили его ум, скромность, образ действий, проницательность, спокойствие, тактичность, любезность, вежливость, честность в солидных делах.

Сиди ал-Хаджж построил для себя обширный дом, который обставил художественными [392] произведениями-диковинками. Он возвел здесь огромный, великолепный зал с очень красивой передней комнатой. Зал с двух сторон окружен прекрасным садом.

Он женил своего сына Сиди Ахмада, живущего и поныне. Сиди ал-Хаджж устроил превосходную свадьбу, на которую пригласил всех знатных, влиятельных лиц города и купцов. На свадьбе важничали беспредельно.

По соседству со своим домом и поблизости от тюрьмы Рахба Сиди ал-Хаджж построил мечеть необычной красоты и великолепия. Для поддержания этой мечети он учредил вакф в некоторых местах, установил оплачиваемые должности и преподавание.

В общем это был хороший человек, скромный, добродетельный, хорошего нрава. Он совершил в этом году хадж через Красное море, а возвращался с паломниками сушей под началом 'Осман-бея аш-Шаркави. Случайно задул сирокко, отчего Сиди ал-Хаджж и умер. Он похоронен в ал-Хайуфе. И не осталось в его области подобного ему — да будет милостив к нему Аллах! Сиди ал-Хаджж воспет в выдающихся стихах шейха Мустафы ас-Савви. (...) Умер также Хасан Кашиф ал-Ми'мар /257/. Он был мамлюком Мухаммад-бея. Еще с детства он был отдан 'Али Are ал-Ми'мару, воспитавшему его и введшему его в курс дел. 'Али Ага женил его на своей дочери, устроил им свадебные пиры. После смерти своего патрона Хасан Кашиф завладел всем его состоянием, наложив свою руку на все имевшее отношение к умершему, на его поместья. Хасан Кашиф продолжил дело своего патрона [в качестве] мултази-ма и эмира-мухаммадита, так как по происхождению своему он — мамлюк Мухаммад-бея и принадлежал к его хушда-шийе. Хасан Кашиф был разумным руководителем, умевшим справляться с волнениями. Был он человеком красивой внешности, с широко расставленными черными глазами. Когда он отправился в этом году в хадж и на паломников напали бедуины, то он сражался с ними и был убит, пав мучеником. Он был похоронен в пещерах Ша'иба. Все его имущество и багаж были разграблены. Его жена, дочь 'Али Аги, очень скорбела о нем. Она послала разыскивать его труп, который доставили в Каир и похоронили на кладбише рядом с отцом его жены. Последняя отныне стала женой Сулайман-бея ал-Муради.

Умер также эмир Шахин-бей ал-Хасани. Выше описано, как он приехал в Каир в качестве заложника и поселился поблизости от ал-Муски. Шахин-бей был мамлюком [393] Хасан-бея ал-Джиддави, который возвел его в ранг эмира при Хасан-паше. Жить он стал в доме Мустафы-бея старшего у Биркат ал-Фил, в прошлом именовавшимся Шакрфур, и стал влиятельным эмиром.

После смерти Исма'ил-бея и всего происшедшего с мухаммадитами, Шахин-бей приехал в Каир в свите 'Осман-бея аш-Шаркави. Его патрон направил своим заложником, и он остался в Каире. Он умер после рассказа о корне прекрасного цветка, растущего в садах, с плодом вроде черного паслена. Во время празднеств и свадеб гроздьями его окрашивают ложе, воду светильников. Кто же отведает его хоть немного, того очень сильно прослабит. Но об этом не упомянул бедняга, [поведавший об этом цветке], а может быть, он и не знал этого. Шахин-бей послал в. сад за этим растением и поел его. Оно вызвало у него сильнейший понос, он потерял сознание и умер. Действие этого растения снимается соком кислого лимона, [понос] приостанавливается, и человек приходит в себя, как будто с ним ничего не произошло.

В Верхнем Египте умер эмир Ахмад-бей ал-Вали. Он также из мамлюков Хасан-бея ал-Джиддави — выше уже упоминалось о нем и о его столкновении с населением [квартала] ал-Хусайнийа, когда он был вали [Каира].

Год тысяча двести девятый

(29.VII.1794 — 17.VII.1795).

В течение этого года не произошло никаких событий, за исключением произвола, совершаемого эмирами. Мурад-бей обосновался в Гизе и захватил большую часть земель этой провинции, выплачивая иногда незначительную часть их стоимости, а чаще всего отнимая землю силой или же выменивая на другие свои поместья. Салих Ага построил себе дом рядом с домом Мурад-бея и заселил его, переехав сюда со своим гаремом, чтобы быть /258/ поблизости от Мурад-бея.

27 мухаррама (24.VIII.1794), соответствующего 20 мисра по коптскому календарю, Нил достиг своего высокого уровня: в присутствии паши и эмиров утром открыли плотину, и воды потекли в канал.

В месяце сафаре сообщили о прибытии в Александрию Салих-паши, [вновь назначенного] вали Египта. Мухаммад-паша подготовился к отъезду и отправился в Александрию.

20 раби' I (15.X.1794) Салих-паша приехал в Каир и поднялся в крепость. [394]

К концу месяца (из Стамбула) было получено сообщение о назначении великим везиром Мухаммада 'Иззат-паши, уволенного в отставку с поста вали Египта. [К моменту] получения назначения Мухаммаднпаша 'Иззат находился в Александрии. Салих Ага ал-Ва'кил, который сопровождал Мухаммад-пашу в Александрию, получил по случаю нового назначения паши распоряжение об учреждении пенсии для него (на имя его жены) в тысячу пара в день за счет монетного двора.

В субботу ночью 15 раби' II (9.XI.1794), что соответствует концу коптского месяца бабех, полил обильный дождь.

В месяце зу-л-хиджжа произошло следующее событие. Шейх аш-Шаркави, владевший поместьем в одной из деревень провинции аш-Шаркийи-Бильбейс, как-то приехал туда. К нему явилась население этой деревни с жалобой на произвол, чинимый над ними Мухаммад-беем ал-Алфи. Упоминалось, что подчиненные ал-Алфи потребовали с населения [погашения] такого обложения, которое превышает все их возможности. Население молило о спасении. Шейх аш-Шаркави, рассвирепев, явился в ал-Азхар, собрал шейхов, двери мечети закрыли. Это произошло после того, как шейх аш-Шаркави уже вел разговор с Мурад-беем и Ибрахим-беем, а эти эмиры ничего не предприняли по этому поводу. На следующий день шейхи поступили точно так же: они закрыли мечеть и распорядились закрыть базары и ханы.

На другой день к собравшимся [у мечети] шейхам присоединились их подчиненные и большие толпы народа — все отправились к дому шейха ас-Садат. [Шейхи вошли в дом, а] толпы народа окружили дом шейха со стороны Баб ал-Биркат, чтобы быть на виду у Ибрахим-бея. Последний направил к шейхам Аййуб-бея ад-Дафтардара. Тот приветствовал их и спросил, чего же они добиваются. Шейхи ответили: “Мы добиваемся справедливости, отказа от произвола и насилия, мы хотим, чтобы не попиралась законность, мы добиваемся отмены несправедливо вновь введенных обложений и поборов”. Аййуб-бей сказал: “Принять эти [требования] невозможно, мы поступаем так под давлением обстоятельств жизни, из-за денежных затруднений при покрытии расходов”. Шейхи ему возразили: “Сказанное не извиняет вас ни перед богом, ни перед людьми, так как непонятны ни ваши чрезмерные расходы, ни ваше приобретение мамлюков. Тот эмир не эмир, который склонен лишь получать, а не давать”. Аййуб-бей заявил: “Я доведу ваши требования до сведения [Ибрахим-бея]”. Он уехал, но не возвратился с ответом. [395] Шейхи закрыли маджлис и отправились в ал-Азхар. Они провели здесь ночь, как и собравшиеся отовсюду толпы людей. [Тем временем] Ибрахим-бей дал знать шейхам о своем согласии на содействие им, заявив: “Я с вами — все происходящее не соответствует моим помыслам и стремлениям”. Мурад-бея же он напугал последствиями [этого выступления]. Мурад-бей заявил шейхам: “Я принимаю все упомянутое вами, за исключением двух вещей — [требования], относящегося к дивану, и вашего требования относительно ал-джамакийи; за исключением этого, мы отменим вновь введенное обложение и притеснения, выплатим вам ал-джамакийу за текущий год в три приема”. Затем Мурад-бей потребовал к себе четырех намеченных им шейхов поименно. Они отправились к нему в Гизу, он принял их хорошо, любезно и попросил посредничать в пользу соглашения на упомянутых им [основаниях]. Шейхи возвратились от него. Ночь прошла. На третий день в дом Ибрахим-бея приехал паша, туда собрались эмиры, пригласили шейхов. Явились шейх ас-Садат, накиб ал-ашраф, шейхи аш-Шаркави, ал-Бакри и ал-Амир. Приглашал их Ридван — катхода Ибрахим-бея. Шейхи отправились с ним, воспретив простонародью следовать за ними, а толпа имела такое намерение. [Собравшиеся в доме Ибрахим-бея] спорили долго, пока не договорились. Эмиры заявили, что раскаиваются в допущенных ими проступках и принимают условия примирения, [поставленные] улемами: последним эмиры [обещали] выплачивать семьсот пятьдесят кошельков несколькими взносами; эмиры обязались [регулярно] отправлять зерно в Мекку и Медину и поставлять в хранилища зерно, получаемое ими с земель ризк, выплачивать [налоги]; эмиры обязывались отменить /259/ вновь введенные ими повышенные обложения: ал-кушуфийу, ат-тафарид и мукус 795, за исключением того, что взимается диваном Булака; эмиры [обещали] обязать своих подчиненных не притеснять жителей и не присваивать имущество последних; эмиры обязались посылать в Мекку и Медину положенные ежегодные денежные суммы и все остальное, в соответствии с давними установлениями; эмиры обещали хорошо обращаться с населением. Кади, присутствовавший на этом собрании, составил обо всем документ. Ибрахим-бей подписал его и послал Мурад-бею, который также поставил свою подпись. Паша подтвердил [этот документ] своим фирманом. Так улеглась эта смута. На обратном пути каждого из шейхов окружала огромная толпа простонародья, которая выкрикивала: “По соизволению господ наших улемов все [396] налоги и подати в Египте отменяются”. В народе царила большая радость, договоренность казалась реальностью. Открылись базары и лавки. Примерно на протяжении месяца царил покой. Но вслед за этим все пошло по-старому, и даже хуже того. Мурад-бей отправился в Дамиетту и обложил [этот город] огромными податями.

В этом году умер выдающийся ученый, имам, [воплощавший] уравновешенность проницательности, последний из исследователей, опора их, почтенный престарелый шейх Шихаб ад-Дин Ахмад ибн Мухаммад ибн 'Абд ал-Ваххаб ас-Сама-нуди ал-Махалли, шафиит. Он принадлежал к благородной, образованной семье, происходившей из Самануда. Шихаб ад-Дин родился в ал-Махалле. Приехав в ал-Азхар, он посещал занятия аш-Шамса ас-Саджини, ал-'Азизн, ал-Маллави, аш-Шубрави.

Шихаб ад-Дин совершенствовался в малоизученных отраслях знания. Он занимался под руководством сейида 'Али ад-Дарира, шейха Мухаммада ал-Гайлани, ал-Кашнави — сотоварища шейха [моего] отца и шейха Ибрахима ал-Халаби.

Затем Шихаб ад-Дин возвратился в ал-Махаллу, где вел занятия в большой мечети. Но вскоре он переехал в Каир со всей семьей и обосновался там. Он вел курс в ал-Азхаре, посещал эмиров и знатных лиц. После смерти шейха аш-Шанвайхи шейх Шихаб ад-Дин вел курс по ал-Минхадж в мечети ал-Мухаммадийа. Он сблизился с шейхом Абу-л-Ан-варом ас-Садатом, которого посещал ежедневно.

Шейх Шихаб ад-Дин был человеком благожелательным, красивой и величественной внешности, приятного характера, а речь его была превосходной. Умер он из-за болезни 116 лет от роду без одного месяца. До самой смерти он сохранил [остроту] восприятия. Воскресни он, так поднимется юношей. Его похоронили в саду кладбища ал-Муджавирин. Годы своего возраста он скрывал — да помилует его Аллах!

Умер ученейший имам, одаренный, проницательный исследователь, руководитель и опора изучающих, грамматист, философ, законовед — шейх Ахмад ибн Йунус ал-Халифи, шафиит, азхариот — родственник Шихаба ал-Халифи. Он родился в 1131 (1718-9) году. По его словам, он сам усвоил Коран и тексты и учился у аш-Шубрави, ал-Хифни и у брата его — шейха Йусуфа, у сейида ал-Балиди, у Мухаммада ад-Дафри, у ад-Даманхури, у Салима ан-Нафрави, у ат-Тахалави, у ас-Са'иди. Хадисы шейх Ахмад изучал у двух Шихаб ад-Динов: ал-Маллави и ал-Джаухари.

Шейх ал-Халифи еще и сам вел занятия в ал-Азхаре и [397] был назначен муфтием мечети ал-Мухаммадийа. Это произошло тогда, когда Йусуф-бей стал плохо относиться к шейху Хасану ал-Кафрави, как это уже изложено. Тогда-то он предложил шейху Ахмаду Абу Саламе обеспечить это назначение из-за превосходной подготовленности шейха ал-Халифи в [различных] отраслях законоведения. Шейху ал-Халифи принадлежат сочинения: аннотация на комментарий Шейх ал-ислама на ас-Самаркандийу в литературном отношении; аннотация на комментарий ал-Маллави по метафорам; аннотации на комментарий ал-Маллави к ас-Сулам по логике; аннотация на комментарий Шейх ал-ислама на Адаб ал-бахс; аннотация на комментарий к аш-Шамсийе по логике; аннотация на комментарий к текстам ал-Иаеминийа по алгебре и уравнениям; комментарий к Асма' ат-тараджим 797; Рисала фи каулихим вахид ла мин кил-ла ва мауджуд ла мин 'илла; Рисала мута'аллика би-л-абхас ал-хамса, изданная шейхом ад-Даманхури.

Какое-то время шейх ал-Халифи посещал шейха, моего отца, и занимался у него по разного рода малоизученным отраслям знания. После смерти моего отца он продолжал заниматься у его ученика — Махмуда-эфенди ан-Ниши. Шейх ал-Халифи был очень способным и сведущим. По натуре своей он питал склонность /260/ к миловидным и прекраснолицым молодым людям и юношам. По возвращении с занятий Ахмад ал-Халифи снимал свою одежду, облачался в одежду простонародья и проводил время на базарах. Утонченный, он общался с простолюдинами. Между заходом солнца и наступлением вечера его можно было видеть шагающим в легкой одежде среди шорников, а временами в том же виде и в упомянутое время — в местах, весьма отдаленных от его дома.

При 'Абди-паше шейх Ахмад ал-Халифи однажды ездил к эмирам в Верхний Египет. Умер он в начале раджаба этого года — да простит его Аллах!

Умер знатный, почтенный, благородный, образованный выдающийся ученый, законовед, красноречивый шериф — слепец сейид 'Абд ар-Рахман ибн Бакр ас-Сафакси, обосновавшийся в Египте. Образование он получил в своей стране у улемов того времени. Он входил в состав [группы] турецких ученых, ему оказывали почет. Сняв с себя малрибинскую одежду, он заменил ее одеждой жителей Востока наподобие таджа, фараджийи и так далее. Разбогатев, он приехал в Каир и стал преподавать в мечети ал-Хусайна. Сейид 'Абд ар-Рахман женился, у него была достойная и знатного [398] происхождения жена и двое детей. Он сблизился с шейхом ас-Садат ал-Вафа'ийа — сейидом Абу-л-Анваром, и тот способствовал его преуспеванию. Влияние сейида 'Абд ар-Рахмана на его соплеменников увеличилось; он посещал эмиров и давал им советы.

Вел он изучение Китаб ал-гурар 798 по ханифитскому толку. После смерти шейха 'Абд ар-Рахма“а ал-Банани сейид 'Абд ар-Рахман стал шейхом магрибинского ривака. На этом посту он вел себя наилучшим образом. Был он скромен и строг. Блестящий лектор, остроумный собеседник, был он человеком красивым, присутствие которого всегда было приятным; 'Абд ар-Рахман не был ни придирчив, ни невежлив. По природе своей он был склонен к наслаждению, распущенности, [любил] слушать напевы, музыку. Умер он в этом году. После него ривак [магрибинцев] возглавил шейх Салим ибн Маc'уд.

Умер также выдающийся ученый-законовед, благочестивый суфи — шейх Ахмад ибн Ахмад ас-Самалиджи ал-Ах-мади, шафиит — шейх мечети Сиди Ахмади ал-Бадави в Танте. Родился он в деревне Самалиджи [провинции] ал-Мануфийи. Здесь он усвоил Коран, а затем приехал в Каир, где посещал занятия шейха 'Атийи ал-Уджхури, шейха 'Исы ал-Баррави, шейха Мухаммада ал-Хушани и шейха Ахмада ад-Дардира. Затем он переселился в Танту, где вел занятия, полезные для слушателей. Он выносил фетвы по делам своего толка и разрешал разногласия, возникавшие между жителями этого города. Дела его развивались успешно, он пользовался славой по всей округе — его фетвам доверяли, полагались на сказанное им. Множество людей шло к месту его пребывания, именуемое ас-Суф, — оно расположено кверху от Баб ал-Масджид, перед домом ал-Халифы.

Шейх Ахмад ас-Самалиджи женился на красивой женщине родом из деревни ал-Фир'аунийа. От этой женитьбы он имел сына по имеии Ахмад, отличавшегося красотой. Когда его сын подрос, усвоил Коран и тексты, то по законоведению он стал заниматься у своего отца, у которого обучался и другим наукам. Сын этот был очень даровит, все услышанное усваивал с первого раза. Он писал стихи, не изучая метрики. Я увидел его впервые в 1189 (1775-6) году во время моего посещения [усыпальницы] Сиди Ахмада ал-Бадави. Сын шейха Ахмада ас-Самалиджи явился приветствовать меня и доставил мне удовольствие своей речью, он привлекал к себе. Вот как он обратился ко мне с письмом в стихотворной форме (...), чтобы напомнить о выполнении [399] обещания, которое я было дал ему во время уже упомянутой поездки “ о чем я позабыл. /261/ Когда сын шейха Ахмада возмужал, отец в течение одного года женил его дважды. [Молодой человек] продолжал усердно заниматься, пока не стал весьма знающим и не начал обучать группу студентов.

Вместе со своим отцом он часто приезжал в Каир, бывал у нас и общался с нами во время установленных праздничных ярмарок. Умер он молодым — при жизни своего отца — в 1203 (1788-9) году. От него остался малолетний сын, к которому очень привязался дед, поэтому терпеливо переносивший утрату сына и моливший о ниспослании милосердия.

Шейх Ахмад ас-Самалиджи умер в этом году — да будет милостив к обоим Аллах всевышний!

Умер также почтенный, тонкий и проницательный [человек] эмир Хусайн — сын сейида Мухаммада, известного по прозвищу Дарб аш-Шам'си ал-Кадири. Его отец Мухаммад-эфенди был младшим писцом оджака тюфекджийе, а он — сын Хусайна-эфенди, состоявшего главным старшиной этого корпуса, приближенным покойного Хасана Чорбаджи — члена свиты покойного Ридван-бея старшего, известного в качестве полновластного правителя [страны].

После смерти Мухаммада-эфенди собравшиеся старшины оджака назначили эмира Хусайна на пост, который занимал его отец. Это было в 1163 (1749-50) году, когда он был в расцвете молодости. Его хвалили, он занял высокое положение, стал знатным. Молва о нем ширилась. Он был способным и образованным человеком, могущественным и влиятельным в вершении дел. Когда независимым правителем Египта стал 'Али-бей, то он сослал эмира Хусайна вместе с его братьями в Хиджаз, где они жили в течение семи лет — вплоть до перехода власти к Мухаммад-бею. Последний вызвал их из ссылки, хорошо их принял, возвратил им все поместья. Они продолжали жить в Каире — не так как в свое время, но богато, с достоинством, к ним относились с уважением.

Эмир Хусайн был человеком хорошим, проницательным, ценившим добро, знавшим силу слов, отвергавшим произвол. Он приобретал много дорогих книг по различным отраслям знания, в особенности по медицине и малоизученным наукам. Он предоставлял свои книги тем, кто был в состоянии оценить их. Чувствуя приближение кончины, он завещал похоронить его не как обычно — он пожелал, чтобы сто человек из братства ал-Кадирийа шли впереди его погребальных носилок по дороге к мечети и читали бы [молитву] [400] ас-Самадийу. Он завещал им некоторую сумму денег. Его воля была выполнена.

Умер также эмир Мухаммад Ага — сын Мухаммада Катходы Абазы. Уже упоминалось, что при Хасан-паше он был назначен мухтасибом. Он держал себя так, чтобы своим поведением внушать страх торговцам — он наказывал и покрикивал. Случилось как-то, что, взвесив мясо, которое нес какой-то покупатель, Мухаммад Ага установил, что оно весит меньше указанного покупателем количества, тогда он пошел с ним к мяснику и заставил того добавить соответственно сумме, выплаченной покупателем.

Оставив пост мухтасиба, Мухаммад Ага был катходой Ридван-бея вплоть до смерти последнего. Он был в числе высокопоставленных эмиров до самой смерти, которая последовала в этом году.

Умер также благочестивый богобоязненный суфий слепец — шейх Мухаммад ас-Сакит ал-Халвати, магрибинец по происхождению — преемник нашего шейха Махмуда ал-Курди. Он приехал в Каир и учился в ал-Азхаре, посещал занятия шейхов-законоведов /262/ исповедуемого им толка и [по наукам] умозрительным. Мухаммад-Сакит был посвящен в тарикат ал-Халватийа нашим уже упоминавшимся шейхом Махмудом [ал-Курди]. Он просветил его относительно божественных сокровенных имен, соответствующего ритуала эикров. Шейх Мухаммад ас-Сакит отказался от магри-бинского одеяния, и шейх [ал-Курди] возложил на него ат-тадж — головной убор [тариката ал-Халватийа]. Шейх Мухаммад был [человеком] примерного поведения. Он регулярно посещал шейха [ал-Курди], проводя в его жилище большую часть времени. Его осенил дух божий, отметил его. Шейх разрешил ему наставлять и направлять на путь истины. После смерти шейха ал-Курди шейх Мухаммад единодушно, без какого-либо соперничества, был избран в качестве его преемника. [С этих пор] шейх Мухаммад ас-Сакит стал затворником в своем доме, куда дважды в день к нему собирались группой на послеполуденную и вечернюю молитвы. Он наставлял и посвящал в тарикат стремившихся вступить в него. Известность шейха росла, и люди отовсюду стремились к нему. Так это продолжалось до самой его кончины. Умер он в середине месяца раби' ал-аввала (26.IX. — 25.Х.1794) этого года. Моление над ним свершили в ал-Азхаре при большом стечении народа.

Умер также христианин му'аллим Ибрахим ал-Джавахири — глава писцов-коптов Каира. Насколько нам известно, [401] он достиг такого влияния и известности, был столь авторитетным, как никто из его единоверцев. Му'аллим Ибрахим ал-Джавахири сохранил это влияние до самой смерти. Начало его [карьеры] относится ко времени му'аллима Ризка, бывшего писцом 'Али-бея старшего. После смерти 'Али-бея и му'аллима Ризка значение Ибрахима ал-Джавахири продолжало возрастать и при Мухаммад-бее, а когда закончилось и его правление, то Ибрахим-бей поручил ему ведение всех дел, и он стал его советником в общем и в частностях, в большом и в малом, вплоть до того, что стал ведать делами рузнаме, мири, всеми статьями приходов и расходов. Все писцы и сборщиюи налогов состояли под его началом, и он распоряжался ими. Ибрахим ал-Джавахири был человеком выдающимся, всесторонних знаний, ничто не ускользало из поля его зрения, он не упускал ни одной детали в делах. Он знал, как подойти к каждому человеку, умел подладиться [к людям], быть предупредительным, выражать сочувствие, знал, как поступать надлежащим образом. Он привлекал к себе сердца, умел завоевывать благосклонность подарками и подношениями, добиваясь [таким образом] расположения высокопоставленных лиц. Он посылал свечи в дома эмиров, а с наступлением рамадана он посылал большинству авторитетных лиц свечи, подарки, рис, сахар, одежды. В его время были воздвигнуты церкви и христианские монастыри. Он обеспечил их, приписав к ним вакфы — огромные поместья, назначил им большое содержание, ризки и [выдачи] зерна.

Ибрахим-бей был очень опечален смертью ал-Джавахири — он отправился в Каср ал-'Айни, чтобы присутствовать при выносе на кладбище погребальных носилок. Ибрахим-бей очень сожалел об этой утрате. Му'аллим ал-Джавахири умер в месяце зу-л-ка'да этого года (20.V. — 18.VI.1795).

Год тысяча двести десятый

(18.VII.1795 — 6.VII.1796).

В течение этого года не произошло событий, заслуживающих быть отмеченными, за исключением притеснений и произвола со стороны эмиров.

В начале зу-л-хиджжи Салих-паше была дана отставка. Он оставил крепость и отправился в Каср ал-'Айни, чтобы подготовиться к отъезду. Пробыв здесь несколько дней, паша отправился в Александрию.

Умер имам, выдающийся и проницательный ученый, опора исследователей и изучающих, благочестивый, [402] богобоязненный, высокообразованный — шейх 'Абд ар-Рахман ан-Нахрави ал-Уджхури, известный в качестве помощника на занятиях шейха 'Атийи. Шейх ан-Нахрави служил науке, он посещал занятия выдающихся ученых своего времени, совершенствовался в науках умозрительных и традиционных. [Особенно] усердно он посещал занятия шейха 'Атийи ал-Уджхури, и сам под его руководством вел обучение. Он стал известным чтецом Корана и приближенным упомянутого шейха [ал-Уджхури]. Шейх 'Абд ар-Рахман вел занятия в мечети ал-Азхар на пользу обучающимся слушателям. Шейхом ал-Хифни он был посвящен в тарикат ал-Халватийа. Он наставлял его, обучал молениям, обрядил его во власяницу и возложил на него ат-тадж. Затем шейх ал-Хифни предоставил ан-Нахрави право самому посвящать и наставлять. Он был отличным чтецом Корана. Каждую субботнюю ночь он посещал гробницу имама аш-Шафи'и, где на протяжении всей ночи читал Коран вместе с лицами, знавшими его наизусть.

Шейх ан-Нахрави был хорошим человеком, скромным, не придававшим никакого значения своей особе. Он сам носил пекарю блюдо с тестом для выпечки хлеба /263/ и возвращался с [испеченным хлебом] к своей семье. Если же случалось повстречать кого-нибудь из знакомых, то он непременно останавливал того, задерживал его у пекаря, чтобы одарить хлебом. Шейх ан-Нахрави был очень щедрым по натуре — он делился и тем немногим, что было у “его.

Так он продолжал делать свое дело, [выполнять] свои обязанности, пока не простудился и его не разбил паралич. В таком положении он пребывал около года и умер по милости всевышнего — да простит его Аллах!

Умер также выдающийся, проницательный ученый, почтенный законовед — шейх Хасан ибн Салим ал-Хаввари, маликит. Он был одним из учеников нашего шейха ас-Са'иди и посещал его общие курсы. Вследствие усердия ал-Хаввари шейх ас-Са'иди, распознав его, обеспечил ему высокое положение. После смерти ас-Са'иди шейх ал-Хаввари возглавлялривак ас-Са'иди и руководил им наилучшим образом. Он посещал занятия, беседовал у себя в землячестве с возглавляющими и подчиненными.

Он был очень упрям, отличался твердостью духа и сильно выраженными коммерческими наклонностями. [Так], он приобрел развалины на базаре ал-Кашшашин, поблизости от ал-Азхара, и перестроил их в жилой дом для себя. [При этом] он расширил пределы своего владения за счет соседних [403] участков: он сломал мактаб медресе ас-Синанийа. Это был большой мактаб, имевший два фасада, с двумя колоннами каждый и четырьмя [каменными] скамьями. Была тут и завийа со стенами из тесаного камня, великолепно обработанного, представлявшего собой [образец] совершенства. Не стыдясь и не опасаясь порицаний людей и не страшась Творца, шейх ал-Хаввари разрушил [мактаб] и использовал все это для своей постройки.

Когда кто-нибудь из уроженцев Верхнего Египта, поглощенных делами благочестия и наукой, следовал — бедняки на ослах, а состоятельные на верблюдах, — помощники шейха ал-Хаввари задерживали и принуждали добром или силой [спешиться и отдать скотину] для доставки извести на строительство шейха. При этом же испрашивалось благословение. У людей зажиточных и торговых шейх ал-Хаввари брал деньги взаймы, которые не возвращал. Он брал и провизию на тех же основаниях. Таким образом он завершил сооружение дома и поселился в нем.

Шейха окружали земляки-слушатели, сопровождавшие его всюду [при разборах] тяжб и исков. Они брали взятки и получали вознаграждения от правого и неправого. Того же, кто пытался противостоять им, они избивали, оскорбляли; так же без стыда и зазрения совести они обращались и с именитым человеком. Против того, кто был им неприятен, они восстанавливали отовсюду собранных баввабов, простолюдинов, продавцов табака. Весь этот [произвол люди] относили [на счет] ал-Азхара.

Того, кто укорял и порицал их, они чернили, притесняли; они подвергали насилиям людей науки и шари'ата, издевались над ними. Каждый из возглавлявших эту клику становился как бы сам по себе шейхом. Садился, [бывало], такой у каких-нибудь торговых дворов, лавок и выносил решения, отменял [решения других шейхов], распоряжался. Дело дошло до крайности, и хаким аш-шурта 799 должен был вызвать их и пресечь [их злоупотребления].

На протяжении месяцев шейх ал-Хаввари болел судорогами, конвульсиями и умер в этом году — да помилует его всевышний Аллах!

Умер выдающийся имам, достойный, проницательный ученый, законовед 'Осман ибн Мухаммад ал-Ханафи ал-Мисри, именуемый аш-Шами. Он родился в Каире, где учение ханифитского толка изучал у таких улемов, как сейид Мухаммад Абу-с-Са'уд, у шейха Сулаймана ал-Мансури, у шейха Хасана ал-Мукаддаси и у шейха — моего отца. [404] Усовершенствовавшись, 'Осман ибн Мухаммад стал вести в ал-Азхаре обучение по некоторым разделам законоведения. Он приносил пользу людям. В мечети Кусуна он читал курсы полностью. "Осман ибн Мухаммад обладал превосходной памятью: во время чтения курса он все цитировал наизусть, не заглядывая в куррасы. Он — составитель полезных текстов [по своему] религиозному толку.

Совершив хадж ко гробу пророка — да благословит его Аллах и приветствует, — 'Осман ибн Мухаммад обосновался в Медине, куда через год затребовал и свою семью. Распродав все, что принадлежало ему, он всецело отдался делам благочестия, посещал чтения хадисов и занятия по мусульманскому праву в Дар ал-хиджра 800. Жители Медины полюбили его. Он женился, у него появились дети, затем женился на другой. Так он жил до тех пор, пока не умер в этом году, — да будет милостив к нему Аллах!

Умер наш друг — достойный, образованный, красноречивый [человек], хафиз 801, искусный и способный литератор — шейх Шамс ад-Дин ибн 'Абдаллах ибн Фатх ал-Фаргали ал-Мухаммади ас-Сибирба'и, шафиит. Нисба его от деревни Сибирба'и в провинции ал-Гарбийа, поблизости от Танты, Шамс ад-Дин родился здесь. /264/ Его родословная восходит к выдающемуся человеку — Сиди ал-Фаргали ал-Мухаммади — одному из потомков нашего господина Мухаммада ибн ал-Ханафийа, владельца деревни Абу Тайдж — одного из селений Верхнего Египта.

Шамс ад-Дин обучался у улемов своего времени. Он преуспевал в знании и умении, а также в постижении искусств. Его влекло к астрономическим вычислениям, и он добивался желаемого. Он составил астрономические таблицы, свидетельствующие об обширности и основательности его познаний в этой области, об овладении им всеми тонкостями вычислений.

Вместе с тем шейх Шамс ад-Дин следовал [своим наклонностям] к литературе, истории и поэзии и отлично преуспевал во всем этом. Он слагал много стихов, и я воспроизводил многие из них в биографиях прославленных им лиц. В числе его произведений ал-маздуджа под названием Наф-хат ат-тиб фи махасин ал-хабиб, которую он составил в честь эмира Хасан-бея Ридвана, она воспроизведена в биографии упомянутого эмира.

Шамс ад-Дин был моим другом. Мы часто встречались с ним, когда он приезжал в Каир или когда я приезжал в Танту на время установленных празднеств рождения. [405]

Шейх Шамс ад-Дин ас-Сибирба'и был большим человеком, основательно знавшим свое дело, добившимся успеха, и, наконец, последнее, но не менее важное, он был человеком многосторонним, благожелательным, приятного характера. Он занимался и судебными делами своего города.

В общем среди своих сверстников он был бесподобным. Я те видел никого, кто мог бы соперничать с ним в прекрасных качествах. Шейх Шамс ад-Дин — составитель многих произведений, в том числе ад-Давабит ал-джалийа фи-л-асанид ал-'алийа, сочинения, составленного им в 1176 (1762-3) году. В нем он упоминает свой санад, воспринятый им от шейха Hyp ад-Дина Абу-л-Хасана Сиди 'Али — сына выдающегося ученого шейха Абу 'Абдаллаха Сиди Мухам-мада ал-'Араби ал-Фаси ал-Магриби по прозвищу ас-Сикат.

Шейх Шамс ад-Дин питал склонность к приятной блестящей поэзии. Его поэтическое слово превосходно в различных жанрах: панегирике, элегии, ташбие, газели, ал-хамасе, джадве, хазале. Им составлен диван, в котором он собрал панегирики [в честь пророка], — да благословит его Аллах и приветствует. Своему дивану он дал название: 'Укуд ал-фара'ид. Шейх 'Абдаллах ал-Идкави в 1179 (1765-6) году составил в стихах хвалебный отзыв на этот диван. (...)

Шейху Шамс ад-Дину принадлежит элегия, написанная им [на смерть] его выдающегося шейха ал-Хифни, звучные касыды, несколько урджуз, в том числе урджуза, посвященная историческим событиям, /265/ связанным с 'Али-беем, Мухаммад-беем. Часть из нее я слышал от самого составителя. Шейх Шамс ад-Дин написал касыду размером тавил. В ней содержится описание того, что в [11]94 (1780) году произошло с эмиром Мустафой-беем — вольноотпущенником Мухаммад-бея, когда этот эмир возглавлял хадж. Это великолепное, плавное и легкое изложение имевших тогда место сражений между эмиром и бедуинами по дороге в Хиджаз. (...)

/267/ Годы тысяча двести одиннадцатый и двенадцатый (7.VII.1796 — 25.VI.1797 и 26.VI.1797 — 14.VI.1798).

На протяжении этих двух лет не произошло сколько-нибудь значительных событий, которые запечатлелись бы, но проявились до того скрытые знамения грядущих бед, ниспосланных испытаний. Небесные явления предупреждали об ужасных опасностях. Все это обычные явления и знаки, даже не относящиеся к этим последствиям, [но они] ориентируют в том, что предстоит на небесах и на земле. Звезды угрожающе предостерегали. Важнейшее из знамений [406] последовало в [12]12 (1797-8) году в месяце [зу-]л-хиджжа ал-хитам 802, когда произошло полное солнечное затмение и солнце вступило в созвездие Близнецов. Это имело отношение к судьбам Египта. В начале следующего года в Египет вступили французы, о чем я поведую особо, если господь бог пожелает.

Упоминание о тех прославленных и достойных памяти, кто умер в течение этих двух лет.

Умер выдающийся ученый, проницательный [человек] — шейх 'Али ибн Мухаммад ал-Ушбули, шафиит. Его отец был судьей верховного махкама, он располагал большим состоянием и пользовался заслуженной репутацией.

Когда 'Али ал-Ушбули подрос, усвоил Коран, тексты, то посвятил себя науке. Он посещал занятия шейхов своего времени, изучал у них законоведение. У шейха 'Аббаса ал-Баррави он усовершенствовался в науках умозрительных. Преуспев, он занял почетное место, стал преподавать и вошел в число знатных, достойнейших ученых. Он стал известным и прославленным.

Когда умер отец, то ал-Ушбули наследовал ему, заняв его пост. Отец его имел дом в квартале Китама, известном теперь под названием ал-'Айнийа; дом этот поблизости от ал-Азхара. Другой большой дом принадлежал отцу [в районе] Канатир ас-Саба' у канала. Еще один дом был у отца в ал-Джазире на берегу Нила. 'Али ал-Ушбули переезжал из одного дома в другой. Он был женат на красивых женщинах. Вместе с тем он, оставаясь шейхом ал-Азхара, продолжал с пользой читать здесь курс и занимал несколько других должностей, как, например, в мечети ал-Асар и в ан-Низамийе 803, но свои обязанности выполнял лишь изредка, жалованье же получал исправно. Так он жил, пока не заболел и умер в 1211 (1796-7) году.

Умер искусный литератор, благой собеседник, дружелюбный сейид Ибрахим ибн Касим ибн Мухаммад ибн Мухаммад ибн 'Али ал-Хуони ар-Рувайди по прозвищу Абу-л-Фаттах. Он родился в Каире в 1127 (1715) году, это известно с его слов. Он усвоил Коран, а чтению его нараспев усовершенствовался у шейха ал-Хиджази Ганама. Каллиграфии он обучался у шейха Ахмада ибн Исма'ила ал-Афкама по методу ал-мухаммадийа. Он превосходно постиг это дело и получил у того иджазу. Своим удивительным красивым почерком сейид Ибрахим переписал много экземпляров Корана, шестидесятые части Корана, ад-Цала'ил [ал-хайрат] и множество молитв. Он безусловно стал главенствовать в этой области искусства. Сейид Ибрахим был хорошим человеком, [407] легко владевшим словом. Он хранил в своей памяти редкие поэтические произведения, забавные и удивительные истории, которые излагал в наилучшей манере и тем самым производил впечатление. Я часто слушал его поэмы, но в моей памяти ничего не сохранилось. Сейид Ибрахим уединялся, не искал сотрудничества со своими современниками. Он был безусловно скромным, и это было дополнением к его благородству, высокородности его происхождения.

В [12]11 (1796-7) году сейид Ибрахим /268/ умер — да будет милостив к нему всевышний Аллах!

Умер образованный, способный, даровитый, красноречивый поэт и прозаик Исма'ил-эфенди ибн Халил ибн 'Али ибн Мухаммад ибн 'Абдаллах, известный под именем аз-Захури — египтянин-переписчик, ханифит. Он был хорошим человеком, довольствовался малым. На жизнь он зарабатывал каллиграфией, которой владел превосходно. Он изучил ее под руководством Ахмада-эфенди аш-Шукри. Переписал он своим прекрасным почерком много книг: ас-Саб' ал-мунджий-ат, Дала'ил ал-хайрат, Коран. Исма'ил-эфенди имел и лавку, в которой продавался кофе в зернах. Она находилась у Викалат ал-Бакал, поблизости от Хан ал-Халили.

Исма'ил-эфенди хорошо владел гармонией, искусством мелодии, играл на лютне, сочинял панегирики и сатиры. Он написал стихи в честь эмира Хасан-бея Ридвана по поводу возвращения того в Каир из ссылки в Махаллат ат-Кубра, и вот они (...) /274/ Исма'илу-эфенди принадлежат макама и касыда, в которых он высмеял шейха 'Али 'Антара ар-Рашиди, от воспроизведения которых мы отказались из-за чрезмерной их невоздержанности. Кроме этих, Исма'илу-эфенди принадлежат и другие произведения. В 1211 (1796-7) году он умер — да будет милостив к нему Аллах!

Умер благородный, именитый, единственный в своем роде, почтенный Хусайн-эфенди — калфа аш-Шаркийи. Его отец — эмир 'Абдаллах, происходивший из мамлюков Дауда — сахиб ал-'ийар 804. Хусайн-эфенди воспитывался у Мухаммада-эфенди ал-Баркуки, который женил его на своей дочери. Мухаммад-эфенди привил своему воспитаннику навыки, необходимые писцам ведомства рузнаме, и тот преуспел в этом. Когда писцами рузнаме стал управлять Мухаммад-эфенди, он назначил Хусайн-эфенди калфой аш-Шаркийи.

Жизнь Мухаммада-эфенди не продлилась, он умер через два месяца. Хусайн-эфенди вступил во владение его имуществом и преуспел в делах. Он купил дом в районе Шайх Далам 805, переехал и поселился здесь. Стал он лицом [408] руководящим, известным, принятым среди знати. Он приобретал наложниц, рабынь, мамлюков и рабов. Был он неплохим человеком, общительным с друзьями, воспитанным, мягким по натуре, придерживающимся установлений шари'ата. Он не вмешивался в то, что не было его заботой. Хусайн-эфенди был человеком благообразной внешности и достойного образа жизни. Да будет милостив к нему Аллах! Он умер в 1211 (1796-7) г.

Умер выдающийся, образованный, проницательный ученый, потомок Хашимитов 806, красноречивый сейид Хусайн ибн 'Абд ар-Рахман — сын шейха Мухаммада ибн Мухаммеда ибн Ахмада ибн Ахмада ибн Хаммады ал-Манзалави, ша-фиит, проповедник мечети ал-Хусайна. Мать его отца — сейида Фатима — дочь сейида Мухаммада ал-Гамри — и от нее идет знатное происхождение, [которое восходит к Пророку].

Ал-Манзалави учился у шейха ал-Маллави, у ал-Хифни, у ал-Джаухари, у ал-Мадабиги, у шейха 'Али Каитбея, у ал-Басийуни, у Халила ал-Магриби. Он занимался также с Сиди Мухаммадом ал-Джаухари младшим, шейхом 'Абдаллахом — имамом мечети аш-Ша'рани 807 и шейхом Са'уди, жившим у Сук ал-Хашаб. Сейид ал-Манзалави стал сведущим в науках [овладел] знаниями, развил свои способности, память. Он был выдающимся оратором, вызывавшим удивление. Он превосходно писал стихами и прозой. Проповеди, большую часть которых он произносил в мечети ал-Хусайни, составлялись им блестяще, в манере, которой до него не бывало. Сейид ал-Манзалави сблизился с шейхом Абу-л-Анваром ас-Садат, отраженным светом которого он сиял.

Абу-л-Анвар ас-Садат, раскрывший его достоинства, обходился с ним благосклонно, [отзывался] о нем похвально. Сейид ал-Манзалави иногда, по праздникам, служил службу и произносил проповеди в их завийе, и в этих проповедях он возносил хвалу [дому] ас-Садат и их свершениям. Сейиду Хусайну принадлежат значительные стихи, составленные им в честь Садат ал-Вафа. Сейид Хасан ибн 'Али ал-'Ивади слышал их под названием 'Икд ас-сафа. Он упоминает об этих стихах в своей книге Манахил ас-сафа. (...) Сейиду ал-Манзалави принадлежат и другие поэтические произведения — да простит его всевышний Аллах!

Умер он в середине месяца ша'бана этого года (19.I. — 16.II.1798) — да простит Аллах грехи нам и ему и нашим родителям и всем мусульманам!

Конец второй части, за которой последует часть третья, начинающаяся в 1213 (1798-9) году.

Комментарии

788 Пещеры Ша'иб — находятся на пути из Янбо в Медину.

789 Нахл — селение в Палестине на караванном пути в Мекку.

790 Ал-хаэина — речь идет о ежегодной дани Египта в султанскую казну.

791 Мухтасар Ибн Аби Джамра — в GAL нет.

792 Сибт Ибн ал-Джаузи — арабский историк (1186 — 1257). Упомянутый тут же ал-Джабарти Каулали справочными изданиями не учтен.

793 Ал-Варакат [ал-кабира] — труд, трактующий каноны религии; его автор — Абу-л-Ма'али 'Абд ал-Малик ал-Джувайни (419/1028 — 478/1085) — имам Мекки и Медины.

794 Ал-Маллави (XVIIв.) — каирский богослов, автор Назмат-танвир фи аскат ат-тадбир — одного из многочисленных сборников хадисов.

795 Ат-тафарид и мукус — налоги, обложения, городские сборы.

797 Асма' ат-тараджим — в GAL нет.

798 Кмтаб ал-гурар — одна из авторитетнейших работ ханифитского толка в мусульманском праве.

799 Хаким аш-шурта — начальник полиции.

800 Дар ал-хиджра — букв, “дом убежища в эмиграции”, т. е. место, где жил Мухаммад после хиджры (переезда из Мекки в Медину).

801 Хафиз — лицо, усвоившее Коран наизусть.

802 Ал-хитам (букв, “завершение”) — эпитет последнего месяца мусульманского года — зу-л-хиджжа.

803 Мечети ал-Асар и ан-Низамийа находились в Старом Каире.

804 Сахиб ал-'ийар — контролер пробы монетного двора.

805 Шайх Далам — квартал Каира северо-западнее ал-Азхара.

806 Хашимиты — род, из которого происходил пророк Мухаммад. Этот род принадлежал к арабскому племени Курайш и возводил свое происхождение к Хашиму ибн 'Абд Манафу.

807 Мечеть аш-Ша'рани — мечеть в Каире северо-восточнее ал-Азхара.

Текст воспроизведен по изданию: Абд ар-Рахман ал-Джабарти. Египет в канун экспедиции Бонапарта. М. Наука. 1978

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.