Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АБУ-Л-ГАЗИ

РОДОСЛОВНАЯ ТУРКМЕН

О царствовании Инал-Йавы-хана

Собрался весь огузский иль во главе с Коркут-ата — сыном Кара-ходжи [из иля] Кайы, с Энкеш-ходжой [из иля] Салор и Авашбан-ходжой и подняли государем Инала-Йавы, 133 из народа Кайы. Везиром у него был Коркут-ата. И что бы ни сказал Коркут-ата, Инал-|730| Йавы не отступал от его слов. Много необыкновенных дел свершил Коркут-ата. Он прожил двести девяносто пять (По переводу А. Туманского (стр. 40): “девяносто пять”) лет и был везиром при трех государях.

Инал-Йавы царствовал семь лет. У него было два сына: старшего звали Ал, младшего — Дуйлы-Кайы. Инал-Йавы-хан, собравшись умирать, посадил на свое место Дуйлы-Кайы, [а сам] отправился к [богу].

Дуйлы-Кайы тоже следовал советам Коркут-ата.|735| Кроме Коркута, у него было два инак-бека; 134 один — из иля Байындыр по имени Бек-дез, другой — из [иля] Игдир по имени Дунке. Дуйлы-Кайы царствовал много лет. Детей у него не было. Он съел свою пищу, провел свои годы и, прожив долгую жизнь, скончался. [58]

О царствовании Эрки, младшего брата Дуйлы-Кайы, и о появлении на свет его сына Тумана

|740| У Дуйлы-Кайы был близкий родственник по имени Эрки. 135 Он устроил поминки [по Дуйлы-Кайы]. Весь огузский иль собрался на поминки; все беки во главе с Коркут-ата спросили: “Нет ли беременных среди жен хана?”. Одна мамка (даjа хатун) выступила [вперед] и сказала: “Одна из жен хана беременна, и у нас есть надежда, что она — скоро разрешится.” Спустя несколько дней, |745| когда раздавали пищу за упокой [души] хана, появились люди и сказали: “У хана родился сын”, и потребовали сyйyнчи 136—подарок за радостную весть. Все беки во главе с Эрки дали сyйyнчи. Эрки созвал народ на пир, каждый принес подарок, соответствующий его великодушию, зарезали четыреста лошадей и четыре тысячи баранов. [Эрки] приказал выставить три хауза из юфти: 137 один из них велел наполнить аракой, другой — кумысом, третий — катыком. 138 Целый месяц, день и ночь, |750| на [том] тое все, хорошие и плохие, предавались веселию. Старики забыли свой возраст, бедняки забыли свою бедность, богачи забыли о смерти.

Огузский иль сказал Коркуту: “Дай этому мальчику хорошее имя”. Коркут-ата сказал: “Пусть его имя будет Туман-хан”. 139 Народ сказал: “Дай имя лучше этого”. Коркут-ата ответил: |755| “Нет имени лучше этого. В тот день, когда умер Дуйлы-Кайы-хан, наш юрт охватил туман и наступил мрак. Этот мальчик родился во [время] тумана, и потому я дал ему имя Туман. И, во-вторых, от [всего] сердца я желаю ему счастливой судьбы, и потому даю [ему] имя Туман, ибо туман долго не держится, он скоро проходит. Туманный день станет солнечным, после тумана не может не быть ясного дня. |760| Туман, который не долго держится, я уподобил юности этого мальчика, [а] солнце, [появившееся] позднее, я уподобил счастливой и долгой жизни этого мальчика, когда он, став взрослым, воссядет на троне своего отца”. Услышав эти [слова], весь народ кликами “Хвала, хвала [тебе]” [выразил] Коркуту [свое одобрение], возрадовался и сотворил долгую молитву за Тумана.

И еще весь народ, во главе с Коркутом, сказал Эрки: “Ты устроил той на целый месяц, |765| а пища у тебя не иссякла. Кумыса и айрана у тебя в хаузах было больше, чем воды в озере. Теперь, с сего дня, тебя будем звать Кoль-Эрки-хан. 140 Туман — твой собственный сын. Садись на место твоего старшего брата Дуйлы-Кайы и правь ханством, а когда Туман станет джигитом, ты сам прекрасно знаешь, что ты должен ему дать”, и сделали Кoль-Эрки ханом. |770| Он жил с народом в ладу. Туман стал джигитом. Люди, которые служили еще Дуйлы-Кайы-хану, обратились к Туману с [такими] словами: “Царство тебе досталось в наследство от твоего отца. С согласия всего народа оно временно было поручено Кoль-Эрки с тем условием, что, когда ты станешь совершеннолетним, оно должно быть передано тебе”. [59]

Туман приказал через одного человека передать эти слова Кoль-Эрки. |775| Кoль-Эрки, услышав эти слова, передал [их] Коркуту наедине и, по его совету, созвав лучших людей иля, устроил великий той. Кoль-Эрки-хан посадил Коркута на почетное место (тoр) в кибитке и, преклонив колено, поднес [ему] чашу с кумысом. После того как Коркут выпил кумыс и все поели, Кoль-Эрки сказал: “О иль и народ, вы все знаете, что царство по праву принадлежит Туману.|780|До сего времени Туман был молод, а потому я правил делами. Теперь Туман стал зрелым джигитом, и я передаю ему престол его отца”.

Весь народ сказал Коркуту: “Судьба хана и всего огузского иля в твоих руках, поступай так, как найдешь нужным”. Коркут, услышав эти слова, послал человека привести Тумана и, усадив его на середину кибитки, |785| сказал: “Отец твой умер, ты остался малолетним. Кoль-Эрки был тебе отцом и старшим братом. С [твоего] появления на свет и до сего времени он, приложив много усилий, вырастил тебя хорошим [человеком]. И венец, и престол, и иль, и весь юрт — твои. Мы просим тебя: “Потерпи несколько дней, [вечная] разлука с твоим старшим братом — близка”. Когда он сказал [так], Туман ответил: “Ты — лучший из всего огузского иля, везир моего отца |790| и мой дед, я согласен с твоими словами”.

У Кoль-Эрки была дочь, очень красивая и послушная во всем своему отцу и своей матери. Коркут, сговорившись с Кoль-Эрки и Туманом, устроил той, [который продолжался] семь дней и ночей; отдали девушку [в жены] Туману, дав за ней домашнюю утварь и пожитки, подобающие [ее] царскому достоинству.

В те времена у иля Авшар |795| был хан по имени Айне; он сватал эту девушку за своего сына. Кoль-Эрки согласился и должен был отдать [ее]. Айне-хан, прослышав, что девушку отдали Туману, собрал войско и пошел [войною] на Кoль-Эрки. 141 Кoль-Эрки с большим войском выступил навстречу; произошла битва. [Кoль-Эрки] одолел Айне, убил сына Айне и разбил авшарское войско. Прогнав Айне, он пошел на его юрт, захватил юрт и оставался там шесть месяцев. Айне |800| бежал и прибыл к другому илю. Кoль-Эрки, дав клятву, послал сказать Айне: “Это зло сделал не ты, а твой сын; он получил свое возмездие. Теперь мы с тобою братья. Приди и будь хозяином своего юрта, а я возвращаюсь [домой]”. Посланец пошел и передал все эти слова. Айне, поверив, пришел и свиделся с Кoль-Эрки. Кoль-Эрки, передав [ему] его юрт, пустился [в обратный путь] и пришел в свой собственный юрт.

|805| О рождении у Тумана сына, о наречении его именем Йавлы и о прозвании его после достижения совершеннолетия Канлы-Йавлы

У Тумана, от дочери Кoль-Эрки, родился сын. Ему дали имя Йавлы. Это был [человек] благородный и мужественный. Он стал взрослым. Однажды, забавляясь с джигитами на берегу реки, он подрался с одним [60] джигитом. И со словами “Я убью его” принялся искать что-нибудь [подходящее]; поблизости ничего,|810| кроме кызгана, 142 не нашел; схватил его за конец и, вырвав [с корнем], ударил им того джигита по шее, сломал ему шею; тот умер.

Кoль-Эрки-хан, Туман, Коркут и все беки были в сборе. Когда им рассказали о том, что сделал Йавлы, старые и молодые, хорошие и плохие, видевшие и слышавшие, [все] были удивлены и поражены. Туман сказал: “До сего времени этого молодца |815| мы звали Йавлы, а теперь его следует называть Канлы-(кровавый)-Йавлы”. И после этого все его называли Канлы-Йавлы.

Однажды Кoль-Эрки-хан сидел в палатке, там же находился и Туман. В дверь вошел Канлы-Йавлы, сел посередине и, глядя на Кoль-Эрки, сказал: “О дедушка! Престол, на котором ты сидишь, принадлежит моему деду Дуйлы-Кайы. |820| До сего времени ты не отдавал [его] под тем предлогом, что мой отец Туман молод, а почему теперь не отдаешь?”. Кoль-Эрки-хан долго сидел, понурив голову. Немного спустя он поднял голову и сказал: “Я ожидал от тебя, что [ты] скажешь эти слова раньше, именно в тот день, когда ты [кызганом] с колючками сломал шею [тому] человеку. Ты правильно говоришь. Ладно! Хорошо!

Теперь [царство] |825| надлежит передать твоему отцу”.

О царствовании Тумана

Кoль-Эрки, услышав от своего внука эти слова, послал привести весь огузский иль во главе с Коркутом и, устроив великий той, поднял Тумана ханом и посадил его на престол. Кoль-Эрки стоя сказал Туман-хану: “Когда умер твой отец, я сел на этот престол, чтобы править илем. |830| [С тех пор] прошло тридцать пять лет. Я надеюсь, что ты, [как] и я, станешь спрашивать [о делах] хороших и плохих [людей] иля и что, царствуя, ты пойдешь по тому же пути, по которому шел и я”. Туман ответил: “Вы хорошо сказали. Если моя судьба такова, я буду следовать вашим советам”.

По окончании разговора [о делах] юрта, Кoль-Эрки-хан, |835| взглянув в лицо Канлы-Йавлы, сказал: “О сын моей дочери! Я слышал, говорят: ”Не ожидай дружбы от тех, кто рожден дочерьми”. Ты не обратил в ложь слова ранее живших [людей]”.

Когда Туман-хан процарствовал четыре месяца, весь народ во главе с Коркутом сказали Туману: “Возблагодари бога! У тебя есть такой хороший сын, как Канлы-Йавлы. Прилично передать ему власть государя, а сам ты |840| будешь пировать, веселиться”. Туман согласился и, передав своему сыну власть государя, со смиренным сердцем предался служению богу.

О царствовании Канлы-Йавлы

Это был замечательный богатырь, удалец и герой. Со всеми странами (jурт), что по четырем сторонам, он затеял вражду, захватил и [61] подчинил [их] себе. В его время волк не мог причинить зла ягненку, |845| барс — козлу, беркут — зайцу, ястреб — куропатке. Он благоустраивал [свой] иль, сокрушал врагов; он превзошел [всех] государей своего времени. Он скончался, процарствовав девяносто лет.

О царствовании Мур-Йавы

У Канлы-Йавлы было два сына; старшего звали Мур-Йавы, младшего — Кара-Алп-Арслан. Умирая, [Канлы-Йавлы] |850| разделил свой юрт на две части. Туркестан и Йангикент отдал Мур-Йавы, Талаш и Сайрам отдал Кара-Алп-Арслану. Спустя несколько лет, Кара-Алп стал враждовать со своим старшим братом Мур-Йавы. Лучшие люди иля вмешались и долго уговаривали их помириться, [но] Кара-Алп-Арслан не согласился. И, наконец, каждый из них выставил войско, и они сразились под Сайрамом. Победил Мур-Йавы. |855| Кара-Алп-Арслан погиб в сражении; [Мур-Йавы], разгромив все его или и пробыв там один год, пустился [в обратный путь] и пришел к себе домой.

У Кара-Алп-Арслана был малолетний сын; его и жену [Кара-Алпа] Мур-Йавы взял с собой. С тех пор прошло несколько лет. Однажды Мур-Йавы сидел [один, к нему] пришел сын Кара-Алп-Арслана. [Мур-Йавы], посмотрев ему в лицо, сказал: “Если бы твой отец по [своему] невежеству не стал враждовать со мной, |860| ты не рос бы вот так, сиротой. Жаль, [но] что поделаешь!”. Он долго плакал, [затем] сказал: “Пусть твое имя будет Алп-Тугач”. 143 Призвав лучших людей, оставшихся после его отца, поручил им Алп-Тугача и, отдав ему юрт его отца, отослал [его], а народу дал приказ: |865| “Людей, приведенных в плен из иля Кара-Алп-Арслана, пусть отошлют обратно”. Алп-Тугач пошел и воссел [на престол] в юрте своего отца; все те, кто ушел на [все] четыре стороны, собрались к нему. Мур-Йавы-хан, процарствовав семьдесят пять лет, отправился в тот мир.

О царствовании Кара-хана, сына Мур-Йавы

У Мур-Йавы не было детей от законных жен. |870| Во время набега на иль некоего Урджа-хана он захватил в плен женщину; продержав ее несколько дней [у себя], он отослал ее. Женщина эта, возвратившись в свой юрт, сказала: “Я беременна от Мур-Йавы-хана”. Через несколько месяцев она родила сына. Ему дали имя Кара. Он вырос у своих дядей (по матери). Став джигитом, он бежал и явился к Мур-Йавы-хану. Мур-Йавы усыновил его. Когда умер Мур-Йавы, весь | 875| народ собрался и поднял его ханом. Он жил в ладу с илем; пробыв ханом сорок лет, он скончался. [62]

О царствовании Богра-хана

У Кара-хана был сын по имени Богра. 144 После смерти Кара-хана весь народ поднял Богра государем. Богра-хан превзошел всех своих предков. Придя с многочисленным войском, |880| он завоевал Бухару и Самарканд. [Однако], по причине того, что его братья возмутились в его юрте, он не мог оставаться [в чужих краях] и вернулся. После этого он пошел и завоевал страну Хорезм и много лет царствовал там. Однажды, ведя войско на север, 145 хан сказал: “Нам захотелось кушанья из пшеничной муки”. [Но], чтобы приготовить лапшу (yгрa) и другие кушанья, |885| не оказалось [ни] повара, Гни] кухонных принадлежностей. Хан велел принести муки и приготовить тесто; нарезав его собственными руками, он положил [его] в котел. Нукеры, которые присутствовали [при этом], последовали примеру хана. Когда [хан] сварил и съел [кушанье], он сказал: “Пусть это кушанье называется богра-хановским”. Эту пищу приготовляют и по сей день и в народе [её] называют богра. 146

У хана было три сына: старшего звали |890| Иль-Тегин, второго — Кузы-Тегин, третьего — Бик-Тегин. Тегин на древнетюркском языке означает — прекрасноликий. 147

Когда хан состарился, он передал царство Кузы-Тегину, а сам удалился на покой. У него была законная жена по имени Бабер, очень умная, благочестивая, богобоязненная, добродетельная и примерная [женщина]. Она была матерью трех сыновей. Когда она скончалась, |895| Богра-хан был в великом трауре: в течение года он ни с кем не разговаривал и не выходил из дома. Однажды Кузы-Тегин сказал своему отцу: “До каких пор вы будете соблюдать траур и предаваться скорби. Поезжайте на охоту, может быть ваше сердце успокоится”. И каждый день он брал своего отца куда-нибудь на охоту или на прогулку. Через несколько дней страсть и желание возникли в сердце хана; в такое время [Кузы-Тегин] сказал: “Беки говорят, что хану приличествует |900| стать мужем”. Хан ответил: “Откуда взять такую жену, которая заменила бы твою мать?”. Кузы-Тегин сказал: “Если не будет такой, как моя мать, то будет еще лучше”. И сколько хан ни говорил: “Я не стану мужем”, однако Кузы-Тегин не дал ему настоять на своем. В авшарском иле у человека по имени Эгрендже была красавица дочь, носившая [в своем] юрте имя Кoркели-Йахшы. Ее выдали за хана. |905| Вот что запало в сердце этой злосчастной девушке: “Кузы-Тегин любит меня, а потому он нарочно выдал меня за своего отца, чтобы самому тайно со мною наслаждаться. А если [это] не так, то зачем же он такую девицу-красавицу, как я, выдал за старика?!”. Однажды Кузы-Тегин пришел повидать своего отца. Хан спал, жена сидела [одна].

|910| Она подошла к Кузы-Тегину и, гладя ему лицо и глаза и лаская [его], стала обращаться [с ним] так, как обращаются жены, когда они [63] развлекаются со [своими] мужьями. Кузы-Тегин в сердце своем сказал: “Она заменила мне мать и [потому так] ласково обращается со мною”. И еще несколько дней спустя, встретившись наедине, она сказала Кузы-Тегину: “Разве ты ничего не знаешь, что со мною происходит? |915| Я люблю тебя! Ночью нет мне сна, днем нет мне покоя. Если тебе нет дела до меня, то зачем ты выдал меня за старика?!”. Кузы-Тегин сказал: “Ты мне мать. Если с сего дня ты не оставишь эти твои поступки, я разорву тебя на части и по кускам зарою в землю”.

Женщина рассказала о случившемся своим родственницам; |920| посоветовавшись, они сказали: “Прежде чем Кузы-Тегин успеет рассказать обо всем хану и народу, надо сказать [тебе самой], а иначе тебе смерть”. Все они в [полном] единодушии послали одну женщину; та женщина пошла и, выкрав из кибитки Кузы-Тегина его сапоги, пришла [в них] в кибитку Богра-хана, а затем вернулась и положила сапоги на место.

В ту |925| ночь хана не было дома: он уехал на охоту. После полуночи выпало немного снега. На заре ханша начала кричать. Когда рассвело, народ услышал, что из палатки доносится голос плачущей женщины. Когда все, мужчины и женщины, собрались и подошли к дверям палатки, они увидели ханшу с расцарапанным лицом, всю |930 |в крови. Она говорила: “Этой ночью, на заре, когда я спала, кто-то вошел и обнял меня. Я взглянула: Кузы-Тегин-хан. Он сказал: ”Не кричи! — Это я. Я люблю тебя. Я выдал тебя за своего отца затем, чтобы днем ты принадлежала моему отцу, а ночью — мне. А иначе что делал бы мой отец с [такой] женщиной!”. Я продолжала кричать: |935| ”Где это видно, чтобы так обходились со своей матерью!”. Услышав от меня эти слова, он убежал”.

Спавшие рядом женщины подтвердили эти слова, а ханша сказала: “Лучшего доказательства и быть не может! На земле — снег, посмотрите на его следы”. Осмотрели следы: они идут из кибитки Кузы-Тегина к [ханской] палатке, затем возвращаются и снова идут к кибитке Кузы-Тегина. |940| Кузы-Тегин подошел к следу, поставил [в него] ногу: они [нога и след] совпали.

Богра-хан возвратился с охоты; рассказали и ему. Все беки во главе с ханом, призвав Кузы-Тегина, сказали: “Что это? Что ты ночью натворил?!”. Кузы-Тегин рассказал, что он видел и слышал от этой женщины, и еще сказал: “От стыда я не мог рассказать [о поступке мачехи]; во-вторых, [эту женщину |945| я добыл и выдал за своего отца. Я сказал, чтобы она не срамилась среди народа. Она первая стала приставать ко мне”.

Народ разделился на две части: половина поверила словам ханши, половина поверила словам Кузы-Тегина. Наконец, все решили привести к хану женщин, которые спали рядом с ханшей, и расспросить их. Они [ничего] не сказали. Когда же их начали пытать, они во всех подробностях, от начала до конца, рассказали |950| о совете, который они [64] держали, о речах, которые говорила женщина из [иля] авшаров, и о краже сапог.

Богра-хан сказал Кузы-Тегину: “Я не хотел брать эту женщину [в жены], полагая, что будет разврат! Ты не дал мне поступить по моему желанию, а теперь ты сам прекрасно знаешь, как надлежит тебе поступить с ней”. Когда он [так] сказал, Кузы-Тегин приказал привести пять диких кобылиц и привязать к их хвостам [женщину] за шею, обе ноги и |955| обе руки, за каждую в отдельности. [Затем] концом копья стали колоть задние ноги кобылиц: они долго кружились и разорвали женщину на пять частей, и каждая [из кобылиц] увлекла [свою] часть в свой загон.

Богра-хан царствовал много лет и, прожив девяносто лет, умер.

О царствовании Кузы-Тегина, сына Богра-хана

Кузы-|960|Тегин, воссев на престол своего отца, приводил в уныние своих врагов и радовал своих друзей; илю оказывал справедливость. Бедным и неимущим делал добро и раздавал подаяния. Он пробыл ханом сорок лет; достигнув семидесяти пяти лет и посадив на свое место своего сына Арслана, скончался.

О царствовании Арслан-хана, сына Кузы-Тегина

Арслан, воссев на престол своего отца, |965| сделался великим ханом. Спустя много лет [с ним] стал враждовать иль Сораджык. Арслан выступил [с войском], разбил сораджыкский иль, а оставшихся [в живых] подчинил себе. Там он захватил в плен и привез с собою годовалого ребенка; он дал ему имя Сувар, и сам воспитал его. Это был умный и благородный человек, искусный стрелок, мудрый и талантливый человек, знающий, куда и какой дорогой следует идти. Он стал инаком у хана. |970| Все приближенные хана (aшiк халкы) из зависти плохо относились к нему. Они не знали, как оклеветать Сувара перед ханом. Однажды при народе хан что-то говорил на ухо Сувару, и его борода коснулась лица хана. После того как Сувар ушел, хан, взглянув на своих беков, сказал: “Сувара-воспитанника поцеловать можно!”. Беки сказали: “О том, что он совершил, |975| мы скажем наедине”. Оставшись наедине, они сказали: “Тогда-то такому-то вашему имуществу он нанес ущерб, такую-то вашу тайну разгласил народу. Вы взяли его из [среды] врагов, [вот] он и тянет к своему корню. Мы должны рассказать о некоторых из содеянных им злодеяниях. Худшим из всех его дел является то, что он состоит в [преступной] связи с вашей женой”.

Арслан-|980|хан сказал: “Я послал Сувара в Йангикент по делам. По возвращении я передаю [его] вам; вы сами прекрасно знаете, как вам убить [его]”. И еще сказал: “В таком-то месте очень много, говорят, диких козлов; я и сам думал поехать, да со вчерашнего дня все тело [65] у меня болит. Вы же отправляйтесь во главе народа и устройте охоту: бедные и неимущие добудут [себе] припасы на зиму”. Беки |985| собрали народ и отправились на охоту.

Хан, сговорившись с ханшей, слег больным. Спустя несколько дней, когда он стал [якобы] совсем плох, оставшиеся дома беки послали за ушедшими на охоту беками и за Суваром: пусть поспешат повидаться — “Хан — плох”. В тот день, когда беки должны были прибыть с охоты, хан умер. Когда они прибыли, то увидели, что хан умер.

Беки устроили совет; забрали все неживое |990| и живое имущество, принадлежавшее хану. В то время вернулся и Сувар. Они сказали Сувару: “Ты с ханшей знаешь, когда выносить останки хана, в каком месте предать [их земле], ты [знаешь] все обряды поминовения, так ты и делай. И так как при его жизни вы оба занимались всеми делами, то и [теперь], когда он умер, вы же и займитесь [всем этим]”. Так сказали, к покойнику не пошли, оставили [его] и |995| ушли. Сувар, [стоя] у ног хана, обрезал себе бороду, взял камень и принялся бить себя по голове и груди, и всего себя изранил. Он говорил, стеная: “Не было меня когда ты умирал, я не мог подать [тебе] кружки воды, я и не прислуживал [тебе]. Теперь я здесь, чтобы предать тебя земле. После этого без тебя не жить мне на этом свете. Я сам себя |1000| убью и лягу у ног твоих”. Он [так] говорил и плакал. Вдруг хан поднялся со своего места, обнял Сувара, поцеловал его в лицо и сказал: “Я притворился мертвым, чтобы узнать правду о тебе и о беках, которые дурно отзываются о тебе!”. 148

Услышав, что хан жив, пришел весь народ. Беков, которые захватили добро хана и которые |1005| бросили [все] и ушли, [даже] не взглянув на покойника, схватили, ослепили и отрубили им руки. Арслан-хан, процарствовав семьдесят лет, скончался.

О старшем сыне Богра-хана, Иль-Тегине, и о царствовании сына его Османа

Сын Арслан-хана был мал. У его старшего дяди со стороны отца был сын по имени Осман. Его сделали ханом. Процарствовав пятнадцать лет, |1010| он скончался.

О царствовании Эсли-хана, сына Иль-Тегина

У Османа был младший брат по имени Эсли. Его сделали ханом Пробыв ханом три года, он отправился вслед за своим отцом.

О царствовании Шейбан-хана, сына Эсли У Эсли был сын по имени Шейбан. Его сделали ханом. И он, Следуя по пути своих отцов, с хорошими |1015| был хорощ, с плохими — плох. Пробыв на престоле своего отца двадцать лет, он откочевал в места кочевий своих предков. [66]

О царствовании Буран-хана, сына Шейбана

У Шейбана был сын по имени Буран. Его сделали ханом. Буран тоже хорошо правил илем, |1020| не пренебрегая обычаями и уложениями огузского иля. После восемнадцатилетнего царствования он скончался.

О царствовании Али-хана

В те времена огузский иль обитал по обеим сторонам реки Сыр, близ ее устья. Пришли моголы; они часто совершали набеги [на иль]. Большая часть [иля] откочевала, не будучи в состоянии противостоять им, и ушла в Ургенч. Оставшиеся подняли ханом некоего Али. У Али был малолетний |1025| сын по имени Кылыч-Арслан, ему дали прозвище Шахмелик. 149 Был [там] столетний человек, [родом] из иля Букдез, прозываемый Кузыджы-бек. В те времена юрт огузского иля [был расположен] у устья реки Сыр, между Ургенчем и рекой Сыр, по обе стороны Аму-Дарьи, а в песках — между Ургенчем и Мервом 150 вплоть до устья реки Мургаб. 151 Сам Али-хан сидел в Йангикенте, а |1030| Шахмелика поручил Кузыджы-беку; он сказал своему сыну: “От слов Кузыджы не отступай!”. Кузыджы же [хан] сказал: “Возьми Шахмелика и иди к огузскому илю, пусть он там растет, пусть привыкает к этому народу, а народ к нему. В одной части иля я буду сидеть, а в другой части будь ты с моим сыном”. С этими словами он отправил [их].

Шахмелик прибыл к илю. Народ поднял его государем. |1035| Спустя несколько лет Шахмелик стал джигитом. Однако он оказался злого нрава и засматривался, если у кого-нибудь оказывалась красивая дочь или жена, [располагающая] посмотреть [на нее]. Кузыджы много раз увещевал его; он не слушался. Иль прозвал Шахмелика Бедадгар — несправедливый. Мало-помалу он начал творить насилия над дочерьми и женами лучших людей иля. Тогда огузский иль собрался и решил убить [его]. Прослышав об этом,|1040|он бежал к своему отцу. Кузыджы-бек отправился вслед за ним, но прибыл к Али-хану раньше Шахмелика и обстоятельно рассказал о том, что случилось. Затем прибыл Шахмелик. Али-хан [приказал] схватить Шахмелика, высечь [его] нагайкой, связать ему руки и бросить [в тюрьму]. Услышав об этом, Кузыджы пошел и спросил хана: “Ты приказал связать его, что ты хочешь сделать [с ним]?”. Хан сказал: “Я хочу отослать его в огузский иль, чтобы сердца их были довольны мною!”. |1045| Кузыджы сказал: “Если ты пошлешь Шахмелика, они убьют [его] и, возгордившись, станут враждовать с тобой; ты лишишься и сына своего, и иля своего”. Али-хан сказал: “Ты приехал [сюда] уже повидав, что происходит в иле, ты [все] прекрасно знаешь, скажи то, что им придется по душе”. Кузыджы сказал: “Порешим на том, что я отправлюсь вперед и от твоего имени принесу (скажу) извинение илю. [И еще] скажу: ”Али-хан |1050| побил своего сына”, [67] [скажу], что ты связал его по рукам и ногам и отправил его к народу, сказав, что народ сам отлично знает, что с ним делать. ”Я прибыл вперед”, — скажу я,— ”чтобы рассказать об этом, а он вскоре, вслед за мной прибудет”. Все свое войско ты отдай сыну твоему и пошли его вслед за мной. Пока я буду их отвлекать словами, Шахмелик прибудет; пусть он схватит и убьет хороших из них, чтобы плохие сами покорились”. Али-хан, |1055| одобрив это, решил сделать [так].

О том, как огузский иль стал враждовать с Али-ханом, отом, как убили Шахмелик а, о том, как пошла смута, и о том, как огузский иль рассеялся на все четыре стороны

Теперь надлежит рассказать, что делал [огузский] иль после того, как Шахмелик бежал. В те времена великим беком иля, обитавшего в Ургенче, на Мургабе и Теджене, был некто по прозванию Кыркут из иля Кайы. |1060| В иле был юродивый, [его] звали Миран-Кахен. Кыркут-бек велел позвать [его] и сказал: “Шахмелик и Кузыджы-бек разгневались на нас и бежали к Али-хану. Как пойдут дела у хана с илем?”. Миран-Кахен целый час сидел молча, а потом сказал: “Скоро в огуз-ском иле будет война. Красная кровь потечет черной рекою. Али-хан скоро |1065| умрет. На его месте государем станет другой человек”.

Об этом речь кончена; теперь поведем речь о другом. Был один человек по имени Тогурмыш. Отца его звали Керандже-ходжа, [родом] из иля Кайы; он был беден, как человек, который [только еще] устраивает дом.

За много лет до этих событий однажды ночью Тогурмыш спал и видел сон, что из его груди растут три дерева, [вот они] стали высокими, ветви простерлись [во все стороны] и покрылись листьями. Поутру |1070| встав, он пошел и рассказал этот сон Миран-Кахену. Тот сказал: “Никому не рассказывай о сне, который ты видел, это — хороший сон”.

У Тогурмыша было три сына; за каждого из сыновей в жертву богу он зарезал по барану, сварил [мясо] и роздал народу. Его старшего сына звали Токат, среднего—Тогрул, а младшего — Арслан. Они были в кровном родстве с Кыркут-беком. Все трое |1075| были меткие стрелки и удальцы. Кыркут-бек сделал Тогрула онбеги, 152 а [потому] его и звали Тогрул-онбеги.

Теперь расскажем о Шахмелике. Кузыджы-бек сказал Али-хану: “Посылай Шахмелика вслед за мной” и, отправившись из Йангикента, прибыл к илю, обитавшему в Ургенче. В те времена народ [этого иля] повиновался Тогрулу. 153 Тогрул сказал Кузыджы: “Говори правду, а не то |1080| на старости лет ты умрешь в муках, лишившись рассудка”. Со страху он сказал правду. Кузыджы связали. Послали человека скакать к илю; собралось шестнадцать тысяч человек. Они отправились к дороге, [68] по которой должен был прийти Шахмелик. Кыркут-бек с восемью тысячами стоял по одну сторону дороги, Тогрул-бек с восемью тысячами стоял по другую сторону дороги; далеко [вперед] |1085| выдвинули караул — сторожевой отряд. В один [прекрасный] день караул прибыл и донес: “Идут”. [Воины], сев на коней, заняли обе стороны дороги. Войска у Шахмелика было двадцать тысяч. Дав пройти половине его [войска], они с обеих сторон пустили коней, и произошла великая битва. Тогрул победил. Шахмелика полонили и убили; и беков его перебили. Али-хан умер вскоре, после того как услышал эту весть.

В огузском иле [все] стали друг с другом |1090| кровно враждовать. 154 Случилось то, что называется “в [каждом] доме — черный хан”. (См. стр. 47) [Все] нападали друг на друга, убивали друг друга. И вот много илей во главе с Кылк-беком, Казан-беком, Караман-беком ушло в Мангышлак. Среди них были [люди] из всех илей, однако больше всего было из [илей] Имир, Дукер, Игдир, Чавулдур, Каркын, Салор и Агар. [Часть] во главе с сыновьями Алыджак-бека |1095| ушла в горы Хисар. Несколько илей, [а именно]: Оклы, Кокли, Агар и Султанлы ушли в Балханские горы. Йазырский иль ушел в Хорасан и много лет жил в окрестностях Дуруна; по этой причине Дурун называют Йазыровым юртом. Некоторая часть йазырского иля поселилась в горах вблизи Дуруна, где занялась земледелием. В настоящее время их называют карадашлы. 155 И еще |1100| десять тысяч кибиток из салорского иля во главе с Дингли-беком ушло в Хорасан. Они жили там много лет. Откочевав оттуда, они отправились в Ирак 156 и Фарс; там они поселились и остались [жить]. Султан Меликшах, отец султана Санджар-Мази, 157 из уруга Кынык, пошел и завоевал Ирак и Фарс. Когда он, сделав Исфаган своей столицей, пребывал [в ней], несколько человек из потомков (нaсl) самого Дингли-бека, [который] происходил из салорского иля, |1105| и из потомков тех племен (джамa'ат), которые раньше пришли [сюда], явились к султану и стали [у него] нукерами. Они сказали: “Мы — из салорского народа огузова иля. Наши деды пришли из Туркестана”, и [тем самым] дали знать о родстве [с султаном]. Некоторая часть из этих салоров возвратилась из Ирака в Мангышлак. О том, как они возвратились, если будет угодно богу, я еще расскажу. |1100| Люди, жившие прежде, говаривали: “Найдутся ли пути [дороги], по которым огузы не кочевали и не хаживали бы, найдутся ли юрты, в которых они не ставили своих кибиток и не живали бы!”.

О царствовании Тогрул-хана, сына Тогурмыша

Те из огузова иля, которые после разгрома Шахмелика не ушли, обосновались при устье реки Сыр и на реке Аму и подняли ханом Tor-рула, сына Тогурмыша. |1115| Процарствовав двадцать лет, он скончался. [69].

[О царствовании Арслана, младшего сына Тогурмыша]

После него [Тогрула] ханом сделали Арслана, 158 младшего сына Тогурмыша. Он царствовал десять лет. Когда он отправился вслед за ушедшими, ханом сделали его сына Асыл-заде.

[О царствовании Асыл-заде]

Он двадцать лет жил, [распивая] мирское вино. А когда перестал пить и открыл глаза, то увидел, что |1120| лежит рядом со своими предками. У него был сын; он дал этому мальчику имя деда, назвав его Арсланом.

Арслана сделали ханом

И он, просидев на месте своего отца десять лет, скончался. После него осталось двое малолетних сыновей: старшего звали Кукем-Бакуй, младшего — Серенк.

Кукем-Бакуя сделали государем

Он был очень молод и не различал добра и зла.|1125| В то время у огузского иля был враг по имени Карашыт. Прослышав, что Арслан-хан умер, что после него остались малолетние сыновья и что из-за их неумения править в огузском иле идут раздоры, он пошел [на них] войною. Он пришел и напал на стан (орда) 159. Арслан-хана и на кибитки беков. Посадив Кукем-Бакуя на лошадь, они бежали.

|1130| В то время Серенк был в колыбели; враг захватил его в плен и увез с собой. С тех пор прошло много лет. Серенк, став джигитом, послал сказать своему старшему брату Кукем-Бакую: “Я не могу бежать, пусть придет мой старший брат и попытается выручить меня!”. Услышав это, Кукем-Бакуй собрал войско всего огузского иля, пошел и напал на Карашыта. Забрав своего младшего брата Серенка, здрав и невредим он вернулся к себе домой.|1135| Кукем-Бакуй, процарствовав двадцать лет, скончался.

О царствовании Серенк-хана, сына Арслана

После смерти Кукем-Бакуя государем сделали его младшего брата Серенка. Процарствовав десять лет, он отправился вслед за своим отцом.

[О Сельджук-бае]

После этого много илей во главе с Сельджук-баем, 160 [происходящим] из царствующего уруга Кынык огузского иля, кочуя, |1140| пришли к городу Ходженту, что на берегу Сыра; там они обитали много лет, [а потом] отправились в вилайет Hyp; 161 пробыв там сто лет, откочевали и направились к Ургенчу. Не имея возможности осесть в Ургенче, они откочевали и направились в Хорасан и расселились от Мерва до Балхан. В те времена Хорасан был в руках внуков султана Махмуда [70] Газневи. |1145| [Это] было в то время, о котором говаривали: “Наполнилась чаша их державы и перелилась через край”.

Сельджуки взяли город Мерв-и Шахиджан 162 и сделали государем Тогрул-бека. Алп-Арслан, султан Меликшах и Санджар-Мази, [все] они из этого племени (джамa'ат).

Нет нужды нам передавать повествования об этих государях, [ибо] наши предшественники, чтобы поведать о происхождении этих государей, сочинили столько книг, |1150| что им счет знает точно [один] всевышний бог. Сельджуки, заявляя: “Мы туркмены, мы [ваши] братья”, не принесли пользы ни илю, ни народу. До того как стали государями, они говорили: “Мы — из туркменского уруга Кынык”. А после того как стали государями, говорили: “Сын Афрасиаба бежал от Кейхосрова 163 и прибыл к туркменскому уругу Кынык, там он вырос и [навсегда] остался. Мы его потомки, |1155| мы из рода (нaсl) Афрасиаба”. Считая своих предков, они в тридцать пятом поколении (По переводу А. Туманского (стр. 61): “через пять поколений”) доводят [их] до Афрасиаба. 164 После Кукем-Бакуя и Серенка огузский иль уже не мог самостоятельно поднимать и сажать [на престол] государей. Те из огузского иля, которые обосновались на Мангышлаке и Балхане, подчинялись тому, кто был государем в Ургенче. Те, кто обитали в Хорасане, подчинялись тому, кто был государем в Хорасане. Те, кто жили |1160| в Мавераннахре и других юртах, были в таком же положении.

О предках, младших братьях и потомках Салор-Oгyрджик-алпа

Когда [произошел] разгром Шахмелика, иль салоров во главе с Дин-нгли-беком отправился в Ирак; после того как они прожили там много лет, в их среде появился благородный джигит по имени Oгyрджик.

Люди из туркмен, сведущие в истории, доводят |1165| Oгyрджик-алпа в шестнадцатом поколении до Огуз-хана. А считают они так: отец Oгyрджик-алпа — Кара-Гази-бек, его отец Карадж, его отец Бенам-Гази, его отец Бурыджы-Гази, его отец Кылал-Гази, его отец Инал-Гази, его отец Сулейман-Гази, его отец Хайдар-Гази, его отец Oткyзли Урус, |1170| его отец Казан-алп, его отец Энкеш, его отец Эндер, его отец Ата, его отец Тимур, его отец Салор, его отец Таг-хан, его отец Огуз-хан. Эти слова есть чистейшая ошибка, так как со времен Огуз-хана до сего времени прошло пять тысяч лет. Со времен Oгyрджика до сего времени прошло пятьсот, шестьсот лет. |1175| Между Огузом и Oгyрджиком — четыре тысячи четыреста лет. Шестнадцать поколений проходят за четыреста, самое большое, за четыреста пятьдесят лет. Так, где же имена предков Oгyрджика, которые жили в течение четырех тысяч лет? То, что записанные выше шестнадцать человек являются потомками Огуза, — верно; то, что они являются предками Oгyрджика, — тоже верно. Однако [71] в запись вносили [только] того человека, который в иле |1180| приобретал и известность, неизвестных людей не записывали. [Один] бог знает имена [тех] пятнадцати-двадцати людей, которые остались незаписанными между каждым из тех людей, которые оказались записанными. Вот поэтому-то я и говорю, что между Огузом и Oгyрджиком прошло четыре тысячи четыреста лет.

Если в каждое тысячелетие, по-видимому, проходит сорок поколений, [значит] |1185| должно было пройти двести поколений. А как быть с теми, кто ошибается?! [Один бог] может не дать забыть коловращения и [состояния] дел этой небесной сферы; при нем [при его помощи] это — легко. Ошибочность этих слов заключается еще и в том, что Салор-Казана через шесть поколений на седьмом они доводят до Огуз-хана. А теперь, читающие и внимающие этим словам, поразмыслите хорошенько: Огуз-хан |1190| жил за четыре тысячи лет до нашего пророка, а Казан-алп триста лет спустя после нашего пророка. На старости лет он отправился в Мекку и, став хаджи, вернулся. Итак, каким же образом в шестом поколении Салор-Казан может дойти до Огуз-хана?! И еще, Салор-Казан жил в одно время с Коркут-ата [из иля] Кайы. Вот тартым, 165 в котором Коркут-ата восхваляет Салор-Казан-алпа:

|1195| Они перекатывали камни, [лежавшие] в ущелье через горы Казыкурт;
Пойдя навстречу, Салор-Казан схватил [их].
Его увидали Ит-бечене и лишились рассудка от [страха].
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?!
Положил он в один котел мясо сорока одной лошади,
Взял он тот котел в левую руку;
Правой рукой оделял он [мясом] иль.
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?! 166
С синего неба спустился живой змий,
Стал пожирать каждого, [кого] увидит.
|1200| Салор-Казан, не давая пощады, отрубил ему голову,
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?!
С тридцатью-сорока тысячами воинов Казан выступил [в поход];
Разбил он или Ит-бечене и вернулся [домой].
[Лишь] некоторые из них спаслись, испросив пощады.
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?!
Райятам из тюрок и туркмен, арабов [и] персов,
[Всем] мусульманам Казан оказывал покровительство;
Во многих случаях побивал он неверных.
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?! color=#800000 [72]
|1205| У него переняли [военное] искусство все великие,
Некоторым [из них] он дал место по правую и по левую руку;
Нам он выделил [самое] достойное место из всего иля.
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?!
Странник Коркут, знай, теперь ты скоро умрешь;
Сотвори молитву за счастье Казана!
Караван ушел, ты сильно запоздал, отправляйся в путь!
Видел ли кто [таких] богатырей, беков, как Казан?!

Теперь поведем повествование об Oгyрджике. В то время в Ираке был кочевой |1210| народ — байындырский иль. Oгyрджик-алп ослушался повеления байындырского бека. Байындырский бек озлобился против Oгyрджика. У Oгyрджика не было силы сражаться с байындырами. Со своим илем в тысячу кибиток он бежал из Ирака и пришел в Шемаху; девятьсот кибиток было салорских, сто кибиток — каркынских.

|1215| Он хотел поселиться там, [но], боясь байындыров, пошел в Крым. Откочевав оттуда, он перешел реку Итиль и пришел к реке Яик. В те времена в местностях, называемых Ала-Кенк и Кара-Каш, обитал народ Канклы. Хана [этого народа] звали Кoк-Тонлы. Прибыв к нему, [Oгyрджик] прожил [там] несколько лет. В конце концов, поссорившись и с ним, он бежал [от него]. Кок-Тонлы |1220| настиг его и захватил у него семьсот кибиток. [Oгyрджик] с тремястами кибиток бежал и пошел в Мангышлак; три года он пробыл в местности, называемой Карахан. Кок-Тонлы не знал, куда ушел Oгyрджик. Спустя три года, прослышав [об Oгyрджике], он выступил в поход. Oгyрджик, прослышав, что он выступил в поход, вместе со своим илем спасся бегством и пошел к Балханским горам.

|1225| Вот тартым, который пропел тогда Oгyрджик:
Бежав от хана канклов, я отправился к югу,
Пройдя поля и степи, обошел я с востока [то] место,
Я приказал выступить в путь тем, кто знает поля и земли;
Я сделал удобной дорогой две обвеваемые ветрами и покрытые снегом вершины (?)
Мехами, мехами устлал я... поля.
Тыл обратив к противнику, я подтянул мои силы;
На своей пегой лошади проехал я по горной дороге.
Я основал юрт от Кабаклы до Алета (Алта), |1230|
Когда, подняв шум, вслед за мною подошли враги;
С головой, [полной] забот, я приказал тугому луку взяться за дело.
За кровь и гной — победа! На стрелы я пролил кровь, [73]
На острый булат, [который], если ударит, — разит, я приказал привязать знамя.
Обнажив свой меч, я нагибался, — и выкапывал колодец.
Прозимовав в долине, пролетовав в степи, я перевалил цепи гор.
Когда он натянул свой лук, я прибыл к черной горе(?).
Какая бы кучка людей не устраивала той, я присутствовал там.
Так как они принесли златоглазого зайца(?).
Я [в качестве] всех различных тамг дам ножку гуся (?).

|1235| У Кара-Гази-бека было четыре сына: первый — Oгyрджик-алп, второй — Суварджик, третий — Дудык, четвертый — Кабаджык. О потомках этих четырех, о каждом в отдельности, если будет угодно богу, мы [еще] расскажем.

У Oгyрджика было шесть сыновей; каждые двое из них были близнецами: они трижды, друг за другом рождались двойнями. Имена их таковы: Берди и Бука — одна двойня, Авсар и|1240|Кусар — одна двойня, Йаджы и Дингли — одна двойня.

У Берди было двое сыновей: одного звали Кулмы, другого — Кулхаджи. Потомки Кулмы — или Йомут и Калтак.

И у Йомута 167 было двое сыновей: одного звали Oзли-Тимур, другого — Кутлу-Тимур. А у Oзли-Тимура было три сына; имена их следующие: |1245| Иса, Муса и Бахрамшах. И у Кутлу-Тимура было три сына; имена их следующие: Джуны, Ширан и Куджык.

У Арсари-бая, 168 сына Кул-хаджи, было три сына: Инал-Гази, Зейнал-Гази и Мустафа-Гази. У Инал-Гази было двое сыновей: одного из них звали Тура, другого — Сокман. Лайна и Джаршанкы — |1250| потомки этих двух [сыновей Инал-Гази]. Потомки Зейнал-Гази — Кара и Бакаул. Потомки Мустафа-Гази — У луг-тyпa 169 и Гyнеш. Потомки Бука — Ички-салоры — внутренние салоры. 170

А еще в одном сочинении (намa) так сказано. В салорском иле был человек по имени Энкеш. Жену его звали Джаджаклы. Имя их сына было Казан-Салор, |1255| прозываемый также Казан-алпом.

В то время у иля Бечене был государь по имени Тоймадук. Он пришел, напал на жилище Энкеша, взял в плен Джаджаклы и увез [с собой]. Спустя три года Энкеш, отдав за [нее много] добра, сумел вернуть ее. Через шесть месяцев после возвращения Джаджаклы домой она родила младенца — мальчика. “Откуда ты взяла этого мальчика?”, — сказал |1260| Казан-алп своей матери, [ударил [ее] палкой и поранил ей голову. Джаджаклы сказала: “Пришел враг; когда стемнело, ты убежал, побледнев [от страха]; сев на верблюда, я хотела было ехать вслед за тобой. Приложив все усилия, ит-бечене по моим следам настиг [меня], схватил за голову моего верблюда. Внутри его [ит-бечене] закипело, [74] сам он покраснел, сел на меня, позабавился, отнял у меня волю; от него я понесла этого мальчика”. |1265| Так как этот мальчик происходил из иля Ит-бечене ему дали имя Ирек. Среди тюрок существует такой обычай: собакам дают имя Ирек [или] Серек.

У Ирека был сын по имени Арыклы. Говорят, что ички-салоры потомки Арыклы. Нас в те времена не было; правду и неправду [только] бог толком |1270| знает. Если [это] неправда, грех за это [пусть падет] на шею тех, кто рассказывал [об этом] раньше нас.

Потомки Авсара — Таракима-салоры. Потомки Дингли — народ Джабы. Потомки Йаджы в настоящее время живут на берегу реки Аму, близ Кара-Куля; еще и теперь их называют йайджы. Мы рассказали о потомстве пяти сыновей Oгyрджика. |1275| Однако потомство, оставшееся от его сына по имени Кусар, неведомо.

Теперь расскажем о потомках младших братьев Oгyрджика. У Суварджика был сын по имени Хуршид. Иль Олам-ургенчли — потомки Хуршида. Уруг Азлар 171 — потомки Дудыка. Иль Сакар — потомки Кабаджыка. [Вот] мы и сказали о потомстве младших братьев Oгyрджика и о потомстве сыновей их.

|1280| Теперь скажем о других илях. Или Агар и Аймаклы [происходят от] уйгура Эркиль-ходжи, который был везиром у Кун-хана, сына Огуз-хана; они его потомки.

Происхождение народа иля Йемир таково. На Мангышлаке один ички-салор убил другого ички-салора, и, бежав, появился среди салорского иля, обитавшего в Дуруне. |1285| И даже взял у них девушку [в жены] и обосновался [там], как на родине. Народ всего иля Йемир — потомки того человека.

Буркас. В салорском иле был [человек], прозывавшийся Тимур-Тоглы-хан; и был еще один человек по имени Исик (бедняк)-Исмаил, [родом] из салоров. Он ехал откуда-то; видит, кибитка (oj) Тимур-Тоглы-хана перекочевывает. |1290| Он не торопясь спешился. Когда кочевье прошло, он, думая, что [на месте кибитки], возможно, что-нибудь осталось, пошел [к месту, где стояло] жилище (jурт) и увидел, что [на том месте, где был] очаг, лежит младенец — мальчик. У этого человека мужского потомства не было, он усыновил [мальчика] и оставил у себя. Он дал ему имя Буркас. Весь буркасский иль — его потомки.

Теке и Сарык. |1295| В салорском иле был человек [по имени] Той-Тутмаз. Или Теке и Сарык — его потомки. Конец.

Об илях, ставших туркменами и присоединившихся к туркменам

Эски. В те времена Ургенч, Балхан и Мангышлак принадлежали справедливому Джаныбек-хану, 172 сыну Узбек-хана. Джаныбек-хан послал к туркменам уйгура, |1300| по имени Санклы-Син, с тем, чтобы он взыскивал с тех, кто провинился и совершил преступление. Он прибыл [75] в иль и прожил [там] целый год. И всюду, где оказывались преступники и провинившиеся, — взыскивал. У него было много нукеров и рабов. Был у него раб по имени Айаз; 173 по годам службы он был в пять [раз] старше всех [других] рабов. Провинившиеся туркмены, которые говорили: “[Все равно] |1305| я лишусь и головы своей, и добра своего”, все собрались и, подарив Айазу множество подарков, сказали: “Если ты убьешь своего бека, то скот, который взимается с каждого иля, и то число воинов, которое надлежит выставить с [каждого] дома, — все отдадим тебе. А когда Джаныбек-хан пошлет кого-нибудь и станет требовать тебя, — мы [всем] народом будем |1310| за тебя сражаться и воевать; мы поддержим тебя, не выдадим”.

Айаз, соблазнившись обилием добра и [поддавшись] на их сладкие речи, однажды ночью убил беспечно спавшего Санклы-Сина. Айазу из добра его хозяина не досталось даже и козленка. Тот, кто был ближе к добру, тот его и |1315| забрал. Нукеры Санклы-Сина возвратились к Джаныбек-хану. Айаз из-за страха [за жизнь] не мог уйти и остался среди туркмен, обитавших в горах Балхана. В том же году Джаныбек-хан в городе Сарае, что на берегу реки Итиль, отошел [туда, где] милосердие божие. Весь народ Эски — потомки того Айаза.

Хыз(д)ыр-или (Хыз/др ili). |1320| На Балхане был [человек] из салорского иля по имени Арсари-бай. Это был человек, обревший долгую жизнь, богач и ревнитель мусульманства. Подтверждением этих наших слов является следующее. В те времена в Ургенче был один муж праведной жизни ('азiз) по имени Шереф. Он восседал на престоле шейхства и был также муллой. Арсари-бай отправился, |1325| подарил названному шейху сорок верблюдов, принес покаяние и обратился [к нему] с просьбой: “Мы тюрки, [и нам] очень трудно читать арабские книги, постигать их смысл и поступать [по ним]. Если вы соблаговолили бы перевести на тюркский язык арабские [вероучительные] вопросы, вы стали бы участником награды за [это] доброе дело”. И шейх |1330| Шереф-ходжа перевел все религиозные вопросы и составил книгу под названием “Му'ин ал-мyрид” — “Пособник мюридам” — и вручил ее Арсари-баю. С того времени и по сей день все туркмены руководствуются правилами этой книги. 174

В те времена падишах Ирана отдал Хорасан некоему человеку по имени Кома-бек. По прибытии в Хорасан он услышал, что на Балхане, |1335| у Арсари-бая есть красавица дочь по имени Мама. Он послал человека и наказал посватать [ее]: “Я дам много добра [за твою дочь]”. Бай не отдал [дочь]. Кома-бек, узнав, что он не отдает [дочь], выступил с большим войском в поход и на Балхане, у колодца Дукер, убил Арсари-бая, иль его разгромил, а Мама-бике взял [в плен]. Вернувшись [домой], он женился на ней и много |1340| лет держал ее [при себе]. От Мама-бике детей не было. По этой причине он послал человека к сыновьям Арсари-бая сказать, чтобы они взяли свою сестру. Они послали Култак-Караджа-Мергена. Кома-бек, щедро одарив Мама-бике, передал ее Караджа-Мергену. [76] Он дал [ей] также женатого раба. У того раба было четыре |1345| сына и две дочери. Его старшего сына звали Хыз(д)ыр, второго — Али, третьего — Игбек, четвертого — Кашга. Мама-бике, состарившись, отдала все свое имущество на богоугодные дела. Данные ей Кома-беком раб и его жена умерли, а четырех их сыновей и двух |1350| дочерей она отпустила на волю. Все четверо обзавелись домами и стали обладателями многочисленного добра; каждый из них жил в своем месте. Хыз(д)ыр-чора 175 в местности, именуемой Куртыш, 176 что на берегу реки Аму, занялся земледелием, а также скотоводством и стал большим богачом.

В те времена узбеков называли моголами. Четыре могола пришли и, поступив в батраки (jaтiм) к Хыз(д)ыр-чора, присматривали за его скотом.|1355|Затем пришли шесть салоров и поступили в батраки. Все они разбогатели. Со всех сторон и окрестностей приходили голодные, истощенные, разоренные и ограбленные, — присоединялись к ним и селились [здесь]; [так] образовался многочисленный иль.

Верхним пределом их юрта был Тон-Кыры, а основанием — Кары-Кечит. 177 И всякому, кто их спрашивал: “Что вы за народ?”, они отвечали: |1360| “Мы люди Хыз(д)ыр-бая”. Мало-помалу народ их стали называть хыз(д)ыр-или. В хыз(д)ыр-или был один уруг; его называют Кутлар; они потомки Хыз(д)ыр-чора. 178

Теперь скажем об Али, младшем брате Хыз(д)ыра. Али-чора, как и его старший брат, обосновался на берегу реки Аму, зажил [там] и |1365| разбогател. Бедные и обнищавшие из узбеков и туркмен селились около него. Всех их назвали Али-или ('Ali ili) 179. В Али-или есть один уруг, называемый Моголчыклар; они потомки Али-чора. Их юрт расположен по обе стороны реки Аму; верхним его пределом является Кары-Кечит, а основанием — Актам. 180

Третий его [Хыз(д)ыра] младший брат |1370| Игбек после отпуска на волю не расстался с сыновьями Арсари-бая и не ушел в другое место. Его потомков называют Куллар. Они тоже разделились на два бoлyка — отделения; одних назвали Куллар, а других — Чагатай-Куллар. А смысл прозвания Чагатай вот каков: когда Хорасан был в руках потомков

Тимура, народ Улуг-тyпa обитал на Балхане и на берегу |1375| реки Аму. С южной стороны реки Аму на серой лошади приехал человек ;и закричал: “Переправьте меня [на ту сторону]”. Улуг-тyпинцы послали барку (кiмa) 181 и, переправив [его], спросили: “Ты кто будешь и откуда едешь?”.

Тот джигит сказал: “Я из Чагатайского [иля], из уруга, |1380| называемого Арлат. Однажды в Хорасане, в вилайете, называемом Дурун, вместе с несколькими джигитами мы сидели и пили вино. Среди нас был один знатный человек. Он подрался со мною. Я его ударил ножом. Он тотчас же умер. Была ночь; |1385| прежде чем его родственники узнали о том, что он умер, я бежал и добрался до вашего народа”. И много лет он кочевал среди Улуг-тупа. Никто не давал ему дочери [в жены]. Наконец, [77] один из сыновей Игбек-чора выдал за него дочь. [Детей], родившихся у них, и называют Чагатай-Куллар.

Четвертый [из них] Кашга-чора; он тоже обосновался на берегу реки Аму, |1390| близ Аджы-тенгиза 182 и зажил [там]. Его потомков называют Кара-oйли. Подобно своим старшим братьям, он разбогател, [но] к нему никто не пришел, не присоединился, потому что земля, на которой он сидел, была плохая; места, пригодного для посевов, не было, и травы, на которой можно было бы пасти скот, тоже было мало.

Иль Теведжи. Первым из потомков Саин-хана, который сделался мусульманином, |1395| был Узбек-хан, да будет милосердие [божие] над ним! Он скончался в городе Сарае, что на берегу реки Итиль. Его сын Джаныбек-хан воссел на троне своего отца. Туркмены, обитавшие в Ургенче и от Каргалы-Илик до самого Астрабада, были подвластны Джаныбек-хану. Хану сказали, что Балханские горы — очень хорошее место для разведения верблюдов. По этой причине хан велел |1400| тридцати семьям погонщиков верблюдов (сaбaн) откочевать в Балханские горы. Среди них были [люди] из всех уругов. Всем известно, что на службе у государей бывают [люди] из всех племен (тaiфa); так было и у них. Один из людей Джаныбек-хана, прибыв к балханским туркменам, взял [то количество] скота, которое брали [с них] каждый год и, передав много верблюдов тем названным тридцати погонщикам верблюдов (тaвaджi), |1405| ушел. Они обитали на Балхане вплоть до самой смерти Джаныбек-хана. Их прозвали Теведжи. Джаныбек-хан тоже отправился [туда, где] милосердие божие, а сын его Бердибек стал ханом.

И в его время теведжи смотрели за ханскими верблюдами. После смерти Бердибек-хана 183 среди узбеков |1410| пошли раздоры. Балханские туркмены, прослышав об этом, совершили набег на теведжи и захватили ханских верблюдов. После этого теведжи, решив, по причине голода, заняться рыбной ловлей, пошли и поселились возле кара-oйли, потомков Кашга-чора. Спустя несколько лет теведжи стали многочисленным народом. Верхним пределом их юрта был Актам, а основанием — |1415| Огурча. 184 Кара-ойли в течение многих поколений жили среди теведжи. Среди них появился благородный джигит по имени Халиль. В те времена кара-ойли обеднели. По этой причине все они, во главе с Халилем, отправились к онбеги и к знатным людям народа Арсари 185 и сказали: “Мы были вашими слугами. Мы очень изголодались |1420| и отощали. Наша просьба к вам следующая: Если вы отдадите нам птиц и годные для [орошения] посевов источники Больших Балханов и Малых Балханов, то все, что вы потребуете, мы будем ежегодно давать вам”. Лучшие люди из арсари собрались, посидели и сказали: “На Больших Балханах, которые путем покупки (саткун алган) приобрел наш прадед (улуг ата) Арсари-бай, |1425| есть шесть источников проточной воды (акар чaшмa), десять гнезд соколов (лачын) и восемнадцать гнезд балобанов (iт алгу), 186 a на Малых Балханах — четыре гнезда соколов и шесть гнезд балобанов. [78] Сколько ни будет получено зерна (ашлык) с [помощью этих] источников (чaшмa), половину его отдавайте нам. А еще давайте две тысячи [вьюков] камыша для постройки загонов для скота (аран). Каждый год доставляйте десять больших соколов, четыре сокола-самца, восемнадцать |1430| больших балобанов и шесть сарычей (сарыча)”. 187

Кара-oйли Халиль согласился и еще сказал: “У нас нет того, чем можно ловить и бить птиц, и съестных припасов у нас нет”. Онбеги и лучшие люди, собрав с иля [все необходимое] и приказав плести веревки, дали сто кулачей 188 веревки [для силков], козу с шестью козлятами, два бурдюка кислого молока |1435| и одного осла.

В течение многих лет они доставляли то, о чем говорилось выше. В настоящее время их называют Таг-сакары; это потому, что они потомки Кашга-чора. Кашга и Сакары имеют один и тот же смысл.

О девушках, которые были беками в огузском иле

Знатные люди и бахши из туркмен, сведущие в истории, |1440| рассказывают: семь девушек, подчинив себе весь огузский иль, много лет были беками. 189 Первая из них — Алтун-Гoзеки, дочь Сундун-бая и жена Салор-Казан-алпа; она была высокого роста. Вторая — |1445| Барчын-Салор, 190 дочь Кармыш-бая и жена Мамыш-бека. Могила ее находится на берегу реки Сыр и пользуется известностью в народе. Узбеки ее называют Голубое жилище — Кoк-кесене (кашане) — Барчын; [это] — великолепный гумбез, убранный изразцами. 191 Третья — Шабаты, дочь Кайы-бая и жена

Чавулдура Бала-алпа. Четвертая — |1450| Кyнин-Кoркли, дочь Конды-бая и жена Биякан-алпа. Пятая — тоже Кунин-Коркли, дочь Йумак-бая и жена Каркына Конак-алпа. Шестая — Керче-Булады, дочь Алп-Арслана и жена Кестан-Кара-алпа. Седьмая — Кугадлы, дочь Кынык-бая и жена Кымача, сына Дудал-бая.

В тысяча |1455| семьдесят первом (По переводу А. Туманского (стр. 74): “В тысяча семидесятом году , что неверно: ср. стр. 19, по его же переводу, где сказано: “Теперь, т. е. з 1071 г. “См. еще стр. 36) году в Хорезмской стране написано.

Конец. Книга написана

Пророк, да будет мир над ним, сказал: “Перо — слава на этом свете, а почет — на том свете”.

Комментарии

133 Имя Инал-Йавы, вероятно, представляет собою сочетание двух титулов См. примечания 117, 118.

134 У монголов термином инак называли приближенных нукеров (см.: Б. Я. Владимирцов. Общ. строй монголов, стр. 93). По-монгольски слово инак значит 'близкий друг' (Б. Я. Владимирцов, ук. соч., стр. 93), 'доверенный', 'любимец', (И. Н. Березин. Рашид-Эддин, стр. 224, прим. 20; см. еще стр. 62, 163. Н. И. Веселовский. Очерк, стр. 143); по А. Вамбери (Путешествие по Средней Азии, стр. 165, прим. 1), “буквальный смысл слова (инак, А. К.): 'младший брат'”.— В Хиве этот термин, соответствующий бухарскому аталык (см.: В. В. Бартольд. История культурной жизни Туркестана, стр. 102), на протяжении столетий менял свое содержание: глава племени ~ тайный советник хана ~ 'наследник престола' ~ главный начальник провинции или города. В Хиве, во всяком случае в XVIII в., звание “инак” было наследственным (Н. Муравьев. Путешествие в Туркмению и Хиву, ч. II, стр. 36—37). Временами инаки узурпировали власть; так, например, в 1755 г. в Хиве произошел переворот, в результате которого “вся власть в ханстве перешла в руки инаков” (Н. И. Веселовский. Очерк, стр. 234). Мухаммед Эмин-инак (ум. в 1791 г.) в течение 20 лет управлял Хивой (см.: П. П. Иванов. Очерк истории каракалпаков, стр. 73, прим. 4; А. А. Семенов. Бухарский трактат о чинах и званиях и об обязанностях носителей их в средневековой Бухаре, стр. 148; Quatremere. Histoire des Mongoles, стр. L, прим. 84). Об инаках в Хиве см.: Материалы по истории каракалпаков, стр. 92, прил. 1; Заметки майора Бланкеннагеля о поездке из Оренбурга в Хиву, изд. В. В. Григорьевым. СПб., 1858, стр. 28, 29; B.В. Вельяминов-Зерно в. Монеты бухарские и хивинские, стр. 436; H. Муравьев. Путешествие в Туркмению и Хиву, ч. II, стр. 36—42; Н. И. Веселовский. Очерк, стр. 143, 330; МИТТ, т. II, по указателю; Л. Будагов. Ср. словарь, т. I, стр. 212; В. В. Радлов. Опыт словаря, т. I, стлб. 1439—1440.

135 Эрки < эр + ки. См. примечания 87, 140.

136 См.: И. Н. Березин. Рашид-Эддин, стр. 232.

137 В тексте (748) стоит слово *** ховуз ~ хавуз ~ хауз, см. прим. 82.

138 Катык 'густое кислое молоко', 'простокваша' (Л. Будагов. Ср. словарь, т. II, стр. 5).

139 Рассказ о наречении имени Туману в тех же самых выражениях приводится в “Книге Коркута” (см.: О. S. Goekyay. Dede Korkut, стр. XIX). Туман ~ Думан — довольно распространенное мужское имя (см.: Houtsma. Ein tuerk.-arab. Glossar, стр. 29).

140 Коль-Эрки (< Эркин) — прозвище и титул, превращенное в имя собственное, встречается в различных формах: Голъ-Эрки(н) ~ Ирки(н) Коль-Эрки и т. п. Ср.: “Токуз-уйгур тоже избрали из своего племени царем одного человека и прозвали его Кёль-Еркин... После этого другие уйгуры были у них царями. Он-уйгуры называли каждого из них Ель-Ельтир, Токуз-уйгуры — Кёль-Еркин” (В. В. Радлов. К вопросу об уйгурах, стр. 54—55). В словаре Махмуда Кашгарского (МК, т. I, стр. 99) под словом *** iркiн читаем: iркiн суw 'скопившаяся вода', так называют всё собравшееся, собранное. Аристократию (“набольших”) карлуков (***) называют ***, что значит: 'ума у него скопилось, как [воды] в озере'; ср.: irkin 'правитель' (С. Е. Малов. Памятники, стр. 381); Гол-Эркин, по толкованию Дорджи Банзарова (Об ойротах и уйгурах, см. в кн.: И. Н. Березин. Шейбаниада. Приложение, V, стр. 29; Д. Банзаров, Собрание сочинений, стр. 186), который считает это “чисто монгольским именем”, значит: 'начальник гола (реки), главный на реках'. И. Н. Березин пишет Кул-Иркин и, считая его чисто тюркским сочетанием, переводит почти так же: “распорядитель озера или реки” (И. Н. Березин. Рашид-Эддин, стр. 269). — Абу-л-Гази прозвище Эрки-хана тоже ставит в связь со словом “озеро” (koel): “...кумыса и айрана ( = кислое молоко, разведенное водой и служащее прохладительным питьем,— А. К.)... у тебя было больше, чем воды в озере”. — А. Г. Туманский (перевод, стр. 42) — “гюль = роза”.— Все эти сопоставления основаны на народном осмыслении давно забытого слова и ничего объяснить не могут. — В. В. Бартольд (12 Vorlesungen, стр. 90), подробно анализируя слово kuel, указывает, что Гардизи приводит титул Kuel-Tekin в форме Kuer-Tekin; Kuel ~ Kuer объясняется чередованием l : r. Это слово в форме Kuer-er известно Махмуду Кашгарскому в значении: ein fester, standhafter, tapferer Mann. Это значение, конечно, как нельзя больше подходит как для высокого титула, так и для имени собственного.— Элемент кue1~kuer В. В. Бартольд усматривает также в составе титула Guerhan (ук. соч., стр. 123); см. еще: К. H. Menges. Der Titel *** der Qara-Qytay, стр. 85—89. — Во второй части этого титула мною усматривается корень эр(aeр) 'муж' + кин — аффикс собирательности, множественности; о нем см.: A. Gabain. Alttuerk-sche Grammatik, § 169. Слово aeркiн, по-видимому, входит в состав огузского титула кударкин ~ кудеркин 'заместитель ябгу', см.: [А. П. Ковалевский]. Путешествие Ибн-Фадлана на Волгу, стр. 64.—В. Котвич (Contributions a l'histoire de l'Asie Centrale) слову kuel в составе термина kuel-taegin придает значение 'зола'. “Зола играла в семейном культе огнепоклонников то же значение, что и сам огонь, а потому совершенно естественно слово ”зола” оказалось в составе термина Kuel-taegin” (стр. 187). “Следовательно, — замечает В. Котвич,— термин Kuel-taegin значит не le glorieux prince, как полагали до сих пор, а хранитель (как младший из сыновей) золы очага в семье кагана” (стр. 188). “Слово aerkin, — продолжает В. Котвич (стр. 188), — в современном киргизском языке значит 'свободный', 'свободно', 'вдоволь', 'вдосталь'. В монгольском языке aerk?n значит superieur, respectable. Это слово, видимо, происходит от тюркского корня aerk, монг. erke 'la volonte(libre)', 'la liberte', 'le droit','la force'. Лица, носившие некогда титул aerkin, обладали, видимо, теми же привилегиями, которыми обладали носители титула tarqan, durxan” (стр. 189). — См. еще: L. Rasonyi. Sur quelques categories des noms de personnes en Turc, стр. 336—337. — Приведенная выше этимология В. В. Бартольда наиболее основательна с исторической и филологической точек зрения.

141 Совершенно такая же ситуация в народном романе “Бамси-Бейрек и Бану-Чечек”; см.: А. Н. Самойлович. Очерки, стр. 152; см. еще: “Деде Коркут”, Перевод В. В. Бартольда (Баку, 1950) — “Песнь о Бамси-Бейреке, сыне Бай-Буры” (стр. 42—67).

142 кызган (Lycium turcomanicum) — колючий кустарник, растущий в долине Аму-Дарьи и Мургаба; высота его достигает 2 м, диаметр до 3 см. (Этой справкой я обязан любезности проф. М. П. Петрова, действительного члена АН Туркменской ССР). По рукописи, цитируемой в книге О. Ш. Гёкъяйя (О. S. Goekyay. Dede Korkut, стр. XXVI), это место переводится так: “он увидал: кол стоит; схватил его за конец и выдернул”.

143 Тугач < тугачи (?) 'знаменосец'.

144 Богра, как, впрочем, и подавляющее большинство других имен, имеет реальное значение 'двугорбый верблюд (жеребец)'. Сочетание Богра-хан употреблялось как титул, например у Караханидов (см.: В. В. Бартольд. Очерк истории Семиречья, стр. 25). Богра-хан — титул государей у тюрок ягма; см.: В. В. Бартольд. Туркестан, т. I, стр. 20. Первый караханидский хан назывался Богра-хан; о нем см.: A.Ю. Якубовский. История народов Узбекистана, т. I, стр. 274 и сл.

145 См. примечание 63.

146 В. В. Радлов (Опыт словаря, т. IV, стлб. 1807) приводит это слово в форме бу***гра с. пометой — чагатайское: 'вермишель', 'макароны'; см. еще: Л. Будагов. Ср. словарь, т. I, стр. 261.

147 См. примечание 127.

148 Интересно отметить, что прием, примененный ханом, имеет историческую параллель: “Клавихо уверяет, будто Тимур при жизни дважды распространял известие о своей смерти, чтобы узнать, кто восстанет против его наследников” (В. В. Бартольд. Улугбек и его время, стр. 33).

149 Это имя носили многие исторические лица. По некоторым данным, Шахмелика, сына Али, можно сопоставить с владетелем Дженда Шахмеликом ибн-Али; см.: А. Каррыев, В. Г. Мошкова, А. Н. Насонов, А. Ю. Якубовский. Очерки, стр. 93 и особенно стр. 100, сн. 3; см. еще: МИТТ, т. I, по указателю; Н. И. Веселовский. Очерк, стр. 51, 53; С. П. Толстов. Города гузов, стр. 92—93.

150 О разных формах этого имени, встречающихся в древних источниках, см.: B.А. Жуковский. Развалины старого Мерва, стр. 3—4.

151 Мургаб Маргаб—'Мергская (Мервская) река'; см.: В. А. Жуковский. Развалины старого Мерва, стр. 68, прим. 1; В. В. Бартольд. К истории орошения Туркестана, стр. 47 и сл.

152 Онбеги (< он 'десять' + бек) “собственно значит десятник и употребляется в значении ”начальник” только у туркмен” (В. В. Бартольд. Очерк, стр. 49, прим. 4).

153 Речь идет, вероятно, о внуке Сельджука Тогрул-беке, главе Сельджукского государства (1038—1063), который в начале XI в. враждовал с Шахмеликом, правителем Дженда; см.: А. Ю. Якубовский. История народов Узбекистана, т. I, стр. 283 и сл.; А. Каррыев, В. Г. Мошкова, А. Н. Насонов, А. Ю. Якубовский. Очерки, стр. 91—111.

154 Как и многие другие народы, тюрки знали обычай родовой кровной мести, свидетельством чего в “Родословной” является выражение: “они стали oчli-канлы”, т. е. у них была месть и кровь.

155 Необходимо отметить, что Абу-л-Гази, рассказывая о карадашлы, под этим новым названием имеет в виду лишь ту часть йазыров, которая стала заниматься земледелием. Предполагают, что карадашлы были только одним из подразделений племени йазыр (см. : Б. А. Литвинский, В. Г. Мошкова. Изучение Така-Языра, Дуруна, стр. 292). См. еще примечание 94.

156 См. примечание 74.

157 После гибели Меликшаха, правившего с 1072 по 1102 г., среди сельджуков начались волнения, которые прекратились только с воцарением Санджар-Мази, сельджукского султана, царствовавшего с 1118 по 1157 г. (В. В. Бартольд. Очерк, стр. 34 и сл.; МИТТ, т. II, по указателю; А. Ю. Якубовский. История народов Узбекистана, т. I, стр. 295—96 и сл.; А. Каррыев, В. Г. Мошкова, А. Н. Насонов, А. Ю. Якубовский. Очерки, стр. 117 и сл.

158 Речь, вероятно, идет об Алп-Арслане (1063—1072 гг.); см.: А. Ю. Якубовский. История народов Узбекистана, т. I, стр. 292—294.

159 Орда ~ орду 'ставка хана' (см.: Л. Будагов. Ср. словарь, т. I, стр. 124; подробнее см.: Б. Я. Владимирцов. Общ. строй монголов, стр. 45; указания на литературу, стр. 45, прим. 7; Словарь Махмуда Кашгарского, по переводу Б. Аталая, т. I, стр. 124).

160 Сельджук-бай — основатель сельджукской династии. К списку литературы (В. А. Гордлевский. Государство Сельджукидов, стр. 22, прим. 1) об этимологии имени Сельджук добавляю этимологию О. И. Сенковского (Собрание сочинений, т. VII, стр. 60): салджык ~ сальджук 'лодочка'; Сельджук в молодости якобы был перевозчиком на реке Аму-Дарья (см.: Н. И. Веселовский. Очерк, стр.. 50). Ср.: А. А. Семенов. К вопросу о происхождении слова “сельджук”, стр. 17—18.— Заманчиво сопоставить это имя с Названием монгольского рода Салджиут (см.: Б. Я. Владимирцов. Общ. строй монголов, стр. 47). Это слово состоит из основы салджи (входившей составной частью в имя Букату-Салджи, среднего сына Алан-Гра, легендарного родоначальника салджиутов; см.: Рашид-ад-дин, т. I, кн. 1, стр. 178) + показатель монгольского множественного числа -ут, которому в тюркских языках соответствует аффикс-к (< кyн?): салджи + ут = салджи + к 'потомки Салджи'. Таким образом, элемент личного имени (салджи) превращается в форме множ. ч. (салджик) в этноним, а последний — в личное . имя, которое, в свою очередь, превращается в племенное название (салджик-и 'сельджукиды').

161 Город Hyp, расположенный на правом берегу Зеравшана, в округе Бухары, так называемый Hyp Бухарский или Нур-ата, см.: МИТТ, т. I, стр. 225. Нуром именуется также один из западных “бёлюков” Мазандерана, см.: там же, т. II, стр. 214, прим. 1. Сельджуки, из-за ссоры с Шахмеликом — правителем Дженда (см. прим. 149), вынуждены были откочевать к Нуру (Нур-ата), где Саманиды предоставили им кочевья; см.: А. Ю. Якубовский. История народов Узбекистана, т. I, стр. 284. — Современные “нуратинские туркмены”, вероятно, потомки этих Сельджуков, см.: В. Г. Mошкова. Некоторые общие элементы в родо-племенном составе узбеков, каракалпаков и туркмен, стр. 143.

162 Арабские географы Мерв называли Мерв аш-Шахиджан (в нашем тексте иранская форма этого названия — Мерв-и Шахиджан) в отличие от Мерв ар-Руда (Мерве-руд, Мерруд, Маруд, Мерв Верхний), небольшого города в верховьях Мургаба (см.: A.Ю. Якубовский. Merw al-Shahidjan, стр. 159—161).

163 Кейхосров — легендарный царь Ирана, враждовавший с легендарным царем Турана — Афрасиабом (МИТТ, т. I, стр. 398, прим. 1).

164 Афрасиаб, по иранским преданиям, задолго до Сасанидов был царем Турана, в силу чего его имя связывалось с тюрками. Тюрки, сменившие в Мавераннахре в конце X в. династию Саманидов, для арабов и иранцев были потомками Афрасйаба.

B.В. Григорьев (Караханиды в Мавераннахре, стр. 20) считает, что вся эта история с претензиями тюркских правителей Мавераннахра на происхождение от рода Афрасйаба присочинена впоследствии. “Дом Афрасйаба”, по мусульманским источникам, или “Караханиды”, как эта тюркская династия называется в русской и мировой науке после выхода в свет труда В. В. Григорьева “Караханиды в Мавераннахре”, господствовал в Мавераннахре, см.: В. В. Бартольд. К истории Мерва, стр. 21; он же. Очерк, стр. 32. По народному преданию Афрасиаб считается основателем Бухары, см.: А. Вамбери. Путешествие по Средней Азии, стр. 186. По Махмуду Кашгарскому (т. I, стр. 44—45; т. III, стр. 272; перевод Б. Аталая, см. по индексу, стр. 829, 855), Афрасиаб среди тюрок был известен под именем Тонга алп aeр, что значит 'муж — сильный как барс'.

165 тартым — отсутствующее в известных тюркских словарях слово, дважды встречается в издаваемом тексте. По контексту и на основании его этимологии (тартым — отглагольное имя от mapm-мак 'тянуть', 'взвешивать'), это слово, по всей вероятности, является каким-то поэтическим или музыкальным термином: хвалебная песня, ода, музыкальная мелодия (?).

166 Это (второе) четверостишие переведено в работе А. Н. Самойловича “Очерки по истории туркменской литературы” (стр. 151). Оригинальный текст всего этого стихотворения опубликован в статье того же автора “Один из списков ”Родословного древа туркменского” Абуль-Гази-хана” (ДАН-В, 1927, стр. 41—42).

167 О родовых делениях у йомудов см.: Н. Муравьев. Путешествие в Туркмению и Хиву, ч. I, стр. 40—42; К. Боде. Очерки туркменской земли, стр. 97; Н. Н. Йомудский Караш-хан-оглы. Из народного предания туркмен. О родословной туркмен-йомудов, стр. 313—327; Г. И. Карпов. Йомуды, стр. 69—70. Этноним йомут, по Вамбери (Н. Vambery. Das Tuerkenvolk, стр. 391—402; H. V a m-bery. Die geographische Nomenklatur Zentralasien, стр. 268), значит 'народ' и происходит от слова йом ~ йум 'Menge' + монгольский аффикс множественного числа-***yт. Как заметил В. В. Бартольд (Очерк, стр. 43, прим. 4), принятое у русских произношение и начертание йомуд у восточных авторов не встречается.

168 По-видимому, родоначальник племени эрсари ~ арсари; см.: В. В. Бартольд. Очерк, стр. 43. Некоторые исследователи отожествляют эрсари ~ арсари с сарыками; см.: Г. И. Карпов. Туркмены (Туркменоведение, 1927, № 4, стр. 37).

169 тyпa — в позднее средневековье и в новое время у узбеков имело значение: 1) родо-племенная группа, большая, чем род, но меньшая, чем племя; 2) территория, занятая подразделением племени; ср.: МИТТ, т. И, стр. 323.

170 Современные текинцы, сарыки, эрсари и йомуды в XVI—XVII вв. входили в состав обширного племенного объединения “внешних салоров”, во главе которого стояло племя салоров; “внутренние” салоры обитали на берегах Каспийского моря, к ним причислялись также “хорасанские” туркмены; “внешние” салоры обитали на восток от моря до реки Аму-Дарья; см. : В. В. Бартольд. Очерк, стр. 43 сл.; А, Каррыев, В. Г. Мошкова, А. Н. Насонов, А. Ю. Якубовский. Очерки, стр. 181 и сл. Борьба между “внешними” и “внутренними” салорами нашла свое отражение в “Книге Коркута” (см.: Деде Коркут, гл. XII, “Песнь о том, как внешние огузы восстали против внутренних огузов и как умер Бейрек”, стр. 149—155).

171 По рукописи Л Даразлар, по T2Дараз.

172 Золотоордынский хан Джаныбек правил с 1342 по 1357 г.; см.: В. В. Бартольд. Очерк, стр. 44; Б. Д. Греков, А. Ю. Якубовский. Золотая Орда и ее падение, стр. 263 и сл.

173 Айаз — так звали любимого раба Махмуда Газневи. По Махмуду Кашгарсксму (перевод Б. Аталая, т. I, стр. 123), ayas l. 'чистое (безоблачное) небо'...; 2. 'имя, которое дают рабам [видимо, гулямам], потому что лица у них прекрасны'. — Личность Айаза давно стала достоянием легенд: “Образ храброго и мудрого раба — богатыря Аяза — один из древнейших образов среднеазиатского тюркского фольклора” (С. П. Толетов. По следам древнехорезмийской цивилизации, стр. 22). С его именем легенда связывает “живописнейший памятник Древнего Хорезма, крепость первых веков нашей эры — Аяз-кала” (там же, стр. 22; см. еще стр. 157—159. Он же, Древний Хорезм, стр. 102—111). Здесь Абу-л-Гази, как и в ряде других случаев, опираясь лишь на известные ему легенды и предания старины, грешит в отношении исторических фактов.

174 Перевод этого отрывка см.: А. Самойлович. По поводу издания Н. П. Остроумова “Светоч Ислама”, стр. 0163. О названном здесь произведении и его авторе см.: А. Н. Самойлович. Очерки, стр. 138. — О мавзолее над мнимой могилой шейха Шерефа см.: А. Ю. Якубовский. Развалины Ургенча, стр. 39 и сл.

175 чора (***) 'serviteur', 'domestique', 'les confidents' (J. Zenker. Dictionnaire turc-arabe-persan. Leipzig, 1866, стр. 372); 'приближенные', 'фавориты' (Л. Будагов. Ср. словарь, т. I, стр. 494); 'serviteur', 'page' (Pavet de Courteille. Dictionnaire turk-oriental. Paris, 1870, стр. 294); 'работник' (В. Радлов. Опыт словаря, т. II, стлб. 2019). — Ар. *** по-тюркски читается хызыр || хыдыр.

176 Кeртыш ~ Гердиш; см.: В. В. Бартольд. Очерк, стр. 45.

177 В тексте *** (1358) — Тон (~ Тун)-кыры и *** (1358—1359) — Кары-Кечит. В. Г. Мошкова (Очерки из истории туркменского народа и Туркменистана в VIII—XIX вв.), со ссылкой на “Родословную туркмен” в переводе А. Туманского, пределы юрта хызыров определяет так: “Хызры-земледельцы в продолжение многих лет проживали в местности от Тан-Кыр вниз до Кара-Кечит” (стр. 183); см. еще стр. 182, где сказано: “Переправа Кара-Кечит — известна и сейчас на Узбое”. У В. В. Бартольда (Очерк, стр. 45) — Кары-кичит.

178 С. П. Толстов полагает, что хызырский иль — потомки племен, переселившихся в X в. в Хиву с Волги (СЭ, 1946, 2, стр. 93).

179 См.: Г. И. Карпов. К истории туркмен али-эли (ала-эль), стр. 145—149. Генеалогическая структура племени Али-или приведена в статье С. П. Толстова: Пережитки тотемизма и дуальной организации у туркмен, стр. 11.

180 Проток Актам впадает в Балканский залив Каспийского моря.

181 Кiмa — большая плоскодонная барка-каюк на Аму-Дарье.

182 “Вероятно, Аральское море?” (примечание А. Г. Туманского: Родословная туркмен, стр. 71). — Туркмены, киргизы и каракалпаки Аральское море называли денгиз ~ тенгиз 'море' (Л. Берг. Аральское море, стр. 111); аджы 'горький'.

183 Бердибек-хан был убит в 1359 г. (1361 г. ?); см.: Б. Д. Греков, А. Ю. Як убовский. Золотая Орда и ее падение, стр. 271.

184 Огурча ~ Огрычи ~ Агрыча — урочище, упоминаемое в источниках XV и XVI вв., находящееся “у впадения южного рукава Аму-Дарьи — Аджайба— в Каспий” (А. Марущенко. Существенные поправки, стр. 13—14). Впервые это название встречается у Захир-ад-дина под 1392 годом; см.: В. В. Бартольд. Сведения об Аральском море, стр. 72—93; он же. К истории орошения, стр. 90, 92; Л. С. Берг. История исследования Туркмении, стр. 90.

185 Арсари ~ эрсари.

186 Балобан, балабан — “птица семейства соколиных отряда хищных птиц; длина тела до 60 см, размах крыльев до 130 см. . . Балобанов дрессируют для охоты за средними и крупными птицами, за зайцами и даже за джейранами. Используется охотниками в Туркмении, Киргизии, Казахстане и ряде стран зарубежной Азии, а также в Африке” (БСЭ, 2-е изд., т. II, стр. 452); см. еще: А. К. P устамов. О соколиной охоте в Кара-Кумах, стр. 56—61. Эта птица упоминается и в онгонах.

187 Сарычи, или канюки (Buteo), род птиц из семейства ястребиных. Средней величины хищники, близкие к орлам. (См. БСЭ, 1-е изд., т. 38, стр. 127).

188 См. примечание 88.

189 Женщины у тюркских народов в доисламское время, а в отдельных случаях я позднее, занимали весьма высокое положение в обществе: стояли во главе племен и государств, принимали участие в битвах, пирах и т. п. Так Ибн-Батута (В. Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды, стр. 288) писал: “В этом крае (на Волге, —А. К.) я увидел чудеса по части великого почета, в каком у них женщины. Они пользуются большим уважением, чем мужчины”. См. еще описание торжественного выезда султана (там же, стр. 298); “... в Приаралье, к северу от Хорезма, византийские послы в XI в. застали тюркские племена, управляемые женщиной” (С. П. Толстов. Основные итоги и очередные задачи изучения истории и археологии Кара-Калпакии и каракалпаков, стр. 13). См. еще: В. В. Григорьев. О достоверности ярлыков, данных ханами Золотой Орды русскому духовенству, стр. 65—73; В. В. Бартольд. Первоначальный ислам и женщина, стр. 237; А. Ю. Якубовский. Черты общественной и культурной жизни эпохи Алишера Навои, стр. 19; В. В. Бартольд. Улугбек и его время, стр. 27, 70—71; В. А. Гордлевский. Государство Сельджукидов, стр. 58; С. П. Толстов. Древний Хорезм, стр.325—331.— Мифическая мать мифического Огуза носила имя-титул Ай-каган.— У монголов вдовы каанов и правителей нередко становились регентшами и правительницами; см.: Б. Я. Владимирцов. Общ. строй монголов, стр. 55; С. А. Козин. Сокровенное сказание, стр. 175.

190 Барчын-Салор — жена Алпамыша. Мамыш — вариант имени Алпамыш; см.: В. М. Жирмунский, X. Т. Зарифов. Узбекский народный героический эпос, стр. 61, 70, 74—75, 98. Ср.: О. S. Goekyay. Dede Korkut, стр. LXXI—LXXII.

191 С легендарной могилой Барчын-Салор отожествляют архитектурный памятник Кок-кесене, находившийся в окрестностях Сыгнака (в 5 км от ж.-д. ст. Тюмень-арык), исследованный В. А. Каллауром и А. Ю. Якубовским и являющийся, по мнению А. Ю. Якубовского, некрополем белоордынских ханов из рода Шейбана, см.: Б. Д. Греков, А. Ю. Якубовский. Золотая Орда и ее падение, стр. 309—310; В. М. Жирмунский. Следы огузов в низовьях Сыр-Дарьи, стр. 93—102.

Текст воспроизведен по изданию: Родословная туркмен. Сочинение Абу-л-гази, хана хивинского.  Изд. АН СССР. 1958

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.