Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ФАВСТОС БУЗАНД

ИСТОРИЯ АРМЕНИИ

 ШЕСТАЯ КНИГА БУЗАНДА

ОГЛАВЛЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКИХ ГЛАВ ШЕСТОЙ КНИГИ

I. О разделе армянской страны на две части, когда над половиной армянского народа воцарился по приказанию греческого царя Аршак, и над (другой) половиной народа воцарился Хосров, по приказанию персидского царя; о том, как они, разделив армянскую страну на две части, установили границу между собою, и как другие страны и гавары распались и у обеих сторон были урезаны границы.

II. О епископах, которые в то время были известны в той части армянской страны, которая досталась в удел Хосрову. Сперва о жизни Завена.

III. О Шааке из Кордже, который после Завена стал во главе епископов.

IV. Об Аспураке из Маназкерта, который стал во главе епископов после Шаака.

V. О епископах Фавстосе и Зорте.

VI. О брате епископа Фавстоса Аростоме.

VII. О епископе Артите из Басена.

VIII. О епископе Иоанне, о его поведении и жадности, неразумии вздорных словах и делах, и о том, какие знамения явились на нем от бога, и как он греховно выпрашивал и получал подарки от царей.

IX. О том же Иоанне.

X. О том же Иоанне.

XI. О епископе Киракосе.

XII О Зортуазе, епископе гавара Вананд.

XIII О епископах гавара Басен, Тирике и Мовсесе.

XIV. О епископе Аароне.

XV. О главном епископе Аспураке.

XVI. О святом и добродетельном Гинде, который в то время был главой всех монахов армянских монастырей и отшельников пустынников .

Для читателей этой книги, в конце всех повестей десять считанных стихов, сведений обо мне. [201]

ПОВЕСТИ БУЗАНДА

КНИГА ШЕСТАЯ

Конец. Окончание предыдущего, ранее не вошедшие в предыдущие повествования повести 102

Глава I

О разделе армянской страны на две части. О воцарении (над половиной армянского народа) Аршака по приказанию греческого царя и воцарении Хосрова над другой половиной по приказанию персидского царя; о том, как они, разделив армянскую страну на две части, установили границу между собою и как урезаны были границы у обеих сторон.

Но после смерти армянского полководца Манвела Аршак не мог укрепить своего царства в стране, а многие из армянских нахараров отделились от него, ушли к персидскому царю, предали ему армянскую страну и попросили у него царя из рода Аршакуни. Он с большою радостью согласился то своей стороны своим приказом назначить царя из того же рода Аршакуни, и через него привлечь на свою сторону армянскую страну. Тогда нашел он из того же рода армянских царей Аршакуни юношу по имени Хосров, возложил на его голову венец и дал ему в жены сестру свою Зрвандухт, все свои войска придал ему в помощь и представителя своего Зика назначил воспитателем к царю Хосрову. Так они отправились и приехали в армянскую страну.

Царь Аршак, увидев их, уступил и сам удалился к пределам Греции. И стали поддерживать — царя Аршака греческий царь, а царя Хосрова — персидский царь. [202]

Тогда греческие войска пришли на помощь царю (Аршаку), находившемуся в гаваре Екелеац, а персидское войско и царь Хосров были в гаваре Айрарат. Потом послы и посланцы греческого и персидского царей стали посещать друг друга, и оба царя — греческий и персидский, посоветовались друг с другом и пришли к соглашению. Они нашли удобным сначала разделить между собою армянскую страну. Они говорили: “Между нами обоими лежит это могущественное и богатое царство; было бы хорошо таким путем ослабить и расстроить это царство; сначала разделим на две части с этими двумя царями Аршакуни, которых мы назначили, потом постараемся их умалить, до-вести до крайней бедности и заставить служить нам, чтобы промеж нас они не могли поднять головы”.

Так рассудив, они разделили страну на две части; часть персидская осталась за царем Хосровом, а часть греческая за царем Аршаком. Но и у них в разных местах были отторгнуты и урезаны многие гавары, и от стран обоих только малая часть осталась за обоими царями. Но основные гавары армянского царства в обеих частях оба армянских царя Аршакуни — Аршак и Хосров — полюбовно поделили, установив границы между собою, и обе части армянской страны стали подчиняться каждая своему царю. Но часть Хосров а была больше, чем часть. Аршака. И у обоих много гаваров было отторгнуто; и тогда, и после того армянское царство разделилось, распалось, уменьшилось и потеряло свое прежнее величие.

Глава II

О епископах, которые в то время были известны в армянской стране, в части Хосрова, находившейся под властью персов. Сперва о Завене.

Этот Завен был из рода знаменитого епископа Албиана из селения Манавазкерт. Был он человеком злодейского, крутого и завистливого нрава. И он в свое время ввел обычай, приучил всех священников носить воинскую одежду. Они оставили обычай апостольских церквей, стали поступать каждый по своему разумению, потому что священники больше не одевали подрясников до пят, как было заведено, а стали носить [203] короткую военную одежду до колен. Свои одежды они украшали разноцветной тесьмой, надувались и важничали, и священники без разбора одевались в меха павших зверей, что тоже не подобало. Сам Завен наряжался в пышные одежды, обшитые разноцветной тесьмой, одевал меха собольи, горностаевые, волчьи, накидывал на себя лисий мех и так, не стесняясь, выходил на алтарь и садился. Был обжорлив, жаден, вел развратную жизнь Завен во все свои дни. Он три года занимал престол до своей смерти.

Глава III

О Шааке из Корчайка, который вместо Завена стал во главе епископов.

После смерти этого Завена вместо него стал во главе епископов Шаак из Корчайка и пробыл два года. Был он христианином, но не противился порядкам, введенным Завеном, и не отменил их. Два года он был руководителем и преставился с этого света.

Глава IV

Об Аспураке из Маназкерта, который стал во главе епископов после Шаака.

А после епископа Шаака во главе епископов стал некий Аспурак, из поколения епископа Албиана. Это был христианского нрава, благочестивый и праведный человек, который главенствовал при дворе Хосрова, но в отношении одежды он тоже следовал порядкам, введенным Завеном.

Глава V

О епископах Фавстосе и Зорте.

В эти времена, жил епископ Фавстос, который при патриархе Нерсесе заведовал его домашним хозяйством. Состоял при нем в качестве приближенного (советника) также Зорт; ибо под рукою у патриарха в его внутреннем совете было двенадцать епископов, приобщенных к управлению делами престола, [204] сотрудников и советников, кроме всех епископов гаваров, которые были подчинены ему; а эти двое были из тех двенадцати епископов. Им был поручен надзор за бедными, и они во всем были верны ему и в его время и в годы двух царей — Хосрова и Аршака — после раздела (царства) они еще были живы.

Глава VI

О брате епископа Фавстоса Аростоме.

У епископа Фавстоса был брат, чудесный, набожный человек, ведший в горах и пустынях отшельническую жизнь. Они оба родом были ромеи 103, и этот отличался своим хорошим поведением в продолжение своей жизни. Он жил в Айраратском гаваре, был руководим святым духом, скитался по горам и пустыням, одеваясь в шкуры, питаясь овощами до дня смерти. Когда он умер, тело его из пустыни принесли и похоронили в родовом селении патриарха Нерсеса, называвшемся Амок, и из года в год совершали по нем поминовение.

Глава VII

О епископе Артите из Басена.

Среди живших в то время епископов был замечателен епископ Басенский Артит, почтенный и полезный старик. Вел он чистую праведную жизнь, удостоен был благодати святого духа и, обладая великой силой, бывал всюду и совершал величайшие чудеса в продолжение многих лет. Он был учеником великого Даниила, жившего при царе Тиране, и был еще жив при двух армянских царях — Хосрове и Аршаке.

Глава VIII

О епископе Иоанне, его поведении и неразумии, вздорных словах и делах, и о том, какие знамения явил на нем бог.

Другой епископ Иоанн, — если можно его назвать епископом, — был сыном бывшего патриарха Парена; это был лицемерный человек, показывавший на глазах у людей будто постится и носит власяницу, и даже обуви не одевал, а [205] обматывал (ноги) летом рогожей, а зимою соломенным жгутом; но он глубоко погрязал в жадности и забыл имя бога от жадности, до того, что совершал недостойные и невероятные дела.

Случилось ему раз куда-то поехать; сидел он верхом на вьючном животном и ехал; повстречался ему незнакомый мирянин молодого возраста, верхом на коне, с мечом на поясе, с шашкой на боку, с луком и колчаном за спиной, с вымытыми смазанными волосами, с шапкой на голове и плащом на плечах. Он ехал своей дорогой, быть может с разбоя. А конь, на котором он сидел, был рослый, хорошей масти и хорошего хода,. так что, когда епископ Иоанн издали заметил коня, то удивился и загляделся. Когда всадник подъехал к нему, Иоанн, дождавшись его, вдруг схватил за узду лошади и сказал: “Слезай сейчас с коня, мне надо поговорить с тобой”. Человек сказал: “Ни ты меня не знаешь, ни я тебя, о чем это ты хочешь говорить со мной?” Так как человек этот был пьян, то очень упрямился, не желая слезать с коня. Но Иоанн принудил его слезть с коня и отвел его в сторону от дороги. Там он велел человеку стать на колени и сказал: “Рукополагаю тебя во священники”. А тот сказал в ответ о себе: “Я с младых лет занимаюсь разбоем, убиваю людей, совершаю злодеяния, веду распутную жизнь, я и теперь занимаюсь этим делом, не достоин я этого”. Человек очень упрямился и спорил, но Иоанн еще сильнее принуждал его. Наконец, Иоанн насильно повалил его на землю, положил на него руку, в знак рукоположения его в иереи, потом, подняв его на ноги, велел ему распустить, узлы плаща и накинуть на себя рясу и сказал: “Иди в свое село и будь иереем в этом селе”. Он даже не знал, из какого села был этот человек. Потом Иоанн подошел к коню и, положив на него руку, сказал: “А этот конь пусть будет мне платой за то, что я рукоположил тебя в священники”. Человек упорствовал, не хотел давать коня, но он насильно отнял коня и отпустил человека. И все это случилось из-за лошади.

И человек тот, одевший вопреки воле рясу, вернулся домой, вошел в дом к себе, к семье своей и сказал жене и членам семьи: “Вставайте, помолимся!” А они сказали: “Что ты, с ума сошел, не бес ли вселился в тебя?” А он опять сказал: “Вставайте, помолимся, потому что я — иерей”. Они удивились, [206] кто краснел, кто смеялся. После долгого упорства они, наконец, согласились помолиться с ним. Потом жена сказала мужу: “Ведь ты был только оглашенным и не был крещен”. Человек сказал жене: “Разве дал он мне подумать, ошеломил он меня, я и забыл сказать ему это, а он рукоположил меня в иереи и, взяв лошадь с уздой и седлом, уехал”. Домашние сказали человеку: “Встань, пойди опять к этому епископу и скажи: “Я не был крещен, как ты мог сделать меня иереем?” Он отправился к епископу и сказал: “Я не был крещен, как ты меня сделал священником?” Иоанн сказал: “Принесите мне кувшин воды”. Взял воду, вылил ему на голову и сказал: “Ступай, вот я окрестил тебя”. И сейчас же услал этого человека от себя.

Глава IX

О том же Иоанне.

Однажды этот Иоанн проходил мимо чьих-то садов; было время обрезки (виноградных лоз). Кто-то из сада окликнул его и сказал: “Владыко епископ, благослови нас и наши сады”. Иоанн сказал: “Терние и волчецы да вырастут тут”. Человек сказал: “Терние и волчецы да вырастут на тебе за то, что понапрасну проклинаешь нас”. И от бога было знамение, ибо когда епископ дошел до своего жилища, то подвергся напасти, по всему его телу пошло колотье, словно от колючек. Много дней он ужасно страдал от болей и был в большой тревоге. Наконец, он послал человека за садовником, призвал к себе и умолял, чтобы тот помолился об избавлении его от болей. А садовник сказал: “Кто я такой, чтобы благословлять или проклинать, да еще такого человека, как епископ”. А Иоанн до того понуждал его, что садовник встал на молитву и сказал: “Господи боже, ты знаешь, что я грешный недостойный человек, не знаю, как я попал в эту беду: ты избавь меня от этого зла, ибо говорят, что ты проклял епископа и по слову твоему случилось это происшествие. Лучше бы мне умереть, не знаю, что говорят обо мне”. Как он это сказал, епископ тотчас же исцелился, из всего тела его высыпались колючки; и похожи они были на колючки растений. Он тотчас вылечился от болезни и стал здоровым. [207]

Глава X

О том же Иоанне.

Этот епископ Иоанн, сын Парена, когда приходил к армянскому царю, то скоморошничал. Прикидываясь шутом, он стремился утолить свою жадность и до того был одержим ею, что это служило ему средством.

Становясь на четвереньки, он полз перед царями, ревел как верблюд, ластился как верблюд. Среди рева он выкрикивал иногда слова тем же ревущим голосом и говорил: “Я верблюд, я верблюд, беру на себя грехи царя, нагрузите на меня грехи царя, и я возьму их на себя”. А цари писали дарственные грамоты на селения и агараки, скрепляли их печатью и клали на спину Иоанна за свои грехи. И так, прикидываясь верблюдом и беря на себя грехи, он стяжал у армянских царей селения, агараки и сокровища.

Такой был человек этот Иоанн, который всю свою жизнь был одержим жадностью и скупостью и вследствие жадности творил недостойные дела.

Глава XI

О епископе Киракосе.

Епископ Тайка Киракос, называвшийся Шахапом, был правдивым и благочестивым человеком; был угоден богу; вел по правильным путям народ свой и во все дни своей жизни исполнял епископскую должность согласно воле божьей.

Глава XII

О Зортуазе, епископе Вананда.

Епископ гавара Вананд Зортуаз был тоже святым и благонравным человеком, достойным бога, был преисполнен духа святого, поступал и действовал по-христиански, руководил своим народом согласно воле божьей. [208]

Глава XIII

О епископах Тирике и Мовсесе.

В гаваре Басен было два епископа — Мовсес и Тирик — оба они были добродетельными мужами, ангельского поведения, святыми и верующими, достойными того, чтобы быть призванными (богом). Они вели свой народ по божескому пути во все дни своей жизни.

Глава XIV

О епископе Аароне.

В те времена в армянской стране жил епископ Аарон — знаменитый, именитый, смелый и добродетельный человек. Он вел и просвещал свой народ во все дни своей жизни.

Глава XV

Об Аспураке, главном епископе.

Главою армянских епископов был Аспурак, который был святым и благочестивым человеком, боявшимся бога и людей; но он не мог никому сказать слова осуждения, а молчал сам, был скромен, бдителен и благонравен, жил в посте и молитвах и всечасно молился богу. В отношении же одежды он поступал по заведенным Завеном порядкам: надевал раскрашенные и расшитые тесьмой одежды. Но он был кротким и смиренным, благодетельным и человеколюбивым мужем во все дни своей жизни.

Глава XVI

О святом и добродетельном Гинде, который в то время был главой всех монахов армянских монастырей и отшельников-пустынников.

Этот Гинд был из гавара Тарон, был учеником великого Даниила и после него стал главарем монахов, учителем и руководителем отшельников, блюстителем монастырей, учителем всех пустынников и вообще надзирающим за всеми теми людьми, которые из любви к богу отказались от мира и жили в пустынях, устроившись в расщелинах скал, в пещерах и [209] углублениях земли. Одна у них была одежда, ходили босыми, вели трезвую жизнь, питались травами, овощами, кореньями; подобно зверям блуждали по горам, покрытые кожами и козьими шкурами, терпели лишения, страдали, мучились, заблудившись в пустыне, подвергались холоду и зною, голоду и жажде — из любви к богу.

Они готовы были терпеливо переносить такую жизнь во все дни своей жизни, поскольку мир не представлял для них никакой ценности, как написано. Подобно стаям птиц они жили в отверстиях скал, в каменных пещерах, без имущества и достояния, без присмотра и ухода, вовсе не заботясь о теле. И главарем их был святой Гинд, которого все вообще люди армянской страны называли учителем. Но были среди них и другие ученики, которые уподоблялись своему учителю и были, выпестованы им, имена которых были Вачак, Артуйт, Mapах. У них был товарищ Трдат, который при великом первосвященнике Нерсесе был архидиаконом, а после смерти Нерсеса перешел в разряд пустынников и сделался монахом. Святой Гинд, взял своего питомца молодого Муше, и он сделался его сподвижником. У него было еще много и других учеников ангельского нрава, жития которых рассказать никто не сможет.

И святой Гинд и те, кто был с ним, были преисполнены святого духа; подобно ему и они совершали великие знамения и чудеса, исцеляли больных именем Иисуса Христа. И забирались они в очень далекие страны, в края язычников, и многих обращали из заблуждения, учили их познанию жизни и путям истины. И святой Гинд наполнил все пустыни отшельниками и все села монастырями и установил порядки, человеческой жизни на свете по правилам божественной религии. Он выбрал себе местом жительства ту пустыню, откуда выходили истоки реки Евфрат; там он жил в расщелинах скал, в бывшей обители первого великого Григория, которое место называлось Оски. В этик самых расщелинах жил Гинд, великий пустынник. Святой Мушег все время находился при нем, а остальные скитались по другим гаварам по приказанию главы своего Гинда. А святой Трдат установил жительство в гаваре Тарон, где построил для себя обитель.


Комментарии

102. В подлиннике написано "Книга шестая. Конец, окончание предыдущего, ранее не вошедшее в предыдущие повествования повести". Тут слово "конец" относится к "книге шестой" и показывает, что шестая книга является последней книгой Истории Фавстоса, как и в оглавлении третьей книги написано было "начало", то есть, что книга третья является началом истории Фавстоса. Окончание предыдущего и т. д. относится к первой главе шестой книги, которой действительно и кончается История. Слова же "не вошедшие в предыдущие повествования повести" относятся к следующим главам той же книги, в которых содержатся не зависящие друг от друга отрывочные воспоминания о тех или других духовных лицах, которые не имеют связи с Историей.

103. Слово ором (ромей) первоначально означало римлянин, а впоследствии и византийский грек, византиец вообще.

Текст воспроизведен по изданию: История Армении Фавстоса Бузанда. Ереван. Академия Наук Армянской ССР. 1953

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.
Rambler's Top100