Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ХРОНИКА ВАНДАНА ЮМСУНОВА

47. Для того чтобы дети были многочисленны и размножался скот, для того чтобы достигнуть долголетия и жить без страданий и несчастий, приводят шамана с толи и кнутом. Они, как следует, рисуют на куске белой бязи, длиной около двух саженей, многочисленные фигуры мужчин и женщин, полагая, что они изобразили тринадцать северных нойонов с их женами и детьми. 138 Они свивают длинную белую веревку и /111/ вешают на ней “зэлэ", к которому привязываются обычно козлята, ягнята и т. п. животные. 139 Для хранения этого шьют из войлока большую сумку “ордо". Снаружи, перед юртой, раскладывают чистый белый потник и расставляют перед ним в тарелках, в [67] зависимости от достатка, тарак, 140 айрул, урму и масло. В юрте они приготовляют в чарке жертву вместе с двадцатью приблизительно лампадами и без хабшулга колют снаружи соловую скотину. Ставят множество котлов и варят мясо целиком, кладут его в многочисленные корытца, ставят их перед онгонами, усиленно молятся и обращают просьбы и шаманят, испрашивая заступничества и защиты. Они собирают множество людей, говоря, что они поднесли нойонам в корытцах “шаруса". Заготовленное идет на устройство большого угощения вином и игр. Расходясь, они должны доставить шамана домой с большими подарками, достойными его, и с бараном в качестве дурге.

48. Когда случается большая убыль скота и уменьшение всяких доходов, приводят шамана точно так же, как прежде, при доспехах. Приготовляют красную от дубления звериную кожу без волос, так называемое “олосон", 141 длиною в полторы четверти и шириною около двух вершков. К ней приделывают девять железных фигурок мужчин и одной собаки, величиною с полвершка, и одну женскую фигурку из меди. Эти одиннадцать фигурок они пришивают в ряд к той коже сухожилиями и приготовляют жертвенный алтарь. Около огня они строят из маленьких палочек плетень с одной дверью и кладут в ту дверь нечто вроде ловушки 142 для антилоп, колют козу или овцу /112/, варят все мясо и шаманят, полагая, что они угостили их. (То есть фигурки (В. П.).) Что касается этого, то они говорят, что они сделали так называемых Хошонгит, охотников тех тринадцати северных нойонов и лодочников, переправляющих их через море. 143 Они съедают мясо, говоря, что после этого убыли скота не будет и что доходы и счастье будут обильны. Что же касается шамана, то его полагается провожать так же, как было описано раньше.

49. Для того чтобы устроить еще обряд “далалга" 144 прибыли скота и всякого счастья людского, а также для того чтобы устроить обряд жертвоприношения тэнгрию огня, они приводят так все, как и раньше, шамана и приготовляют большой жертвенный престол. Они раскладывают на нем чистый белый потник и ставят на него, в зависимости от достатка, в многочисленных тарелках айрул, урму, масло, хлеб, сахар, множество сосудов с крепкой водкой, одно большое ведро хорошего тарака, точно так же ведро заваренного чаю и колют одного жирного барана, варят все его мясо и ставят там же среди жертвоприношений, отделяют мясо грудинки, не повреждая боковых отростков, а кожу и мясо выше пупка и до груди выбрасывают целиком. Они вертят его трижды по движению солнца и вешают его в сложенном виде на первую грудную кость. В большое чистое ведро кладут масло и айрул, постлав внутри кусок красного шелка и положив сверху ваты и хилганы, 145 и делают из жира грудинки человеческую фигурку и кладут ее сверху. Сверху они кладут правое переднее бедро того барана, главный позвонок, заднюю и переднюю берцовую кость, мозговые кости, четыре длинных ребра, ложные ребра, второй курдюк и прямую кишку. Сверху они завязывают отверстие ведра чистой белой ягнячьей шкуркой и кладут сверху приготовленную грудинку. Затем они уносят в степь головни с пылающими углями и строят /113/ на нем из тонких сухих прутьев треугольный дворик с узенькой дверкой, обращенной в сторону хоймора. 146 Внутри его они делают подстилку из какого-нибудь дерева и вешают на трех тонких и сырых прутах у трех ног очага вареное мясо барана с жиром и шерстью. Что касается шамана, то он берет далалга, находящуюся в ведре, вместе с грудиной, и шаманит стоя [68] в дверях. Они кладут также хвост того барана и жир, накрошив его, на одну тарелку. На одну тарелку они кладут грудную кожу того барана, нарезав ее на многочисленные полосы, словно ремни кнута, и ставят там, около жертвоприношений. Когда шаман шаманит, жители юрты, а также другие прибывшие на тот пир люди расстегивают свои верхние пуговицы, распускают свои передние полы, надевают шапки и садятся, причем каждый берет водку и прочее, что было поставлено в тарелках, ведрах и сосудах среди жертвоприношений. Каждый раз, как шаман начинает шаманить и махать, они все тоже машут. Затем шаман под конец громким голосом выкликает: “Айхан хуруй хуруй!" 147 и кружится по движению солнца. Тогда все, в подражание ему, кричат, а шаман приставляет ведро с далалга к груди хозяина юрты и каждого члена его семьи и говорит: “Это есть нерушимая благодать нойонов – ук гарбала, нескончаемое счастие чиндамани, 148 великая далалга, от которой становятся богатыми и многосемейными!" Ведро с далалга он отдает хозяину юрты, а остальные кладут около жертвоприношений каждый то, что он держал, застегивают свои пуговицы и собирают [свои полы] (В рукописи B, вместо этого, сказано “снимают шапки") /114/. Шаман же зажигает с трех сторон выстроенного дворика огонь, кладет в середину его заготовленные кости и грудину, наливает в большой ковш дополна скотского масла, водки и чаю, берет и украшает полосами бязи две палки и льет понемногу масло из ковша на огонь и шаманит. Лишь только он кончает, они садятся, берут мясо и всю пищу, стоящую среди жертвоприношений. Все едят и пируют. Под конец обносят тарелку с жиром трижды вокруг огня по движению солнца и каждый поодиночке берет и ест его, наконец шаман берет накрошенную грудную кожу и приставляет ее близко ко рту молодым мужчинам и женщинам, и когда он дает им куснуть, шаман создает спешку, в целях не дать им взять, а кусающие стараются изыскать способ схватить ртом и съесть. Некоторые проворные хватают очень ловко и съедают. Закончив это, они пьют водку, пируют и ложатся спать. Как только они утром встают, они пьют чай, а шаман наливает в эту чашку, до краев, кипяченого молока, теребит до мягкости белую шерсть того заколотого барана и делает из нее настоящее гнездо, накрывает им эту чашку с молоком и дает ее держать хозяину юрты. В железный ковш он кладет скотское масло, кладет в него приблизительно четыре золотника олова, растопляет его на огне и шаманит. Как только олово расплавляется, он встает, подходит к двери и шаманит и машет, поворачивается и выливает его на гнездо, под которым находится чашка с молоком, которую держит сидящий хозяин юрты. То олово вместе с шерстью падает на дно чашки. Его берут и осматривают, и если окажется, что морщин у того куска олова много, что на нем имеются впадины /115/ и что в него вплавилось немного шерсти, он предсказывает, что явилось счастье детей и скота и что ты, мол, будешь богатым и многодетным нойоном. Он возвращается с большими подарками.

50. Жители той юрты в течение трех дней понемногу съедают находящееся в ведре мясо далалга, а жителям других юрт не дают съесть ни малейшего кусочка. Кроме того, в течение трех суток они всячески стараются ничего не давать другим. Это все является предписанием шамана.

51. Кроме этого, имеется много обычаев, в связи с которыми эти шаманы и шаманки говорят, что при помощи различных приемов шаманения они оказывают людям помощь. Вследствие того, что все их перечислить трудно, здесь это описано лишь вкратце. [69]

52. Что касается этих превратных обычаев, то в нынешнее время сильно и все более распространяется религия будды Шакиямуни. Люди, действительно, начинают понимать разницу между добродетелью и грехами, добро и зло прошлых и будущих деяний и последствий и все более перестают прибегать к тем обманщикам шаманам и их обрядам. С тех пор, как некоторое большинство их совсем перестало знать и даже совсем не слыхало о таких дурных обычаях, теперь среди хоринского народа совсем не стало людей, которые назывались бы шаманами, и люди даже совсем перестали прибегать к ним /116/. 149

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Об управлении, бывшем изначала и впоследствии

1. Вначале, при прибытии своем, они имели в своей среде главного нойона, по названию занги, 150 и в каждом кочевье имелись предводители, называвшиеся шуленгами, 151 засулами 152 и зайсанами. 153 Они исполняли в среде своей все свои административные и судебные дела устным решением и при их посредстве.

2. Наш главный нойон, по имени Шилдэй занги, 154 из рода Галзут, из хухура Жинхан, 155 бывший у нас последним занги-нойоном, кочевал в нынешней Монголии, близ реки Керулена. Тем временем были установлены между обеими империями пограничные знаки. Вследствие того, что они оставались там, и он не имел возможности приехать сюда и соединиться с нами, этого рода должность после этого у нас упразднилась.

3. Тем временем граф Рагузинский, прибывший в 1727 году с целью установления границ, собрал бурят и тунгусов трех ведомств Селенгинского и Нерчинского округов в местности Нойхон на Хилке 156 и составил, в соответствии с их обычаями и состоянием, степное уложение в 11 пунктах, и в соответствии с ним составил 24 марта 1727 года уложение, называвшееся Пограничной инструкцией, и роздал его. Согласно ему решали и исполняли некоторые дела /117/. 157

4. По решению главного тайши Ринце Шодоева было выстроено в 1745 году на южном склоне горы на реке Худук, вверх от низовьев реки Аны, небольшое непокрытое зимовье для того, чтобы хранить там дела этого нойона. Туда привезли одного русского писца, найдя такового среди русских горожан. Был еще один человек, едва знавший монгольскую грамоту. Этим двум он положил быть там писцами. Там произошло начало письменного делопроизводства. Главный тайша приезжал туда на короткое время и решал дела. Когда же ему было некогда, по его приказу туда посылался кто-нибудь из хоринских шуленг, засулов и зайсанов и исполнял дела.

5. Согласно инструкции, утвержденной господином графом Рагузинским, и по верховному правительственному решению, родовичи и казаки были в 1765 году разделены и получили отдельное управление.

6. Что касается того дома, который был выстроен главным тайшей Ринце, то, согласно указу Иркутской провинциальной канцелярии от 3 марта 1749 года за № 1085, казенными делами хоринских бурят стала ведать – по-русски так называвшаяся – ясашная изба.

7. Во времена главного тайши Дамбадугар Ринцеева ту избу Бургузинский земский суд, а также другие присутствия стали именовать в их переписке, начиная с 1794 года, Конторой главного [70] хоринского тайши, а мы, хоринские сайты, писали при составлении своих прошений “Анинское присутствие главного батюшки-нойона" /118/.

8. Именно там вел присутствие, совершенно один, главный тайша. Когда ему был недосуг, туда приезжали по его приказу шуленга, засул и зайсаны и решали дела. Между тем с 1796 года, по решению высшего начальства, из среды хоринских сайтов были выбраны и утверждены должностные лица, называвшиеся депутатами. Она совместно исправляли дела как в присутствии главного тайши, так и в отсутствии его, не отлучаясь оттуда. После того стали это называть конторой, но в большей части переписки продолжали называть это Анинским присутствием главного тайши.

9. Во времена главного тайши Ринцеева, в 1797 году тот дом был оттуда перенесен и перевезен в местность Улан Бургасун, что на северной стороне реки Аны, вверх нынешнего Анинского селения. Впоследствии, во времена главного тайши Галсана Мардаева, в 1806 году, он был оттуда перенесен на свое нынешнее место.

10. Что касается Анинского присутствия, то оно продолжало быть таковым и, наконец, стало совсем называться конторой. После этого, согласно решению господина верхнеудинского земского исправника, были учреждены в каждом роду всего 12 мирских изб, и там исправляли дела ближайшие шуленги, засулы и зайсаны.

11. Согласно указу Верхнеудинской провинциальной канцелярии от 20 мая 1780 года за № 1213, хоринские сайты, почтенные чиновники и народ составили в 1808 году, в согласии со своими обычаями, степное уложение о многих пунктах и решали согласно ему свои дела /119/. 158

12. Указом Верхнеудинского земского суда от 17 (По рукописи B – 26-го.) февраля 1816 года было предписано, чтобы в комнате для собраний той конторы были помещены важные императорские указы и зерцала, и начиная с того года были привезены зерцала.

13. Решением господина генерал-губернатора Восточной Сибири Сперанского были в 1820 году из тех двенадцати мирских изб семь упразднены. Что же касается [оставшихся] пяти, то были оставлены Хотогорская на Тугнуе, Наран-Аруевская, Кижингинская, Эгэтуйская и Агинско-Харгуйтуйская. Там присутствовали и исправляли дела выборные, избранные, утвержденные народом, и зайсаны.

14. По ревизии 1823 года хоринский народ насчитывал много душ. Он имел разбросанные кочевья, и среди него особенно размножался народ родов Харгана, Хуацай и Хубдут и кочевал вплоть до западных и восточных границ хоринских кочевий. Вследствие этого народ тех трех родов был в том году разделен на две части, и стало их шесть родов, назвавшихся восточными и западными. Тогда, начиная с того времени, перестали их называть одиннадцатью отцами хоринскими, их стало четырнадцать родов, и каждый стал иметь особого нойона, называвшегося захиракчи /120/. 159

15. Господином генерал-губернатором Восточной Сибири Сперанским, начиная с 1820 года, было расследовано положение восточно сибирских инородцев и были составлены по собственному почину различные проекты улучшения и изжития до того времени имевших среди них место тяжб, беспорядков и беззаконий. Они были представлены на высочайшее усмотрение.

16. Вследствие этого его величество государь император Александр I Павлович соизволил издать 22 июля 1822 года устав и положение об управлении народом всей Сибири. Вследствие этого оно было, начиная [71] с 1824 года, объявлено народу, и начиная отсюда, прежняя Анинская контора была упразднена и возникла нынешняя Хоринская степная Дума. Главный тайша был произведен в звание главного родоначальника-председателя, второй, третий и четвертый тайши, а также прежние депутаты были произведены в нынешнее звание заседателей, и они присутствовали, как члены степной думы, вместе с главным тайшей, а в отсутствие его – одни. Пять мирских изб были упразднены, и в каждом роду возникли по их названиям инородческие управы, и в каждой из них заседали по одному голове и по два выборных. Народ кочевий по Аге и Онону представлял собою людей многих родов. По кочевьям, отдаленным от Хоринской степной думы и родов каждой инородной управы, стали последние управляться, кроме того, управы под особым местным названием Главной Агинской инородной управы, в которой точно так же заседал один голова и два выборных, и еще во всех родах по всем хоринским кочевьям сто восемью родовыми /121/ управлениями, а в каждом из них одним старостой и двумя помощниками. Так как последним не полагалось вести письменного делопроизводства, но решать дела устно, прежние должности, под названиями шуленга, засул и зайсан, начиная с того времени, были упразднены. Тем не менее, те наименования продолжают до настоящего времени признаваться властями. 160

17. На основании указа за № 862, от 22 марта 1823 года, данного господину главному хоринскому тайше его превосходительством господином иркутским гражданским губернатором Иваном Богдановичем Цейдлером, и в силу 65-го параграфа высочайше пожалованного устава от 22 июля 1822 года, собрались ламы дацанов Хоринского ведомства, сайты и народ. Для того чтобы их вера и гражданские дела управлялись в соответствии с их собственными обычаями и нравами, они составили в многих пунктах степное уложение 1823 года и представили его на усмотрение и утверждение высшим властям. После этого они всеми своими делами управляли согласно Уставу управления сибирскими инородцами, уложению, утвержденному до того в 1808 году, и согласно этому последнему уложению. 161

18. Его величество государь император Николай I Павлович отменил установленное прежними царями уложение под названием Соборного уложения, и когда в 1835 – 1842 годах он утверждал так называемый свод законов /122/, сибирские инородцы ему не подлежали, за исключением четырех тяжких преступлений. Вследствие того, что было соизволено им, чтобы они решали все свои дела по уставу 1822 года и по ими самими установленным уложениям, это осталось по-прежнему.

19. После этого был, по высочайшему правительственному почину, учрежден в 1823 году в городе Иркутске Особый комитет по вопросу об утверждении, в силу 68-го параграфа вышеупомянутого устава, общего степного уложения об управлении всеми инородцами Сибири. Вследствие того, что со стороны хоринского народа имелось прошение о лицах, которые принимали бы участие в том комитете в качестве депутатов, отсюда были отправлены и там заседали в качестве депутатов зайсаны Тугулдур Тобоев, хуацайского рода, и Хобиту Барамитов, шарайтского рода. Они приняли участие в утверждении различных новых положений о хоринских инородцах. Хотя оно было препровождено в высшие инстанции, однако ответ до сих пор не получен.

20. Согласно указу за № 117, от 8 октября 1861 года, данному его высокопревосходительством господином военным губернатором Забайкальской области, генерал-майором Запольским, господину главному [72] хоринскому тайше Тарба Жигжитову, в том году собрались около хоринской степной думы депутаты-ламы всех хоринских дацанов и главные родовые сайты вместе с почтенным народом и утвердили 20 декабря 1851 года нынешнее уложение о 196 статьях касательно исповедываемой ими религии и гражданского состояния. Хотя /123/ они представили его в высшие инстанции, оно не было утверждено и принято. Тем не менее, они решают свои дела на основе прежнего устава и двух уложений, объединенных с последним. 162

21. Его величество государь император, ныне здравствующий царь Александр II Николаевич, сделал к прежним двум сводам законов многочисленные добавления, а также сокращения, и утвердил в 1857 году новый свод законов. После этого каждый год он некоторые пункты тех постановлений упразднял, а некоторые прибавлял. Среди них было указано, что мы, инородцы, по-прежнему будем решать свои внутренние дела, касающиеся религии и гражданского состояния, и только по четырем тяжким преступлениям подлежим суду и следствию в соответствии с общими законами, а именно по грабежу и разбою, убийству, поджогу и подделке ассигнаций и монет. Вследствие этого, мы пользуемся полными правами решать свои внутренние дела и вести следствия на основании высочайше пожалованного устава 1822 года, положения о вероисповедании 1853 года и степных уложений 1808, 1823 и 1851 годов. Тем не менее, некоторые нынешние молодые люди сами усвоили обычай вести следствия и решать дела предпочтительно на основании общих законов, что представляется нам нецелесообразным /124/. 163

ГЛАВА ПЯТАЯ

Об административных лицах

1. Согласно прежде изложенному, они управлялись до 1728 года своими властями путем устных решений. Ее величество государыня императрица Екатерина I и дайцинский император Найралту Туб 164 вошли в соглашение и решили установить промеж себя границы. В 1727 году от лица российской императрицы был непосредственно послан полномочный министр и кавалер различных орденов Савва Владиславич граф Рагузинский, а от лица дайцинского императора – непосредственно доверенные сановники ваны Цэрэн и Санджа Нима Дольчин. На нынешней реке Кяхте (Буре) они совместно, начиная с 20 августа того года, 165 намечали места установки [пограничных знаков], учинили пограничный трактат, и он был представлен на монаршее рассмотрение императоров обеих сторон с тем, чтобы он был утвержден. Вследствие этого тот трактат был доложен в то время, когда императором стал Петр II, после того как тем временем императрица Екатерина I скончалась. Он был утвержден 28 марта 1728 года как генеральный трактат, вследствие чего по высочайшему соизволению и /125/ по назначению графа Рагузинского были отправлены 4 июня того года, под начальством его чиновника и секретаря Глазунова, многочисленные господа с целью установления границы на восток от Кяхты. Тогда многие сайты и народ, во главе с сайтами наших одиннадцати отцов – засулом галзутского рода Шодо Болториковым и зайсаном хараганатского рода Олбори Дашиевым, полностью приготовили подводы, продовольствие и разные предметы необходимости для секретаря Глазунова и его спутников. Они сопутствовали им и ставили пограничные знаки до места слияния [73] Аргуни и Шилки, до верховьев реки Амура, и на юг от нынешнего города Сретенска вверх по реке Аргуни до земель хон тайджи и оттуда на запад, в истоках многих рек и речек, через большие горные цепи и перевалы до кяхтинской крепостцы, воздвигали во многих местах каменные обо и постановили оставить 60 казаков из тех, кто имел там жительство, с одним начальником, в качестве караула. 166 Когда они вернулись, граф Рагузинский выразил сайтам одиннадцати отцов вместе с народом особую благодарность, отметил полностью их столь большое усердие и оказание помощи. 167 Когда он доложил об этом и представил на высочайшее усмотрение, его величество государь император Петр II соизволил оказать великую милость и грамотой от 29 марта 1728 года присвоил народу хоринских одиннадцати отцов звание Сибирского пограничного нерегулярного войска и возложил на него несение караульной службы из всей границы у Ару-Мензинского караула /126/. 168

2. Согласно вышесказанному, начиная с того времени, к Ару-Мензинскому караулу переселялись на обязательные народные отчисления, поочередно сроком на три года, из народа каждого нашего рода 60 казаков с одним начальником, вместе со своими семьями. Пока они охраняли границу, мы, для того чтобы нести всякие обязанности, возникшие в связи с большой Нерчинской дорогой и в связи с дорожными работами в кочевьях, были решением высших властей, начиная с 1801 года, освобождены от караульной службы на той Мензе и стали исполнять вышеназванные местные повинности. Еще теперь существуют некоторые люди, родившиеся на том Ару-Мензинском карауле и явившиеся оттуда.

3. Вследствие ходатайства того же самого графа Рагузинского, высочайше пожалованным патентом от 4 июня 1729 года засулу галзутского рода Шодо Болторикову было пожаловано, в подражание титулу древнего Баргу батура тайсуна, звание главного тайши. 169 Начиная с того времени, он и все его потомки были освобождены от повинностей и были пожалованы ежегодным жалованием-пенсией в 20 рублей медью из Кяхтинского казначейства. В результате этого они стали после этого иметь нойонов, называвшихся тайшами, и сайтов во всех родах.

4. Что касается распространения рода тайши Шодо, то сыном его был Ринце, а так как сын этого, Дамбадугар, не имел родных сыновей, супруга его усыновила, после его кончины /127/, Жигжита, четвертого сына Сувана Сондолова, являвшегося дядей по отцу в третьем поколении своего же чиновника Чойжит Годохиева. Сыном этого был Тарба, а его сын Лхашид существует в настоящее время. 170

5. Патентом, пожалованным 21 апреля 1805 года его величеством государем императором Александром I Павловичем главным сайтам одиннадцати хоринских отцов, зайсаны галзутского рода Арслан Мардаев, Басай Тахариев и Данжин Бумалаев, хараганатского рода Бадма Цэрэн Гомбоев, хуацайского рода Зандан Васильев, хубдутского рода Дэлгэр Шоноханов (В рукописи B – Шохохонов), батанайского рода Галши Омоктуев, шарайтского рода Юмжан Иванов, бодонгутского рода Данжин Доржиев, худайского рода Галзут Мункуев, гучитского рода Цэдэн Мансуев, цаганского рода Моху Унаганов, хальбинского рода Эргудэк Убугунов, всего тринадцать лиц, были удостоены чином титулярного советника, и они несли среди хоринцев почетные должности, а потомки их находятся в числе привилегированных. [74]

6. Главный тайша Шодо Болториков, желая своей властью произвести своего двоюродного брата по отцу Михаила Батахуева в звание своего помощника-тайши, неоднократно возбуждал ходатайство перед высшим правительством, и тот стал тайшей указом канцелярии по пограничным делам от 17 февраля 1759 года за № 69 /128/. Его сын – Мардай. Его старший сын Дэлгэр стал тайшей, но умер бездетным, и вторым тайшей стал его брат Галсан. Вследствие того, что приемный сын скончавшегося тайши Дамбадугара Ринцеева – Жигжит – был малолетним, главным хоринским тайшей стал он, а в конце его жизни тайшей стал его сын Дэмбил. Вследствие того, что этот скончался в молодом возрасте, тайшей стал Жигжит, сын Дамбадугара Ринцеева, бывшего в то время четвертым тайшей. Вследствие того, что он скончался в тридцатишестилетнем возрасте, было выражено желание сделать главным хоринским тайшей сына Дэмбила – Ринчиндоржи и сына Жигжита – Тарба, в результате чего хоринский народ раскололся на два лагеря и отцы и сыновья, старшие и младшие братья, матери и дочери, мужья и жены оказались между собою не в ладах и возникли тяжбы и пересуды. Тем временем Ринчиндоржи, сын Дэмбила, был приказом господина восточносибирского генерал-губернатора Руперта за № 122, от 10 генваря 1839 года, утвержден в звании главного хоринского тайши.

7. Пребывание в этих местах английских миссионеров, 171 поселившихся на Худуне и Ане, было прекращено. Когда они в ноябре месяце 1840 года собрались возвращаться к себе на родину, тот Дэмбилов пожелал явиться в императорский город и представиться высочайшей особе, но не был отпущен сибирскими властями и не мог этого осуществить. Он передал при их посредничестве свой доклад господину министру внутренних дел князю Голицыну, в результате чего это было доведено до высочайшего сведения /129/, [получило согласие, и в 1841 году он явился в императорский город Санктпетербург, представился его величеству государю императору Николаю I Павловичу и доложил о разных своих обстоятельствах.] (Заключенное в скобки в рукописи B отсутствует) Он был, по выраженному им самим желанию, удостоен святого крещения высочайшим именем и стал называться Николаем Николаевичем Дэмбиловым, был пожалован чином есаула сибирского нерегулярного казачьего войска по праву, предоставленному прежде хоринскому народу, и вернулся. По прибытии он принял свою прежнюю должность и продолжал ее исполнять, но в 1848 году он оказался обвиненным в совершении преступного дела и был сослан на заключение в крепости в Россию и там остался.

8. Так как у него не было родного сына, в главные хоринские тайши был произведен в 1861 году сын тайши Жигжита Дамбадугарова – Тарба, бывший заседателем Хоринской степной думы. Вследствие различных неблаговидных поступков, он в 1867 году был от должности отстранен.

9. Под конец в главные хоринские тайши был произведен шуленга восточно-хуацайского рода и заседатель Хоринской степной думы Бадма Очиров, принял эту должность с 1857 года и исполнял ее хорошо в течение семнадцати лет до 1874 года, сам просил об отставке, и вместо него /130/ главным хоринским тайшей стал, по указу господина сибирского генерал-губернатора от 4 апреля 1875 года за № 720, его сын Цэдэб Бадмаев и благополучно несет эту должность и ныне.

10. Зайсан Олбори Дашиев, принимавший участие в установке вначале пограничных знаков, стал главным хоринским тайшей в то время, когда сын главного тайши Шодо Болторикова – Ринце был [75] малолетним. Его старший сын – Ванчик, его сын – Юмсурун, его сын – Цэбэкжап, его сын – Цэдэн. Второй сын того Олбори – Доржижап, его сын – Павел, его сын – Бадма, его сын – Бату. Они были, каждый в свой век, вторыми и третьими тайшами. Третий сын Олбори – Гомбодэрэн, его сын – Бадмацэрэн. Этот стал титулярным советником, когда был главным зайсаном рода в период, когда у одиннадцати отцов были капитаны. 172

11. Тубтур Цэбэков, внук в пятом поколении Шордо, брата первоначального тайши Шодо, стал кандидатом в тайши, помощником главного хоринского тайши и несет эту должность теперь.

12. Когда и в какое время эти тайши равных поколений были утверждены властями всех хоринских родов, какие они несли должности, какие они получили высочайшие награды и звания, – это все я выясняю при помощи особых родословных /131/.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

О пожаловании золотых знамен

1. По ходатайству полномочного министра графа Рагузинского, его величество государь император Петр II дал, при всемилостивейшей грамоте от 29 марта 1728 года, народу одиннадцати хоринских родов Нерчинского дистрикта звание Сибирского пограничного нерегулярного войска и пожаловал одиннадцать знамен. Они были о трех зубцах, были из шитья вроде парчи, сплошь затканные золотом, а верхний венец их имел форму копья. Они сохранялись в Анинском дацане Дондуб Дашинлинге. 173 Когда этот дацан в 1811 году сгорел во время пожара, пять из них были спасены, а шесть сгорели. 174

2. Так как из прежде пожалованных одиннадцати знамен шесть погибли во время пожара, а оставшиеся пять сильно обветшали и так как прежде было одиннадцать родов, между тем как три из них раз делились на две части и всех родов стало четырнадцать, – по приговору, учиненному 6 июня 1831 года всеми хоринскими сайтами совместно с народом, было в то время, когда в 1831 году была послана комиссия по выработке повинностей и вырабатывала повинности хоринского народа, подано прошение о пожаловании их [т. е. знамен] по одному каждому из родов. Оно было передано той комиссии, и была обращена просьба походатайствовать в высших инстанциях. Вследствие этого тою комиссией ходатайство было представлено на высочайшее усмотрение. Что касается этого, то его величество государь император Николай I Павлович /132/ пожаловал, при всемилостивейшей грамоте от 20 октября 1837 года, четырнадцать прекрасных золотых знамен – квадратных, с золотым венцом, с вензелями императора Николая, расцвеченных золотом и в красивые цвета, с серебряными тесьмами и с золотыми кистями, которые привезли 17 декабря 1838 года господин верхнеудинский окружной начальник и крупные начальники казачества в Анинский дацан. [Там были поставлены священные курения и было устроено освящение их] (В рукописи A заключенное в скобки отсутствует), и когда они передали их в руки властям каждого рода, те удостоились принять их с великой радостью. Хоринские нойоны и сайты пригласили привезших те знамена господ в Хоринскую степную думу, и вся Хори устраивала в течение трех суток великий пир и игры. Во время разъезда те нойоны увезли пять [76] старых знамен, чтобы сдать их на хранение в Иркутский казенный арсенал.

3. С тех пор как часть хоринского народа стала кочевать по Аге и Онону, она отделилась там в 1839 году и была присоединена к Нерчинскому округу. Возник народ 9 родов ведомства Агинской степной думы. Тамошние сайты вместе с народом учинили приговор о том, чтобы этим родам были пожалованы особо от хоринцев по одному знамени /133/. Вследствие того, что они представили его, через родовые власти на высочайшее усмотрение, этот же государь император Николай I пожаловал, при грамоте от 26 ноября 1842 года, девять золотых знамен. Они были получены несколько меньших размеров, чем пожалованные хоринскому народу. Они были квадратными, но имели по углам шнуры с кистями.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

О правах землевладения

1. Как было сказано раньше, хоринский народ в течение своих постепенных перекочевок из Монголии имел, в конце концов, свои кочевья на юг от Байкала, в Кударинской степи и вверх по реке Селенге, по обоим берегам ее и по рекам Ане, Уде, Курбе, Хилку и Витиму и по озерам Еравенскому, Хорго, Нишэнгэ, Архирей и Сакса. В дальнейшем он возвращался и кочевал даже по нынешней Монголии. Тем не менее, большинство из нас имело свои кочевья по реке Селенге.

2. В те времена, в случае, если во время сборов ясака у нас не было денег и пушнины, ближайшие к Селенге русские казаки, имевшие общие с нами места обитания, и крестьяне /134/ брали сыновей и дочерей хоринского народа в заложники и причиняли им всяческие страдания. Они обманом запугивали нас, говоря, что скот хоринского народа потравил покосы и поля тех русских, и разбоем произвольно брали множество скота и причиняли весьма большие страдания.

3. Вследствие таких горестей обнаружилось совершенно невозможное положение. Тогда из их собственной среды прибыли в 1702 году в Императорский столичный город Москву, на верховых конях, зайсаны галзутского рода Бадан Туракин и во главе с ним по одному сайту от каждого рода со спутниками, представились его величеству государю императору Петру I Алексеевичу, били все ему челом и полностью изложили все, каким образом они первоначально в давние времена явились и как они вошли в подданство, какие разнообразные горести им причиняются в нынешнее время ближайшими казаками и крестьянами, как они были доведены до жестоких страданий, и просили соизволить защитить их от этих последних горестей и пожаловать им, наконец, милость спокойного и радостного житья и свободного владения их землями и кочевьями.

4. Его величество удостоил этот их доклад внимания, пожаловал их чрезвычайным благоволением и милостиво дал собственноручную грамоту от 22 марта 1703 года, передав ее через тогдашнего господина начальника Иркутского наместнического управления, воеводу стольника Юрия Шишкина. В ней было сказано, чтобы наш хоринский народ /135/ свободно кочевал от южной стороны Байкала по любым местам до монгольской границы, находившейся на восток по правую сторону Селенги, селился там и разводил свой скот, и в то время он [77] приказал снести селения крестьян и казаков, живших в тех местах. Вследствие того, что он соизволил оказать защиту, строжайше запретив им в будущем притеснять наш хоринский народ и творить беззакония, мы до сих пор владели свободно своими кочевьями и жили спокойно и счастливо. 175

5. Когда в последующие времена русские крестьяне селились произвольно и насильственно на некоторых наших землях, подавались многочисленные жалобы в высшие инстанции, вследствие которых указами разных царей и властей это прекращалось и это им запрещалось, и мы вкратце выявим то, как нам неоднократно оказывалось покровительство.

6. Указом, данным Иркутской провинциальной канцелярией тайшам Ринце Шодоеву и Олбори Дашиеву от 1 февраля 1738 года за № 334, было сказано, чтобы на землях, упомянутых в грамоте 1703 года, российские и крестьяне, согласно указу 1703 года, не селились.

7. Указом, данным Селенгинской воеводской канцелярией 20 генваря 1743 года тем же тайшам, было предписано, чтобы в местностях по Ильке, Буряну и Курбе 176 российские и крестьяне совершенно не селились /136/.

8. По указу, данному тайше Шодоеву Нерчинской воеводской канцелярией 21 февраля 1744 года за № 458, тот имел право свободно кочевать со своим народом и разводить скот на северо-востоке, в местностях по Турхэнэ, Витиму и обоим Амалатам. 177

9. В указе, данном тайшам Шодоеву и Олбориеву Иркутской провинциальной канцелярией (В рукописи B этот пункт помечен 8-м, а 8-й – 9-м.) 3 марта 1749 года, сказано, чтобы русские, поселившиеся на землях, объявленных владениями хоринского народа, не имея на то указа властей, переселились обратно на их прежние места жительства и чтобы на их землях русские не занимались никаким охотничьим промыслом. При этом им было запрещено также добывать кедровые орехи и было сказано, чтобы наш хоринский народ в указанных местностях кочевал без каких бы то ни было препятствий.

10. Господином иркутским наместником было в 1792 году дано за № 1462 предписание Иркутскому губернскому правлению о том, чтобы русским никогда не позволялось чинить притеснений хоринскому народу в отношении земель, находящихся в его владении.

11. Согласно сведениям, данным Хоринской степной думе Верхнеудинским земским судом 3 сентября 1831 года за № 11791, со ссылкой на предписание иркутского гражданского губернатора Цейдлера /137/, для того чтобы земель хоринского народа не захватывали русские, отныне возлагалось на землемеров произвести полный обмер его земель.

12. Восточносибирской комиссией по выработке повинностей было 25 февраля 1832 года за № 62 предписано Хоринской степной думе, чтобы хоринский народ, в силу высочайше данной грамоты от 22 марта 1703 года, свободно владел упомянутыми землями и занимался на них охотничьими промыслами.

13. Верхнеудинским земским судом было 20 генваря 1833 года за № 551 сделано предписание, со ссылкой на приказ господина иркутского гражданского губернатора Цейдлера, чтобы на землях (Дословный перевод – “внутри хоринских родов") хоринских родов русским была запрещена охота, так как беззаконно живущим на хоринских землях крестьянам, кроме пашенных и покосных угодий в размере 15 десятин на каждую душу, никаких охотничьих угодий не выделено. [78]

14. Господином нерчинским окружным землемером Репиковым 178 было 4 октября 1838 года (До рукописи B – 1837 года) за № 64 написано в Хоринскую степную думу, что он, в целях обмера земельных владений хоринского народа /138/, предприняв обмер, довел его от речки Онгостуй до речки Нохой горхон и что хоринскому народу полагается заниматься любыми охотничьими промыслами и добыванием кедровых орехов также в лесах и горных кряжах пожалованных грамотой местностей.

15. Господин верхнеудинский окружной начальник сделал предписание Хоринской степной думе за № 709, от 16 февраля 1839 года, со ссылкой на приказ господина восточносибирского генерал-губернатора и кавалера Руперта, чтобы до генерального обмера, в целях обмера высочайше Пожалованных хоринскому народу земель, тот народ не притеснялся русскими, а также людьми иных национальностей; что, помимо земель, отведенных хоринскому народу и принадлежащих ему согласно прежде изданным законам, принадлежащими им лесами являются в особенности лесные и водные охотничьи угодья и места добывания кедровых орехов, а именно по рекам Хилку, Тугную, Уде, Ильке, Буряну, Курбе, Ане, Витиму, Чикою, Худуну, Кижинге, Телембе, Чицане, Улъдурге, Эгэту, Хэндуйн голу, Бадуйн нютуку н озерам Еравенскому, Хорго, Нишэнгэ, Сакса, Архирей, по Тургелену, Турхэнэ, обоим Амалатам, Юнбу, Холинго, (По рукописи B – Холигту) Хино, Хитажин, Хаиму, Ихэ горхон, Хурету цаган байца, Алиму, Бушимин горхон, Шинтуй, Тэпхэру, Цэбигику, Харангу, семи Чикойским озерам, Погромной, Чикокон, Жаран Бутангар /139/ и на прочих; 179 затем, что российским и крестьянам надлежит свои поскотины и ограждения строить хорошо и крепко; что совершенно запрещается беззаконный захват бурятского скота, и что в зимние и весенние холода российские и крестьяне не имеют права запрещать использование ветоши.

16. Вследствие того, что по высочайшему соблаговолению стали выселяться в восточносибирские земли многочисленные крестьянские души из кавказских местностей, в целях предоставления им по высочайшему правительственному решению подходящих земель, изволил прибыть господин действительный статский советник Лаба. Признав реку Ингоду и впадающие в нее речки в самом центре хоринского народа хорошими, он уговорил главных нойонов, сайтов и хоринский народ, и 4 апреля 1804 года ими был учинен приговор и от речек, впадающих ниже истоков реки Ингоды, были отчуждены 105 тысяч десятин земли, остальные же были оставлены во владении хоринского народа. Был произведен обмер земли каждого селения и были поселены те крестьяне. 180 Вследствие донесения об этом высшему правительству был высочайшему вниманию представлен доклад. Согласно указу его величества государя императора Александра I Павловича от 29 июня 1806 года взамен 105 тысяч десятин земли, изъятой у хоринского народа, была предоставлена от монгольской границы в эту сторону удобная для скотоводства земля. В отношении этого, согласно указу Иркутского губернского правления хоринскому главному тайше Галсан Мардаеву от 11 марта 1807 года /140/ за № 599, были для них отмерены ближайшие земли – 105 тысяч десятин от местности Адун Чулун 181 на южном склоне горы Шарнай, по правую руку от реки Онона, причем на расходы, связанные с тем планом и грамотой, были выделены всем хоринским народом 14 тысяч рублей в счете на ассигнации, и теми землями владеет наш агинский народ. [79]

17. После этого русские крестьяне произвольно присвоили многочисленные земельные участки хоринского народа. Вследствие этого в отношении некоторых земель издавна существовали споры, которые продолжают, однако, быть неразрешенными. Что касается оставшихся сверх тех вышеупомянутых ста пяти тысяч десятин, которые, помимо очищенных, вследствие полного отчуждения некоторых из них, были отданы крестьянам, в особенности от реки Ингоды и впадающих в нее речек, то им надлежит находиться во владении нашего, хоринского народа. Однако те крестьяне, а также другие российские и казаки произвольно присвоили их совершенно и совсем не стали давать бурятскому народу селиться на них. В отношении этого нам представляется существенным, чтобы были получены касающиеся сего дела и другие давно и даже недавно полученные указы и делались усилия не утратить прав на свободное владение землей в силу изначала и впоследствии пожалованных грамот и законов, ибо существование аратов заключается в пользовании землей /141/.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

О нравах

1. В прежнее время религия будды была слабо распространена, лам и учителей было мало, и так как, кроме того, некоторые исповедывали шаманские верования, они не знали различий между добродетелью и грехами, а также свойств учения. Нравы были жестоки и грубы, жизнь – долгой, тело и костяк – большие, каждый вел себя, как он хотел и как он считал правильным. Объединялись родами, костями или группами юрт. Грабили и отнимали у других, близ живущих людей разный скот и имущество и, проявляя радение, по мере сил, к лукам, стрелам, колчанам, панцырям, шлемам и прочему, подготовляли войска, и оружие. Последнее они носили и совершали в своей среде грабежи и убийства.

2. После этого все более распространялась религия будды, ламы и хувараки становились многочисленными, переводились на монгольский язык и слушались великие учения будды, и стали поэтому несколько понимать различие между добродетелями и грехами. После этого, придя в это царство и войдя в подданство, узнали разные твердые и мягкие царские законы. Жестокие нравы укротились, и свои прежние превратные нравы они продолжали понемногу оставлять /142/.

3. Под конец сего открылись монгольские и тибетские училища. Туда отдавали своих сыновей и обучали их, и с тех пор как некоторые из них после этого стали ламами и хувараками, они стали хорошо знать законы учения будды. Ламы знакомили их с различиями между добродетелью и грехами, и между тем как даже наши светские власти стали разъяснять царские законы, стало совсем так, как должно быть.

4. После 1773 года в каждой местности были выстроены дацаны. В каждом из них возникли всякого рода буддийские духовные училища и открылись во множестве, даже при светских учреждениях, училища монгольского и русского языков. Туда отдавались в большом количестве молодые люди, учились там, и с тех пор как некоторые из них стали ходить в русские высшие учебные заведения, народные нравы в настоящее время продолжают улучшаться, становясь совсем похожими на таковые внутри страны. [80]

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Об образе жизни

1. С изначальных времен хоринский народ преимущественно разводил пять видов скота – верблюдов, коней, рогатый скот, овец и коз. Заботясь об их пропитании, он устраивал в течение четырех времен года, летом, осенью, зимой и весной, перекочевки по местам, где хорошая растительность, и разводил их, питая исключительно местной растительностью, не кося сена /143/. Доя их молоко, он всячески его приготовлял и запасал и получал питание на весь год, выделывая арса, урму, масло и айрул. Он собирал в степи дикий лук и корнеплоды, сушил их, колол свой скот, мешал с луком мясо и сало, ел его и приготовлял пищу, дубил кожу и делал одежду и, кроме того, промышлял охотой – луком и стрелами – на всяких лесных зверей. Он продавал и менял наиболее ценные шкуры и вырученные деньги вносил: главную часть – в качестве царских податей, а остатками удовлетворял свои потребности; дубил шкуры обыкновенных зверей и изготовлял одежду; вязал из конского волоса сети и ловил водяных рыб и ел их. Добывал лесных птиц при помощи лука, петли и ловушек, стрелял водяных птиц, снаряжая для своих луков стрелы с деревянными головками. Он не знал обычая строить дворы и ограды для своего скота. В летнее время не было никакой работы, и молодежь проводила время весело, в забавах и пьянстве, разъезжала на верховых конях, в зимнее же и весеннее время они стерегли свой скот и не имели досуга.

2. Около 1740-х годов из России появились в продаже косы с кривыми черенками приблизительно с аршин, значительно меньшие нынешних, похожие на ножи без спинки. Некоторые приобрели небольшое количество их /144/ и в течение целого года едва накашивали сена с одну копну или с полкопны. Так как у них не было средств строить загородки для хранения его, они перевязывали его веревками и, оберегая его от съедания скотом, хранили, вешая его на ветви высоких деревьев. И в течение некоторых лет они выдерживали, не давая его есть скоту. Эти косы назывались горбушами.

3. В столь скверном положении жили они. В течение некоторых лет не бывало дождя, происходила сильная засуха, трава не росла, а в зимнее время в изобилии падал снег. Когда в зимнее и весеннее время становилось особенно холодно, не было корма для скота. Вследствие того, что они не имели защиты его от холода, создавалось безвыходное положение, они теряли почти полностью свой скот, предоставляя ему гибнуть. Они совершенно не думали о том, что теряют свой скот из-за собственной неосмотрительности и неумения, но полагали, что столь жестокая бескормица произошла по божественному определению и что бескормица – к добру. И они надеялись, что оставшиеся в единственном числе их скотины вскоре размножатся.

4. Когда они там и сям кочевали, они не только не знали телег, саней и конской упряжи, но не слыхали даже их названий. В это время они вьючили свои юрты только на коней и быков /145/ и, не имея деревянных ящиков и сундуков, хранили свои шубы и одежды в хранилищах, называвшихся “ута", 182 подобных глухим тулумам 183 и сшитых из конских, скотских или звериных ног, а также в подобных продолговатым чемоданам, называвшихся “бокцо" и сшитых из войлока, каковые они вьючили. Так они кочевали.

5. Увидав, начиная с 1750 года, как русские запрягают в телеги и сани лошадей и перевозят свои вещи, они, в подражание сему, [81] кололи лесные деревья и закругляли доски наподобие телег, (Имеются в виду, конечно, колеса телеги. – Н. П.) делали в центре их отверстие, делали из круглых тонких бревен оси и приделывали прямо к ним оглобли. Они не знали способов запрягания в них лошадей. Поэтому, зная каким-то образом способы изготовления воловьего ярма, умелые люди делали таковые. Когда единичные люди, запрягая в те телеги волов, стали перевозить свои вещи, они, за отсутствием способов добывания смолы для смазки телег, мазали их сырым скотским пометом. Находя это совершенно прекрасным, они говорили, что по приобретении бычьих телег им стало совсем легко.

6. Иногда они соединяли также две палки в виде крестовины и приколачивали к ним доски, закругляли их и делали в месте соединения крестовины отверстие, вставляли тонкую деревянную ось, точно так же с прямыми оглоблями, делали так, чтобы они в пазах вертелись вместе с осью. Они не говорили, не знали и даже не думали о втулках и поддосках.

7. За отсутствием способов и орудий для сгибания дерева, они, найдя какое-нибудь кривое лесное дерево – сосну, лиственницу или березу, или выкапывая таковое вместе с корнями, поворачивали его вверх корнями /146/, делали при помощи долота два таких отверстия, соединяли их палкой и ездили на этом в зимнее время в подражание саням, запрягая в это точно так же волов.

8. Начиная с 1700 (В рукописи B – 1750 года.) года и вплоть до 1778 года, они стали строить для своего скота ограды из двух-трех деревьев, загородки: и защищать его, делая заслоны из хвои и ерника и, совсем привыкнув к своим прежним горбушам, некоторые расторопные и способные люди стали ими косить в больших количествах сено и ставить его копнами. Они усвоили обычай брать два дерева вместе с хвоей и, повернув их вершинами назад, привязывали их комлем к ярму, к волу, и нагребали на это, называвшееся ими волокушей, взятую копну сена, и делали по мере возможности стоги. Отсюда повели они способ кормления своего скота.

9. Около 1760 года появились из России в продаже небольшое количество винтовок и порох и свинец, которые они стали покупать. Некоторые говорят, что они привыкли к ним и научились, начиная отселе, способам добывания охотой лесных и степных зверей. 184

10. Около 1780 года возникла одна единственная торговля так называемыми литовками – нынешними косами, появившимися из России. Некоторые купили их, и пока они бились над тем, чтобы научиться ими косить сено, в 1804 году переселились сюда кавказские крестьяне. Тогда, увидав, как они, явившись с такими косами, косили сено, они после этого научились владеть своими косами и поняли, что они очень удобны для косьбы. Они пуще прежнего стали знать способы сенокошения.

11. Вследствие того, что ее величество государыня императрица Екатерина II постоянно помышляла о том, чтобы подданных Российского государства, кто бы это ни был, всех без различия, обучать ведению хозяйства и доставлять им прочное благоденствие, и посылала из своей страны для осуществления таких намерений во все местности доверенных чиновников, они явились в 1792 году в эту нашу страну, выделили из казны бесплатно семенное зерно ярицы, ржи, пшеницы, овса и ячменя, сохи, серпы и прочее и обучали и наставляли различным способам сеяния тех различных хлебов, чем было положено начало сеяния хлеба.

12. Таким образом, научившись сеять разных родов хлеба, [82] хоринкий народ понял, что это весьма полезно. Когда он стал с предпочтением сеять хлеба и разводить его в обилии, высшие правительственные органы, вынеся решение, приказали, начиная с 1813 года и еще более в последующие годы, строить среди хоринского народа экономические магазины /148/. Они заставляли производить сборы по 22 фунта с половиной зерна с каждой души мужеского пола как гарнцевый хлеб и сдавать его на хранение в те магазины с тем, чтобы в них сохранялось зерно, и на тяжелые годы засухи и неурожая приберегалась пища для людей.

13. Тем временем, что касается нашего народа, имевшего кочевки по восточному краю, то хлеба, которые ежегодно сеялись народом, проживающим от Баргузинского хребта, речки Гаврила, дальше по озерам Еравенскому, Хорго, Нишэнгэ, Архирей и Сакса и по рекам Витиму, Конде, верховьям Хилка, Аге и Онону, вследствие местного холода, вымерзали. Когда в течение многих лет не было возможности вырастить хлеб и хоринский народ был вовлечен в большие убытки, он собрался, объявил об этом бедственном положении и учинил 13 октября 1816 года приговор на предмет освобождения его от повинности сдачи гарнца. Вследствие представления его на усмотрение высочайших властей было сделано, в соответствии с высочайшим утверждением соображений, вынесенных Комитетом господ министров, распоряжение, и с начала 1817 года население вышеупомянутых местностей было освобождено от повинности сдачи гарнца. Ныне оно не имеет касательства к магазинам.

14. В то время, когда его величество государь император Николай I Павлович утвердил положение 1834 года относительно довольства, гарнцевый хлеб [сдавался в магазины с каждой души по 30 фунтов зерна /149/], (Заключенное в скобки отсутствует в рукописи А.) а деньги на довольство взимались в размере 5 копеек с каждой души и сдавались в казначейство, и это продолжает быть в таком положении до сих пор.

15. Однако, в то время, как в том положении было сказано, что, собрав с крестьянской души хлеба до двух четвертей, до 16 пудов и с каждой души кормовых денег до 48 копеек, следует [дальнейшие сборы] (Вставлено нами. – Н. П.) прекратить, тем не менее, до сих пор они не прекращены. Что касается хлеба, то в некоторые магазины он был собран свыше трех четвертей, а деньги свыше одного рубля, и хотя по поводу сего представлялись народом на усмотрение высших властей многочисленные заявления о том, чтобы, согласно постановлению, эти сборы были прекращены, – ответы на них не получались.

16. Когда эти сборы гарнцевого хлеба стали большими и когда земледелие во всех местностях возросло, стало у хоринского народа 52, а у агинского народа 3 магазина.

17. Начиная с 1797 года, народ, наставляемый русскими, узнал способы изготовления телег и саней и стал делать, по мере умения, телеги и сани исключительно для казенной почты и для караванов золота, серебра и разных драгоценных камней, отправлявшихся с нерчинских заводов в императорский город Санктпетербург. За отсутствием конской упряжи, множество людей, выстраивая много лошадей гуськом и в ряд, привязывали их хвостами, садились верхом и отправляли их /150/.

18. Вышеупомянутые казенные подводы они тянули привязанными к конским хвостам, и конские хвосты отрывались и повреждались. Тогда они, измучившись, делали для своих верховых коней из широких [83] тулумов или из толстой скотской кожи подбрюшники, привязывали к ним и везли. Это они считали изысканием хорошего средства, но это было весьма и весьма хлопотно.

19. Начиная с 1810 года, наставляемые русскими, они научились и узнали, что такое конская сбруя, хомут, дуга, вожжи, седелка, кижим, чересседельник и поводья. Они стали при помощи этого запрягать своих лошадей в телеги и сани и отправлять казенные и крестьянские курьерские подводы и дела. Между тем, как все с 1840 года стало похожим на то, что было в России, были в 1850 году открыты местности по Амурской границе и стали отправляться разного рода тяжелые и легкие грузы. Когда отправлялись многочисленные воинские части и партии переселенцев и осужденных, они стали отправлять их беспрепятственно и обзавелись санями и конской упряжью, каких нет в некоторых местах России, и получили возможность ездить на телегах и санях, не только пользуясь подводами, но и сами.

20. В прежние времена наши нойоны, сайты и богатые и зажиточные привязывали еще надолго осенью и весною тех своих коней, которых считали хорошими, отлично налаживали свои сайдаки, луки и стрелы /151/, запасали обильное дорожное довольство, скликали многочисленных спутников и выезжали на многие сутки в степные, горные и равнинные местности, не находившиеся ни в чьем владении, охотились на различных зверей, устраивали большие облавы, загоняли там на верховых конях всяких попадавшихся им зверей, стреляли их из лука и забавлялись промыслом на них. 185 В теплое время они собирались в каждом кочевье близ богатых и зажиточных юрт, приделывали к своим стрелам деревянные, костяные и роговые свистунки и устраивали упражнения и состязания в стрельбе по мишеням, так называемым “бай", “сур" и “тунху". Между тем ныне, когда в недавние времена такие упражнения стали выводиться, луки и стрелы исчезают, и хотя в одной какой-нибудь местности такое оружие и водится, но забав такого рода уже не устраивают. Они лежат, к сожалению, просто так, покрытые пылью и копотью.

21. Как было выше изложено, начиная с 1800 года, стали строиться для скота вагоны при юртах для содержания его под запором в течение дневного времени и дворы для ночевки в течение ночного времени. Их стали делать с навесами из хвои сверху. Они стали косить в большом количестве сено и кормить им скот. В целях охраны своих покосов, они во множестве объединялись и огораживали ближайшие к ним местности, покрытые растительностью, длинными поскотинами, внутри их сохраненную траву они делили и поочередно косили. Некоторые зажиточные люди строили своими усилиями, отдельно от народа, на свободных землях круглые ограды и переносили внутрь их на два – три года свои стойбища. Они стали удобрять их навозом и свозить скотский помет, высыпать его на холмистые места, лишенные растительности и сеять траву /152/, очищать их от камней и сора, а в засушливые времена они орошали, проводя воду из ближайших рек и ручьев по каналам. Орошая свои покосы и поля и собирая с них удовлетворительный урожай, они становились вполне способными прокормить свой скот и переставали испытывать падеж в холод – за исключением особых скотских болезней и поветрий, – недостаток в кормах и губительную бескормицу.

22. Однако, хотя наш народ, проживающий по местностям на восток от западной горной цепи у озера Ухур Hyp, носящей название Хунтуй Хан Ула, 186 по озерам Еравенскому и Хорго, по Витиму, Конде, по озерам Сакса и Архирей и по Аге и Онону, и косил сено, он не занимался возведением ночных скотских дворов, загородок, поскотин и кругом [84] закрытых круглых изгородей. Собирая в местностях, где имеется растительность, ветошь, он не утратил свободного кочевого образа жизни.

23. Около 1790 года среди хоринского народа не строились дома русского образца. Между тем как они не знали иного образа жизни, кроме жизни в войлочных юртах, богачи и зажиточные на Тугнуе и Хилке выстроили, в подражание тамошним русским, в какой-то местности нечто вроде зимовья. В Ане было у главного тайши Ринцеева одно на Зун Хурай и на Ильдурге, 187 а другое вниз по Уде. У засула Номто Тобоева было одно небольшое зимовье. Тем не менее, хорошенько не зная способов отепления и освещения, их построили кое-как /153/.

24. С тех пор как, начиная примерно с 1820 года, стали строить русские дома и зимовья в большом количестве, они оказались пригодными для того, чтобы на зимнее холодное время оставаться самим в удобстве и тепле и защищать от холода новорожденных и младенцев. Кроме того, с тех пор как они познали, что они весьма нужны для защиты от холода зимнего приплода скота, начиная с 1850 года, их стали строить уже в большом множестве. Что касается нынешнего времени, то в каждом аиле строят нечто вроде зимовья, богачи строят таковые видом, напоминающим городские строения и, в совершенстве изучив способы согревания и освещения их, живут ныне совсем удобно.

25. Кроме этого, с целью защиты своих войлочных юрт в сырое и влажное время летом, осенью и весною, строят разного рода деревянные летние юрты и крыши их кроют: зажиточные – тесом, а остальные – драницей и корою, и живут в них.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

О здравоохранении

1. В первое время, в то время, когда религия будды еще не распространилась как следует, когда свойства учения врачевания как следует еще не изучались и когда наставников-лам было мало, болезней и поветрий среди людей было мало и случались только болезни в воздаяние деяний /154/. 188 Тогда начинали выкапывать те или иные корни трав, кипятить их и есть. Ели также мясо некоторых зверей и рыб, а кости их, прокипятив, пили [отвар] (Заключенное в скобки добавлено нами. – Н. П.) и т. д. Некоторые счастливцы выздоравливали, некоторые же, продолжая болеть все хуже, умирали.

2. Когда случались переломы костей, искали и приводили костоправов и поручали им вправлять их. В случае отсутствия таковых производили сборы “дом" среди семи дворов. Ходя по тем аилам, заглядывали в двери, но не входили и объявляли: “Я собираю дом". 189 Тогда жители аила давали первинку пищи. Получив ее таким образом в семи аилах, собирали все вместе, варили, ели и пили, мелко натирали медь, якобы для пайки, и смешав эти опилки с чаем без молока, пили, а некоторые копали корешки трав и ели их. Тем временем они подолгу лежали и выздоравливали.

3. Иногда распространялись оспа и различные заразные болезни и поветрия. Изыскавшие лекарства получали облегчение, но большинство, молодежь и малолетние, в большом количестве умирали. Бывали такие бедствия. [85]

4. Тем временем его величество государь император Александр I оказал внимание и милосердие людям и приказал в 1808 году, в целях охранения их от оспы и различных сыпей, горячек и поветрий, выбрать из среды народа Хоринского ведомства девятнадцать умных и способных лиц и /155/, приняв их в русские лекарские школы, обучать их производству предохранительных прививок коровьей оспы, дать им казенное содержание, освободить их от повинностей и соблюдения всяких казенных нарядов. Он соизволил издать распоряжение насчет подвод на предмет беспрепятственного передвижения их верхом на конях, [которые предоставлялись бы им] (Добавлено нами. – Н. П.) народом, послал их к народу и приказал производить предохранительные прививки коровьей оспы, благодаря чему прежде появлявшиеся эпидемии оспы приостановились, народ перестал их бояться и получил покой. Что же касается тех прививающих оспу, то они называются оспопрививательными учениками.

5. Что касается прежде возникавших заразных болезней, горячек и поветрий, то распространилась религия будды, и в значительной степени были познаны различные науки врачевания. Вследствие этого врачи-ламы и бакши стали лечить и оказывать помощь различными лекарствами, и тогда была действительно создана защита от вышеупомянутых поветрий.

6. Хотя тем временем кто-нибудь и бывал постигнут болезнями в воздаяние деяний, но ламы лечили, применяя разные средства при помощи науки врачевания, и стали действительно избавлять людей от тех болезней, за исключением смерти, положенной судьбой.

7. Когда возникали у людей болезни, тогда открывались в каждой местности горячие, холодные и горькие земные ключи, и туда стали ходить и пить и согреваться. Благодаря таким средствам здравоохранение было приобретено в еще большей степени /156/.

8. В силу этого изложенного положения, люди воскресили свои жизненные силы, и с недавнего времени хоринский народ живет счастливо и размножается.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

О том, какая служба несется на пользу империи

1. После того как они впервые заключили в 1642 году мирный трактат с полномочным сановником Поярковым, были отправлены вместе с ним, в соответствии с их достатком, предметы необходимости и подводы для людей, отправлявшихся от них, а также по приказу российских властей с целью постройки больших городов Албазина и Нерчинска и многочисленных острогов вдоль того пути. 190

2. Согласно изложенному, они были после 1658 года приписаны к Нерчинскому воеводскому управлению и в количестве 160 душ вносили ясак по 20 копеек с каждой головы и содействовали возведенным по той самой Нерчинской дороге острогам, 191 там проживавшим казакам и крестьянам /157/.

3. Когда, начиная с 1728 года, (По рукописи A – ошибочно 1708 года) отправляли от хоринцев, по решению графа Рагузинского, по очереди на три года 60 казаков с одним начальником и их семьями, всего 61 двор, на Мензинский караул, заготовляли [86] и отправляли верховых лошадей и провиант на всех них, дойный и убойный скот, одежду и оружие – все сполна на средства народа. До их возвращения смотрели за их оставленным здесь скотом и выращивали его. Кроме того, они соблюдали свои старые казенные наряды и чинили Нерчинскую и проселочные дороги.

4. Начиная с 1809 года, согласно высочайшему правительственному решению, нагрузки хоринского народа были признаны слишком обременительными, и он был освобожден от посылки людей на Ару-Мензинский караул и стал нести различные наряды и повинности на местах.

5. Что касается увеличения местных нарядов, то на каждом из 15 постоянных уртонов 192 от города Верхнеудинска до Читинского острога они держали в готовности, не получая от казны никакого вспомоществования, по одному почтовому дому, двору, повету, сараю и т. д. и одному тюремному зданию с частоколом при нем для содержания осужденных /158/, полное оборудование, по шести окованных железом тарантасов на каждом уртоне и сани на зимнее время.

6. На те уртоны переселяли из многосемейных бедняков шесть дворов вместе с членами их семей. Богатыми давалось довольство для одной юрты, 12 коров с телятами на предмет доения и 12 овец с ягнятами, снаряжались и отдавались для каждого уртона 120 лошадей с полным снаряжением, с уздами, хомутами, подхвостниками, дугами, седелками, вожжами, с постромками, плетеными кнутами и треногами, и там оставляли на каждом уртоне по одному заведывающему – зайсану. Впоследствии они наблюдали за различными делами, связанными с почтой, провожали и встречали в оба конца почту и великих господ и исправляли должность нынешних смотрителей. И это было тоже без вспомоществования со стороны казны.

7. На предмет, мол, укрепления хозяйственного положения крестьян, явившихся с Кавказа на новое поселение в здешние места по Ингоде, всем хоринским народом были отпущены в качестве вспомоществования тысяча лошадей и тысяча коров.

8. На предмет исправления повреждений и разрушений в городах внутренней России, произведенных в 1812 году французскими войсками, были пожертвованы и переданы через Кяхтинское казначейство тысяча лошадей /159/.

9. Начиная с 1790 года, хоринский народ доставлял ежегодно на Тельминскую Иркутскую суконную фабрику тысячу пудов лучшей овечьей и ягнячьей шерсти для выделки сукна на пошивку военного обмундирования. Когда, начиная с 1810 года, овец стало мало, они доставляли бесплатно на склад той фабрики от пятисот до тысячи пудов шерсти.

10. Когда они до 1810 года совместно прокладывали Нерчинскую и проселочные дороги, Нерчинская дорога проходила по северной стороне Большого Еравенского озера, 193 по местности под названием Шириньгиту, к Еравенскому острогу. Оттуда дорога шла по Холобою и Орлобою 194 к острогу на Телембинском озере на Конде, 195 оттуда – к перевалу на юг от Конды и через Подволок 196 на Яблоновом хребте и на Чите и вниз по реке Чите до Читинского острога. Когда же с того года стали исправлять дорогу как следует, наши хоринские сайты вместе с народом нарубили и заготовили по той дороге гати и всякий другой лес, и была произведена работа, сопряженная с весьма большими расходами. Между тем нынешний Еравенский острог на озере Ухур Нуре был перенесен, и когда стали прокладывать эту дорогу, прежние большие работы были за ненужностью брошены /160/. [87]

11. С целью исправления нынешней дороги до Шинчила, 197 все хоринские сайты взяли в 1811 году полностью весь свой зажиточный народ от Верхнеудинска до Читинского острога и поселили через каждые 10 верст множество групп аилов с юртами и домашним скарбом, причем каждый из них был снабжен дойными коровами, и пригнали множество стад скота для их довольства, и эта дорога была начата и продолжена с исключительно большими затратами.

12. Когда господин восточносибирский генерал-губернатор Сперанский пожаловал в страны этого края и производил ревизию состояния всей Сибири, нагрузки хоринского народа были признаны обременительными, и после этого они были в 1820 году освобождены от содержания почтовых станций, существовавших на средства хоринского народа, каковые были переданы на содержание в казну.

13. По решению высших властей производилась починка этих дорог, а также прокладка дороги от Верхнеудинска вниз по Селенге до Посольска 198 на берегу Байкала, а оттуда по морскому побережью до города Баргузина, после чего в течение десятилетнего срока велись земляные работы, и прокладывалась дорога через Селенгинскую скалу Харасу, и велись другие весьма трудные починки по тяжелым дорогам. Между тем они были признаны слишком обременительными, и в том же 1820 году было дано освобождение от этих починок /161/.

14. Они прекратили это. Что касается дорог, то они стали прокладывать дорогу от Анинской почтовой станции до Петровского завода, протяжением в 150 верст, от Заганского селения через Заганский хребет до селения Ухин Булак – 80 верст, 199 от Тугнуйского селения Чибилтэй до Барыкина – 25 верст и от Барской за хребет на юг от Тугнуя, протяжением в 20 верст.

15. В этот промежуток времени, от 1770 года и до 1870 года, ставили и красили придорожные верстовые столбы от Верхнеудинска до Читы и обновляли их, когда они приходили в ветхость, в течение ста лет. Когда это было отменено, мы, начиная с 1875 года, стали ставить столбы, не окрашивая их.

16. Когда, начиная с 1839 года, агинский народ в количестве 8802 душ оторвался, будучи причислен к Нерчинскому округу, и когда починка им самим построенной дороги, проходившей от Кондуйской почтовой станции до Нерчинских границ, была оставлена, починка была возложена на наш, здесь оставшийся, хоринский народ и продолжает числиться за ним до сих пор.

17. Также, когда с 1859 года до 1864 года налаживалась дорога ло верховьям Хилкосона, 200 притока Хилка, в местности Заргалик, 201 по речкам и ручьям диких горных хребтов, до верхних селений на Ингоде, они участвовали в постройке дороги на протяжении 48 верст, но были, по решению высших властей, начиная с 1864 года, освобождены от устройства дороги Заргалик на Хилке – Паркина на Тугнуе и половины дороги Барская – Заганский хребет – Петровский завод /162/.

18. Когда они с самого начала несли различные наряды и повинности на Нерчинской и проселочных дорогах, они готовили для воинских нижних чинов и партий осужденных и переселенцев подводы, довольство и квартиры и, кроме того, участвовали в перевозках грузов особого назначения.

19. В 1850 году были открыты местности Амурского края. Подводы, довольство, квартиры и тому подобное для партий воинских нижних чинов, весьма многочисленных поселенцев и осужденных, направлявшихся туда на жительство, и в особенности перевозки тяжелых грузов, а именно пушек, весом от 150 до 400 с лишним пудов, якорей и [88] лебедок, перевозки легких грузов, как то различные мелкие железные изделия, снаряды, порох, свинец, водка, мука, наконец даже домашние пчелы, для которых по Нерчинской дороге на одном станке содержались от 125 до 200 лошадей с телегами и санями, – лошади и подводчики с полным снаряжением и с продовольствием стали обходиться в год в сто с лишним тысяч рублей. С тех пор как расходы на довольство и подводы для воинских частей стали большими, в настоящее время ежегодные расходы на перевозки по этой дороге составляют теперь около 70 тысяч рублей.

20. На довольство вновь отправленных вышеупомянутых амурских воинских частей в истекшем 1855 году богатыми и состоятельными хоринцами было пожертвовано вспомоществование в виде пятисот коров.

21. Что касается нарядов, исполнявшихся у себя на местах /163/, то, для того чтобы и сами и высшие власти не испытывали задержек в пути, с самого начала были учреждены свыше шестидесяти постоянных междворовых уртонов, на каждый из них были отправлены многочисленные лошади, подводчики, телеги и сани с полным снаряжением, и ежегодно производились затраты в размере свыше 30 тысяч рублей.

22. Были заведены карбазы для переправки хоринцев и проезжих: на Курбе – 2, на Ане – 1, на Уде – 2, на Худуне – 2 и на Еравенской протоке – 1, и в качестве их сторожей ежегодно ставились 22 человека, и на каждого из них отчислялось по 40 рублей.

23. Заготовляется жалованье, довольство и одежда для восьми русских и монгольских писарей одной Хоринской степной думы, для двух сторожей, шести денщиков, двух караульных находящейся при ней тюрьмы, для двух караульных знаменного храма и для одного караульного пожарного сарая, всего для пяти караульных, и для одного письмоводителя и одного денщика каждой из четырнадцати инородных управ, для одного караульного на каждый из пятидесяти двух магазинов, для двух караульных на каждый из восьми дацанов, для трех караульных и трапезников на каждую из пяти русских церквей.

24. Выстроили два школьных здания с полным оборудованием в Ане и Тотхото и содержат там 84 учеников и двух учителей, предоставляя им жалованье, довольство и одежду.

Такие [хоринский народ] (Добавлено нами. – Н. П.) несет очередные повинности /164/.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

О том, как отделился агинский народ

1. Агинский народ кочевал вначале по реке Ингоде и впадающим в нее речкам. Между тем он обосновался, начиная с того времени, когда в 1728 году были поставлены пограничные знаки, по рекам Аге и Онону, а некоторые кочевали, в силу высочайше данной грамоты 1703 года, до самой монгольской границы.

2. Вследствие того, что этот народ являлся народом семи родов – галзутского, хараганатского, хуацайского, хубдутского, шарайтского, бодонгутского и цаганского, он стал известен под названием народа семи отцов агинских, и хотя те роды управлялись засулами и зайсанами, верховная власть находилась с самого начала в ведении Хоринской степной думы и отдельных, своих собственных, инородных управ. [89]

3. По решению главного хоринского тайши Дамбадугара Ринцеева от 1780 года некоторые из тех сайтов были произведены в главные зайсаны тех мест. Первыми из тех, кто должен был управлять всеми остальными, были хуацайский Хошигуй Буянтуев и шарайтский Барамит Мункуев, а когда они состарились, начиная с 1788 года /165/, стали таковыми галзутский Заган Ринцеев, хубдутский Начин Санжино, хараганатский Дон Аманцаев, хуацайский Морхо Яндаков и шарайтский шуленга Насуту Риткеев.

4. Как раз вскоре после этого, согласно решению тайши Ринцеева, перекочевал из местности Галтай на Тугнуе, в целях обучения приононского населения земледелию, зайсан цаганского рода и титулярный советник Моху Унаганов с членами своего семейства и с многочисленным народом.

5. Около 1800 года прибыл господин действительный статский советник Лаба и, учинив поиски земель для поселения российских кавказских крестьян, остановил свой выбор на реке Ингоде и на ее притоках, уговорил всех хоринских сайтов и народ и изъял 105 тысяч десятин земли. 202 В то время, когда явились и стали расселяться те крестьяне, там находившийся хори-бурятский народ, в сумятице кочуя по агинским и ононским местам, соединился с тамошним народом, и когда прибыл вместе с ним народ худайского и хальбинского (В рукописи .A .,хальбинского" отсутствует) родов, возник народ агинских и ононских девяти отцов, и в тот период стало народа свыше шести тысяч /166/.

6. Когда главный зайсан Моху Унаганов состарился, главным зайсаном стал с 1817 года его старший сын Намжил, и он был высочайше удостоен нашейной золотой медали на красной анненской ленте.

7. В 1818 году Намжил Мохуев был отстранен, и вместо него главными зайсанами стали хубдутский Семен Начинов и хуацайский Тотхолай Жирантаев. Когда они просили отставки от должности, главным зайсаном стал в 1823 году хуацайский Тугулдур Тобоев. 203 В том году агинский народ достигал по ревизии 7830 (По рукописи B – 7840) душ мужеского пола.

8. В развитие устава 22 июля 1822 года, согласно утвержденному журналу постановлений Иркутского губернского совета от 18 апреля 1824 года, господином восточносибирским генерал-губернатором были, начиная с того года, учреждены на территории Аги одна главная инородная управа и тридцать семь родовых управлений, и в должность головы был произведен зайсан Тугулдур Тобоев.

9. Начиная с того времени, несколько сайтов и народ агинских и ононских кочевий были причислены к Нерчинскому округу. Там они обзавелись степной думой, и в виду их желания отделиться от хоринского народа, произошла многочисленная переписка с высшими властями /167/, а хоринские сайты и народ, подлежавшие оставлению в Верхнеудинском округе, этого не пожелали и стали чинить препятствия, и даже некоторые агинские сайты и народ не имели желания отделяться от коренного хоринского народа. [Вследствие этого,] (Добавлено нами. – Н. П.) согласно вышеупомянутому журналу губернского совета, было постановлено, что всякие судебные и следственные дела становятся подведомственными нерчинскому земскому суду, а хозяйственные дела по-прежнему остаются в ведении Хоринской степной думы.

10. Вследствие прошения головы Тобоева об отставке прибыл вместе со своей семьей зайсан бодонгутского рода Зангия Данжинов, проживавший в худунских местах, и стал, начиная с 1826 года, исполнять [90] должность головы Агинской инородной управы. Согласно переписи 1831 года агинский народ насчитывал 7997 душ.

11. Народ агинских девяти родов находился там под управлением Агинской главной инородной управы. Тем не менее, он был в ведении инородных управ каждого данного рода ведомства Хоринской степной думы. В случае возникновения каких-нибудь казенных и важных личных дел головы и сайты каждого из здешних родов приезжали из Аги. Вследствие того, что исполнение тех дел и различные отношения, имевшиеся между ними, наталкивались в силу этого на препятствия, об этом затруднительном положении было доведено до сведения высших инстанций. Решением господина иркутского губернатора народ девяти агинских родов был в 1835 году изъят из ведения отдельных здешних инородных управ и был передан исключительно в ведение тамошней Агинской главной инородной управы /168/.

12. Вследствие прошения головы Данжинова об отставке, он, с согласия начальства, получил ее, и головой снова стал зайсан Тобоев.

13. Агинский народ стал там многочисленным, он находился вдали и в отрыве от хоринского народа и был очень далеко от Хоринской степной думы. По этой причине возникло весьма затруднительное положение для разных житейских дел, о чем им было изложено во многих пунктах и отправлено в 1835 году прошение господину восточносибирскому генерал-губернатору. Оно было его высокопревосходительством передано в Иркутское губернское правление на предмет производства разбора. Там оно было разобрано, и, в силу утверждения господином генерал-губернатором журнала постановлений Иркутского губернского совета от 16 сентября и 13 июля 1836 и 1837 годов, агинский народ, всего 8802 души мужеского пола с женами и семьями, начиная с 1837 года, был отделен и отчислен в ведение Нерчинского округа.

14. Вышеупомянутый народ изложил обстоятельства, в силу которых стало невозможно быть ему, ставшему многочисленным, в ведении только одной инородной управы, и учинил в 1838 году единогласный приговор о том, чтобы были ему утверждены одна степная дума и шесть инородных управ. Он был /169/ через господина нерчинского окружного начальника препровожден господину иркутскому гражданскому губернатору. Что касается сего, то, согласно утверждению господином генерал-губернатором журнала постановлений Иркутского губернского совета от 2 марта 1839 года за № 21, возникли, начиная с 1839 года, Агинская степная дума и шесть инородных управ, названных каждая по данной местности, а именно: Цугольская, Бэрхэцугольская, Могойтуйская, Чулутуйская, Килинская и Тотхолтуйская. Впоследствии, согласно утверждению господином генерал-губернатором журнала Губернского совета от 7 ноября 1846 года за № 84, была одна прибавлена, и возникла седьмая – Тургинская инородная управа.

15. В этих новых условиях, приказом господина нерчинского окружного начальника от 16 июля 1839 года за № 127, Тобоев, бывший головой Главной инородной управы, был произведен в председатели Агинской степной думы, а в каждой управе появилось по одному голове и по два выборных.

16. Агинский народ выбрал главным тайшей тамошнего народа зайсана бодонгутского рода Зангия Данжинова, представление о котором высшими властями было утверждено господином восточносибирским генерал-губернатором. Вследствие этого, согласно распоряжению господина иркутского гражданского губернатора от 9 сентября 1842 года за № 3814, тот Данжинов был произведен в главные тайши агинских родов, а прежний председатель Тобоев был произведен в должность второго тайши /170/. [91]

17. Тем временем главный тайша Данжинов, страдая застарелой болезнью, состарился, просил об отставке от занимаемой должности и сделал представление высшим властям. Вследствие этого он, получив согласие, вышел в отставку. Вследствие представления высшим властям приговора, распоряжением господина восточносибирского генерал-губернатора от 1 генваря 1858 года за №... (В обеих рукописях – пропуск) в главные тайши агинских родов был произведен Тобоев, бывший вторым тайшей.

18. Сайты Агинского ведомства собрались опять с народом и учинили в 1859 году приговор, в котором было сказано, что дела всего управления обременительны для деятельности только одного главного тайши и что поэтому необходимо использовать кандидата и второго тайшу, которые непременно должны ему помогать. Вследствие представления приговора высшим властям, он был утвержден и распоряжением господина военного губернатора Забайкальской области от 3 февраля 1859 года за № 378, таковые были выбраны. Заседатель Бороншу Бординов стал вторым тайшей, а зайсан Доржи Убашеев – кандидатом в главные тайши.

19. После этого кандидат Доржи Убашеев скончался, вследствие чего, по выбору народа ведомства и по утверждению высшими властями, в кандидаты в главные тайши был произведен заседатель Агинской степной думы Арслан Тугулдуров /171/.

20. Изложенное относительно милостей и наград, высочайше пожалованных этим агинским нойонам и сайтам в виду усердного исполнения ими возложенных на них обязанностей, я постараюсь, по мере сил, рассмотреть и выяснить в родословных каждого отдельного из этих родов.

* * *

Руководствуясь тем соображением, что эта родословная может явиться людям будущего напоминанием, я составил ее на основании указанного вначале и путем приведения в согласие между собою устных преданий высших хоринских лам и наставников прежних времен и преисполненных ума нойонов и стариков, а также того, что я сам видел и слышал, начиная с того времени, как я начал жить сознательной жизнью.

С исключительным желанием и радостью прошу я почтительнейше о том, чтобы в случае, если бы оказалось, что чего-нибудь в ней недостает или имеется что-либо лишнее, и если бы оказались разного рода ошибки, преисполненные ума мудрецы с терпимостью поведали об этом, проверили и исправили.

Что касается того, кто закончил написание и проверку этого в 2836 году после рождения в человеческой плоти в саду Лумбини 204 нашего общего учителя будды Шакиямуни, в 27-й день месяца мыши года женщины-дерева-свиньи, 205 восьмого – под названием “Преисполненный жизненных сил", пятнадцатого рабджуна 206 /172/, или 25 декабря 1875 года после рождения в человеческой плоти в городе Вифлееме в Иудее Христа, в 21-й год со времени восшествия на золотой престол нашего великого и высокого государя императора Александра II Николаевича, то таковым является прежний голова цаганского рода Хоринского ведомства шуленга Вандан Юмсунов, под другим именем Гэнин Лубсан Цэдэндоржи Тарбаев.

Списал это с подлинника, в полном соответствии с ним и без малейших упущений, засул цаганского рода Хоринского ведомства Шакдаржаб Ванданов, списывал это с подлинника, принадлежащего пандита хамбо ламе Иролтуеву 207 и закончил 22 мая 1905 года.

Комментарии

138 Тринадцать северных нойонов – божества, владетели о-ва Ольхона.

139 Плетеная из конского волоса веревка, служащая для привязывания к ней ягнят и другого мелкого скота. Веревка эта натягивается между двумя колышками вбитыми в землю, и находится она почти над самой землей.

140 Тарак (бур. tarag) – квашеное, сгустившееся молоко.

141 Олосон (бур. olohon) – замша из кожи дикой козы.

142 Собственно говоря, это – самострел.

143 Хошонгит (бур. xoson’jod) является одним из наиболее распространенных в прошлом у хори-бурят онгоном. По одному преданию эти фигурки изображают утонувших в Байкале охотников Чингис хана. Призывание, обращаемое к этому онгону, было нами записано у агинских бурят и издано (Н. Н. Поппе. Бурят-монгольский фольклорный и диалектологический сборник. М. – Л. 1936, стр. 22). В переводе оно гласит:
“Охотник скал,
рыбак отмелей,
охотник гор,
рыбак воды,
запрегший норовистого саврасого коня
властитель Хан Хухэй Хошонгит".

144 Далалга (бур. dalalga) – обряд, заключающийся в том, что “примахивают" счастье и благополучие, иногда покинувшую тело душу. Обряд этот подробно описывается Юмсуновым.

145 Название одного вида ковыля (Stipa sibirica Lam.).

146 Хоймор (бур. xoimor) – почетная (задняя) часть юрты.

147 Непереводимый возглас.

148 Чиндамани – слово не монгольское: ср. санскр. cintamani 'волшебная драгоценность, утоляющая все желания'.

149 Это не совсем точно: мы встречали шаманов еще в 1930 г.

150 Занги – невысокий феодальный чин: так назывался в феодальной Халхе управитель сомона, начальник уртона (почтовой станции), начальник караула и командир эскадрона. Этот чин был введен уже в период манчжурского господства. В манчжурском языке zangin значит: “начальник", “штаб-офицер", “его благородие"; “командир полка или роты", “начальник отдела министерства".

151 Шуленга (бур. sulenge) – титул тоже манчжурского происхождения. Шуленгой назывался в феодальный период в Халхе сборщик податей (см.: Владимирцов. Общественный строй, стр. 140).

152 Засул (бур. zahul) – управитель, урядник.

153 Зайсан (бур. zaisan) – титул более древний, известный у монголов еще в юаньский период. Зайсаны стояли во главе отока, иногда улуса, в качестве наследственных владетелей. Титул этот китайского происхождения (см.: Владимирцов. Общественный строй, стр. 138, 140 – 144).
Согласно Георги, в XVIII ст. засул стоял во главе хотона, т. е. группы юрт, с населением в 10 – 12 семейств. Шуленга стоял во главе объединения хотонов (примерно 4 – 6 хотонов), называвшегося холбоном или табином. Во главе нескольких холбонов и возглавлявших их шуленг стоял зайсан (см.: Описание всех в Российском государстве обитающих народов, ч. IV, СПб., 1776, стр. 24 – 25).
Согласно Рязановскому, шуленга стоял во главе рода, что соответствует истине (В. А. Рязановский. Монгольское право, преимущественно обычное, стр. 147).

154 См. прим. 17.

155 Одно из подразделений хухур (бур. xuxur) рода Галзут.

156 Местность Нойхон входит в состав Селенгинского аймака Бурят-Монгольской АССР и находится на восток от р. Селенги, по ее притоку Хилку. В основном она составляет территорию колхоза “Искра".

157 После заключения 20 августа 1727 г. Буринского трактата граф Рагузинский приступил к устройству управления и суда среди коренного населения Восточной Сибири. В данной пограничному дозорщику Фирсову и толмачу Ст. Кобею инструкции Посольской канцелярии Китайской экспедиции от 27 июня 1728 г. предписывалось объявить бурятам, что все старые судебные тяжбы до 1720 г. прекращаются и что отныне буряты будут судиться только за дела, возбужденные после того. Незначительные дела могли передаваться на судебное разбирательство собственным родоначальникам. Далее, запрещалось переселение людей из рода в род, и переселенцы водворялись обратно в их род. См.: Материалы Комиссии для исследования землевладения и землепользования в Забайкальской области (Комиссии Куломзина), т. V, прил. 77.

158 Степное уложение 1808 г. было утверждено 1 июня на собрании, состоявшемся при Анинской (Онинской) конторе, во главе с главным тайшей одиннадцати хоринских родов надворным советником Галсан Мардаевым и вторым тайшей коллежским асессором Павлом Доржижаповым. Уложение состоит из 132 пунктов. Подписано оно названными лицами и имеет подписи тридцати семи зайсанов и почетных родовичей. Полный текст его издан Рязановским (цит. соч., прил., стр. 8 – 29).

159 Следовательно, к основным одиннадцати родам прибавилось еще три в результате разделения харганатского, хуацайского и хубдутского родов на западный харганатский, восточный харганатский, западный хуацайский и т. д.

160 См. прим. 75 к хронике Тобоева.

161 Уложение хоринских бурят от 30 марта 1823 г., представленное на запрос иркутского губернатора Цейдлера, издано Д. Я. Самоквасовым в “Сборнике обычного права сибирских инородцев" (Варшава, 1876, стр. 105 – 147).

162 Это положение было составлено в декабре 1851 г. в ответ на предложение военного губернатора Забайкальской области, сделанное на основании ст.ст. 65 и 68 “Устава об управлении инородцев", проверить Степное уложение 1823 г. Положение это состоит из 19 разделов и 197 (не 196, как говорит Юмсунов) статей (см.: Рязановский, цит. соч., стр. 160).

163 Итак, хоринские буряты управлялись на основании следующих положений:
1) Инструкция Посольской канцелярии, от 27 июня 1728 г., графа Рагузинского пограничному дозорщику Фирсову и толмачу Кобею (Мат. Ком. Куломзина, т. V, прил. 77);
2) Уложение 1759 г., составленное за подписью тайши цонгольского рода Галсана, хоринского тайши Ринце и др. в ответ на указ пограничного комиссара бригадира Якобия (см.: Рязановский, цит. соч., стр. 163, прил., стр. 1);
3) Инструкция Правительствующего сената, данная командированному в 1763г. в Сибирь секунд-майору Щербачеву в связи с необходимостью урегулирования сбора ясака. Инструкция касается также вопросов управления и судопроизводства (см.: Полный свод законов № 11747, от 6 февраля 1763 г.; Рязановский, соч., стр. 148);
4) Положение, выработанное на албанном суглане тайшей и сайтов одиннадцати родов хоринских 1763 г. (см.: Рязановский, цит. соч., прил., стр. 1 – 2);
5) Степное уложение хоринцев от 10 июля 1781 г., не дошедшее до нас (см.: Рязановский, цит. соч., стр. 155);
6) Согласительный устав (хэп токтол) 1788 года (см.: Рязановский, цит. соч., прил., стр. 2 – 4);
7) Наказ главного хоринского тайши Дамбадугар Ринцеева зайсану галзутского рода Арслану Мардаеву от 1793 г., носящий характер административного постановления (Рязановский, цит. соч., стр. 159);
8) Согласительный устав о торговле в хоринских степях 1800 г. (Рязановский, цит. соч., стр. 159; прил., стр. 5 – 7);
9) Степное уложение 1808 г. о 132 статьях, являющееся переработкой уложения 1781 г. (Рязановский, цит. соч., прил., стр. 8 – 29);
10) Общественный приговор от 18 декабря 1817 г. по вопросам управления хори-бурятами (Рязановский, цит. соч., прил., стр. 31 – 33);
11) Приговор 1818 г. (там же, стр. 33 и сл.);
12) “Устав об управлении инородцев" 1822 г. Сперанского (см. прим. 75 к хронике Тобоева);
13) Сведения об обычаях хоринских бурят от 30 марта 1823 г., представленные на запрос иркутского губернатора Цейдлера (Самоквасов, цит. соч.. стр. 105 – 147). Оно же – Степное уложение 1823 г.;
14) Общественный приговор 11 родов от 27 октября 1820 г. (Рязановский, цит. соч., стр. 160);
15) Новое положение о жизни и поведении, составленное селенгинскими и хоринскими духовными и светскими сайтами в 1841 г. (Мат. Ком. Куломзина, т. V, стр. 133);
16) Степное уложение хоринских бурят 1851 г. (Рязановский, цит. соч., стр. 160);
17) Положение о ламайском духовенстве в Восточной Сибири от 15 мая 1853 г. (см.: В. Вашкевич. Ламаиты в Восточной Сибири. СПб., 1885, прил. 1).

164 Найралту туб – название правления императора Юн-чжэн манчжурской династии (1723 – 1735). Относительно вана Цэрэна известно, что он был дзасаком Сайн нойон хановского аймака. См.: А. Позднеев. Монгольская летопись Эрдэнийн Эрихэ. СПб., 1883, стр. 88, 321, 322.

165 Буринский договор был заключен 20 августа 1727 г.

166 Графом Рагузинским буряты и эвэнки (тунгусы), действительно, были привлечены к несению пограничной караульной службы. Уже 29 марта 1728 г. был издан высочайший указ о выдаче “братским инородцам" знамени. В 1764 г. было сформировано четыре бурятских кавалерийских полка по 600 чел. в каждом. Впоследствии, когда в самом конце XVIII ст. нависла угроза войны со стороны Китая, буряты и эвэнки были призваны в ополчение. Бурят было призвано около 2500 чел. 14 августа 1780 г. “братскому иррегулярному войску" были высочайше пожалованы семь знамен. Согласно Своду военных постановлений 1838 г., из четырех бурятских и одного тунгусского полка сформировалось так называемое “инородческое войско", вошедшее в 1851 г. в состав забайкальского казачества.

167 В патенте, пожалованном 4 июля 1729 г. на имя Шодо Болторикова сказано: “С того Шодо, а также с его кровных родственников и сыновей не только в нашу казну не требовать податей, но, в виду пожалования нашим императорским величеством, выплачивать нашему верному тайше Шодо по двадцать руб. жалования ежегодно из нашей государственной казны".

168 Караул этот находился на р. Мензе (монг. Minzi), впадающей в р. Чикой.

169 Описка – вместо июля.

170 После смерти Шодо указом от 25 февраля 1732 г. за № 469 тайшей был утвержден сын его Ринце. После смерти Ринце указом Пограничного комиссарства от 1765 г. за № 952 тайшей был утвержден его сын Джанцан, а после его смерти указом того же комиссарства от 4 декабря 1768 г. за № 373 тайшей стал младший брат Джанцана – Дамбадугар Ринцеев (см.: Ответ сайтов хоринских родов от мая 1818 года на указ Удинского земского суда от 22 и 30 марта за № 3475 и 3709. Приводится в цит. соч. Рязановского, прил., стр. 35).

171 Известно, что в Забайкалье находились в первой половине XIX ст. английские миссионеры Robert Yuille, Edward Stallybrass и W. Swan, из которых Stallybrass и Swan были командированы от “London Missionary Society" для осуществления перевода на монгольский язык библии и евангелия (В. Laufer. Skizze der mongolischen Literatur. Keleti Szemle, VIII, стр. 256 – 257). Деятельность этих лиц была прекращена распоряжением Синода.

172 О зайсане Олбори мы узнаем из того же ответа на указ Удинского земского суда от 22 и 30 марта 1818 г. за № 3475 и 3709. Там он назван Олбори Тоджийн. Был он харганатского рода. Указом 1732 г. он был произведен вторым тайшей хоринских родов. Когда он состарился, его место занял, по указу Пограничного комиссарства за № 238 от 30 марта 1755 г., его сын Доржижап Олбориев. На место последнего, по указу Иркутского наместничьего управления от 30 апреля 1786 г. за № 3390, тайшей стал сын его Павел Доржижапов. Его сменил сын его Бадма Павлов по указу Иркутского губернского правительства от 1815 г. за № 3580.
Ванчик был старшим сыном Олбори, а сын Ванчика – Юмсурун Ванчиков – стал, по указу Пограничного комиссарства от 1769 г., зайсаном, а его сын Цэбэк Юмсурунов в 1793 г. был утвержден в звании третьего тайши. Его преемником был его сын Цэдэн (см.: Рязановский, цит. соч., прил., стр. 35 – 36).

173 См. прим. 44.

174 О знаменах и организации этого нерегулярного войска см. прим. 166.

175 См. прим. 29 к хронике Тобоева.

176 Илька впадает слева в Уду, Курба – справа в Уду, Бурян (Брянка) – слева в Ильку.

177 Амалат впадает в Ципу, приток Витима. Амалатов два – Большой и Малый.

178 Фамилия может быть искаженной.

179 Хилок – правый приток Селенги
Тугнуй – правый приток Хилка.
Уда – правый приток Селенги.
Илька – левый приток Уды.
Бурян (Брянка) – левый приток Ильки.
Курба – правый приток Уды.
Ана (Она) – правый приток Уды.
Витим – приток Лены.
Чикой – правый приток Селенги.
Худун – левый приток Уды.
Кижинга – левый приток Худуна.
Чицана – правый приток Худуна.
Ульдурга – правый приток Нерчи.
Эгэту – приток Уды.
Хэндуйн гол (Конда) – правый приток Витима.
Бадуйн нютук – местность на р. Хилке, в 80 км от Петровского завода к юго-востоку.
Оз. Еравна – одно из наиболее крупных озер на запад от г. Читы.
Хорго – озеро к северу от Еравенского.
Нишэнгэ (Нисинга) – озеро, находящееся рядом с Хорго.
Сакса (Шакшинское) – озеро на запад от г. Читы.
Архирей (Рахлей) – озеро около оз. Шакшинского. Турхэнэ (Турка) – впадает в Байкал.
Амалат Большой и Малый – Большой Амалат впадает в Ципу, приток Витима; Малый впадает в Большой Амалат.
Юнбу (Ямбуй) – правый приток Турки, впадающий в оз. Байкал.
Хаим – впадает в Кику, впадающую в Байкал.
Остальные перечисленные речки и местности на картах отсутствуют.

180 См. примечание 39 к хронике Тобоева.

181 Адун Чулун входил в состав упраздненного в 1937 г. Агинского аймака Бурят-Монгольской АССР и находится в Читинской области.

182 Ута (бур. uta) – род мешка.

183 Тулум (бур. tulam) – род кожаного мешка.

184 О наличии у части бурят огнестрельного оружия в конце XVIII ст. говорится в разных источниках, напр., Ежемес. соч., июль 1787 г., стр. 19.

185 Одну из таких общественных облав на антилоп близ Акши наблюдал 25 мая 1772 г. Даллас (см.: Путешествия по разным провинциям Российской империи, ч. Ш., СПб., 1773 – 1788, стр. 279 и сл.).

186 Оз. Ухур нур находится недалеко от оз. Еравны. Горная цепь Хунтуй находится к югу от Еравенской группы озер.

187 Р. Ильдурга или Ульдурга впадает слева в Уду.

188 То есть в наказание за грехи.

189 Дом (бур. dom) – заговор, ворожба. Эта ворожба заключалась в том, что производили сбор первинки, т. е. первой доли пищи в семи юртах. Собранное поступало в пищу больного. Кроме того, больному давали пить чай с медными опилками.

190 Дата 1642 г. неточна: Василий Поярков, во главе отряда казаков, двинулся из Якутска в 1643 г. Проплыв вниз по течению Лены, он вверх по Алдану достиг водораздела, через который лодки волоком были перенесены на р. Зею, по которой он достиг Амура.

191 В 1658 г. был построен Телембинский острог и восстановлен сожженный тунгусами Нерчинский острог.

192 Уртон – своего рода почтовая станция, где едущие по казенным делам сменяли лошадей.

193 Zun jaruna то же, что Большое Еравенское озеро.

194 Холобой и Орлобой – нам неизвестные местности.

195 Телембинское озеро находится на р. Конде, на левой стороне ее.

196 Дер. Подволочная находится на правом берегу р. Читы.

197 Такой местности мы не знаем.

198 Посольск находится на восточном берегу Байкала, к северу от пролива Прорва, на грунтовой дороге, в нескольких километрах от железной дороги.

199 Заганская находится в нескольких километрах от Мухур Шибири. Отсюда прокладывалась дорога до Окино-Ключевской (Ухин Булак).

200 Хилкосон является левым притоком Хилка.

201 Правильнее Зорголик. Находится в направлении от ст. Хилок – р. Чикой. Это гористая и малопроходимая местность.

202 См. прим. 89 к хронике Тобоева.

203 Автор предыдущей хроники.

204 Шакиямуни родился, согласно преданию, в саду Lumbini близ города Kapilavastu

205 1875 г.

206 Рабджун (тиб. ***) – шестидесятилетний цикл.

207 Чойнзин Иролтуев был пандита хамбо ламой ламайского духовенства Восточной Сибири.

Текст воспроизведен по изданию: Летописи хоринских бурят // Труды института Востоковедения XXXIII. М-Л. АН СССР. 1940

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.