Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

С. М. БРОНЕВСКИЙ

ИСТОРИЧЕСКИЯ ВЫПИСКИ

о сношениях России с Персиею, Грузиею и вообще с горскими народами, в Кавказе обитающими, со времен Ивана Васильевича доныне

ДАГЕСТАН

Авторы, писавшие о Дагестане, разделяют его произвольно: Тербер на Верхний и Нижний. Гильденштет соединяет Дагестан с Лезистаном. Иные разделяют Дагестан на Северный и Южный, включая в последнюю часть и ханство Кубинское, как значит на карте российской империи, изданной в 1804 году из Депо-карт Его императорскаго Величества. Я буду держатся разделения т. маршала Биберштейна, помещеннаго в описании его западнаго берега Каспийскаго моря с малыми отменами, ибо сие /л. 281 об./ разделение более согласуется с новейшими сведениями, приобретенными во время последних походов войск российских в Персию и Дагестан, а именно в 1796, 1805 и 1806 годах. Я не буду также упоминать о Тавли-Стане по последующим причинам. Даг и Тав или Тау на татарском языке значит гора. Персияне к сему прибавляют слово стан, значущее землю, область, владение. Следовательно Дагестан и Тавлистан значут одно и тоже: гористая земля. Горские народы употребляют между /л. 282/ собою название Тавли, Тавлис. Из сего россияне составили тавлинцы относительно к тем народам, которые обитают на высочайшем кряже гор, из чего нетрудно заключить, что сие произвольное разделение, принадлежащее к дагестанцам, лезгинцам и всем почти горским народам, есть излишнее и затмевающее точность географических познаний.

Дагестан простирается от реки Кайсы вдоль по западному берегу Каспийскаго моря на 200 верст до реки Самура. Ширина его от берега морскаго к горам и в самыя горы /л. 282 об./ от 60 до 80 верст, граничит к северу с кумыками, к западу с аварами и казы-кумыками, к полудни с ханством Кубинским, к востоку с Каспийским морем.

Политическое разделение Дагестана заключает в себе: 1е, владение шамхала тарковскаго; 2е, союзники его акушинцы и джен-готенцы; 3е, область каракайдацкую; 4е, ханство дербентское; 5е, область табасаранскую.

1е.

Владение шамхала тарковскаго заключается между Кайсу и речкою Орусой булак, простираясь вдоль /л. 283/ по берегу морскому на 110 верст, а в ширину от 50 до 60 верст. Границы его с трех сторон те же, что Дагестана, а к полудни область уцмия каракайдацкаго. Против устья Кайсу восточный кряж Кавказа отстоит в 50 верстах от морскаго берега. Потом мало-помалу горы стесняются к морю и составляют между берегом онаго долины верст на [162] 15, на 10 и на 5ть, в сем последнем разстоянии находится город Тарку, главное местопребывание шамхала, на самой средине владения его расположенное. От Тарку до Орусой /л 283 об./ булак, между коими 50 верст разстояния, продолжаются такия же небольшия долины между морем и горами. Сии плодородныя долины, большею частию обработанныя земледелием, поливаются посредством протоков нарочно для сего проведенных из горских речек.

Главнейшия реки сего владения суть: Кайса. Саона древних географов, Озень или Торкали. Озень и Манас последния две реки выходят из лезгинских гор. Манас составляются из двух рукавов, из коих северный /л. 284/ называется Малой Манас. а южный Большой Манас. Берега сей реки круты и каменисты. Между Кайсу и Озени рукав, выходящий из сей последней, соединясь с солоноватым ручьем, называемым Бакас, составляет близь моря больший болота, заросшия камышом. Сии реки, равно как и прочия речки, а именно Черкас Озени, Буйнаки, Орусай булак текут от запада к востоку в Каспийское море.

Достоинство шамхальское при владении его и при власти мнением присвоенной, есть важнейшее в Дагестане, а в областях, заключающихся между Тереком /л. 284 об./ и Курою, почиталось вторым после царя грузинскаго. По преданиям народным, первые шамхалы поставлены от аравитян, что сходствует с толкованием, помещенным у Гербера, о значении слова шамхал. Восточные писатели называют город Дамаск Шам. а хал на арабском языке значит князь, владелец, следовательно слово шамхал перевесть можно дамаскинский владелец. Сие произхождение шамхалов отнести можно к половине осьмаго века, когда аравитяне выгнали Козаков из Армении и разспространили власть /л. 285/ свою в горах Кавказских. Кроме шамхала от них же поставлены еще два другие чинона-чальники, уцмий каракайдацкий и кадий табасаранский. Во время царствования персидских шахов шамхалы назывались дагистан валиси. то есть наместник дагестанский, и действительно, власть шамхалов простиралась на весь Дагестан частию силою оружия, частию посредством политическаго влияния. Первыя сношения России с шамхалами, назывались в архивах наших шевкалами, начались в 1559 году и вскоре потом обратились в неприятельские /л. 285 об./ действия ради защищения поддавшихся России черкес во время построения российских трех крепостей в Эндери, на Кайсу и около Тарку. Шамхал наиболее противился и способствовал, наконец, к уничтожению сего предприятия, что случилось в 1604 году 130, потом в 1638 году находим мы жалованную грамоту кумыцкому и тарковскому владельцу Сурхай Мурзе на принятие его в подданство, и когда он назван был шамхалом от персидскаго двора, то по просьбе его, в 1643 году дана ему и от царя Михаилы [163] Федоровича утвердительная грамота /л. 286/ на сие достоинство. С тех пор приязненныя сношения с шамхалами не прерывались 131. В 1718 году шамхал Одиль Гирей учинил на верноподданство присягу и оказал важныя услуги императору Петру Великому во время похода его в Персию. Тогда же построена крепость Св. Креста на землях тарковских между двумя рукавами Кайсы, Аграханом и Сулаком 132. На правом берегу перваго в 35 верстах от устья в 1725 году Адиль Гирей, будучи настроен турками, покусился на измену, собрал 30 тысяч войска и напал на крепость Св. Креста, /л. 286 об./ причем генерал-майором Кропотовым был разбит, взят в плен и отослан в Россию, а владение его и город Тарку раззорены в наказание за измену. После чего Петр Великий повелел уничтожить звание шамхальское и всею землею его управлять генералу, начальствующему в крепости Св. Креста 133. По заключении с Персиею в 1735 году мирнаго и союзнаго трактата при Ганже, гарнизон из сей крепости переведен в Кизляр, и шамхальское достоинство возстановлено шахом Надыром. В 1786 году шамхал Мурта-зали вступил в российское подданство и до смерти /л. 287/ своей сохранял верность. Сын его, нынешний шамхал Мехтий, имеет чин генерал-лейтенанта и следующия знаки отличия, пожалованные ему за непоколебимую его к российскому престолу преданность: саблею, драгоценными каменьями украшенную, золотую медаль, осыпанную брилиантами с надписью за усердие и верность, знамя с российско-императорским гербом в знак начальства. По азиатскому обычаю в 1806 году по присоединении к России ханства Дербентскаго он же, Мехтий, утвержден ханом дербентским за исключением города Дербента 134. /л. 287 об./

Мехтий, шамхал тарковский, владетель буйнацкий и хан дербенский имеет от роду 40 лет. Вторая супруга его, Периджи ханум, сестра Шах Али, бывшаго хана дербентскаго.

Сын его, по имени Хан, от первой супруги 18 лет.

Братья шамхала:

Шаабас 35 лет, Казий 14 лет.

Нужно заметить, что шамхал тарковский и прочие дагестанские, ширванские и персидские владельцы состоят в подданстве российской империи на особенных правах, по существу коих правильно назвать их можно вассалами или удельными князьями, подвластными России. /л. 288/

Подданных, собственно принадлежащих шамхалу, щитается не более 12 тысяч дворов. Главнейшая сила его состоит в союзниках и на некоторых условиях, находящагося в зависимости его акушинскаго народа, называемаго дорга акуша. а потому, отличая владение, собственно шамхалу принадлежащее, от главнейших его союзников и соседей акушинцев и дженгутенцев, мы начнем с перваго. [164]

Тарковские подданные живут поближе к морю и в горах, на вышесказанном пространстве, упражняются в хлебопашестве и скотоводстве, сеют просу, ячьмень, пшеницу, /л. 288 об./ сорочинское пшено, склонны к праздности и пьянству, горячее вино делают из просы и ячьменя, впрочем, народ смирный и знающий повиновение, к чему наипчае способствует правосудная строгость ны-нешняго шамхала, который не попускает им в шалостях. Главнейшия места в шамхальском владении суть:

1е, Тарку-город, местопребывание шамхала, лежит в пяти верстах от моря между реками Озень и Манос, на скате гор в довольно пространном и высоком ущелье, которое вышло полукружием так, что вид сего города от моря /л. 289/ представляет приятный амфитеатр. В самом вышнем ярусе находится шамхальской дворец, который достоин примечания водопроводами прежде чрез него проходящими, а потом напоящими весь город. Домы выстроены по персидскому обычаю, каменныя с плоскими крышками. Жителей в Тарку полагается обоего пола до 10 тысяч душ.

2е, Буйнаки - деревня на речке сего же имени, от коего и владение сие называется буйнацким. В ней обыкновенно имеют пребывание шамхальский наследник, называемый Крим шамхал. /л. 289 об./ Прочия известнейшия деревни шамхальскаго владения суть: Янчиурт - на рукаве Кайсы, и Шкорты. Ерпели. Канчугай Торкали на реке Озень или Торкали-Озень, Кичик-Озаниш. Кафер кант, Буглени. Аморхай кент - на другом рукаве той же реки Озень, Дурегли - крепость на реке Малой Манас; Карабудаг - при стечении обеих рукавов Малаго и Большаго Манаса в одну реку под тем же именем; Грузен - на Большом Манасе.

Остров Чечен принадлежит также к владениям шамхала. Право на оный утверждено ему в 1803 году. /л. 290/ Рыбныя ловли, находящияся около сего острова, равно как в устьях Сулака и Агра-хана, отдаются на откуп российским промышленникам. Доходы, получаемые шамхалом от пошлин с провозимых товаров, составляют не более 30 тысяч рублей серебром, не включая туда ханства Дербентскаго и деревень, подаренных ему в провинциях кубинской и бакинской. Сверх того собирает некоторыя подати натурою, хлебом, скотом. В 15 верстах от Тарку находятся соленыя озера, из коих за некоторую плату /л. 290 об./ позволяется брать соль дагестанцам, кумыкам, чеченцам, как для собственнаго продовольствия, так и для продажи. Один род кумыцких князей, назы-вамый Шубган-шамхал. коего предок в начале 18 столетия был шамхалом, пребывает в шамхальском владении, имея несколько деревень ему подвластных. Название Шубган-шамхал осталось сему роду, как будто в посмеяние его бедности, ибо шабган на татарском языке значит беднаго земледельца. Находившийся в российской [165] службе генерал-майором князь Адиль-Гирей произходит от сего колена. /л. 291/

2е.

Союзники шамхала. Дженготенцы и акушинцы

1е. Дженготенцы. Смежны с границами шамхальскаго владения повыше в горах, с других сторон граничат с акушинцами и с владением уцмия каракайдацкаго, имеют собственных владель-цов, из коих страший Али Султан бек, преданный России, и во время похода войск в Персию в 1796 году оказавший многие опыты своего усердия. Вооруженных людей поставить могут до 5 000. Селения, им принадлежащия, суть:

Дженгутей на реке Малой Манас, Малой Чуглы. Большой Чуглы. на реках, /л. 291 об./ впадающих в Малой Манас, Алинеут, Лименты на вершинах Малаго манаса и многия другая.

3е. Владение уцмия каракайдацкаго

От речки Орусай булак простирается вдоль по морскому берегу на 60 верст до реки Дарбаха, а в ширину от моря до гор и в самых горах верст на 100. С двух сторон граничит владением шамхала и с морем к полудни с ханством Дербенским и Табасараном, к западу с казыкумыками. Отлогости, заключенныя между морем и горами, неравны и выдаются разстоянием на 20, на 15 и до 5 верст, /л. 292/ состоя большею частию из песчанаго слоя, который однако же весьма удобен для хлебопашества посредством поливания водопроводами, как тамошние жители делают по общему азиятскому обычаю, где только есть возможность производить его в действие. Знатнейшие реки сего владения Хомрю Озень, Большой Буам и Дарбах, все три парарельно текущия к морю и при устьях своих покрытая лесом. Между ручьем Инчке и Большим Буамом находятся соляные озера и один колодезь серной горячей воды. Во владение уцмия есть также и нефтяные ключи. Около Буама живут кайдаки, /л. 292 об./ старожилой дагестанской народ, чаятельно получивший название свое от бывшаго (В рукописи “об бывшаго”) в сих местах древняго города Кадака, а по Дарбаху живут каракайдаки или черные кайдаки, коим имя сие, как кажется, по черному виду местных гор, ими обитаемых, которые от россиян также называются черные горы.

Достоинство уцмия второе по старшинству, постановленное аравитянами. Уцмей на арабском языке значит начальника, повелителя. [166]

Сношения российскаго двора с уцмиями каракайдацкими начались со времени похода Петра Великаго в Персию, /л. 293/ то есть в 1722 году, когда уцмей Ахмат хан по разбитии войска его и по раззорении города Утемиша, вступил в российское подданство. Таковая же присяга повторена в 1796 и 1802 годах 135. По образу жизни кайдаков и каракайдаков, привыкших к безначалию, владельцы не всегда могут держать народ в повиновении при искреннейшем к тому желании, а тем менее ожидать должно устройства, когда уцмий приращает доходы свои, учавствуя в добычах, похищаемых его подданным. В 1774 году академик Гмелин, ехавший обратно из Персии, по повелению /л. 293 об./ уцмия Омир Омзы захвачен был в плен, где в том же году и умер. За столь дерзкий поступок принял он достойное наказание, ибо генерал- майор де Медем с отрядом войск вошел в его владение, разбил вооруженныя скопища, с ним вступившияся, и принудил уцмия просить пощады.

Нынешний уцмий Али хан состоит в чине генерал-майора, имеет от роду 36 лет, пользуется от народа уважением и держит его в послушании. Родной брат его, Адиль бек, ему от роду 28 лет. Дядя его, Рази бек, имеет отделенное от уцмея. /л. 294/

2е, Акуши. Акушинцы или Акуш-дарга живут на высочайшем хребете гор между Дагестаном и Лезгистаном, граничат с дженгатенцами, с казыкумыками и с владением уцмия каракай-дацкаго. Владельцев не имеют, управляются старшинами, находятся в некоторой зависимости от шамхала в разсуждении пастьбы скота, соли и прочих местных обстоятельств. Главнейшия селения суть:

Акуша на вершине Большаго Манаса; Кутань. Урума. Дюгим. Ошуша. на речках впадающих в Большой Манас, и неопределенное количество других деревень /л. 294 об./ весьма многолюдных, ибо в оных полагается более 20 тысяч дворов.

Впрочем союзничество дженгутинцов и зависимость акушенцев относительно к шамхалу не заключают в себе дальнейших обязанностей и не препятствуют сим народам вступать в подоб-ныя сношения и с другими соседственными владельцами, а доказывают только теснейшую связь их с шамхалом, который с помощию их поставить может от 20 до 25 тысяч вооруженных людей. Посему я отличил сии два дагестанские народа именем союзников шамхала. /л. 295/

Дженгутинцы, акушинцы. равно как и подданные тарковскаго владения, все магометанскаго закона сунской секты, говорят разными языками. Тарковцы испорченным татарским наречием, а дженгутинцы и акушинцы лезгинским. Сие показывает некотором образом произхождение первых от кумыков татарскаго [167] колена или смешение онаго старожилами тарковцами (Очевидно, следует читать “...онаго со старожилами тарковцами...”), и таковое же смешение последних двух народов с соседями их лезгинцами. Акушинцы говорят одним наречием с жителями лезгинскаго общества Зудахака, лежащаго /л. 295 об./ во владении казы-кумыцком 136. Главнейшия волости и места сего владения суть:

1е, Утемис - местечко на речке Инчке. в 25 верстах от моря, было раззорено российскими войсками в 1722 году в наказание уцмию.

2е, Башлы - город, местопребывание уцмея на речке сего же имени в 30 верстах от моря.

3е, Мажалис - местечко на реке Большой Буам.

4е, Великент - большое селение на реке Малой Буам. /л. 296/

5е, Беркеч или Берекой при устье Большаго Буама. По имени сей деревни россияне называют тамошних жителей берекайцами. Недалеко оттуда и в 10 верстах, не доходя до леваго берега Дарбаха, находится раззоренный замок Али хан кала.

6е, Баржамей - селение в долине между Большим Буалом (Очевидно, следует читать “Большим Буамом”) и Дарбахом.

7е, Кубичи - город, состоящий на особых условиях под покровительством уцмея, лежит в горах на ручье, падающем в Большой Буам.

Поелику сие место соделалось известным разными слухами и показаниями о произхождении его жителей от франков, /л. 296 об./ не прерывая связи нашего плана, мы поместим особенное об нем изследование в конце сей же статьи. Число жителей сего владения простирается до 25 тысяч дворов, но вооруженных людей не более могут поставить, как до 8 тысяч, потому что уцмий не с каждаго двора берет воина, но с деревни по разчислению.

Жители сего владения весьма наклонны к грабительству, в чем безпрерывно упражняются, нападая на проезжающих купцов из Дербента и Кизляра. Местоположение жилищ их по Каспийскому морю возродило также в них охоту к морскому разбойничеству. Астраханская торговля встречает /л. 297/ нередко от них препятствия, которыя однако же существуют от произвольнаго нерадения купечества об мореходном искустве, потому что, плавая на ненадежных судах, они не смеют отдалятся от берегов, усеянных подводными камнями и мелями, отчего при малейшей непогоде случаются кораблекрушения. Каракайдаки стерегут таковыя произшествия, бросаются в лодки и довершают нещастие погибающих, разхищая товар и забирая людей в плен. Смелое плавание в открытом море уничтожило бы сие препятствие, ибо дагестанцы вообще никаких судов, кроме лодок, не имеют. Строгое надзирание [168] /л. 297 об./ кавказскаго начальства за поведением земноводных разбойников обуздало уже отчасти их своевольство, которое со времени покорения Дербента, долженствует вовсе прекратиться.

Плодородие почвы, ими обитаемой, наипаче в долинах понудило их леность подбирать под ногами разбросанные дары природы и мало-помалу обратить внимание к земледелию, сеянию хлопчатой бумаги и к шелководству. Сии две последния отрасли домоводства их малозначущи, хлебопашество их состоит в сеянии сарачинскаго пшена, просы, пшеницы и ячьменя. Сверх /л. 298/ того промышляют продажею нефти, от коей главный доход принадлежит уцмею. Немаловажную прибыль получают жители от капания дикой марионы (крапа), которая растет в таком изобилии, что многие пахари, разделывая землю под посев хлеба, вырывают плугом марионы ценою от 100 до 200 рублей и более.

Промышленность сия находится в руках кизлярских жителей. Вышепомянутыя выгоды принадлежат токмо живущим по долинам и у подошвы гор. Прочия каракайдаки, далее в горах поселенные, упражняются частию в хлебопашестве, /л. 298 об./ частию промышляют в Кизляре и даже в Астрахани продажею разных плодов свежих и сушенных, как-то: груш, яблок, квитов, по-татарски называемых айва, персиков, абрикосов, арехов. Еще далее за теми, живущие в самых высоких горах, нуждаются в землях, сеют турецкое пшено, известное под именем кукурузы, и главное пропитание имеют от овечьих стад, кои пасут зимою в долинах, а летом в горах. Терекемеи, кочующие трухменцы, коих небольшое число подвластно также уцмею, упражняются большею частию в скотоводстве.

Весь доход уцмея от продажи /л. 299/ нефти и морены, от взимания пошлины с провозимых товаров, составляет не более 20 тысяч рублей, включая туда же отрасль доходов от разбоев, которая весьма маловажна по чрезмерной осторожности проезжающих, имеющих обыкновение брать с собою надежных провожатых от места до места, зная что каракайдаки нападают только тогда, когда видят склонность, а в равный бой не вступают.

Жители сего владения исповедают закон магометанской сунской секты, говорят языком лезгинским, смешанным с татарским. /л. 299 об./

Изследование о городе Кубечи

В 1253 году монах Рубрикус в проезде свой чрез Кавказския горы от Баты хана в стан Мангу хана упоминает о городе Теласе, в котором жили немцы, как он слышал. Потом в стане [169] Мангу хана сказали ему, что сии немцы переселены от запада на восток разстоянием на месяц езды от прежняго города в другой город, называемый Балак. где они работают на золотых и железных рудниках и куют оружие. Но откуда они пришли и когда, ничего не упоминается. /л. 300/

От сего ли источника заимствовал Гербер свое показание о кубечинских жителях или почерпнул оное от разсказов, слышанных на месте. Мнение его состоит в следующем: что жители кубечинские называют сами себя франками, то есть европейцами и сказывают, что предки их более нежели за 1000 лет поселились на сем месте. От других слышал он догадки, что генуезцы и греки, торговавшие по Черному и Каспийскому морю, могли учредить там рудокопные заводы и чаятельно по нашествии татар сии художники остались в теперешних жилищах и составили республику. /л. 300 об./ Вероятность сей догадки, тем паче подтвердилось, что они искусные художники, делают огнестрельное оружие, сабли, панцыри и еще более искусны в золотой и серебреной работе. Герберу последовал Гильденштет и другие писавшие о кавказских народах, повторяя о произхождении кубечинцев тоже самое. По изустным преданиям, до меня дошедшим, многие из кавказских народов думают, якобы ссылаясь на собственное показание кубечинцев, что предки их были франки, жили прежде в долинах, но во время нашествия Чингис хана на аварское владение, убежали в горы, /л. 301/ в теперешнее место, где по многих претерпенных ими гонениях от мусульманов принуждены были оставить христианской закон и, пребывши несколько лет в неверии, напоследок приняли магометанскую веру. Таковыя обстоятельства весьма делают правдоподобным показание Рубрикуса о городах Теласе и Болаке. Недостает нам только удостоверение точно ли кубечинцы сами себя признают происходящими от франков: разрешением сего вопроса кажется должны прекратиться сомнения и обнаружить истину.

Известно было, что братья Наравские или Гуренгутеры, /л. 301 об./ поселенные в Сарепте на Волге, основываясь на сих показаниях, а еще более на догадках, помещенных в путешествии Гильденштета, о переселении в Кавказския горы богемцов во время претерпеннаго ими гонения за веру, к чему способствовало сходство имян совсем несходных реки Чегем с Чех, послали двух братьев в Кубечи для разведывания о произхождении тамошних жителей, сведения, ими приобретенныя, никогда еще не были обнародованы. Я старался получить оныя посредством господина (В рукописи вместо слов “господина”, “господином” написана одна буква “г.”) саратовскаго губернатора Петра Ульяновича Белякова, который по дружбе своей удовлетворил мое желание, доставя мне выписку, извлеченную [170] господином Вигандом из сарептскаго архива, /л. 302/ касательно путешествия упомянутых двух братьев, она помещается здесь от слова до слова, как ниже следует.

Известие о кубашинцах (кубечинцах). собранное из письменных и из устных повествований

“От разных путешествователей и в разныя времена сарептскому братскому обществу известно стало, что в Кавказских горах обитает народ, россиянами называемый чеченцами, другими же - чегем и чехем. Разность сих имян казалось только основана на затруднении, с каковым азиатския имена и произношения оных изображаются европейскими буквами, велико же сходство /л. 302 об./ имени сих кавказских жителей с именем чех, коим богемцы сами себя называют, зародило загадку, что оные кавказцы произошли может быть от богемцов. Некоторая разность в правах, коею чеченцы отличаются от прочих своих соседей, подкрепила сию догадку, наипаче утвержденную известным академиком Гильденштетом. Ныне известно, что речка, между Кавказскими горами текущая (в Большой Кабарде), называется Чегем, от котораго имени легко догадаться можно было, что чечемы или чеченцы заимствовали свое название, не прибегая к отдаленным /л. 303/ странам для изыскания произхождения того имени, однако сие обстоятельство тогда еще не было известно. Но поелику братское общество в прежние веки претерпело великое гонение в Богемии и в Маравии, от коего многие отдалились к восточным странам, то саратовское братское общество побуждаемо было объяснить, буде возможно, произхождение кавказских чеченцов. Посему в конце ноября 1781 года два брата сарептские, именно первый Грабис, совершенно знающий татарский язык, уже умерший, а другой Груль, доныне в живых, отправлены были чрез Кизляр в Кубечи. марта в 7 день 1782 года они прибыли /л. 303 об./ в деревню Бергес, где тогда случайно находился Уцмий хан, владелец тамошних стран, кому они отлично были рекомендованы. Уцмий хан, сперва их подозревая по причине той, что невежды татары об них разгласили, иные, что они чудотворные врачи, другие, что они богатые купцы, но, удостоверясь напоследок о цели их путешествия, он взял их с собою в город Башлы. где он имеет обыкновенное свое пребывание. Из Башлы же отправил их с провожатым до Кубечи к кунаку своему Махмуту, который принял их с кавказским гостеприимством. При вступлении братьев /л. 304/ в Кубечи все доказало им, что жители суть магометане. Однако они от Махмута и от страшин со всевозможным прилежанием осведомлялись [171] о произхождении сего народа, о законе, языке, книгах и проч., разсмотрели все домы и нашли остатки от трех церквей. Над дверью одной из сих церквей находится надпись, в камне изсеченная, которую однако ни сарептяне, ни тамошние жители разобрать не могли, только в средине сей надписи примечены были обыкновенные европейские (или лучше сказать арабские) цыфри 1215. Недалеко от той церкви находится другая весьма высокая, из хорошаго /л. 304 об./ сеченаго камня состроенная, многою резною работаю украшенная, которая переделана для жилья в пяти этажах. И в сей церкви находятся камни с надписями, коих никто из них разобрать не умел. У кубечинцов нет ни древних книг, ни других письменных известий. Они употребляют арабския буквы для письма турецкаго, татарскаго и собственно своего языка. О произхождении своем никакаго утвердительнаго известия дать не могли, утверждали только, что предки их были христиане, но что более уже 300 лет, как они приняли магометанский закон, за что они Бога благодарят, что наставил /л. 305/ их якобы на истинный путь.

Город Кубечи лежит в узской долине между тремя высокими горами, на южной стороне коих построен город. Домы числом примерно до 5000 разположены по крутизнам гор, один над другим, посему улиц в сем городе не имеется. В некотором разстоянии от города находятся хуторы с довольным числом овец, из шерсти коих женщины делают ткани, мужчины же по большой части оружейники. Город некоторым образом подвластен Уцмий хану, но жители управляются четырмя /л. 305 об./ старшинами, кои ежегодно переменяются так, что в сей должности со временем все хозяева участвовать могут. Когда сарептские братья с ними разстались, то Махмут принял их себе в кунаки и обещал им дружеской прием на случай, есть ли бы опять приехали в сей город. Они возвратились летом 1782 года.

Что сии чубечинцы произходят от христиан, тому служат доказательством, собственныя их предания и остатки церквей. Но что они не произходят от братьев еще более доказывается азиатским их телосложением /л. 306/ и чертами лица, языком их, в коем не примечается ни малейшаго следа немецкаго языка, тремя резбою украшенными церквами, каковых у братьев никогда не бывало и числом 1215, ибо сей год не менее двух веков ранее того гонения, посредством коего братья из Богемии были изгнаны. Но греческаго ли, грузинскаго или готерскаго произхождения кубечинцы, того по имеющимся в Сарепте известиям решить неможно.

Нельзя не согласиться на сие чистосердечное и не менее основательное заключение, которое опровергает все прежния о кубечинцах догадки, /л. 306 об./ яко с правоподобием несообразныя. Одна выходит истина, что предки кубечинцов были христиане, а таковых было много между кавказскими народами, из чего неможно [172] однако же заключить, что предки тех народов были европейцы. Пропуская без замечания и без упоминания многия подобныя разсказы, основанные на охоте путешественников и читателей к чудесному или странному, я остановился на сем показании отчасти потому, что сообщенные мною доводы, любопытные по своему содержанию, служат также к пополнению географических /л. 307/ сведений, а отчасти и для того, чтобы показать какому сомнению подвержены догадки, заимствованныя от необстоятельных слухов и от произвождения слов. Притом нахожу нужным зделать два замечания. Первое, что произвождение чеченцов от Чегема нельзя почитать иначе, как произвольным ини мало не доказанныя, ибо сверх разности, каковыя слышится в звуке слов чегем и чечен, река Чегем течет в Кабарде, а чеченцы живут на Сунже. Второе, непонятным кажется, почему братья сарептские, желая изследовать о происхождении чеченцов, послали братьев своих в Кубечи. /л. 307об./ отстоящия по крайне мере на 150 верст от чеченцов обыкновенного дорогою и принадлежащая другому колену. Может быть, что по прибытии своем в Кизляр утвердились они в неосновательности сих догадок и, раздумавши ехать к чеченцам, положили другое намерение побывать в Кубечи.

Присовокупим к сему новейшия сведения, собранныя о кубечинцах.

Домы строят высокия в два, в три и в четыре яруса, и каждый ярус принадлежит разным хозяевам, по возвышению, на каком находятся жилища; их облака и туманы редко уступают место ясной погоде. Все жители, /л. 308/ жены их и дети обоего пола, достигшие десятилетняго возраста, суть ремесленники. Мужчины занимаются деланием панцырей ружей, пистолетов, кинжалов, ножей, конских и оружейных уборов, также женских поясов из золота и серебра. На серебро наводят золотую, а на железо золотую и серебреную насечку и чернь, в чем помогают им малолетние их дети и даже самые жены их. Но сии последния преимущественно упражняются в тканье сукон и холстов, почитаемыя в горах за самыя лучшия, в долинах разводят шелковичныя деревья и выделывают небольшое количество /л. 308 об./ шелку. Занимаются отчасти и купеческими промыслами, развозя в разныя места свои изделия для продажи, наипаче в Дербент. Окружности кубечинския лесами и водами совершенно изобилуют. Жители добронравны, жития честнаго и чуждаются буйства, свойственнаго их соседям. Говорят особенным лезгинским наречием похожим на наречие зудахаринцев. [173]

4е. Ханство Дербентское

Ханство дербентское, важное по положению города Дербента, весьма маловажно своим пространством и населением, длина его по берегу Каспийского моря от реки /л. 309/ Дарбаха до реки Самура 45 верст, а ширина от моря до гор, где начинается табасаранское владение, заключает в себе не более 15 и в самой большой ширине 20 верст. Граничит с владениями: каракайдацким, табасаранским, казыкумыцким и кубанским. Между Дарбахом и Дербентом земли низкия и болотистыя от множества ручьев, тут разливающихся, между коими однако же находятся земли удоб-ныя к хлебопашеству. По ту сторону Дербента до реки Рубаса и даже до Самура простираются прекрасныя долины, заключающий в себе луга, пахату /л. 309 об./ и по берегам рек небольшия леса. У самого Дербента одна отрасль гор, высунувшаяся к морю на разстояние от онаго в двух с половиною до трех верст, унизана торчащими скалами между густым лесом, покрывшим верх ея и крутизны. Сей промежуток, занятый строением города Дербента, известен был древним именем pilloe caspive и pilloe albanive. то есть каспийския или албанския ворота, но г-н Данвиль и после него академик С. Кроа 137 ясно доказал, что Дербенту принадлежит название албанских ворот, ибо каспийския ворота /л. 310/ по точнейшим изследовании должны находиться под 35° северной широты и приличествуют другой стены и другому ущелию, лежащему в мазендаранской провинции близь Астрабата, известному у восточных писателей под именем кавар или дешти-кавар. у персиян под именем фируз-куг. Стена сия продолжалась от персидскаго города Бекдза до Самарканда на 240 миль и построена была Киштадбом 5, персидским царем рода Каянидов.

Местоположение города Алабаида древних географов, лежавшаго между реками Касием и Албанусом. то есть /л. 310 об./ между Манасом и Самуром, наиболее приличествует Дербенту.

Предания народныя и восточныя.

Историки приписывают построение города Дербента Искендеру, т. е. Александру Великому. По восточным писателям известно, что шах персидской Нуширван колена Сасанидов в начале шестаго столетия велел исправить стену, лежащую от востока на запад между Каспийским и Черным морем, для защищения Персии от нашествия козаров и прочих северных народов, называемых восточными писателями яджудж /л. 311/ и маджудж или гот и магог. С некоторым правдоподобием можно отнести к тому же времени и построение Дербента, который есть ничто иное, как окончание стены примыкающей к Каспийскому морю. Была ли [174] продолжена сия стена до Чернаго моря о том достоверных знаков не отыскано, но мы увидим ниже сего в разных местах, что существование оной от Дербента до реки Алазани обнаруживается многими остатками. По свидетельству истории, Дербент почитался всегда крепчайшим оплотом персидской монархии со стороны северных народов. В 1589 году, когда турки завоевали /л. 311 об./ оной от Персии вместе с другими областями, персидский шах Емир гемзе, в наших архивах называемый Худа бендей. прислал просить помощи у царя Федора Ивановича, предлагая ему уступить города Дербент и Баку 138. Таковое же условие подтверждено было и при сыне его, шахе Аббасе Великом, но по разным обстоятельствам не приведено было в исполнение. В городе Дербенте от шахов поставляем был султан в виде главнаго начальника и наип в виде коменданта или вице-губернатора. В 1722 году при взятии Дербента императором Петром Великим находился там /л. 312/ наип Имам Кули бек, который за оказанное им усердие пожалован был ханом. По смерти его шах Надыр поставил в Дербенте от себя Султана Мила, сына прежняго хана. Но коль скоро уведано было в Дербенте о смерти шах Надыра, что случилось в 1747 году, народ избрал себе в начальники сына прежняго своего хана, по имени Мамат Асан хана, который владел сим городом до 1766 года, доколе усилившийся Фет Али хан кубинский не покорил под власть свою город и провинцию дербентскую. Фет Али хан, будучи утесняем от горских народов и наипаче от уцмия каракайдацкаго, прибегнул под защиту и покровительство российское в 1775 году 139. /л. 312 об./ Генерал-майор де Медем, имея повеление наказать уцмея за пленение академика Гмелина и между тем вспомоществовать Фет Али хану, ходил с отрядом войск до Табасаранских гор и внутрь оных, приводя силою оружия ослушников к должному повиновению. Покровительство российское способствовало к возвышению власти Фет Али хана до такой степени, что владение его простиралось до реки Куры, заключая в себе округу Сальянскую, и что ханы, шамахинский и бакинский, платили ему дань. По смерти его, случившийся в 1787 году, наследовал ему старший сын его, Ахмет хан, который чрез несколько [лет] /л. 313/ умер, оставя владение меньшому брату своему, Шах Али хану 140. Сей ознаменовал начальное правление свое храбрыми подвигами против неприятелей, хотя и находился еще в совершенном возрасте. По случаю захвачения Сальянской округи шемахинским ханом, Шах Али с помощию российских промышленников, у Сальяна рыб-ныя ловли откупающих, ударил на неприятеля, разбил его и выгнал из Сальян. В 1795 году он подтвердил подданство свое российскому престолу, но когда при вступлении в персидский поход генерал-поручик граф Зубов послал отряд войск для занятия города Дербента, войско сие встречено было неприятельскими /л. 313 об./ [175] действиями, посему должно было взять город оружием, что случилось в мае 1796 года, причем Шах Али хан со всем своим семейством достался в плен. В том же году отделено от Дербента ханство Кубинское, в коем поставлен ханом Гасан, меньшей брат Шах Али 141. По выступлении войск из Персии и по смерти Гасан хана, Шах Али опять утвержден был ханом дербентским и кубинским. Но час от часу поступки его обнаруживали вероломные его замыслы. Наконец, гнусною изменою произведенное убийство генерала князя Цициянова открыло, что Шах Али был в оном соучастник, вследствие чего повелено наказать, как главнаго убийцу /л. 314/ Гусеин кули хана бакинскаго, так и Шах Али хана дербентскаго. Генерал-лейтенант Глазенап едва подступил к Дербенту, жители, недовольные развратным поведением своего хана, выгнали его из города и просили занять оной, что воспоследовало 21 июня 1806 года. Ныне ханство дербентское, за исключением города, пожаловано Мехтию шамхалу тарковскому за непоколебимую верность его к России 142.

Дербент. По новейшим наблюдениям лежит под 41°, 52'. Сей город заслуживает подробнаго описания. Персидское название дарбант значит запертый проход, у аравитян известен сей город под /л. 314 об./ именем серар-альденеб - золотой престол, у турок под именем демир-капы - железные ворота. Фигура города Дербента есть неправильный продолговатый четвероугольник, коего длинные бока простираются от гор до моря на две с половиною до трех верст, входя в самое море в поперечник верхней части, содержит 250 сажень, а на средине к морю 350 сажень. Разделяется на три части, нарочно зделанными для сего стенами. Верхняя часть составляет замок, называемый Надыр кале, средняя часть есть собственно город, заключающий обывательские домы, нижняя самая к морю, называется Дубари. есть /л. 315/ пустырь без всякаго жилья, где прежде бывали виноградные и другие сады. Против сего места море так мелко, что никакия большия суда с лишком за версту разстояния не могут приставать к берегу. Сие обстоятельство с одной стороны обезпечивает город от нападения, а с другой стороны лишает жителей выгод купеческаго мореплавания. Замок Надыр кале командует всем городом, находясь на 150 сажень возвышения от гаризонта воды и примыкает к горе, которая еще выше замка. Из сей горы проведены родники в большой бассейн, посреди замка находящийся, из коего /л. 315 об./ вода, поднимаясь фонтанами, обращается опять в бассейн и разливается по сему городу в каменные водоемы, нарочно для сего сделаные. В замке живет один хан и его служители. В средней части города, к российской стороне или к северу, находятся вороты, называемые персиянами кирх лар капы, в честь сорока святых, из коих одного полагают погребеннаго против сих ворот. Дагестанцы же называют сии ворота [176] темир капы, что значит железныя вороты. Сие название осталось чаятельно от турков, которые называют сей город темир капы, причем /л. 316/ заметить должно, что и персидское название дар бант значит железныя вороты, потому что все вороты в Дербенте обиты толстыми железными досками и заклепаны гвоздями. Таковых на северной стороне двое и на полуденной к Персии четверо, кроме заделанных ворот. Стены городския, состроенныя из больших тесанных плит, имеющих аршина по два и более в квадрате, вышиною от 5 до 6 сажень, толщиною до 10 футов. Весь город окопан глубоким рвом. Несмотря на многия осады, выдер-жанныя Дербентом, на стенах его, кроме зубцов, не видно знаков повреждения. /л. 316 об./ От крепостной стены прямо на запад чрез горы и долины идет та славная стена, о которой уверяют жители, что она простирается до Чернаго моря, хотя местами она прерывается, но по следам остатков ея, от Дербента в горы верст на 30, потом в Табасаранских горах разбросанных, очевидно увериться можно в ея существовании. В 1796 году сочтено домов 2 189, монетный двор один, лавок 450, мечетей 15, караван-сараев 6, фабрик шелковых 30, фабрик бумажных 113, разных мастеровых лавок 50, жителей обоего пола с небольшим 10 тысяч, которые все /л. 317/ магометанскаго закона алиевой секты и родом большею частию персияне, кроме некотораго числа армян, говорят и пишут персидским языком, называемым фарс, но простонародно употребляют испорченное татарское наречие.

Жители городские упражняются в шелководстве, в сеянии шафрана и в купеческом промысле, как собственными своими изделиями, как и привозимыми из Персии товарами, отправляя оныя в Астрахань, Кизляр и в Дагестан. Имеют также сады виноградные, из коего делаемое армянами вино грубо и невкусно. Император Петр Великий прислал в Дербент для усовершенствования /л. 317 об./ тамошняго виноделия майора Туркула, родом венгерца, который в течении нескольких лет исправлял сию отрасль и довел до некоторой степени совершенства. Сей же великий монарх обратил внимание свое на умножение шафраннаго посева. Мятежное состояние тамошних стран привело обе сии части в запущение.

Число прочих жителей не превосходит 2 000 дворов. Родом они из кочющих в Персии народов шахсевен и терекемен. издревле переведенных в Дагестан, поселены в 17 деревнях, держут-ся секты сунской и алиевой. Говорят татарским наречием. /л. 318/ Они прилежные земледельцы, сеют всякаго рода хлеб, хлопчатую бумагу, шефран, упражняются также в шелководстве и в копании дикой марионы, промышляют доставлением в Дербент дров, угольев и съестных припасов. Земли их изобилуют всеми припасами, лугами, лесами и водами. Горские народы нарушают их спокойствие [177] своими набегами, каковые однако же умеют они отражать, будучи от природы храбрыми и по осторожности всегда вооружены. Все жители ханства дербентскаго вместе с городскими не более поставить могут, как четыре тысячи /л. 318 об./ вооруженных людей, большею частию конницы, которая почитается в Дербенте за лучшую.

Фет Али хан дербентский получал знатный доход с принадлежащих и завоеванных провинций, равно как и от даней, платимых прочими ханами. Доход, собственно ханству дербентскому присвоенный, составляет не более 20 тысяч рублей серебром, да, сверх того некоторое количество хлеба и прочих припасов, взимаемое натурою.

5е. Область табасаранская

Земли табасаранския простираются по хребту, вышедшему /л. 319/ от восточных гор у вершин рек Кайсу и Самура, занимают в долину от востока к западу около 70 верст, а в ширину от юга к северу около 50 верст, к востоку граничат с дербентским владением, к югу и западу с владением Хамбутая казыкумыцкаго и народом, называемым кура, к северу с владениями уцмея каракайдацкаго.

Реки Гургели, Буам, Большой Дарбах и Рубас вытекают из Табасаранских гор и, обмывши подошвы оных к северу и к полудни, впадают в Каспийское море. Между последними двумя реками текут еще Меньшой Дарбах и Хашенди. которыя соединяются /л. 319 об./ при урочище Хамейди капир и разливаются по полям Иран-харобским.

Верхнее возвышение главнаго хребта, тамошними жителями называемое бент, покрыто дремучим лесом, с обеих же сторон имеет крутыя спуски и множество каменистых утесов, которыя образуют трудныя проходы к верхним жилищам табасаранцев и запирают по положению Дербента сообщение севернаго Дагестана с южным и с Ширваном. Сие крепкое местоположение, без сомнения, было причиною к построению дербентскою крепости в древнейшия времена и к протяжению против севера каменных стен и укреплений, /л. 320/ коих развалины, состоящия из круглых башен, прямых стен, занимающих тесныя проходы, и четверо-угольных бойниц, имеющих по углам башни, и отныне видны, а именно: повыше Дербента при деревнях Камах. Зидиян. Хамейди и Дарбах. на дарбайской и зыльской дороге повыше деревень Зыль и Ерси и далее к снеговым горам. Другое поперечное земляное укрепление прикрывает долины, к морю лежащия против гор, и простирается от деревни Хамейди к северному Дагестану, пересекая прямым валом все долины от одной отрасли гор до другой. Сверх того, главный проход в Табасаран /л. 320 об./ со стороны [178] севера и Каспийскаго моря прикрывается возвышенною грядою, идущею от подошвы Камахской горы к северу на две версты. Шах Надыр по завладении Дербентом в 1741 году стоял на сем месте укрепленным лагерем и по неудачным предприятиям своим, против горских народов испытанным, назвал оное Иран хараб. то есть персидская неудача.

Главная дорога из севернаго Дагестана в Табасаран идет мимо сего места по долине меньшаго Дарбаха, где сия дорога разделилась на четыре. 1я дорога в деревню Ерси, прочия три дороги /л. 321/ чрез табасаранский хребет к Ширвану проложены на следующия места: 2я на Махмет бекову деревню Митахи. 3я чрез кадиеву деревню Дарбах. 4я чрез кадиеву деревню Зыль. Все сии дороги, идущия по крутизнам гор, каменистым стремнинам и тесным ущелиям, окруженными лесами или утесами для проходов регулярных войск весьма трудны. По последней дороге на деревню Зыль проходил отряд российских войск в 1775 году со стороны южнаго Дагестана к деревне Ерси для наказания уцмея каракайдацкаго и кадия табасаранскаго за пленение професора Гмелина. /л. 321 об./

Комментарии

130 Точнее первые послы шамхала и тюменского князя прибыли к Ивану IV в 1557 г., их приезды продолжались и в следующие два года. Хотя наш автор совершенно прав: в 1604-1605 гг. произошло некоторое осложнение отношений между русским царем и шамхалом [56, т. 1, с. 283].

131 По другим данным, Сурхай Гирей был принят в подданство русского царя в 1637 г., а жалованная грамота на шамхальское достоинство была получена им в 1642 г. [56, т. 1,с. 129].

132 Адиль Гирей был признан шамхалом грамотой Петра I в сентябре 1722 г. [56, т. 1 с. 347].

133 Действительно, после поражения Адиль Гирей бежал в горы, однако вскоре, в сентябре того же года, он прибыл в лагерь русских, надеясь получить прощение. Здесь Адиль Гирей был арестован и послан в Архангельскую область, где и умер [56, т. 1, с. 352-353].

134 Совершенно верно. Дербентское ханство было передано в управление Тарковскому шамхалу Мехди-беку в августе-сентябре 1806 г. Грамота Александра I об утверждении последнего правителем упомянутого ханства датируется 10 сентября 1806 г. [56, т. 2, с. 19; 126, с. 271].

135 Имеется в виду Георгиевский договор, заключенный между дагестанскими правителями 28 декабря 1802 г. [3, т. 2, с. 1009-1011; 126, с. 258-262].

136 Далее в рукописи идет фраза, не совпадающая со смыслом этого абзаца и, вероятно, попавшая в текст при переписке. Цитируем её: “...общества Зудахака, лежащего // во владении казы-кумыцком владение и не находится с ним в соперничестве потому, что сам домогался до верховной власти” (л. 295 об.).

137 К сожалению, нам не удалось установить полное имя “акад. Кроа” и найти его сочинение, которым пользовался наш автор. Скорее всего, упомянутый ученый принадлежал к известной семье французских географов де Ла Круаер, представители которой неоднократно бывали в России и принимали непосредственное участие в описании российских владений [8, с. 401, 402].

138 Неточность. Дербент был захвачен турками в 1585-1586 гг. Посольство от шаха Ходабендэ прибыло в Москву в конце 1587 г. [20, с. 57-59].

139 Текст письма Фет Али-хана к Екатерине II см. в сб. РДО [126, с. 156].

140 Следует уточнить: Ахмед-хан Дербентский вступил во владение ханством в начале 1789 г. Затем правителем Дербентского ханства стал Ших Али-хан (август 1793 г.), а в феврале 1794 г. он дал присягу на верность России [126, с. 212, 226-227].

141 Спустя четыре года (в мае 1800 г.) Ших Али-хан был лишен своего владения, а на его место назначен упомянутый Гасан Али-хан [126, с. 249-252].

142 Уточним: 21 июля 1806 г. русские войска без боя заняли Дербент, и спустя более месяца, как уже указывалось, правителем Дербентского ханства стал тарковский шамхал Мехди-бек [56, т. 2, с. 19; 126, с. 271].

Текст воспроизведен по изданию: С. М. Броневский. Историческия выписки о сношениях России с Персиею, Грузиею и вообще с горскими народами, на Кавказе обитающими со времен Ивана Васильевича доныне. РАН. Институт востоковедения СПб. 1996.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.
Rambler's Top100